Метод

Метод есть путь исследования или познания, способ построения и обоснования системы знания. В истории общественной мысли существует один почти забытый сегодня афоризм, согласно которому вопросы метода обсуждаются главным образом во времена научного упадка, а не во времена научного расцвета. Так ли это, попробуем поискать ответ несколько позже, по ходу изложения проблем.

Обратим, в начале, внимание на генезис проблемы. Чтобы изложение было максимально конкретным, рассмотрим первоначально генезис методов, связанных с историей.

Как проблема метод стал рассматриваться в Новое время, с возникновением экспериментальной науки. И ключевое значение здесь имели труды Рене Декарта (1596-1650). Рассуждая о методе, Р. Декарт фактически отказал истории в праве на жизнь. Или, другими словами, понимание специфики метода (по версии французского учёного) исключило историю из числа наук. Полемика с идеями такого рода выходит за рамки нашей работы, мы лишь подчеркнём, что метод (понятый определённым образом) может разрушать науку точно также как и созидать новое знание.

Исторический скептицизм Декарта, к слову, нисколько не обескуражил историков. Мы коснёмся лишь одной точки зрения. Уже к концу семнадцатого века сформировалась новая школа историков, которые предложили свой метод познания истории. Здесь были сформулированы три базовых принципа: никакой авторитет не должен нас заставлять верить в то, что, как мы знаем, невозможно (добавим, что это парафраз замечаний самого Декарта); источники надо сопоставлять друг с другом, чтобы они не противоречили друг другу; письменные источники надо проверять неписьменными.

Несколько позже позитивисты обратили внимание на возможность использования в ходе исторических исследований методов естественных наук. Это вытекало из той констатации, что исторический процесс по существу тождествен природному процессу. Подробно позитивистская концепция будет рассмотрена в третьем разделе работы.

Историки девятнадцатого века разработали метод филологической критики (или критический метод). Его авторы- Л. фон Ранке (1795-1886) и Б. Нибур. Конкретизируем его суть. Данный приём, в сущности, включал в себя две операции: анализ источников, разложение их на составные части, выявление в них более ранних и более поздних элементов, что позволяет различать достоверное и недостоверное. Далее должна присутствовать имманентная критика даже наиболее достоверных их частей, показывающая, как точка зрения автора повлияла на его изложение фактов. Владея этим методом, историки знали, как выполнять собственную работу по своим методикам и не подвергались серьёзной опасности со стороны сторонников естественнонаучных теорий.

Суть метода можно охарактеризовать и таким образом: историк не пассивно воспроизводит содержание исторического источника, а старается с помощью соответствующей техники установить достоверность имеющихся у него сообщений. В конечном счёте, он сам решает, принять или отвергнуть сообщение источника, он, стало быть, несёт критерий истины в себе самом.

Леопольд фон Ранке в одном из своих трудов с иронией заметил, что отклоняет от себя тяжкое бремя, возлагаемое обычно на историка судить прошлое и давать советы на будущее. Он лишь показывает, «как всё было на самом деле». К слову, на этом методологическом пути Ранке добился признания: убеждённый лютеранин, он пишет историю папства в период Контрреформации, и её благосклонно принимают во всех католических странах. Немец, он пишет историю Франции и не вызывает недовольства французов. Человек тонкого ума, он умел обойти острые углы, не выставляя напоказ свои собственные религиозные и философские предпочтения.

Вильгельм Виндельбанд (1848-1915) в своём «Ректорском слове», произнесённом в Страсбурге в 1894 году не только провёл известное разделение «номотетической науки» (собственно науки) и «идио- графической науки» (истории). Он дал жизнь и так называемому проблемно-историческому методу. Его суть можно свести к следующим постулатам: историки должны делать свою работу самостоятельно, без вмешательства со стороны естествоиспытателей; термин «история» должен быть заменён термином «культура»; знание историком исторических событий состоит из ценностных суждений, то есть из высказываний о духовной ценности исследуемых им действий; историк концентрирует внимание не на теории познания, а на «схватывании» ценности изучаемого явления.

Вильгельму Дильтею мы обязаны методом «вживания» или сопереживания. В очень кратком виде его суть сводится к следующей констатации: историк воспроизводит не только изменения, происходящие в экономике, политике, но и побудительные мотивы деятельности людей. Именно благодаря собственной духовной жизни, в зависимости от её внутреннего богатства он может вдохнуть жизнь в мёртвые материалы, лежащие перед ним. Таким образом, историческое познание есть внутреннее переживание историком своего предмета. Для Дильтея история становится наукой только тогда, когда она осмысливается в категориях психологии.

Метод Эдуарда Мейера (1855-1930), известного историка античности, базировался на постулате такого рода: лишь те события мы можем назвать историческими, которые были продуктивными, то есть привели к определённым последствиям. Как формулировал сам историк, «историческое есть то, что произошло или имеет последствия». То есть, если, скажем, кумранские рукописи пролежали в пещере тысячи лет, они были не историчны до того времени, пока их не нашли пастухи и не передали учёным. Э.Мейер понимает историю как своеобразный спектакль, наблюдаемый извне. Но не как процесс, интегральным элементом которого является сам историк.

Французская историческая мысль может быть представлена в нашем анализе методом критики письменных документов, представленных Ш.-ВЛанглуа (1863-1929) и Ш.Сеньобосом (1854-1942). В книге «Введение в изучение истории» (1898) они базировались на позитивистских идеях О.Конта. Суть предложенного ими метода можно свести к трём положениям: обработка исторических документов основывается на тезисе, согласно которому человеческий разум в состоянии познать то, чего нет (прошлое), увидеть связь между прошлым и настоящим; усовершенствованная методика научного исследования способствует получению всё новых и новых фактов и установлению истины; критерием же истины может быть только разумность, здравый смысл.

Важнейшую роль, особенно для советской историографии сыграл марксистский метод. Вкратце его можно означить такими категориями, как диалектика, историзм, материализм, приоритет материальных (производственных) отношений над иными, классовая борьба как движущая сила развития, возможность объективных законов развития общества, деятельность, практика. История познаваема, её законы носят объективный характер, историк может познать историческое прошлое не только в силу свих субъективных качеств, сколько в силу объективности исторического процесса, подчиняющегося социальным закономерностям.

Достаточно много говорили в своё время о субъективном методе (в России- Н.К.Михайловский), прежде всего, в социологии. Этот метод предполагает, что из всего многообразия исторических фактов отбирают лишь те, которые имеют отношение к современному состоянию развития человечества. А поскольку оно неоднородно, культуры существенно различаются между собой, то и выбор, и сама оценка исторических явлений будут различны у историков разных стран и разных культурных систем.

В том же случае, когда вели речь об объективном методе, то за точку отправления берётся не изучающий субъект, а изучаемый объект.

И ещё одно замечание: тот факт, что в число перечисленных методов не вошли, скажем, логические методы (анализ, синтез и т.д.), естественно, не означает, что они не были востребованы историками. Мы акцентировали внимание на тех путях, способах познания, которые имели определяющее значение для развития именно исторической науки и составили эпоху в теоретическом обосновании методологических подходов.

На наш взгляд, на протяжении прошлого века сформировалось несколько основных подходов к пониманию сути метода в исторической науке. Кратко охарактеризуем их.

Получил дальнейшее развитие марксистский метод. Несмотря на очевидные догматические элементы, были достигнуты существенные результаты за счёт широкого применения в исторических работах метода диалектики, принципов философского материализма, отражения, историзма.

На основе релятивистских и объективистских подходов так же сформировались соответствующие методы познания.

Если релятивисты исходили из идеи равноценности вариантов интерпретации истории, то метод его сторонниками избирался произвольно, в зависимости от личных теоретических предпочтений автора. В самом деле, если исходить из того, что «истинных» концепций может быть ровно столько, сколько существует историков, то не всё ли равно, какими методами достигнута цель? Всё зависит от уровня и степени аргументации.

Объективистские концепции и соответствующие методы продолжали традиции позитивистского «прочтения» истории. Критериями объективности историка провозглашаются его беспристрастность, обязанность входить в систему взглядов оппонента, способность к самоконтролю и самодисциплине. Вновь становится популярным критический метод.

Широкое распространение получил герменевтический метод. Его суть заключалась во «вживании» в текст, вскрытии намёков в тексте путём изучения исторических реалий, а также психологическом анализе.

Французская школа историков, группировавшаяся вокруг журнала «Анналы» предложила ряд новых методов исследования. С этой целью предпринималась попытка «завладеть всеми науками о человеке и использовать их в своих интересах» (Ф.Бродель). Возникает тенденция абсолютизировать вспомогательные дисциплины, превратить присущие им методы исследования в универсальные, пригодные для любой эпохи и любой страны. География, социальная психология и демография не просто привлекались в качестве «сопутствующих» истории дисциплин, их методы стали превалировать в историческом исследовании.

В конце прошлого века получили широкое распространение методы структурализма. Рождение этого направления связано с именем Клода Леви-Стросса, выпустившего в 1958 году книгу под названием «Структуральная антропология». В ней учёный доказывал, что методы, цели и объект изучения, у историков и этнографов один и тот же, различие же заключается в том, что историк организует свои данные с помощью осознанных выражений условий социальной жизни, а этнограф - неосознанных. К. Леви-Стросс стремился найти в материалах, касающихся жизни первобытных племён и народов внутренние связи, зависимости, структуры. Последователи учёного искали в обществе скрытые структуры, отличающиеся от непосредственно данной совокупности общественных отношений и представляющие собой своего рода языковой код.

Важное методологическое значение для многих историков имели такие философские школы, как экзистенциализм, неопозитивизм, томизм и методы, предложенные этими научными направлениями.

В рамках иных современных (прежде всего западных) концепций выдвигаются на первый план методы демографии, интеллектуальной истории, гендерной истории и т.д. Скажем, большое значение для гендерной истории имела разработка категорий «гендер» (социокультурная конструкция пола), «гендерный стереотип», «гендерная роль». Учитывая междисциплинарный характер «гендерной истории», важно то, что в историческую науку «пришли» методы иных дисциплин: социологии, психологии, экономики и т.д.

Методы (исторические) могут быть и иные. Скажем, испанский мыслитель Ортега-и-Гассет (1883-1955) предложил метод поколений в истории. Его суть в том, что ключевой категорией для историка становится «поколение». Это понятие объединяет два признака: единство возраста и наличие жизненных контактов. По мнению Ортеги, жизненный ритм истории определяется известным возрастом, типизацией людей известного возраста. Возраст - не дата, а некая «зона дат», где в одном жизненном и историческом периоде сосуществуют не только те, кто родился в один и тот же год, но и те, чьи даты рождения относятся к одной «зоне».

А вот как выглядит метод современного французского историка, антрополога Луи Дюмона, который он продемонстрировал в своей работе по описанию системы каст. Прежде всего, он выступил против того, чтобы «измерять» и «описывать» изучаемое этнографическое явление «чужими мерками». Неумение и нежелание пользоваться заранее определёнными и сконструированными схемами и простое «наложение» их на объект исследования было связано с тем, что это казалось ему ложной посылкой в любом научном поиске. То, что он предлагал, можно назвать методом изучения явлений исходя из их собственных внутренних законов, не привнося гетерогенных построений и схем. Относительно касты он полагал, что она представляет собой оригинальную цивилизационную модель, построенную на собственных «сознательных» принципах, и надо начинать с изучения этих принципов, а не неких умозрительных конструкций и схем. Он так и делал, основываясь в своих исследованиях как на изучении письменных памятников, то есть религиозных и иных текстов, так и на собственно этнографических материалах.

Такие примеры мы могли бы продолжать, важно остановить внимание читателя на принципиально важной детали: метод во многом определяет концепцию исследовательской работы. И, в данном случае, безразлично, что лежит в основе: концепция или метод. Потому что одно без другого понять невозможно.

На современном этапе методологического знания в учебной литературе принято делить все методы исторического исследования на логические (анализ и синтез, аналогия, сравнение, моделирование, обобщение), общенаучные (наблюдение, эксперимент, идеализация, восхождение от конкретного к абстрактному и от абстрактному к конкретному и др.), специальные исторические методы. Остановимся несколько подробнее на последних.

Ретроспективный - последовательное проникновение в историческое прошлое с целью определения причин рассматриваемого события.

Историке-системный - углубленный анализ социальноисторических систем, раскрытие внутренних и внешних механизмов их функционирования.

Историко-типологический - определение общих черт в пространственных группах исторических событий и явлений или выделение однородных стадий в их беспрерывно-временном развитии.

Историко-сравнительный или компаративный - сравнение исторических объектов в пространстве и во времени и определение сходства и различия между ними.

Историко-генетический - изучение исторических явлений в процессе их развития, от зарождения до гибели или современного состояния.

Кроме традиционных современной исторической науке присущи и нетрадиционные методы. Среди них целесообразно выделить социально-психологические методы, количественные методы, методы современной лингвистики (иррациональное определение природы текста как продукта социально-речевой деятельности), семиотики (вычленение знаков, разделение знаков и их значений, способы кодировки знаков), искусствоведческий анализ (выявление социальной информации, анализ текстов) и ряд других.

Предварительные выводы, в рамках рассмотрения методов исторического исследования, носит следующий характер.

Очень часто предложенная тем или иным теоретиком методология и есть, по своей сути, метод. И, соответственно, наоборот. Хотя, очевидно, понятия «метод» и «методология» не тождественны.

Принципиально важное значение для историков (предполагаю, что определяющее) носят теоретические поиски, прежде всего, философов, разрабатывающих концептуальные вещи. То есть появление нового философского течения означает (во многом автоматически) появление нового метода, который может быть использован и в исторической науке. Достаточно в этой связи назвать позитивизм, марксизм, постмодернистские толкования. Более того, именно философские поиски самих историков во многом приводят их к формулировке важнейших теоретических постулатов.

Важно и то, что методы исторических исследований во многом «вырастают» из достижений иных наук, в том числе, в области метода.

И ещё один момент. Существует своеобразная филиация методов, их саморазвитие, в процессе которого известный ранее «классический» метод может приобретать иные черты, а то, что считалось навеки утраченным, выплывать в новой модификации. Точно также говорить о том, что методы абсолютно «чисты» в формальном смысле, можно только в теории. На деле мы можем наблюдать их «пересечение», «проникновение» друг в друга.

В принципе, всё сказанное, за немногим исключением можно отнести и к иным общественным наукам. В том смысле, что теория метода во многом универсальна, особенно в части логических, общенаучных методов. Конечно, каждая из наук может привнести нечто новое, но, как показывает практика, новейшие достижения мгновенно становятся достоянием всего комплекса социальных наук.

Обширной классификацией методов оперирует психология. Не углубляясь в тему, назовём метод проб и ошибок, метод семантического дифференциала, методы исследования личности и т.д. Если любопытствующий обратится к книге, например, «Великие психологи» (Ро- стов-на-Дону, 2000), то легко обнаружит, что фактически каждое громкое имя в психологии, это, прежде всего, метод. Вильгельм Вундт- креативный синтез, Роберт М. Йеркс - методы сравнительной психологии и психобиологии, Джеймс Дж. Гибсон и методы порядковой стимуляции, собственно, примеры бесконечны. Вспомним лишь метод аналогии Милтона Эриксона.

Его метод использования аналогий в общении с пациентами ввёл в обиход новую теорию изменения. В прошлом клиницисты работали с аналогиями пациентов, чтобы получить информацию об их состоянии, например, анализировали сны и фантазии. Они считали, что, заставив пациента осознать метафорическое значение своих аналогий, смогут спровоцировать изменение, так же как при обсуждении параллелей между содержанием фантазии и реальной жизненной ситуацией.

Эриксон считал, что, заставляя уяснить параллели между аналогичными ситуациями поступками, не только не поможешь, а скорее заблокируешь изменение. Осознание лишь маскирует сложность проблемы. Предлагаемая Эриксоном терапия должна отвечать двум требованиям. Во-первых, терапевт должен говорить о чём-то аналогичном тому, что пациент хочет изменить. То есть говорить об А, чтобы изменить Б, и при этом А и Б похожи. Когда аналогия выбрана, терапевту необходимо определить, как именно А может изменить Б. Просто поговорить об А и провести аналогию недостаточно, а сделать её явной значит разрушить возможность изменения.

Не могу не привести ещё один актуальный пример, только из психолого-кинематографической сферы. Весной 2007 года на экраны вышел фильм швейцарского режиссёра Д.Леви «Мой фюрер: самая правдивая правда об Адольфе Гитлере». Анонсирована как кинокомедия. Там, совсем в жанре психоанализа, рассказывается об одном эпизоде из жизни фюрера. Выясняется, что великий диктатор играет в ванне в кораблики, что он писается в постель и что в детстве его не любил папа. Метод позволил ввести в оборот художественных средств массу интересных вещей, которые, впрочем, многих не развеселили.

К слову, сама тема о методах в психологии, может быть, полем исследования не одного учёного, в том числе, не обязательно молодого.

Если обратиться к литературоведению, то метод здесь определяется обычно как совокупность принципов изучения литературы, вытекающих из её теории. Достаточно много говорится в этой связи о художественном методе, методах, связанных с позитивистской, кантианской, марксистской и иными теориями. Мы лишены возможности их характеризовать в данном контексте, отметим лишь, что важность проблемы не вызывает сомнений.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >