ГОРОДСКИЕ СЕЛЬЧАНЕ: СОЦИАЛЬНЫЙ ПОРТРЕТ НАСЕЛЕНИЯ ПРИГОРОДНОЙ ЗОНЫ КАЛУГИ

По итогам проведенного нами в сентябре —- декабре 2014 г. исследования ключевых проблем развития городских и сельских территорий МО «Город Калуга» мы определили, насколько сильно и за счет чего различаются жители различных функциональных зон современного российского провинциального города и имеет ли четкую социальную определенность портрет жителя его пригородной зоны.

Население различных функциональных зон города (исторический центр, молодые центральные районы, окраины, пригороды) действительно весьма неоднородно. За исключением пола, уровня формального образования, динамики материального положения за год, предшествовавший опросу, и ожиданий того, изменится ли оно в течение года с момента опроса, для всех ключевых переменных социально-экономического и социально-демографического статуса нулевые гипотезы о равенстве распределений их значений для категорий «Зона города», проверенные по критерию Краскалла-Уоллиса для независимых выборок на уровне значимости 0.05, были отклонены.

Демографические характеристики жителей различных функциональных зон современного российского провинциального города

Дискриминантный анализ показывает, что в 36% случаев принадлежность к группе жителей пригородной зоны верно предсказывается (М Бокса = 216,337, F = 3.408, %2 =161,989 со значимостью 0.000) с помощью признаков (таб. 6) места рождения, состояния здоровья, численности домохозяйства и количества детей, возраста, и 61% дисперсии этих признаков объясняется местом проживания.

Дополнительно вводимые переменные семейного положения и субъективного чувства защищенности, которое мы рассматриваем как производную от оценки личной ситуации (возраст, здоровье, экономические ресурсы, социальные связи) и от воспринимаемого риска проживания в определенной среде (опасный/безопасный район и т.д.) повышают надежность предсказания лишь до 37%.

На пригородную зону приходится наименьшая (14,7%) в городе (окраины — 23%, молодые районы Центра — 30,9%, исторические районы Центра — 31,4%) доля не состоящих в браке, но по признаку однородности дисперсий пригород не образует самостоятельной группы — отчетливо однороден (по критерию Дункана со значимостью 1) только исторический Центр, где брачность наименьшая.

Таблица 6

Структурная матрица демографических дискриминант места жительства

Функция

1

2

3

Место рождения

,848*

,243

-,023

Состояние здоровья

,468*

,218

,390

Численность домохозяйства

-,228

,715*

,495

Количество детей

-,428

-,513*

,336

Возраст

-,295

-,411*

,191

Семейное положение

-,250

,313*

-,033

Объединенные внутригрупповые корреляции между дискриминантными переменными и нормированными каноническими дискриминантными функциями.

Переменные упорядочены по абсолютной величине корреляций внутри функции.

*Максимальная по абсолютной величине корреляция между переменными и дискриминантными функциями.

По численности домохозяйства (статистика Ливиня 2.98 со значимостью 0.03, F = 11.76 со значимостью 0.00) функциональные зоны значимо не различаются (со значимостью критерия Дункана 0.357), кроме исторического Центра, в котором проживает наибольшее количество одиночек (значимость критерия Дункана 1). Нужно отметить большую частотность расширенных домохозяйств вдали от Центра. Частная корреляция усиливается по сравнению с множественной в условиях исключения переменных возраста и количества детей (г = -0.113 со значимостью 0.000) и еще больше — в условиях исключения возраста и состояния здоровья (г = -0.139 со значимостью 0.000). Таким образом, необходимость совместного проживания для ухода за младенцами или больными стариками имеется повсеместно, что не позволяет увидеть в условиях множественной корреляции территориальной специфики, состоящей в том, что жители окраин и пригородов больше тяготеют к расширенной семье, чем жители центральных районов, независимо от стадии ее жизненного цикла и состояния здоровья членов.

При этом у них отчетливо больше детей, чем у жителей всех других функциональных зон: статистика Ливиня = 6.206 со значимостью 0.00, F = 11.438 со значимостью 0.00, критерий Дункана со значимостью 1 выделяет пригороды по признаку детности в особое однородное подмножество (см. рис. 8).

Средние для функциональных зон значения детности жителей

Рис. 8. Средние для функциональных зон значения детности жителей

Однако сравнение множественных и частных корреляций признака детности дает картину, обратную численности домохозяйства: если исключить переменную возраста, связь количества детей с местом жительства оказывается хоть и отрицательной (то есть, чем дальше от Центра, тем больше), но едва уловимой, крайне слабой. Иными словами, детей у жителей пригородов больше лишь потому, что они заметно старше жителей внутреннего города, так как речь здесь идет не о детях — членах домохозяйства респондента, а об их общем количестве (рис. 9).

Средние для функциональных зон значения возраста жителей

Рис. 9. Средние для функциональных зон значения возраста жителей

Критерий однородности Дункана по дисперсии признака возраста разбивает выборку с четырьмя градациями на два однородных подмножества. Если исторический и молодой центр, а также окраины объединяются в одно родное подмножество со значимостью 0.385, то пригород составляет отдельную подгруппу (значимость = 1.00).

Соответственно, у жителей пригорода худшее (рис. 10) состояние здоровья (статистика Ливиня 11. 372 со значимостью 0.00, F=10,219 со значимостью 0.00), и в этом отношении они объединяются (со значимостью 0.116) с жителями окраин в противоположность жителям центральных районов (со значимостью 0,176).

Средние для функциональных зон значения здоровья жителей

Рис. 10. Средние для функциональных зон значения здоровья жителей

Однако наиболее отчетливый дискриминационный признак (критерий F = 26.75 со значимостью 0.00) — место рождения. Жители пригородов — уроженцы мест, наиболее отдаленных от места проведения опроса (рис. 11).

Средняя для функциональных зон близость места рождения жителей к месту жительства

Рис. 11. Средняя для функциональных зон близость места рождения жителей к месту жительства

В центральных районах чаще проживают их уроженцы, тогда как пригороды и окраины интенсивней осваиваются мигрантами, которые составляют значительную долю их жителей: 72% жителей пригородов и 51% жителей окраин (табл. 7).

Таблица 7

Сопряженность Место рождения * Зона города

Зона города

Ито-го

Пригород

Окраина

Центральные районы

Исторический центр

Место рождения

СНГ или нац. респ. СССР

Частота

32а

35а

20Ь

13Ь

100

% в

Зона города

13,0%

8,9%

4,2%

3,2%

6,6%

% по слою

2,1%

2,3%

1,3%

,9%

6,6%

РФ

Частота

73а

83Ь

74с

63с

293

% в

Зона города

29,6%

21,1%

15,6%

15,3%

19,2

%

% по

слою

4,8%

5,4%

4,8%

4,1%

19,2 %

КО

Частота

73а

83Ь

106Ь

116а

378

% в

Зона города

29,6%

21,1%

22,4%

28,2%

24,8 %

% по слою

4.8%

5,4%

6,9%

7,6%

24,8 %

Калуга

Частота

27а

97Ь

116Ь

76с

316

% в

Зона города

10,9%

24,6%

24,5%

18,5%

20,7 %

% по слою

1,8%

6,4%

7,6%

5,0%

20,7%

Данный район Калуги

Частота

42а

96Ь

158с

143с

439

% в

Зона города

17,0%

24,4%

33,3%

34,8%

28,8%

% по слою

2,8%

6,3%

10,4%

9,4%

28,8%

Итого

Частота

247

394

474

411

1526

% в

Зона города

100,0%

100,0%

100,0%

100,0%

100,0%

% по

слою

16,2%

25,8%

31,1%

26,9%

100,0%

Каждая подстрочная буква обозначает набор Зона города категорий, для которых пропорции столбцов значимо не различаются между собой на уровне

,05.

Различная миграционная проницаемость функциональных зон города связана, безусловно, с различной стоимостью и ценностью жилья в зависимости от уровней престижа, благоустроенности, безопасности, транспортной доступности, экологичности района, что обусловлено неравенством экономических ресурсов.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >