Смешение двух вопросов

Предмет этот становится еще запутаннее от смешения двух различных вопросов. Когда явление совершилось, то мы можем спросить:

  • 1) Есть ли какая-нибудь причина явления?
  • 2) Какова рода эта причина?

Никто не станет утверждать, что ум обладает способностью вывести заключение прежде всякого опыта, что появление внезапного шума с пламенем и дымом указывает на горение черного порошка, составившегося из смешения порошков черного, белого и желтого. Самый крайний защитник доктрин a priori согласится, что вид, форма, величина, цвет, сложение и другие характеристические качества причины могут быть узнаны только посредством чувств.

Вопрос же о том, есть ли вообще какая-нибудь причина явления, есть вопрос совершенно другого рода. Если бы взрыв мог случиться без всяких прежде существовавших условий, то он был бы новым творением, особым прибавлением к вселенной. Можно считать вероятным, что мы не можем вообразить себе ни создания, ни уничтожения чего-нибудь. Относительно материи это уже давно считается верным; относительно же силы тоже почти всеми признается за аксиому, что живая сила не может ни возникнуть, ни уничтожиться без особого творческого акта. Но однако сомнительно, чтобы существовала какая-то инстинктивная вера в это. Мы находим, что Лукреций, философ с большим умом и образованием, серьезно предполагал, что его движущиеся атомы могли уклоняться в сторону от своих прямолинейных путей самопроизвольно и этим самостоятельным образованием живой силы определяли форму вселенной. Кроме того, Эйри серьезно разбирал математические условия, при которых могло бы существовать вечное движение, т.е. постоянный источник самосоздающейся живой силы. Большая часть философского мира долгое время держалась того мнения, что в психических актах есть свободная воля, словом, самопричинность. Было бы напрасною попыткой примирить это учение с учением о причинности, как чистосердечно признавал это сэр В. Гамильтон.

Кроме того, очевидно, что утверждать существование причины для каждого явления значит отодвигать в неопределенное прошедшее непонятный факт и тайну творения. Во всякий данный момент материя и сила были или равны тому, что они есть в настоящий момент, или не равны; если равны, то мы можем поставить тот же вопрос относительно всякого другого момента, как бы он ни был далек в прошедшем, и мы таким образом принуждены были бы принять или одну альтернативу дилеммы вечное существование или же творение в какой-нибудь данный момент. Но это впрочем есть только один из случаев, в которых мы бываем принуждены принимать ту или другую из этих альтернатив, которые несовместимы. Моя же цель в этом случае только показать, что мы не должны впутывать этот крайне трудный вопрос в тот вопрос, который исследует индуктивная наука на основании фактов. Посредством индукции мы не приобретаем достоверного знания; но посредством наблюдения и обратного метода дедуктивного умозаключения мы определяем вероятность того, что случившемуся событию предшествовали условия специального характера, или что такие условия последуют за событием. ...

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >