Понятность речи

Среди требований, предъявляемых к языку говорящего или пишущего, выделяется требование понятности. М.М. Сперанский (1772—1839) в «Правилах высокого красноречия» подчеркивал, что говорить так, чтобы нас не понимали, «есть нелепость, превосходящая все меры нелепостей».

Соблюдение данного требования важно потому, что оно связано с действенностью, эффективностью устного слова.

По мнению исследователей, общепонятность языка определяется прежде всего отбором речевых средств, а именно необходимостью ограничить использование слов, находящихся на периферии словарного состава языка и не обладающих качеством коммуникативной общезначимости.

Огромный словарь русского языка с точки зрения сферы употребления можно разделить на две большие группы — лексику неограниченной сферы употребления, в которую входят общеупотребительные, понятные для всех слова, и лексику ограниченного употребления, в которую включены профессионализмы, диалектизмы, жаргонизмы, термины, т.е. слова, употребляемые в определенной сфере — профессиональной, территориальной,социальной.

Лексика неограниченной сферы употребления состоит из общеупотребительных слов, которые в определенных социальных условиях должны быть понятны всем носителям данного языка во всех случаях: хлеб, семья, город, сад, тетрадь, школьник, врач, мороз, луна, птица, любовь, сила. Общеупотребительный словарный фонд русского языка огромен. Он-то и делает нашу речь общедоступной для каждого, кто владеет русским языком.

Гораздо труднее обстоит дело с восприятием слов ограниченной сферы употребления. Она так и названа потому, что ее не могут и не должны понимать абсолютно все. Рассмотрим основные группы этих слов.

Профессионализмами называются слова и выражения, используемые людьми одной профессии (журналисты, электронщики, плотники, шахтеры и др.). Они в большинстве случаев не относятся к официальным, узаконенным наименованиям.

Для них характерна большая детализация в обозначении специальных понятий, орудий труда, производственных процессов, материала. Так, коневоды различают лошадей по назначению: упряжная, верховая, вьючная, а первая в упряжке: коренная, пристяжная, дышельная, выносная (подседельная и подручная)-, в речи плотников и столяров инструмент для строгания досок рубанок имеет разновидности: фуганок, горбач, шерхебель, медведка, дорожник, стружок, наструг, шпунтубель, калёвка, зензубель. В профессиональной речи бревна и доски различают по размеру, форме и называются: брус, лежень, пластина, четвертина, горбыль и др.

Профессионализмы часто обладают экспрессией, что сближает их с жаргонизмами. Так, водители автобусов, грузовиков, легковых автомобилей руль называют баранкой, полиграфисты принятый на письме знак — кавычки по их виду образно называют ёлочками (« »), лапками (“ ”), общий заголовок в газете — шапкой.

Диалектная лексика — слова, ограниченные в территориальном отношении, входящие в словарный состав отдельных диалектов, понятные лишь жителю данной местности. Например: биспой — «седой, серебристый» (в говорах Архангельской области); зобать — «есть» (в рязанских говорах); жварить — «сильно бить, колотить» (в калужском говоре).

Если в Дмитровском уезде употребляется слово «хрындуги», — писал А. Горький, — так ведь необязательно, чтобы население остальных восьми уездов понимало, что значит слово. <...>

У нас в каждой губернии и даже во многих уездах есть свои «говора»...

Для того чтобы люди быстрее и лучше понимали друг друга, они должны говорить одним языком.

Однако известный юрист, автор статей по судебному красноречию А.Ф. Кони рассказал случай, когда судьи угрожали ответственностью за лжеприсягу свидетелю, который на вопрос, какая была погода в день кражи, упорно отвечал: «Ни якой погоды не було».

Как объяснить поведение свидетеля?

Слово погода в литературном языке имеет значение «состояние атмосферы в данном месте в данное время» и не указывает на характер погоды, хорошая она или плохая. Именно так и воспринимали это слово судьи. Однако, по свидетельству В.И. Даля, в южных и западных диалектах погода означает «хорошее, ясное, сухое время, вёдро», а в северных и восточных — «ненастье, дождь, снег, буря». Поэтому свидетель, зная только одно из диалектных значений, упорно отмечал, что «ни якой погоды не було».

А.Ф. Кони, давая советы по ораторскому искусству служителям правосудия, указывал, что они должны знать местные слова и выражения для того, чтобы избежать ошибок в своей речи, чтобы понимать речь местного населения, чтобы не создавать подобных ситуаций.

Жаргонизмы — слова и выражения, принадлежащие какому-либо жаргону. В современной лингвистической литературе слово «жаргон» обычно употребляется для обозначения различных ответвлений общенародного языка, которые служат средством общения различных социальных групп.

Возникновение жаргонов связано со стремлением отдельных групп противопоставить себя обществу или другим социальным группам, отгородиться от них, используя средства языка. В отличие от общенародного языка, призванного содействовать широкому общению людей, жаргон — «тайный» язык, цель которого — скрыть смысл произносимого от «чужака». Таков, к примеру, появившийся на Руси жаргон староверов-раскольников, преследуемых государством и церковью. Ими был создан так называемый «офеньский язык»— тайный язык офеней — торговцев раскольничьими книгами и иконами. Вот как описывает это явление известный знаток раскольничьего быта, видный русский писатель П.И. Мельников-Печерский:

...Прибежит в лавку, ровно с цепи сорвавшись, какой-нибудь паренек и, ни с кем не здороваясь, никому не поклонясь, крикнет хозяину:

— Хлябышь и дудоргу хандырит, пельмиги шишлять!..

И хозяин вдруг встревожится, бросится в палатку и почнет там наскоро подальше прибирать, что не всякому можно показывать. Кто понял речи прибежавшего паренька, тот, ни слова не молвив, сейчас же из лавки вон... Сколько бы кто ни учился, сколько бы ни знал языков, ежели он не офеня и не раскольник, ни за что не поймет, чем паренек так напугал хозяина. А это он ему по-офеньски вскричал: «Начальство в лавку идет бумагу читать».

Часто говорят и пишут о молодежном жаргоне. Вряд ли это явление можно назвать жаргоном, ибо оно не имеет социальных корней. Молодежь, особенно подростки, в целях возрастного «самоутверждения» начинает употреблять слова и словечки, отличающиеся от общепринятой речевой нормы. В ход идут элементы разноплановой лексики: иностранные слова, профессионализмы (моряков, музыкантов), вульгаризмы, диалектизмы и в какой-то мере жаргонизмы. Употребляются они как некий признак принадлежности к определенному «клану» — возрастной группе. Применяются эти слова бездумно, неосознанно, смысл их весьма приблизителен, а происхождение чаще всего неизвестно для говорящего. Вряд ли кто-нибудь, употребляя модное в свое время словечко «клёво», подозревал, что оно давно известно в рязанских, владимирских, тамбовских говорах, обозначая в них «хорошо».

Все жаргонные слова представляют собой стилистически сниженную лексику и находятся за пределами литературного языка. Они, как и любое слово литературного языка, диалекта, со временем устаревают и исчезают или вместо одних жаргонизмов появляются другие. Так, среди названий денег сейчас уже не встречаются жаргонизмы хруст (рубль), квинта (5 рублей), красненькая, декан (10 рублей), угол (25 рублей), кусок (1000 рублей), рыжие (деньги), но появились штука (1000 рублей), лимон (миллион), башли, бабки (деньги).

Лексика ограниченной сферы употребления требует вдумчивого с ней обращения. Не нужно полностью исключать ее из своей речи. Если приходится общаться в узкопрофессиональной среде, то можно свободно использовать в речи принятые там специальные слова и профессионализмы. Но если нет уверенности, что все слушатели знакомы со специальной лексикой, то следует раскрыть, объяснить каждое необщеупотребительное слово.

Диалектные слова, а тем более жаргонизмы и арготизмы, как правило, недопустимы в речи. Эти элементы ограниченной сферы употребления могут быть введены в речь только с определенной целью, например в качестве выразительных средств, подчеркивающих отношение говорящего, но делать это следует осторожно, с пониманием целесообразности и уместности такого применения в каждом конкретном случае.

Особого внимания требует использование еще одной значительной группы слов ограниченной сферы употребления — терминологической лексики.

Термины — это слова, которые являются точным обозначением определенного понятия какой-либо специальной области науки, техники, искусства, общественной жизни и т.п. Напомним, что понятие — это мысль об общих существенных свойствах, связях и отношениях предметов или явлений объективной действительности. Как форма мышления понятие неразрывно связано с языком. Всякое понятие формируется и реализуется в слове или словосочетании. Формирование понятий является важнейшим условием научного знания.

Роль терминов в науке велика. Установлено, например, что представление об инерции уже было известно предшественникам Галилея. Но только с того момента, когда Галилей дал этому явлению название «инерция», было уточнено само представление об инерции и понятие вошло в научный оборот. В целом ряде случаев переход от предположений и догадок к точному знанию совершается с помощью утверждения соответствующего термина. Вот почему все великие ученые уделяли особое внимание созданию и развитию научной терминологии.

Немалый вклад в становление российской терминологии внес М.В. Ломоносов. Ему принадлежат названия: северное сияние, земная ось, воздушный насос, удельный вес и др.

Фиксируя время рождения того или иного термина, можно судить о развитии науки, ее проблематике, объектах исследования, о появлении новых научных направлений.

СИТУАЦИЯ

Мне пришлось беседовать с одним должностным лицом. Мы обсуждали чисто технические вопросы. И здесь у нас возникли трудности. При обсуждении узкоспециальных проблем я ощущал недостаток знания технической терминологии. Со временем я прошел подготовку по новой специальности, и трудности с использованием профессионального языка отпали.

Технолог Л.

Вполне естественно, что термины довольно часто встречаются в речи людей разной специальности: инженеров, врачей, экономистов, юристов, преподавателей, агрономов и др. Однако не все и не всегда умело используют их, не задумываются над тем, понятны ли термины слушателям, не учитывают особенности восприятия семантики слова в звучащей речи. Различие в понимании содержания слов у отправителя и получателя снижает эффективность восприятия.

В процессе общения людям часто приходится разъяснять, как следует понять то, что обсуждается, уточнять, какой смысл имеет то или иное слово, выражение. Речевая практика выработала несколько способов объяснения слов. Их используют лексикографы, составляя словари; преподаватели, обучая школьников, студентов; политики, дипломаты, юристы, толкуя смысл документов, законов. Приемами объяснения слов должен владеть каждый, если он ответственно относится к своим выступлениям, к своей речи, заинтересован в повышении ее культуры.

Логическое определение. Ученикам одного класса предложили написать, что означает слово стол. Приведем некоторые ответы: «Стол — неотъемлемая часть быта, общественных и других учреждений»; «плоскость различных форм, которая служит для удовлетворения удобств человека в работе»; «вещь, удовлетворяющая одну из человеческих потребностей»; «предмет постоянного пользования».

Обратите внимание: толкования учащихся слишком общие, под их определения можно подвести другие слова. Например, «предмет постоянного пользования» — это может быть стул, тарелка, книга, мыло, полотенце и многое другое. А теперь сравните ответы учащихся со словарной статьей в толковом словаре: «Стол — предмет мебели в виде широкой горизонтальной доски на одной или нескольких ножках (иногда с ящиками, тумбочками), на который кладут или ставят что-либо».

Объяснение значения слова стол в толковом словаре относится к логическому определению, т.е. определению понятия через ближайший род и видовое отличие. Логическое определение считается наиболее рациональным способом толкования научных терминов.

Рассмотрим, как строится логическое определение.

Возьмем, к примеру, определения двух понятий: логика — наука о законах и формах правильного мышления; педагогика — наука о воспитании, образовании и обучении. Прежде всего называется род определяемого понятия, т.е. дается ответ на вопрос «что это такое?» — наука. Затем указываются признаки видового понятия этого же рода — «о законах и формах правильного мышления» (логика); «о воспитании, образовании и обучении» (педагогика). Достоинство логического определения состоит в том, что перечисляются не все, а только отличительные видовые признаки определяемого понятия.

Интересно отметить, что в дореволюционных логиках, изданных специально для молодых людей, уделялось большое внимание умению давать логическое определение.

Так, А.С. Никольский в труде «Логика и риторика, кратким и для детского возраста удобопонятным образом расположенные, изъясненные и в пользу юношества изданные» (СПб., 1790) наставляет:

Определение должно содержать в себе, во-первых, род определяемой вещи, которым она будет отличена от всех вещей, не содержащихся под тем же родом; а после главное отличительное определяемой вещи свойство, которым она будет различена от всех вещей одного с нею рода.

Последуем указаниям автора процитированного пособия. Представим себе, что нам необходимо дать толкование словам табурет, стул, кресло, шезлонг. Начинаем с определения родового признака. Это все предметы мебели. Далее выделяем видовые признаки, часть из которых должна быть общей для всех, а часть — отличать один предмет от другого.

Что же объединяет названные предметы? То, что они предназначены для сидения. Это первый общий признак. Не составит труда назвать и второй. Все они имеют сиденье и ножки. Выделенные признаки позволяют определить значение первого слова. Табурет — предмет мебели, имеющий ножки и предназначенный для сидения.

Чтобы построить дефиницию (логическое определение) второго слова, необходимо установить, чем стул отличается от табурета и внести указание на это различие в толкование. Ответ прост: у стула есть спинка. Следовательно, стул — предмет мебели на ножках, со спинкой, предназначенный для сидения.

Теперь нетрудно будет дать толкование слову кресло, у которого отличительный признак — подлокотники. Несколько сложнее определить значение слова шезлонг, поскольку этот предмет мебели отличается несколькими признаками: это кресло, но раздвижное, имеет длинную натягивающуюся матерчатую спинку и служит для сидения полулежа.

Чтобы закрепить полученный навык строить логическое определение, постарайтесь дать дефиницию словам книга, брошюра, журнал, газета.

Подбор синонимов. Распространенным является синонимический способ, т.е. объяснение с помощью слов, различных по звучанию, но имеющих общее значение. Например, конфронтация — противопоставление, противоборство (социальных систем, идейно-политических принципов и др.), столкновение; агрессивный — наступательно захватнический; альянс — союз, соединение. Это позволяет через слово, знакомое слушателям, раскрыть значение научного термина, сделать его понятным.

Вот как, к примеру, лекторы объяснили редко встречающиеся слова дегидратация, катализатор.

«Если воду, израсходованную на образование пота, не восполнять, в ход пойдут внутренние резервы, и над организмом нависнет угроза дегидратации — обезвоживания».

«Как известно из химии, всякий медленный процесс требует катализатора, т.е. ускорителя».

О действенности данного приема писал еще Аристотель:

Далее полезна замена одного имени другим, более понятным, например, вместо «тщательное» в ответах употребить «точное» и вместо «суетности» — «хлопотливость», ибо чем более понятным становится сказанное, тем легче спорить против тезиса. И этот тип применим для того и другого — и для обоснования, и для опровергания [7. С. 379].

Описательный способ. Довольно часто при объяснении терминологии применяют описательный способ, при котором смысл понятия, обозначенного термином, передается посредством описания данного понятия. Так, общественно-политический термин конформизм толкуется как «приспособленчество, пассивное принятие соответствующего порядка вещей, господствующих мыслей и т.д.» и далее подчеркивается, что конформизм означает отсутствие собственной позиции, беспринципное и некритическое следование любому образцу, обладающему наибольшей силой (мнение большинства, признанный авторитет, традиция и т.п.).

А вот как один лектор объяснил слово патерностер:

В конце XIX в. в Гамбурге был построен патерностер.

Это подъемник так называемого непрерывного действия. Состоит он из множества кабинок без дверей, которые движутся между этажами только в одну сторону — вверх или вниз. Входят и выходят пассажиры на ходу.

Нередко в такое толкование говорящий вкладывает свое понимание данного понятия. Удивительно точные слова, к примеру, нашел А. Куприн, объясняя своему собеседнику, что такое Родина.

— Родина? Она вот что... — сказал я и на минуту задумался. — Родина — это первая испытанная ласка, первая сознательная мысль, осенившая голову, это запах воздуха, деревьев, цветов и полей, первые игры, песни и танцы. Родина — это прелесть и тайна родного языка.

Это последовательные впечатления бытия: детства, отрочества, юности, молодости и зрелости. Родина — как мать. Почему смертельно раненный солдат, умирая, шепчет слово «мама», то самое имя, которое он произнес впервые в жизни. А почему так радостно и гордо делается на душе, когда наблюдаешь, понимаешь и чувствуешь, как твоя Родина постепенно здоровеет, богатеет и становится мощной. Нет, я все-таки говорю не то, что нужно. Чувство Родины — это необъяснимое. Оно — шестое чувство. Детские хрестоматии учили нас, что человек обладает пятью чувствами.

• — Зрением, слухом, обонянием, осязанием и вкусом, — подсказал матрос.
• — Так. Ну, а вот Родина — это шестое чувство, и природа его так же необъяснима, как и природа первых пяти.

Этимология помогает объяснить слова. Объяснением происхождения слов занимается специальная область науки о языке — этимология. Обращение к ней позволяет глубже понять сущность используемых слов, их точный смысл, границы применения. Недаром сам термин происходит от греческих слов: etymon — истинный, верный и logos — смысл, значение. Таким образом, этимология учит нас понимать истинный смысл слова, уточняет его. Наука эта не только устанавливает исходное значение слова, его первоначальный смысл, но и исследует историю его применения, причины изменений, которые оно претерпело.

Возьмем для примера слово джинсы. Когда оно возникло? Что обозначало? Когда пришло в русский язык? История слова такова. В XVI веке в Европе появился особый вид генуэзской бумазеи — хлопчатая саржа диагонального переплетения. Название материала jean образовалось от топонима Генуя (Genua по-латински). Из этой ткани в Сан-Франциско в 1850 г. стали шить брюки особого покроя, которые назвали jeans — «штаны». Это форма множественного числа от jean. В XX веке такого покроя брюки попали в Россию, а их название в русском языке несколько изменилось, приобретя русское окончание множественного числа -ы — джинсы (по типу штаны, брюки).

Поясняя значение слова, иногда хорошо обратиться к его этимологии. Именно так, например, поступил философ И.А. Ильин, разъясняя понятие «федерация»:

Латинское слово «фёдус» означает договор и союз и, далее, — порядок и закон. В науке государственного права федерацией называется союз государств, основанный на договоре и учреждающий их законное, упорядоченное единение.

К этимологии обратились и герои романа И.С. Тургенева «Отцы и дети», пытаясь осмыслить значение слова нигилист:

• — Что такое Базаров? — Аркадий усмехнулся. — Хотите, дядюшка, я вам скажу, что он собственно такое?
• — Сделай одолжение, племянничек.
• — Он нигилист.
• — Как? — спросил Николай Петрович, а Павел Петрович поднял на воздух нож с куском масла на конце лезвия и остался неподвижен.
• — Он нигилист, — повторил Аркадий.
• — Нигилист, — проговорил Николай Петрович. — Это от латинского nihil, ничего, сколько я могу судить; стало быть, это слово означает человека, который... который ничего не признает?
• — Скажи: который ничего не уважает, — подхватил Павел Петрович и снова принялся за масло.
• — Который ко всему относится с критической точки зрения, — заметил Аркадий.
• — А это не все равно? — спросил Павел Петрович.
• — Нет, не все равно. Нигилист — это человек, который не склоняется ни перед какими авторитетами, который не принимает ни одного принципа на веру, каким бы уважением ни был окружен этот принцип.