Ещё раз о методах исследования

Уже в первом разделе достаточно много говорилось о методах исследования, в том числе о методах исторических. Возвращение к теме необходимо постольку, поскольку в тот, первый раз мы не характеризовали методы применительно к практике научной работы и «пропустили» ряд распространённых методов. Здесь, надо признать, безбрежное поле для комментариев, поэтому мы ограничимся только рядом вопросов.

Метод аналогии

В этом разделе целью нашего разговора будет демонстрация возможностей конкретного метода в конкретных же исторических исследованиях. Почему для этой цели избран метод аналогии, всё же не самый популярный в исторических исследованиях? Причин здесь несколько.

С одной стороны, об иных методах исторического поиска сказано уже немало. Много и подробно писалось о сравнительном (компаративистском) методе, детально характеризовался системный метод. Учёные внимательно исследовали природу анализа и синтеза, ретроспекции и типологии. Аналогии в этом смысле не повезло: её вниманием специалисты явно обделили. До сих пор о методе аналогии в учебных пособиях говорится либо вскользь, либо вообще о ней не упоминается.

С другой стороны, объявленный ныне методологический поход за новыми «теоретическими скальпами» может найти благодатную почву на основе именно метода аналогии, который даёт большие возможности исследователю и для интерпретации, и для формулирования новых концепций.

С третьей стороны, автор уже неоднократно обращался к этой проблеме и намерен поделиться с читателями некоторыми разработками теоретического и практического характера.

Умозаключения по аналогии отличаются от простого эмпирического сопоставления или сравнения. При накоплении эмпирических данных основанием умозаключения служит совпадение, часто повторяющееся в пределах нашего опыта. Отсюда мы можем заключить, что совпадение и ранее повторялось, и впоследствии будет повторяться, вне пределов нашего опыта. В доказательстве по аналогии основанием умозаключения служит сходство между двумя отдельными предметами или классами предметов. «Две вещи сходня в нескольких свойствах, следовательно, они сходны и в данном свойстве», говорил английский логик В. Минто.

Одними из первых теоретические возможности аналогии исследовали французские историки Ш.Ланглуа и Ш.Сеньобос. Здесь логическая цепочка рассуждений имеет следующий вид.

Экспериментальные науки имеют дело с реальными предметами, история - нет. Исторические факты были когда-то «материальными», однако ныне это уже прошлое. Но историк обладает воображением. Иерусалимский храм, пишут Ланглуа и Сеньобос, был материальным предметом, видимым для современников, но мы не можем его уже видеть, мы можем только создать его мысленный образ, аналогичный с тем, какой был у людей, его видевших и описавших. То есть механизм воображения основан на аналогии.

Безусловно, факты прошлого не тождественны фактам дня сегодняшнего: найти современный прототип Цезаря или Хаммурапи невозможно. В этой связи историки предлагают метод «сходства по не- определённости», понимая под последним «воспроизведение хотя бы существенных черт образов, бывших в уме непосредственных наблюдателей фактов прошлого».

Здесь, очевидно, всегда присутствует опасность ложных аналогий, но их можно избежать, заменяя ложные характеристики более точными. Таким образом, выкристаллизовывается суть предложенного методологического подхода: «Прошедшую реальность мы не наблюдаем, мы её знаем только по сходству с существующей реальностью.

Чтобы представить себе, при каких условиях совершались факты прошлого, надо изучать, путём наблюдения современного человечества, при каких условиях происходят аналогичные факты настоящего». Конечно, это не применение метода аналогии «в чистом», так сказать, виде. Это именно подходы, которые наметились в исторической науке в конце девятнадцатого века.

Как известно, умозаключение по аналогии состоит в том, что в результате тождества или сходства двух предметов в некоторых существенных признаках делается умозаключение о тождестве или сходстве в других признаках. В традиционной логике различают аналогию свойств и аналогию отношений. Рассмотрим первую: если обнаруживают, что предмет а обладает свойствами А, В, С, а сходный с ним предмет а1 свойствами А, В, то с определённой степенью вероятности можно предполагать, что предмет а1 также обладает свойством С.

Уже Дж. Фрэзер (1854-1941) в своём классическом труде «Золотая ветвь» блестяще применил данный метод, исследуя феномен Не- мийского жреца-убийцы. Должность эта приносила царский титул, однако, наследовать её можно было, лишь убив предыдущего жреца. Решить загадку происхождения данного обычая можно, умозаключая по аналогии, приходит к выводу учёный. И поясняет свою мысль следующим образом: «Если мы можем доказать, что такой варварский обычай существовал в других обществах, если нам удастся раскрыть причины существования подобного института, если нам удастся продемонстрировать, что те же самые причины действовали в большинстве человеческих обществ, тогда мы можем по праву заключить, что те же причины породили правила преемственности жречества в Неми».

Сразу оговоримся, что Дж. Фрэзер в целом очень высоко ставил метод аналогии и полагал, что с его помощью можно добиваться результатов стопроцентной истинности. Примеров такого рода подходов в его труда достаточно много, ограничимся сопоставлением таких категорий, как «магия» и «наука». Очевидно, ключевых для учёного категорий. Историк полагает, что «Аналогия между магическим и научным мировоззрением является обоснованной. В обоих случаях допускается, что последовательность событий совершенно определённая, повторяемая и подчиняется действию неизменных законов, проявление которых можно точно вычислить и предвидеть. Из хода природных процессов изгоняются изменчивость, непостоянство и случайность». Как магия, так и наука открывает перед тем, кто знает причины вещей тайные пружины, приводящие в движение огромный и сложный механизм природы, говорил автор «Золотой ветви». Даже если допустить влияние позитивистской методологии, нельзя не придти к мысли, что исследователь полагал аналогию «точным механизмом» исследования как природных, так и общественных явлений.

В аналогии отношений, хотя предметы могут быть и несходными, но отношения, которыми связаны эти элементы, являются подобными или аналогичными. Самые выразительные образцы применения метода аналогии вообще и метода аналогии отношений в частности продемонстрировала героиня многочисленных романов Агаты Кристи Джейн Марпл. Возьмём часто повторяющийся сюжет, связанный с рассказами о преступлениях, которые ведут самые разные люди. Когда очередь доходит до «тёти Джейн», как близкие именуют мисс Марпл, окружающие смотрят на неё с понятной иронией: что может случиться в деревенской глуши? Интересен ответ-аргументация по этому поводу мисс Марпл. Процитируем: «Человеческая природа везде более или менее одинакова, и это особенно замечаешь, когда наблюдаешь жизнь в тесных деревенских домиках». И ещё: «Конечно, это правда, что я прожила жизнь небогатую событиями, но у меня накопился достаточный, жизненный опыт для решения тех маленьких проблем, с которыми я сталкивалась. Ну, например, кто разрезал авоську мисс Джонс? И почему миссис Симс только однажды надела свою зимнюю шубу? Очень любопытные случаи для изучения человеческой природы». То есть «единство человеческой натуры» позволяет детективу свободно экстраполировать факты, события, явления из захолустной деревушки в великосветский салон, из придорожного кабачка на борт океанского лайнера. Грубо говоря, формула размышлений мисс Марпл часто повторяется: «Повариха А. раздражена, собирается бросить работу, её поведение резко изменилось; Графиня В. стала неожиданно часто менять любовников, опасаясь воды, купила билет на океанский круиз, стала забывчива; Ergo: и повариха А., и графиня В. что-то скрывают, возможно, связанное с важным событием, произошедшим недавно».

Состоятельность выводов по аналогии определяется главным образом характером исходного знания о сравниваемых объектах, о сходстве уподобляемых предметов, различиях между ними, зависимостью между признаками сходства и переносимым признаком.

Установление сходных признаков у сравниваемых предметов или отношений служит основной предпосылкой применения самого умозаключения по аналогии. Вывод будет состоятельным лишь в том случае, если выявлено и зарегистрировано дополнительное сходство, при этом не в любых, а лишь в существенных признаках. Выводу по аналогии должно предшествовать точное выяснение сходных признаков у сравниваемых предметов. При этом сходство должно быть не приблизительным, а строго определённым, конкретным, сходством в существенных признаках. Отсутствие такого сходства делает умозаключение по аналогии несостоятельным. Важным условием обоснованности выводов по аналогии является учёт тех признаков, по которым различают уподобляемые предметы. В одних случаях различия бывают несущественными, то есть совместимыми с переносимым признаком. Но могут встречаться свойства, препятствующие переносу признаков с одного предмета на другой. Они несовместимы с переносимыми свойствами или отношениями. Так, например, если у предмета В наряду с признаками сходства Р, К, С обнаруживают признак М, несовместимый с признаком Т, то это обстоятельство вообще исключает применение аналогии. Чем сложнее изучаемые системы, тем незаметнее могут стать их несовместимые характеристики.

Главный же источник заблуждений в доказательствах по аналогии состоит в том, что умозаключающий может не обратить внимание на те свойства предметов, которыми они отличаются друг от друга. Часто случается, что сходство, по своей незначительности достаточное лишь для риторического сравнения, употребляется в качестве основания для серьёзного доказательства. Так, иногда приравнивают общество к живому организму, с целью перенести на государственное управление те приёмы, которые оказались успешными для лечения организма. Так, во времена Английской республики второй половины семнадцатого века защитники ежегодных выборов членов парламента основывали свои доказательства на свойстве змеи ежегодно менять свою кожу: «Посмотри на мудрейшее из животных - на змею, верную эмблему вечности и прочности государственного порядка; каждый год она меняет кожу и со свежей силой и обновленной жизнью выходит после каждой такой смены. Британия! Подражай этой змее, возобновляй Палату общин, твой государственный покров, ежегодными выборами. Тогда ты будешь жить в безопасности и закрепишь за своими сынами свободу».

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >