История ислама в России

Ислам относят к авраамическим религиям. Помимо христианства, иудаизма, зороастризма, непосредственным предшественником ислама является и автохтонный аравийский монотеизм, корни которого возводятся к библейскому Аврааму (кораническому Ибрахиму), считающемуся прародителем арабов и евреев.

Как отмечает Гаури, «не считая целого ряда христианских и персидских представлений, мы находим в Коране существенноиудейские мысли». И это отчетливо проявляется в вероучении. Первоначально, в том числе для привлечения на свою сторону проживавших в Медине евреев, за направление для молитвы, т. е. киблу, Мухаммед принял Иерусалим. В это же время, по аналогии с христианской Св. Четыредесятницей, были введены и тридцатидневный пост и день очищения, принятые в иудаизме. Однако это не принесло увеличения числа последователей, Мухаммед увидел, что «обманулся в своей надежде; иудеи не признавали араба пророком». Впоследствии явилось откровение, объявившее за киблу вместо Иерусалима Каабу в Мекке[1].

Мировая история взаимоотношений христианства и мусульманства включает разные страницы - и крестовые походы, и слова эмира Омара: «Мы должны поглощать христиан и потомство наше должно поглощать их потомство до тех пор, пока существует ислам». В целом можно сказать, что, хотя в исламском вероучении можно найти призывы и обоснования религиозной нетерпимости и экстремизма, преобладающей является взвешенная позиция, стремление учитывать уже сложившееся в обществе конфессиональное распределение.

Дореволюционная Россия была по преимуществу православным государством. Однако присоединение в XVI-XVII вв. территорий с исламским, буддистским населением обусловили культурную многоукладность и полирелигиозность. В прямом российском подданстве находились мусульманские народы, проживавшие в Поволжье, Сибири, на Русском Востоке, на Кавказе и в среднеазиатских областях.

Интерес к исламу как «политической силе» в первую очередь был порожден с территориальным расширением и военными походами. Возможно, первым не только в России, но и в западном исламоведении опубликованным научным трудом такого уровня была работа молдавского господаря Дмитрия Кантемира «Книга Система, или Состояние мохаммеданския религии». Приказом Петра 1 она была переведена с латыни и впервые издана. На титульном листе книги помещено «напечатался повелением его величества Петра Великого». Сам Д.К. Кантемир родился в Молдавском княжестве, долго жил в Турции, где изучил турецкий и персидский языки, затем принял российское подданство.

Другой связной причиной, обусловившей интерес к магометанству, стало пополнение империи народами-иноверцами, исповедующими иные религии, нежели христианство.

Первоначально в качестве внутренней политической стратегии было выбрано обращение мусульман в православие. Однако со временем взгляды существенно изменились и число обращений уменьшилось. К XVIII в. «самодержавие значительно охладело к политике обращения мусульман в православие», стало ясно, «что поддерживать ислам может быть выгоднее, чем распространять среди исповедующих его народов православие»[2]. При Екатерине II, сделавшей веротерпимость одной из основ государственной политики, ислам получил права гражданства на территориях компактного проживания мусульманского населения. По указу императрицы в 1788 г. был образован первый мусульманский религиозный центр в Уфе - Оренбургское магометанское духовное управление.

В начале XIX в. был создан специальный Департамент духовных дел иностранных исповеданий, который занимался делами вероисповеданий католического, армяно-григорианского и протестантского, а также духовными делами мусульман, евреев, караимов и ламаистов.

Конфессиональная принадлежность играла большую роль, чем этническая, и определяющим признаком было вероисповедание. Как

следствие, в переписи 1897 г. фиксировались вероисповедание, язык, но не этническая принадлежность. Также и в паспортах, в отличие от советского времени, указывалась не национальность, а конфессиональный признак. Записи о рождении, крещении, вероисповедании родителей делались в метрических книгах, которые вели священники. С первой половины XIX в. это стало относиться не только к православным священникам, но и к мусульманским, католическим, протестантским и иудейским служителям.

Выделяли четыре главные группы мусульман: татарско-башкирскую, кавказскую, киргизскую и среднеазиатскую. По численному составу среди мусульманского населения преобладали татары. Говоря о взаимоотношениях русских и татар, автор отмечает, что «русских татары не чуждаются, если не наталкиваются на презрение к своей вере и не опасаются за ее неприкосновенность»[3] . И сейчас и ранее преобладают мусульмане, исповедующие суннитское направление. По данным указанной первой Всеобщей переписи населения 1897 г. в Российской империи насчитывался 13 889 421 магометанин, что составляло 11,06 % от общего числа населения. Среди них общая численность купцов первой, второй и третьей гильдий и членов их семей составила 7 067 человек.

Слабо вмешиваясь во внутреннюю жизнь мусульманских народов, российское правительство не воспрещало мусульманам «оканчивать миролюбиво свои дела» по законам шариата, «особенно в тех случаях, если адат не удовлетворял бы тяжущимся». Однако Государственный совет не признавал заключающиеся в Коране граждан-92 ские и уголовные законы священными .

Вместе с тем Российское государство принимало меры к сохранению православного вероисповедания населением. Так, в «Наказе Губернаторам и Воеводам и их товарищам, по которому они должны поступать» от 12 сентября 1728 г. говорится: «А ежели явятся такие Магометане или другие иноверцы, которые тайно или явно кого из Российских народов в свою веру превратят и обрежут, таких брать и разыскивать, и по розыску, чинить указ по Уложению

22 главы 24 статьи, а именно: казнить смертию, сжечь без всякого милосердия»[4] .

Несмотря на то, что во времена конфликтов духовенство обеих сторон называло противников неверными, гяурами, басурманами, однако отсюда едва ли ошибочно заключить, что если мусульманам и христианам невозможно сплотиться в одну веру, то это составляет препятствие для мирной совместной жизни, «особенно, если бы христианское и мусульманское духовенство более указывало своим па-94 ствам на сходство в верованиях, нежели на рознь» .

В целом, говоря об отношении к исламу в дореволюционное время, хотелось бы привести выдержку из работы, написанной и опубликованной в несомненно идеологизированное время: «Распространенная до сих пор в литературе и тщательно поддерживаемая мусульманским духовенством версия о преследовании русским самодержавием ислама как религии является ложной. Не имеет оснований она и для того периода, когда русский царизм силой меча покорил татар, узбеков и ряд других народностей, исповедовавших ислам... Самодержавная Россия боролась с неугодной ей организацией мусульманского духовенства, особенно в первое время после подчинения тех народов, которые исповедовали ислам. Но борьба эта не имела характера борьбы против мусульманской религии и ее представителей, а была борьбой против старого мусульманского управленческого аппарата, не желавшего мириться с русским гос-

95

подством» .

Отношение к иноверцам

Если обратиться к истории, то следует отметить, что население арабских городов было смешанным и в социальном, и в конфессиональном, и в этническом плане: «купцы и ремесленники, мусульмане и христиане, арабы и евреи жили бок о бок не только в соседних домах, а даже в соседних квартирах и комнатах. Но все

же существовала тяга к себе подобным». Такая тяга сохранилась и в дальнейшем в виде кварталов, сформированных на основе профессиональных занятий.

Как правило, мусульмане никого не принуждали к принятию ислама. Это объясняется причинами, имеющими религиозный и экономический характер. С одной стороны, так сложилось исторически, что христианство, иудаизм и ислам относятся к авраамическим религиям и имеют общие корни. В исламе признаются предыдущие Пророки и их Книги. Как следствие, «христианским и иудейским народам» в разные времена и в разной мере дозволялось сохранять свою веру: «Нет принуждения в религии» (2:256) и «Кто хочет, тот останется неверным» (18:29). Аналогичное предписание присутствует и в современных религиозных документах - Каирской декларации (Статья 10) и «Основных положениях социальной программы российских мусульман», в которых говорится о запрещении использования любых методов принуждения для обращения кого-либо в другую веру или навязывания атеистических убеждений. На территориях массового распространения ислама на иноверцев смотрели «как на покровительствуемых союзников мусульман». В Суре «Мумтахи-на» говорится: «Аллах запрета не дает вам доброту и справедливость проявлять к тем людям, кто за вашу веру с вами не сражался, не изгонял из дома вас - поистине Он любит справедливых!» (60:8). Иными словами, насильственное обращение в свою веру, навязывание своих религиозных норм отрицается.

С другой стороны, отношение мусульман к иноверцам носило достаточно утилитарный, прагматичный характер. Для христиан и иудеев был введен дополнительный налог за сохранение веры (джизья), который в значительной мере формировал государственные доходы. На них накладывались поголовная подать и поземельный налог, помимо этого вводились «значительные натуральные повинности по содержанию расположенных в крае войск». Закономерно, что массовые обращения в ислам были экономически невыгодны и вызывали беспокойство. Так, администратор омайадского халифа Омара писал: «Если в Египте дела пойдут и далее, как идут они теперь, то христиане сделаются все без исключения мусульма

1

Очерки истории арабской культуры (V-XV вв.). С. 197.

нами и государство лишится тогда всех доходов своих». Достоин всяческого уважения ответ Омара: «Я считал бы для себя великим, если бы и все христиане обратились к исламу, потому что Бог послал пророка своего для исполнения призвания апостола, а не какого-нибудь сборщика податей»[5].

Вместе с тем в исламе существуют ограничения, накладываемые на степень межконфессиональной близости: так, женщины-мусульманки не имеют права выходить замуж за иноверцев. Или, по-другому, иноверцу не позволительно жениться на мусульманках. Отказ от ислама рассматривается как тяжкое преступление.

Раздел II

ПРИНИМАЮЩЕЕ ОБЩЕСТВО И ИНОЭТНИЧНЫЕ МИГРАНТЫ -

  • [1] Гаури И. Ислам в его влиянии на жизнь его последователей. С. 44-69.
  • [2] Климович Л. Ислам в царской России. Очерки. М.: Гос. антирелигиозное изд-во, 1936. С. 16-19. 2 Справка. Устройство и структура исламских организаций. С. 136.
  • [3] Балкашин Н.Н. О киргизах и вообще о подвластных России мусульманах. 2 Там же. С. 49.
  • [4] Ислам в Российской империи (законодательные акты, описания, статистика) / сост. и автор вводной ст. Д.Ю. Арапов. М.: Академкнига, 2001. С. 43. 2 Балкашин Н.Н. О киргизах и вообще о подвластных России мусульманах. С. 10-11. 3 Климович Л. Ислам в царской России. С. 11-12.
  • [5] Гаури И. Ислам в его влиянии на жизнь его последователей. С. 247-248.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >