Краткая характеристика периода Хэйан (794-1185)

Период японской истории, получивший название Хэйан дзидай, период Хэйан (794—1185), окружен стереотипами. Именно с героями этого времени связаны представления об утонченности, чувственности, элегантности, эстетике недосказанности. Одним словом, некоторой женственности японской культуры. И эти представления не лишены оснований — именно на Хэйан приходится расцвет литературы женского потока: создают свои произведения Мурасаки Сикибу, Идзуми Сикибу, Сэй Сёнагон. Именно в этот период появляется японская слоговая азбука и общепризнанной поэтической формой становятся вака, стихотворения на японском языке. Если в первой четверти IX в. создавались государственные антологии тёкусэнсю китаеязычных стихов канси, то начиная с X в. государство будет заинтересовано только в собраниях вака.

Нередко период Хэйан называют золотым веком японской культуры, когда вырабатываются собственно японские культурные формы, идеологемы, в отличие от периода Нара, когда Япония находилась под сильнейшим культурным влиянием материкового Китая. Так, появление первого из собственно «японских» архитектурных стилей, синдэн дзукури, связывают с прекращением отправки посольств в империю Тан и, как следствие, необходимостью переосмысления накопленного опыта в условиях относительной культурной замкнутости. Да и наименование, которым обозначают данный период по названию тогдашней японской столицы Хэйанкё (совр. Киото), может быть переведено как «Период мира и спокойствия», что также добавляет светлые краски в идеализированный и несколько идиллический образ этого времени.

Не стоит, однако, забывать и о том, что в период Хэйан не прекращается политическая борьба, выливавшаяся в различные вооруженные восстания, происходит становление и укрепление позиций самурайского сословия, которое станет определять динамику политической жизни на последнем этапе периода. Появление таких институтов власти, как инсэй, развитие частного землевладения (система сёэн) и укрепление позиций местной администрации также затрудняют бесперебойную деятельность центрального правительства и провоцируют кризисы власти. Таким образом, уместно говорить о периоде Хэйан как о времени «мира и спокойствия» и — одновременно с этим — как об эпохе беспрерывных смут и мятежей. Дихотомия «хризантемы» и «меча», женского и мужского начал японской культуры, выявленная Рут Бенедикт, наблюдается здесь в полной мере.

Противоречивость этого времени во многом обусловлена наследием нарской эпохи, когда японская элита была увлечена построением государственности по китайскому образцу. Если в период Нара можно говорить о высокой степени централизации государства и постепенном расширении сферы его влияния на северо-восточные регионы Хонсю, что совмещается с попытками ассимиляции местного населения, то в Хэйан все отчетливее прослеживается тенденция к герметизации политической активности элиты в пределах столицы и дезинтеграции периферии. Не способствует успешному управлению и кризис системы рицурё, заметный уже с конца периода Нара. Законодательная база, на которую опиралось государство, в недостаточной степени соответствовала японским реалиям, что затрудняло правоприменительную практику. Распространение системы частных поместий сёэн, наделенных налоговым иммунитетом, вкупе с возросшей значимостью местного чиновничества при перераспределении ресурсов и отправке налогов в столицу подрывало экономическую базу существования государства с сильным центром.

Неспособность центра оказывать существенное влияние на периферию, невозможность и незаинтересованность в проведении крупномасштабных общегосударственных проектов, кризис системы инсэй, многочисленные конфликты внутри императорского рода и рода Фуд-зивара привели к ситуации, при которой фактические управленческие полномочия уже во второй половине XII в. оказываются в руках сильных военных домов. Придворные аристократы стали заложниками той силы, которую они призвали для урегулирования межклановых и внутренних конфликтов, в результате чего утратили власть.

Эпоха «мира и спокойствия» продемонстрировала недееспособность «государства, основанного на законах» {рицурё кокка). Новая модель управления и урегулирования взаимоотношений между государством и подданными, получившая в историографии название «придворное государство» {отё кокка, X—XII вв.), сосредоточенная исключительно на положении дел в столице Хэйан и столичном регионе Кинай, оказалась недейственной в сложившейся обстановке. Кризис данной системы приводит к усилению позиций военного рода Минамото и учреждению первого из трех сёгуна-тов в японской истории.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >