Информационные детерминанты обеспечения военно-инженерной безопасности современной России

Проблема национальной безопасности России вышла в последние годы на передний план научной рефлексии, хотя само понятие национальной безопасности было актуализировано впервые в 1904 г., прозвучав в послании президента Теодора Рузвельта Конгрессу США в контексте обоснования важности и значимости защиты национальных интересов в процессе проведении военной акции в районе будущего Панамского канала^[1]. Ученые развивают самые различные направления в области осмысления путей обеспечения национальной безопасности, анализируя на теоретическом и практическом уровне проблемы информационной^[2], демографической^[3], военной и военно-политической безопасности^[4], безопасности личности^[5], а также государственной безопасности как не идентичной понятию «национальная безопасность»^[6].

Национальная безопасность представляет собой понятие системного характера, поскольку включает в себя весь возможный спектр проявлений безопасности, и с этой точки зрения ее можно рассматривать как специально созданную в обществе и конституированную совокупность установлений, институтов и учреждений, а также средств, методов и направлений их деятельности по обеспечению надежной защиты национальных интересов государства^[7]. Если отталкиваться от прописанного в Стратегии национальной безопасности РФ понимания национальной безопасности, то она предстает как «состояние защищенности личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз, которое позволяет обеспечить конституционные права, свободы, достойные качество и уровень жизни граждан, суверенитет, территориальную целостность и устойчивое развитие Российской Федерации, оборону и безопасность государства»^[8].

Как «совокупность жизненно важных интересов личности, общества, государства, выражающих стремление нации к сохранению и устойчивому развитию»^[9] определяют национальную безопасность Буркин А.И., Возженников А.В. и Синеок Н.В. Иными словами, национальная безопасность предполагает защиту национальных интересов России по следующим направлениям: обеспечение территориальной целостности государства, высокого имиджа российского государства на международной арене, политического самоопределения и самоуправления в России, благополучия ее граждан^[10].

По сложившейся в России традиции, связанной с первостепенной ролью государства во всех жизненно важных социальных сферах, обеспечение национальной безопасности России рассматривается как приоритетная сфера государственной национальной политики, призванной обеспечить защиту национальных интересов страны. Представляется, что такой подход для России наиболее адекватен с точки зрения исторической специфики формирования и развития российского государства и той роли, которую государство всегда играло в жизни российского общества.

Таким образом, ключевым субъектом национальной безопасности России является государство, располагающее для этого необходимыми финансовыми, управленческими, военно-стратегическими и иными ресурсами, а регулятивным механизмом обеспечения национальной безопасности страны является политика национальной безопасности. Ее основные положения обозначены в Стратегии национальной безопасности РФ до 2020 года^[11]. В ней акцентируется внимание на необходимости и важности совершенствования государственного управления в области обеспечения безопасности России, а также создании условий для координации деятельности органов государственной власти с другими субъектами обеспечения национальной безопасности, такими как государственные и общественные организации.

Однако, мы может много и красиво размышлять на тему включенности различных общественных структур и сил в обеспечение национальной безопасности, апеллируя к опыту демократических стран, но следует исходить из собственной социокультурной и политической реальности и понимать, что в России по-прежнему, независимо от смены общественно-политического порядка, государство остается основным субъектом обеспечения и защиты национальных интересов общества, и на данный момент гарантом национальной безопасности и независимости выступают, судя по тенденциям, Вооруженные силы РФ, и ученые, с тревогой отслеживая эти тенденции, обосновывают необходимость совершенствования российского законодательства с целью формирования необходимого контроля гражданского общества над военной организацией государства и в частности над принятием решений по вопросам применения Вооруженных сил РФ^[12].

В.Е. Морозов в своей статье утверждает, что одним из перспективных направлений исследования безопасности является ее изучение как политической практики, а не объективного состояния дел^[13], и нам представляется, что для данного исследования такой подход также является более адекватным. Расширительные трактовки безопасности, включающие самые различные ее аспекты в спектр научного исследования стали закономерным следствием окончания межблокового противостояния, т.е., как пишет указанный автор, исчезли основания для рассмотрения чрезвычайных угроз, исходящих от других государств и абсолютизирующих военную безопасность, но, по его мнению, эта расширительная трактовка безопасности утрачивает эвристическую ценность, так как любая политическая проблема в ее рамках интерпретируется как проблема безопасности и никаких объективных критериев, с помощью которых можно было бы отделить проблемы безопасности от других проблем, не существуют^[14].

Однако эта точка одна из многих, так как ряд ученых полагают, что проблемы военной безопасности необходимо ограничивать проблемами военной безопасности, в то время как другие убеждены в том, что в центре внимания проблемы безопасности должна находиться безопасность индивида и некоторых, социально уязвимых социальных групп. С точки же зрения предлагаемого Морозовым подхода, который он развивает с позиций теории секъюризации, безопасность следует рассматривать как дискурсивную практику, целью которой является изменение расстановки приоритетов в политической сфере, а сама дискуссия по вопросу о безопасности в этом случае приобретает характер борьбы между различными политическими силами, закрепляющими в обществе определенные идеи и точки зрения о характере угроз^[15].

С точки зрения данного подхода безопасность не является объективным явлением и недостижима на практике, а представляет одну из форм борьбы за перераспределение ресурсов в политическом пространстве. Именно тот или иной политический выбор тех или иных политических сил становится фактором формирования рисков и угроз безопасности и ее восприятия в разных государствах и обществах. Если мы переведем эту теоретическую ситуацию в поле современной практики в политическом международном пространстве, то увидим подтверждение выше указанных положений - борьба политических сил и группировок определяет сегодня угрозы безопасности, актуализируя до высшей степени военную безопасность ряда государств и российского в том числе.

Несомненная связь политики и военной безопасности, результаты которой определяются принимаемыми политическим руководством страны решениями, может иметь, как позитивные, так и негативные последствия, и ученые обращают внимание на то, что при принятии решений о применении военной силы должны учитываться сугубо военные, а не только политические факторы, а также мнения и экспертные оценки военных специалистов и профессионалов, что далеко не всегда происходит на практике^[16] ^[10].

Итак, можно констатировать, что национальная безопасность общества, особенно в условиях международной напряженности, определяется политикой национальной безопасности, направленной на защиту интересов государства и его граждан, на сохранение национальной целостности, идентичности, стабильности и независимости государства. Как видим, центральным ядром национальной безопасности выступают национальные интересы, которые зачастую нарушаются, когда речь идет о национальных интересах другого государства, в чье политическое и социальное пространство вторгаются внешние политические силы без учета интересов населения данного государства. А защита национальных интересов любого государства предполагает, собственно, систему мер, направленных на обеспечение территориальной целостности и государственной независимости страны, поддержание ее имиджа на международной арене и благополучия населения в

контексте создания условия для достойного уровня жизни и защиты прав личности .

Таким образом, как показывает практика, зачастую обеспечение национальных интересов одного государства происходит за счет нарушения национальных интересов другого, что размывает границы понимания этого понятия - «национальные интересы». Так было в древние времена, так происходит и на современном этапе развития международных отношений, когда в результате политической воли одних стран (в частности, США) навязывались ценности, режимы странам Ближнего Востока.

Важным показателем обеспеченности национальной безопасности является, как отмечает М.М. Кучерявый, отсутствие возможностей для внешнего вмешательства в дела любого государства и совершения военного вторжения^[18], прецеденты которого в начале третьего тысячелетия (события в Ираке, в частности) актуализировали проблему национальной безопасности во всем мировом сообществе. Политическое давление со стороны Запада и в частности США в стремлении сохранить такой геополитический порядок, в котором России была бы отведена роль аутсайдера, становится источником сверх актуализации проблемы национальной безопасности в нашей стране, как на общественно-политическом, так и научном уровне, поскольку усилия России, направленные на восстановление политического и международного статуса, утерянного в 1990-е гг. в результате распада СССР, вызывают естественное для политического поведения руководства западных стран желание противостоять им.

Россия, по мере восстановления своей политической и международной субъектности, становится объектом все более опасной антипропаганды в СМИ, что порой, как отмечают исследователи, вызывает возмущение мировой общественности^[19].

Итак, в современной ситуации, характеризующейся обострением международных противоречий и противостоянием геополитических интересов России и Запада, в частности США, военная сфера, которая определяется мощью и военным потенциалом государства, приобретает жизненно важный статус в системе обеспечения национальной безопасности, поскольку призвана обеспечить защищенность общества от гибели в случае войны^[20].

Таким образом, военная безопасность представляет собой важный компонент национальной безопасности, определяющий уровень и состояние обороноспособности государства и его возможности в области обеспечения защиты национальных интересов путем противодействия возникновению войны, вовлечению в войну, а также минимизации ущерба и разрушительных последствий в случае возникновения военной ситуации^[21]. Военная безопасность страны определяется военным потенциалом государства, обеспечивающим гарантии его обороноспособности на случай угрозы войны, а необходимый уровень военной безопасности можно обеспечить только за счет наличия комплекса структурных компонентов, как военного характера, так и невоенного

(экономического, дипломатического, идеологического, образовательного и т.д.).

Важным направлением обеспечения национальной безопасности России, включая обеспечение устойчивого экономического роста, решение социальных и демографических проблем, развитие институтов гражданского общества и т.д., является совершенствование национальной обороны страны^[22] ^[23], однако, как отмечают исследователи, сфера военной промышленности в России развита недостаточно, что проявляется в отставании в области новых оборонных технологий, в системном кризисе в НИОКР по оборонной тематике, в стремительных темпах устаревания ВВТ при низких темпах производства новых ВВТ, в

упадке оборонной промышленности, в разрушении уникальной опыт- но-экспериментальной базы ОПК и т.д.

Проблемы оборонной и военной промышленности России в целом определяются кризисным характером развития российской экономики, в том числе военной, которая оказалась неготовой к функционированию в условиях рынка и конкурентной рыночной экономики. Отражением этого кризиса выступает и кризисное состояние военноинженерной отрасли, которая всегда занимала в истории России значимое место, определяя успехи нашей страны в развитии военной техники и престиж российского государства как лидирующего в области военно-инженерных достижений^[24].

Следовательно, военно-инженерная безопасность как составная часть военной безопасности может рассматриваться как важный элемент национальной безопасности России. Если исходить из того, что военная безопасность - это способность государства и его вооруженных сил противодействовать или препятствовать нанесению ущерба его национальной безопасности средствами вооруженного насилия^[25], то военно-инженерная безопасность может рассматриваться как способность государства и его вооруженных сил противостоять рискам и угрозам национальной безопасности страны военно-инженерными ресурсами. Ключевым условием при этом выступает эффективное развитие военно-инженерной отрасли, которая зародилась в глубокой древности. Военно-инженерные разработки определяли успех военных кампаний, а военно-инженерное искусство почиталось в те давние времена, когда войны сменяли одна другую, самым важным, а со временем выделившееся в отдельное воинское подразделение инженерные войска стали незаменимыми при планировании и проведении военных действий.

Профессия военных инженеров в России насчитывает более, чем 300-сотлетнюю историю и ведет свое начало с эпохи Петр I, указом которого в 1701 году была учреждена «Школа Пушкарского приказа». Именно в ней впоследствии стали готовить военных инженеров и артиллеристов. Военно-инженерное прошлое России, богатое своими достижениями, своими яркими именами может стать хорошим основанием для возрождения интереса к профессии инженера, в частности военного.

Стоит отметить, что в последнее время интерес в военноинженерной тематике в России значительно вырос, что проявилось в создании сайтов по военно-инженерной тематике, виртуальных музеев, росте численности общественных организаций исследователей, поисковиков. В рамках проекта «Инженерная Школа - Alma Mater Инженерных Войск», к примеру, создаются страницы памяти выпускникам школы, начиная с эпохи Петра I и до наших дней^[26].

Сегодня совершенно очевидны приоритеты в деятельности Министерства обороны России, которые направлены на «увеличение боевых возможностей Вооруженных Сил, оснащение их современным вооружением и техникой, укомплектование личным составом, интенсивную подготовку в условиях, максимально приближенных к боевым, вопросы социального обеспечения военнослужащих»^[27].

Курс на укрепление обороноспособности страны и повышение эффективности руководства Вооруженными Силами определил также создание Национального центра управления обороной Российской Федерации, который призван обеспечить управление всей военной организацией государства, однако, только комплексный характер мероприятий в стране может обеспечить успехи в области обеспечения военной и национальной безопасности России. Так, специалисты обращают внимание на низкий уровень развития научно-технической сферы России, в результате чего часть научно-технической продукции является импортной, а продажа за рубеж военной техники стала редким явлением, а причиной этой ситуации называется неповоротливая и коррупционная экономика, не стимулирующая инновационное научно-

техническое развитие, а также устаревшая система подготовки инже- 1

нерных кадров .

Перед системой военно-инженерного образования также стоят проблемы необходимости модернизации образовательных технологий и процессов в подготовке будущих военных инженеров. Гладков А.В., в частности пишет о противоречиях, возникающих между требованиями к профессиональной деятельности военного инженера и отсутствием научно обоснованной модели профессионального обучения, которая осуществляется в условиях стандартизации, технологизации, информатизации, интенсификации образования, что актуализирует поиск новых

способов, форм и средств обучения курсантов военно-инженерных ву-

ЗОВ .

Более того, стоит задуматься о проблеме повышения статуса военнослужащих и престижности профессии военного, так как эти два аспекта имеют самую прямую связь. А.П. Абрамов, к примеру, пишет о том, что снижение статуса военнослужащих в современной России значительно ухудшило идентификационные показатели профессии военного и негативно отразилось на качестве воспроизводства офицерского корпуса Вооруженных сил РФ, осложнив трансляцию и преемственность лучших традиций через систему военного образовании^[28] ^[29] ^[30].

Хотелось бы подчеркнуть, что обеспечение военной безопасности, в том числе военно-инженерной не является панацеей от всех бед и гарантией обеспечения национальной безопасности России, которая, хоть и в силу определенных социально-политических причин, вновь вступила на путь наращивания военной мощи, политики милитаризации и эксплуатации патриотической идеи в геополитических целях.

Мы убеждены, что сама идеология безопасности в современном мире, приобретающая военные черты, причем не только в России, нуждается в пересмотре, в трансформации своих базовых оснований с целью их гуманитаризации.

Сегодня Россия объективно поставлена в условия, вынуждающие ее наращивать военный и оборонный потенциал ввиду возрастающей угрозы национальной безопасности страны, но такая политика безопасности не должна осуществляться за счет населения, как это всегда происходило в истории России. Военные расходы на оборону и наращивание военной мощи не должны стать причиной роста бедности в стране, сворачивания образовательных программ и проектов, сокращения финансирования образовательных, медицинских, воспитательных учреждений. Такая политика в области безопасности не обеспечит защиту национальных интересов, если под таковыми понимать не только интересы государства.

Одним словом, великодержавные амбиции России, ради реализации которых возникает необходимость оптимизации системы обороноспособности страны, повышения ее военного потенциала, не должны реализовываться за счет снижения и без того невысокого уровня жизни российских граждан, так как такой тип обеспечения национальной безопасности сводит ее сущность к понятию «государственная безопасность», когда защищаются сугубо интересы государства. В российской практике по обеспечению национальной безопасности очевидна тактика подмены понятий, когда совершенно четко просматриваемые контуры обеспечения государственной безопасности затушевываются декларативными лозунгами обеспечения национальной безопасности.

Некоторые ученые вообще считают некорректным термин «национальная безопасность», который, по их мнению, следует заменить на термин «государственная безопасность», и в этой связи предлагается следующая концептуальная схема в виде взаимосвязи ряда терминов: «безопасность государства» как основа - «государственная безопасность» как родовой признак - иные виды безопасности как видовые элементы^[31].

При этом, безопасность государства как общее понятие включает в себя всю гамму общественных отношений, включая международные отношения, и, соответственно, предотвращение угроз осуществляется на всех уровнях - личности, общества, государства. Государственная безопасность как более узкий вид безопасности государства в то же время определяет развитие всех сфер общественных отношений, на уровне которых возникают свои специфические угрозы, регуляция которых, в свою очередь, осуществляется за счет механизмов права.

Принимая во внимание, что такая понятийная схема имеет право на существование, мы все же полагаем, что отказываться от термина «национальная безопасность» не стоит, так как именно он характеризует в точности то поле безопасности, которое отвечает за благополучие общества в единстве его национальных интересов и прав.

[1] Безрукова А.А. Проблемы обеспечения национальной безопасности на Юге России // Власть. 2010. № 6. С. 46.
[2] Горшков М.К. Проблемы национальной безопасности в информационном обще стве // Власть. 2014. № 11; Паршин С.А., Горбачев Ю.Е., Кожанов Ю.А. Кибервойны. Реальная угроза национальной безопасности? М.: URSS, 2011; Самыгин С.И.,Верещагина А.В. Информационные аспекты обеспечения национальной безопасности России // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки.2014. № 4; Самыгин С.И., Верещагина А.В., Белов М.Т. Угрозы национальнойидентичности в информационном пространстве современного социума и рискиинформационной безопасности // Экономические и гуманитарные исследования регионов. 2015. № 4;.
[3] Понеделков А.В., Воронцов С.А. Социально-политические аспекты демографических процессов, влияющие на национальную безопасность России // Власть. 2014.№ 7; Станиславский П.В. Демографическая безопасность общества в системе обеспечения национальной безопасности России// Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2013. № 7.
[4] Кокошкин А.А. Политико-военные и военно-стратегические проблемы национальной безопасности России и международной безопасности. М: Изд. дом ВШЭ.2013; Кучерявый М.М. Обеспечение национальной безопасности Российской Федерации в аспекте глобальных политических процессов современного мира //Власть. 2014. № 2; Потапов В.Я. Национальная и международная безопасность:политические и военные аспекты // Полис. Политические исследования. 2015. № 1;Проскурин С.А. Место и роль военной безопасности в системе национальной безопасности России // http://www.xserver.ru/user/mirvb/; Верещагина А.В., СамыгинС.И. Военно-политическая безопасность в системе социальной безопасности России: социологический ракурс теоретической рефлексии // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2015. № 4; Самыгин С.И., ВерещагинаА.В. Военная безопасность России в условиях новой социально-политической ицивилизационной реальности // Социально-гуманитарные знания. 2015. № 7; Верещагина А.В., Самыгин С.И. «Война и мир» в условиях новой социальной реальности (к вопросу о военной и национальной безопасности России) // Государственное и муниципальное управление. Ученые записки СКАГС. 2015. № 2.
[5] ? Липатов О.А. Личность в системе политики обеспечения национальной безопасности в условиях современной метапарадигмы // Власть. 2015. № 1. С. 102-105.
[6] Рогов А.С., Федотова Ю.Г. Государственная безопасность: элемент или содержание национальной безопасности Российской Федерации // Власть. 2013. № 12.
[7] Верещагина А.В., Самыгин С.И. Основные критерии национальной безопасностиРоссии // Условия и перспективы национальной безопасности современной России:Сборник материалов Всероссийского научно-теоретического круглого стола. 29апр. 2011 г. (Краснодар). М: Социально-гуманитарные знания. 2011. С. 141.
[8] О стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года //http://www.mchs.gov.ru/docurnent/236189.
[9] Буркин А.И., Возженников А.В., Синеок Н.В. Национальная безопасность Россиив контексте современных политических процессов. М.: Изд-во РАГС, 2008. С. 47.
[10] Иззатдуст Э.С. Национальная безопасность России: институциональный контексти человеческое измерение. М.: Academia, 2010. С. 16-17.
[11] Указ Президента России «О стратегии национальной безопасности РоссийскойФедерации до 2020 года» от 12 мая 2009 г., № 537.
[12] Загидулин Р.А. Конституционно-правовые основы принятия решений о применении вооруженных сил Российской Федерации // Власть. 2014. № 7. С. 145-146.
[13] Морозов В.Е. Безопасность как форма политического: о секъюризации и политизации // Полис. 2011. № 2. С. 24.
[14] Там же. С. 25.
[15] Там же.
[16] Потапов В.Я. Национальная и международная безопасность: политические и военные аспекты // Полис. Политические исследования. 2015. № 1. С. 179.
[17] Иззатдуст Э.С. Национальная безопасность России: институциональный контексти человеческое измерение. М.: Academia, 2010. С. 16-17.
[18] Кучерявый М.М. Обеспечение национальной безопасности Российской Федерации в аспекте глобальных политических процессов современного мира // Власть.2014. №2. С. 107.
[19] Василенко И.А. Формирование нового образа России «после Крыма»: парадоксыинформационной войны // Власть. 2014. № 10. С. 205.
[20] Бернацких И.В. Военная сфера общества и пути ее развития // Власть. 2014. № 9.С. 83.
[21] Волошко В.С. Военная политика и проблемы обеспечения военной безопасностиРоссийской Федерации [Электронный ресурс]. Режим доступа:http://flot.eom/publications/books/shelf/safety/9.htm
[22] Приоритет - национальная безопасность // Власть. 2008. № 12. С. 135-136.
[23] Звинчукова О.Н. Актуальные проблемы военно-технического сотрудничества //Власть. 2012. №6. С. 35-36.
[24] Эмблемы, знаки, униформа военных инженеров [Электронный ресурс]. Режимдоступа: http://zielenski.narod.ru/photoalbum3-3-0.html
[25] Проскурин С.А. Место и роль военной безопасности в системе национальнойбезопасности России [Электронный ресурс]. Режим доступа:http://www.xserver.ru/user/mirvb/
[26] Зеленский В.Е. Памятники военно-инженерного искусства:историческая память современного общества и новые объектыкультурного наследия России [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://sapper-museurn.narocl.ru/engineenng-history-2011 .html
[27] Военно-политические итоги 2014 года [Электронный ресурс]. Режим доступа:http://www.nationaldefense.ru/includes/periodics/maintheme/2014/1229/132814794/detail.shtml
[28] Инженерная мысль в России - полет прерван? [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.akvobr.ru/professionalnaja_inzhenemaja_dejatelnost_perspektivy.html
[29] Гладков А.В. Моделирование профессионального обучения курсантов в условияхвоенно-инженерного вуза. Автореферат дисс. ... канд. пед. наук. Нижний Новгород, 2006. С. 3-4.
[30] Абрамов А.П. Об эффективности специализированного военного образования //Социологические исследования. 2015. № 6. С. 140.
[31] Рогов А.С., Федотова Ю.Г. Государственная безопасность: элемент или содержание национальной безопасности Российской Федерации // Власть. 2013. № 12. С.131.