ВВЕДЕНИЕ

Христианская демократия возникла на основе христианской философии. Ее рождение хронологически было связано с Войной за независимость в Северной Америке (1775—1783) и Великой Французской революцией (1789—1794), в ходе которой возник термин «христианская демократия». «Несмотря на полностью секуляризованную, а подчас и прямо антихристианскую направленность якобинства, именно тогда появляется выражение, которому суждена была долгая жизнь, а именно „христианская демократия”».[1] Составные же части данного понятия имеют давнюю историю.

Понятие «демократия» столь же старо, как и многие другие политические понятия: «государство», «власть», «политика» и др. «Демократия» происходит от греческих слов «demos» — народ и «kratos» — власть, т.е. означает власть народа, или народовластие. В истории она была представлена в следующих видах.

  • 1) республика (строй, в котором «народ сам формирует правящую элиту из наиболее достойных»);
  • 2) народоводительство («строй, в котором народ... сам доверяет полную власть одному харизматическому пророку или пассионарному вождю, доверяя ему формирование правящей элиты»);
  • 3) охлократия («строй, в котором осуществляется прямая власть арифметического большинства, т.е. «безэлитной толпы», «простого народа»);
  • 4) народоправство («синтез вышеописанных трех видов народовластия»).

Древнегреческая демократия связана, прежде всего, с именами Солона, Клисфена, Перикла. Но лишь при Перикле древнегреческая демократия достигла своего расцвета, когда афинское государство управлялось народным собранием, юридически обладавшим всей полнотой верховной власти.

В дохристианскую эру демократический элемент существовал и в Древнем Риме, но в более ограниченной форме. Так, к третьему веку до Р.Х. официально носителем верховной власти в республике считался римский народ, т.е. совокупность римских полноправных граждан, которые

осуществляли свои права в собраниях — комициях. Однако в действительности «в Римской республике был воплощен идеал смешанного государственного устройства, т.е. такого устройства, в котором гармонично сочетаются элементы монархии (власть консулов), аристократии (сенат) и демократии (комиции)».[2]

В Афинах демократия погибла вследствие Пелопонесской войны 431—404 гг. до Р.Х. Демократический элемент в Риме выродился вследствие внутренних конфликтов. Возрождение демократических начал, правда, не на государственном уровне произошло в раннехристианских общинах в І в. до Р.Х., т.е. на уровне самоуправления общин: «Состав ранних христианских общин был, видимо, самый демократичный... В общинах господствовало “равенство во Христе”... Однако простота и демократичный характер были свойственны лишь ранним христианским общинам». Кроме того, раннехристианским общинам был присущ социалистический характер: «У первых христиан, — пишет А.Ф. Гавриленков, — сложилась система социально-нравственных ценностей... появились стремления к построению Царства Божьего на земле — царства равенства, братства и социальной справедливости».

Понятие «христианство» возникло в восточной провинции Римской империи, в Палестине, и получило название по имени своего основателя — Иисуса Христа (греч. Christos). Существенные различия между древнегреческой демократией и христианством, по нашему мнению, обусловлены различием источников их происхождения. Прежде всего, это идейные различия. Демократия — общественно-политическое понятие, не имеющее непосредственного отношения к религии. Учение Христа — теологическое, религиозно-нравственное, не имеющее прямого отношения к политическому обществу, в том числе к древнегреческой демократии. Второе различие — национально-культурное: «познай самого себя» — в древнегреческой культуре и «познай Бога» — в древнееврейской. И, наконец, третье различие связано с тем, что демократия возникла раньше Рождества Христова, хотя одно из самых ранних столкновений между древнегреческой и древнееврейской культурами имело место около 165 г. до Р.Х.: «Столкновение с эллинистической культурой пробудило в палестинском иудаизме эпохи Антиоха IV Епифана, царя

Сирии, драматическое напряжение и борьбу, отзвук которых можно отметить в обеих книгах Маккавеев, представляющих собой свидетельства сопротивления и завоевания национальной независимости», т.е. речь идет «о победе еврейской традиции над эллинизмом».[3] Таким образом, обе культуры до пришествия Христа и некоторое время спустя, соприкасаясь друг с другом, в целом развивались самостоятельно.

К моменту пришествия Иисуса Христа в лексиконе древнееврейского языка не существовало многих понятий, выработанных эллинистической культурой. Но у Него совершенно не было необходимости черпать новые слова, понятия из других культур. Вполне было достаточно того, что уже создала к тому времени древнееврейская культура. Не имеет никакого значения, на каком языке говорил Иисус и какие слова употреблял, важно то, что Он говорил, какой смысл вкладывал в изрекаемые слова, понятия, суждения, притчи и т.п. Суть не в том, употреблялись или не употреблялись те или иные слова и понятия в той или иной культуре, в той или иной эпохе, а в том, что в ходе исторического развития они могут приобретать и достаточно часто приобретают всеобщий, общеупотребительный характер. Таковыми стали в данном случае демократия, христианство и их синтез — христианская демократия.

Сам Христос предпочитал не давать конкретных ответов на социальные, политические и экономические вопросы. Для Него было важным раскрыть людям смысл жизни, объяснить им высшую, конечную цель их земного существования и показать им духовно-нравственные средства достижения этой цели. Вот почему раннее христианство было мистично, эсхатологично, стремилось даже приблизить наступление Царствия Божия. В «Деяниях святых Апостолов» приводится, в частности, такой факт: «Все же верующие были вместе и имели все общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого. И каждый день единодушно пребывали в храме и, преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца, хваля Бога и находясь в любви у всего народа... У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа; и никто ничего из имения своего не называл своим, но все у них было общее... Не было между ними никого нуждающегося; ибо все, которые владели землями или домами, продавая их, приносили цену проданного и полагали к ногам Апостолов; и каждому давалось, в чем кто имел нужду» (Деян. 3:44-47; 4:32,34-35). Но ожидаемое тогда второе пришествие Христа не состоялось. Вследствие этого

перед христианами встала задача применения универсального христианского откровения ко всем сферам жизни в условиях конкретной исторической ситуации. Этим они занимались и тогда, когда земная церковь была едина, и после, когда она разделилась на три конфессии: католическую, православную и протестантскую.[4] К настоящему времени каждая из них внесла свой собственный вклад в становление и развитие христианской демократии, сохраняя при этом самобытность, особенности своих социально-философских учений.

  • [1] Поссенти В. Демократия и христианство // Вопросы философии. 1996. № 7. С. 93. 2 Полосин В.С. Миф. Религия. Государство. М. : Ладомир, 1999. С. 252-253.
  • [2] Всемирная история: в 10-ти тт. Т. 2. М. : Госполитиздат, 1956. С. 289. 2 Там же. С. 666. 3 Гавриленков А.Ф. Генезис и эволюция идей христианского социализма в русской философской мысли. Автореферат... канд. филос. наук. М. : б.и., 1999. С. 9.
  • [3] Антонины Б. Божественное откровение. М. : Истина и Жизнь, 1992. С. 123.
  • [4] Между данными конфессиями имеют место значительные расхождения в вероучении, в совершении богослужений, ритуалов, обрядов и т.п., а также различия в вопросах о соотношении духовного и материального, рационального и иррационального начал. Именно эти отличия, по нашему мнению, оказали решающее влияние на формирование идеологии христианско-демократического движения. Так, в католицизме при приоритете духовного и рационального начал важное место занимают также материальное и иррациональное начала. В протестантизме, насчитывающем внутри себя многие десятки деноминаций, которые подчас существенно отличаются друг от друга, трудно выделить характерные признаки, например, материальное может стоять в отдельных случаях (в частности, в профессиональной деятельности) выше духовного (кальвинизм), а мистическое выше рационального (квакеры, харизматики). В целом же, протестантизм, по сравнению с католицизмом, возвышает значимость материального начала и сводит к минимуму мистическое начало. В православии первенство отдается духовному и мистическому началам, а материальному и рациональному отводится второстепенное значение.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >