Интернет-аддикция и киберагрессия

В широком смысле термин аддикция обозначает стремление к уходу от реальности путем изменения своего психического состояния посредством приема некоторых веществ или постоянной нацеленности на каком - либо виде деятельности. В узком смысле аддикция означает конкретный вид зависимости, в данном случае зависимость человека отинтернет- пространства. Она обладает всеми признаками любого типа зависимости, как-то: пренебрежение важными вещами, разрушение отношений со значимыми людьми, раздражительность по поводу критики окружающими интернет - зависимости, безуспешные попытки сократить конкретное аддиктивное поведение.

Ведущий американский специалист в изучении интернет- зависимости Кимберли Янг выделяет 4-е симптома этой деструкции: навязчивое желание проверить e-mail; постоянное ожидание следующего выхода в интернет; жалоба окружающих на то, что человек слишком много времени проводит в интернет; жалоба окружающих на то, что человек слишком много денег тратит на интернет[1].

И.А. Иванюшкин приводит более развёрнутую систему критериев, которую дает И. Голдберг. Последний считает, что интернет- зависимость можно констатировать при наличии 3-х или более пунктов из следующих. Это: толерантность; возрастание количества времени, необходимое, чтобы достичь удовлетворения от присутствия в интернет-пространстве; «синдром отказа»: прекращение или сокращение времени, проводимого в Интернет сопровождается психомоторным возбуждением, тревогой, навязчивым размышлением о том, что сейчас происходит в Интернет; фантазии или мечты об Интернет; произвольные или непроизвольные движения пальцами, напоминающие печатание на клавиатуре[2].

Интернет-аддикция рассматривается как способ ухода от проблем в ситуации нарушения адаптационных возможностей человека на психофизиологическом уровне. Создается иллюзия решения проблем, которая закрепляется в поведении человека и определяет стратегию взаимодействия человека с окружающим миром. С течением времени интернет - аддикция разрушает отношения человека с внешним миром. Элементарные отношения с близкими людьми, иные формы социальной активности и общения, кроме виртуальных, теряют для него всякую ценность. Доктор медицинских наук А.Ю. Егоров в работе «Современные представления об интернет-аддикциях и подходах к их коррекции» выделяет основные типы интернет-аддикции. Это интернет- гемблеры,пользующиеся разнообразными играми, тотализаторами, аукционами, лотереями и т.д.; интернет-трудоголики, интернет-

сексоголики, посещающие разнообразные порносайты, занимающиеся виртуальным сексом; интернет-эротоголики любовные аддикты, которые знакомятся, посредством Сети; интернет-покупатели, реализующие аддикцию к трате денег посредством бесконечных покупок онлайн; ин- тернет-аддикты отношений, которые часами общаются в чатах, бесконечно проявляют электронную почту и т.д., то есть заменяют реальную ад дикцию отношений на виртуальную. Все исследователи данной проблемы сходны в том, что следствием интернет - аддикции является социальная изоляция и повышенная конфликтность и манипулятивность.

Вместе с тем интернет - аддикцию многие не считают патологией и что тот вред, который она может нанести здоровью человека, не устраним. А. Холл и Д. Парсонс интернет - аддикцию считают «доброкачественным» расстройством, компенсирующим недостатки поведения в реальной жизни[3].

Одной из форм девиантного поведения в интернет - среде является киберагрессия (термин введен в употребление в 2007 году доктором философии Джулией Шиббаро). Основными формами этого социально-психологического феномена являются троллинг, кибермоббинг и астротурфинг.

Троллинг характеризуется как процесс размещения в виртуальном пространстве провокационных сообщений с целью нагнетания конфликтной ситуации, путем сталкивания различных сообществ между собой в публичных СМИ для привлечения широкой общественности. Троллинг, как отмечает Р.А. Внебрачных «может превратиться в востребованную специализацию представителей целого ряда профессий, например, таких, как журналистика, мировая политика, международная экономика и ряда других»[4]. Троллинг как форма социальной агрессии действует исключительно в условиях анонимности и содержит компонент манипулятивного поведения, преследуя цель - получение ответной, негативной реакции со стороны объекта агрессии (жертвы).

Кибермоббинг, в отличие от троллинга заявляет о себе явно антисоциальными, насильственными действиями и обладает катастрофическими последствиями для безопасности личности. В открытом публичном пространстве Интернета допускаются оскорбительные комментария, вульгарные обращения и замечания, жертва намеренно выставляется в черном свете с помощью публикаций фото или других видеоматериалов. Распространяется личная информация, например, интимные фотографии, род деятельности с целью оскорбления или шантажа и т.п.

Кибермоббинг является проблемой, грозящей психическому, эмоциональному, а иногда и физическому здоровью пользователей интернета. Следствием таких действий может быть избегание социальных контактов в реальной жизни, а также возникновение депрессивных состояний до суицидальных намерений.

Третьей формой киберагрессии является астротурфинг - целенаправленное управление общественным мнением в различных целях: экономических, политических идеологических, вплоть до радикальных (пропаганда идей расизма, национализма). Астротурфинг это один из распространенных способов ведения информационных войн.

Неспособность общества противостоять различным форма девиантного поведения может привести к необратимым последствиям. Снижению социальной активности в реальной жизни, депрессии и ее крайней формы - суициду. А поскольку объектом киберагрессии является молодежь, то есть та часть населения, мировоззрение которой находится в процессе становления, и которая будет определять будущее страны, то ясно, что интернет - пространство и национальная безопасность тесно связаны.

Сегодня остро стоит вопрос определения причин агрессии, для формирования профилактических, а не реактивных (типа полицейских операций) стратегий противодействия этой угрозе.

Социальная и политическая неудовлетворенность - на самом деле является поводами. Причины же лежат глубже и связаны они в первую очередь с образовательной политикой государства.

К основным симптомам агрессии можно отнести рост числа несовершеннолетних с девиантным поведением, проявляющихся в асоциальных действиях (алкоголизм, наркомания, нарушение общественного порядка, хулиганство, вандализм, рост преступность среди молодёжи и др.), а также развитие различных форм экстремизма и агрессии в молодёжной среде.

В нашем исследовании мы обращаем своё внимание на агрессию, проявляющуюся в коллективном поведении социальных сетей, направленном на нанесение психологического вреда.

Нами проведено исследование открытой агрессии в социальных медиа, с использованием социальной аналитики, а именно BrandAnalytics.

В частности проанализирована агрессия, а точнее её упоминание в социальных медиа в период с 5 марта по 1 апреля 2015г.

По результатам получены сводные данные:

  • • период исследования: 5 марта - 1 апреля 2015 г.
  • • упоминаний за период: 201 661
  • • уникальных авторов: 179 324
  • • индекс лояльности: 0.0 (позитив/негатив)
  • • индекс вовлеченности: 1.1 (сообщений/авторов)
  • • динамика упоминаний

Здесь на графике 5к и 1 Ок соответствует 5000 и 10000 упоминаниям агрессии.

Агрессивные подростки, как правило, имеют некоторые общие черты. Они обладают низким уровнем интеллектуального развития, неустойчивыми интересами, повышенной внушаемостью, подражательностью, недоразвитостью нравственных представлений и бедностью ценностных ориентаций. Они эмоционально грубы, озлоблены против сверстников и окружающих взрослых. У таких подростков наблюдается крайняя самооценка, она может быть как максимально положительной, так и максимально отрицательной. Их отличают повышенная тревожность, эгоцентризм, неумение находить выход из трудных ситуаций. Защитные механизмы преобладают над другими механизмами, регулирующими поведение.

Но среди агрессивных подростков встречаются и дети, интеллектуально и социально развитые, у которых агрессивность является средством поднятия престижа, демонстрации своей самостоятельности, взрослости. Часто такие подростки находятся в некоторой оппозиции по отношению к взрослым. Возле них собираются не очень разборчивые в целях и средствах компании подростков. Эти неформальные лидеры обладают большой организующей силой.

Молодежь в социальных сетях сбивается в неформальные группы, или самоорганизовывается в неформальные группы, без каких-то четких сформулированных смыслов и концептов - им просто интересно тусоваться, общаться друг с другом.

При этом, некоторые молодежные группы, организации, ведут себя, асоциально - например ксенофобы.

В социальных медиа России нет национальной молодежной политики. Здесь, специально не употребляется слово государственной молодежной политики, потому что успешная молодежная политика может быть только там, где есть интерес самой молодежи, интересы общества, интересы государства.

Во-первых, следует отметить, что есть три формы объединения молодежи. Первая - субкультура, вторая - движение, третье - организация. Каждая из названных крупнее последующей.

Субкультура по определению очень большая форма объединения молодежи, очень аморфная, не структурированная, и часто мало политизированная. Например, толкиенисты, это тоже субкультура, но это малая так называемая субкультура, есть большие, гигантские, захватывающие весь мир. Классические - это хиппи, панки, скинхеды.

Ниже по размерам идут движения. Движения это уже более структурированные организации, и как правило, она возникает под какую-то цель. Допустим, антивоенное движение, или движение за гражданские права, движение за равноправие чернокожих в США. Движение состоит обычно из нескольких организаций, которые в каких-то сложных отношениях друг с другом находятся, и из большого количества активистов, которые в организацию не входят, но тоже участвуют, так как в данном случае связаны определенной целью, за что-то - или против чего-то - например, против прекращения войны.

А третье - это организации молодежные. Их достаточно много. Как во всем мире. Они делятся на три группы. Либо они создаются властью под разные причины - например, скауты - во всем мире создаются властными структурами вполне сознательно, это такая форма занятия молодежи, подготовки в таком военно-спортивном духе, относительно безопасная - существующая по принципу чтобы молодёжь на улице не болтались.

Государственную молодежную политику в Ростовской области следует рассматривать как самостоятельное направление, предусматривающее формирование необходимых социальных условий инновационного развития Ростовской области, реализуемое на основе активного взаимодействия с институтами гражданского общества, общественными объединениями и молодежными организациями, но она отсутствует в социальных медиа.

Численность молодежи Ростовской области на 1 января 2013 г. составляет 1 123 340 человек в возрасте от 14 до 30 лет. Это 26,4 процента от общего количества населения в регионе.

В результате отсутствия нормативного регулирования ряда вопросов и комплексного подхода к решению проблем молодежи в последние десятилетия проявились негативные тенденции, которые, при сохранении текущей экономической ситуации, могут усиливаться.

Первая тенденция - снижение интереса молодежи к инновационной, научной и творческой деятельности. Отсутствие полномасштабной системы выявления и продвижения талантливой молодежи, механизмов вовлечения молодежи в инновационную деятельность может существенно затруднить реализацию государственных приоритетов по модернизации экономики в регионе.

Вторая тенденция - низкий уровень вовлеченности молодежи в социальную практику. Эта тенденция проявляется во всех сферах жизни молодого человека - гражданской, профессиональной, культурной, семейной. При сохранении такой ситуации возникает угроза устойчивой привычки к патернализму и восприятия социальной инфантильности как нормы, что уже через десять лет, когда современные молодые люди станут принимающими решения лицами, может ограничить возможности развития региона, в том числе из-за сокращения экономически активного населения.

И наконец, третья тенденция - рост агрессии молодёжи в социальных медиа, что свидетельствует об отсутствии элементарной культуры общения, неустойчивыми интересами, повышенной внушаемостью, подражательностью, недоразвитостью нравственных представлений и бедностью ценностных ориентаций.

Распределение упоминаний агрессии по типам источни- KOB(BrandAnalytics)

Причём рассматривая социальные сети (78,7%), которые занимают лидирующую строчку, следует отметить, что среди социальных сетей первое место занимает ВКонтакте.

Распределение упоминаний по источникам

И здесь очень важно, как распределяются пользователи интернет по возрасту, с тем, чтобы увидеть долю молодёжи из общего числа пользователей.

Здесь наглядно продемонстрировано, что основная часть пользователей социальных сетей использующих в своих переписках, комментариях агрессию - это лица моложе 35 лет. Причём Ростовская область среди пользователей занимает 5 место среди всех городов России, разделяя его с Краснодаром, Самарой. Данная картина ещё раз подтверждает отсутствие четкой государственной молодёжной политики в социальных медиа.

Города

Для построения молодёжной политики в социальных медиа необходимо придерживаться принципа: пользователи социальных медиа различны, но они едины в глобальной сети, поэтому строиться молодёжная политика должна в единстве всех знаний: психологии, педагогики, культурологии, социологии, философии образуя тем самым как бы системную социологию, для более глубокого понимания данного социума.

Понимая специфику социальных медиа и пользователей интернета в вопросе формирования профилактических действий против агрессии необходимо придерживаться принципа крайностей или маятника. Данные профилактические действия должны быть направлены, прежде всего, на успокоение, нейтрализацию агрессии, на помощь подросткам в вопросе их самооценки, так как было сказано у таких подростков наблюдается крайняя самооценка, она может быть как максимально положительной, так и максимально отрицательной. Необходимы такие действия, в молодёжной политики, чтобы крайностей не было, чтобы маятник не качался.

  • [1] Янг К.Диагноз - Интернет - зависимость // Мир - Интернет - 2000 - №2 - С. 24-29
  • [2] Иванюшкин И. А. Интернет-зависимость: социокультурный контекстеИЬгагу.ги>Личность>?1с1=19032056.
  • [3] Холл А. и Парсонс Д. Интернет аддикция: студенческое тематическое исследование с помощью лучших методов познавательной терапии.// Журнал консультации психического здоровья. - 2001. Том 23. - №4.
  • [4] Внебрачных Р.А. Троллинг как форма социальной агрессии в виртуальных сообщестах //Вестник Удмуртского университета. Философия. Социология. Психология. Педагогика. -Ижевск: Удмуртский государственный университет, 2012. - В. 1. - С. 48-51.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >