ФИЛОСОФСКОЕ УЧЕНИЕ О ПОЗНАНИИ (ФИЛОСОФСКАЯ ГНОСЕОЛОГИЯ)

(ФИЛОСОФСКАЯ ГНОСЕОЛОГИЯ)

Основной вопрос познания

Структура, формы, уровни, типология познания

Практика — критерий истины

Современные тенденции развития познания

«Что есть истина?» - знаменитый вопрос Понтия Пилата к Христу, который был задан им в презрительном тоне, - был и остается одним из главных вопросов в гносеологии (от древнегреч. gnosic - гносис, познание). Собственно гносеология как часть философии сложилась в середине XIX века. В последние десятилетия используется также принятое в англоязычных странах слово эпистемология. Это связано с тем, что больше всего работ по теории знания пишут англоязычные философы. Эпистемологическая терминология отражает также тот факт, что анализируется в основном теория научного знания, а гносеология охватывает более широкий круг познавательных проблем. В этой связи наряду с философской гносеологией имеет смысл выделять научную гносеологию (эпистемологию) или гносеологию художественную, религиозную, инженерную и т.д. Начинает складываться культурологическая гносеология, которая пытается раскрыть механизм познания культуры в целом. Естественно, в наиболее развитой форме гносеология представлена в философии. Но чисто гносеологический подход не дает возможности четко и осмысленно ставить и решать современные проблемы. Главной же проблемой остается вопрос: «Что есть истина?». В общефилософском смысле проблема истины шире вопроса об истинности знания. Так, мы все хотим разобраться в «истинном образе жизни», в «истинной красоте», в «истинном человеке» и т.д. В узком эпистемологическом смысле под истинностью понимается точное и достоверное отображение реальности в знании. В данном случае речь идет о соответствии знаний действительности.

Согласно Аристотелю, истина есть соответствие представлений или утверждений реальному положению дел. Поскольку главной здесь является идея соответствия (корреспонденции), то эту концепцию называют еще «корреспондентной теорией истины». Это классическая (аристотелевская) теория истины, которая существовала и развивалась многие столетия. Но сразу возникают вопросы и дискуссии по поводу понятия «соответствие». Как можно сравнивать знание, которое является идеальным, с вещами, которые суть материальны? На самом деле мы сравниваем знание с фактами, но факты также выражаются в некоторых утверждениях. Таким образом, мы устанавливаем лишь соответствие одних утверждений другим. Здесь можно провести аналогию между гносеологическими теориями и географическими картами. Гносеологические концепции позволяют нам разобраться в методологических изысканиях различных форм культуры подобно тому, как географические карты руководят нашей ориентировкой в новых и незнакомых территориях. Должно быть ясно, что географические карты не могут мыслиться в качестве «зеркал реальности». Здесь нет абсолютного соответствия. И в качестве таковых они были бы бесполезны. На географических картах нанесены только те инвариантные черты внешнего мира, которые интересуют ее пользователя. Существует очень много различных типов карт (карты дорожные, для туристов, геологические карты и т.д.). Несомненно, в простейших случаях «фотографическое» соответствие имеет место, но в сложных гносеологических ситуациях все обстоит существенно иначе. Отдельные суждения приобретают смысл лишь в системе суждений. Там, где в ходу многозвенные логические конструкции, приходится учитывать последовательность, связность, системность рассуждений и высказываний. В этой связи говорят о когерентной концепции истины. Под когерентностью понимается взаимосоот-ветствие высказываний. Значительный вклад в развитие когерентной концепции истины внесли Лейбниц, Спиноза, Гегель, В. Соловьев. С этих позиций истина понимается как регулятивная идея, некоторый идеал, к которому нужно стремиться, но достичь и удостовериться в котором невозможно. Когерентная концепция истины восходит к Платону, и главным здесь является согласованность (когеренция) с более общей, охватывающей системой знаний. Выдающимся представителем этой концепции является Гегель, а также русский философ В. Соловьев. Они придерживались мнения о том, что мир суть единое целое, в котором все, даже самые мельчайшие и незначительные явления связаны между собой и входят в это целое. Поэтому знание об отдельной вещи или явлении должно соответствовать и согласовываться с системой знания о мире в целом. Как таковая истина одна, и частные истины должны быть элементами этой единой и всеохватывающей - абсолютной истины. В XX веке в когерентную концепцию истины существенный вклад внесли русские философы П. Флоренский, Н. Лосский, С. Булгаков, С. Франк. В таком понимании истины содержится глубокий рациональный смысл. Когерентная теория истины отражает реальные механизмы культурологического знания в целом. Однако одной только самосогласованности знания явно недостаточно для использования его в методологических целях для решения насущных практических задач.

Поэтому в XIX, а затем и в XX веке получает интенсивное развитие прагматическая концепция истины, которая берет начало в греческой софистике и древней китайской философии. Значительный вклад в развитие прагматической концепции истины внесли Маркс, Энгельс, Ленин и их последователи, а также американская философская мысль (У. Джемс, Дж. Дьюи). Американские философы считали, что истинность суждения, положим «Бог существует», не зависит от реальности существования Бога и обусловлена тем, что убежденность в его существовании благотворна для человеческого общежития. В менее метафизических сферах истинность нашего знания удостоверяется его практической применимостью. Если на основе определенного знания строятся самолеты, которые летают, или мосты, которые не падают вниз, значит, это знание истинно. В этом понимании практика есть критерий истины. Это типично инженерно-технологический подход к проблеме истины. Поэтому прагматическую концепцию истины в равной мере можно назвать «технологической концепцией», где главное - конструктивно-эксплуатационные характеристики результатов человеческой деятельности. Вместе с тем прагматической трактовке истины не достает весьма существенного гносеологического фактора - интуитивно ощущаемого требования к истине как адекватному соответствию реальности. В связи с этим один из крупнейших философов XX века Б. Рассел указывал, что сведение истинности к проверке последствиями может привести к парадоксальным результатам. Так, человек не понимает логики движения техносферического мира, хотя каждый элемент его спроектирован, сконструирован и проверен в лабораторных, а затем и промышленных условиях. В этом суть экологической катастрофы, которую переживает современное человечество. Поэтому пристальный интерес на исходе XX века к когерентным концепциям истины, особенно связанным с размышлениями русских философов-космистов, где наряду с рациональной приемлемостью знания глубоко используются чувственная и интеллектуальная интуиция (вера) и конструктивное воображение, дающие возможность схватывать системно-целостные характеристики развивающегося знания в целом. Это дает возможность избавиться как от отвлеченного гносеологизма Гегеля, так и от технолого-производственной приземленности прагматистов. Фундаментальное значение интеллектуальной интуиции придавал В. Соловьев, который считал, что именно она приводит к овладению «всеобщей, цельной истины». При этом философ привлекает мистический опыт, нашедший свое развернутое изложение в философских гносеологических построениях Н. Лосского и С. Франка. Но это особый предмет гносеологического поля, который требует обстоятельного осмысления.

Надо подчеркнуть, что все три концепции истины широко используются в современной культуре. Так, логики и математики, привыкшие к многозвенным рассуждениям, склоняются к когерентной концепции истины. Физики, особенно экспериментаторы, используют достоинства концепции соответствия. Инженерно-технические работники часто ориентируются в своих действиях на прагматическую концепцию истины. Истина многомерна, многолика, но она есть и нечто целое. На это неоднократно указывали русские философы: «Нужно выучиться представлять себе предмет... писал П.А. Флоренский, сразу со всех сторон, как знает наше сознание». Насыщенная многими измерениями истина теряет односторонность, сухость, нежизненность. Это особенно актуально в современных условиях, когда культура приобретает все более многообразный характер.

XX век - это век триумфа науки, техники и технологии. Поэтому наибольшую популярность приобрела прагматическая (технологическая) концепция истины, развитая Марксом, Энгельсом, Лениным и советскими гносеологами-марксистами (П. Копниным, Т. Ойзерманом, В. Степиным).

Маркс Карл (1818-1883) - гениальный мыслитель XIX века, экономист. Совершил революционный переворот в гносеологии: впервые ввел общественную практику в структуру познания. Важнейшей задачей философии считал обоснование материалъно-преобразующей деятельности человека.

Марксистская гносеология считала, что истина - это соответствие субъективного образа объективной реальности. Оригинальность марксистской гносеологии заключается в том, что идея соответствия (корреспонденции) насыщается практическим смыслом. Включение практики в гносеологию соответствия, несомненно, является выдающимся философским и общекультурным достижением. При этом речь идет не просто об истине, а об объективной истине. Это замечательное положение дает возможность выявить в истине объективную и субъективную стороны. Истина, по определению, - в субъекте, но она также и вне субъекта. Когда мы говорим, что истина «субъективна», это значит, что она не существует помимо человека и человечества; истина объективна - это значит, что истин ное содержание человеческих представлений не зависит ни от человека, ни от человечества. Другими словами, объективная истина существует и несет в себе такое содержание человеческих представлений, которое не зависит от субъекта (от человека и человечества в целом).

Вопрос об истине имеет, с точки зрения марксистской гносеологии, и другую сторону. Недостаточно признавать существование объективной истины, надо еще показать, какими реальными путями человечество идет к ней. Ленин подчеркивал процессуальный характер человеческих представлений: «Могут ли человеческие представления сразу, целиком, безусловно, абсолютно схватывать объективную истину, или же только приблизительно, относительно, постепенно, по частям, шаг за шагом?». Да, объективная истина не есть нечто застывшее. Она есть процесс, включающий в себя различные качественные состояния. Истина - процесс, своеобразное перемещение по шкале истинности, причем как от настоящего к прошлому, так и от настоящего к будущему, т.е. по направлению к абсолютной истине. Человек многое изучил и многое знает, но по большому счету абсолютная истина остается недостижимой. В связи с этим марксистская гносеология разграничивает абсолютную истину от истины относительной. Абсолютная истина, с точки зрения марксистской гносеологии, существует, ибо в нашем объективноистинном знании имеется нечто такое, что не опровергается последующим ходом науки, а обогащается новым объективным содержанием. Так, с позиций евклидовой геометрии сумма углов треугольника равна ста восьмидесяти градусам, и сколько бы наука ни развивалась, это положение (для определенных земных условий) остается всегда верным и незыблемым. Это, если хотите, вечная истина. Но Энгельс по этому поводу с издевкой отмечал, что кто хочет ограничить свое познание достижениями подобного рода, тот мало чем может поживиться. Развитие науки и практики (технологии) идет путем опровержения так называемых «вечных» истин, т.е. истин, претендующих на абсолютность, но оказывающихся истинами лишь в определенных границах. Неевклидовы геометрии опровергают эту вечность и абсолютность, поскольку очерчивают границы и применимость геометрий евклидовых.

Таким образом, объективная истина есть процесс. Всякая объективная истина, взятая как процесс, является одновременно и абсолютной, т.е. окончательной в определенных границах и относительной.

Абсолютная истина означает неопровержимость истины. Любое знание, поскольку оно объективно, представляет собой неопровержимую истину, т.е. абсолютную истину. Но если говорить о полноте наших знаний, то истина не только абсолютна, но и относительна.

Итак, относительная истина выражается в неполноте наших знаний, следовательно, относительная истина есть истина объективная. Так, классическая механика Ньютона носит объективный характер, поскольку содержание физических знаний, выявленных ученым, не зависит ни от самого творца, ни от человечества в целом. Вместе с тем классическая механика Ньютона несет в себе отпечаток личности как английского исследователя, так и времени, в котором он жил, и в этом плане она субъективна, субъективно-личностна и субъективно-исторична. Классическая механика несет в себе абсолютное начало, поскольку для определенных физических условий (макроусловий) ее законы незыблемы и абсолютны. Она одновременно и относительна, так как с появлением квантовой механики и релятивистской физики были определены границы ее применимости.

Федоров Николай Федорович (1829-1903) -один из самых оригинальных и глубоких мыслителей, основатель русского космизма. Оказал громадное влияние на творчество Ф. Достоевского, Л. Толстого, В. Соловьева, К. Циолковского, В. Вернадского, Н. Бердяева. Призывал к новому грандиозному синтезу наук, который должен быть осуществлен в космическом масштабе и быть прежде всего преобразовательно-деятельным: в нем практика, то есть знание, доказанное «опытами в естественном размере», всеобщей регуляцией, сам достигнутый несомненный результат труда ста

новится высшим критерием истины. Особенная заслуга Н. Федорова заключается в разработке космической гносеологии («гносеургии»), получившей дальнейшее развитие в трудах Г. Фоллмера и Э. Ильенкова, М. Мамардашвили.

Достоинство марксистской гносеологии состоит в том, что она подчеркивает полифоничность истины, ее гносеологическую многомерность и многоструктурность. Нельзя преувеличить какую-либо из гносеологических сторон истины, что приведет обязательно к ошибкам, заблуждениям и недоразумениям. Это очень сложный и трагически-опасный для исследователя путь. И даже величайшие ученые подчас соскальзывали в абсолютизацию объективного или субъективного, абсолютного и относительного. Очень уж сложна человеческая природа познания, и вместе с тем необычайно сложен мир, который познает человек. Кстати, на природу человеческого познания, механизмы формирования познавательных способностей в связи с эволюционным движением природы и общества марксистская гносеология не обращала должного внимания. Поэтому, несмотря на значительные достижения в целом и общем, марксистская гносеология замкнулась на социотехнологи -ческих и идеологических проблемах и не сумела освоить культурологические достижения XX века.

Марксистская гносеология исходит также из положения о том, что абстрактной истины нет, истина всегда конкретна. Например, сумма углов треугольника равна двум прямым. Это абстрактная истина, поскольку она относится к абстрактным объектам и не заключает в себе ограничения. Ведь существуют неэвклидовы геометрии, где это условие не выполняется. Но коль скоро положение о сумме углов треугольника формулируется с учетом указанных ограничений, она уже не абстрактная истина, а истина конкретная. Абстрактная истина и есть, в сущности, истина, пределы применимости которой не установлены, не осознаны, вследствие чего она распространяется на неопределенную область явлений и тем самым превращается в свою противоположность (заблуждение). Хотелось бы внести в решение данной проблемы небольшое замечание. Квантовая механика - это область научных интересов, пределы применимости и границы которой до сих пор не установлены, поэтому она до сих пор находится в состоянии абстрактности, что не мешает использовать ее теоретические выводы для решения конкретных практических задач. Это означает только то, что все же абстрактная истина существует в виде различных предположений и гипотез и связана она с развитием научного и технологического знания, с постоянной формулировкой все новых и новых проблем, решение которых может отодвигаться на многие десятилетия, если не столетия. Еще в 1908-1910 годах А. Эйнштейном была высказана идея о возможности и необходимости создания единой теории поля, и много десятилетий спустя, вплоть до своей кончины, он разрабатывал данную проблему. Идея не была принята большинством физиков, более того, сформировалось убеждение, что построение единой теории поля в принципе невозможно. Теория до сих пор не создана и вряд ли будет когда-либо разрешена человеком, т.е. она, видимо, осуждена на неопределенную абстрактность. Вместе с тем, работая в данном направлении, физики получили замечательные теоретические, а затем и технологические результаты. Так, в 1979 году Нобелевской премии были удостоены американские исследователи А. Салам, С. Вейнберг, Ш. Глешоу за создание единой теории электрослабых взаимодействий. Советский физик И. Герловин поставил перед собой грандиозную задачу создания теории всех взаимодействий в веществе: сильных, электромагнитных, слабых и гравитационных. Со временем, видимо, к данным взаимодействиям добавят еще ряд необычных взаимодействий в веществе. Задача, поставленная советским ученым, носит крайне абстрактный характер, но объявлять данное направление (начатое еще до А. Эйнштейна Дж. Максвеллом) лженаучным вследствие его абстрактности представляется гносеологически неразумным и технологически неконструктивным. Истинная наука, находящаяся в постоянном поиске, в сущности своей глубоко абстрактна, и перевод ее положений в разряд конкретности снимает научную проблему и ставит, по сути, инженерно-техническую проблему проектирования и конструирования техносферических систем (рис. 6).

Многообразие подходов к проблеме истины

Рис. 6. Многообразие подходов к проблеме истины

Объективная (научная) истина существует и представляет собой процесс, включающий различные познавательные качественные состояния. Поэтому всякая объективная истина, взятая как процесс, является одновременно и абсолютной (неопровержимой в определенных границах), и относительной (неполной). Неполнота объективной истины является причиной возникновения заблуждений. Кроме того, объективная истина носит принципиально абстрактный характер. Абсолютная истина и есть, в сущности, истина, пределы применимости которой не установлены, не осознаны, вследствие чего она распространяется на неопределенную область явлений и тем самым превращается в свою противоположность (заблуждение). Чтобы этого не случилось, необходима трансформация абстрактной истины в конкретную, связанную с инженерно-технологическими условиями познавательной деятельности.

Стремясь к достижению объективной истины, человек испытывает необходимость в критерии, с помощью которого он мог бы отличить ее от заблуждения. Необходимо подчеркнуть, что в домарксистских гносеологиях критерий достоверности знания искался в самом знании (это чувственное наблюдение, самоочевидность, ясность и отчетливость всеобщих положений). Коренным пороком домарксистских концепций является стремление найти критерий истинности знания в самом знании.

Маркс К. совершил гносеологический поворот к практике. Его заслуга заключается в том, что он впервые обратил внимание на недостаточность попыток найти критерий истины в рамках познавательного субъекта. Из этого порочного гносеологического круга не смогли выйти ни созерцательный материализм, ни рационалистический идеализм. Встала задача - найти такой критерий, который, во-первых, был бы непосредственно связан со знанием, определял бы его развитие и в то же время сам бы им не являлся; во-вторых, этот критерий должен был соединить в себе всеобщность с непосредственной действительностью. Маркс К., а затем Ленин В. подняли понятие практики до философско-гносеологического уровня. Советские марксисты сделали попытку дать философское определение практики, которое обозначает материальную, чувственно-предметную, целеполагающую деятельность человека, имеющую своим содержанием освоение и преобразование природных и социальных объектов и составляющую всеобщую основу, движущую силу развития человеческого общества и познания.

На что здесь обращено внимание? Во-первых, в практике задействован субъект, его знание и целеполагающая воля; в практике обнаруживается единство субъектного и объектного при ведущей роли объектного. Практика - объективный, материальный процесс. Она служит продолжением природных процессов, развертываясь по объективным законам. В то же время познание не перестает быть субъектным, соотносясь с объективным. Практика включает в себя знание, способна порождать новое знание, выступает его основанием и конечной целью.

Естественно, в качестве критерия истины выступает не практика вообще, а ее определенные виды: общественно-производственная, социально-политическая, научно-экспериментальная, семейно-бытовая и т.д. Но практика не всегда может выступать в качестве критерия истины, особенно там, где происходит постановка и решение новых проблем: научных, производственных, политических и др. Тогда необходимо применять формально-логи-ческий критерий, т.е. соответствие логической последовательности законам и правилам формальной логики.

Если обнаруживаются логические противоречия в рассуждениях, то необходимо исправлять ошибки. Важен также аксиологический критерий, т.е. обращение к ценностным нормам и принципам. Это главным образом вопросы, связанные с «зачем?» и «почему?». Ценностные принципы и ориентации могут определять направление развития и стратегические цели современного человечества, и, в зависимости от ответа на вопросы «зачем?» и «почему?», даже сама практика может восприниматься совершенно различно. Если практика служит удовлетворению примитивных материальных потребностей, то потребительские критерии станут самодовлеющими и человек перестанет быть человеком, превратившись в паразитирующего зомби, что мы наблюдаем в современном западном сервисно-технологическом мире. Если же практика служит «соединительной тканью» между человеком и беспредельным Космосом, то духовные потребности выходят на первый план. Выходит, человеческие ценности определяют механизм и технологию практики. При этом нравственная воля, эмоции, сомнение, вера, цель, идеал наделяют человеческую деятельность высшим смыслом и определением. Весьма значительна также роль эстетического критерия (чувства гармонии, совершенства, красоты) при решении тех или иных проблем, при создании или выборе тех или иных сценариев развития.

Все критерии истины важны, но наиболее надежным все же является практика. Практика - главный, но не единственный критерий истины. Практика, несомненно, является абсолютным критерием в том плане, что она является самым сильным испытанием на истинность, вместе с тем она имеет относительный, неопределенный характер в том смысле, что, как указывает Ленин, «не может по самой сути дела подтвердить или опровергнуть полностью какого бы то ни было человеческого представления...». Практика тоже развивается, и ее поступательный процесс доказывает истинность тех или иных положений в науке, технологии, политике, искусстве и т.д.

Главным достижением марксистской гносеологии является то, что практика введена в категориальный познавательный ряд. Это существенно перестраивает философскую гносеологию в сторону технологичности и проективности с учетом новейших методологических достижений в науке и технике. Вместе с тем в последние десятилетия человечество переживает очередную культурную и научно-технологическую революцию, требующую значительного расширения гносеологического поля с включением как космологических факторов, так и «тонких» особенностей человеческого организма (чувственной и интеллектуальной интуиции, конструктивного воображения и других). Современная гносеология нуждается в системно-интегративном охвате Универсума в целом с учетом эволюционных особенностей познающего человека. Задача грандиозная, требующая усилий не только философов, но и естественников и обществоведов. В этом направлении сделаны определенные гносеологические шаги.

Начинает складываться онтологическая или «естественнонаучная» гносеология (М. Мамардашвили). На Западе она получила название «эволюционной эпистемологии» (К. Лоренц, К. Поппер, Г. Фоллмер). Данное гносеологическое направление пытается решить вопрос о соответствии (согласованности) субъективных познавательных структур с реальными природными структурами. При этом идет постановка следующих вопросов. Откуда происходят субъективные познавательные структуры? Почему они у всех людей приблизительно равны? Почему субъективные структуры познания соответствуют объективным структурам реального мира и частично даже совпадают с ними? Как широко распространяется человеческое познание? Возможно ли объективное познание? Имеются ли границы у человеческого познания?

Ильенков Эвальд Васильевич (1924-1979) - известный советский философ. Ему принадлежит приоритет в разработке логико-диалектической теории научного мышления, связанной прежде всего с выявлением таких всеобщих аспектов развития научного знания, как соотношение абстрактного и конкретного в познании, диалектика логического и исторического. Он также разработал оригинальную концепцию культурно-исторического развития человека. Обосновал фундаментальную роль идеального в личностном становлении индивида. В 60-е годы совместно с известным педагогом А. Мещеряковым провел уникальный психолого-педагогический эксперимент по обучению слепоглухонемых. Это достижение мощи человеческого разума и как тайный аргумент идеализма: посмотрите, как может быть развито почти автономное от реального мира сознание. В последние годы жизни разрабатывал проблемы космической гносеологии: «мыслящий дух - не пустоцвет, который расцветает на короткое мгновение лишь затем, чтобы тотчас же бесплотно увянуть, а есть столь же условие существования материи, сколь и необходимое его следствие, т.е. внутреннеполагаемое, бесконечное и всеобщее условие бытия мировой материи, действительный атрибут материи как бесконечной субстанции мироздания».

Онтологическое направление в гносеологии заключает в себе большие творческие возможности. Используются многочисленные уникальные наработки естественных наук (нейробиологии, психологии, химии катализа, астрофизики и космогонии) для описания процессов, происходящих в познании и знании. Активно используются также данные вновь зарождающейся научной междисциплинарной дисциплины - эниологии (Ф. Ханцеверов), которую относят к разряду так называемых девиантных наук, т.е. наук, которые разрабатывают несовместимые или не полностью совместимые с господствующими парадигмами и стандартами научно-исследовательских программ. Это трансперсональная психология, парапсихология, психофизика, биоэнергетика, косморитмика и т.д. Следует заметить, что истинная наука носит по преимуществу девиантный характер, если же она переходит в разряд «нормальной», то принимает технико-технологическую заданность и теряет преимущества фундаментальной поисковой научной деятельности, где неизбежны ошибки и заблуждения, но и возможны гениальные творческие озарения. Нормальное «научное сообщество», которое занимается «нормальной наукой», т.е. планомерным, систематическим решением конкретных технико-технологических исследовательских задач, относится крайне негативно к «девиантным» ученым, стараясь замолчать, скрыть от общественности их выдающиеся результаты. Величайший ученый всех времен и народов И. Ньютон в полной мере испытал на себе неприязнь «нормальных» ученых. Все свои открытия в области механики англлийский мыслитель сделал до 30 лет, последующие годы (прожил он 84 года) интенсивно занимался теологическими, историческими и алхимическими исследованиями. В XVIII веке «девиантные» исследования Ньютона считались непригодными к публикации. В XIX столетии на них смотрели либо как на нечто недостойное его гения, либо как на результат его изысканий, выполненных, когда Ньютон был в весьма преклонном возрасте. И только с 1970 г. наметился существенный поворот во взглядах на творчество Ньютона и на его эпоху. Будущих гносеологов ждут потрясающие открытия, связанные с творчеством «зрелого» ученого.

Философская гносеология, используя естественно-научный материал, пытается разобраться в человеческой познавательной природе, понять, как мы познаем - преимущественно с помощью наших чувств (зрения, слуха, осязания и т.д.), или же путем чистого размышления, или как-то объединяя данные чувства с идеями разума. Впервые на такой гносеологический ход мысли обратили внимание Декарт, затем Юм и Кант. В ясном виде гносеологические трудности сформулировал Кант, который исходил из того, что люди обладают знанием (научным и повседневным). Но это знание окружено и переплетено с тем, что только кажется знанием, а на самом деле может быть или спекулятивной метафизикой (философ называл ее «сновидениями ума»), или ложной претензией на ясновидение («сновидение чувств»), или суждениями о том (например, о «мире в целом»), что выходит за границы возможностей человеческого знания.

Кантовская постановка гносеологической проблемы нашла свое современное воплощение в биоэпистемологии, где эволюционист-кая эпистемология представляет собой экстраполяцию биологических и общенаучных концепций эволюции за пределы естествознания (биологии), на область изучения гносеологии науки. Биоэпистемология описывает генезис познавательных структур от крайне примитивных до наиболее утонченных организмов. При этом ставится следующая познавательная задача: каким образом мы реконструируем «истинный» мир из чувственных впечатлений? Если ограничивать информацию, получаемую с помощью органов чувств, только астрономическими объектами, то и в этом случае гносеолог сталкивается с нетривиальными результатами, требующими осмысления. Так, современный немецкий философ Г. Фоллмер считает, что наши чувственные впечатления только проекции реальных структур на «поверхность» наших чувственных органов. Наше стремление к познанию есть, следовательно, попытка реконструировать эти реальные структуры в нашем мозгу. Объекты астрономии могут служить здесь как отчетливые примеры, так сказать, «чистых» случаев проекции. Наше астрономическое знание должно добываться из скудных сигналов, идущих к нам из Космоса. С космическими объектами мы не можем экспериментировать, не можем их изготовлять, устранять, оказывать на них влияние. Мы должны терпеливо ожидать того, чтобы космические сигналы достигли наших органов чувств или наших телескопов, а затем попытаться истолковать такие сигналы, как проекции астрономических объектов. Все, что мы знали до 50-х годов о планетах, о движении и строении звезд, о числе и видах галактик, о существовании и частоте элементов межзвездной и межгалактической пыли, о структуре и истории Универсума, мы получали от незначительных световых пятнышек, которые украшают ночной небосвод, с помощью электромагнитных волн части электромагнитного спектра. Вместе с тем в настоящее время, кроме видимого света, регистрируются радиоволны, инфракрасный и ультрафиолетовый свет, рентгеновское и гамма-излучение. Астрономы находят и исследуют космические частички, которые попадают к нам из Космоса, а в будущем надеются открыть гравитационные волны или излучение нейтрино. Активно используются космические корабли, зонды, лазерные импульсы и сигналы радаров. На этой основе астрофизика создает теории о звездах, галактиках и Универсуме в целом, благодаря тому, что сигналы, которые нас достигают, интерпретируются как проекции этих объектов. И только эта проектно-объективная интерпретация дает основание объективировать космические сигналы, говорить как о реальных о нейтронных звездах, черных дырах, магнитных полях, разбегании галактик, о квазарах и реакции внутри звезд, о расширяющейся Вселенной и ее происхождении из большого взрыва.

Путь проекции в астрономии очень длинен не только в пространственных, но также и в каузальном и логическом смыслах. Системы, которые постулируются в астрофизике и космологии, имеют мало общего со слабым мерцанием на ночном небе или с темными точками на фотопластинах, однако имеется все же длинная причинная цепь проекций, которая связывает нейтронную звезду с нашими чувственными данными и которая представлена в теориях длинной логической цепью выводов.

Человеческое познание многослойно, многофункционально и многоструктурно, и, чтобы разобраться и понять его механизм, требуется сложная система гносеологических реконструкций. Познавательный процесс осуществляется посредством многоступенчатой реконструкции гипотетически постулируемой реальности и постепенного освобождения от ограниченности наших чувственных органов. Это особенно ярко проявилось при интерпретации результатов квантовой теории. Так, электрон (или фотон) не является ни частицей, ни волной. Он объект со специфической структурой, которая описывается уравнениями квантовой теории. Эта структура не может быть представлена наглядно. Но она может быть проецирована на макроскопическом уровне (например, электронный микроскоп) и проявить, в зависимости от аппаратных средств, корпускулярные или волновые свойства. Если мы хотим при этом приписать электрону мезокосмические свойства (свойства человеческого обыденного мира), то можем это сделать только в границах гейзенберговского принципа неопределенности.

Таким образом, решающее требование для всякого познания есть, следовательно, условие проецируемости: каким бы ни был объект естественной науки, будь то радиоволны, электроны, атомы, бактерии, нейтронные звезды, «черные дыры» или большой взрыв, они должны каким-то образом проецироваться на наши органы чувств; то, что не проецируется, не может быть предметом естественной науки.

Эволюционная эпистемология учит нас скромности и сдержанности в гносеологических оценках тех или иных явлений. Познавательные способности человека крайне несовершенны и отражают в основном антропоморфные обыденные представления. Познавательные способности могут совершенствоваться, развиваться (в этом суть эволюционной эпистемологии), более того, можно предположить, что на планете Земля и на других планетах существуют принципиально иные познавательные структуры, отличные от человеческих. Все это заставляет посмотреть на гносеологические проблемы с более широких, космических позиций. Ведь познающему субъекту приходится проецировать и реконструировать информационные данные человеческих чувственных органов не только под влиянием астрофизических объектов, но и с учетом информации, идущей от самой планеты Земля, ее биосферы, литосферы и т.д., а также информации, излучаемой человеческим организмом. Кроме того, необходимо иметь в виду информацию, порожденную человеческой деятельностью (техносферой и социосферой), с ее электромагнитными, радиоактивными, гравитационными и другими излучениями. Это намного усложняет постановку и решение гносеологических проблем, но и вместе с тем позволяет системно-целостно подходить к анализу того или иного явления. Поэтому имеет смысл говорить о космической гносеологии, о космической точке зрения на познавательные процессы. На это обращают внимание русские космисты Н. Федоров, В. Соловьев, В. Вернадский, К. Циолковский, П. Флоренский, С. Франк, Н. Лосский и др. «До сих пор, — писал Циолковский, — самые величайшие философы и гуманисты были на земной точке зрения и не заикались даже об интересах Космоса... никто не подумал побеспокоиться о жителях Вселенной вообще». Космическая позиция на познание (а значит, и на сознание) совершенно меняет гносеологические ориентиры, заставляя выстраивать системноиерархические познавательные структуры. Функции познавательной деятельности (сознательной и бессознательной) связаны с проецированием и реконструированием информации, регистрируемой рецепторной сферой. В качестве рецепторов могут выступать любые области, начиная от элементарных частиц до Универсума в целом. Познавательные функции весьма многообразны:

  • 1) получение информации и ее хранение;
  • 2) логические, или дискурсивные, операции с полученной информацией;
  • 3) интуитивное получение новой информации;
  • 4) свободное генерирование и выдача во вне накопленной информации или сигнала к действию.

Имея в виду эмоциональную сторону психики, к этому перечню можно добавить еще две функции:

  • 5) свободную игру воображения;
  • 6) взаимодействие с программами, закодированными в подсознании.

Современная космическая гносеология (Ст. Гроф, Ф. Ханце-веров, В. Казначеев, В. Налимов, Л. Лесков, А. Акимов и др.) обращает внимание на отсутствие обязательной привязки познания (а значит, и сознания) к человеческому мозгу. Познание выступает как универсальный оператор информации. Можно представить себе операторы, которые обладают не полным, а частичным набором познавательных функций. Например, машинный интеллект обладает всеми функциями, кроме третьей, элементарная частица -первой и четвертой. Это позволяет сделать важный вывод о том, что элементами познавательной деятельности в его операторной интерпретации обладают все объекты реального мира (табл. 1).

Таблица 1

Виды концепций

Природа истины

Корреспондентная

(Аристотель)

Когерентная

(Платон - Гегель - Соловьев)

Прагматико-технологическая

(Маркс - У. Джемс -Дж. Дьюи)

Ленинская

(Ленин - П. Копнин -

К. Лоренц - Г. Фоллмер)

Космическая

  • (Н. Федоров - К. Циолковский
  • — В. Налимов - В. Казначеев)

Истина - это соответствие знаний действительности

Истина - это взаимосоответ-ствие высказываний (соответствие одних знаний другим)

Практика - вот что является Истиной

Истина - это соответствие субъективного образа объективной реальности

Истина - это соответствие системноиерархических универсальных операторов информации космической реальности в целом

Что такое истина?

Подводя итоги, следует выделить следующие этапы становления гносеологии.

1. Доклассический, связанный с анализом основных форм чувственной и рациональной познавательной деятельности. Познавательные способности человека связываются прежде всего с органами чувств. Раскрыты большие возможности человеческого организма к чувственному отражению. Это гносеологические работы Гельвеция, Локка, Фейербаха и др. В последние десятилетия XX века обнаружены феноменальные возможности человеческого организма к чувственно-сенситивному целостному отражению. Но как бы ни был важен чувственный путь усиления познавательных способностей человека, он все же ограничен и не конкурентоспособен по сравнению с другими существами. Кстати, сторонники агностицизма (от гр. Agnostos - недоступный познанию) часто апеллируют именно к факту информационной ограниченности человеческих органов чувств, утверждая невозможность выхода за их рамки (Юм, Мах и др.).

Правда, у человека есть возможности для расширения диапазона чувствительности. Во-первых, это измерительные приборы, позволяющие воспринимать излучения, недоступные органам чувств человека, во-вторых, это мышление, мыслительная деятельность человека, обладающая, по сути, неограниченными возможностями для познания объективной реальности. Мысль направляет органы чувств на восприятие таких сторон действительности, которые в других ситуациях невозможны для познания.

Исходной и ведущей формой мысленного познания являются понятия (здесь важны работы Лейбница, Спинозы, Гегеля и других рационалистов). Большую роль в развитии способности к мысленным абстракциям сыграло возникновение и формирование языка в целях общения. Речь делает возможным произвольное и свободное высказывание представлений в поле ясного сознания и закрепляет способность репродукции. На этой основе возникает воображение, которое дает возможность для формирования удивительной познавательной способности человека к суждениям и умозаключениям.

Проблематика доклассической гносеологии обстоятельно рассмотрена в современных учебных пособиях по философии, поэтому мы сознательно не касались подробно этого гносеологического материала (П.В. Алексеев, А.В. Панин. Философия. М., 1998; И.Н. Смирнов, В.Ф. Титов. Философия. М., 1998).

Доклассическая философия (гносеология) не могла ответить на кардинальный вопрос гносеологии: где основа совпадения чувственного и рационального? Этот вопрос впервые в ясной и четкой форме поставил основатель немецкой классической философии И. Кант.

2. Классический этап в развитии гносеологии связан прежде всего с творчеством К. Маркса и его продолжателей - Ф. Энгельса, В. Ленина. Маркс ответил на вопрос о фундаменте (основе) чувственного и рационального. Этим фундаментом оказалась предметная практика (прежде всего материально-производственная). Введение практики в познавательное поле является выдающимся гносеологическим открытием, позволяющим раскрыть социальную обусловленность познания. Практика потому выступает основой совпадения чувственного и рационального, что она трансформирует, преобразует природное в социальное, в сервисно-технологическое, а значит, она может выступать в качестве критерия истины, движущей силы и цели познания. Именно практика дает возможность понять появление в начале XX века науки теоретической (наряду с экспериментальной).

Несмотря на большие достижения, классический (марксистский) этап в гносеологии исчерпал себя к середине XX века. Это связано с двумя коренными недостатками:

  • 1) марксистская гносеология ничего не говорит о развитии (а если брать шире - эволюции) познавательных способностей человека. Более того, сам процесс познания не рассматривается как естественно-историческое образование, хотя социально-производственные структуры воспринимаются в естественно-историческом ключе;
  • 2) антропоморфизм познания: мы познаем не сам по себе мир, а лишь собственный человеческий экран, который воздвигаем перед нашими глазами, т.е. с детства на нас надеты некие шлемы

«предметно-практической реальности», через которые мы смотрим на мир. Поэтому сам механизм познавательной деятельности остается нераскрытым. Необходим естественно-исторический взгляд и на гносеологию (см. работы М.К. Мамардашвили).

3. Неклассический этап в гносеологии получил развитие во второй половине XX века и связан с эволюционной эпистемологией, получившей конструктивное воплощение в биоэпистемологии. Познание рассматривается как эволюционный процесс проектирования и рационального реконструирования информации, поставляемой чувственной и рациональной сферой человека, органически включенной в предметно-практическую, прежде всего научно-экспериментальную, деятельность. Решающий фактор при этом приобретают «разрешающие» познавательные способности человека, которые также эволюционируют.

Биоэпистемология пытается согласовать эволюционирующие познавательные способности человека с эволюционирующей действительностью. Это существенный шаг в развитии логики, связанной с ее онтологизацией и естественно-историческим характером познавательных структур. Обращает внимание на важность конструктивного воображения, связанного с проецированием и реконструированием информации.

Биоэпистемология ограничена рамками и особенностями восприятия информации человеческим организмом, возможностями, данными ему от природы чувствующим аппаратом и мысленным интеллектом. Вместе с тем в настоящее время встает задача разработки единого познавательного подхода ко всему нашему миру, включая нечеловеческие (дочеловеческие и сверхчеловеческие) познавательные структуры. Универсальный взгляд на гносеологию мы обнаруживаем в лоне русского космизма.

4. Постнеклассический этап в гносеологии - это космическая гносеология. Естественно-историческая гносеология получает свое логическое завершение в космической гносеологии. Познание в этом случае выступает как «голос Вселенной» (выражение К. Циолковского), как системно-иерархический процесс проецирования и реконструирования информации, получаемой не только от человека, но и от любой космической системы. Важным в этом случае является введение принципиально новой эпистемологической составляющей - «космического наблюдателя». В этом ключе перспективно выглядит появление нового научно-технологического направления - эниологии[1], связанной с энергоинформационной интерпретацией познавательных процессов.

Таким образом, основная гносеологическая линия (стрела) развития будет выглядеть так: чувственные и рациональные познавательные формы -> основа (фундамент) познания -> предметная практика -> проецирование (проект, цель) и реконструирование (интерпретация) естественно-историческая (онтологическая) гносеология космическая гносеология (системно-иерархический ряд эволюционирующих «космических наблюдателей», среди которых определенное место занимает «земной», человеческий, наблюдатель).

Концептуальные замечания

Современная гносеология пытается решить вопрос о соответствии (согласованности) субъективных познавательных структур с реальными природными структурами. Для этого наука и философия вынуждены выстраивать сложную систему гносеологических реконструкций. Главное здесь: освободиться от ограниченности (антропоморфичности) наших чувственных представлений. Русская и советская космическая гносеология предлагает реальный механизм проецирования и реконструирования информации, получаемой не только от человека, но и от любой другой космической системы. Гносеология в XXI веке будет связана с осмыслением системно-иерархических рядов эволюционирующих «космических наблюдателей», среди которых определенное место будет отведено человеку.

Контрольные вопросы

  • 1. Чем гносеология отличается от эпистемологии?
  • 2. В чем причина агностицизма?
  • 3. Есть ли разница между прагматической и марксистской концепцией истины?
  • 4. Можно ли согласиться с высказыванием марксистских гно-сеологов о том, что абстрактной истины нет, истина всегда конкретна?
  • 5. В чем сущность гносеологического открытия, совершенного К. Марксом?
  • 6. Является ли практика единственным критерием истины?
  • 7. В чем содержание «космической гносеологии», развитой русскими философами?

  • [1] Термин предложен профессором, доктором технических наук Ф.Р. Ханцеверовым.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >