≪
≫

Метод «отнесения к ценности» / «ценностной динамики смыслов»

«Отнесение к ценности» в качестве понятия и как составляющую методологии исследований историка и социолога ввел Макс Вебер. С помощью нового понятия Вебер фиксирует специфику культурной среды — культура является «ценностным понятием». В связи с чем немецкий социолог обосновывает значение метода «отнесения к ценности» в деятельности изучающего общество исследователя:

«Ничтожная часть индивидуальной действительности окрашивается нашим интересом, обусловленным ценностными идеями, лишь она имеет для нас значение, и вызвано это тем, что в ней обнаруживаются связи, важные для нас вследствие соотнесенности с ценностными идеями». Ценности для Вебера положены в основу выбора материала для изучения культурной действительности. Соотнесение с ними объектов исследования необходимо, поскольку ценности могут «определить “восприятие” целой эпохи, то есть играть решающую роль в понимании не только того, что считается в явлениях “ценностным”, но и того, что считается значимым или незначимым, “важным” или “неважным”»[1]. В целом, процедура отнесения к «ценностным идеям», по Веберу, служит гарантом объективности познания в социальных науках. Ей ученый противопоставляет субъективное по своей сути оценочное суждение, от которого наука должна быть свободна (принцип «свободы от оценки»). Следует отметить, что ценности в трудах Вебера мыслятся не как абстрактный нады-сторический интерес, а как интерес, свойственный конкретному историческому периоду, то есть как «интерес эпохи». Таким образом, немецкий мыслитель видит в них «выражение общих установок своего времени», «некоторые исторические образования, общие для определенного периода времени, но не имеющие силы за пределами этого периода».

М. Вебер разграничивал природу и общество как онтологически чуждые сферы. Общество конституируется индивидами в духовном бытии, и должен существовать специфический метод его познания в области социальных наук. Общество — это человеческое порождение, которое может быть открыто только внутреннему чувству человека. Познающий индивид — частица общественно-исторической реальности. Переживая и познавая себя, он познает другие части общества — других индивидов в их внутреннем содержании. Общество постигается индивидом изнутри. В Вебере сошлись два начала — историка и социолога. Для истории и социологии ученый выделил общие свойства — понимание, историчность и связь с культурой, которые проявляют себя как научные задачи по интер

претации ценностей, признаваемых людьми в определенный период истории. Так в социологии Вебера появляется понятие «ценностное суждение».

Вообразим, что в некую эпоху два индивида (две группы индивидов) по-разному относятся к идее свободы слова. Для одних — это безусловная ценность, которой ни при каких обстоятельствах нельзя пожертвовать. Другие придерживаются иного мнения — для них свобода слова не имеет фундаментального значения. Так что оценочные суждения участников дискурса субъективны. Поэтому исследователь, не оценивая как-либо позиции спорящих, не вставая, тем более, на чью-либо сторону, должен рассматривать свободу слова как объект, как причину споров и конфликтов между людьми, группами, партиями. Исследователю достаточно, что свобода слова предстала одним из понятий, с помощью которых изучается определенная часть исторической действительности. Иначе говоря, понятие становится ценностным суждением и той самой точкой отсчета, вокруг которой определенным образом расставлены, точно актеры на сцене, участники дискурса. Их взаимное расположение приносит нам понимание эпохи. Мы не формулируем оценочного суждения, мы относим исследуемый материал к ценности.

Итак, мы не стараемся оживить все, что пережили люди прошлого (это невозможно), мы пытаемся на документальной основе выстроить существование людей, которых больше нет, при этом исходим из того, что служило ценностями для людей, ставших объектом исследования. Очень важно, с точки зрения Вебера, понять предмет исследования, с помощью чего можно преодолеть известную антиномию: исследователь, увлеченный предметом своего интереса, может утратить беспристрастность ученого. Безусловно, чтобы понять людей, нужно проявлять заинтересованность в их жизни, и в то же время следует отказаться от собственного чувства, вызванного личными ценностными пристрастиями, только тогда будет найден общезначимый ответ на вопрос, поставленный в исследовании ученым. В этом плане представление Вебера об «отнесении к ценности» как способе установления «интереса» эпохи, отношения к нему со стороны ее субъектов не может не стать для журналиста важнейшим методом профессиональной деятельности. Таким сегментом профессиональной деятельности журналиста, потенциально «настроенным» на восприятие методологии «отнесения к ценности», может быть практика организации и проведения телевизионных ток-шоу,

«круглых столов» в редакциях газет и журналов. Подтверждением тому стал проведенный автором в 2001 г. анализ программы В. Познера «Времена» (1-й канал). Программа строилась по принципу обсуждения отдельно взятой политической проблемы — ценностно выраженного «интереса» времени и общества — представителями разных политических сил. По результатам исследования подтвердилась первоначальная гипотеза о том, что создатели программы демонстрируют творческое применение (возможно, бессознательное) некоторых положений методологии М. Вебера — «отнесение к ценности». Уместно заметить, что предпринятый в 2014-15 гг. анализ ряда выпусков телевизионной программы «Воскресный вечер с Владимиром Соловьевым» (Россия-1), казалось, должен был привести к тем же итогам. Однако гипотеза не нашла подтверждения: в передачах отмечалось несколько ценностных начал, отчего понимание того, что говорилось приглашенными участниками дискуссии, оказалось затруднено, не было ясно, кто какую позицию занимает и чего добивается. Отчего восприятие телевизионного дискурса по актуальным проблемам политики оказалось «смазанным» в результате доминирования в эфире ценностной эклектики.

Таким образом, представление об «отнесении к ценности» в области журналистики не чисто академическое, оно конкретизировано практикой — и как ценностное суждение, присущее журналистскому произведению, и как метод построения этого произведения. Это положение можно подтвердить идеей американского социолога Толкотта Парсонса, который понимал под ценностями факты нормативно-регулятивного порядка. Мысля ценности как «представления о желаемом типе социальной системы, которые регулируют процессы принятия субъектами действия определенных обязательств», ученый отвел им ведущую роль в осуществлении функции воспроизводства образца. Ценности, таким образом, выступают компонентами культурной системы и вместе с нормами и символами «руководят выбором» индивида и «ограничивают виды взаимодействия», возможные для него. Ценности, разделяемые членами социума, легитимируют его институты[2].

Преломление веберовской идеи «отнесения к ценности» в интенциях аксиологии журналистики может быть продолжено за счет

добавления методики изучения смысловой динамики ценностных суждений в медийной среде. И если применение в медиа принципа «отнесения к ценности» в большей мере тяготеет к непосредственной газетно-журнальной и телевизионной практике, то методика ценностной динамики смыслов — к исследованиям в области журналистики и массовых коммуникаций. Конечно, такого рода ограничения условны: и журналистика не чужда научно обоснованным методам познания, и наука заимствует из журналистской практики способы понимания мира.

Конкретный пример применения метода ценностной динамики смыслов детально разобран в первой главе IV раздела нашего пособия, поэтому здесь сформулируем только важнейшие положения методики, разработанной в соавторстве с К. Р. Нигматуллиной.

  • 1. Ценностные интерпретации публичного дискурса исторически конкретны. Это значит, что одни те же понятия, употребляемые в разных социокультурных средах, имеют определенные смысловые несовпадения — в одном случае, минимальные, в другом, приводящие к диаметрально противоположному истолкованию. Поэтому интерпретация ценностей всякий раз детерминирована социально-политической и духовной ситуацией как исторического времени, так и цивилизационного пространства.
  • 2. Сопоставление медийных интерпретаций ценностных суждений, берущих свое начало в несхожих социокультурных средах, представляет собой научную проблему, исследование которой актуально для принятия решений в сферах международной и внутренней политики, межэтнических отношений, в области культурного строительства, и т. д. В случае постановки задачи по прекращению крупномасштабного политического конфликта или снижению его уровня анализ динамики ценностных суждений приобретает особое значение. При этом изначально понимается, что снятие разного рода политических и культурных противоречий между участниками конфликта происходит, прежде всего, за счет установления «общего поля говоримого»[3], для чего принципиально важно измерить реальную величину расхождений между участника

ми конфликта в интерпретации одних и тех же ценностных суждений. Но эта процедура пока что означает только сопоставление ценностных смыслов, следующий необходимый шаг — «отнесение к ценности».

  • 3. Процедура «отнесения к ценности» позволяет начать измерение смысловой динамики в медиасфере социума в пределах выбранного для изучения периода. Для этого аналитик должен располагать так называемыми реперными пунктами, то есть когда-то надежно зафиксированными значениями понятий, изменение смыслов которых он намерен установить. В компаративном анализе, при изучении смысловой динамики ценностных суждений в медиасферах разных социумов, процедура определения исходных реперных пунктов усложняется, но в принципе возможна. В любом случае важно, чтобы за исходные значения было принято реальное, а не декларативное, то есть искусственно выведенное в пропагандистских целях определение ценностей. Безусловно, чем ближе в этнокультурном отношении социумы, тем уверенней поиск исходных значений, если же медиасферы представляют цивилиза-ционно разные общности, установление исходных реперов само по себе явится отдельной исследовательской задачей.
  • 4. Анализ смысловой динамики ценностных суждений производится на основе общенаучных принципов исследования. Свое применение находят как социологические подходы к изучению материала, так и элементы лингвистического анализа. Для этого следует определить характер выборки медийных фактов — номенклатуру взятых к анализу изданий (журналы, газеты, каналы телерадиовещания, Интернет-сайты, и пр.), шаг выборки, то есть интервал времени, через который отбирается для анализа номер газеты, телепрограмма и т. д. Непосредственный анализ текстов желательно проводить с помощью специализированных программ, а саму процедуру разделить на два этапа — пилотаж и основной анализ. На стадии пилотного исследования следует анализировать частоту употребления ключевых для исследования категорий, а по результатам пилотажа оставить наиболее частотные. Набор устоявшихся смыслов — это всегда результат борьбы между доминирующими и противостоящими им смыслами. В результате происходит смысловой сдвиг, который переносится на все контексты автоматически. Исходя из этого положения, с помощью программы TextAnalyst[4] можно подтвердить семантический вес каждой категории для выбранных текстов. На следующем этапе надо проанализировать семантическую сопряженность выбранных категорий с шагом до 4 слов справа и слева от искомого, с помощью программы Concordance. Таким образом, процедура исследования основана на сопоставлении значимых элементов медийного дискурса с устойчивыми ценностными аспектами категорий, чей статус закреплен в значениях реперных пунктов. После чего результаты сопоставления интерпретируются в соответствии с целью, поставленной перед исследователем.

  • [1] Вебер Макс. «Объективность» социально-научного и социально-политического познания И Макс Вебер. Избр. произведения / пер. с нем. — М.: Прогресс, 1990. С. 374, 380. 2 Гайденко П. П. Давыдов Ю. Н. История и рациональность: социология Макса Вебера и веберовский ренессанс. — М.: URSS: КомКнига, 2006. С. 44.
  • [2] Парсонс Толкотт. Система современных обществ / пер. с англ. — М.: Акад, проект, 1998. С. 18, 462, 22.
  • [3] Гадамер Г.-Г. Язык и понимание И Актуальность прекрасного / пер. с нем. — М.: Искусство, 1991. С. 45, 48.
  • [4] Пробную версию см.: URL: http://www.analyst.ru/index.php?lang=eng&dir= content/ products/&id=ta 2 Пробную версию см.: URL: http://www.obnovisoftl.ru/concordance
 
Посмотреть оригинал