Абсолютный дух.

В этой, завершающей части системы великого идеалиста Дух, составляющий ее фундамент, снова возвращается к самому себе. Если на стадии объективного Духа он еще отягчен рассудочной конечностью, то теперь он развивается в совершенно адекватной ему стихии подлинной, актуальной бесконечности. Здесь Дух совершает наиболее 728 свойственное ему самопознание.

Освобождение от чувственной созерцательности осуществляется, конечно, в трех максимально значимых формах духовности человека, его мировоззрения. Такие формы — это эстетика, где духу свойственно лишь созерцание (Anschauung), религия, где он поднимается до представления (Vorstellung), и собственно философия, в которой он осуществляет абсолютное знание в понятиях (Begriff), которые составляют саму его суть. Это итог, конечный результат всего философского процесса.

Все эти разделы своей философии, которые в марксистской традиции обычно именуются формами общественного сознания, Гегель изложил в обширных курсах лекций, изданных посмертно по записям его слушателей. Эти курсы свидетельствуют об огромной эрудиции философа-энциклопедиста, весьма компетентного в собственно гуманитарных науках. Историческая конкретность этой эрудиции во многом предопределила нарушение автором триадного схематизма, его привязанность к самому материалу. Здесь Гегель особенно часто и далеко выходит за рамки своей «спекулятивной логики».

Эстетика, или философия искусства

Эстетика, или философия искусства, в целом обобщается идеей прекрасного. В сущности, это платоновская идея, которая здесь исполняет функцию всеобщего. Шеллинг с его панэстетизмом, трактовавший феномен искусства иррационалистически, как результат совершенно непознаваемого творчества гения, считал, что искусство хронологически предшествует как науке, так и философии, является их массовым прообразом. В силу этого эстетика становится основоположной мировоззренческой дисциплиной. Для Гегеля же искусство выступает только начальной формой абсолютного Духа, и он стремится максимально ее рационализировать.

Конечно, эстетик не может игнорировать чувственное содержание своей науки, зафиксированное в самом этом грекоязычном термине. Но материал, без которого невозможно формирование идеи прекрасного, доставляют самые содержательные, наиболее теоретичные чувства — зрение и слух, ибо именно они ведут переживающего их человека от простого восприятия вещи ко все более высокому ее осмыслению в направлении идеи прекрасного. Остальные три чувства, сколь ни велика их роль в повседневной жизни, остаются за бортом эстетики.

Основой ее трактовки являются категории содержания и формы. Прогрессивное историческое развитие идеи прекрасного определяется нарастанием гармонии между ними, в процессе которого форма, прежде всего концентрирующая в себе основную эстетическую идею, из внешней становится все более внутренней, все более значимой для содержания. Здесь выявляется и присущность идеи прекрасного только субъекту. Природа, сама по себе совершенно пассивная, неодухотворенная, полностью лишена красоты, которая в ней появляется как некий отблеск развивающейся духовной красоты. Например, даже животные вызывают у нас благотворные чувства симпатии лишь в результате того, что они напоминают нам те или иные стороны и качества человека.

В соответствии со своей доктриной триадности Гегель подразделяет все искусство натри его разновидности — искусство символическое, клас- 729

сическое и романтическое. Определяемые степенью гармонии содержания и формы, по Гегелю, они находят соответствие в трех хронологических эпохах его истории.

Такое разделение искусств эстетик дополняет его различением в зависимости прежде всего от материала, используемого в определенном творчестве. Первый вид искусства — архитектура, материал которой черпается в неорганической природе, в нем менее всего может быть реализовано начало формы, идейности. Второй вид искусства — скульптура. Его пластика тоже формирует неживой материал, но подчиняет его все более осмысленным и многосторонним качествам человеческого тела. В третьей разновидности искусства — живописи, музыке и поэзии — материал все более тонок (поверхность холста в живописи + свет), даже бестелесен и духовно эмоционален (в музыке и поэзии).

Символическое искусство господствует в древневосточных цивилизациях, где тот или иной, прежде всего примитивный, архитектурный образ все же становится символом различных сторон человеческой жизни (выражаемой расплывчатыми образами богов).

Классическое искусство воцарилось в Древней Греции. Его пластические скульптуры, обычно воспроизводящие образы богов и мифологических героев, прекрасно воспроизводят человеческое тело. В ваятельном искусстве Античности, которое Гегель многосторонне знал и ценил с юности, была достигнута наиболее совершенная гармония содержания и формы. Но все же скульптурные образы — героев поэм Гомера, великих древнегреческих трагиков — не передают всей сложной духовности человека. Она достигается в романтическом искусстве, начавшемся еще в религиозную эпоху Средневековья и прогрессировавшем в великих произведениях Нового времени (Шекспир, Сервантес, Гете, Шиллер, Жан Поль и другие). У них мыслительное начало формы подчиняет себе — особенно в поэзии — содержание, в силу чего достигается максимальное выявление жизни духа. В ней все более торжествует прозаическое начало.

В этом описании эстетики Гегеля дана лишь беглая схема ее богатейшего содержания. Оно изобилует множеством глубоких анализов и ярких картин художественного производства. В целом же мысли Гегеля в этой сфере составляют представительные страницы курсов истории и теории искусства.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >