Приверженность традиционным религии и культуре (Солодова Г.С.)

Конфессиональная принадлежность, вера в Бога

Более основательное, детальное рассмотрение религиозного фактора в нашем исследовании связано с тем, что потребность человека в духовно-нравственной и практической системе координат довольно устойчива, а религии являются наиболее традиционными и, возможно, самыми мощными идеологическими системами и императивами.

В нашем исследовании, когда мы говорим о мигрантах, речь идет о представителях народов, традиционно исповедующих ислам, т. е. в некотором роде о «традиционных», «этнических» мусульманах. Конфессиональная принадлежность мусульман - «это приобщенность к гораздо более активной вере. То есть к такой вере, которая, во-первых, действительно, определяет их мировоззрение и нравственные представления и, во-вторых, имеет ярко выраженное общинное и даже общественное измерение. И чем более осознанной и прочувствованной становится эта религиозная идентичность иммигрантов-мусульман, тем более они отдаляются от ценностей и образа жизни секуляризованных европейцев-христиан»[1].

Оценка, измерение религиозности чрезвычайно сложное дело. Как отмечал известный русский философ И.А. Ильин, «это один из самых тонких и глубоких вопросов, касающихся человеческого существа. Здесь дело идет о самой интимной сфере внутреннего мира, где многое оказывается столь “воздушным” и неуловимым, безмолвным и избегающим слов, где самое ароматное оказывается невыразимым и неописуемым, так что иногда кажется совершенно невозможным приблизиться к исследуемому предмету, не говоря уже о логических определениях и исчерпывающей точности».

Религиозная самоидентификация - это, в первую очередь, признание духовной связи и принадлежности к определенному сообществу, близости с ним. Самоидентификация предполагает осознание себя субъектом некой социальной общности, включающей набор предписанных терминальных и инструментальных ценностей. Самоидентификация наших мигрантов - внятная и устойчивая - исламская. Проведенное исследование подтверждает: можно говорить о массовой (примерно 97 %) приверженности исламу - абсолютное большинство опрошенных верят в Бога и придерживаются ислама.

Безусловно, значительная доля мигрантов, идентифицирующих себя как верующих, не означает одинаковой и однозначно высокой степени их религиозности. Степень религиозности и конфессиональной включенности различны. Среди приезжих - и не строго придерживающиеся предписаний ислама, и те, кто в полной мере следует законам шариата (табл. 1). Однако в любом случае неверующий мигрант - это большая редкость.

Таблица 1

Распределение ответов мигрантов и местного населения на вопрос «Удается ли Вам соблюдать следующие религиозные предписания, если да, то в какой мере?», 2009 г., %

Религиозные предписания

Ежедневно

Каждую неделю

Ежемесячно

Только по праздникам

Примерно раз в год, и даже реже

Религиозных предписаний не соблюдаю

Молиться

31

8

4

19

8

30

Соблюдать пост

2

1

4

32

33

28

Читать Священное Писание (Библию, Коран, др.)

13

9

8

10

И

49

Посещать храм/мечеть

3

13

6

19

12

46

Давать милостыню

5

10

25

25

12

23

Говорить о существовании каких-либо четко выраженных и распространенных организованных форм религиозной жизни не приходится. В значительной степени это связано с высоким уровнем трудовой занятости, плохим знанием крупного города, стремлением избежать конфликтных ситуаций. Еще один напрямую не связанный, но важный аспект. На руководителей национальных общин выходили миссионеры из арабских стран, но местные мусульмане не ориентированы на сотрудничество и не поддерживают экстремистские направления ислама. Как заметил один из руководителей национальной общины: «Упаси, Аллах!» Приведем высказывание еще одного нашего респондента экспертного уровня: «Сейчас я вижу некое противопоставление, например, между нашими традиционными татарскими муллами и муллами из Средней Азии, которые проходят обучение в Арабских Эмиратах и потом уезжают куда-нибудь в Челябинск. И это внутреннее столкновение существует. Понятно, что наши власти и спецслужбы стараются работать с традиционным духовенством, которое складывалось именно на нашей территории. В этом смысле есть вызов со стороны монархий Персидского залива, которые проводят другое обучение. И даже в Узбекистане уже есть такие центры обучения... Думаю, что вот этот вызов ответа пока не нашел, и эти люди являются вербовщиками в тот же исламский халифат, и распространяют радикальный ислам. Такая же ситуация складывается на Северном Кавказе, где противостояние между различными течениями ислама доводит и до взрывов, и до убийств. Наш российский традиционный ислам и некий экспортный вариант, который поступает извне, вступают в противоречие, и это еще один вызов нашему государству. Хотя для большинства неисламского населения это не так очевидно, этот процесс очень активно идет: приезд священнослужителей, строительство храмов, распространение радикальных идей. В отличие от наших башкирских и татарских священнослужителей, приезжающие с юга, как я понимаю, более идеологизированные, более фундаменталистские, более жесткие. Нужно понять, могут ли наши традиционные приверженцы ислама как-то их адаптировать, бороться с ними. Без помощи самих мусульман Россия не справится».

Полагаем, что любопытным может быть обращение к динамике изменения религиозной включенности (табл. 2). За прошедшие четыре года степень приобщенности к различным сторонам ислама несомненно и заметно выросла.

Таблица 2

Распределение ответов мигрантов-мусульман на вопрос «Какие религиозные предписания Вы соблюдаете?», %

Религиозные предписания

2009 г.

2013 г.

Молитва

70

84

Чтение религиозной литературы

51

76

Милостыня, закят

77

90

Не умаляя значимости молитвенных практик, посещения храма, чтения религиозной литературы, соблюдения обрядовых предписаний, все-таки отметим, что они не гарантируют воцерковленности в полном ее духовном понимании. Одновременно неприобщенность к ритуально-обрядовой стороне не означает морально-духовной отдаленности от вероучения как нравственного императива.

Сравнивая степень приобщенности к религии мигрантов и местного населения, отметим существенное превышение уровня религиозности среди приезжих. Так, если доля верующих среди мигрантов составляет 97-98 %, то среди местного населения - 66 %. При этом число неверующих среди приезжих - около 1 %. В принимающем обществе атеистов в пять раз больше - более 15 % (табл. 3).

Таблица 3

Распределение ответов на вопрос «Верите ли Вы в Бога?», %

Степень веры

Принимающее общество, 2014 г.

Мигранты

2009 г.

2013 г.

Да, я верю

66

97

98

Я колеблюсь, моя вера неустойчива

18

1,8

1,4

Нет, я не верю

15

1,2

0,6

Местное население оказалось существенно более секулярным, нежели приезжие. В той или иной мере оно придерживается традиционных религиозных традиций и требований - посещение храма, участие в богослужениях, крещение детей, венчание, празднование христианских праздников и другое. Однако в определенной степени это приобретает несколько поверхностный, приземленный, прагматический характер. Делается потому, что так заведено, так принято, так положено. Не исключено, что о большинстве верующих можно говорить как о номинальных христианах.

Тревожным, дающим пищу для размышлений оказалось отношение мигрантов к разговорам о превосходстве одной религии, одного народа над другими. Большинство из них, в отличие от принимающего общества, к подобным разговорам относятся либо с одобрением, либо нейтрально, спокойно (табл. 4). Не одобряют их, относятся негативно менее 40 % опрошенных мигрантов. Среди местного населения эта позиция выражена более четко - 68 %.

Таблица 4

Распределение ответов на вопрос «Как Вы относитесь к разговорам о превосходстве одной религии, парода над другим?», %

Отношение

Мигранты, 2013 г.

Принимающее общество, 2014 г.

Положительно, одобряю

22

2

Спокойно, нейтрально

40

31

Плохо, не одобряю

38

68

Подводя некоторый итог, отметим, что можно говорить о пополнении принимающего общества людьми с большей степенью религиозности и более выраженной приверженностью своим религиозным идеям, чем местное население.

  • [1] Игумен Филарет (Булеков). Время новой проповеди // Эксперт. 2011. № 2. 2 Ильин И.А. Путь к очевидности: Сочинения. М., 1998.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >