СВОБОДА ВЕРОИСПОВЕДАНИЯ

Дело «Венгерская христианская менонитская церковь и другие против Венгрии»

s v. Hungary (Application no. 70945/11 and others) // Офиц

АННОТАЦИЯ

В деле на стороне заявителей выступают несколько религиозных организаций, которые оспаривают действия государственных органов Венгрии, связанные с отменой регистрации их в качестве церквей и пр. Заявители на основании Статей 11, 9 и 14 Конвенции утверждают, что отмена регистрации и произвольная перерегистрация церквей являются нарушением их права на свободу вероисповедания и дискриминацией. Согласно статьям 6 и 13 они заявляют, что указанная процедура является несправедливой и не предлагает эффективной защиты. Несколько заявителей также утверждают о нарушении статьи 1 Протокола № 1 по причине потери государственных субсидий после утраты статуса церкви. Венгерское правительство не считает претензии обоснованными и в качестве основного аргумента приводит расходы государственного бюджета и отсутствие религиозного смысла в деятельности объединений. Суд в деле опирается на имеющуюся практику. Интерес представляет решение Конституционного Суда Венгрии, приведенное в деле, а также то, что вопрос затрагивает изменение венгерской конституции. Суд исследует в этой части дела соблюдение принципов законности вмешательства государства, наличие законной цели, а также пропорциональности наложенного ограничения. Кроме того, интересны доводы Суда об оценке религиозности материалов общественных организаций. Итогом дела становится решение о том, что имело место нарушение статьи 11 Конвенции, рассматриваемой в свете статьи 9. Также имеются особые мнения судей.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ СУДА

Постановление суда от 8 апреля 2014 года

В деле «Венгерская христианская менонитская церковь и другие против Венгрии»,

Европейский Суд по правам человека (Вторая секция), в составе:

Гвидо Раймонди, Председатель,

Изил Каракас,

Андраш Шайо,

Небойша Вучинич,

Хелен Келлер,

Эгидиюс Кюрис,

Роберт Спано, судьи,

и Стэнли Нейсмит, Секретарь секции, Закрытое заседание 18 февраля 2014 года, Вынес следующее решение, принятое в эту дату:

ПРОЦЕДУРА

  • 1. Дело инициировано по девяти жалобам (№70945/11, 23611/12, 26998/12, 41150/12, 41155/12, 41463/12, 41553/12, 54977/12 и 56581/12) против Венгерской Республики в Суд согласно статье 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее «Конвенция») различными религиозными сообществами, предположительно ведущими деятельность в Венгрии, их священниками и членами 16 ноября 2011 года, 3 и 24 апреля, 25, 28 июня, 19, 29 августа 2012 года соответственно.
  • 2. Жалобы были поданы г-ном Д. Каршаи (жалобы №70945/11, 23611/12, 26998/12, 41150/12, 41155/12, 41463/12 и 56581/12), г-ном Л. Бальтаи (жалоба № 41553/12) и г-ном Ч. Тордаи (жалоба № 54977/12), адвокатами, имеющими практику в Будапеште, Дьяле и Будапеште соответственно.

Правительство Венгрии (далее «Правительство») — в лице г-на 3. Таллоди, представителя Министерства государственного управления и юстиции.

  • 3. Заявители на основании статей 11, 9 и 14 Конвенции утверждают, что отмена регистрации и произвольная перерегистрация церквей являются нарушением их права на свободу вероисповедания и дискриминацией. Согласно статьям 6 и 13 они заявляют, что указанная процедура является несправедливой и не предлагает эффективной защиты. Несколько заявителей также утверждают о нарушении статьи 1 Протокола № 1 по причине потери государственных субсидий после утраты статуса церкви.
  • 4. 27 сентября 2012 года Правительство было уведомлено о жалобах.
  • 5. В отношении жалобы №41463/12 Правительство Соединенного Королевства не использовало свое право согласно статье 36 § 1 Конвенции о предоставлении письменных комментариев по делу.

ФАКТЫ

/. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

  • 6. Заявители являются религиозными обществами и физическими лицами. Общества заявителей изначально были созданы и функционировали на законных основаниях в Венгрии в качестве церквей, зарегистрированных компетентным судом в соответствии с Законом № IV от 1990 года (далее «Закон о церквях 1990 года»).
  • 7. В жалобе №70945/11 Венгерская христианская менонитская церковь — это религиозное общество, действующее в Венгрии с 1998 года. Г-н Й. Ижак-Бач является гражданином Венгрии, 1959 года рождения, живет в Будапеште. Он является священником Венгерской христианской менонитской церкви.

8. В жалобе №23611/12 Евангелическая церковь конгрегации Солънока — это религиозное общество, действующее в Венгрии с 1998 года. Г-н П.Й. Шоош является гражданином Венгрии, 1954 года рождения, живет в Будапеште. Является священником Евангелической церкви конгрегации Солънока.

Данное религиозное общество участвовало в общественной деятельности по контракту с муниципалитетом Сольнок, заключило договор с Государственным казначейством на предоставление услуг бездомным людям. В 2011 году Казначейство отменило договор и предоставило соответствующую субсидию только до 30 июня 2011 года. Как следствие, заявитель был вынужден прервать соответствующий контракт с муниципалитетом, но был обязан продолжать оказывать социальные услуги до июля 2011 года включительно, тем самым потерпев ущерб в размере 691 407 венгерских форинтов.

  • 9. В жалобе № 26998/12 Автономная конгрегация Будапешта— это религиозное общество, действующее в Венгрии с 1998 года. Г-н Т. Гёрбиц — гражданин Венгрии, 1963 года рождения, проживает в Будапеште. Является священником Автономной конгрегации Будапешта.
  • 10. В жалобе № 41150/12 Церковь Сим Шалом — jtq религиозное общество, действующее в Венгрии с 2004 года. Г-н Г.Г. Губа— гражданин Венгрии, 1975 года рождения, проживает в Будапеште. Является членом Церкви Сим Шалом.
  • 11. В жалобе № 41155/12 Церковь Союза венгерских реформированных еврейских общин — это религиозное общество, действующее в Венгрии с 2007 года. Г-жа Л.М. Бруцк — гражданка Венгрии, 1931 года рождения, проживает в Будапеште. Является членом Церкви Союза венгерских реформированных еврейских общин.
  • 12. В жалобе №41463/12 Европейский союз прогрессивного иудаизма — религиозное объединение, офис зарегистрирован в Лондоне. Действует как головная организация для прогрессивных еврейских конгрегаций в Европе. Церковь Сим Шалом (см. жалобу

№ 41150/12) и Церковь Союза венгерских реформированных еврейских общин (см. жалобу № 41155/12) состоят в рядах его членов.

  • 13. В жалобе №54977/12 Венгерское евангелическое братство — это религиозное общество, действующее в Венгрии с 1981 года.
  • 14. В жалобе №56581/12 Церковь Венгрии «Церковь говорит» — это религиозное общество, действующее в Венгрии в течение 20 лет.
  • 15. В жалобе №41553/12 заявители {Церковь вечной жизни АНКХ, Традиционная церковь законного основания порядка Арпад, Буддистская венгерская церковь Дхармалинг, Эссейская венгерская церковь Дети света, Буддистская венгерская церковь мантры, Сандье Менлаи Гедюн, Церковь Будды Община исцеления, Церковь Вселенной, Церковь Община духовной школы Ушуи, Церковь Община пути и добродетели) — это религиозные общества, действующие в Венгрии с 1999, 2008, 2005, 2001, 2007, 1992, 1998, 2008 и 2007 годов соответственно.
  • 16. 30 декабря 2011 года Парламент принял Закон № CCVI от 2011 года о праве на свободу совести и вероисповедания, правовом статусе церквей, конфессий и религиозных обществ (далее «Закон о церквях 2011 года»). Вступил в силу 1 января 2012 года, впоследствии в него были внесены несколько поправок, наиболее поздние от 1 августа и 1 сентября 2013 года.
  • 17. Кроме признаваемых церквей, перечисленных в Приложении к Закону о церквях 2011 года, все остальные религиозные общества, ранее зарегистрированные как церкви, потеряли свой статус церквей, но могли продолжить свою деятельность как объединения. В случае продолжения деятельности в качестве церквей требовалось обратиться в Парламент для индивидуального признания в качестве таковых.
  • 18. В решении № 6/2013 (III. 1.) Конституционный суд установил, что определенные положения Закона о церквях 2011 года противоречили Конституции, и отменил их задним числом.

В то же время несколько заявителей подали прошения о том, чтобы соответствующий министр зарегистрировал их как церкви, но им отказали по той причине, что, несмотря на решение Конституционного суда, Закон о церквях 2011 года делал невозможным запрашиваемую регистрацию.

  • 19. После решения Конституционного суда несколько заявителей обратились в Национальное агентство по налогам и таможне (НАНТ) с просьбой о восстановлении номера, необходимого для получения одного процента налога на прибыль, который налогоплательщики могут передавать в дар церквям. НАНТ приостановило процедуру, запросило, чтобы заявители начали процедуру признания Парламентом. По данным заявителей это демонстрирует дальнейшее неисполнение решения Конституционного суда.
  • 20. Несколько заявителей восстановили свой статус церквей согласно решению Конституционного суда.

II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ПРАВО

А. Обзор соответствующего законодательства

  • 21. В период с 12 февраля 1990 года по 31 декабря 2011 года религиозная деятельность регулировалась Законом № IV от 1990 года (далее «Закон о церквях 1990 года»), который определял церкви как религиозные общества с количеством членов более ста человек.
  • 22. 1 января 2012 года Закон о церквях 1990 года был заменен на Закон № CCVI от 2011 года (далее «Закон о церквях 2011 года»). По новому Закону религиозные общества могли существовать либо как церкви, либо как объединения, выполняющие религиозную деятельность («религиозные объединения» согласно терминологии, используемой Конституционным судом). Единственные организации, которые квалифицировались как церкви, были указаны в Приложении к Закону о церквях 2011 года, а также которые классифицировались как церкви Парламентом при выполнении определен ных условий, первоначально до 29 февраля 2012 года. Конституционную основу для данного законоположения устанавливала статья 21 (1) Временных положений Основного закона, которая давала Парламенту полномочия идентифицировать признаваемые церкви в соответствующем конституционном законе и определять критерии признания церквей, которые могут быть дополнительно приняты в будущем. Ранее признанные церкви могли быть переведены по своему требованию в объединения и продолжать свою деятельность на этом основании; однако согласно новым правилам они не имели права на получение никаких бюджетных субсидий. Первоначально (согласно Закону о церквях 1990 года) было 406 зарегистрированных церквей, в то время как Приложение к Закону о церквях 2011 года содержало лишь четырнадцать. Приложение, вступившее в силу 1 марта 2012 года, включало двадцать семь церквей и церковных союзов, в целом тридцать две церкви. Согласно информации налоговых органов, эти тридцать две церкви не полностью совпадали с тридцатью двумя наиболее поддерживаемыми церквями, если поддержку измерять количеством налогоплательщиков, делающих добровольные налоговые пожертвования в их пользу.
  • 28 декабря 2012 года Конституционный суд отменил, среди прочих положений, эти правила Временных положений Основного закона, которые давали Парламенту полномочия идентифицировать признанные церкви. 26 февраля 2013 года он также отменил положения Закона о церквях 2011 года, приведших к тому, что заявители были лишены в силу закона своего статуса церквей.
  • 23. Частично в ответ на вышеуказанные решения Конституционного суда право Парламента давать специальный статус церкви было вновь введено в сам Основной закон Четвертой поправкой, которая вступила в силу 1 апреля 2013 года. Она ввела термины «церкви» и «другие организации, осуществляющие религиозную деятельность», при этом церкви определялись как организации, с которыми сотрудничает государство для достижения целей общества и которые государство признает в качестве таковых. Анало гично, согласно правилам Закона о церквях 2011 года, с поправками от 1 августа 2013 года, сейчас используется термин «религиозные общества»; этот термин включает «зарегистрированные церкви» (bevett egyhaz), а также «организации, осуществляющие религиозную деятельность» (valldsi tevekenyseget vegzo szervezet). Но все эти организации вправе использовать слово «церковь» (egyhaz) в своем названии.
  • 24. Согласно действующим правилам, чтобы религиозное общество стало «зарегистрированной церковью», оно должно подтвердить свое существование на международном уровне в течение ста лет, либо существование в Венгрии в течение двадцати лет в организованной форме, а также — наличие членов, равное, по крайней мере, 0,1 проценту населения страны. Кроме того, оно должно подтвердить свое намерение и долгосрочную способность сотрудничать с государством для достижения целей общества. С другой стороны, группа физических лиц может стать «организацией, осуществляющей религиозную деятельность», если она включает минимум десять членов и зарегистрирована в таком качестве в суде.
  • 25. Пятая поправка к Основному закону (которая вступила в силу 1 октября 2013 года) имела намерением подчеркнуть на конституционном уровне принцип о том, что каждый имеет право на создание специальных организаций («религиозных обществ») для осуществления религиозной деятельности и что государство может сотрудничать с некоторыми из этих обществ для достижения целей общества, предоставляя им статус «зарегистрированной церкви». Для отражения единообразия «[зарегистрированных] церквей» и «других организаций, осуществляющих религиозную деятельность» в рамках свободы вероисповедания, эти термины были заменены на общий термин «религиозные общества» во всем тексте Основного закона.

Однако согласно существующим правилам венгерского законодательства, зарегистрированные церкви продолжают получать льготы, в частности, в области налогообложения и субсидий. Так, например, только зарегистрированные церкви имеют право на один процент от подоходного налога, жертвуемого гражданами, а также на соответствующую субсидию государства. Более того, в решении № 6/2013 (III. 1.) Конституционный суд определил в неполном перечне (см. ниже пункты 158-167 решения в параграфе 34) несколько видов деятельности, осуществление которых поддерживается — в юридическом, финансовом и практическом смыслах — законодателем в случае зарегистрированной церкви, но не в случае других религиозных обществ: эти примеры включают религиозное обучение и конфессиональную деятельность в государственных учреждениях, работу кладбищ, а также проведение религиозных похорон, публикацию религиозных печатных материалов, производство и реализацию религиозных объектов.

Несмотря на тот факт, что заявители номинально восстановили свой юридический статус, они не могут получать льготы подобного рода, доступные только зарегистрированным церквям.

В. Конституционные положения

26. Основной закон Венгрии, вступивший в силу 1 января 2012 года, предусматривал следующее:

Статья VII

«(1) Каждый имеет право на свободу мысли, совести и религии. Это право включает свободу выбирать или менять религию или любые другие убеждения, и свободу каждого лица провозглашать и не провозглашать, исповедовать или обучать религии или любым другим убеждениям путем осуществления религиозных действий или обрядов или любым другим способом, индивидуально или совместно с другими, публичным или частным порядком.

(2) Государство и церкви функционируют отдельно. Церкви являются независимыми. Государство сотрудничает с церквями для достижения целей сообщества.

  • (3) Подробные правила, касающиеся церквей, регулируются конституционным законом».
  • 27. С 1 апреля 2013 года вступила в силу Четвертая поправка к Основному закону Венгрии, и текст статьи VII Основного закона стал следующим:

Статья VII

«(1) Каждый имеет право на свободу мысли, совести и религии. Это право включает свободу выбирать или менять религию или любые другие убеждения, и свободу каждого лица провозглашать и не провозглашать, исповедовать или обучать религии или любым другим убеждениям путем осуществления религиозных действий или обрядов или любым другим способом, индивидуально или совместно с другими, публичным или частным порядком.

  • (2) Парламент может принимать конституционные законы для признания определенных организаций, осуществляющих религиозную деятельность, в качестве церквей, с которыми государство сотрудничает для достижения целей сообщества. Положения конституционных законов о признании церквей могут быть предметом конституционной жалобы.
  • (3) Государство и церкви и другие организации, осуществляющие религиозную деятельность, функционируют отдельно. Церкви и другие организации, осуществляющие религиозную деятельность, являются независимыми.
  • (4) Подробные правила, касающиеся церквей, регулируются конституционным законом. В числе требований для признания какой-либо организации, осуществляющей религиозную деятельность, в качестве церкви конституционный закон может предусмотреть продолжительность функционирования, социальную поддержку и пригодность для сотрудничества для достижения целей сообщества».
  • 28. С 1 октября 2013 года вступила в силу Пятая поправка к Основному закону Венгрии, и текст статьи VII Основного закона стал следующим:

Статья VII

«(1) Каждый имеет право на свободу мысли, совести и религии. Это право включает свободу выбирать или менять религию или любые другие убеждения, и свободу каждого лица провозглашать и не провозглашать, исповедовать или обучать религии или любым другим убеждениям путем осуществления религиозных действий или обрядов или любым другим способом, индивидуально или совместно с другими, публичным или частным порядком.

  • (2) С целью исповедания своей религии лица, разделяющие одинаковые принципы веры, могут создавать религиозные общества в организационных формах, определенных конституционным законом.
  • (3) Государство и религиозные общества функционируют отдельно. Религиозные общества являются независимыми.
  • (4) Государство и религиозные общества могут сотрудничать для достижения целей сообщества. Такое сотрудничество устанавливается решением Парламента по запросу заинтересованного религиозного общества. Религиозные общества, участвующие в подобном сотрудничестве, функционируют как зарегистрированные церкви. Для их участия в деятельности, направленной на достижение целей сообщества, государство предоставляет зарегистрированным церквям особые права.
  • (5) Общие правила, касающиеся религиозных обществ, условий сотрудничества, зарегистрированных церквей, и подробные правила управления ими определяются и регулируются конституционным законом».

С. Законодательные нормы

29. Соответствующие положения Закона о церквях 2011 года, вступившего в силу 1 января 2012 года, устанавливают следующее:

Религиозная деятельность

Раздел 6

«(1) В рамках настоящего Закона религиозная деятельность относится к совокупности верований, направленных на трансцендентальное, которая обладает системой основанных на вере принципов, ее учения охватывают все бытие и человеческую личность в целом, устанавливают конкретные правила поведения, уважающие мораль и человеческое достоинство.

  • (2) Следующее не относится к религиозной деятельности, как таковой:
  • (a) политическая и лоббистская деятельность;
  • (b) психологическая и парапсихологическая деятельность;
  • (c) медицинская деятельность;
  • (d) бизнес / предпринимательство;
  • (e) педагогическая деятельность;
  • (f) образовательная деятельность;
  • (g) высшее образование;
  • (h) здравоохранение;
  • (i) благотворительность;
  • (j) защита семьи, детства и юношества;
  • (k) культурная деятельность;
  • (l) спорт;
  • (т) защита животных, окружающей среды, охрана природы;
  • (п) информационные технологии, более углубленные, чем те, которые требуются для религиозной деятельности;
  • (о) социальная работа».

Церкви

Раздел 7

«(1) Церковь, религиозная конфессия или религиозное общество (далее по тексту именуемые «церкви») — это независимые организации, объединяющие физических лиц, разделяющих одинаковые принципы веры, которые обладают самоуправлением, основная цель их функционирования — осуществление религиозной деятельности. В рамках настоящего Закона религиозные конфессии и религиозные общества также рассматриваются как церкви.

  • (2) Физические лица, разделяющие одинаковые принципы веры, полностью дееспособные и проживающие в Венгрии, могут создавать церкви для исповедания своей религии. ...
  • (4) Церкви, признаваемые Парламентом, указаны в Приложении к настоящему Закону».

Раздел 8

«Государство может заключать соглашения с церквями, которые имеют широкую поддержку общества, сохраняют исторические и культурные ценности и обеспечивают функционирование педагогических, образовательных, здравоохранительных, благотворительных, социальных, по защите семьи / детства / юношества, культурных и спортивных организаций (далее именуемое как деятельность в общественных интересах) с целью обеспечения своей деятельности».

Раздел 9

«... (2) Государство может учитывать фактическую социальную роль церквей и их деятельность в общественных интересах, осуществляемую церквями, принимая дополнительные законы, связанные с социальной ролью церквей и поддержанием отношений с ними».

Раздел 14

«(1) Представитель объединения, которое преимущественно осуществляет религиозную деятельность (далее именуемое объединение), имеет полномочия инициировать признание представляемого им объединения в качестве церкви путем предоставления документа, подписанного, как минимум, 1000 лицами, применяя правила, регламентирующие народную инициативу.

(2) Объединение признается в качестве церкви в случаях, если оно

  • (a) преимущественно осуществляет религиозную деятельность;
  • (b) имеет систему верований и ритуалов, передающих сущность его учений;
  • (c) существует на международном уровне, по крайней мере, в течение ста лет, или в организованной форме как объединение в Венгрии в течение, по крайней мере, двадцати лет, включая существование в качестве церкви, зарегистрированной [согласно Закону о церквях 1990 года] до вступления в силу настоящего Закона;
  • (d) приняло устав, учредительный документ и внутренний церковный регламент;
  • (e) избрало или назначило административные и представительные органы;
  • (f) его представители заявляют, что деятельность созданной ими организации не противоречит Основному закону и законодательным нормам и не нарушает права и свободы других людей;
  • (g) объединение не считалось угрозой национальной безопасности в течение своего существования;
  • (h) его учения и деятельность не нарушают право на физическое и психологическое благополучие, защиту жизни или человеческого достоинства.
  • (3) На основании народной инициативы парламентский комитет по религиозным делам (далее именуемый комитет) должен подать законопроект в Парламент о признании объединения в качестве церкви. Если условия, указанные в подразделе (2), не соблюдены, комитет должен заявить об этом.
  • (4) По запросу комитета объединение должно подтвердить, что оно соблюдает условия, указанные в пунктах (а) — (f) подраздела (2). Комитет запрашивает мнение Президента Академии наук Венгрии о выполнении условий, указанных в пунктах (а) — (с) подраздела (2).
  • (5) Если Парламент не поддерживает признание объединения в качестве церкви на основании проекта, указанного в подразделе
  • (3), решение об этом публикуется в форме парламентской резолюции. В течение одного года после опубликования резолюции не разрешается инициировать народную инициативу, направленную на признание объединения в качестве церкви».

Раздел 15

«Указанное объединение квалифицируется в качестве церкви в день вступления в силу поправки к настоящему Закону о его признании».

Раздел 19

«... (3) Для достижения своих целей церкви имеют полномочия осуществлять деятельность, которая не квалифицируется как бизнес или предпринимательство, а также заниматься бизнесом или предпринимательством в дополнение к своей основной деятельности. Кроме того, они имеют право учреждать бизнес, неправительственные организации и участвовать в таковых.

  • (4) Деятельность в общественных интересах и соответствующие учреждения церквей имеют право на получение бюджетных средств в том же размере, что и учреждения государства и местного самоуправления, осуществляющие аналогичную деятельность. В церковных учреждениях условия трудоустройства должны соответствовать условиям в государственном секторе в отношении заработной платы, времени труда и отдыха.
  • (5) Основные меры по начислению заработной платы, применимые к сотрудникам учреждений государства и местного самоуправления, должны применяться к сотрудникам церковных учреждений, указанных в подразделе (4), на тех же условиях.
  • (6) Церкви могут получать финансирование на установленной законом основе от ведомственных органов центрального управления, от программ, финансируемых из средств ЕС, или согласно международным соглашениям, по заявлению или без него, на основании конкретного решения...»

Раздел 20

«... (4) В дополнение к видам деятельности, указанным в разделе 6, подразделе (2), следующие виды деятельности не квалифицируются в качестве бизнеса или предпринимательства в случае церквей:

  • (a) функционирование педагогических, образовательных, здравоохранительных, благотворительных, социальных, по защите семьи / детства / юношества, культурных и спортивных организации, а также ... деятельность по защите окружающей среды;
  • (b) использование домов отдыха для персонала церкви;
  • (c) производство или продажа публикаций или религиозных предметов, необходимых для религиозной жизни;
  • (d) частичная эксплуатация недвижимого имущества, применяемого для церковных целей;
  • (e) работа кладбищ;
  • (f) продажа нематериальных товаров, предметов ... при обслуживании религиозной, педагогической, образовательной, здравоохранительной, благотворительной, социальной, по защите семьи / детства / юношества, культурной, спортивной и природоохранной деятельности, включая компенсацию стоимости рабочей одежды;
  • (g) предоставление услуг, сопутствующих религиозной, педагогической, образовательной, здравоохранительной, благотворительной, социальной, по защите семьи / детства / юношества, культурной, спортивной и природоохранной деятельности, или некоммерческое использование оборудования, обслуживающего эти виды деятельности;
  • (h) производство или продажа продукции, тетрадей, учебников, публикаций или научных работ, связанных с выполнением общественных обязанностей, перенятых от государства или органов местного самоуправления;
  • (і) функционирование пенсионных организаций или фондов, созданных для самообеспечения персонала церкви.
  • (5) Прибыль, полученная от деятельности, указанной в подразделе (4), включает, в частности, следующее:
  • (a) оплату, вознаграждение и возмещение за услуги;
  • (b) компенсацию ущерба, пени, штрафы и возврат налогов, связанных с данной деятельностью;
  • (c) ... безвозмездное финансирование, гранты, полученные в связи с данной деятельностью;
  • (d) часть процентов, дивидендов, доходов, выплачиваемых финансовыми органами и эмитентами по депозитам и ценным бумагам, созданным или приобретенным с использованием свободных средств, пропорционально прибыли, полученной от деятельности, которая не квалифицируется в качестве бизнеса или предпринимательства.
  • (6) Церкви могут получать налоговые льготы и другие подобные преимущества».

Раздел 23

«Церкви и, в частности, церковные церемонии и непрерывное проведение церковного управления, а также церковные здания, кладбища и другие святые места находятся под усиленной защитой законодательства о правонарушениях и уголовного права».

Раздел 24

«(1) В учебных или образовательных учреждениях, финансируемых государством или местным самоуправлением, церкви могут предоставлять религиозное и моральное обучение согласно потребностям обучающихся и их родителей; в вузах церкви могут проводить религиозные действия. ... Стоимость религиозного и морального обучения оплачивается государством на основании отдельного закона или договоров, заключенных с церквями.

(2) Церкви могут проводить пасторскую службу в армии, тюрьмах, больницах или других специальных пастырствах, предусмотренных законом».

Раздел 33

«(1) В течение тридцати трех дней с момента вступления в силу настоящего Закона Министр должен зарегистрировать церкви, указанные в Приложении к Закону, и внутренние церковные юридические лица, установленные ими согласно разделу 11.

(2) Церкви, указанные в Приложении, и их внутренние церковные юридические лица могут функционировать в качестве церквей и внутренних церковных юридических лиц вне зависимости от даты их регистрации согласно подразделу (1). ...»

Раздел 34

«... (2) До истечения срока действия Закона № С от 2011 года о праве на свободу совести и религии и правовом статусе церквей, конфессий и религиозных обществ, за исключением правил, касающихся народных инициатив, Парламент должен в свете положений, регулирующих признание церквей, прописанных в Законе № С от 2011 года..., принять решения до 29 февраля 2012 года о признании церквей, подавших заявления на признание Министру в соответствии с настоящим Законом, согласно процедуре, установленной в разделе 14, подразделы (4) и (5).

  • (3) Министр должен опубликовать перечень церквей, указанных выше в подразделе (2), на официальном веб-сайте Министерства.
  • (4) Если Парламент отказывается признать церковь согласно подразделу (2) в рамках настоящего Закона и другого связанного законодательства, данная церковь должна квалифицироваться как организация согласно подразделу (1) от 1 марта 2012 года, и к ней должны применяться разделы 35-37, при условии, что:
  • (a) признание в качестве церкви может быть продолжено на основе народных инициатив спустя один год после публикации парламентской резолюции, указанной в разделе 14, подраздел (5);
  • (b) процедурные действия, изложенные в разделе 35, подраздел (1), должны быть начаты до 30 апреля 2012 года, и условия, перечисленные в разделе 37, подраздел (2), должны быть соблюдены до 31 августа 2012 года;
  • (c) дата 30 августа должна учитываться при использовании раздела 35, подраздел (3), пункт (Ь);
  • (d) датой правопреемства согласно разделу 36, подразделу (1) является 1 марта 2012 года;
  • (e) бюджетное финансирование для церковных целей может быть выделено церквям, указанным в подразделе (2) до 29 февраля 2012 года.
  • (5) Организация
  • (a) может инициировать свою регистрацию в качестве объединения согласно разделу 35, и
  • (b) при выполнении требований, изложенных в настоящем Законе, может инициировать признание объединения в качестве церкви в соответствии с положениями Главы III.»

Раздел 35

«(1) Организация должна заявить о своем намерении продолжить или прекратить свою деятельность до 29 февраля 2012 года, и в случае если она продолжит свою деятельность, согласно правилам для объединений, должна инициировать процедуру по изменению регистрации. В этой связи должны применяться раздел 37, подраздел (1), раздел 38 и раздел 63, пункты (а) и (с) Закона № CLXXXI от 2011 года о судебной регистрации общественных объединений и соответствующие положения процедуры, при условии, что собрание, на котором будет решаться вопрос об изменении регистрации, будет учредительным собранием.

(2) Требования к организации, регистрируемой в качестве объединения, должны быть выполнены не позднее 30 июня 2012 года. Однако, если организация осуществляет религиозную деятельность с 1 января 2012 года в рамках той же организационной формы, определенной ее внутренним церковным регламентом, которая действовала на 31 декабря 2011 года, суд в ходе регистрации объединения и согласно требованиям, изложенным в разделе 62, подраздел (4), пункт (Ь) Закона № IV от 1959 года о Гражданском кодексе, должен воздержаться от оценки, соответствует ли учредительный документ организации законодательству, регулирующему учреждение и компетенцию верховного, административного и представительного органов. Несоблюдение вышеуказанного срока означает лишение права на регистрацию ...»

Раздел 37

«(1) Кроме случаев, указанных в подразделе (3), после вступления в силу настоящего Закона только церкви, перечисленные в Приложении, могут получить бюджетные субсидии для церковных целей.

  • (2) В рамках Закона № CXXVI от 1996 года об использовании определенной суммы подоходного налога согласно инструкциям налогоплательщика организация рассматривается в качестве объединения и имеет право на один процент, который передается в дар объединениям, при условии выполнения требований, изложенных в законах об объединениях до 30 июня 2012 года.
  • (3) На основе договора государство предоставляет бюджетные субсидии на функционирование следующих учреждений организации 31 декабря 2011 года:
  • (a) до 31 августа 2012 года для учреждений государственного образования;
  • (b) до 31 декабря 2012 года для социальных учреждений».

Раздел 38

«(1) Выполняя договоры, заключенные с церквями, осуществляющими деятельность в общественных интересах, государство должно проверять эти договоры и в случае необходимости инициировать заключение новых договоров.

(2) До 31 декабря 2012 года государство может заключать договоры о предоставлении бюджетного финансирования с организациями, осуществляющими общественные обязанности, которые не квалифицируются в качестве церквей по настоящему Закону».

Раздел 50

«... (3) Следующий раздел 13 добавлен к Закону о финансировании церквей:

Раздел 13: Организация согласно разделу 34, подраздел (1), Закона о финансировании церквей имеет право в 2012 году получать дополнительное финансирование, указанное в разделе 4, подраздел (3), при условии, что она была признана в качестве церкви Парламентом до 20 мая 2012 года».

Раздел 52

«Раздел 34 заменяется следующим положением:

Раздел 34 (1): Кроме церквей, перечисленных в Приложении, и их независимых организаций, учрежденных для религиозных целей, организации, зарегистрированные [согласно Закону о церквях 1990 года], и их организации, учрежденные для религиозных целей (далее совместно именуемые организации), должны квалифицироваться как объединения с 1 января 2012 года ...»

  • 30. В Закон о церквях 2011 года были внесены несколько поправок, в частности, 1 августа 2013 года. После этих поправок критерии для получения организацией, осуществляющей религиозную деятельность, статуса «зарегистрированной церкви» остались похожими на критерии, введенные 1 января 2012 года, за исключением следующих отличий: если организация работала в Венгрии, она должна доказать наличие количества членов, равное, по крайней мере, 0,1 проценту населения Венгрии (это требование не применяется к организациям, работающим на международном уровне); кроме того, она должна доказать свое намерение и долгосрочную способность сотрудничать с государством для достижения общественных целей. Способность организации к сотрудничеству может быть подтверждена ее уставом, количеством членов, предыдущей деятельностью и доступностью этой деятельности для большой части населения.
  • 31. Процедура признания в качестве «зарегистрированной церкви» тоже изменилась. Запрос о признании должен быть подан Министру, отвечающему за религиозные дела (а не Парламенту). Министр проверяет, отвечает ли организация определенным законодательным критериям, и принимает административное решение, которое открыто для судебного надзора. Окончательное решение сообщается парламентскому комитету по религиозным делам, который, в свою очередь, проверяет намерения и способность организации сотрудничать с государством, а также соответствие ее учений и деятельности правам других людей на физическое и психологическое благополучие, защиту жизни и человеческого достоинства. Парламентский комитет по национальной безопасности далее проверяет, не является ли организация угрозой национальной безопасности. Парламентский комитет по религиозным делам заслушивает официально представителей организации. Если после проверки комитета организация признается соответствующей всем законодательным критериям, комитет принимает законопроект о присвоении статуса «зарегистрированной церкви». В противном случае комитет подает предложение об отказе в запросе, которое должно содержать должное обоснование. Парламент далее решает, принимать ли законопроект или предложение об отказе. Законность отказа может быть оспорена в Конституционном суде в течение 15 дней.

32. Закон о церквях 2011 года, с поправками от 1 августа 2012 года, содержит следующие относящиеся к теме положения:

Религиозная деятельность и общие правила о статусе религиозных обществ

Раздел 6

«(1) Религиозное общество — это церковь, признаваемая Парламентом, или организация, осуществляющая религиозную деятельность. Церковь, признаваемая Парламентом, является зарегистрированной церковью.

  • (2) Религиозное общество учреждается и функционирует преимущественно для целей осуществления религиозной деятельности.
  • (3) Религиозная деятельность относится к совокупности верований, направленных на трансцендентальное, которая обладает системой основанных на вере принципов, ее учения охватывают все бытие и человеческую личность в целом, устанавливают конкретные правила поведения.
  • (4) Следующее не относится к религиозной деятельности как таковой:
  • (a) политическая и лоббистская деятельность;
  • (b) психологическая и парапсихологическая деятельность;
  • (c) медицинская деятельность;
  • (d) бизнес/предпринимательство;
  • (e) педагогическая деятельность;
  • (f) образовательная деятельность;
  • (g) высшее образование;
  • (h) здравоохранение;
  • (i) благотворительность;
  • (j) защита семьи, детства и юношества;
  • (k) культурная деятельность;
  • (l) спорт;
  • (т) защита животных, окружающей среды, охрана природы;
  • (п) информационные технологии, более углубленные, чем те, которые требуются для религиозной деятельности;
  • (о) социальная работа».
  • (5) Религиозное общество должно осуществлять только такую религиозную деятельность, которая не противоречит Основному закону, не является незаконной, не нарушает права и свободы других обществ».

Раздел 7

«Религиозное общество имеет право использовать для самоидентификации слово «церковь» (church) в своем названии и при упоминании ее деятельности, чье содержание основано на принципах веры. Название организации, осуществляющей религиозную деятельность, не должно содержать слово «объединение» (association) в своей организационно-правовой форме».

Раздел 9

«(1) Государство может заключать соглашения с церквями, которые имеют широкую поддержку общества, сохраняют исторические и культурные ценности (либо сами, либо через свои дочерние организации) и обеспечивают функционирование педагогических, образовательных, медицинских, благотворительных, социальных, по защите семьи / детства / юношества, культурных или спортивных организаций с целью обеспечения своей деятельности».

Организации, осуществляющие религиозную деятельность Раздел 9/А

«(1) Организация, осуществляющая религиозную деятельность, является объединением физических лиц, исповедующих одинаковые принципы веры, и должна согласно своему уставу функционировать с целью выполнения религиозной деятельности.

(2) Правила, регулирующие деятельность объединений, должны применяться соответственно к организациям, осуществляющим религиозную деятельность, с учетом различий, указанных в настоящем Законе».

Раздел 9/В

«(1) Высокий суд Будапешта имеет исключительную юрисдикцию регистрировать организации, осуществляющие религиозную деятельность.

  • (2) При получении запроса о регистрации, Высокий суд должен проверить только следующее:
  • (a) представители организации заявили, что ее создание имеет целью выполнение религиозной деятельности;
  • (b) деятельность, осуществляемая организацией, не нарушает раздел 6, подразделы (4) и (5);
  • (c) об учреждении организации было заявлено, устав принят, по крайней мере, десятью членами;
  • (d) только физические лица являются членами организации, устав исключает участие юридических лиц в качестве членов.
  • (3) Запрос о регистрации отклоняется только в том случае, если организация не выполняет требования, указанные выше в подразделе (2), пункты (а) — (d).
  • (4) Устав организации, осуществляющей религиозную деятельность, может регулировать следующие вопросы образом, отличным от правил, применяемых для объединений:
  • (a) прием в члены организации и использование прав члена;
  • (b) лица, их задачи и компетенция, которые имеют юридические отношения с организацией и право:

Ъ.а принимать и контролировать внутренние решения о деятельности организации, или

b.b управлять и представлять организацию».

(5) Организации, осуществляющие религиозную деятельность, могут объединяться только с другими организациями, осуществляющими религиозную деятельность».

Раздел 9/C

«(1) Анализ законности, проводимый прокуратурой в отношении организации, осуществляющей религиозную деятельность, должен включать только проверку того, соответствует ли деятельность организации разделу 6, подразделам (4) и (5). Если организация не соответствует этим требованиям, даже после получения предупреждения от прокуратуры, прокуратура может инициировать судебное разбирательство против организации.

  • (2) По требованию прокуратуры суд может:
  • (a) указать организации, чтобы она привела свою деятельность в соответствие с законом, и распустить ее в случае невыполнения;
  • (b) распустить организацию, если ее деятельность противоречит Основному закону по мнению Конституционного суда».

Церковное юридическое лицо (Egyhazi jogi szemely)

Раздел 10

«Зарегистрированные церкви и их внутренние церковные юридические лица являются церковными юридическими лицами».

Раздел 11

«(1) Зарегистрированная церковь является независимой организацией, обладающей самоуправлением и состоящей из физических лиц, исповедующих одинаковые принципы веры, которую Парламент наделяет особым публично-правовым статусом для осуществления сотрудничества во исполнение общественных целей.

  • (2) Зарегистрированные церкви являются юридическими лицами.
  • (3) Зарегистрированные церкви имеют равные права и обязанности.
  • (4) Зарегистрированные церкви указываются в Приложении к настоящему Закону».

Лица на службе религиозного общества

Раздел 13

«(1) Священнослужитель (egyhazi szemely) — это физическое лицо, которое согласно внутреннему регламенту зарегистрированной церкви осуществляет управление пастырством в рамках особых церковных, трудовых и прочих отношений.

  • (2) Священнослужители имеют право не разглашать государственным органам любую личную информацию, которую они могут получить во время церковной службы.
  • (3) Священнослужители имеют усиленную защиту по законодательству о правонарушениях и по уголовному праву».

Раздел 13/А

«(1) Профессиональный пастор организации, осуществляющей религиозную деятельность, — это физическое лицо на службе организации, которое выполняет свою деятельность в рамках трудовых отношений.

(2) Раздел 13(2) и (3) применяется к профессиональным пасторам организаций, осуществляющим религиозную деятельность».

Условия признания церкви

Раздел 14

«(1) Организация, осуществляющая религиозную деятельность, признается в качестве церкви Парламентом, в случае если:

  • (a) она преимущественно осуществляет религиозную деятельность;
  • (b) она имеет вероисповедание и обряды, содержащие суть ее учений;
  • (c) она функционирует:

с.а на международном уровне, по крайней мере, в течение ста лет, или

с.Ь в организованной форме как религиозное общество в Венгрии, по крайней мере, в течение двадцати лет, и количество ее членов составляет минимум 0,1% от населения страны;

  • (d) она приняла внутренние церковные регламенты;
  • (e) она избрала или назначила административные и представительные органы;
  • (f) ее представители заявляют, что деятельность организации, созданной ими, не противоречит подразделам (4) и (5) раздела 6;
  • (g) ее учения и деятельность не нарушают право на физическое и психологическое благополучие, защиту жизни и человеческого достоинства;
  • (h) объединение не считалось угрозой национальной безопасности в течение времени своего функционирования; и
  • (i) ее намерения и долгосрочная способность осуществлять сотрудничество для достижения общественных целей подтверждены уставом, количеством членов, предыдущей деятельностью в областях, указанных в разделе 9(1), и доступностью этой деятельности для большой части населения».

Правила функционирования религиозных обществ

Раздел 19

«(1) Религиозные общества должны действовать в соответствии со своими внутренними регламентами, принципами веры и обрядами.

  • (2) Религиозные общества могут участвовать в создании общественных ценностей. В связи с этим общество (самостоятельно либо через организацию, которую оно создаст для этой цели) может также выполнять деятельность, указанную в разделе 9(1), которая законодательно не закреплена за государством или государственными учреждениями. ...
  • (5) Религиозные общества могут свободно вступать в гражданские правоотношения; они могут создавать бизнес, неправительственные организации и участвовать в них».

Раздел 19/А

«(3) На основе уставных норм церкви могут получать финансирование от ведомственных органов центрального управления, от программ, финансируемых из средств ЕС, или согласно международным соглашениям, по заявлению или без него, на основании конкретного решения...»

Раздел 19/С

«Религиозные общества, церковные здания, кладбища и другие святые места находятся под усиленной защитой законодательства о правонарушениях и уголовного права, в частности, для обеспечения непрерывного проведения обрядов и работы согласно внутренним регламентам».

Правила функционирования церковных юридических лиц

Раздел 20

«(1) Церковные юридические лица, осуществляющие деятельность в общественных интересах, связанную с областями, указанными в разделе 9(1), имеют право на получение бюджетных средств в том же размере, что и учреждения государства и местного самоуправления, осуществляющие аналогичную деятельность.

  • (2) Условия найма у церковных юридических лиц, осуществляющих деятельность, указанную в разделе 9(1), должны соответствовать условиям в государственном секторе в отношении заработной платы, времени труда и отдыха. Основные меры по начислению заработной платы, применимые к сотрудникам учреждений государства и местного самоуправления, должны применяться к сотрудникам церковных юридических лиц на тех же условиях.
  • (3) С целью сотрудничества для достижения общественных целей церковные юридические лица могут получать налоговые льготы или другие подобные преимущества».

Раздел 21

«(1) В рамках сотрудничества для достижения общественных целей церковные юридические лица могут организовывать в соответствии с законодательными актами религиозное образование в образовательных учреждениях, функционирование которых обеспечивается государством, местным самоуправлением или органами самоуправления национальных меньшинств, а также в вузах, обеспечиваемых государством или органами самоуправления национальных меньшинств. ...

(3) Стоимость религиозного образования ... оплачивается государством на основании законодательных актов или соглашения с зарегистрированной церковью».

Раздел 22

«(1) Для достижения своих целей церковные юридические лица имеют полномочия осуществлять деятельность, которая не квалифицируется как бизнес или предпринимательство, а также имеют полномочия заниматься бизнесом или предпринимательством в дополнение к своей основной деятельности, даже вне рамок, указанных в разделе 19(5).

  • (2) Следующие виды деятельности не квалифицируются в качестве бизнеса или предпринимательства в случае церковных юридических лиц:
  • (a) функционирование религиозных, педагогических, образовательных, медицинских, благотворительных, социальных, по защите семьи / детства / юношества, культурных и спортивных учреждений, а также ... деятельность по защите окружающей среды;
  • (b) использование домов отдыха для персонала церкви;
  • (c) производство или продажа публикаций или религиозных предметов, необходимых для религиозной жизни;
  • (d) частичная эксплуатация недвижимого имущества, применяемого для церковных целей;
  • (e) работа кладбищ;
  • (f) продажа нематериальных товаров, предметов ... при обслуживании религиозной, педагогической, образовательной, медицинской, благотворительной, социальной, по защите семьи / детства / юношества, культурной, спортивной и природоохранной деятельности, включая компенсацию стоимости рабочей одежды;
  • (g) предоставление услуг, сопутствующих религиозной, педагогической, образовательной, медицинской, благотворительной, социальной, по защите семьи / детства / юношества, культурной, спортивной и природоохранной деятельности, или некоммерческое использование оборудования, обслуживающего эти виды деятельности;
  • (h) производство или продажа продукции, тетрадей, учебников, публикаций или научных работ, связанных с выполнением общественных обязанностей, перенятых от государства или органов местного самоуправления;
  • (i) функционирование пенсионных организаций или фондов, созданных для самообеспечения персонала церкви;
  • (j) разрешение третьей стороне использовать название, сокращенное название, общеупотребительное обозначение, эмблему или логотип церковного юридического лица.
  • (3) Прибыль, полученная от деятельности, указанной в подразделе (2), включает, в частности, следующее:
  • (a) оплату, вознаграждение и возмещение за услуги;
  • (b) компенсацию ущерба, пени, штрафы и возврат налогов, связанных с данной деятельностью;
  • (c) ... безвозмездное финансирование, гранты, полученные в связи с данной деятельностью;
  • (d) часть процентов, дивидендов, доходов, выплачиваемых финансовыми органами и эмитентами по депозитам и ценным бумагам, созданным или приобретенным с использованием свободных средств, пропорционально прибыли, полученной от деятельности, которая не квалифицируется в качестве бизнеса или предпринимательства».

Раздел 24

«Зарегистрированные церкви могут проводить пасторскую службу в армии, тюрьмах, больницах или других специальных пас-тырствах, предусмотренных законом».

33. Закон № XXXII от 1991 года об урегулировании вопросов права владения бывшей церковной собственностью предусматривает следующее:

Введение

«... Партийное государство, основанное исключительно на принципе материалистического и атеистического мировоззрения, ограничивало конфессиональную жизнь и социальную роль церквей до минимума, конфисковав церковное имущество и распустив их организации, и через другие инструменты власти постоянно нарушало права церквей.

В Венгрии на основе принципов правового государства церкви вновь могут свободно и без ограничений выполнять свою социальную роль, но они не располагают необходимыми финансовыми средствами.

Закон № IV от 1990 года о церквях ... уже упоминал тот факт, что венгерские церкви в дополнение к своей конфессиональной деятельности могут выполнять важные задачи в жизни нации, в частности, посредством культурной, образовательной и медицинской деятельности, поддерживать самоопределение нации. Но в то время не было возможности создать материальные и финансовые фонды, необходимые для выполнения этих задач.

Чтобы исправить, по крайней мере, частично, произошедшие серьезные нарушения и обеспечить финансовые и материальные условия для выполнения церквями своей деятельности, настоящим Парламент принимает следующий закон с целью урегулирования права владения бывшей церковной собственностью».

Закон № CXXIV от 1997 года о финансировании религиозной и общественной деятельности церквей (далее по тексту «Закон о финансировании церквей») предусматривает следующее:

Введение

«Признавая тысячелетнюю работу церквей Венгрии в области жизни и интересов нации;

Учитывая важность религиозных убеждений в венгерском обществе;

Принимая во внимание тот факт, что венгерские церкви были подвергнуты мерам, которые лишили церкви их прав после 1945 года;

Учитывая требования о разделении государства и церкви, а также их сотрудничестве для достижения общественных целей;

Настоящим Парламент принимает следующий закон:...»

Раздел 1

«Настоящий Закон применяется к зарегистрированным церквям, религиозным конфессиям и религиозным обществам ... по смыслу [Закона о церквях 2011 года].»[2]

Раздел 4

«(1) Зарегистрированные церкви имеют право согласно подробным положениям отдельного Закона на один процент подоходного налога лиц, которые жертвуют свой налог для этой цели. Зарегистрированные церкви могут использовать эту сумму в соответствии со своим внутренним регламентом.

  • (2) Кроме [выше указанных] сумм ..., зарегистрированные церкви имеют право на дополнительные субсидии, как изложено ниже в подразделах (3) и (4).
  • (3) Если общая сумма субсидии, на получение которой зарегистрированные церкви имеют право согласно подразделу (1), не достигает 0,9% от подоходного налога лиц, задекларированного в соответствующем году (рассчитанного с учетом сводной базы налогообложения и после вычета соответствующих налоговых льгот), фактическая сумма субсидии, переводимая зарегистрированным церквям, должна быть дополнена из государственного бюджета в вышеуказанном размере.
  • (4) Зарегистрированные церкви имеют право на субсидию, пропорциональную количеству членов, которые пожертвовали им один процент от их подоходного налога».

Раздел 6

«(1) Зарегистрированные церкви имеют право на дополнительные субсидии (далее по тексту: дополнительные субсидии), на основе решения лиц, получающих общественные услуги от учреждений, функционирование которых обеспечивают зарегистрированные церкви. ...»

D. Правоприменительная практика Конституционного суда

34. Решение №6/2013 (III. 1.) Конституционного суда содержит следующие положения:

«[131] Основной закон устанавливает принцип разделения церквей и государства в связи со свободой религии. Кроме того, что это один из основополагающих принципов функционирования светского государства, он также один из гарантов свободы религии.

[134] ... Основной закон гарантирует, что «религиозные общества» (в дополнение к другим организационным формам, предлагаемым законом об объединениях) могут свободно получить правовой статус, который национальное право определяет как церковь. При определении этой юридической формы государство признает уникальные характеристики церквей и дает возможность им найти свое место в правовом порядке ...

[141] ... Следовательно, Парламент не может решить в соответствии с Основным законом об отмене особой юридической формы церкви для религиозных обществ. Это будет нарушением Основного закона, если религиозные общества смогут функционировать только как объединения, либо как другие юридические лица, чье учреждение доступно любой группе лиц даже без религиозного контекста. Отсутствие особой юридической формы, обеспечивающей расширенную независимость для применения свободы религии, является неконституционным.

[143] 2.3. В вопросах по существу государство опирается на самоопределение религий и религиозных обществ. Однако согласно свободе религии и праву на исповедание религии в обществе оно может определить объективные и обоснованные условия для признания в качестве особого юридического лица, а именно, церкви. В частности, такие условия могут включать минимальное количество членов, необходимое для подачи заявки на регистрацию, или минимальный срок функционирования.

[146] 2.4. В свете вышеуказанных размышлений, государство может регулировать условия для присвоения правосубъектности организациям и обществам, учрежденным в соответствии со свободой религии, посредством правил, учитывающих особые характеристики заинтересованной организации или общества. Тем не менее Конституционный суд подчеркивает, что ... «возникали бы... вопросы о конституционности, если бы законодательство давало возможность стать юридическим лицом или учредить особое юридическое лицо для некоторых организаций, в то же время произвольно исключая других в сопоставимой ситуации или создавая несоизмеримо сложные условия для получения другими подобного юридического статуса»...

[152] Государство обладает достаточно широкими пределами усмотрения (в пределах, установленных Основным законом) при определении общественных целей. В общем, государство не обязано сотрудничать для достижения целей, определенных церковью или религиозным обществом, если оно не решило взять на себя решение задач в этой сфере.

[153] Государство также обладает достаточно широкими пределами усмотрения при выделении финансовых субсидий, льгот и привилегий церквям, так как государство имеет полномочия проводить в жизнь принцип сбалансированного, прозрачного и рационального управления бюджетом ... согласно статье N Основного закона. Но Конституционный суд отметил бы, что при распределении таких субсидий государство должно обращать особое внимание на специальные требования, предполагаемые свободой религии, и должно обеспечить, чтобы ни одна из церквей не была дискриминирована в сравнении с другими также расположенными церквями и организациями [см. статьи VII и XV Основного закона].

[155] Не существует конституционной обязанности предоставлять каждой церкви одинаковые субсидии. Также государство не обязано сотрудничать в равной степени с каждой церковью. Практические различия в обеспечении прав, связанных со свободой религии, являются конституционными настолько, насколько они не являются результатом дискриминационной практики. Нейтралитет государства должен сохраняться в рамках выполнения общественных задач, принимаемых на себя государством, распределения субсидий церквям и обязательного общественного сотрудничества между государством и церквями.

[156] ... [ ] Государство конституционно обязано обеспечивать, чтобы религиозные общества имели возможность получать особый статус церкви (позволяя им функционировать независимо), и другие привилегии, даваемые церквям, в порядке, сообразном со свободой религии и конкретной рассматриваемой привилегией, в объективных и рациональных условиях, при справедливом разбирательстве в соответствии со статьями XX1V-XXVII1 Основного закона и правовой защитой. ...

[158] ... Конституционный суд сделал вывод, что хотя есть совпадения в регулировании прав зарегистрированных церквей и религиозных объединений, Закон о церквях 2011 года также содержит ряд важных различий. Неполный их перечень приведен ниже.

[159] До [20 декабря 2011 года] ... правила, обеспечивающие расширенную независимость зарегистрированных церквей и право священнослужителей не разглашать личную информацию государ ственным органам, полученную во время религиозной службы, также применялись к религиозной деятельности тех религиозных объединений, которые подавали заявки на получение статуса церкви министру, но не получили его. Но по Закону о церквях 2011 года религиозные объединения, которые подавали заявки, но не получили статус церкви, не имеют более права на эти гарантии.

[160] С момента вступления в силу Закона о церквях 2011 года бюджетные субсидии могут быть выданы только зарегистрированным церквям (кроме некоторых субсидий, которые могут быть продлены на один год согласно особым соглашениям).

[161] По Закону № CXXVI от 1997 года об использовании установленной суммы подоходного налога согласно инструкциям налогоплательщика, религиозные объединения считаются объединениями в соответствии с Законом о церквях 2011 года. Как следствие, они могут иметь право на часть подоходного налога, который может дароваться объединениям. ... Эти объединения также считаются бенефициарами, но не религиозных субсидий...

[162] Зарегистрированные церкви могут использовать пожертвования для обеспечения их священников, выполняющих религиозные службы и обряды... доходом, который освобожден от подоходного налога. ...

[163] Закон о финансировании церкви предусматривает, что архивы, библиотеки и музеи [зарегистрированных] церквей имеют право на ... субсидию на аналогичной основе, как и учреждения, обеспечиваемые государством.

[164] Деятельность в общественных интересах и учреждения [зарегистрированных] церквей имеют право на бюджетные фонды в том же размере, что и учреждения государства и местного самоуправления, выполняющие аналогичную деятельность. В таких церковных учреждениях условия трудоустройства должны соответствовать условиям в государственном секторе в отношении заработной платы, времени труда и отдыха. Основные меры по начислению заработной платы, применимые к сотрудникам учре ждений государства и местного самоуправления, должны применяться к сотрудникам церковных учреждений на тех же условиях.

[165] Государственные органы не имеют права проверять связанные с религией доходы [зарегистрированных] церквей и использование этих доходов. ...

[166] Затраты на религиозное и моральное обучение оплачиваются государством, на основе отдельного закона или соглашений с [зарегистрированными] церквями.

[167] В свете вышеизложенного, Конституционный суд считает, что действующий закон наделяет зарегистрированные церкви дополнительными правами, которые дают им значительные преимущества по сравнению с религиозными объединениями и которые способствуют их религиозному и финансовому функционированию, тем самым поддерживая их свободу религии. ...

[181] Статус церкви у организации не является закрепленным правом, защищаемым Основным законом, это значит, что статус может быть проанализирован и, возможно, отменен, если в последствии будет установлено, что условия выдачи статуса не соблюдаются. ... Это конституционное требование, чтобы процедура по получению статуса церкви, анализ этого статуса должны быть справедливыми и подлежать правовой защите.

[196] При принятии решения о том, предоставить ли статус церкви обратившемуся за статусом религиозному обществу, Парламент не ведет законодательную деятельность, а применяет закон (как орган власти в значении, указанном в статье XXIV Основного закона), так как он решает о правах заявителя в конкретном случае. ...

[200] Конституционный суд ранее установил, что риск политической оценки, связанной с признанием церквей, невозможно исключить ...

[212] В силу вышеуказанных причин, Конституционный суд решает, что раздел 14, подразделы (1) и (3) — (5), а также раздел 34, подразделы (2) и (4) Закона о церквях 2011 года не отвечают требованиям, вытекающим из права на справедливый суд и права на защиту, и вследствие этого, закон дает основание для нарушения свободы религии и запрета дискриминации. Поэтому вышеизложенные положения нарушают Основной закон.

[215] ... По этой причине Конституционный суд выносит решение задним числом аннулировать раздел 14, подразделы (3) — (5) Закона о церквях 2011 года по состоянию на 1 января 2012 года, когда он вступил в силу.

[222] Как правило, церкви, зарегистрированные по [Закону о церквях 1990 года], и их дочерние независимые организации, созданные для религиозных целей, были превращены ex lege в объединения согласно разделу 34(1) Закона о церквях 2011 года (в силе с 1 января 2012 года по 31 августа 2012 года).

[224] ... [Конституционный суд] заявляет, что раздел 34(1) (в силе с 1 января 2012 года по 31 августа 2012 года) Закона о церквях 2011 года не применим задним числом в отношении заявителей».

35. Раздел 34(1) Закона о церквях 2011 года предусматривал, что с 1 января 2012 года каждая церковь и религиозная организация считается объединением, за исключением «определенных в Приложении к Закону» Парламентом. Хотя только это необоснованное признание и перечисление привилегированных церквей было неконституционным, Конституционный суд решил аннулировать весь подраздел (1) раздела 34, а не только выражение «определенные в Приложении», ради юридической точности.

III. ПРОТОКОЛЫ ЗАСЕДАНИЙ ПАРЛАМЕНТСКОГО КОМИТЕТА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА, МЕНЬШИНСТВ, ГРАЖДАНСКИМ И РЕЛИГИОЗНЫМ ДЕЛАМ

36. Соответствующие выдержки из протокола заседания от 10 февраля 2012 года приведены ниже:

«ПРЕДСЕДАТЕЛЬ [Доктор Т. ЛУКАЧ (ХДНП — Христианская демократическая народная партия)]: ... Законом, принятым

Парламентом, свобода религии полностью гарантирована в Венгрии как индивидуальное, так и коллективное право. Я бы добавил, что в определенном смысле свобода исповедовать религию в обществе была даже расширена, так как в случае юридических лиц сегодня достаточно десяти членов по сравнению с предыдущим требованием о наличии ста членов, чтобы использовать свои коллективные права по закону об объединениях; объединения также имеют право на получение одного процента пожертвований, и если они содержат учреждения, государство может заключать с ними договоры. Так, по европейской модели статус «церкви» не имеет прямого значения для свободы религии. Когда мы примем эту поправку, лица со статусом «церкви» будут включать девяносто семь процентов лиц, которые заявляют о своей религиозности. Я смогу назвать точные цифры после обработки данных опроса 2011 года....

В Европе есть одиннадцать стран, где статус «церкви» дается министерством или государственным органом, или Парламентом. ... Мы можем добросовестно поддерживать этот статус «церкви». ... Конечно, это не значит, что с формальной точки зрения другие религиозные общества не соответствуют критериям, или что при последующих процедурах другие церкви не смогут получить этот статус. ...

Как указывалось выше, приоритетом было дать статус «церкви» протестантским обществам международного значения и представительствам мировых религий в Венгрии. ... Как я отмечал, мы не считаем этот вопрос закрытым раз и навсегда. Если в будущем кто-то сможет подтвердить свою важную общественную роль, количество членов или международную значимость, и запросит статус «церкви», мы будем следовать процедуре, предписанной законом. ...

Количество организаций, которые до 20 декабря подали заявки в Министерство государственного управления и юстиции для сохранения их статуса «церкви», составило восемьдесят четыре или восемьдесят пять. ...Из них тридцать четыре без сомнений отвечают критерию о регистрации в течение двадцати лет или предоставили свидетельства из своей международной организации, которое демонстрирует выполнение критерия о столетнем существовании. Из этих было выбрано тринадцать. ...

Словакия приняла поправку в аналогичный закон в прошлом году и признала четырнадцать церквей, при этом статус «церкви» был дан 20000 членам. Я бы добавил, что в Англии и Швеции есть только одна церковь [sic]. Таким образом, в Европе есть всякого рода [регулирование]. ...

Г-н П. ХАРРАЧ (ХДНП): ... Позвольте добавить предложение о политических решениях. Политические решения не от дьявола, они являются заявлениями, которые делают лидеры государства на основе общественных соображений. Ясно, что вопрос аутентичности не может быть проверен ни Парламентом, ни другой политической организацией, так как оценка отношений Бога и человека или открытости неземного не входит в их компетенцию. Государство может только классифицировать религиозные общества, как организации, то есть оно может рассматривать только их общественную роль. Или, если сказать в более узком смысле, их роль хранителей учреждений, так как на практике этот вопрос касается субсидий, выделяемых церквям. Свобода религии полностью защищена и не нарушена, и это гарантируется Законом, вне зависимости от того, исповедуется ли религия в рамках объединения или «церкви». ...

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: ...В Венгрии свобода религиозных обществ полностью защищена. Выдача статуса «церкви» — это отдельный вопрос почти во всей Европе, в некоторых странах, например, Англии и Швеции, которые называются демократическими государствами, признается только одна «церковь». На большей части европейского континента применяется эта двухуровневая система. Статус «церкви» — это не право, выдаваемое каждому. По решению № 8/1993 Конституционного суда законодатель может различать церкви на основании их социальной значимости, исторической роли, роли, которую они играют для нации, и по другим причинам. Именно это было сделано здесь.

Г-н П. ХАРРАЧ: ... Принимать решение о социальной функции религиозного общества, однако, — это задача Парламента, и это общая для Европы практика».

37. Соответствующие выдержки из протокола заседания от 13 февраля 2012 года приведены ниже:

«ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: ...В соответствии с принятым Законом получение статуса «церкви» не является правом. ... Пять мировых религий имеют в Венгрии надежное представительство. ... Буддистские церкви заключили соглашение друг с другом, что значительно облегчило истолкование для нас, аналогичное намерение также существует у исламистских обществ. Это хорошо, так как мы никогда не смогли бы проанализировать буддизм или ислам в такой же глубине, как они сами. ...

Есть ряд церквей и религиозных обществ, которые пока подали письменные заявления Комитету или Министерству государственного управления и юстиции, где они указали, что не желают получать статус церкви. В свете их заявлений они не были включены в перечень. Есть другое церковное общество, подавшее заявление в MTI [Венгерское агентство новостей], согласно которому оно не будет запрашивать статус церкви. Однако я не могу принять это за действительное юридическое заявление. Я смог бы его принять, если бы они подали такое заявление в Комитет или в Министерство государственного управления и юстиции. ...

В 1947 году правовая преемственность в Венгрии была прервана. После вступления в силу Закона 1947 года и создания Государственного департамента по церковным делам церковные дела поменялись полностью, церкви управлялись, как диктовала Москва, исполняя инструкции из Москвы. ...

Мы поэтому решили вернуться к ситуации до 1947 года, и сегодняшний перечень был основан на Законе Парламента от 1895 года. Конечно, с одним исключением ... это исключение — в социологическом смысле, в смысле членства — третья по размеру церковь сегодня. Логика сегодня основана на предпосылке, что если мы ожидаем, что в основном христианские церкви не преследуются в Европе или других частях мира, мы должны дать статус «церкви» представителям великих мировых религий в Венгрии. ...»

38. Соответствующие выдержки из протокола заседания от 14 февраля 2012 года приведены ниже

«ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: ... Что касается соблюдения требований, я хотел бы подчеркнуть, что в ходе этого упрощенного производства, когда рассматриваются сразу материалы дел восьмидесяти четырех церквей, я думаю, есть ряд [очень неоднозначных] моментов ... которые не могут быть [разъяснены] в текущем производстве ...

Поэтому для всех ясно, что сейчас мы хотели бы разобраться с выдачей [статуса церкви] аутентичным отечественным представителям великих мировых религий, а аутентичность и достоверность их сертификатов еще должна быть проверена...»

IV. СООТВЕТСТВУЮЩИЕ МЕЖДУНАРОДНЫЕ МА ТЕРИ АЛЫ

39. В Общем комментарии 22 (U.N. Doc. HRI/GEN/l/Rev.l at 35 (1994) Комитет ООН по правам человека, в частности, констатирует следующее:

«2. Статья 18 защищает теистические, нетеистические и атеистические верования, а также право не исповедовать никакой религии или веры. Термины «вера» и «религия» должны толковаться в широком смысле. Статья 18 не ограничена в своем применении традиционными религиями, религиями и верой, имеющими институциональные характеристики или практики, аналогичные традиционным. Поэтому Комитет озабочен любой тенденцией к дискриминации любой религии или веры по какой-либо причине, вклю чая тот факт, что они созданы недавно или представляют религиозные меньшинства и могут стать предметом враждебности со стороны доминирующего религиозного общества. ...

  • 4. ... [] Практика и учение религии или веры включает действия, неотъемлемые для осуществления религиозными группами своей базовой деятельности, такие как свобода выбирать религиозных лидеров, священников и учителей, свобода создавать семинарии или религиозные школы, свобода готовить и распространять религиозные тексты или публикации. ...»
  • 40. Европейская комиссия за демократию через право («Венецианская комиссия») в своем Заключении о Законе о церквях 2011 года (принятое Венецианской комиссией на ее 90-ой пленарной сессии (Венеция, 16-17 марта 2012 года), утверждала следующее (сноски опущены):

«... 18. Венецианская комиссия хотела бы напомнить, что право на свободу религии и совести распространяется на большее количество элементов, нежели просто выдача привилегий, государственных субсидий и налоговых льгот зарегистрированным церквям. Свобода мысли, совести и религии — одна из основ демократического общества. Важно, чтобы ее нельзя было умалить, и что она не может быть ограничена по причине национальной безопасности.

  • 19. Свобода мысли, совести и религии (статья 9 ЕКПЧ и 18 МПГПП) — это комплексное право, которое тесно связано и должно толковаться в своей связи со свободой объединения (статья 11 ЕКПЧ и 22 МПГПП) и правом на отсутствие дискриминации (статья 14 ЕКПЧ и 26 МПГПП).
  • 28. В соответствии с разделом 7.1 Закона Церковь, конфессия или религиозное общество (далее по тексту церковь) — это независимая организация, признаваемая Национальным собранием, которая состоит из физических лиц, разделяющих одинаковые принципы веры; обладает самоуправлением и функционирует преимущественно с целью осуществления религиозной деятельности.
  • 32. Таким образом, Венецианская комиссия считает своей обязанностью в этом Законе показать, что признание венгерским Парламентом, как условие для создания церкви, является ограничением свободы религии.
  • 33. ... По мнению Венецианской комиссии, обязательство иметь предварительное признание двух третей венгерского Парламента для создания церкви в Венгрии, которое может быть оправдано в свете международных стандартов, является сомнительным.
  • 39. Венецианская комиссия уже отмечала в другом контексте, что разумный доступ к статусу юридического лица и должная гибкость приспосабливаться к разным организационным формам различных обществ — это ключевой элемент свободы выражать свою религию.
  • 40. В равной степени важно, что в случае такой организации лицо должно иметь возможность осуществлять полный объем религиозной деятельности и деятельности, которую обычно выполняют зарегистрированные неправительственные юридические лица.
  • 52. Однако условие [членства] может стать препятствием для признания небольших религиозных групп. Сложность прежде всего возникает для религиозных групп, которые организованы с теологической точки зрения не как расширенная церковь, а как индивидуальная конгрегация. Некоторые из этих конгрегаций могут быть относительно небольшими, так что выполнение требования о наличии 1000 лиц, которые могут подписать необходимый документ, является сложным. ...
  • 53. Хотя Закон открыто не требует, что только члены религиозного общества могут подписывать документ, ясно, что это условие представляет собой препятствие для небольших религиозных групп, которые получают пользу от защиты, предусмотренной Законом.
  • 54. В отношении требования членства для целей регистрации Венецианская комиссия несколько раз поддерживала требования об ограниченном членстве. Она также, наряду с рекомендациями Парламентской ассамблеи Совета Европы, призывала рассмотреть возможность выровнять минимальное количество учредителей религиозных организаций и количество учредителей в любой общественной организации.
  • 55. Рассматриваемое требование направлено лишь на получение выгоды от защиты, предусмотренной Законом, и не касается регистрации самих религиозных групп. Минимум 1000 подписей на население в 10 миллионов не является чрезмерным. Австрийский Конституционный суд, например, установил, что более высокий порог, связанный с членством, не являлся слишком высоким в свете свободы религии, и даже принял допустимое ограничение по статье 9 ЕКПЧ.
  • 56. Насколько требование о подписях не лишает религиозные группы доступа к правосубъектности, настолько Венецианская комиссия полагает, что его нельзя толковать, как нарушение статьи 9 ЕКПЧ.
  • 57. Раздел 14.2 Закона содержит требование о сроке существования, по крайней мере, 100 лет на международном уровне, или в организованной форме как объединение в Венгрии, по крайней мере, 20 лет.
  • 64. Венецианской комиссии ясно, что общее требование о том, что объединение должно существовать на международном уровне, по крайней мере, в течение 100 лет, или, по крайней мере, в течение 20 лет в Венгрии, является чрезмерным, как с точки зрения признания правосубъектности, так и с точки зрения других льгот, даваемых церквям. Это едва ли совместимо со статьями 9 и 14 ЕКПЧ. Следовательно, Венецианская комиссия рекомендует пересмотреть требование о сроке в соответствии с недавним исходным решением Европейского суда по правам человека.
  • 70. Венецианская комиссия рекомендует удалить ссылку на национальную безопасность в разделе 14.2 и более точно указать, какой конкретный закон объединение должно соблюсти, чтобы выполнить требования к получению признания.
  • 72. Венецианская комиссия обеспокоена отсутствием в Законе процедурных гарантий для нейтрального и беспристрастного применения положений, касающихся признания церквей. ...
  • 74. Согласно последней информации, имеющейся в распоряжении докладчиков, Парламент принял законопроект о признании 29 февраля 2012 года, указав 32 признанные церкви. Докладчикам и внешнему миру совершенно не ясно, как и по каким критериям и материалам парламентский Комитет и члены Парламента смогли обсудить перечень из 32 церквей, решить деликатные вопросы, связанные с определением религиозной деятельности и церквей, указанных в Законе, в течение нескольких дней, не попав под влияние широко распространенных заблуждений.
  • 76. Вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что признание или отказ в признании религиозного общества (организации) находится полностью в руках Парламента, что неизбежно в той или иной степени опирается на политические соображения. Не только потому, что Парламент, как таковой, едва ли может выполнять подробное изучение, связанное с истолкованием определений, указанных в Законе, но и потому, что эта процедура не дает достаточных гарантий для нейтрального и беспристрастного применения Закона. Кроме того, резонно ожидать, что состав Парламента будет меняться после каждых выборов, что может привести к тому, что новые церкви будут признаны, старые могут лишиться признания, что окажет пагубное влияние на правовую защищенность и уверенность религиозных обществ.
  • 77. Очевидно из первого опыта применения Закона, что используемые критерии не четкие, и, более того, процедура совершенно не прозрачна. Мотивы решений Парламента Венгрии не являются общедоступными и обоснованными. Признание присуждается парламентским Комитетом в форме закона (в случае положительного решения) или резолюции (в случае отрицательного решения). Это не может считаться соответствием стандартам должной правовой процедуры.
  • 90. Лишение юридического статуса церкви должно рассматриваться как ограничение свободы религии, что должно быть обосновано в свете жестких ограничительных положений, изложенных в международных юридических документах. Венецианская комиссия сомневается, что лишение церквей их юридического статуса, которым они располагают иногда в течение многих лет, можно считать «настоятельной общественной потребностью» и «пропорциональным преследуемой цели» в рамках международных стандартов, без предоставления причин, которые могут оправдать это лишение.
  • 91. Также Венецианской комиссии не ясно, что это лишение можно считать «необходимым в демократическом обществе, в интересах общественной безопасности, для защиты общественного порядка, здоровья и морали, или для защиты прав и свобод других» (статья 9.2 ЕКПЧ), или «необходимым для защиты общественной безопасности, порядка, здоровья, морали или основных прав и свобод других» (статья 18.3 МПГПП).
  • 92. Венецианская комиссия рекомендует изменить Закон, чтобы избежать процесса прекращения регистрации и положений, действующих задним числом, если нет конкретных причин, оправдывающих это. Она также рекомендует удалить положения об изъятии, которое являет собой ненадлежащее ограничение права доступа к статусу юридического лица.
  • 103. Наконец, лишение юридического статуса церкви, прав и льгот, связанных с этим статусом, подразумевает, что к церквям существует неравное отношение. Если нет «объективного и разумного обоснования» для этого, это неравное отношение может считаться дискриминационным по международным стандартам».
  • 41. Заключение Венецианской комиссии по Четвертой Поправке к Основному закону Венгрии (принято Венецианской комиссией на 95-ой пленарной сессии (Венеция, 14-15 июля 2013 года) содержит следующие отрывки (сноски опущены):

«32. В то время, как первоначальная версия статьи VII Основного закона была признана соответствующей статье 9 ЕКПЧ в Заключении по новой Конституции Венгрии, процедура парламентского признания церквей была поднята на конституционный уровень в статье VII.2. Комиссия критиковала эту процедуру в своем Заключении по Закону CCVI2011 года о праве на свободу совести и религии и правовом статусе церквей, конфессий и религиозных обществ Венгрии...

  • 33. В Пояснительном документе венгерское Правительство настаивает на том факте, что парламентское признание церквей не препятствует другим религиозным обществам свободно практиковать их религию или другие религиозные убеждения, как церквям в теологическом смысле, в правовой форме «организации, занятой религиозной деятельностью».
  • 34. По мнению Комиссии, это утверждение оставляет сомнения, касающиеся его пределов. Необходимо помнить, что религиозные организации защищаются Конвенцией, не только когда они осуществляют религиозную деятельность в узком смысле. Статья 9.1 ЕКПЧ включает право практиковать религию при бо гослужении, обучении, практике и обрядах. Согласно Конвенции, религиозные организации должны защищаться, независимо от их признания венгерским Парламентом, не только когда они занимаются религиозной деятельностью sensu stricto, но также когда они, например, занимаются общественной работой, предусматривающей, что она имеет — согласно сложившемуся прецедентному праву — «некоторую реальную связь с верой». Статья 9 вместе со статьей 14 ЕКПЧ обязывает «Государство [...] оставаться нейтральным и беспристрастным при осуществлении своей регулирующей власти в сфере религиозной свободы».
  • 35. Пояснительный документ не рассматривает вопрос апелляции против непризнания. Измененная статья VII. 2 ссылается на средства правовой защиты против неправильного применения критериев признания: «Положения конституционных законов, касающиеся признания церквей, могут быть предметом конституционной жалобы». В ходе встречи в Будапеште делегация Венецианской комиссии была информирована, что такое средство правовой защиты будет введено, но будет ограничено контролем за процедурой признания в Парламенте. Кажется, такой законопроект в настоящее время обсуждается в венгерском Парламенте, но он не был представлен Венецианской комиссии для заключения. Только процедурные средства защиты являются явно недостаточными с точки зрения требований статьи 13, взятой вместе со статьей 9 ЕКПЧ. Статья VII.2 Основного закона предусматривает самостоятельные критерии, и контроль примененной процедуры не позволяет проверить, следовал ли этим критериям Парламент.
  • 36. Четвертая поправка к Основному закону закрепляет, что Парламент, большинством в две трети голосов, будет вправе решать о признании церквей. Кроме того, новому критерию «пригодности для сотрудничества для продвижения целей сообщества» не хватает точности, и он оставляет слишком много усмотрения Парламенту, который может использовать его для поддержки некоторых религий. Без точных критериев и без, по крайней мере, правового средства защиты в случае, когда заявление на получение признания в качестве церкви отвергается на дискриминационной основе, Венецианская комиссия находит, что нет достаточной основы в национальном законодательстве для эффективной защиты по смыслу статьи 13 ЕКПЧ».
  • 42. В своем Руководстве 2004 года по проверке законодательства, относящегося к религии и вере (принятом Венецианской комиссией на 59-ой пленарной сессии (Венеция, 18-19 июня 2004 года), Венецианская комиссия констатировала:

«... III.В.3. Равенство и недискриминация. Государства обязаны уважать и обеспечивать всем лицам, подлежащим их юрисдикции, право на свободу религии или веры без какого-либо различия, такого как раса, цвет, пол, язык, религия или вера, политические или иные убеждения, национальное или иное происхождение, собственность, рождение или иной статус. Законодательство должно быть пересмотрено, чтобы обеспечить, что любые различия среди религий оправданы по-настоящему объективными факторами и что риск пагубного обращения минимизирован или лучше — абсолютно устранен. Законодательство, которое признает исторические различия в роли, которую разные религии сыграли в истории конкретной страны, допустимо до тех пор, пока они не используются для оправдания дискриминации.

  • 1II.F.1. ... Законы о религиозных объединениях, которые регулируют приобретение правосубъектности через регистрацию, объединение и тому подобное, являются особенно значимыми для религиозных организаций. Выделяются следующие несколько областей наибольших проблем:
    • - высокие требования минимума членства не должны разрешаться в отношении приобретения правосубъектности;
  • - не является уместным требование длительного существования в государстве до того, как регистрация будет разрешена;
  • - иные излишние обременительные ограничения или временные задержки перед приобретением правосубъектности должны быть поставлены под сомнение;
  • - положения, которые предоставляют излишнее правительственное усмотрение в даче согласований, не должны разрешаться; официальное усмотрение в ограничении религиозной свободы, будь то результатом неопределенных положений или иначе, должно быть тщательно ограничено;
  • - вмешательство во внутренние религиозные дела путем осуществления существенного пересмотра церковных структур, наложения бюрократического пересмотра или ограничений, касающихся религиозных назначений, и тому подобное, не должно быть разрешено; ...
  • - положения, которые действуют задним числом или которые не могут защитить имущественные права (например, требование перерегистрации религиозных организаций по новым критериям), должны быть поставлены под сомнение;
  • - адекватные правила переходного периода должны быть предусмотрены, когда вводятся новые правила;
  • - в соответствии с принципами автономии государство не должно решать, что какие-либо конкретные религиозные группы должны быть подчинены другим религиозным группам или что религии должны строиться по иерархической модели (зарегистрированная религиозная организация не должна иметь права «вето» на регистрацию любой другой религиозной организации)».

ПРАВО

І. ОБЪЕДИНЕНИЕ ЖАЛОБ

43. Исходя из того, что жалобы поднимают в сущности один и тот же вопрос, Суд решает объединить их в соответствии с Правилом 42 § 1 Правил Суда.

II. ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ СТА ТЕЙ 9 И11 КОНВЕНЦИИ

  • 44. Заявители жаловались согласно статье 11 — прочитанной в свете статьи 9 — что снятие с регистрации и произвольная перерегистрация церквей составляет нарушение их права на свободу религии и свободу объединения.
  • 45. Суд замечает, что в недавнем деле он изучал по существу аналогичную жалобу, касающуюся отказа перерегистрировать религиозную организацию, с точки зрения статьи 11 Конвенции, рассмотренной в свете статьи 9 (см. Московское отделение Армии Спасения против России, № 72881/01, § 74 и 75, ECHR 2006X1). Суд находит целесообразным применить тот же подход в настоящем деле.
  • 46. Статья 9 предусматривает следующее:

«1. Каждый имеет право на свободу мысли, совести и религии; это право включает свободу менять свою религию или убеждения и свободу исповедовать свою религию или убеждения как индивидуально, так и сообща с другими, публичным или частным порядком в богослужении, обучении, практике и соблюдении.

2. Свобода исповедовать свою религию или убеждения подлежит лишь тем ограничениям, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах общественной безопасности, для охраны общественного порядка, здоровья или нравственности или для защиты прав и свобод других лиц».

Статья 11 предусматривает следующее:

«1. Каждый имеет право на свободу мирных собраний и на свободу объединения с другими, включая право создавать профессиональные союзы и вступать в таковые для защиты своих интересов.

  • 2. Осуществление этих прав не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц...»
  • 47. Правительство оспорило этот аргумент.

А. Приемлемость

  • 48. Правительство подало несколько просьб, чтобы жалобы были объявлены неприемлемыми. Заявители оспорили эти аргументы.
  • 49. В частности, Правительство утверждало, что заявители не использовали все имеющиеся национальные средства правовой защиты. Некоторые из них не обращались за парламентским признанием или инициировали народную инициативу (пері kezdemenyezes) с той же целью. Это было правдой, что Конституционный суд признал это средство защиты неконституционным в свете принципов, сформулированных в прецедентном праве Суда по статье 6 Конвенции; однако, по мнению Правительства, это рассмотрение не было достаточным, чтобы освободить заинтересованных заявителей от попыток использовать это средство защиты, которое было успешным в восемнадцати других делах.

Более того, Правительство отметило, что четырнадцать заявителей предъявили успешные конституционные жалобы, оспаривающие Закон о церквях 2011 года, с кульминацией в решении №6/2013 (III. 1.) Конституционного суда (см. параграфы 34 и 35 выше). Следовательно, те заявители, которые не сделали этого, не исчерпали национальных средств защиты, как того требует статья 35 § 1 Конвенции.

  • 50. Суд отмечает, что Конституционный суд аннулировал первоначальную форму оспариваемого законодательства с обратной силой. Это привело к ситуации, в которой сообщества-заявители восстановили формальный статус церквей. Однако, учитывая способность церквей получать пожертвования и субсидии, аспект решающей значимости с точки зрения выполнения любой социальной функции, которые они могут иметь, повод для недовольства не был устранен. Из этого следует, что конституционная жалоба не была способна на полное исправление недовольства заявителей, так или иначе они фактически воспользовались этим правовым средством. Следовательно, жалобы не могут быть отклонены за неисчерпаемостью этого средства правовой защиты.
  • 51. Более того, поскольку те заявители, которые не соответствовали законным требованиям, обеспокоены, просьба о парламентском признании, очевидно, бесполезная, не может считаться эффективным средством защиты для исчерпания при данных обстоятельствах. В любом случае вопрос о том, является ли парламентская процедура признания законным средством, способным обеспечить исправление предполагаемого нарушения, тесно связан с обстоятельствами жалоб и должен быть изучен вместе с этими обстоятельствами.
  • 52. Правительство также просило Суд отклонить жалобу № 41463/12 на том основании, что она была несовместима ratione personae с положениями Конвенции, так как заявитель, Европейский союз за прогрессивный иудаизм, организация с зарегистрированным офисом в Лондоне, никогда не была «в пределах юрисдикции Венгрии» для целей статьи 1 Конвенции (то есть она никогда не была зарегистрирована в качестве церкви в Венгрии и никогда не получала никаких государственных субсидий в этой стране).

Суд отмечает, что правовой статус этого заявителя не был затронут вступлением в силу Закона о церквях 2011 года и что он свободен продолжать осуществлять свое право на свободу религии на тех же правовых условиях, что и раньше. Из этого следует, что эта часть жалобы является несовместимой ratione personae с положениями Конвенции по смыслу статьи 35 § 3(a) и должна быть отклонена в соответствии со статьей 35 § 4 Конвенции.

53. Правительство также просило Суд отклонить жалобы как несовместимые ratione personae с положениями Конвенции в отношении тех заявителей, которые воспользовались конституционной жалобой. Они не могли более считаться в качестве потерпевших от нарушения их прав согласно Конвенции, так как Конституционный суд отменил положения, затрагивающие правовой статус заявителей (см. параграфы 17, 18, 34 и 35 выше).

Суд отмечает, что несмотря на решение Конституционного суда, который объявил преобразование существующих церквей в объединения неконституционным по состоянию на 1 января 2012 года, не было продемонстрировано, что заявители воспользовались адекватным возмещением. Он далее подчеркивает в этой связи, что даже при отсутствии вреда и ущерба религиозное объединение может претендовать на то, чтобы быть «потерпевшим», когда отказ в перерегистрации напрямую повлиял на его правовое положение (см. Московское отделение Армии Спасения против России, цитированное выше, § 64-65). Суд считает, что этот подход также применим к настоящей ситуации относительно фактического снятия с регистрации заявителей.

Вследствие этого Суд удовлетворен, что эти заявители сохранили свой статус потерпевших и что жалобы не могут быть отклонены как несовместимые ratione personae в их отношении.

54. Правительство далее просило, чтобы жалобы № 70945/11, 23611/12 и 41553/12 были объявлены неприемлемыми по статье 35 § 3(a) Конвенции в отношении тех заявителей, которые злоупотребили правом индивидуальной петиции, не предоставив национальным судам никакого заявления о намерении продолжить свою религиозную деятельность.

Суд считает, что предоставление заявления о намерениях судебным органам не было способно предотвратить или исправить предполагаемого нарушения религиозной свободы заявителей, так как такие заявления не имели, в этих обстоятельствах, перспективы успешного восстановления первоначального статуса заявителей. Отказ заинтересованных заявителей подавать такое заявление не может толковаться как злоупотребление правом на индивидуальную петицию.

55. Правительство также утверждало, что жалобы являются неприемлемыми ratione materiae с положениями Конвенции, так как правоспособность заявителей осталась неизменной, и они могут продолжать свою религиозную деятельность в качестве объединений, несмотря на потерю своего статуса церкви.

Суд замечает, что предметом дела не является правоспособность заявителей, а скорее их признание в качестве церквей, имеющих соответствующие привилегии. Этот вопрос входит в сферу статей 9 и 11 Конвенции. На автономное существование религиозных обществ заявителей и отсюда коллективное исповедание религии, бесспорно, повлияла новая система регистрации (см. Бессарабская Митрополия и другие против Молдовы, №45701/99, § 114, ECHR 2001X11, и Религиозная община Свидетелей Иеговы и другие против Австрии, по. 40825/98, § 61, 31 июля 2008 года). Поэтому не может быть доказано, что жалобы несовместимы ratione materiae с положениями Конвенции.

56. Более того, Суд считает, что жалобы не являются явно необоснованными по смыслу статьи 35 § 3(a) Конвенции. Он далее отмечает, что они не являются неприемлемыми по любым другим основаниям, оставляя в стороне вопрос неисчерпаемости национальных средств правовой защиты (см. параграф 51 выше). Они, следовательно, должны быть объявлены приемлемыми, за исключением жалобы № 41463/12.

В. Обстоятельства дела

  • 1. Доводы сторон
  • (а) Правительство
  • 57. Правительство утверждало, что обжалуемые действия и события не составляют вмешательства в право заявителей на свободу религии и свободу объединения.
  • 58. Во-первых, они отмечают, что признание в качестве церкви по Закону о церквях 2011 года не повлияло на различные права, связанные со свободой религии, а именно право на свободу совести и религии, право исповедовать свою религию в сообществе с другими, свободу от дискриминации на основании религии или веры, право родителей обеспечить образование в соответствии с их собственными убеждениями, право на свободу религии в образовании, социальной помощи и уходе за детьми и в пенитенциарных учреждениях, свободу сообщать религиозные убеждения через средства массовой информации и защиту персональных данных, касающихся чьей-либо религии. Вопреки утверждениям заявителей, эти права, которые являются существенными элементами свободы религии, не были защищены для признанных церквей и их членов.
  • 59. Во-вторых, Правительство утверждало, что в отличие от других дел, рассмотренных ранее Судом, особенно Московское отделение Армии Спасения (цитированное выше, § 96-97), правосубъектность обществ-заявителей не была поставлена на карту в настоящих жалобах. Заявители не оспаривали тот факт, что они были лишены своей правосубъектности. Они не были распущены и сохранили полную правоспособность юридических лиц. Их правосубъектность была преобразована законом в другую форму без какого-либо периода перерыва. Следовательно, не было вмешательства в права заявителей по статьям 9 и 11 также и в этом отношении.
  • 60. Правительство далее отстаивало, что свобода исповедовать свою религию или веру по статье 9 не предоставляет обществам-заявителям или их членам никакого права на получение дополни тельного финансирования из государственного бюджета. Не влечет это и права на получение государственных субсидий, что было связано с церквями как таковыми. Поэтому потеря таких субсидий не может считаться в качестве вмешательства в права заявителей по статье 9 Конвенции.
  • 61. Правительство также утверждало, что даже если обжалуемый Закон о церквях 2011 года мог быть посчитан в качестве вмешательства, он был утвержден законом, принятым большинством в две трети голосов членов Парламента. Аргумент заявителей о том, что Закон о церквях 2011 года являлся недействительным согласно публичному праву, не был поддержан Конституционным судом. Те положения Закона о церквях 2011 года, которые были признаны неконституционными, не повлияли на ситуацию заявителей, в то время как другие положения, обжалуемые заявителями, не были объявлены неконституционными.
  • 62. Более того, предполагаемое вмешательство преследовало законную цель защиты публичного порядка и прав и свобод других лиц. После вступления в силу Закона № CXXVI 1996 года об использовании определенной суммы подоходного налога согласно инструкциям налогоплательщика и Договора с Ватиканом 1997 года, регулирующего государственное финансирование церковной деятельности, Закон о церквях 1990 года породил неожиданные злоупотребления, которые не могли быть предотвращены в правовом контексте, созданном Конституцией 1989 года. Новый Закон был принят для того, чтобы положить конец так называемому «церковному бизнесу», при котором церкви создавались с единственной целью получения государственных субсидий для поддержания учреждений, предоставляющих социальную помощь или образование, или даже для личной выгоды, без проведения какой-либо подлинной религиозной деятельности. К концу 2011 года в Венгрии были зарегистрированы, абсурдно, 406 церквей. В свете сокращения бюджетных ресурсов государства и параллельного уменьшения ресурсов, доступных организациям, осуществляющим настоящую религиозную деятельность, существовала настоятельная общественная потребность положить конец злоупотреблению церковными субсидиями.
  • 63. Более того, происходящая в настоящее время реформа общей системы финансирования социальных и образовательных учреждений также потребовала изменений системы государственного финансирования подобных учреждений, управляемых религиозными обществами. Таким образом, существовала настоятельная общественная потребность внести изменения в правила регистрации церквей.
  • 64. Сохраняя принцип, что государство должно воздерживаться от вмешательства в самоопределение религиозных обществ в богословских терминах, Закон о церквях 2011 года определил понятие религиозной деятельности для целей признания церквей в качестве участника системы отношений государство-церковь с исключительно правовых позиций. Венгерский законодатель ввел двухуровневую систему статуса юридического лица для религиозных обществ, схожую с моделью, господствующей в некоторых европейских государствах. Самоопределившиеся религиозные общества были свободны действовать в качестве объединений в соответствии со статьями 9 и 11 Конвенции, тогда как ожидалось, что те религиозные общества, которые желали установить специальные отношения с государством и разделить общественные обязанности последнего, пройдут оценку характера своей деятельности со стороны властей.
  • 65. Правительство доказывало, что их подход соответствовал прецедентному праву Конвенции, особенно в делах, где Суд полагался на позицию национальных властей при определении «религии» для целей регистрации (они ссылались на Кимля и другие против России, № 76836/01 и 32782/03, § 79, ECHR 2009). Поэтому определение религиозной деятельности по Закону о церквях 2011 года и оценка религиозного характера организации государственными властями не противоречили статье 9 Конвенции. Закон о церквях 2011 года отвечает требованиям нейтральности и беспристрастности, так как он не был основан на конкретных характеристиках одной определенной религии и подходил для обеспечения признания нескольких церквей, представляющих широкий спектр религий и религиозных убеждений.
  • 66. Предварительная регистрация в качестве церкви в Венгрии не должна рассматриваться как решающая для признания религиозного характера организации со стороны властей, так как регистрация в качестве церкви по Закону о церквях 1990 года основывалась исключительно на самоопределении основателей организации, без какой-либо существенной оценки со стороны властей. Такая оценка была введена только Законом о церквях 2011 года, с целью предотвращения злоупотреблений, в результате этого чрезмерного уважения к самоопределению. Конституционный суд в решении № 6/2013 (III. 1.) приводит примеры, где судебные власти, компетентные в вопросах церковной регистрации по Закону о церквях 1990 года, проводили проверку религиозного характера деятельности, прикрытой уставами самоопределившихся церквей, просящих о регистрации; однако эта проверка не была систематической, и не было правового определения религии и религиозной деятельности; поэтому существовала противоречивая судебная практика в этой области. Только это решение Конституционного суда разъяснило, что, вопреки утверждениям заявителей, государственным властям не было запрещено проверять, имели ли указанные убеждения и фактическая практика будущей или существующей церкви подлинно религиозный характер. С другой стороны, Конституционный суд нашел, что дополнительные процедурные гарантии должны быть приданы к осуществлению этой власти со стороны государственных органов.
  • 67. Правительство отстаивало, что, несмотря на выводы Конституционного суда относительно недостатка процедурных гарантий, независимая оценка религиозного характера деятельности организации выполнялась нейтрально и беспристрастно по Закону о церквях 2011 года. Законодательный орган первоначально намеревался получить беспристрастное мнение от независимого института, Венгерской академии наук, аналогично процедуре признания национальных меньшинств. Когда Академия отказалась предоставить лицам, принимающим решения, свою экспертизу в соответствующих областях, парламентский комитет по религиозным делам решил искать рекомендаций у других независимых и надежных экспертов и обосновал свое решение относительно, имели ли учения церкви-кандидата религиозный характер, на том, пользовалась ли она международным признанием. Принимая во внимание тот факт, что Суд также сослался на Европейский консенсус как руководящий принцип при определении религии, этот подход венгерских властей не мог считаться произвольным или выходящим за их пределы усмотрения.
  • 68. Что касается пропорциональности мер, примененных для достижения указанных целей, Правительство считало, что метод «перерегистрации», предусмотренный Законом о церквях 2011 года, был наименее ограничивающей возможной мерой и, следовательно, пропорциональной преследуемой цели. Он не возлагал несоразмерное бремя на религиозные организации: от них требовалось только подать простое заявление о намерении продолжать их религиозную деятельность и внести несколько небольших корректировок в их уставы с тем, чтобы сохранить свою правосубъектность. Они также оставались вправе восстановить свой статус церквей, следуя простой процедуре для признания Парламентом.
  • (Ь)Заявители
  • 69. Заявители утверждали, что потеря их надлежащего статуса церкви в результате Закона о церквях 2011 года составила вмешательство в их свободу религии. Надлежащее функционирование религиозных обществ влечет за собой обладание определенным и соответствующим правовым статусом, то есть статусом церкви в правовом смысле. В Венгрии религиозные общества имели разумную возможность быть зарегистрированными как церкви с 1990 года, и заявители действительно обладали этим статусом. Тот факт, что 1 января 2012 года подавляющее большинство церквей (включая их) утратили свой надлежащий статус церкви и были вынуждены преобразоваться в обычные гражданские объединения или даже прекратить существовать легально, составил сам по себе вмешательство в их свободу религии, особенно с тех пор, как потеря статуса церкви лишила их привилегий, способствующих религиозной деятельности. Факт, что эти привилегии были гарантированы отныне только церквям, признанным Парламентом, поместил их в ситуацию, которая была существенно невыгодна vis-a-vis этих церквей.
  • 70. Заявители требовали, что право на свободу религии заключает в себе ожидание, что членам будет разрешено объединяться свободно без произвольного государственного вмешательства. Поэтому государству запрещается регулировать отношения государство — церковь произвольно; любое вмешательство в эту сферу должно быть предписано законом, преследовать законную цель и быть необходимым в демократическом обществе. Требования, касающиеся регистрации церквей, должны быть объективными и разумными, потому что в этом вопросе требуется, чтобы государство оставалось нейтральным и беспристрастным. Следовательно, если религиозное общество соответствует требованиям, оно должно иметь право быть зарегистрированным в качестве церкви, и процедура регистрации должна предложить гарантии справедливости.
  • 71. Однако условия и процедура проведения их перерегистрации в качестве церквей не только стали строже по сравнению с системой по Закону о церквях 1990 года, но также стали необоснованно обременительными и несправедливыми, позволяющими Парламенту мешать их попыткам к перерегистрации произвольно, на основе политических соображений.
  • 72. Что касается условия, требующего установленное существование в течение длительного периода, заявители признали, что оно было объективным, но тем не менее доказывали, что этот критерий был неразумным. Они указывали, что коммунистический ре жим закончился немногим более чем двадцать лет назад в Венгрии. До этого было едва ли возможным для новых религиозных движений образоваться и существовать в стране. Следовательно, фактически все новые религиозные движения были отстранены от преимуществ стать «церковью» в нарушение статьи 9.
  • 73. Кроме того, Закон о церквях 2011 года включил вдобавок менее объективные критерии, особенно требование того, что деятельность религиозного общества не должна представлять никакой угрозы национальной безопасности и что ее принципы не должны нарушать право на здоровье, защиту жизни или человеческого достоинства. Запросы заявителей на перерегистрацию были отклонены, хотя не было никаких доказательств, что они представляли какую-либо угрозу для государства или публичного порядка.
  • 74. В свете вышеизложенного заявители подчеркивали, что, согласно Закону о церквях 2011 года, религиозному обществу могли отказать в регистрации, даже если оно удовлетворяло применимым объективным критериям.
  • 2. Оценка Суда
  • (а) Общие принципы
  • 75. Суд подтверждает, что, как закреплено в статье 9, свобода мысли, совести и религии является одной из основ «демократического общества» по смыслу Конвенции. В то время как религиозная свобода есть, в первую очередь, дело индивидуального сознания, она также подразумевает свободу «исповедовать [свою] религию» единолично или сообща с другими, публично или в кругу тех, кто разделяет ту же веру. Свидетельство в словах и поступках связано с существованием религиозных убеждений (см. Коккинакис против Греции, 25 мая 1993 года, § 31, серия А № 260, и Бускарини и другие против Сан-Марино [GC], № 24645/94, § 34, ECHR 1999-1).
  • 76. Суд не считает необходимым решать in abstracto, составляют ли действия по формальной регистрации религиозных обществ вмешательство в права, защищенные статьей 9 Конвенции.

Однако он подчеркивает, что государство имеет обязанность оставаться нейтральным и беспристрастным при осуществлении его регулирующей власти в сфере религиозной свободы и в его отношениях с различными религиями, конфессиями и верованиями (см. Бессарабская Митрополия, цитированное выше, § 116, и Религиозная община Свидетелей Иеговы, цитированное выше, § 97). Факты, доказывающие неудачу властей оставаться нейтральными при осуществлении своих полномочий в этой области, должны вести к выводу, что государство вмешалось в свободу верующих исповедовать свою религию по смыслу статьи 9 Конвенции. Суд подтверждает, что, кроме очень исключительных случаев, право на свободу религии, как гарантировано Конвенцией, исключает любое усмотрение со стороны государства для определения, являются ли законными религиозные убеждения или средства, используемые для выражения таких убеждений (см. Хасан и Чауш против Болгарии [GC], № 30985/96, § 7778, ECHR 2000X1). Действительно, обязанность государства в нейтральности и беспристрастности, как определено прецедентным правом Суда, несовместима с какой-либо властью со стороны государства по оценке законности религиозных убеждений (см. Бессарабская Митрополия, цитированное выше, § 123).

77. В этом контексте статья 9 должна толковаться в свете статьи 11 Конвенции, которая охраняет жизнь объединений от несправедливого вмешательства государства. Суд напоминает его выводы в этом отношении в деле Хасан и Чауш (цитированное выше, § 62):

«Суд напоминает, что религиозные общества традиционно и повсеместно существуют в форме организованных структур. Они соблюдают правила, которые часто рассматриваются последователями как имеющие божественное происхождение. Церковные обряды имеют свой смысл и священную ценность для верующих, если они проводятся священниками, уполномоченными для этой цели в соответствии с этими правилами. Личность религиозных служителей, несомненно, имеет значение для каждого члена общества. Участие в жизни общества, таким образом, является проявлением религии, защищаемой статьей 9 Конвенции.

Где организация религиозного общества находится под вопросом, статья 9 Конвенции должна толковаться в свете статьи 11, которая охраняет жизнь объединений против несправедливого вмешательства государства. С этой точки зрения, право верующих на свободу религии заключает в себе ожидание, что обществу будет разрешено функционировать мирно, свободно от произвольного вмешательства государства. Действительно, автономное существование религиозных обществ является незаменимым для плюрализма в демократическом обществе и, таким образом, является центральным вопросом защиты, предоставляемой статьей

  • 9. Оно напрямую касается не только организации общества как такового, но также эффективного осуществления права на свободу религии всеми его активными членами. Если бы организационная жизнь общества не защищалась статьей 9 Конвенции, все другие аспекты индивидуальной свободы религии стали бы уязвимыми».
  • 78. Суд далее подтверждает, что способность создавать юридическое лицо с тем, чтобы действовать коллективно в области взаимного интереса, является одним из самых важных аспектов свободы объединения, без которого это право было бы лишено всякого смысла. Суд последовательно придерживается мнения, что отказ национальных властей предоставить статус юридического лица объединению индивидов составляет вмешательство в осуществление заявителями их права на свободу объединения (см. Горжелик и другие против Польши [GC], № 44158/98, § 52 и везде, ECHR 20041, и Сидиропулос и другие против Греции, 10 июля 1998 года, § 31 и везде, Отчеты о постановлениях и решениях 1998IV). Государства имеют право удостоверяться, что цель и деятельность объединения соответствуют правилам, заложенным в законодательстве, но они должны делать это способом, совместимым с их обязательствами по Конвенции и подлежащим проверке институтами Конвенции
  • (см. Сидиропулос, цитированное выше, § 40). Где организация религиозного общества была под вопросом, было решено, что отказ признать его составляет вмешательство в право заявителей на свободу религии по статье 9 Конвенции (см. Бессарабская Митрополия, цитированное выше, § 105).
  • 79. Власть государства защищать его институты и граждан от объединений, которые могут подвергать их опасности, должна использоваться ограниченно, так как исключения из правила свободы объединения должны толковаться строго, и убедительные и веские причины могут оправдать ограничения этой свободы. Любое вмешательство должно соответствовать «настоятельной общественной потребности»; таким образом, понятие «необходимый» не имеет гибкости таких выражений, как «полезный» или «желательный» (см. Горжелик, цитированное выше, § 94-95, с дальнейшими ссылками).
  • 80. Когда Суд осуществляет свое исследование, его задачей является не подменить своим собственным мнением соответствующее мнение национальных властей, а скорее рассмотреть решения, принятые при осуществлении их усмотрения. Это не значит, что он должен ограничиться выяснением, осуществляло ли соответствующее государство свое усмотрение разумно, внимательно и добросовестно; он должен посмотреть на обжалуемое вмешательство в свете этого дела в целом и определить, было ли оно «пропорционально преследуемой законной цели», и являются ли причины, приведенные национальными властями для его оправдания, «уместными и достаточными». При этом Суд должен убедиться, что национальные власти применили стандарты, которые соответствуют принципам, воплощенным в Конвенции и, более того, что они основали свои решения на приемлемой оценке соответствующих фактов (см. Объединенная коммунистическая партия Турции и другие против Турции, 30 января 1998 года, § 47, Отчеты 19981, и Коммунистическая партия (Nepeceristi) и Унгуряну против Румынии, № 46626/99, § 49, ECHR 20051 (извлечения).
  • (b) Применение этих принципов к настоящему делу
  • (і) Было ли вмешательство
  • 81. Суд замечает, что общества-заявители законно существовали и действовали в Венгрии в качестве церквей, зарегистрированных компетентным судом в соответствии с Законом о церквях 1990 года. Закон о церквях 2011 года поменял статус всех зарегистрированных ранее церквей на статус объединений, за исключением тех признанных церквей, которые перечислены в Приложении к Закону о церквях 2011 года. Если они намеревались продолжать действовать как церкви, религиозным обществам требовалось обратиться к Парламенту за индивидуальным признанием в качестве таковых.
  • 82. Суд установил в двух предыдущих делах (см. Московское отделение Армии Спасения, цитированное выше, § 67, и Церковь саентологии Москвы против России, № 18147/02, § 78, 5 апреля 2007 года), что отказ в перерегистрации обнаружил вмешательство в право религиозной организации на свободу объединения и свободу религии.
  • 83. Суд считает, что мера, обсуждаемая в настоящем деле, фактически составила прекращение регистрации заявителей в качестве церквей и образовала вмешательство в их права, закрепленные в статьях 9 и 11. Поэтому он должен определить, удовлетворяло ли вмешательство требованиям параграфа 2 этих положений, то есть было ли оно «предписано законом», преследовало одну или более законные цели и было «необходимым в демократическом обществе» (см., среди многих других источников, Бессарабская Митрополия, цитированное выше, § 106).
  • 84. Власть государства в этой области должна использоваться ограниченно; исключения из правила свободы объединения должны толковаться строго, и только убедительные и веские причины могут оправдать ограничения этой свободы. В этой связи Суд подтверждает свою позицию, сформулированную в делах Горжелик (цитированное выше, § 94-95) и Свидетели Иеговы Москвы против

России (№302/02, § 100, 10 июня 2010 года). Бремя доказывания, когда дело доходит до доказательства наличия веских причин, лежит на Правительстве (см., mutatis mutandis, Валлианатос и другие против Греции [GC], №29381/09 и 32684/09, §85, ECHR 2013). Следовательно, Правительство должно доказать в данном деле, что это было необходимо, что оно преследовало законные цели, в которых оно было уверено, препятствовать уже признанным церквям в сохранении их статуса в отношении конфессиональной деятельности, то есть в исповедании религии.

  • (И) Предписано законом
  • 85. Этот вопрос не был предметом спора между сторонами. Суд убежден, что обжалуемое вмешательство было предписано законом, а именно Законом о церквях 2011 года.
  • (Ш) Законная цель
  • 86. Правительство утверждало, что оспариваемое вмешательство, если оно имело место, могло считаться преследующим законные цели защиты прав и свобод других лиц, а также защиты публичного порядка по смыслу статьи 9 § 2, а именно устранением организаций, утверждающих, что преследуют религиозные цели, но фактически борющихся только за финансовые выгоды. Заявители оспаривали это мнение.

Суд считает, что рассматриваемая мера может считаться служащей законной цели предотвращения беспорядков и преступлений для целей статьи 11 § 2, особенно в попытках бороться с мошеннической деятельностью.

  • (iv) Необходимый в демократическом обществе
  • (а) Широта пределов усмотрения
  • 87. С учетом опоры Правительства на принцип, сформулированный в деле Кимля и другие (§ 79, см. 65 выше), согласно которому спорный характер учений саентологии сделал возможным уступить их оценке национальных властей, Суд отмечает, что в том деле отсутствие «европейского консенсуса», как считалось, проявилось в том факте, что власти в различных странах инициировали разбирательства против представителей этой религиозной группы. С точки зрения Суда, эти действия наглядно показали наличие актуального официального спора о религиозном характере учений. В этом конкретном контексте спорный характер предполагаемой религии может влечь за собой широкие пределы усмотрения со стороны государства в оценке ее учений.
  • 88. Однако Суд придерживается той точки зрения, что этот подход не может автоматически быть перенесен на ситуации, где религиозная группа просто не признается законно в качестве полноценной церкви в одной или более европейских юрисдикциях. Это простое отсутствие очевидного консенсуса не может привести к той же степени уважения к оценке национальных властей, особенно когда дело касается рамок организационного признания иным способом принятых религий (ранее полноправных церквей), скорее чем само принятие определенного набора спорных учений в качестве религии. Иное решение означало бы, что нетрадиционные религии могли потерять защиту Конвенции в одной стране, по существу благодаря тому факту, что они не были законно признаны как церкви в других странах. Это превратило бы гарантии, предоставленные статьями 9 и 11, в значительной степени в иллюзорные с точки зрения гарантирования надлежащих организационных форм для религий.
  • 89. Суд, следовательно, считает, что, хотя государства имеют определенную свободу усмотрения в этой области, она не может расширяться до полного уважения оценки религий и религиозных групп национальными властями; применимые правовые решения, принятые в государстве-члене, должны соответствовать прецедентному праву Суда и подлежать проверке Суда.
  • (р) Позитивные обязательства
  • 90. Суд считает, что существует позитивное обязательство, лежащее на государстве, установить систему признания, которая способствует приобретению правосубъектности религиозными обществами. Это соображение имеет силу также с точки зрения определения понятий религии и религиозной деятельности. По мнению Суда, эти определения имеют последствия для осуществления индивидом права на свободу религии и способны ограничить последнюю, если деятельность индивида не признается в качестве религиозной. Согласно позиции Комитета по правам человека ООН (см. параграф 39 выше), такие определения не могут толковаться в ущерб нетрадиционных форм религии — мнение, которое Суд разделяет. В этом контексте он подтверждает, что обязанность государства нейтральности и беспристрастности, как определено в его прецедентном праве, несовместима ни с какой властью со стороны государства оценивать законность религиозных убеждений (см. Бессарабская Митрополия, цитированное выше, §118 и 123, и Хасан и Чауш, цитированное выше, § 62). Однако настоящее дело не касается определения религии как таковой в венгерском праве.
  • 91. Суд далее считает, что не существует права по статье 11 вместе со статьей 9 для религиозных организаций иметь определенный правовой статус. Статьи 9 и 11 Конвенции только требуют от государства обеспечить религиозным обществам возможность приобретения правоспособности, как у организаций по гражданскому праву; они не требуют, чтобы им предоставлялся определенный публично-правовой статус.
  • 92. Различия в правовом статусе, предоставляемом религиозным обществам, не должны изображать их сторонников в неблагоприятном свете в общественном мнении, которое чувствительно к официальной оценке религии — и церкви, ее воплощающей, — создаваемой государством в общественной жизни. В традициях многих стран обозначение в качестве церкви и государственное признание являются ключевыми для социального положения, без которого религиозное общество может выглядеть как сомнительная секта. Другими словами, отказ в признании религиозного общества в качестве церкви может усиливать предрассудки против сторонни ков таких, часто небольших, обществ, особенно в случае религий с новыми или необычными учениями.
  • 93. Оценивая различия в правовом статусе и проистекающее отсюда обращение между религиозными обществами с точки зрения сотрудничества с государством (где государство, в пределах его усмотрения, выбирает конституционную модель сотрудничества), Суд далее отмечает, что эти различия воздействуют на организацию общества и, следовательно, на отправление религии, индивидуально или коллективно. Действительно, религиозные объединения являются не просто инструментами для преследования индивидуальных религиозных целей. Глубинными способами они обеспечивают контекст для развития индивидуального самоопределения и служат плюрализму в обществе. Защита, предоставленная свободе объединения для верующих, дает возможность людям следовать коллективным решениям осуществлять совместные проекты, продиктованные общими убеждениями.
  • 94. Суд не может игнорировать риск того, что приверженцы религии могут чувствовать, что их просто терпят, но не одобряют, если государство отказывается признавать и поддерживать их религиозную организацию, в то же время предоставляя это преимущество другим конфессиям. Это происходит потому, что коллективное исповедание религии в форме, продиктованной принципами этой религии, может быть существенным для беспрепятственного осуществления права на свободу религии. По мнению Суда, такая ситуация воспринятой неполноценности переходит на свободу исповедовать свою религию.
  • (у) Прекращение регистрации религиозных обществ-заявителей
  • 95. Суд отмечает, что непосредственный эффект от вступления в силу Закона о церквях 2011 года был в том, что организации-заявители, ранее полноправные церкви, имевшие право на получение выгод от своих привилегий, субсидий и пожертвований, потеряли свой статус и были низведены, самое лучшее, до статуса объединений, которые в значительной степени не имеют этих возможностей. Правда, последующее решение Конституционного суда номинально положило конец этому вмешательству. В представлении Правительства это обеспечило полное исправление предполагаемого недовольства; однако заявители доказывали, что они не могли никогда более пользоваться своим прежним полноценным статусом.
  • 96. Оценивая это действующее прекращение регистрации обществ-заявителей, важно отметить, что они ранее были признаны в качестве церквей венгерскими властями по законодательству, которое действовало на момент присоединения Венгрии к системе Конвенции и которое применялось до вступления в силу Закона о церквях 2011 года.

Более того, Суд отмечает — признавая законную озабоченность Правительства в отношении проблем, связанных с большим числом церквей, ранее существовавших в стране (см. параграф 62 выше) — что Правительством не было доказано то, что менее радикальные решения проблемы, осознаваемые властями, такие как судебный контроль или роспуск церквей, в отношении которых был доказан их злонамеренный характер, не были доступны.

  • 97. Суд не может не заметить, что результатом оспариваемого законодательства было лишение существующих и действующих церквей их правовой основы, в некоторых случаях с далеко идущими последствиями в материальном плане и в плане их репутации.
  • (6) Возможности перерегистрации для обществ-заявителей
  • 98. Суд отмечает, что по действующему законодательству существует двухуровневая система признания церквей в Венгрии. Несколько церквей, так называемые зарегистрированные, пользуются полным статусом церкви, включая право на привилегии, субсидии и налоговые пожертвования. Остальные религиозные объединения, хотя свободны использовать название «церковь» с августа 2013 года, находятся в гораздо менее привилегированном положении, только с ограниченными возможностями перейти из этой категории в категорию зарегистрированной церкви. Заявители в настоящем деле, бывшие полноправные церкви, сейчас принадлежат ко второй категории, со значительно уменьшенными правами и материальными возможностями исповедовать свою религию, если сравнивать и с их прежним статусом, и с зарегистрированными в данный момент церквями.
  • 99. Суд отмечает аргументы Правительства, которые кажутся сфокусированными, с одной стороны, на возможности перехода к статусу зарегистрированной церкви, и, с другой стороны, разумности условий, связанных с таким переходом, особенно объективных критериев, относящихся к длительности существования церкви, и минимуму членов, и отсутствию угрозы национальной безопасности, как в конечном счете решил Парламент.
  • 100. Что касается двухуровневой системы церковного признания, Суд удовлетворен тем, что такая схема может per se находиться в пределах свободы усмотрения государства (см. Союз «Добрый пастырь» против Румынии [GC], № 2330/09, § 138, ECHR 2013 (извлечения). Тем не менее любая такая схема обычно принадлежит к историко-конституционным традициям тех стран, которые используют ее, и система государственной церкви может считаться совместимой со статьей 9 Конвенции, в частности, если она является частью ситуации, предшествовавшей ратификации Конвенции Договаривающимся государством (см. Дарби против Швеции, № 11581/85, Доклад Комиссии, 9 мая 1989 года, §45, Серия А № 187).

Например, Суд ранее признал, что дополнительное финансирование из государственного бюджета не нарушает Конвенцию, принимая во внимание, среди других соображений, тот факт, что работники государственной церкви являются государственными служащими с правами и обязанностями в этом качестве в отношении широкой общественности и не только членов своей конгрегации (см. Асатруерфелагид против Исландии (реш.), № 22897/08,

§34, 18 сентября 2012 года). В более общем плане Суд бы добавил, что финансирование церквей и другие материальные или финансовые выгоды, предоставляемые им, пока они совместимы с Конвенцией, не должны быть дискриминационными или чрезмерными, то есть явно непропорциональными по сравнению с теми, которые получаются за сопоставимую деятельность другими организациями в данном обществе.

  • 101. Однако в настоящем деле Суд находит, что Правительство не привело никаких убедительных доказательств, чтобы продемонстрировать, что перечень зарегистрированных церквей, содержащийся в Приложении к Закону о церквях 2011 года, применимый в настоящее время, отражает венгерскую историческую традицию полностью, по той причине, что он не охватывает религиозные общества-заявителей и может пониматься как отсылающий назад к состоянию дел, преобладающему в 1895 году (см. выдержки из протоколов соответствующих дебатов в компетентном парламентском комитете в параграфе 37 выше), в то же время игнорируя более поздние исторические события.
  • 102. Суд отмечает, что решения о признании зарегистрированных церквей связаны с Парламентом, в высшей степени политическим органом, который должен принимать эти решения большинством в две трети голосов. Венецианская комиссия заметила, что требуемые голоса, очевидно, зависят от результатов выборов (см. параграф 40 выше, пункт 76). В результате предоставление или отказ в признании церкви могут быть связанными с политическими событиями или ситуациями. Такая схема по своей сути влечет за собой игнорирование нейтральности и риск произвола. Ситуация, при которой религиозные общества сводятся к ухаживанию политических партий за их голосами, противоречит требованию нейтральности государства в этой области.
  • 103. Суд считает, что нельзя разумно ожидать от религиозных обществ-заявителей, что они смирятся с процедурой, которой не хватает гарантий объективной оценки в ходе справедливой процедуры неполитическим органом. Их неспособность воспользоваться этим правовым средством не может, следовательно, привести к тому, что их жалобы будут объявлены неприемлемыми за неисчерпа-нием национальных средств защиты, особенно если данные заявители не могли объективно отвечать требованиям с точки зрения длительности их существования и численности их членов. Возражение Правительства о неисчерпаемости национальных средств защиты в этом отношении (см. параграф 49 выше) должно, следовательно, быть отклонено.
  • 104. Оставляя в стороне потенциальную возможность для процедуры перерегистрации быть испорченной политическими пристрастиями, Суд посчитал, что отказ в регистрации за непредо-ставление информации об основных принципах религии может быть оправдан при определенных обстоятельствах дела, если необходимо определить, представляет ли конфессия, ищущая признания, какую-либо опасность для демократического общества (см. Духовное управление мусульман в Молдове против Молдовы (dec.), № 12282/02, 14 июня 2005 года). Однако в настоящем деле Суд замечает, что Правительство не предоставило обоснования требования по изучению вновь уже действующих церквей с точки зрения их возможной опасности для общества, еще меньше требования проверки содержания их учений, как того безоговорочно требует Закон о церквях 2011 года (см. раздел 14, с изменениями в параграфах 29 и 32 выше). Не привели они никаких доказательств реальной опасности со стороны организаций-заявителей (ср. Церковь саентологии Москвы, цитированное выше, § 93). Суд отмечает, что ко времени рассмотрения материалов заявители законно действовали в Венгрии как религиозные общества в течение нескольких лет. Суду не представлено доказательств о том, что в течение этого времени властями было начато какое-либо разбирательство, стремящееся оспорить существование заявителей, особенно на том основании, что они действовали незаконно или злонамеренно. Причины для требования их перерегистрации должны, следовательно, быть особенно весомыми и убедительными (см. Церковь саентологии Москвы, цитированное выше, § 96, и Московское отделение Армии Спасения, цитированное выше, § 96). В настоящем деле никаких таких причин национальные власти не привели.
  • 105. Однако, даже предполагая, что были такие весомые и убедительные причины, Суд не может не заключить, что религиозным группам-заявителям не была предложена справедливая возможность (см. Религиозная община Свидетелей Иеговы, цитированное выше, § 92) получить искомый уровень правового признания, особенно с точки зрения политической природы процедуры.
  • (с) Возможности для обществ-заявителей пользоваться материальными преимуществами для исповедания своей религии и сотрудничества с государством в этой связи
  • 106. Суд замечает, что свобода исповедовать свою религию или убеждения по статье 9 не дает объединениям-заявителям или их членам права на обеспечение дополнительного финансирования из государственного бюджета (см. Асатруерфелагид, цитированное выше, § 31), но что субсидии, которые даются различными способами разным религиозным обществам — и таким образом, косвенно разным религиям — требуют строжайшего изучения (см., muta-tis mutandis, Горжелик, цитированное выше, § 95).
  • 107. Суд уже признал, что привилегии, полученные религиозными обществами, в частности в сфере налогообложения, способствуют выполнению их целей (см. Объединение свидетелей Иеговы против Франции, № 8916/05, § 49 и 52-53, 30 июня 2011 года) и, следовательно, существует обязательство, возложенное на государственные власти по статье 9 Конвенции оставаться нейтральными при осуществлении своих полномочий (см. Религиозная община Свидетелей Иеговы и другие против Австрии, цитированное выше, § 92), когда дело доходит до распределения этих ресурсов и предоставления этих привилегий. Там, где выполняя свои осознанные позитивные обязательства в соответствии со статьями 9 и 11, государство добровольно решило предоставить право на субсидии и другие выгоды религиозным организациям — подобное право, таким образом, подпадает под широкую сферу этих статей Конвенции — оно не может принимать дискриминационных мер при предоставлении этих выгод (см., mutatis mutandis, Е.В. против Франции [GC], № 43546/02, § 48-49, 22 января 2008 года, и Союз церквей «Слово жизни» и другие против Хорватии, № 7798/08, § 58, 9 декабря 2010 года). Подобным образом, если государство решает уменьшить или забрать определенные льготы у религиозных организаций, такая мера также не может быть дискриминационной.
  • 108. По мнению Суда, государствам должна быть оставлена значительная свобода в выборе форм сотрудничества с различными религиозными обществами, особенно поскольку последние сильно различаются друг от друга с точки зрения своей организации, численности членов и видов деятельности, вытекающих из их соответствующих учений. Это особенно верно при выборе партнеров, с которыми государство намеревается сотрудничать по определенным видам деятельности. Указанная прерогатива государства предполагает даже большую важность, когда дело доходит до публичных, общественных задач, взятых религиозными обществами, но прямо не связанных с их духовной жизнью (то есть, не относящихся, например, к благотворительной деятельности, вытекающей из их религиозных обязанностей). В этом контексте государства пользуются определенной свободой усмотрения, когда придают форму сотрудничеству с религиозными обществами. В этой связи Суд отмечает особый контекст венгерских отношений государство — церковь, и в частности, тот факт, что венгерские церкви были подвергнуты мерам, лишившим их прав после 1945 года (см. преамбулы к двум Законам, цитированные в параграфе 33 выше).
  • 109. В своем выборе партнеров для целей выполнения общественно значимых задач государство не может допускать дискриминацию между религиозными обществами. Нейтральность государства требует того, что государство выбирает сотрудничество с религиозными обществами, выбор партнеров должен основываться на поддающихся определению критериях, относящихся, например, к их материальным способностям. Различия, проводимые государством в отношении признания, партнерства и субсидий, не должны создавать ситуацию, при которой приверженцы религиозного общества чувствуют себя как граждане второго сорта по религиозным причинам, за счет менее благоприятной позиции государства по отношению к их обществу.
  • 110. Суд замечает, что по венгерскому праву зарегистрированные церкви пользуются преференциальным режимом, в частности, в области налогообложения и субсидий (см. раздел 20 Закона о церквях 2011 года, цитированный в параграфе 32, и также параграф 33). Преимущества, полученные зарегистрированными церквями, существенны и способствуют их достижению религиозных целей за счет их особой организационной формы.
  • 111. По мнению Суда, свобода, предоставленная государствам в регулировании их отношений с церквями, должна включать возможность изменять такие привилегии посредством законодательных мер. Однако эта свобода не может распространяться так далеко, чтобы посягать на нейтральность и беспристрастность, требуемые от государства в этой области.

В настоящем деле изъятие льгот (как результат прекращения регистрации церквей и последующего отсутствия статуса зарегистрированной церкви) коснулось только определенных конфессий, включая заявителей. Правда, как оказывается, общества-заявители не выполняют совокупность критериев, установленных законодателем, в особенности в отношении минимального числа членов и минимальной длительности существования. Эти критерии, возможно, поставили заявителей, некоторые из которых являются новыми и/или небольшими обществами, в невыгодную ситуацию, которая вступает в противоречие с требованиями нейтральности и беспристрастности. Что касается вопроса продолжительности существования религиозных групп, Суд признает, что условие разумного минимального периода может быть необходимым в случае недавно учрежденных или неизвестных религиозных групп. Но это вряд ли оправдано в случае религиозных групп, которые были основаны, как только ограничения на конфессиональную жизнь были сняты после окончания коммунистического режима в Венгрии, и которые должны быть знакомы компетентным властям сейчас, несмотря на то, что им просто не хватает требуемого периода существования. В этой связи Суд отмечает мнение Венецианской комиссии, согласно которому соответствующие периоды являются чрезмерными (см. параграф 40 выше).

  • 112. Суд не находит никаких указаний на то, что заявителям препятствуют в отправлении их религии в качестве юридических лиц, то есть, в качестве объединений, статус, который обеспечивает их формальную автономию vis-a-vis государства. Тем не менее по действующему законодательству определенные виды религиозной деятельности, осуществляемые церквями, не доступны религиозным организациям, фактор, который, по мнению Суда, имеет значение для права последних на коллективную свободу религии. Суд отмечает в этой связи, что в решении № 6/2013 (III. 1.) Конституционный суд определил в неполном перечне восемь привилегий, предоставленных только церквям (см. пункты с 158 по 167 в решении, цитированном в параграфе 34 выше). В частности, только зарегистрированные церкви имеют право на один процент подоходного налога, уплачиваемого верующими, и на соответствующую государственную субсидию. Эти суммы предназначены на поддержку деятельности, связанной с религией. По этой причине Суд находит, что такая дифференциация не удовлетворяет требованию нейтральности государства и лишена объективных оснований. Такая дискриминация налагает бремя на верующих небольших религиозных обществ без какой-либо объективной и оправданной причины.
  • 113. В этой связи Суд добавляет, что там, где государство в соответствии со статьями 9 и 11 законно решает сохранить систему, при которой государство конституционно уполномочено придерживаться конкретной религии (см. Дарби, цитированное выше), как в случае некоторых европейских стран, и оно предоставляет государственные льготы только некоторым религиозным организациям, но не другим, в продвижение законно предписанных общественных интересов, это должно быть сделано на основе разумных критериев, связанных с преследованием общественных интересов (см., например, Асатруерфелагид, цитированное выше).
  • 114. Ввиду этих соображений Суд находит излишним исследовать возможную дискриминацию в отношении деятельности кладбищ, религиозных изданий и производства и продажи религиозных предметов, которые часто связаны с религиозной практикой. Он также находит излишним исследовать разницу между возможностями для преподавания религии, занятости и сотрудничества с государством по поводу деятельности, представляющей общественный интерес.
  • (Q Заключение
  • 115. Суд заключает, что в устранении статуса церкви у заявителей в целом скорее, чем в применении менее строгих мер, в установлении политически ангажированной процедуры перерегистрации, обоснование которой, как таковое, вызывает сомнения, и наконец, в обращении с заявителями, отличающимся от зарегистрированных церквей не только в отношении возможностей для сотрудничества, но также в отношении прав на льготы для целей деятельности, связанной с религией, власти пренебрегли их обязанностью нейтральности vis-a-vis обществ-заявителей. Эти элементы, взятые отдельно и вместе, достаточны для Суда, чтобы прийти к заключению, что оспариваемую меру нельзя назвать отвечающей «насущной общественной необходимости».

Следовательно, имело место нарушение статьи 11 Конвенции, рассматриваемой в свете статьи 9.

III. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 14 КОНВЕНЦИИ, РАССМАТРИВАЕМОЙ ВМЕСТЕ СО СТА ТЬЯМИ 9 И11

116. Заявители далее жаловались по статье 14 Конвенции, рассматриваемой вместе со статьями 9 и 11, что они были дискриминированы по причине их положения религиозных меньшинств.

Статья 14 гласит следующее:

«Пользование правами и свободами, признанными в настоящей Конвенции, должно быть обеспечено без какой бы то ни было дискриминации по признаку пола, расы, цвета кожи, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, принадлежности к национальным меньшинствам, имущественного положения, рождения или по любым иным признакам».

  • 117. Суд подтверждает, что статья 14 не существует отдельно, но играет важную роль, дополняя другие положения Конвенции и Протоколов, так как она защищает лиц, находящихся в сходных ситуациях, от любой дискриминации при пользовании правами, установленными в этих других положениях. Где обращаются к материальной статье Конвенции или ее Протоколов, как самостоятельно, так и вместе со статьей 14, и обнаруживается отдельное нарушение материальной статьи, обычно нет необходимости в том, чтобы Суд рассматривал дело также по статье 14, хотя положение иное, если явное неравенство в обращении при пользовании данного права является основополагающим аспектом дела (см. Шассану и другие против Франции [GC], №25088/94, 28331/95 и 28443/95, §89, ECHR 1999III, и Даджен против Соединенного Королевства, 22 октября 1981 года, § 67, Серия А № 45).
  • 118. При обстоятельствах настоящего дела Суд считает, что неравенство в обращении, жертвами которого заявители себя объявили, было достаточно учтено в приведенной выше оценке, ведущей к выводу о нарушении основных положений Конвенции (см., в частности, параграф 115 выше). Следует, что — хотя эта жалоба также приемлема — нет причины для отдельного исследования тех же самых фактов с точки зрения статьи 14 Конвенции (см. Бессарабская Митрополия, цитированное выше, § 134, и Церковь саентологии Москвы, цитированное выше, § 101).

IV. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТА ТЬП1 ПРОТОКОЛА № 1, РАССМАТРИВАЕМОЙ ОТДЕЛЬНО

И ВМЕСТЕ СО СТА ТЬЕЙ14 КОНВЕНЦИИ

119. В жалобах №70945/11, 23611/12, 26998/12,41150/12, 41155/12 и 41463/12 заявители далее жаловались по статье 1 Протокола № 1, рассматриваемой отдельно и вместе со статьей 14 Конвенции, на потерю государственных субсидий вследствие потери их прежнего статуса церкви.

Статья 1 Протокола № 1 предусматривает следующее:

«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов» ...

  • 120. Правительство оспорило этот аргумент.
  • 121. Суд считает, что проблема доступа к государственным средствам, выплачиваемым церквям, является в значительной степени идентичной вопросам, исследованным в контексте статей 9 и 11 Конвенции. Привилегии, в которых отказали объединениям-заявителям, были достаточно учтены в этом контексте (см. параграфы со 106 до 115 выше), особенно ввиду того, что денежные требования, сделанные заявителями в рамках этой главы, не отличаются от их требований по статье 41, поданных в отношении предполагаемых нарушений статей 9 и 11 Конвенции. Следует, что — хотя эти жалобы также приемлемы — нет причины для отдельного исследования тех же самых фактов с точки зрения статьи 1 Протокола № 1, рассматриваемой отдельно или вместе со статьей 14 Конвенции.

V. ПРЕДПОЛАГАМОЕ НАРУШЕНИЕ СТА ТЬИ 6§1 КОНВЕНЦИИ

122. Заявители жаловались, что процедура относительно прекращения регистрации и перерегистрации их организаций в качестве церквей была несправедливой, в нарушение статьи 6 § 1 Конвенции.

Статья 6 § 1 Конвенции предусматривает:

«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях ... имеет право на справедливое ... разбирательство ... судом ...»

123. Суд считает, что в свете выводов, касающихся статей 11 и 9 Конвенции (см. параграф 115 выше), нет необходимости исследовать отдельно ни приемлемость, ни обстоятельства этой жалобы.

VI. ИНЫЕ ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ

124. Заявители также жаловались, что не имеется эффективного средства защиты, доступного им, посредством которого можно обжаловать рассматриваемое законодательство, в нарушение статьи 13 Конвенции.

Суд повторяет, что статья 13 не идет так далеко, чтобы гарантировать средство защиты, позволяющее оспорить законы Договаривающегося государства как таковые перед национальным орга ном на основании их противоречия Конвенции (см., среди других источников, Валлианатос, цитированное выше, § 94; Роч против Соединенного Королевства [GC], № 32555/96, § 137, ECHR 2005-Х; и Паксас против Литвы [GC], № 34932/04, § 114, ECHR 2011). В настоящем деле жалоба заявителей по статье 13 расходится с этим принципом. Следовательно, эта жалоба является явно необоснованной и как таковая должна быть объявлена неприемлемой в соответствии со статьей 35 § 3 (а) и 4 Конвенции.

VII. ПРИМЕНЕНИЕ СТА ТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

125. Статья 41 Конвенции предусматривает:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд в случае необходимости присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

  • 126. Заявители запросили следующие суммы в отношении материального ущерба:
    • (i) в жалобе № 23611/12: Евангелическая Церковь Конгрегации Сольнока — 33 579,732 венгерских форинтов (приблизительно 111 900 евро); г-н Шоош — ежемесячную сумму в 159 080 венгерских форинтов (530 евро) с 29 февраля 2012 года до решения Суда;
    • (ii) в жалобе №26998/12: Автономная Конгрегация Будапешта — 27 225,032 венгерских форинтов (90 750 евро); г-н Гербиц — ежемесячную сумму в 160 000 венгерских форинтов (530 евро) с 1 июня 2012 года до решения Суда;
    • (iii) в жалобе №41150/12: Церковь Сим Шалом — 96 965,719 венгерских форинтов (323 200 евро);
    • (iv) в жалобе №41155/12: Церковь Союза венгерских реформированных еврейских общин — 50 653,431 венгерских форинтов (168 850 евро);
  • (v) в жалобе № 54977/12: Венгерское евангелическое братство — 1 461 192,932 венгерских форинтов (4 710,000 евро);
  • (vi) в жалобе № 41553/12:
  • (a) АНКХ Церковь вечной жизни — 2 491,432 венгерских форинтов (8 300 евро);
  • (b) Традиционная церковь законного основания порядка Арпад-— 3 415,725 венгерских форинтов (11 400 евро);
  • (c) Буддистская венгерская церковь — 10 261,637 венгерских форинтов (34 200 евро);
  • (d) Эссейская венгерская церковь Дети Света — 8 855,523 венгерских форинтов (29 500 евро);
  • (e) Буддистская венгерская церковь мантры — 18 203,096 венгерских форинтов (60 700 евро);
  • (f) Сандъе Менлаи Гедюн, Церковь Будды Община исцеления— 2 099,453 венгерских форинтов (7 000 евро);
  • (g) Церковь вселенной — 5 665,877 венгерских форинтов (18 900 евро);
  • (h) Церковь Община духовной школы Ушуи 114 822,096 венгерских форинтов (382 750 евро);
  • (i) Церковь Община пути и добродетели — 4 937 194,474 венгерских форинтов (16 457,300 евро).

Эти суммы предположительно соответствуют по существу налоговым пожертвованиям и государственным субсидиям, потерянным или ожидаемо потерянным в будущем различными способами, вследствие оспариваемого законодательства. Что касается г-на Шооша и г-на Гербица, требования относятся к их утраченному вознаграждению в качестве священников.

  • 127. Что касается нематериального вреда, заявители запросили следующие суммы:
    • (і) Венгерская христианская менонитская церковь (№70945/11), Евангелическая Церковь Конгрегации Сольнока (№23611/12), Автономная Конгрегация Будапешта (№26998/12),

Церковь Сим Шалом (№41150/12), Церковь Союза венгерских реформированных еврейских общин (№41155/12) и Церковь Венгрии «Церковь говорит» (№ 56581/12): 70 000 евро каждая;

  • (ii) Г-н Й. Ижак-Бач (№ 70945/11), г-н Шоош (№ 23611/12), г-н Гербиц (№26998/12), г-н Губа (№41150/12) и г-жа Бруцк (№ 41155/12): 30 000 евро каждый;
  • (iii) в жалобе № 41553/12: 100 000 евро каждому заявителю.
  • 128. Заявители требовали следующие суммы в отношении расходов и издержек, понесенных в Суде:
    • (і) в жалобах №70945/11, 23611/12, 26998/12, 41150/12, 41155/12 и 56581/12 заявители запросили совместно 41 910 евро, соответствующие 165 часам работы юриста, оплачиваемым их адвокатом при почасовой оплате 200 евро плюс НДС;
    • (й) в жалобе № 54977/12 заявитель запросил 5 250 евро за 35 часов работы юриста, оплачиваемых его адвокатом при почасовой оплате 150 евро плюс НДС;
    • (iii) в жалобе №41553/12 заявители запросили совместно 18 000 евро, соответствующие 120 часам работы юриста, оплачиваемым их адвокатом при почасовой оплате 150 евро плюс НДС.
  • 129. Правительство оспорило эти требования как чрезмерные.
  • 130. Суд считает, что касается требований в отношении нематериального вреда, сделанных г-ном Й. Ижак-Бач (№70945/11), г-ном Шоош (№23611/12), г-ном Гербиц (№26998/12), г-ном Губа (№41150/12) и г-жой Бруцк (№41155/12), установление факта нарушения составляет достаточную справедливую компенсацию.
  • 131. Суд далее считает, что оставшиеся вопросы относительно жалобы по статье 41 не готовы для вынесения решения, особенно ввиду сложного комплекса материальных преимуществ, которые заявители объявили утерянными. Следовательно, необходимо оставить этот вопрос с должным учетом возможности соглашения между государством-ответчиком и заявителем (Правило 75 § 1 и 4 Правил Суда).

132. Соответственно, Суд оставляет за собой эти вопросы и приглашает Правительство и заявителей уведомить его в течение шести месяцев с даты, когда судебное решение станет окончательным в соответствии со статьей 44 § 2 Конвенции, о любом соглашении, которого они могут достичь.

НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ, СУД

  • 1. Объединяет жалобы.
  • 2. Объявляет, единогласно, жалобу № 41463/12 неприемлемой.
  • 3. Объединяет возражение Правительства о неисчерпании национальных средств защиты с обстоятельствами дела и отклоняет его, единогласно.
  • 4. Объявляет, единогласно, приемлемыми оставшиеся жалобы заявителей по статье 11 в свете статьи 9, рассматриваемой отдельно и вместе со статьей 14, а также жалобы по статье 1 Протокола № 1, рассматриваемой отдельно и вместе со статьей 14.
  • 5. Объявляет, единогласно, неприемлемыми оставшиеся жалобы заявителей по статье 13 Конвенции.
  • 6. Принимает решение, пятью голосами против двух, что имело место нарушение статьи 11, рассмотренной в свете статьи 9 Конвенции.
  • 7. Принимает решение, пятью голосами против двух, что нет необходимости исследовать отдельно жалобы по статье 14 вместе со статьями 11 и 9 Конвенции.
  • 8. Принимает решение, шестью голосами против одного, что нет необходимости исследовать отдельно жалобы по статье 1 Протокола № 1, рассматриваемой отдельно или вместе со статьей 14 Конвенции.
  • 9. Принимает решение, пятью голосами против двух, что нет необходимости исследовать отдельно приемлемость или обстоятельства жалоб по статье 6 § 1 Конвенции.

10. Принимает решение, пятью голосами против двух, что установление факта нарушения составляет достаточную справедливую компенсацию в отношении нематериального вреда, поддерживаемого г-ном Й. Ижак-Бач (№70945/11), г-ном Шоош (№ 23611/12), г-ном Гербиц (№ 26998/12), г-ном Губа (№ 41150/12) и г-жой Бруцк (№ 41155/12).

И. Принимает решение, пятью голосами против двух, что оставшиеся вопросы, касательно жалобы по статье 41, не готовы для вынесения решения и соответственно,

  • (a) оставляет за собой указанные вопросы;
  • (b) приглашает Правительство и заявителей уведомить Суд в течение шести месяцев с даты, когда судебное решение станет окончательным в соответствии со статьей 44 § 2 Конвенции, о любом соглашении, которого они могут достичь;
  • (c) оставляет за собой дальнейшую процедуру и делегирует Председателю Палаты полномочия исправить то же самое, если будет необходимо.

Совершено на английском, и письменно объявлено 8 апреля 2014 года в соответствии с Правилом 77 § 2 и 3 Правил Суда.

В соответствии со статьей 45 § 2 Конвенции и Правилом 74 § 2 Правил Суда, особое мнение судьи Спано, к которому присоединился судья Раймонди, прилагается к этому решению.

ОСОБОЕ МНЕНИЕ СУДЬИ СПАНО С СУДЬЕЙ РАЙМОНДИ

I

  • 1. В этом деле, разобравшись с фактами, которые кажутся сложными, можно выделить, по сути, следующие основные элементы.
  • 2. Во время коммунистической эры религиозные общества в Венгрии были лишены своей собственности в соответствии с политической доктриной коммунистов об исповедании религии. После падения коммунизма в 1989 году государство решило предоставить субсидии взамен ранее конфискованной церковной собственности, а также начать широкое сотрудничество с определенными общепризнанными церквями. Кроме того, по Закону о церквях Венгрии 1990 года были приняты гибкие требования к регистрации, применимые к недавно созданным церквям. Церкви, зарегистрированные согласно этому закону, получили материальные блага из государственного бюджета в форме прямого дохода от налогов и других непрямых бюджетных средств.
  • 3. Гибкая схема регистрации и сотрудничества между государством и церковью по Закону о церквях 1990 года привела к созданию обширной системы религиозной деятельности объединений. К 2011 году в Венгрии были зарегистрированы 406 религиозных обществ, большинство из них получало частичное финансирование, напрямую или косвенно, от государства.
  • 4. В ответ на эту ситуацию Правительство приняло Закон о церквях 2011 года, который положил конец старой системе, классифицировав все зарегистрированные религиозные организации либо как зарегистрированные церкви, либо как организации, осуществляющие религиозную деятельность', первые продолжали получать материальные блага из государственного бюджета, в то время как вторые больше их не получали. Религиозные организации, от которых потребовали подать заявки на расширенный статус зарегистрированных церквей для получения материальных благ от государства, не потеряли своей правосубъектности, а также им не угрожало быть распущенными, кроме случаев, когда они не желали продолжать свою деятельность по новому законодательству.
  • 5. Как я объясню ниже более подробно, я не могу согласиться с Судом в том, что были затронуты права заявителей по статьям 9 и И Конвенции, как то установило большинство. Сегодняшнее решение увеличивает область применения статьи 9, взятой отдельно, а также вместе со статьей 11, в отношении религиозной деятельно сти объединений, в той степени, которая не соответствует ни тексту, ни цели этих положений, ни их развитию в правоприменительной практике этого Суда. Поэтому, со всем уважением, я расхожусь во мнении.

II

  • 6. Статья 9 § 1 Конвенции открыто предусматривает, что свобода религии включает «менять [свою] религию или веру и свободу, самостоятельно или совместно с другими, как публично, так и конфиденциально, проявлять или не проявлять религию или веру, в вероисповедании, обучении, практике и соблюдении». Как ясно следует из этого текста, свобода проявлять свою религию или веру формирует основу права по статье 9. Концепция проявления далее рассматривается в тексте, где указывается, что оно включает свободу исповедовать, обучать, практиковать или соблюдать свою религию или веру. Чтобы считаться проявлением в этом смысле, действие должно быть тесно связано с верой. Любая государственная мера, которая препятствует, напрямую или косвенно, способности лица самостоятельно или совместно с другими проявлять свою религию или веру способами, поддерживаемыми в статье 9, будет являться вмешательством в эту свободу и должна быть обоснована согласно параграфу 2 этой же статьи. Если же лицо может без чрезмерной сложности или неудобства проявлять свою религию или веру, не смотря на меры, якобы признанные вмешательством, вопросов по статье 9 в принципе не возникает.
  • 7. Так как религиозные общества традиционно существуют в форме организованных структур, статья 9 Конвенции была истолкована в свете статьи 11, которая защищает жизнь объединений от неоправданного вмешательства государства. Независимое существование религиозных обществ, таким образом, является незаменимым для плюрализма в демократическом обществе и главным вопросом защиты, указанной в статье 9 (см. Хасан и Чауш против Болгарии [GC], № 30985/96, § 62, ECHR 2000-XI, и Религиозная община свидетелей Иеговы и другие против Австрии, № 40825/98, §61,31 июля 2008 года).
  • 8. Суд неизменно указывает на то, что отказ национальных властей выдавать статус юридического лица объединению лиц является вмешательством в реализацию заявителями своего права на свободу объединения (см. Горжелик и другие против Польши [GC], №44158/98, §52 et passim, 17 февраля 2004 года; Сидиропулос и другие против Греции, 10 июля 1998 года, Отчеты о постановлениях и решениях 1998IV, § 31 et passim; и Религиозная община свидетелей Иеговы и другие, цитированное выше, § 62). Там, где спорным была организация религиозного общества, отказ признавать его, также был признан вмешательством в право заявителей на свободу религии по статье 9 Конвенции (см. Бессарабская Митрополия и другие против Молдовы, № 45701/99, § 105, ECHR 2001-ХП).
  • 9. В дополнение к гарантиям религиозной свободы объединений по статье 9, истолкованной в свете статьи 11 Конвенции, право на свободу религии исключает, в принципе, любое усмотрение государства с целью установить, являются ли религиозные верования или средства для их выражения законными (см. Хасан и Чауш, цитированное выше, § 78). Таким образом, государство должно согласно статье 14 Конвенции оставаться нейтральным и беспристрастным при осуществлении своих распорядительных полномочий в сфере религиозной свободы и в его отношениях с различными религиями, конфессиями и верами (см. Бессарабская Митрополия и другие, цитированное выше, § 116; Религиозная община свидетелей Иеговы и другие, цитированное выше, § 97; и Союз церквей «Слово жизни» и другие против Хорватии, № 7798/08, § 88, 9 декабря 2010 года). Обязательство по статье 9, возложенное на государственные органы, оставаться нейтральными при осуществлении своих полномочий в религиозной сфере, и требование статьи 14 — не дискриминировать на основании религии — предусматривают, что, если государство создает систему выдачи материальных благ религиозным группам, например, через систему налогов, все религиозные группы, которые хотят получить эти блага, должны иметь справедливую возможность подать заявки на получение этого статуса, и установленные критерии должны применяться без дискриминации, на основании объективных и разумных причин (см., mutatis mutandis, Религиозная община свидетелей Иеговы и другие, цитированное выше, § 92, и Асатруерфелагид против Исландии, № 22897/08, § 34, 18 сентября 2012 года).

III

10. В параграфе 81 большинство утверждает, что общества заявителей законно существовали и функционировали в Венгрии как церкви, зарегистрированные компетентным судом в рамках Закона о церквях 1990 года. Закон о церквях 2011 года «изменил статус всех ранее зарегистрированных церквей, кроме тех признанных церквей, которые перечислены в Приложении к Закону о церквях 2011 года, на объединения. В случае если религиозные общества намеревались продолжить свой статус церкви, от них требовалось подать заявку в Парламент для индивидуального признания в качестве таковых».

И. Далее большинство ссылается в параграфе 82 на два предыдущих дела Суда {Московское отделение Армии Спасения против России, № 72881/01, § 67, ECHR 2006-XI, и Церковь саентологии Москвы против России, № 18147/02, § 78, 5 апреля 2007 года), где «отказ в регистрации» выявил вмешательство в право религиозной организации на свободу объединения, а также право на свободу религии. На этом основании Суд заключил в параграфе 83, что «указанная мера ... по существу привела к отмене регистрации заявителей в качестве церквей и составила вмешательство в их права, закрепленные в статьях 9 и 11».

IV

  • 12. В свете текста, объекта и цели статьи 9, истолкованной вместе со статьей 11, и сходного прецедентного права этого Суда, я не согласен с тем, что заявители успешно продемонстрировали, в общем и целом, как заключило большинство, что мера, принятая венгерским законодателем в форме Закона о церквях 2011 года, вмешивалась, напрямую или косвенно, в их право на проявление своей религии или веры в смысле, указанном выше (см. выше параграф 6). Ни Закон о церквях 2011 года, ни его поправки, в общем, не имели никакого влияния на правосубъектность заявителей. Они не были лишены регистрации, просто переведены в другую категорию с тем, чтобы получать льготы от государства или иметь возможность заключать договоры о сотрудничестве с государством, для них не было угрозы роспуска из-за действий государства, за исключением тех церквей, которые не заявили о своем намерении продолжить свою деятельность. Таким образом, два предыдущих дела Суда, на которые ссылается большинство в параграфе 82 решения (см. выше параграф И), не влияют на резолюцию о том, произошло ли вмешательство в данном деле.
  • 13. В реальности, как Суд однозначно отмечает в параграфе 112, по сути, «нет указания на то, что заявителям препятствовали практиковать свою религию в форме юридического лица, то есть объединения, статус, который обеспечивает их формальную независимость vis-a-vis государства как результат принятия Закона о церквях 2011 года или его поправок. В свете прецедентного права этого Суда о религиозной свободе объединений по статьям 9 и 11 это должно поставить точку в обсуждениях. То, что «сторонники религиозного общества чувствуют себя, как граждане второго сорта по религиозным причинам, из-за менее благосклонного отношения государства к их обществу» (см. параграф 109), не относится к сути дела для целей статей 9 и 11, если им не препятствуют в проявлении их религиозных верований, по форме и по существу, в рамках законно признаваемых объединений. Следует отметить, что Суд, цитируя предыдущее мнение Европейской комиссии, неизменно утверждает, что «система государственных церквей сама по себе не может являться нарушением статьи 9 Конвенции» (см. Дарби против Швеции, № 11581/85, Доклад Комиссии, 9 мая 1989 года, § 45, серия А № 187, и Асатруерфелагид, цитированное выше, § 27).
  • 14. Важно подчеркнуть, что Суд никогда до сегодняшнего дня не считал, что решение государства не предоставлять ранее выдаваемые материальные блага религиозным обществам, которые должным образом зарегистрированы и имеют правосубъектность, является вмешательством в свободу проявлять религию или веру по статье 9, истолкованной вместе со статьей 11. Из правоприменительной практики этого Суда ясно, как указано выше в параграфе 9, что спорный вопрос по Конвенции возникает, только если заявитель может продемонстрировать на фактах, что, проявляя свои распорядительные полномочия, государство не предоставило материальные блага религиозной организации, при этом предоставляя эти блага другим, и это отличие в отношении не обосновано объективными и вескими причинами. По своей природе такая оценка по статье 14 Конвенции требует индивидуальной проверки того, имела ли место дискриминация. Поэтому Суд должен был проверить иск заявителей на основе статьи 14, вместе со статьями 9 и 11 Конвенции. Но большинство отказалось проверять эту часть иска отдельно, решение, с которым я не согласен. Так, я не выражаю своего взгляда по вопросу статьи 14 в этом мнении.
  • 15. В заключение: Суд должен всегда помнить о том, что состав прав и свобод, гарантированных Конвенцией, имеет ограничения. Как нормы права, их состав должен быть определен в тексте соответствующего положения, как истолковано в свете их объекта и цели. Неограниченное расширение зоны действия Конвенции несет риск подрыва легитимности этой системы европейского надзора за правами человека.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >