Организационное построение Государственной инспекции безопасности дорожного движения

Организационное построение Государственной инспекции безопасности дорожного движения с момента ее становления претерпело серьезные изменения. В настоящее время в систему Госавтоинспекции входят:

  • 1) Главное управление по обеспечению безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации (подразделение Госавтоинспекции на федеральном уровне), которое является органом управления Госавтоинспекции;
  • 2) Центр специального назначения в области обеспечения безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации;
  • 3) подразделения Госавтоинспекции территориальных органов Министерства внутренних дел Российской Федерации по субъектам Российской Федерации (подразделения Госавтоинспекции на региональном уровне);
  • 4) специализированные подразделения Госавтоинспекции территориальных органов Министерства внутренних дел Российской Федерации по субъектам Российской Федерации;
  • 5) подразделения Госавтоинспекции управлений, отделов, отделений Министерства внутренних дел Российской Федерации по районам, городам и иным муниципальным образованиям, в том числе по нескольким муниципальным образованиям, по закрытым административно-территориальным образованиям, а также подразделение Госавтоинспекции Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации на комплексе «Байконур» (подразделения Госавтоинспекции на районном уровне);
  • 6) научно-исследовательские учреждения Госавтоинспекции и их филиалы.

Руководитель подразделения Госавтоинспекции на федеральном уровне является по должности главным государственным инспектором безопасности дорожного движения Российской Федерации, а его заместители — заместителями главного государственного инспектора безопасности дорожного движения Российской Федерации. Указанные лица назначаются и освобождаются от должности Президентом Российской Федерации по представлению министра внутренних дел Российской Федерации.

Руководители подразделений Госавтоинспекции на региональном уровне являются по должности главными государственными инспекторами безопасности дорожного движения по субъектам Российской Федерации, а их заместители — заместителями главных государственных ин спекторов безопасности дорожного движения по субъектам Российской Федерации.

Руководители подразделений Госавтоинспекции на районном уровне являются по должности главными государственными инспекторами безопасности дорожного движения по районам, городам и иным муниципальным образованиям, в том числе по нескольким муниципальным образованиям, по закрытым административно-территориальным образованиям, а также на комплексе «Байконур», а их заместители — заместителями главных государственных инспекторов безопасности дорожного движения по районам, городам и иным муниципальным образованиям, в том числе по нескольким муниципальным образованиям, по закрытым административно-территориальным образованиям, а также на комплексе «Байконур».

Указания и распоряжения вышестоящих главных государственных инспекторов безопасности дорожного движения по вопросам обеспечения безопасности дорожного движения обязательны для исполнения нижестоящими главными государственными инспекторами безопасности дорожного движения.

В настоящее время значительный объем полномочий, связанных с контролем за соблюдением Правил дорожного движения (далее — ПДД РФ или Правила)[1], иных нормативных правовых актов в области обеспечения безопасности дорожного движения, а также возбуждением дел об административных правонарушениях в этой области, осуществляют сотрудники строевых подразделений ДПС ГИБДД МВД России, деятельность которых регламентирована Наставлением по организации деятельности дорожно-патрульной службы Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел РФ. В зависимости от величины обслуживаемого административно-территориального образования, количества зарегистрированных на территории транспортных средств, численности личного состава и других критериев подразделения дорожно-патрульной службы формируются в виде:

  • — полков, батальонов, рот, взводов, отделений и групп ДПС ГИБДД;
  • — специализированных батальонов, рот, взводов ДПС ГИБДД оперативного реагирования;

  • — специализированных полков, батальонов, рот, взводов ДПС ГИБДД на специальных трассах;
  • — специализированных батальонов, рот, взводов ГИБДД по обеспечению безопасного и беспрепятственного проезда автомобилей специального назначения.

Крупные подразделения дорожно-патрульной службы, как правило, имеют в своей структуре руководящий состав; штаб; отделение (группу) кадров; дежурную часть; отделение (группу) по исполнению административного законодательства; отделение (группу) по розыску; техническую часть; службу обеспечения и обслуживания; роты; взводы.

Подразделения ДПС ГИБДД осуществляют контроль за дорожным движением, предупреждение, выявление и пресечение нарушений правил дорожного движения, применение в установленном порядке мер административного воздействия к нарушителям; распорядительно-регулировочные действия; выезд на места ДТП, выполнение в пределах установленной компетенции неотложных действий (в том числе по охране общественного порядка и борьбе с преступностью), розыск и задержание угнанных и похищенных транспортных средств, а также транспортных средств, водители которых скрылись с мест ДТП, и др.

Специализированные подразделения ГИБДД по обеспечению безопасного и беспрепятственного проезда автомобилей специального назначения выполняют особые функции: обеспечение во взаимодействии с Федеральной службой охраны Российской Федерации безопасного и беспрепятственного проезда автомобилей специального назначения при следовании в них лиц, подлежащих государственной охране; выполнение обязанностей в соответствии с требованиями Наставления по организации деятельности дорожно-патрульной службы Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел РФ при отсутствии проездов автомобилей с лицами, подлежащими государственной охране.

Дорожно-патрульная служба ГИБДД осуществляется и на стационарных постах. Стационарный пост — место несения службы нарядами ДПС, оборудованное специальными служебными помещениями, оснащенное оперативно-техническими и специальными средствами, инженерными и иными сооружениями, а также закрепленная за ним зона ответственности. Под зоной ответственности понимается территория поста с прилегающим к ней участком дороги, в пределах которого наряд дорожно-патрульной службы выполняет свои функциональные обязанности.

Наряды ДПС на стационарных постах оказывают (в пределах своей компетенции) помощь участникам дорожного движения, защищают их законные права и интересы; регулируют дорожное движение, в том числе с использованием технических средств и автоматизированных систем, обеспечивают организацию движения транспортных средств и пешеходов в местах проведения аварийно-спасательных работ и массовых мероприятий; осуществляют неотложные действия на месте дорожно-транспортного происшествия, в том числе принимают меры по эвакуации людей, оказывают им первую медицинскую помощь, а также содействуют в транспортировке поврежденных транспортных средств и охране имущества, оставшегося без присмотра; предупреждают, выявляют и пресекают нарушения Правил дорожного движения Российской Федерации, привлекают в установленном порядке и в пределах своей компетенции к административной ответственности лиц, совершивших такие правонарушения, и др.

В состав наряда стационарного поста назначается не менее двух сотрудников дорожно-патрульной службы. Один сотрудник, как правило, экипирован в бронежилет и вооружен автоматическим оружием в целях осуществления страховочных функций при проверке нарядом транспортных средств. На стационарные посты могут дополнительно выставляться наряды других министерств и ведомств для осуществления контроля за передвижением транспорта и перевозкой грузов. Например, водитель, участвующий в международном дорожном движении, в соответствии с п. 2.2 Правил дорожного движения обязан останавливаться по требованию работников Российской транспортной инспекции Министерства транспорта Российской Федерации, предъявлять для проверки необходимые документы и транспортное средство. Отметим, что в последние годы такая форма несения службы, как выставление нарядов ДПС на стационарных постах, признается неэффективной, а потому во многих регионах идет сокращение количества стационарных постов. Например, в Омской области стационарные посты ДПС за последние 7 лет были сокращены на 89% (с девяти в 2009 г. до одного в 2016 г.). Считаем, что подобного рода оптимизация должна иметь точечный и строго выверенный характер, поскольку в определенных кризисных ситуациях, например при возникновении чрезвычайных обстоятельств различного вида, стационарные посты ДПС могут приобретать статус контрольнопропускных пунктов, а уже в этом качестве они становятся действенным инструментом обеспечения функционирования особого режима въезда (выезда) на определенную территорию.

§ 3. Полномочия должностных лиц ГИБДД по применению мер административного принуждения Административное принуждение обладает специфичными признаками, которые позволяют выделить его в качестве самостоятельного вида государственного принуждения, нацеленного на охрану общественных отношений, складывающихся преимущественно в сфере государственного управления. Меры административного принуждения используются в процессе реализации исполнительной власти соответствующими органами и должностными лицами, что представляет собой результат проявления их государственно-властных полномочий. Всем мерам административного воздействия присущ властнопринудительный характер[2].

Обеспечение безопасности дорожного движения заключается в том, чтобы убедить или принудить, опираясь на силу государственной власти, все министерства, ведомства, предприятия, учреждения и другие организации, всех должностных лиц, а также граждан соблюдать требования норм, касающихся безопасности дорожного движения.

Выполнение этих задач возможно только при реализации Государственной инспекцией безопасности дорожного движения соответствующих государственно-властных полномочий и в случае применения мер административного принуждения.

Для пресечения противоправных действий водителей, пешеходов и других участников дорожного движения должностным лицам ГИБДД Закон о полиции, КоАП РФ, Правила дорожного движения Российской Федерации, Положение о Государственной инспекции безопасности дорожного движения МВД России, иные нормативные правовые акты предоставляют право применять значительный комплекс мер административного принуждения. Анализ указанных нормативных правовых актов позволяет сделать вывод о наличии в арсенале ГИБДД следующих мер административного принуждения:

  • 1) задержание (ст. 14 Закона о полиции);
  • 2) применение физической силы (ст. ст. 18,19, 20 Закона о полиции);
  • 3) применение специальных средств (ст. ст. 19,21,22 Закона о полиции);
  • 4) применение огнестрельного оружия (ст. ст. 19,23,24 Закона о полиции);
  • 5) доставление (п. 1 ч. 1 ст. 27.2 КоАП РФ);
  • 6) административное задержание (п. 1 ч. 1 ст. 27.3 КоАП РФ);

  • 7) личный досмотр (ч. 2 ст. 27.7 и ст. ст. 27.2, 27.3 КоАП РФ);
  • 8) досмотр вещей, находящихся при физическом лице (ч. 2 ст. 27.7 и ст. ст. 27.2, 27.3 КоАП РФ);
  • 9) осмотр принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов (ч. 1 ст. 27.8 и ст. 28.3 КоАП РФ);
  • 10) досмотр транспортного средства (ч. 2 ст. 27.9 и ст. ст. 27.2, 27.3 КоАП РФ);
  • И) изъятие вещей и документов (ч. 2 ст. 27.10, п. 1 ч. 2 ст. 28.3 и ст. ст. 27.2, 27.3 КоАП РФ);
  • 12) отстранение от управления транспортным средством (ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ);
  • 13) освидетельствование на состояние алкогольного опьянения (ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ);
  • 14) направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ);
  • 15) задержание транспортного средства (ч. 3 ст. 27.13 и п. 1 ч. 2 ст. 28.3 КоАП РФ);
  • 16) арест товаров, транспортных средств и иных вещей (ч. 2 ст. 27.14, п. 1 ч. 2 ст. 28.3 и ст. 27.3 КоАП РФ);
  • 17) привод (п. 2 ч. 2 ст. 27.15 КоАП РФ);
  • 18) временный запрет деятельности (ч. 2 ст. 27.16, п. 1 ч. 2 ст. 28.3 КоАП РФ);
  • 19) наложение административных наказаний в виде предупреждения или административного штрафа (ст. 23.3 КоАП РФ);
  • 20) временное ограничение или запрет дорожного движения, изменение его организации на отдельных участках дорог или запрет проведения на дорогах ремонтно-строительных и других работ (подп. «д» п. 12 Положения о Государственной инспекции безопасности дорожного движения МВД России);
  • 21) запрет на перевозку крупногабаритных, тяжеловесных или опасных грузов, а также на движение общественного транспорта по установленным маршрутам (подп. «е» п. 12 Положения о Государственной инспекции безопасности дорожного движения МВД России);
  • 22) запрет эксплуатации автомототранспортных средств и прицепов к ним, тракторов и других самоходных машин до устранения причин, послуживших основанием для такого запрещения (подп. «ж» п. 12 Положения о Государственной инспекции безопасности дорожного движения МВД России);
  • 23) остановка транспортного средства и проверка документов на право пользования и управления ими, страхового полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства, а также документов на транспортное средство и перевозимый груз, изъятие этих документов (подп. «и» п. 12 Положения о Государственной инспекции безопасности дорожного движения МВД России);
  • 24) использование транспортных средства предприятий, учреждений, организаций, общественных объединений и граждан для доставления в медицинские организации граждан, нуждающихся в оказании медицинской помощи в экстренной или неотложной форме, для транспортировки поврежденных при авариях транспортных средств (подп. «р» п. 12 Положения о Государственной инспекции безопасности дорожного движения МВД России);
  • 25) беспрепятственное использование в служебных целях средств связи, принадлежащих юридическим лицам и гражданам (подп. «с» п. 12 Положения о Государственной инспекции безопасности дорожного движения МВД России).

Большинство ученых в зависимости от целей и способа обеспечения правопорядка, определяемых объективным характером общественных отношений и противоправных посягательств на эти отношения, все варианты административного принуждения подразделяют на меры:

  • — административного предупреждения (административно-предупредительные меры);
  • — административного пресечения (административно-пресекательные меры);
  • — административной ответственности;
  • — административно-процессуального обеспечения[3];
  • — административно-правовые восстановительные меры принуждения, которые применяются в целях возмещения причиненного ущерба, восстановления прежнего положения вещей.

При классификации мер административного принуждения по целям их применения имеются определенные сложности, обусловленные тем, что одна мера административного принуждения может одновременно преследовать несколько целей, по этому основанию она может быть отне-

сена к нескольким группам мер административного принуждения. Кроме того, одна и та же мера административного принуждения в разных случаях может быть направлена на достижение полярных целей, т. е. относиться к различным группам мер административного принуждения.

Меры административного предупреждения (административнопредупредительные меры), будучи одним из видов административного принуждения, используются субъектами их применения в целях предупреждения правонарушений и обстоятельств, угрожающих общественной и личной безопасности граждан. Они выступают в качестве ограничений административно-правового характера, административно-побудительных действий в отношении того или иного физического, должностного или юридического лица[4].

Должностным лицам ГИБДД в целях предупреждения правонарушений предоставлено право применять такие административнопредупредительные меры, как остановка транспортного средства, досмотр транспортных средств, грузов и багажа, личный досмотр водителей, пассажиров, иных участников дорожного движения, проверка документов водителей, предусмотренных Правилами дорожного движения, использование транспорта и средств связи, принадлежащих физическим и юридическим лицам независимо от форм собственности, приглашение граждан для оказания содействия сотрудникам ГИБДД в составлении процессуальных документов, выяснение обстоятельств дорожно-транспортных происшествий и т. п., временный запрет или ограничение движения транспортных средств и пешеходов в случае аварии, происшествия, проведения массовых мероприятий. Кроме того, в соответствии с п. 3 ст. 15 Закона о полиции вхождение (проникновение) в жилые

и иные помещения граждан, на принадлежащие им земельные участки, на земельные участки, территорию и в помещения, занимаемые организациями, и их осмотр.

Некоторые авторы относят к мерам административного предупреждения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения[5]. Полагаем, что последнее больше относится к мерам административнопроцессуального обеспечения, поскольку указанное правомочие закреплено в ст. 27.12 КоАП РФ в качестве самостоятельной меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях.

Характерная черта отдельных административно-предупредительных мер заключается в том, что они могут применяться к участникам дорожного движения при отсутствии факта правонарушения. При определенных обстоятельствах, создающих угрозу общественной или личной безопасности граждан (стихийные бедствия, техногенные катастрофы, эпидемии, лесные пожары, дорожно-транспортные происшествия, ухудшение дорожных условий), должностные лица ГИБДД вынуждены прибегать к применению принудительных мер к лицам, которые не являются правонарушителями.

Говоря об административно-предупредительных мерах, остановимся на некоторых вопросах принудительной остановки транспортных средств путем размещения на проезжей части автомобилей.

О том, что правомерность применения мер принуждения в целях остановки транспортных средств в ряде случаев спорна или не имеет

достаточной нормативной регламентации, мы уже писали[6]. Поводом послужила конкретная ситуация, получившая широкое освещение в средствах массовой информации, когда в Москве в 2015 г. на МКА Де сотрудники ГИБДД остановили движение и потребовали от водителей легковых автомобилей поставить свои машины поперек дороги. Сотрудники правоохранительных органов пытались таким образом преградить путь преследуемому ими автомобилю с предполагаемыми преступниками, который все же протаранил автомобили граждан и продолжил движение. При оценке правомерности действий сотрудников ГИБДД мы обратились к одному из основных нормативно-правовых актов, регламентирующих деятельность ГИБДД, — Административному регламенту Министерства внутренних дел Российской Федерации исполнения государственной функции по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения (далее — Регламент).

Согласно п. 72 Регламента «в случаях невыполнения водителем транспортного средства требования сотрудника об остановке; визуальном установлении признаков преступления, административного правонарушения при отсутствии возможности своевременной подачи сигнала об остановке транспортного средства... в зависимости от конкретной обстановки сотрудником могут быть приняты меры по:

  • — передаче информации дежурному, другому наряду сотрудников;
  • — преследованию и (или) принудительной остановке транспортного средства».

Как видим, сама возможность принудительной остановки транспортного средства, а также основания для такой остановки Регламентом предусмотрены.

Более того, Регламент содержит исчерпывающий перечень способов остановки транспортных средств, к числу которых относится:

1) применение специальных средств принудительной остановки транспорта (п. 74.1);

  • 2) временное ограничение или запрещение движения на отдельных участках дорог с использованием сигналов регулировщика, технических средств регулирования и организации дорожного движения (п. 74.2);
  • 3) размещение на проезжей части патрульного автомобиля (патрульных автомобилей) с включенными специальными световыми сигналами (п. 74.3);
  • 4) размещение на проезжей части грузовых автомобилей (п. 74.4);
  • 5) использование огнестрельного оружия (п. 74.5).

Таким образом, Регламент допускает возможность принудительной остановки транспортного средства путем размещения на проезжей части других транспортных средств в целях ее блокирования. О том, что речь идет именно о блокировании проезжей части, а не о любом произвольном размещении на ней автомобилей, говорит системное толкование п. 74.4, предусматривающего такую возможность, во взаимосвязи с п. 74, где содержится перечень способов принудительной остановки.

При этом Регламент указывает на необходимость осуществления принудительной остановки транспортного средства с помощью грузовых автомобилей «только... при условиях, обеспечивающих безопасность лиц, передвигающихся в этих автомобилях». В данном ключе, по нашему мнению, сомнительна сама возможность обеспечения безопасности лиц, находящихся в автомобилях, с помощью которых перекрывается (блокируется) проезжая часть, поскольку вероятность их попадания в дорожно-транспортное происшествие (в виде столкновения) очень высока. В условиях, когда единственным способом действительного обеспечения безопасности указанных лиц является удаление их с проезжей части и из автомобилей, названная норма Регламента, на наш взгляд, явно декларативна.

Кроме того, считаем необходимым обратить внимание еще на два аспекта рассматриваемой нормы.

Во-первых, Регламент четко и однозначно ограничивает категории автомобилей, которые могут быть использованы в целях принудительной остановки транспортных средств. Речь идет только о грузовых автомобилях.

Во-вторых, Регламент не говорит о ведомственной принадлежности этих грузовых автомобилей. Регламент не отвечает на главный вопрос: «Чьи это автомобили? Кому они принадлежат?», что предполагает привлечение к специальным мероприятиям по принудительной остановке транспортных средств правонарушителей любых грузовых автомобилей (вне зависимости от того, в чьей собственности они находятся).

Возвращаясь к описанной выше ситуации с заграждением дороги в целях задержания преступников, отметим следующее: с учетом рассмотренных нами положений Регламента в действиях сотрудников ГИБДД содержатся признаки состава дисциплинарного проступка. Во-первых, привлеченные ими автомобили не были грузовыми, а во-вторых, ими не была обеспечена безопасность лиц, находящихся в них.

Между тем вопрос о самой возможности использовать автомашины, принадлежащие физическим и юридическим лицам, для принудительной остановки транспортных средств остается дискуссионным.

Согласно ст. 209 Гражданского кодекса РФ (далее — ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам, не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Право собственности в ряде случаев может быть ограничено. Правовой основой для этого служит ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, согласно которой «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства».

Пункт 2 ст. 1 Гражданского кодекса РФ развивает данное конституционное положение о том, что ограничения права собственности, как и других гражданских прав, могут вводиться только федеральным законом и лишь в той мере, в какой это необходимо для защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей.

Таким образом, в п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса РФ повторены положения ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, допускающие ограничения гражданских прав только на основании федерального закона и только в названных в данной норме целях, которые (ввиду их значимости) оправдывают введение соответствующих ограничений. Следовательно, установление ограничений гражданских прав указами Президента РФ, постановлениями Правительства РФ и законами субъектов Российской Федерации, а также в иных не поименованных в п. 2 ст. 1 ГК целях не допускается[7].

Возвращаясь к отношениям в области дорожного движения, отметим, что управление собственником транспортным средством является одним из способов реализации своего права на пользование имуществом. Ограничение этого права (в силу положений Конституции РФ, Гражданского кодекса РФ) возможно только на основании федерального закона.

Полномочия сотрудников полиции в части использования автомобилей, находящихся в собственности физических или юридических лиц, указаны в Законе о полиции. Статья 13 названного закона содержит исчерпывающий перечень оснований, при наличии которых допускается использование транспортных средств организаций для государственных (полицейских) нужд.

Согласно п. 37 указанной статьи сотрудникам полиции для выполнения возложенных на нее обязанностей предоставляется право использовать транспортные средства организаций, общественных объединений или граждан для:

  • — пресечения преступлений;
  • — преследования лиц, совершивших преступления или подозреваемых в их совершении;
  • — доставления в медицинские организации граждан, нуждающихся в срочной медицинской помощи;
  • — отбуксировки с места дорожно-транспортного происшествия поврежденных транспортных средств;
  • — проезда к месту совершения преступления, административного правонарушения, к месту происшествия.

Закон о полиции не содержит указания на использование автомобилей, принадлежащих физическим и юридическим лицам, для принудительной остановки транспортных средств. Не предоставляют данных полномочий сотрудникам полиции и другие федеральные законодательные акты. Отметим, что ст. 242 Гражданского кодекса РФ хоть и допускает возможность принудительного изъятия (реквизиции) имущества у собственника в чрезвычайных ситуациях, но при условии, что:

  • — такое изъятие осуществляется в порядке, установленном федеральным законом;
  • — изъятие имущества имеет возмездный характер;
  • — изъятие имущества ведет к прекращению права собственности.

Нормы гражданского законодательства тоже не создают достаточной правовой основы для использования имущества собственника в целях принудительной остановки транспортных средств, поскольку это не обладает возмездным характером, не влечет перехода права собственности на транс портное средство и не предусмотрено ни одним федеральным законом Российской Федерации.

Единственным документом, предусматривающим возможность использования автомобилей, принадлежащих физическим и юридическим лицам, для принудительной остановки транспортных средств, остается Регламент, т. е. ведомственный нормативный акт, возможность применения которого в этой части (в условиях очевидного несоответствия действующему законодательству), на наш взгляд, является спорным моментом.

Предлагаем внести изменения в Регламент, ограничив возможность применения грузовых автомобилей в целях принудительной остановки транспортных средств только теми случаями, когда грузовые автомобили принадлежат органам внутренних дел. Для этого предлагаем изложить п. 74.4 Регламента в следующей редакции: «74.4. Посредством размещения на проезжей части грузовых автомобилей, принадлежащих органам внутренних дел».

Меры административного пресечения (административно-пресекательные меры) как разновидность административного принуждения обладают всеми его признаками. По мнению профессора А. П. Коренева, под мерами административного пресечения понимаются способы и средства принудительного воздействия, применяемые в целях прекращения противоправного деяния, предотвращения его опасных последствий, а также в целях создания возможности для последующего привлечения нарушителя к юридической ответственности[8]. Одна из основных целей пресечения — прекратить административно наказуемое деяние и не допустить новое. Меры административного пресечения могут быть применены уполномоченными на то должностными лицами для прекращения общественно опасных действий гражданами, не достигшими 16 лет, а также лицами невменяемыми, неделиктоспособными.

Список мер административного пресечения, применяемых сотрудниками Госавтоинспекции, разнообразен: от требования прекратить правонарушение до применения физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия. При этом перечень средств и способов пресечения, содержащихся в нормативных правовых актах, не является исчерпывающим. В соответствии с Законом о полиции сотрудник Госавтоинспекции, находясь в состоянии необходимой обороны, крайней необходимости или при задержании лица, совершившего преступление, при отсутствии специальных средств или огнестрельного оружия вправе использовать любые подручные средства.

Меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях (меры административно-процессуального обеспечения) и меры административного пресечения обладают общими характерными чертами и имеют единую цель.

В соответствии со ст. 27.1 КоАП РФ в целях пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя, составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении и исполнения принятого по делу постановления уполномоченное лицо (в том числе и должностные лица ГИБДД) вправе в пределах своих полномочий применять следующие меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении (ниже указаны только те меры обеспечения, которые могут осуществляться сотрудниками ГИБДД):

  • — доставление; административное задержание;
  • — личный досмотр, досмотр вещей, транспортного средства, находящихся при физическом лице;
  • — осмотр принадлежащих юридическому лицу помещений, территорий, находящихся там вещей и документов;
  • — изъятие вещей и документов;
  • — отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида;
  • — медицинское освидетельствование на состояние опьянения;
  • — освидетельствование на состояние алкогольного опьянения;
  • — задержание транспортного средства;
  • — арест товаров, транспортных средств и иных вещей;
  • — привод;
  • — временный запрет деятельности.

Кроме того, в соответствии с п. 19 ст. 13 Закона о полиции должностные лица ГИБДД в целях обеспечения производства по делу об административном правонарушении имеют право производить регистрацию, фотографирование, аудио-, кино- и видеосъемку, дактилоскопирование задержанных лиц при невозможности установления их личности.

Указанные меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях сходны по своему назначению с административно-предупредительными мерами. Согласимся с мнением профессора Д. Н. Бахраха о том, что меры административного предупреждения, пресечения и процессуального обеспечения применяются в отношении лиц, совершивших правонарушения, направлены на предотвращение возможных вредных последствий этих правонарушений, но при этом не носят характера административного наказания[9]. Аналогичной точки зрения придерживаются и другие авторы.

Меры административного предупреждения, пресечения и процессуального обеспечения могут применяться независимо или одновременно друг с другом, так как проверка должностным лицом ГИБДД документов водителя может повлечь его отстранение от управления в связи с необходимостью задержания, медицинского освидетельствования на состояние опьянения и привлечения к административной ответственности.

Административная ответственность в теории административного права рассматривается с различных точек зрения. Наиболее известна среди ученых концепция санкционной административной ответственности. О. М. Якуба говорил об ответственности «граждан и должностных лиц перед органами государственного управления, а в случаях, определенных законом, перед судом (судьями), а также перед общественными организациями за виновное нарушение общественных административно-правовых норм, выраженных в применении к нарушителям установленных административных санкций». Аналогичной точки зрения придерживается и Д. Н. Бахрах: «... под административной ответственностью следует понимать применение государственными органами и должностными лицами в условиях внеслужебного подчинения административных санкций за правонарушение».

В учебной литературе приводится подобная трактовка. Одни ученые полагают, что «мерами административной ответственности следует считать только административные наказания». Другие понимают содержание административной ответственности несколько шире, определяя ее как реализацию мер наказания и восстановительных мер в административном праве. Близка к этой позиции точка

зрения В. М. Манохина и иных административистов: административная ответственность представляет собой реализацию мер взыскания, пресечения и восстановительных мер[10] либо реализацию мер взыскания и пресечения.

По мнению некоторых авторов, кроме названных, это понятие охватывает и меры административно-принудительного характера. Так, И. А. Галаган полагает, что «все меры государственного принуждения, основанные на праве, охватываются объемом санкций». Этой же позиции придерживается В. А. Юсупов: «Сведение содержания административной ответственности к применению к виновному лицу соответствующих санкций обедняет представление о сложной структуре административных правоотношений».

По утверждению И. И. Веремеенко, «административная ответственность, как и административная санкция, по своему содержанию различна: ее основным содержанием может быть и наказание, и восстановление нарушенного права, и принудительное исполнение невыполненной правовой обязанности».

Определение административной ответственности сторонниками ее понимания как обширной категории в известной мере условно. Отсутствие единства во взглядах на соотношение понятий «административная санкция», «административная ответственность» и «меры административного принуждения» послужило причиной продолжения дискуссии на эту тему.

Л. С. Явич отмечал, что «пока... не удалось создать столь важную для правовой практики общую теорию юридической ответственности».

Что касается теории административного права, то понятие административной ответственности тоже трактуется неоднозначно.

В юридической литературе изучаемому вопросу уделялось достаточное внимание, однако проблема определения понятия административной ответственности не решена до настоящего времени.

Административная ответственность за правонарушение — разновидность юридической ответственности, которая требует оформления соответствующими процессуальными документами и осуществляется через уполномоченные на то компетентные органы (должностные лица) путем наказания виновного согласно действующему законодательству.

С учетом изложенных определений ответственность за административное правонарушение в области дорожного движения можно обозначить как ответственность водителей транспортных средств, иных участников дорожного движения, а также должностных лиц, обеспечивающих безопасную эксплуатацию транспорта, дорог и дорожных сооружений, за нарушение правил дорожного движения, эксплуатации транспорта и дорог, выраженную в применении к виновным лицам установленных законом административных наказаний через уполномоченных на то компетентных должностных лиц, органы государственного управления и суд.

Согласно действующему законодательству административные правонарушения в области дорожного движения уполномочены рассматривать начальники Госавтоинспекций, их заместители, начальники центров автоматизированной фиксации административных правонарушений в области дорожного движения государственной инспекции безопасности дорожного движения, их заместители, командиры и их заместители подразделений дорожно-патрульной службы ГИБДД, старшие государственные инспекторы безопасности дорожного движения, государственные инспекторы безопасности дорожного движения, сотрудники государственной инспекции безопасности дорожного движения, имеющие специальное звание, старшие участковые уполномоченные полиции, участковые уполномоченные полиции.

В настоящее время невозможно обеспечить правопорядок на автомобильном транспорте только мерами убеждения. Статистические данные органов внутренних дел свидетельствуют, что ежегодно в стране совершается значительное количество правонарушений на автомобильном транспорте, предупреждение и искоренение которых обусловлено применением мер административной ответственности.

Административное законодательство устанавливает систему наказаний, применяемых за нарушение правил дорожного движения: предупре ждение, административный штраф, конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения, лишение права управления транспортом, административный арест, обязательные работы.

Действующая система административных наказаний направлена на решение одной проблемы — обеспечение безопасности дорожного движения, но каждое наказание индивидуально. Они дифференцированы по степени ограничений, форме и способу воздействия на лицо, виновное в совершении административного проступка в области дорожного движения. Любое административное наказание имеет конкретное содержание, которым обусловлено его место в данной системе и определено соотношение одного наказания с другими.

Рассмотрим отдельные виды административных наказаний, применяемых за нарушение правил дорожного движения.

В системе административных наказаний одно из важных мест занимает предупреждение, что объяснимо его содержанием. Особенность данного вида административного наказания заключается в отрицательной юридической оценке уполномоченными на то органами (должностными лицами) противоправных действий нарушителей правил дорожного движения, которые влекут наступление определенных отрицательных последствий для правонарушителя.

Предупреждение является распространенным видом административного наказания кратковременного воздействия, близко примыкает к средствам воспитательного, морального влияния. «Содержание этой меры административного взыскания состоит не столько в указании виновному правомочным органом на нарушение нормы административного права, сколько в отрицательной оценке государством поведения нарушителя, влекущей для него последствия не только морального, но и правового характера»[11].

По сравнению с другими наказаниями, предупреждение — самая легкая мера административной ответственности. Она рассчитана на воспитательный эффект и не затрагивает имущественных и иных прав нарушителя.

Этот вид наказания, наряду с конфискацией, является абсолютно определенным, т. е. не предусматривает градации, установления больших или меньших размеров санкции. Так, невозможно назначить большое или маленькое, строгое или мягкое предупреждение. Данное свойство предупреждения практически «лишает компетентных должностных лиц органов административной юрисдикции реальной возможности применения

принципа индивидуализации административной ответственности. А это неизбежно влечет за собой нарушение другого основополагающего начала — принципа законности, без реализации правовых предписаний которого применение административного наказания в виде предупреждения представляется не отвечающим Основному Закону страны». «Правовое государство не приемлет подобных наказаний», следовательно, возникает необходимость в «исключении предупреждения из системы административных наказаний»[12].

Думаем, что это не так. Предупреждение изначально (как вид наказания) не предполагает возможности установления границ ответственности в максимальную или минимальную сторону. Однако это свидетельствует лишь о специфике наказания, а не о его противоречии Конституции Российской Федерации. Кроме того, отметим, что все статьи Особенной части КоАП РФ, предусматривающие в качестве санкции предупреждение, содержат возможность назначения другого вида наказания. Таким образом, принцип индивидуализации ответственности реализуется уже в момент выбора вида наказания, а не только посредством установления высшей или низшей границы ответственности.

Многие авторы относят предупреждение к эффективной мере административного взыскания в плане экономии принудительных средств в борьбе с административными правонарушениями.

На наш взгляд, эффективность меры прямо пропорциональна уровню правосознания конкретного делинквента и общества в целом. В социуме с низким уровнем правосознания ее применение не только бессмысленно, но и вредно, поскольку способствует формированию стереотипа безнаказанности, потворствует совершению новых правонарушений. Напротив, в обществе с высоким уровнем правосознания, граждане которого уважают закон и осознают необходимость его соблюдения, эффект подобной меры морального воздействия может быть неизмеримо выше, нежели в результате избрания какого-либо иного более тяжкого наказания. Значение данных мер будет возрастать, их удельный вес в системе мер административной ответственности должен неизбежно увеличиваться, что следует из дальнейшего повышения уровня сознательности граждан и связано с общим расширением сферы действия моральных факторов.

Отметим, что устное предупреждение по правовым последствиям отличается от предупреждения, выносимого уполномоченным органом (должностным лицом) в соответствии с действующим законодательством. Устное предупреждение не является административным наказанием, как правило, несет в себе воспитательную функцию.

Как мера административного воздействия предупреждение оформляется постановлением уполномоченного органа (должностного лица) на основании рассмотрения материалов о нарушении правил дорожного движения. Документирование административного проступка в указанной форме влечет для виновного негативные последствия правового характера. Лицо, виновное в нарушении правил дорожного движения и получившее предупреждение в установленном законом порядке, находится в течение года в состоянии наказанности.

Административный штраф за нарушение правил дорожного движения — мера административного наказания, которая заключается в том, что компетентные органы (должностные лица), согласно действующему законодательству, возлагают на виновного обязанность уплатить определенную сумму денег. Воздействие этой меры административного наказания связано с имущественным правоограничением нарушителя. Карательная сущность штрафа заключается в ограничении имущественных интересов лица, признанного виновным в совершении административного правонарушения.

Административный штраф — самое распространенное административное наказание из всех мер административной ответственности, предусмотренных действующим КоАП РФ. В качестве основного наказания он фигурирует в санкции практически каждой статьи Кодекса, устанавливающей административную ответственность.

Преобладание административного штрафа как меры ответственности за правонарушения в области дорожного движения очевидно. Из 136 статей (частей статей) главы 12 КоАП РФ, содержащих описания соответствующих составов, штраф используется при формулировании санкций по 130 из них (в 96% случаев). Неохваченными остаются лишь нормы, предусматривающие административную ответственность за наиболее грубые нарушения Правил дорожного движения, например, оставление водителем места дорожно-транспортного происшествия (ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ) или управление транспортным средством, на наружные поверхности которого незаконно нанесены специальные цветографические схемы автомобилей оперативных служб (ч. 6 ст. 12.5 КоАП РФ).

Такая частота использования объясняется универсальным характером наказания, возможностью учета личности правонарушителя и оказанием эффективного воздействия на уровень его материального благополучия. При ограничении имущественных интересов правонарушителя штраф является одним из самых экономичных административных наказаний при исполнении, поскольку его исполнение не требует отвлечения значительных финансовых средств из государственной казны.

Абсолютное большинство авторов относят штраф к оптимальным видам административного наказания [13].

«Административный штраф занимает особое место... Кратковременный, разовый характер воздействия, возможность быстрого, оперативного реагирования на совершенное правонарушение, а также относительная простота применения обусловили широкое распространение данной меры административного взыскания... Преимущество штрафа состоит в возможности дифференцированного назначения благодаря установлению верхнего и нижнего его пределов».

О высокой актуальности данного вида административного наказания свидетельствует и тот факт, что поступление денежных сумм от административных штрафов предусмотрено доходной частью как федерального бюджета, так и бюджетов субъектов Российской Федерации, а также местных бюджетов.

В соответствии с положениями ст. ст. 31.2 и 31.3 КоАП РФ вступившее в законную силу постановление о назначении административного наказания в виде административного штрафа обращается к исполнению должностным лицом ГИБДД, вынесшим это постановление. На первый взгляд, данное утверждение не должно вызывать сомнений в правомерности. Однако возникают вопросы при оценке возможности вынесения такого постановления с точки зрения соответствия Конституции РФ.

Согласно ст. 3.5 КоАП РФ административный штраф является денежным взысканием. Статья 135 Гражданского кодекса РФ относит денежные средства к объектам гражданских прав и признает их имуществом. В статье 35 Конституции Российской Федерации сказано, что право частной собственности охраняется законом (ч. 1) и никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда (ч. 3). Закрепленные в названных конституционных положениях га

рантии права собственности предоставляются в отношении имущества, которое принадлежит субъектам права собственности на законных основаниях.

Отдельные авторы резюмируют: «...административное законодательство... входит в противоречие с... частью 3 статьи 35 Конституции Российской Федерации. Далеко не все административные штрафы взыскиваются судом. Так, право налагать штрафы без решения суда (т. е. лишать имущества) за административные правонарушения предоставлено 60 видам государственных органов и работающим в них должностным лицам (ст. ст. 23.2-23.61 КоАП РФ). Согласно статье 28.6 КоАП РФ... уполномоченное ... должностное лицо на месте совершения административного правонарушения... налагает... административный штраф безо всякого суда»[14].

Однако авторами не учитывается другое положение Конституции Российской Федерации: право частной собственности не является абсолютным и может быть ограничено законом. В соответствии с ч. 3 ст. 55 права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом.

Сама возможность ограничений и их характер определяются законодателем не произвольно, а в соответствии с Конституцией Российской Федерации. В силу той же статьи права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Можно ли на основании этого сделать вывод, что предусмотренная законодательством об административных правонарушениях возможность внесудебного порядка изъятия денежных средств представляет ту самую исключительную ситуацию, следование общему порядку в которой может привести к фатальным последствиям государственного масштаба?

Проверяя в 1998 г. на соответствие Конституции Российской Федерации норму действовавшего тогда КоАП РСФСР, предусматривавшую возможность конфискации имущества без судебного решения, Конституционный Суд Российской Федерации отметил: «По смыслу статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, исходя из общих принципов права, введение ответственности за административный проступок...

и установление конкретной санкции, ограничивающей конституционное право, должно отвечать требованиям справедливости, быть соразмерным конституционно закрепленным целям и охраняемым законным интересам, а также характеру совершенного деяния. Установление конфискации товаров и транспортных средств в качестве санкции... не может быть признано соответствующим указанным правовым принципам. Возможность лишения собственников... имущества при этих условиях представляет собой ограничение конституционного права частной собственности, которое является несправедливым, несоразмерным и к тому же недопустимым с точки зрения требований к законной форме такого рода ограничений, что противоречит статьям 19 (части 1 и 2), 35 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации»[15].

Аналогичная точка зрения была изложена в постановлении Конституционного Суда РФ от 12 мая 1998 г. № 14-П применительно к административному штрафу. Судебный порядок его взыскания был признан единственно возможным вариантом реализации конституционного принципа неприкосновенности частной собственности.

В части 2 ст. 87 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном суде Российской Федерации» указано, что признание нормативного акта либо его отдельных положений не соответствующими Конституции Российской Федерации является основанием отмены (в установленном порядке) положений других нормативных актов, основанных на нормативном акте, признанном неконституционным, либо воспроизводящих его или содержащих положения, аналогичные тем, что были предметом обращения.

На основании данной нормы Закона был приведен в соответствие с Конституцией Российской Федерации порядок взыскания штрафов за налоговые правонарушения, отраженный в ст. ст. 114 и 115 Налогового ко

декса Российской Федерации, исходя из которых налоговые штрафы могут взыскиваться только в судебном порядке по искам налоговых органов.

В научной литературе высказывалось мнение, что возможность судебного обжалования несудебных решений об удержании денежных средств возможно рассматривать в качестве варианта реализации конституционного запрета на лишение имущества иначе как по решению суда[16].

Однако такой подход вряд ли оправдан. В соответствии с позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в указанном постановлении, сама по себе возможность обжалования постановления не является достаточной с точки зрения обеспечения судебных гарантий права собственности, ибо не исключает лишения собственности без судебного решения.

Отметим, что в 2003 г. Верховным Советом Республики Хакасия в Государственную Думу Федерального Собрания РФ уже вносился законопроект, где предлагалось дополнить ст. 3.5 КоАП РФ нормой о том, что административные штрафы подлежат взысканию с физических и юридических лиц только в судебном порядке. Однако эти предложения так и не нашли своего законодательного воплощения.

Полагаем, что нормы действующей редакции Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях о бесспорном порядке взыскания административных штрафов с граждан и юридических лиц являются аналогичными норме, ранее признанной Конституционным Судом РФ неконституционной, а потому должны быть приведены в соответствие с Конституцией Российской Федерации.

Среди административных наказаний, применяемых к участникам дорожного движения, особое место занимает лишение права управления транспортными средствами.

Временное прекращение действия права управления транспортными средствами является частным случаем ограничения правосубъектности. Лишение физического лица, совершившего административное правонарушение, ранее предоставленного ему специального права устанавливается за грубое или систематическое нарушение порядка пользования этим правом в случаях, предусмотренных статьями Особенной части КоАП РФ.

Таким образом, данное административное наказание:

  • 1) представляет собой временное приостановление правомочий нарушителя;
  • 2) может быть применено только в отношении физического лица;
  • 3) может быть применено только в отношении права, которым лицо на момент вынесения постановления реально обладает.

Последний пункт особо отметим. Лишить специального права можно не любое лицо, а лишь то, которому оно ранее было предоставлено. Соответственно, лишить права управления транспортным средством можно не любого водителя, а лишь того, которому оно было предоставлено. Ведь по смыслу действующего Кодекса водителем является любое лицо, управляющее транспортным средством, т. е. совершающее действия по приведению транспортного средства в движение. В этом КоАП РФ существенно отличается от КоАП РСФСР, который подразделял лиц, управляющих транспортными средствами, на три категории:

  • 1) водителей;
  • 2) лиц, не имеющих права управления транспортными средствами;
  • 3) лиц, лишенных права управления транспортными средствами.

КоАП РФ предусматривает несколько иную классификацию:

  • 1) водители;
  • 2) водители, не имеющие права управления транспортными средствами;
  • 3) водители, лишенные права управления транспортными средствами.

Такой подход, на наш взгляд, обоснован, поскольку, во-первых, наиболее точно соответствует лексическому толкованию слова «водитель», т. е. тот, кто управляет самодвижущейся машиной[17]. Во-вторых, находится в соответствии с аналогичным толкованием термина «водитель», содержащимся в Правилах дорожного движения. Водитель — лицо, управляющее каким-либо транспортным средством, погонщик, ведущий по дороге вьючных, верховых животных или стадо. К водителю приравнивается обучающий вождению.

Таким образом, любое лицо, управляющее транспортным средством, является водителем, вне зависимости от того, имеется ли у него право управления этим транспортным средством или нет.

Лишение специального права относится к компетенции судей.

Срок лишения специального права не может быть менее одного месяца и более трех лет.

Водители могут быть лишены права управления всеми видами транспортных средств: трамваями, троллейбусами, автомобилями, тракторами, мотоциклами, дорожными, строительными, уборочными и сельскохозяйственными машинами, т. е. любыми механическими транспортными средствами, управление которыми разрешено компетентными на то органами (должностными лицами) и подтверждено удостоверением установленного образца. Лишение права управления транспортными средствами может быть применено уполномоченным на то органом только за те административные проступки, которые названы в действующем законодательстве.

Анализ статей Особенной части КоАП РФ позволяет сделать вывод о том, что лишение специального права не является распространенным видом наказания: только двадцать семь статей содержат возможность применения данного вида ответственности, из них шестнадцать статей предусматривают ответственность за правонарушения в области дорожного движения. Таким образом, лишение специального права в большинстве случаев связано с лишением права управления транспортным средством (60%), выступая специфичным наказанием за правонарушения в области дорожного движения.

Согласно Кодексу Российской Федерации об административных правонарушениях лишение права управления транспортными средствами назначается за наиболее серьезные правонарушения, предусмотренные соответствующими частями ст. ст. 12.1, 12.2, 12.5, 12.7-12.10, 12.12, 12.15, 12.16,12.21.1,12.21.2,12.23,12.24, 12.26,12.27. Указанные административные правонарушения могут быть основанием для лишения водителей права управления транспортным средством только в тех случаях, когда они, учитывая наступившие вредные последствия, не влекут уголовной ответственности.

Как отмечают Л. Л. Попов и А. П. Шергин, административный арест представляет собой одно из наиболее суровых административных наказаний, затрагивающих неприкосновенность личности[18]. Основным его правоограничением выступает лишение свободы. Тяжесть наказания в значительной мере зависит от продолжительности административного ареста.

В соответствии со ст. ст. 2.5, 3.9 КоАП РФ административный арест назначается судьей и состоит в краткосрочном лишении правонарушителя свободы на срок от 15 до 30 суток, включая время административного задержания.

Данное наказание не применяется к беременным женщинам, женщинам, имеющим детей в возрасте до 14 лет, лицам, не достигшим 18-летнего возраста, инвалидам I и II групп. К военнослужащим, гражданам, призванным на военные сборы, а также к лицам, имеющим специальные звания, сотрудникам Следственного комитета Российской Федерации, органов внутренних дел, органов и учреждений уголовно-исполнительной системы, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, таможенных органов административный арест не применяется.

Постановление по делу об административном правонарушении подлежит исполнению с момента вступления его в законную силу (ч. 2 ст. 31.2 КоАП РФ). Порядок и сроки вступления постановления в законную силу регламентированы ст. 31.1 КоАП РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 32.8 КоАП РФ постановление судьи об административном аресте исполняется немедленно после его вынесения. Тем самым данной статьей устанавливается особый, исключительный порядок исполнения для отдельного вида административного наказания.

Действующий Кодекс допускает двоякую ситуацию. С одной стороны, возможно исполнение постановления о привлечении к административной ответственности, не вступившего в законную силу, с другой — тот же Кодекс предусматривает правило, в соответствии с которым может быть исполнено лишь постановление, вступившее в силу.

В связи с этим возникает проблема выбора нормы, подлежащей применению. Не вызывает сомнений, что правовая норма, изложенная в ч. 1 ст. 32.8 КоАП РФ, устанавливающая момент исполнения постановления об административном аресте, является специальной по отношению к норме, содержащейся в ч. 2 ст. 31.2 КоАП РФ, определяющей общий порядок исполнения постановлений по делам об административных правонарушениях. Именно ее положениями следует руководствоваться при определении момента исполнения постановления об административном аресте.

Подобная трактовка норм КоАП РФ противоречит основным принципам права, поскольку приводит к нарушению конституционного права граждан на судебную защиту и к умалению юридических гарантий в административном процессе. Безусловно, право на обжалование сохраняется, но, во-первых, становится затруднена его техническая реализация, что обусловлено объективными условиями отбывания административного ареста в изоляции от общества. Во-вторых, изначально нивелируется ценность подобного обжалования, так как наказание уже исполняется либо исполнено, а возможность отмены исполнения решения отсутству ет в принципе. Совершенно очевидно, никто не сможет вернуть человеку 15 суток, которые он провел в условиях административного ареста, если постановление о привлечении к административной ответственности будет отменено. Такое обжалование имеет смысл лишь с точки зрения возможности возмещения вреда, причиненного незаконным привлечением к административной ответственности в виде административного ареста в гражданско-правовом порядке (по аналогии с возмещением вреда, причиненного незаконным осуждением или заключением под стражу, — Гражданский кодекс РФ предусматривает такую возможность). Результатом обжалования постановления об административном аресте может стать исключение из личной биографии факта привлечения к административной ответственности и прекращение срока, в течение которого лицо считается подвергнутым административному наказанию. Однако в обоих случаях исправляются уже совершенные судебные ошибки, в то время как основная цель права — их обжалование и предотвращение.

Изложенное позволяет сделать вывод, что существующий порядок исполнения постановления об административном аресте, предусматривающий его немедленное исполнение, не согласуется с нормами Кодекса, устанавливающими общий порядок исполнения административных наказаний, не обеспечивает осуществления права на защиту лицу, подвергнутому административному аресту.

Отметим и отсутствие объективных обстоятельств, позволяющих говорить о необходимости существования подобного (экстренного) порядка исполнения постановления об административном аресте. В соответствии со ст. 3.1 КоАП РФ административное наказание ориентировано на предупреждение совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и иными лицами (так называемая частная и общая превенции). Пресечение совершаемого правонарушения — это цель применения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, что не относится к целям административного наказания. Минимизация временного интервала между вынесением постановления об административном аресте и его исполнением наталкивает на предположение о том, что законодатель стремился обеспечить максимально быстрое исполнение данного вида административного наказания. Немедленное реагирование на совершение общественно вредных деяний, безусловно, несет положительный эффект (с точки зрения предупреждения совершения новых правонарушений) и позволяет достигать с наибольшей эффективностью целей административного наказания. Однако оно не должно происходить за счет ущемления прав граждан, подвергаемых административному аресту, на защиту.

В связи с изложенным считаем необходимым внести изменения в ч. 2 ст. 32.8 КоАП РФ, исключив из нормы фразу «немедленно после вынесения такого постановления».

Изучение основных мер административного принуждения должностными лицами ГИБДД позволяет сделать вывод, что для осуществления контроля в сфере обеспечения безопасности дорожного движения Госавтоинспекция пользуется широкими полномочиями по эффективному принудительному воздействию на все компоненты, образующие процесс дорожного движения (участники, транспортные средства и дорожные условия).

  • [1] О Правилах дорожного движения : постановление Правительства РФ от 23 октября 1993 г. № 1090. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс». 2 О мерах по совершенствованию деятельности дорожно-патрульной службы Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации : приказ МВД России от 2 марта 2009 г. № 186дсп. Документ опубликован не был.
  • [2] Административное право : учебник / под ред. Л. Л. Попова. М., 2002. С. 286. 2 Лукьянов В. В. Безопасность дорожного движения. М., 1983. С. 41.
  • [3] Коренев А. П. Административное право России : учебник : в 2 ч. М., 2000. Ч. I. С. 17; Административное право : учебник / под ред. Л. Л. Попова. С. 78; Козлов Ю. М., Попов Л. Л. Административное право : учебник. М., 2002. С. 53 ; Алехин А. П., Кармо-лицкий А. А., Козлов Ю. М. Административное право Российской Федерации : учебник. М., 2002. С. 78. 2 Бахрах Д. Н. Административное право России: учебник для вузов. М., 2003. С. 73.
  • [4] Коренев А. П. Указ. соч. Ч. 2. С. 192. 2 Согласно п. 2.1.1 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель механического транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции передавать им для проверки водительское удостоверение или временное разрешение на право управления транспортным средством соответствующей категории или подкатегории; регистрационные документы на данное транспортное средство (кроме мопедов), а при наличии прицепа — и на прицеп (кроме прицепов к мопедам); в установленных случаях разрешение на осуществление деятельности по перевозке пассажиров и багажа легковым такси, путевой лист, лицензионную карточку и документы на перевозимый груз, а при перевозке крупногабаритных, тяжеловесных и опасных грузов — документы, предусмотренные правилами перевозки этих грузов; документ, подтверждающий факт установления инвалидности, в случае управления транспортным средством, на котором установлен опознавательный знак «Инвалид»; страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в случаях, когда обязанность по страхованию своей гражданской ответственности установлена федеральным законом.
  • [5] Административное право : учебник / под ред. Л. Л. Попова. С. 79 ; Козлов Ю. М., Попов Л. Л. Указ. соч. С. 81 ; Алехин А. П., Кармолицкий А. А., Козлов Ю. М. Указ, соч. С. 115 ; Дмитриев С. Н. Дорожно-патрульная служба : пособие для сотрудников ГИБДД. М., 2000. С. 93. 2 Освидетельствование лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения, оформление результатов, направление указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинское освидетельствование этого лица па состояние опьянения и оформление результатов осуществляются в порядке, установленном постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 г. № 475, утвердившем «Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов и Правил определения наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека при проведении медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством» (Собрание законодательства Российской Федерации. 2008. № 27, ст. 3280).
  • [6] Головко В. В., Слышалов И. В. Остановка транспортного средства путем размещения на проезжей части других автомобилей как мера административного принуждения // Юридическая наука и правоохранительная практика. 2012. № 2. С.90-94. 2 Об утверждении Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации исполнения государственной функции по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения : приказ МВД России от 2 марта 2009 г. № 185. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  • [7] Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / под ред. О. Н. Садикова. М., 2005.1062 с.
  • [8] Коренев А. П. Указ. соч. Ч. 2. С. 194.
  • [9] БахрахД. Н. Указ. соч. С. 450. 2 Веремеенко И. И. Механизм административно-правового регулирования в сфере охраны общественного порядка. М., 1982. С. 128 ; Дмитриев С. Н. Указ. соч. С. 32. 3 Якуба О. М. Административная ответственность. М., 1972. С. 71. 4 Бахрах Д. Н. Советское законодательство об административной ответственности. Пермь, 1969. С. 66. 5 Советское административное право: (Часть Общая) / под ред. А. П. Коренева. М., 1985. С. 213 ; Советское административное право: (Часть Общая) / под ред. П. Т. Васи-ленкова. М., 1990. С. 181 ; Административное право и административная деятельность органов внутренних дел / под ред. Л. Л. Попова. М., 1990. С. 133. 6 Советское административное право / под ред. Р. С. Павловского. Киев, 1986. С. 189-190. 7 Административное право / под ред. Ю. М. Козлова. М., 1968. С. 236.
  • [10] Манохин В. М. Правовое государство и проблемы управления по усмотрению И Сов. гос-во и право. 1990. № 1. С. 21 ; Мицкевич А. В. Акты высших органов Советского государства. М., 1967. С. 17 ; Бахрах Д. Н. Административная ответственность граждан СССР. Свердловск, 1989. С. 21. 2 Лунев А. Е. Административная ответственность за правонарушение. М., 1961. С. 90-92 ; Попова В. И. Основные проблемы совершенствования законодательства об административной ответственности И Учен. зап. ВНИИСЗ. М., 1965. Вып. 5. С. 5 ; Додин Б. В. Основания административной ответственности : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1968. С. 6. 3 Советское административное право: (Методы и формы государственного управления). М., 1977. С. 111-128. 4 Галаган И. А. Административная ответственность в СССР: (Процессуальное регулирование). Воронеж, 1976. С. 112. 5 Юсупов В. А. Теория административного права. М., 1985. С. 109. 6 Веремеенко И. И. Указ. соч. С. 102. 7 Явич Л. С. Научно-техническая революция и юридическая наука И Правоведение. 1973. № 5. С. 50.
  • [11] Попов Л. Л., Шергин А. П. Управление. Гражданин. Ответственность. М., 1975. С. 75.
  • [12] Применение административных наказаний органами внутренних дел : сб. науч, тр. / отв. ред. А. С. Дугенец. М., 2006. С. 27. 2 Ахмедов А. И. Административные взыскания, применяемые органами внутренних дел : учеб, пособие. Ташкент, 1988. С. 35. 3 Якуба О. М. Указ. соч. С. 74.
  • [13] Рассмотрение арбитражными судами дел об административных правонарушениях: комментарии законодательства. Обзор практики. Рекомендации / под ред. Э. Н. Ренова. М„ 2003. С. 83. 2 Ахмедов А. И. Указ. соч. С. 31.
  • [14] Максимов И. В. О соответствии процессуального порядка применения административного штрафа конституционным положениям И Применение административных наказаний органами внутренних дел: сб. науч. тр. / отв. ред. А. С. Дугенец. М., 2006. С. 87.
  • [15] По делу о проверке конституционности статьи 266 Таможенного кодекса Российской Федерации, части второй статьи 85 и статьи 222 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях в связи с жалобами граждан М. М. Гаглоевой и А. Б. Пестрякова : постановление Конституционного Суда Российской Федерации от И марта 1998 г. № 8-П И Рос. газета. 1998. 26 марта. 2 По делу о проверке конституционности отдельных положений абзаца шестого статьи 6 и абзаца второго части первой статьи 7 Закона Российской Федерации от 18 июня 1993 года «О применении контрольно-кассовых машин при осуществлении денежных расчетов с населением» в связи с запросом Дмитровского районного суда Московской области и жалобами граждан : постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12 мая 1998 г. № 14-П И Собрание законодательства Российской Федерации. 1998. № 20, ст. 2173. 3 Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  • [16] Настольная книга нотариуса : в 2 т. М., 2004. Т. II. С. 21. 2 О внесении изменений и дополнений в статьи 3.5 и 32.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях : проект федерального закона № 401256-3. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  • [17] Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Словарь русского языка. Екатеринбург, 1994. С. 77. 2 О правилах дорожного движения : постановление Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 И Собрание актов Президента и Правительства Российской Федерации. 1993. № 47, ст. 4531.
  • [18] Попов Л. Л., Шергин А. П. Указ. соч. С. 73.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >