Стратегии преодоления рисков в сфере обеспечения военно-инженерной безопасности России в контексте обеспечения ее национальной безопасности

Военно-инженерная безопасность, выступая важнейшим элементом военной и в целом национальной безопасности России, представляет значительный интерес как научная и общественно-политическая проблема. В нашей работе, как мы уже писали, военно-инженерная безопасность рассматривается как способность государства и его вооруженных сил обеспечить национальную безопасность страны военноинженерными ресурсами. Обеспечение военно-инженерной безопасности предполагает необходимость эффективного развития военноинженерной отрасли, что приобретает особую актуальность для современной России, с одной стороны, утратившей потенциал военноинженерных ресурсов за постсоветские года, а с другой, - нуждающейся в них на фоне разворачивающихся международных событий и военно-политического противостояния[1] [2].

Сегодня в России ощущается острый дефицит инженерных кад- ров, в том числе в военной сфере , а потому встает вопрос о перспективах преодоления разрыва в области наукоемких военно-инженерных технологий, сформировавшийся в результате кризиса военноинженерной сферы в постсоветский период.

В свете сложившейся ситуации правомерно говорить о сформировавшейся системе рисков военно-инженерной безопасности России, всегда славившейся своими специалистами и достижениями в данной сфере. Ключевыми рисками, угрожающими военно-инженерной безопасности современной России, как было показано в предыдущей части исследования, являются риски в сфере российского военноинженерного образования; риски в сфере военно-инженерной деятельности в современной России; риски в сфере преемственности военноинженерного искусства и мастерства.

Выделение именно этой группы рисков военно-инженерной безопасности России обусловлено той цепочкой негативных процессов и явлений, которая тянется от кризиса военно-инженерного образования в стране к дефициту профессионалов в области военноинженерного дела и утрате преемственности в области передачи военно-инженерного мастерства.

Стратегии преодоления указанных рисков также в своей основе связаны с восстановлением потенциала военно-инженерного и в целом инженерного образования в стране, поскольку система образования как «кузница» кадров выступает основой эффективного развития военноинженерного дела. Разрушение военно-инженерного образования в России в период, последовавший за распадом СССР, обеспечил неблагоприятный фон для развития военно-инженерного потенциала новой России, и теперь перед страной стоит задача модернизационного прорыва в мире инноваций и технологий с целью восстановления международного престижа инженерно-технического и военно-инженерного образования в свете значительного отрыва в данной образовательной отрасли вузов ряда западных стран и, прежде всего, США[3].

Стратегически важным в этом направлении становится активизация государства и его образовательной политики в отношении инженерно-технического образования, поскольку решить стоящие перед российским государством задачи в области подготовки нужных стране инженерных кадров без вмешательства государства не представляется возможным.

Мы стали свидетелями того, что произошло с системой образования в период отказа государства от курирования образовательной сферы, когда она, будучи отдана на откуп рыночной системе, буквально вытеснила на задворки образовательной системы инженерную отрасль, а профессионально-компетентные российские инженеры были вынуждены либо уйти в иную профессиональную сферу, либо покинуть страну и профессионально реализовываться в пределах тех государств, которые по достоинству оценили потенциал российской инженерной школы.

Таким образом, самым главным, стратегически необходимым направлением преодоления рисков инженерно-военной безопасности, безусловно, является активизация государственной политики в области развития инженерно-технического и, в том числе, военно-инженерного образования с тем, чтобы, во-первых, его престиж был восстановлен в глазах профессионально самоопределяющейся молодежи и всего российского общества, а во-вторых, российская военно-инженерная школа стала вновь воспроизводить нужные и профессионально компетентные кадры.

Осуществить образовательный прорыв в сфере военноинженерной подготовки можно только в условиях модернизации всей системы российского образования путем перехода к новой образовательной парадигме, отказавшись от «знаниевой» парадигмы в пользу познавательно-развивающей, в основе которой находится образовательный идеал в формате человека «знающего, способного, деятельного, культуротворящего»[4].

Именно такой образовательный идеал должен находиться в основе подготовки инновационно мыслящих, креативно настроенных и профессионально компетентных специалистов в любой отрасли знаний. Это - требование современной, динамично меняющейся информационной эпохи, в которой конкурентоспособная личность должна быть, прежде всего, готовой к постоянному самообразованию, само- творению, самосозиданию, своевременному и быстрому овладению новыми технологиями и их эффективному применению в профессиональной деятельности.

Совершенно очевидно, что в век информационной революции традиционные механизмы и алгоритмы подготовки специалистов уже не могут принести ожидаемый результат и следует активно внедрять в учебно-образовательный процесс принципиально новые технологии, ориентированные на освоение практических навыков в профессиональной сфере и раскрытие инновационного и творческого потенциала студентов, создание условий для активизации самостоятельного научно-исследовательского поиска.

В современной России к решению данной проблемы подошли принципиально неверно, отказавшись от накопленного российской школой (на всех ее ступенях) дидактического потенциала, который позволял формировать профессионала фундаментально подготовленного типа, ориентированного на профессионализацию как жизненную стратегию.

Резкий отказ от лучших традиций российской образовательной школы и переход к Болонской системе образования, который завершился, по сути, развалом российской образовательной системы и утратой ее лучших достижений, не привел к формированию эффективной образовательной системы западного типа. Этого и не могло случиться в российских условиях, не адекватных по социокультурным основаниям целям и задачам Болонской системы образования.

В результате мы может констатировать следующее: на руинах российской образовательной системы образовалась крайне неэффективная, имитирующая истинное образование система, ориентированная на рейтинги, баллы и иные показатели, а не содержание образовательного процесса и его подлинные результаты, которые весьма плачевны, если отталкиваться от рейтинга российских университетов в международной системе оценки ведущих вузов.

Масштабные процессы депрофессионализации в России также являются отражением кризиса образования в России. Тенденции депрофессионализации вполне закономерны в условиях, когда значительная часть выпускников российских вузов устраивается на работу в сфере, не соответствующей полученной специальности в вузе. Иными словами, система образования оторвана от реалий профессиональнотрудовой сферы, в которой не находится места специалистам, выпускаемым высшей школой или качество вузовской подготовки не удовлетворяет работодателей. И те и другие тенденции характерны для современного образования в России.

Другая проблема, остро стоящая перед российской системой образования, связана с тенденциями информатизации системы образования, которая стала носить технологический характер, угрожая свести весь образовательный процесс к формату, в котором не будет места крайне важному для формирования истинной любви к профессии как базовому условию профессиональной компетентности общению между преподавателем и студентами. Сегодня роль преподавателя пытаются свести к роли тьютера, направляющего и регулирующего процесс профессиональной подготовки, а не созидающего в ходе образовательного процесса профессионала как личность.

Одним словом, переход на информационно-коммуникативные технологии в образовательном процессе в ущерб межличностному общению в системе «преподаватель-студент» самым пагубным образом сказывается на профессиональной подготовке в высшей школе.

Следует понимать, что необходимость внедрения информационных и коммуникативных технологий в учебно-образовательный процесс не должна сопровождаться сокращением ценного для «выращивания» личности профессионала общения преподавателя со студентами. В противном случае образовательное пространство окончательно лишится своей социализирующей составляющей[5] и превратится в технологическое пространство, лишенное человеческого фактора.

Личность преподавателя и в целом Учителя всегда была значимой в российской системе образования, и от этой традиции отступать не стоит в угоду новым веяниям информационной эпохи, как бы сложно ни было сохранить баланс информационных и человеческих технологий в образовательном процессе.

Образовательные стратегии преодоления рисков военноинженерной безопасности предполагают пересмотр всей системы образования и формирования профессиональных ориентаций молодежи. Не секрет, что сегодня российская молодежь не ориентирована в своем большинстве на профессию инженера - слишком сильно упал престиж инженерной профессии в стране. Следовательно, необходима система эффективных мер в области профориентационной работы в школе с параллельно идущим процессом развития самой инженерной отрасли, в которой молодые специалисты могли бы осуществит профессиональную самореализацию.

Страну наводнили юристы, адвокаты, экономисты, специалисты в области банковского дела, пополняя ряды безработных или работающих в самых разных, не пересекающихся с полученной специальностью, сферах. Возможно, среди этих молодых людей немало потенциально талантливых инженеров, даже не задумавшихся о перспективе получения инженерной профессии ввиду ее непрестижности, малооплачиваемое™ и невостребованное™ на рынке труда в современной России.

Еще раз подчеркнем: страна нуждается в кардинальной смене образовательной парадигмы и модернизации не только системы образования, но и экономики, которая на данный момент «не работает» на восстановление инженерной отрасли, которой 21 января 2016 года исполнится триста пятнадцать лет. Именно в это день в 1701 году Петром Великим был подписан указ о создании Российской инженерной школы, выпускники которой стали пополнять первые минные подразделения регулярной российской армии[6].

Военно-инженерная отрасль России нуждается в усилении научно-исследовательского потенциала. Сегодня основным и единственным научно-исследовательским и испытательным учреждением в Вооруженных Силах Российской Федерации, разрабатывающей теоретические и экспериментальные исследования в инженерной области с целью определения перспектив развития инженерной техники, инженерного вооружения и в целом создающей и испытывающей комплекс средств инженерного вооружения (СИВ) для всех видов и родов войск ВС РФ является Центральный научно-исследовательский испытательный институт инженерных войск Министерства обороны Российской Федерации. Этим Институтом разрабатываются средства инженерной разведки; средства устройства и преодоления минно-взрывных заграждений (МВЗ); средства преодоления разрушений и препятствий; инженерные боеприпасы; средства преодоления водных преград; средства механизации дорожных и земляных работ; электротехнические средства межвидового назначения; средства полевого водоснабжения; технические средства маскировки; средства автоматизированных систем управления инженерными войсками, роботизации СИВ; средства защиты войск и фортификационные сооружения промышленного изготовления; инженерные средства общего назначения; учебнотренировочные средства инженерного вооружения и др.[7] Комплекс средств инженерного вооружения включает более 850 наименований, и работа данного Института направлена на научное обеспечение создания, модернизации и боевого применения этого обширного комплекса средств инженерного вооружения.

Работа данного Института носит межвидовой характер, так как исследования, которые в нем проводятся в области перспектив развития и создания средств инженерного вооружения, затрагивают интересы всех видов Вооруженных сил России и родов войск, и даже в других министерствах и ведомствах, таких как МВД, ФСБ, МЧС находят применение разработки и образцы этой научно-исследовательской организации, в которой на данный момент работают 13 докторов и 59 кандидатов наук. В рамках данного Института функционирует также диссертационный совет по специальности 20.02.05 «Инженерное оборудование театров военных действий»[8], обеспечивая воспроизводство научного потенциала данной организации и страны в военно-инженерной сфере, однако, очевидно, что таких учреждений должно быть гораздо больше в стране, рассчитывающей на стремительный инновационный прорыв в области военно-инженерных технологий.

Сегодня можно, конечно, говорить о том, что актуализируется сфера военного образования ввиду активизации военной составляющей международных отношений и роста угроз военно-политического характера[9], однако, престиж профессии военнослужащего, до недавних пор также находившийся на низших позициях в иерархии профессиональных предпочтений россиян, также не позволяет пока рассчитывать на внезапный рост к профессии военного инженера. Положение военнослужащих в России и сложности, с которыми они сталкиваются после увольнения в запас[10], пока не дают оснований для оптимизма в плане значительного и стабильного роста заинтересованности молодых россиян реализовать себя в этой профессиональной сфере, хотя в последнее время и фиксируется рост интереса к военной службе среди российской молодежи.

Ситуативная ли эта динамика или устойчивая тенденция - покажет время, а пока имеет смысл задуматься о необходимости формирования профессиональных установок и интересов у молодежи не за счет пропаганды военной тематики в средствах массовой информации, а привлечения внимания и интереса к содержательной стороне профессии и жизненным перспективам, связанным с профессионализацией в этой сфере. Однако эти жизненные перспективы необходимо обеспечить путем формирования системы эффективного трудоустройства выпускников инженерно-технической направленности.

В отношении проблемы, связанной с преодолением рисков в сфере военно-инженерной деятельности, можно сказать следующее. Ее решение видится также в поле модернизации всей сферы военноинженерной отрасли и военно-инженерной в частности. Речь идет о том, что необходима, в соответствии с современными тенденциями информационной динамики и перехода на наукоемкие технологии, реализация инновационного подхода к развитию военно-инженерной отрасли, которая должна активно использовать все достижения современной науки и цифровой техники, и в этом отношении определенные успех уже достигнуты, как и в расширении сети учебных заведений в области военно-инженерного образования: по итогам 2014 года в России созданы Тюменское высшее военно-инженерное командное училище, Череповецкое высшее военное инженерное училище радиоэлек- 1

троники и ряд других .

Однако численные параметры развития военно-инженерной сферы не самые важные и на передний план выходит проблема инженерной подготовки, формирования инженерного творчества в среде военных. Профессия инженера, независимо от сферы ее применения, одна из профессий, обеспечивающая инновационное развитие общества, поскольку в сфере инженерной деятельности рождаются новые разработки, реализация которых позволяет развиваться обществу в инновационном русле, а в военной сфере - обеспечивать военную и национальную безопасность государства.

В качестве примера можно привести инновационные разработки в области беспилотных летательных аппаратов (БПЛА или беспилотники, дроны), управление которыми находится в прямом ведении инженерных войск. В последние годы БПЛА, т.е. летательные аппараты многоразового использования без экипажа, оснащенные двигателем и поднимающиеся в воздух за счет аэродинамических сил, функционирующие в автономном режиме или на основе дистанционного управле- 2

ния , стали одним важнейших элементов вооружения современных вооруженных сил ряда стран. Их применение возможно как в военных условиях (осуществление разведки, мониторинга земной поверхности и водной среды и т.д.), так и мирных (в сельском хозяйстве). [11] [12]

В условиях роста террористических угроз беспилотники приобретают особую значимость, так как с их помощью на значительном расстоянии в автономном режиме путем дистанционного управления можно уничтожить врага (так называемое «убийство из-под облаков»[13]), однако, проблема заключается на данный момент в том, что отсутствует система правовой регуляции применения БПЛА в условиях ведения войны и защиты мирного населения. Опасность заключается в том, что беспилотники, будучи легко и дистанционно управляемыми, относительно дешевыми по сравнению с другой летательной (с экипажем) техникой, с таким же успехом могут быть использованы в террористических целях, хотя пока прецедентов их применения в терактах еще не было.

Инженерные войска России также активно начали оснащаться беспилотными летательными аппаратами для ведения инженерной раз- ведки противника, местности и объектов в реальном режиме времени", но надо заметить, что передовые разработки в этом направлении принадлежат США, которые весьма активно работают в области роботизации техники, прежде всего военной. Среди наиболее популярных боевых БПЛА, например, считается американский БПЛА «Predator» («Хищник»), а для целей разведки военно-воздушными силами США широко применяется «Glodal Hawk» RQ-4 .

Исследователи пишут о том, что России необходимо заполнить правовой вакуум относительно применения БПЛА в военной и гражданской сфере, но с учетом международных законодательных норм, которые будут разрабатываться, а также разрабатывать специальные меры по контрою воздушного пространства над критически важными объектами, такие как транспортные узлы, электростанции, предприятия атомной промышленности, особенно в периоды проведения меро-

~ 4

приятии государственной значимости .

В современном обществе, характеризующемся накалом военной обстановки и реальными военными столкновениями и компаниями, ренессансом цивилизационного противостояния по линии «Запад- [14] [15] [16]

Восток» и трансформацией самих понятий «война и мир»[17] [18], значимость военно-инженерного дела и профессиональной деятельности в этой сфере будет только возрастать.

Именно поэтому актуализируется проблема преодоления рисков в области преемственности военно-инженерного искусства в России. Эта преемственность значительно нарушилась в годы постсоветский трансформаций, когда целые инженерные школы и направления перестали существовать как невостребованные новой рыночной экономикой и страной, долгое время встававшей с «колен» и выходившей из состояния национальной и цивилизационной неполноценности перед лицом успешного и могущественного Запада.

Экономически слабая и по сей день Россия все же дала гражданам право гордиться своей страной, престиж которой на международной арене в путинскую эпоху значительно вырос, хотя на сегодняшний день цена этой гордости становится слишком дорогой. Разрыв отношений с Западом стал источником очередного экономического кризиса, выход из которого возможен только путем мобилизации собственных экономических, человеческих, производственных, научных и иных ресурсов для развития национальной экономики, промышленности и науки.

Удастся ли воссоздать разорванные связи преемственности в сфере военно-инженерного дела или придется наращивать новый инженерный потенциал страны?

На этот вопрос сложно ответить, но важно понимать, что даже восстановленный потенциал в военно-инженерной сфере необходимо сохранять посредством реально действующих каналов преемственности, используя все имеющиеся ресурсы: социализационные, информационные, нормативно-правовые, образовательные и т.д. Знакомство с достижениями военно-инженерной мысли и продукции, особенностями работы и профессии военного инженера в исторической ретроспективе должно стать источником формирования интереса к этому роду военной профессии и позитивного отношения к военной службе вообще, что немаловажно в условиях сложившейся в России тенденции укло- нения молодежи от службы в армии".

Таким образом, основные стратегии в области преодоления рисков военно-инженерной безопасности России связаны с оптимизацией образовательных, социализационных, информационных, культурноисторических и экономических ресурсов страны под эгидой эффективной государственной политики в указанных сферах. Доминирующая роль государства в общественных процессах, всегда определявшая траекторию общественного развития России, не оставляет иных перспектив снижения рискогенного потенциала военно-инженерной сферы кроме как путем оптимизации государственной политики в области наращивания инженерно-технического потенциала страны, однако, пока эта политика носит однобокий характер, так как направлена на наращивание военного и оборонного потенциала для решения стратегически важных проблем геополитического и международного характера, оставляя без должного внимания те вопросы, которые отвечают за воспроизводство и сохранение военно-инженерного искусства, которым Россия славилась в былые времена.

Стоит вспомнить, что инженерные войска участвовали во всех сражениях за Отечество, за защиту российского народа, способствуя боевому успеху всей российской армии, благодаря мужеству, отваге и профессионализму военных инженеров, среди которых в конце XIX - начале XX века 125 стали Георгиевскими кавалерами и более 100 тысяч награждены орденами и медалями за героизм, проявленный во время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. (из них - 700 воинов- инженеров удостоены звания Героя Советского Союза и Героя России, а 294 стали полными кавалерами ордена Славы)[19].

Незаменимы военные инженеры и в мирное время, выполняя ответственные и опасные задания в районах землетрясений и наводнений по разбору завалов и восстановлению дамб, участвуя в строительстве дорог, переправ. В мирное время военным инженерам приходится рисковать при разминировании местности от взрывоопасных предметов. Военнослужащие инженерных войск являются постоянными участниками мероприятий по ликвидации последствий крупных аварий и катастроф.

Так, согласно официальным данным, с начала 2013 года сапёры батальона разминирования отдельной инженерной бригады Южного военного округа в проводили сплошную очистку сельскохозяйственных угодий в Чеченской Республике и Республике Ингушетия и за 2013 год в ходе данной работы ими было обнаружено и обезврежено

823 взрывоопасных предмета (ВОП) в Чеченской Республике и 47 ВОП в Республике Ингушетия1.

Поскольку инженерные войска обеспечивают действия практически всех Вооружённых Сил России, их роль в структуре ВС РФ очень высока, а функциональная специфика обширна. Инженерные войска подразделяются на инженерно-разведывательные, инженерносапёрные, штурмовые, инженерно-дорожные, понтонно-мостовые, инженерно-технические, переправочно-десантные и т.д., отвечая за при подготовке и ведении боевых действий за инженерную разведку противника, местности и объектов; возведение фортификационных сооружений и устройство полевых сооружений для размещения войск; установку минных полей, производство взрывных работ; разминирование местности и объектов; организацию водных переправ, строительство мостов; обеспечение дезинформации и имитации военных действий для обмана противника и т.д.[20] [21]

Действия подразделений инженерных войск в «горячих точках» Абхазии, Чечни, Боснии и Герцеговини и ряде других регионов современного мира отмечены высокой оценкой[22], а в условиях возросшей угрозы мирового терроризма комплексная и многополярная деятельность военных инженеров становится незаменимой и становится фактором обеспечения национальной безопасности России. В стране продолжается подготовка специалистов для инженерных войск. Важнейшим образовательным центром подготовки военных инженеров в России является Военно-инженерный университет, образованный 1 сентября 1998 года на базе Военно-инженерной академии имени В.В.Куйбышева.

В целом, подготовке инженерных кадров в структуре Вооруженных сил России уделяется значимое внимание, но требуется дальнейшее продвижение по пути совершенствования инженерных подразделений и оснащения их современной техникой и инновационными технологиями. Однако важнейшим направлением военно-инженерной безопасности России должно стать формирование военных инженеров нового поколения, инновационно мыслящих и готовых к применению и обновлению профессиональных знаний в условиях динамично меняющейся реальности.

  • [1] Самыгин С.И., Верещагина А.В. Военная безопасность России в условиях новойсоциально-политической и цивилизационной реальности // Социальногуманитарные знания. 2015. № 7. С. 50-54.
  • [2] Пирумов А.Р. Качественное инженерное образование как основа технологическойи экономической безопасности России // Власть. 2015. № 2. С. 67-71.
  • [3] Арефьев А.Л., Арефьев М.А. Об инженерно-техническом образовании в России[Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.socioprognoz.ru/files/File/publ/Inkzenerno_technicheckoe.pdf
  • [4] Герасимов Г.И. Познавательно-развивающая парадигма: инновационное измерение трансформации образования // Гуманитарий Юга России. 2013. № 4. С. 128.
  • [5] Тугуз Ф.К. См.: Социализация личности в культурно-образовательном пространстве современного классического университета в России. Автореферат дисс. ...док. фил. наук. Ростов-на-Дону, 2015. - 58 с.
  • [6] 313 лет инженерным войскам России! // http://www.amchs.ru/index.php/news/267-313-let-inzhenernym-vojskam-rossii
  • [7] Центральный научно-исследовательский испытательный институт инженерныхвойск Министерства обороны Российской Федерации //http://ens.mil.ru/science/SRI/infrmation.htm?id=l 1878(h;morfOrgScience
  • [8] Центральный научно-исследовательский испытательный институт инженерныхвойск Министерства обороны Российской Федерации //http://ens.mil.ru/science/SRI/infrmation.htm7icHl 1878@morfOrgScience
  • [9] Верещагина А.В., Самыгин С.И. Военно-политическая безопасность в системесоциальной безопасности России: социологический ракурс теоретической рефлексии // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2015. № 4С. 26-29.
  • [10] Разов П.В. Риски социальной адаптации бывших российских военнослужащих кусловиям гражданской жизни // Социально-гуманитарные знания. 2015. № 7. С.126-132.
  • [11] Военно-политические итоги 2014 года [Электронный ресурс]. Режим доступа:http://www.nationaldefense.ru/includes/periodics/maintheme/2014/1229/132814794/detail.shtml
  • [12] Карякин В.В. Беспилотные летательные аппараты - новая реальность войны //Проблемы национальной стратегии. 2015. № 3. С. 130.
  • [13] 2 Там же. С. 313.
  • [14] Инженерные войска будут оснащены беспилотниками - Минобороны РФ // РИАНовости // http://ria.ru/defense_safety/20110121/324424967.html#ixzz3u6inwCDb
  • [15] Карякин В.В. Беспилотные летательные аппараты - новая реальность войны //Проблемы национальной стратегии. 2015. № 3. С. 133.
  • [16] Та же. С. 144.
  • [17] Верещагина А.В., Самыгин С.И. «Война и мир» в условиях новой социальнойреальности (к вопросу о военной и национальной безопасности России) // Государственное и муниципальное управление. Ученые записки СКАГС. 2015. № 2. С. 178-183.
  • [18] Верещагина А.В., Сажина Л.В., Самыгин С.И. Отношение студенческой молодежи к армии как фактор национальной безопасности // Государственное и муниципальное управление. Ученые записки СКАГС. 2015. № 3. С. 244-249.
  • [19] 313 лет инженерным войскам России! // http://www.amchs.ru/index.php/news/267-313-let-inzhenernym-vojskam-rossii
  • [20] Войска постоянной готовности // http://www.redstar.ru/index.php/newspaper/item/10356-vojska-postoyannoj-gotovnosti
  • [21] Там же.
  • [22] Сергеев Ю. Инженерные войска России // Прогресс Приморья. № 3 (215) от24.01.2013 г. // http://wwwold.dvfu.rU/web/is/-/inzenernye-vojska-rossii
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >