Защита прав налогоплательщика при межгосударственном обмене информацией

Как следует из проведенного анализа, основной тенденцией в современном правовом регулировании межгосударственного обмена информацией является значительное расширение прав компетентных органов на получение информации о налогоплательщике и иной информации для администрирования национальных налоговых правил. Последнее происходит в основном за счет сужения прав налогоплательщика (прежде всего на охрану банковской и налоговой тайны) и повышения его бремени по доказыванию того, что его действия по созданию иностранных компаний, открытию иностранных счетов, ведению деятельности за рубежом и т.п. имели экономическое основание и не были направлены на получение необоснованной налоговой выгоды.

В частности, следующие новые положения международно-правовых актов[1] , регулирующих обмен информацией, могут рассматриваться как потенциально ухудшающие правовой статус налогоплательщика:

— о предоставлении информации более широкого характера (так, в соответствии с действующей после внесенных изменений 2005 и 2012 гг. версией МК, модели TIEA и Конвенции 1988 г. предоставлению в рам

ках межгосударственного обмена подлежит информация, которая ранее составляла налоговую или банковскую тайну, равно как информация, находящаяся в распоряжении трастовых управляющих и иных доверенных лиц и ранее считавшаяся строго конфиденциальной1);

  • допускающие использование информации компетентными органами запрашивающего государства для целей иных, чем налоговые (в результате налогоплательщик оказывается под риском привлечения к ответственности или как минимум под риском проведения в его отношении дополнительных контрольных мероприятий), не только в налоговой сфере, но и в иных сферах (административной, уголовной и т.п.);
  • предусматривающие сокращение сроков предоставления информации (как правило, устанавливается требование о предоставлении информации в срок от 60 до 90 дней), что может негативно сказываться на возможностях налогоплательщика обжаловать действия соответствующих налоговых органов по формированию или исполнению информационного запроса, делая право налогоплательщика на обжалование (при наличии такового) простой формальностью.

Учитывая все вышесказанное, на современном этапе развития отношений по межгосударственному обмену информацией возникает не только вопрос о повышении эффективности участия в информационном обмене компетентных органов за счет расширения их прав, но и вопрос о балансировании прав компетентных органов и прав налогоплательщика, иными словами, о балансе публичного и частного интересов[2] .

В настоящее время вопрос о защите прав налогоплательщика детально не урегулирован ни в одном из нормативно-правовых актов об обмене информацией. Общее упоминание о необходимости соблюдения прав налогоплательщика содержится лишь в ст. I ТІЕА и отчасти в Конвенции 1988 г.’ Однако указанное вряд ли может служить

достаточной базой для защиты прав налогоплательщика, поскольку эти акты содержат лишь отсылку к национальному законодательству договаривающихся государств, где далеко не всегда закреплены такие важные права налогоплательщика, как право на уведомление и право на возражение.

Как известно, в международном праве действует презумпция законности и обоснованности действий публичных органов государственной власти', которая может быть основанием для утверждения, что запрос, сформированный компетентными органами государства, является обоснованным и не должен подвергаться сомнению, равно как и законными должны считаться действия государства по исполнению такого запроса. Отчасти по этой причине в законодательстве большинства государств, которые участвуют в международном обмене информацией, в том числе тех, которые присоединились к Единому стандарту обмена информацией, не закреплены право налогоплательщика быть уведомленным о формировании в отношении его информационного запроса и право на возражение против формирования запроса или предоставления запрашиваемой информации2. Однако некоторые ученые настаивают на том, что в случае неуведомления налогоплательщика о запросе (right of notification) и непредоставления ему права обжалования такого запроса (right of objection) налогоплательщики оказываются под угрозой того, что «сведения, собранные о них налоговыми органами страны источника дохода и переданные компетентным органам запрашивающего государства, могут быть неверными либо будут неправильно интерпретированы компетентними органами, а также что компетентные органы запрашивающего государства не будут соблюдать должным образом требования конфиденциальности полученной информации о налогоплательщике. В результате ущерб может быть причинен доброму имени и репутации налогоплательщика, равно как и его экономическим интересам и финансовому положению»1.

Учитывая вышеперечисленное, стоит отметить, что после создания Единого стандарта межгосударственного обмена информацией в настоящее время на повестке дня с еще большей остротой стоит вопрос о создании Единого международного правового стандарта защиты прав налогоплательщика1. По мнению ряда ученых[3] , Единый международный стандарт должен предполагать закрепление в международных правовых актах соответствующих обязательных правил, обеспечивающих защиту прав налогоплательщика, и обязанность участвующих государств включать такие правила в национальное законодательство как запрашивающего информацию государства, так и предоставляющего ее государства. Такие правила должны включать не только ставшие стандартными требования о защите права на конфиденциальность информации, права на сохранение налоговой и банковской тайны. Дополнительно, учитывая, что тенденцией становится постепенное ограничение права налогоплательщика на конфиденциальность информации, а также банковской и налоговой тайны, «потери» налогоплательщика в этом отношении должны компенсироваться обязательным предоставлением ему в запрашивающем и предоставляющем государстве дополнительных прав'.

  • быть уведомленным (notification right)',
  • высказать свое мнение (consultation right)',
  • подать возражение (right to file an objection) на сформированный в его отношении запрос информации;
  • на доступ к переданной информации (right to the disclosure of the information).

  • [1] организациями, эмитентами обращающихся облигаций и др. в соответствии с поди. 5—6 п. 1 ст. 25.13-1 НК РФ. 2 Подробнее о международно-правовых актах, регулирующих межгосударственный обмен информацией , см. в п. 1—3 § 1 настоящей главы.
  • [2] Так, п. 5 ст. 26 МК гласит: «Ни в коем случае положения пункта 3 не будут толковаться как позволяющие Договаривающемуся Государству отказать в предоставлении информации только потому, что такая информация находится в распоряжении банка, другой финансовой организации, номинального держателя, агента или доверительного управляющего либо содержит сведения об имущественных интересах применительно к какому-либо лицу». 2
  • [3] Schenk-Geers, International Exchange of Information and the Protection of Taxpayers. Alphen aan den Rijn, 2009. P. 3. 2 Carrasco A.L. Exchange of Information and the Legal Protection of the Taxpayer / Gunther О.-C., Tiichler N. (eds.). Exchange of Information for Tax Purposes... P. 567—582; Schenk-Geers in Seer/ Gabert, Mutual Assistance and Information Exchange. P. 110. 3 Ibidem. 4 О праве на конфиденциальность информации см. подробнее: OECD. Keeping it Safe. The OECD Guide on the Protection of Confidentiality of Information Exchanged for Tax Purposes - OECD Publishing 2012 (electronic resource). URL: http://www.oecd.org/ctp/ exchange-of-tax-information/keeping-it-safe-report.pdf
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >