Сопоставление как важнейшее средство анализа литературно-художественных произведений, образов и явлений

Необходимость сопоставления в качестве ведущего принципа и важнейшего метода изучения национальных культурных явлений базируется на самих психологических основаниях восприятия «своего» как «не чужого». То есть, для осознания себя всегда требуется представление о некоем ряде явлений, в котором «свое» занимает совершенно особое место, однако так или иначе связано (по принципам сходства, различия, соположенности) с иными однородными объектами.

«Сколько бы я ни изучал национальные особенности одной, русской, например, культуры, - пока я не привел их в сопоставление с национальными особенностями культуры другого народа, - ни одно мое утверждение не имеет достоверности», - пишет по этому поводу Г. Гачев[1].

Ученый подчеркивает преимущества такого «бинокулярного» взгляда на мир культуры и литературы, которые особенно ярко проявляются в случаях билингвизма: «Двуязычие способно создавать стереоскопичность зрения, объемность мышления. Двуязычники, живя между двух моделей мира, явственно ощущают, недостаточность, относительность каждой из них, чего не видит самоуверенный... одно- язычник, на каком бы великом языке он ни мыслил»[2]. И это верное в общеметодологическом смысле наблюдение еще раз убеждает в необходимости использования сравнительно-сопоставительного метода при анализе литературных произведений.

Психологические основания сопоставления как общего принципа восприятия и оценки действительности, важного метода исследовательской деятельности рассматриваются в общенаучных и методологических трудах. Сравнение предполагает аналитические наблюдения над отдельными свойствами, признаками, качествами объектов, а также синтетическое исследование совокупности качеств и связей между объектами. Это позволяет придти к обобщениям и указанию действительно существенных признаков сходства или отличия явлений и фактов, характеризующих их как соположенные, противопоставленные или смежные части неких систем. В результате уточняются представления о системе в целом. «Сравнение - это та конкретная форма взаимосвязи, синтеза и анализа, посредством которой осуществляется эмпирическое обобщение и классификация явлений», - пишет психолог Л. Рубинштейн[3].

По мнению А.М. Горького, осмысливавшего вопросы научной методологии, «метод исследования должен быть сравнительным, иначе это не метод»[4]. Применительно к литературе роль сравнительных методик отмечал видный методист XX века В.В. Голубков «Особенно важно для истории литературы как человековедения - это метод ее изучения, очень действенный для познания жизни: метод сравнения, систематического сопоставления литературных явлений»[5]. «Сравнение не уничтожает специфики изучаемого явления (индивидуальной, национальной, исторической), напротив, только с помощью сравнения можно точно определить, в чем заключается эта специфика», - подчеркивает примерно в то же время В.М Жирмунский[6].

Очевидно, что эта проблема многоаспектна: она и философская, и психологическая, и дидактическая, и методическая. М.Бахтин, отмечал два пути постижения чужой культуры и соответственно два возможных подхода к изучению литературно-художественных произведений: позиции вживания и позиции вненаходимости. «Вживание в чужую культуру, - пишет ученый, - возможность взглянуть на мир ее глазами есть необходимый момент в процессе ее понимания: но если бы понимание исчерпывалось одним этим моментом, то оно было бы простым дублированием и не несло бы в себе ничего нового и обогащающего»[7]. Рассматривая проблему в литературоведческом плане, Бахтин приходит к выводам общеметодологического научного плана, касающимся и вопроса, интересующего нас: «Чужую национальную душу может почувствовать и узнать лишь тот, кто знает свою национальную душу»[8].

В этой работе мы уже упоминали национальную концепцию одного из крупнейших философов России Н.А. Бердяева. В 20-е годы XX века в книге «Судьба России. Опыты по психологии войны и национальности», он развивает мысли о том, что установление человеческого братства народов, если в отдаленном будущем свершится такое, будет не исчезновением, а расцветом национальных индивидуальностей. Чувствовать себя гражданином вселенной совсем не означает потери национального чувства и национального гражданства. Национальную душу Н. Бердяев понимал как неизменный, устойчивый, индивидуально неповторимый, хотя и подверженный внешним влияниям феномен. Национальная душа способна обогащаться. Важнейший путь для достижение этого - усвоение инонациональных элементов культуры.

Цель сравнения в общенаучном методологическом плане - более глубокое постижение сущности сопоставляемых предметов, явлений, установление их места в системе, структуре, частями которой они выступают. Конкретные задачи сопоставления как важнейшего приема изучения русской культуры и литературы в многонациональном классе- обретение учащимися чувства единого культурного мира, неповторимыми и важными частями которого являются их национальные культуры.

Реальность социальной ситуации в современной России и на всем, так называемом «постсоветском пространстве» такова, что разделенные политически народы «по инерции» продолжают социальные, в том числе культурные контакты, развивавшиеся в период длительного сосуществования в пределах одного государства. Характерным представляется тот факт, что для филологических специальностей российских вузов в последние годы вводится курс литературы ближнего зарубежья. Проза белорусского писателя В. Быкова, «возвращенного» произведения выдающегося татарского писателя Гаяза Исхаки, повести и романы классика киргизской литературы Ч. Айтматова, пьесы азербайджанца Р. Ибрагимбекова, рассказы абхазца Ф. Искандера, романы грузинского писателя Н. Думбадзе, другие несомненно значительные, отвечают приведенным выше критериям явления советской многонациональной литературы. Тем более, что представители некоторых, в том числе названных народов бывшего СССР весьма многочисленны во многих городах современной России.

В процессе анализа произведений следует учитывать взаимосвязь и взаимодействие русского и родного языков, национальной и русской культуры, литератур разных народов России и Ближнего зарубежья. Важным для понимания произведения является и сравнение взглядов писателей, принадлежащих разным народам и разным религиозным конфессиям, на какое-либо культурное или бытовое, явление, исторический факт.

Литературы народов России содержат существенный для понимания их сути потенциал общечеловеческих, национально окрашенных ценностей, сформированных веками и десятилетиями сосуществования и взаимодействия народов. В этом сосуществовании постепенно и естественным образом самими народами выделялись те пласты культуры, которые вследствие их развитости и необходимости для многих, выходили за рамки узко национального функционирования и становились достоянием цивилизации Евразийского субконтинета или значительной его части. Одним из таких явлений стал русский язык. На его основе возникла русская художественная литература, а литература иноязычных народов России через его посредство становится достоянием других народов России и всего мира.

В большинстве республик и национально-территориальных образований русский язык является вторым государственным и в современных условиях выполняет функции языка межэтнического общения. Посредством перевода произведений национальных писателей на русский язык происходит освоение нравственно-духовных ценностей и общечеловеческого гуманистического содержания произведений национальной литературы.. Творчество крупнейших национальных писателей России является достоянием всей мировой культуры и важнейшей доминантой ее евразийской части. Конечно, литература позволяет также лучше понять суть общественных и политических процессов XX века, представляя их эстетически, воплощенными в слове, в живых картинах, характерах. История, общественная жизнь, процессы в области культуры XX века станут яснее, отразившись в зеркале литературы.

При этом нужно учитывать особенности жанровой природы сравниваемых произведений, исторические условия их возникновения, художественные цели писателей. Индивидуальные языковые приметы творчества тех или иных авторов требуют специального внимания исследователя.

Оригинальность восприятия логико-эстетического потенциала художественного произведения читателем не в последнюю очередь обусловливается особенностями его родной этнокультуры, этическими установками и эстетическими пристрастиями, традициями народа. Мы уже говорили о своеобразном нравственно-этическом и эстетическом ядре национальных культур, объединяющем народы, являющемся основанием для взаимопонимания. На эти корневые народные ценности, общие для людей различных национальностей, и следует ориентироваться в процессе анализа произведений.

В фольклоре различных народов поведение и оценки героев уже основываются на общих нравственных принципах. Зло и добро, любовь, ненависть, радость, печаль, красивое и безобразное при всей экзотичности их ликов в сказках, легендах, песнях различных времен и народов сохраняют узнаваемый облик, поддаются более или менее универсальным оценкам, могут выполнять те общие задачи воспитания, развлечения, эстетического развития, которые стоят перед детской литературой. По мере развития письменных литератур различных народов происходит все большая индивидуализация жанрово-стилевых примет, закрепляется национально характерный круг героев и проблем. И все же детское чтение по-прежнему стремится отыскать в этом многообразном и радующем неповторимостью мире литературы различных народов нечто универсальное, основывающееся на тех же незыблемых морально-этических и эстетических принципах. Детская литература находится в вечном поиске добра и красоты. Преодоление сил препятствующих этому создает необходимое конфликтное напряжение, сближающее переживания, вызванные книгой, с жизнью, реальностью. Перелистывая страницы родных и переводных детских книг, ребенок в идеале должен как бы пройти дорогами ищущего истину и свет человечества, убедиться в небесполезности и небесплодности поисков и борьбы, открыть для себя мир благородных и чистых стремлений, характеров, свершений.

Сопоставление нужно рассматривать в литературоведческом, психолого-педагогическом и методическом аспектах. Даже изучение русской литературы в русской школе связано со значительным количеством препятствий, обусловленных недостаточным владением отдельными учащимися языком, понятийным аппаратом, связанным с реалиями русской культуры, историческими и бытовыми представлениями. Трудности в понимании могут вызывать также архаические слова и обороты. У нерусских детей в классе, занимающемся по основным программам общеобразовательной школы, эти трудности встречаются чаще. Все это ведет к обеднению впечатлений, неверному пониманию содержания и значения художественного образа, явления, всего текста. Для того чтобы максимально сблизить исходные параметры восприятия литературного произведения в многонациональном классе требуется предварительное комментирование текста.

Лингвострановедческие комментарии, трактующие термины, лексемы, понятия, факты, обусловленные и помогающие уяснить специфику национальной жизни, характера, литературы являются необходимым элементом урока в многонациональном классе. Опыт убеждает, что даже казавшиеся 20 - 30 лет назад простыми и очевидными понятия оказываются неясными, нуждающимися в комментарии для современных подростков. В частности, хрестоматийное, почти всегда рекомендуемое для заучивания наизусть стихотворение А.А. Блока «Россия» не вполне понятно современным городским подросткам уже в самом его начале:

Опять, как в годы золотые,

Три стертых треплются шлеи,

И вязнут спицы росписные

В расхлябанные колеи...

Общего понимания пейзажно-этнографической ситуации (дорога, путешествие, русские легенды, сказки, песни) для верной трактовки стихотворения недостаточно. Выделенные слова требуется охарактеризовать этимологически и по сфере употребления.

Комментарий помогает уяснить, что шлея - часть упряжи, и следовательно, лирический герой путешествует по русским «расхлябанным» дорогам все-таки на тройке, да к тому же фасонистой, с претензией на роскошь - росписные спицы. В этом контексте точнее понимается дальнейшее. Только через комментарий становится ясным истинная задача автора, обусловленная жанром, в котором он работает (лирическое стихотворение), художественной методологией (символизм), далекой от задач реалистического воссоздания жизни. Называя в следующей строфе Россию «нищей», поэт скорее использует традиционную условно-поэтическую формулу, чем характеризует действительное экономическое состояние России начала XX века, что не может являться задачей поэта-символиста. Понимание этих аспектов ориентирует на восприятие в первую очередь образно-символического содержания текста. Это соответствует задачам автора.

Сравнение создает проблемную ситуацию. Усилия по ее разрешению помогают развитию мыслительных способностей учащихся, их возможностей эстетической оценки. В качестве примера сосредоточим внимание на некоторых аспектах изучения женских образов романа М.А. Шолохова «Тихий Дон», концепции национальной жизни, воплощаемой писателем, других вопросов содержания и формы этого произведения на основании последовательного вычленения общечеловеческого нравственно-этического потенциала произведения с применением сопоставительных методик.

Различные виды сравнения и сопоставления входят в содержание заданий, получаемых учащимися на стадии предварительного самостоятельного чтения, составляют содержание сообщений, готовящихся отдельными учащимися, являются важнейшей частью лекции учителя, предлагаются в вопросах для коллективного обсуждения в классе. Сопоставительные вопросы составляют значительную часть тематики сочинений, рефератов, устных сообщений, предлагаемых в ходе изучения произведения. В итоге учащиеся должны продвинуться по пути овладения разносторонним, комплексным сравнением. Его отличает умение видеть неочевидные сходства и отличия, несмотря на кажущуюся идентичность или первоначальное ощущение полного несовпадения образов, героев, произведений. В таком случае сопоставляемые объекты на выходе воспринимаются как части некой развивающейся системы.

Напомним о необходимости комментирования значительного числа лексем и понятий, особенно в первом томе «Тихого Дона», перенасыщенном устаревшими, диалектными, областными словами. Это связано с писательской установкой на создание языковыми средствами своеобразного донского, казачьего колорита. В то же время удельный вес этого речевого пласта в произведении неуклонно снижается. Можно, например, предложить сравнить в этом отношении начальные страницы первой и последней частей романа. На первой странице первой части нуждаются в комментировании не являющиеся общелитературными, повсеместно употребляемыми слова и понятия: хутор, баз, стремя Дона, гуменные плетни, живущой придорожник, займище, чекмень, майдан, жил бирюком, гутарить, прогон, ажник. На соответствующей странице восьмой части в этом отношении требуют некоторого внимания лишь слова огорожа и прясло. Вывод учителя литературы из этого языкового наблюдения, доступного самим ученикам, может быть связан с характеристикой идейно-содержательного своеобразия эпопеи. Историю казачества, судьбу казаков в революции писатель рассматривает как важную, показательную часть общенациональных испытаний. Индивидуализированные характеры главных героев в конечном счете воплощают наиболее характерный путь среди испытаний времени людей с живой душой и неравнодушным сердцем.

Общезначимое у Шолохова постоянно вызревает в индивидуально неповторимом. Эта общая тенденция эпопеи отражается и в языковых особенностях произведения, постепенном снижении диалектнообластного колорита в пользу общелитературной речи.

При осмыслении идейно-содержательной стороны романа следует сосредоточить внимание на огромной роли национального вопроса в эпопее М.А. Шолохова. А выводы по итогам изучения произведения своим пафосом следует направлять на мысль о торжестве общечеловеческих жизненных и нравственных ценностей, преодолевающих разрушительную силу гражданского и национального раздора, ставшего причиной войны, национальной трагедии.

Уже первые страницы романа, рассказ о прошлом казачьей семьи Мелеховых, весьма остро и критично изображают дух нетерпимости, подозрительности к чужакам, царивший на хуторе. Когда Прокофий Мелехов привел в дом «иноземку-жену», это стало основанием для недовольства отца. Тот «в курень его не ходил до смерти, не забывая обиды». Странная внешность, одежда турчанки, ее нелюдимость рождают слухи о том, что она «ведьмачка». Заканчивается эта история, как мы помним, трагически: избитая односельчанами жена Прокофия умирает, оставив недоношенного ребенка, сам он оказывается в тюрьме. «С тех пор и пошла турецкая кровь скрещиваться с казачьей. Отсюда и повелись в хуторе горбоносые, диковато-красивые казаки Мелеховы, а по-уличному - Турки».

Гражданская рознь, основанная на национальной нетерпимости и чувстве национальной исключительности проявляется в жизни казаков и в дальнейшем. Писатель не скрывает этой жестокой правды о темной стороне жизни, мироощущения его любимых героев. Остановите внимание на сценах драки казаков с хохлами (т. 1, гл. 4): «Дрались не так, как под пьянку у кабака или в стенках на Масленицу». Тогда же происходит знаменательный для понимания многого в дальнейшей судьбе казаков, характеризующий одну из важных сторон их мировоззрения разговор хуторян со ссыльным Штокманом. Возмущение вызывает его утверждение, что «мы с тобой обое русские». «Казаки от казаков ведутся», - заявляют ему в ответ. И в дальнейшем эта областническая спесь существенно скажется на выборе казачьего населения в период революции, станет основанием многих трагедий, существенной частью войдет в совокупность причин страшной гражданской войны.

Национальный раскол оказался настолько болезненным потому, что серьёзные противоречия существовали не только между «угнетателями» и «угнетёнными», но и между отдельными слоями «простого» народа. И немаловажной причиной этого была «национальная проблема», стремление отдельных социальных групп отстоять привилегии, основанные на действительном или выдуманном этническом отличии одних людей от других.

Казаки в истоке социального явления - это не поддавшиеся закрепощению, беглые мужики. Терпеть несправедливость, гнёт соглашались не все. Но и на открытый протест решались люди специфических качеств - более активные, боевые, склонные к переменам. Определённые, народного корня особенности концентрировались в этом слое крестьянства, проявлялись в казаках в большей степени, чем в остальных мужиках. Свободолюбие и авантюризм, готовность к действию и желание не заглядывать в будущее, а жить одним днём, демократизм и анархические порывы, сила духа, воинская сметливость, мужество и неизбежная для воина жестокость, потеря нормального человеческого отвращения к крови - всё это образует характерное для казачества противоречивое единство качеств, ставших важнейшими вследствие неоднозначного жизненного выбора.

Национально историческая роль казачества не подлежит сомнению. Казаки, так много бунтовавшие против царя, стали одним из оплотов развивавшейся русской государственности. Л.Толстой замечал даже, что «вся русская история сделана казаками». В 17- 19 веках не случайно именно в образе «казака» представляет себе Россию весь мир, соприкасавшийся с нею на Востоке и на Западе. Вместе с тем, «зов земли», постоянное влияние и возрождение иных, традиционных же, народных качеств не позволяло казакам при известной степени обособления «выйти из русского народа». Трудолюбие, любовь к земле, тесная связь с природой, характер труда и быта, язык, обычаи, фольклор, основной массив нравственных представлений и ценностей и многое другое образовывали тот общий крестьянский корень, который питал и ярко, буйно процветшую ветвь русского казачества.

Эту диалектику хорошо понимал и выразил Шолохов, рисуя характеры и судьбы казаков. Понимал художник и драматизм, обусловленный противоречивой сутью фундаментальных, корневых народных идеалов и свойств и тех, которые вынуждены были по преимуществу развивать в себе казаки. Противоречия целого и части, моря и потока. В историческом бытии народа эти противоречия вполне преодолимы. На отдельных этапах исторического движения они могли вести к драмам и трагедиям людей, исторических личностей.

Среди вопросов, которые следует предложить в ходе осмысления биографических сведений о Шолохове, его позиции в сложных событиях периода гражданской войны, идейно-политической борьбы 30-х годов, немаловажным в многонациональной аудитории может оказаться вопрос о социальной и духовной связи писателя с казаками.

Он вырос в семье станичного купца и предпринимателя, имевшего наемных работников. Его отец, Александр Михайлович, происходил из воронежских крестьян, работал служащим в купеческой лавке, в торговом доме, был управляющим паровой мельницей, заведующим заготконторой. Мать писателя, Анастасия Даниловна Черникова, по происхождению была украинкой. Рано осиротела, работала горничной у деда Шолохова и была насильно выдана замуж. Муж, пьяница и буян, урядник Кузнецов избивал ее. Она вернулась в дом Шолоховых. У них с Александром Михайловичем родился сын, но до семи лет Миша носил фамилию Кузнецова, «законного» супруга матери, потому что был незаконнорожденным. Мать и отец писателя, отстаивая свою любовь, пошли против воли родственников и все-таки поженились. Отголоски семейной истории слышатся в сюжетных поворотах «Тихого Дона», судьбах Григория, Аксиньи, Степана Астахова.

Сам будущий писатель венчался в церкви. Его тестем стал зажиточный казак, одно время бывший станичным атаманом, а позже псаломщиком. В 1927 году Шолохов хотел вступить в комсомол, но не был принят: в то время действовало постановление «О регулировании роста комсомола», согласно которому в комсомол можно было принимать только рабочих, крестьян-бедняков и батраков.

Так что лучшее произведение о судьбе русского казачества в годы Первой мировой войны, революции и гражданской войны создано вовсе не казаком, и не стопроцентно русским по происхождению. Писатель сумел это сделать, потому что сроднился, сжился с родным краем и людьми, потому что умел видеть достоинства и слабости земляков, потому что высшим судом и критерием оценки поступков для него были общечеловеческие народные понятия справедливости, чести, правды, душевности, добра и любви.

Анализируя женские образы романа, следует особенное внимание обратить на характеры матери Григория Ильиничны, его жены Натальи, Аксиньи Астаховой. Особый поворот писательской мысли связан с тем, как неожиданно складывается в финале произведения судьба младшей сестры Григория Дуняшки.

Рассказывая о страшной истории молодости Аксиньи, изнасилованной отцом, избиваемой за «бесчестие» мужем, писатель еще раз подчеркивает, как много накопилось в жизни и обычаях хуторян такого, что не согласуется с понятиями высокой нравственности, ограничивало человека в его свободном выборе путей к счастью, мешало осуществлению мечты о справедливой, праведной жизни по законам любви, согласия, взаимоуважения. Эти идеалы живы в народной душе, определяют поступки и стремления лучших его представителей, но для многих не являются программой поведения в повседневной жизни. Далекий от классовых, однобоких, тенденциозных оценок событий Шолохов более глубоко, чем другие, анализирует причины краха российской государственности в начале XX века, страшных испытаний выпавших на долю народа, осуществленных его представителями и в определенном смысле заслуженных им.

Шолохов не приукрашивает действительности, пишет о страшных проявлениях человеческой натуры в ходе начавшейся смуты. Женщины побили кольями безоружных пленных красноармейцев, Дарья стреляет в кума Ивана Алексеевича Котлярова. Объяснить чувства и поступки людей можно, но народное нравственное чувство не позволяет воспринимать как должное награду за такой «подвиг». Нельзя награждать за то, чего следует стыдиться и ужасаться, в чём следует каяться. Тут ни родственные чувства, ни социально-политический выбор человека не являются главным. Страшный конец Дарьи - в какой то степени и расплата за содеянное. Думается, что сама она понимала многое, решаясь на страшный поступок - самоубийство.

Сопоставительный анализ характеров Аксиньи и Натальи будет произведен в следующем параграфе. Для понимания сути воззрений Шолохова на роль материнского начала в жизни отметим значение образа Ильиничны. Мать ждет и жалеет своих сыновей, не вдумываясь в суть социально-политических противоречий, других причин, заставивших их воевать, убивать, умирать. Ей ненавистно все, что несет смерть и разрушения. Война- всеми своими проявлениями противостоит животворящему, материнскому началу в жизни.

Отмечаем также продуманную писателем особенность композиционного построения произведения. После предварительного краткого рассказа о бурных событиях прошлого картины мирного повседневного быта мелеховского куреня, рыбалки сына и отца, спокойные умиротворенные пейзажи раннего верхнедонского лета воспринимаются с особым чувством, как восстановившаяся, налаженная прекрасная жизнь. В ней есть свои сложности и противоречия, даже драматизм, но это перспективная, нравственно и духовно полноценная жизнь. В центре помыслов и дел людей - заботы семьи, дома, продолжения рода. Скрепляет и одухотворяет этот мир материнское начало. Ильинична пользуется абсолютным авторитетом в доме, в глазах детей, своего горячего и отнюдь не благостного и безгрешного мужа именно потому, что является хранительницей очага, важнейших человеческих ценностей, делающих человека прочным, а жизнь не бессмысленной.

С началом войны этот мир рушится. Людей ожесточает необходимость участвовать в узаконенном убийстве, разрушительная вера в справедливость только собственных идей переустройства мира делает врагами односельчан, братьев, является одной из причин гражданской войны. Жертвами ее становятся в первую очередь и главным образом женщины, дети, старики. Из двух непосредственно воевавших братьев Мелеховых Григорий все-таки остается в живых, а семья погибает в ходе смуты почти полностью.

Вчерашние приятели Григорий и Михаил Кошевой сделались непримиримыми врагами. Но Михаил и подросшая Дуняшка полюбили друг друга. Пока была жива, Ильинична противилась союзу дочери с убийцей сына Петра, хотя и пожалела Михаила в сцене, когда его бьет лихорадка. Материнское берет верх даже в такой ситуации.

Михаил прямолинеен, не хочет прощать. Он будто не устал от крови, как готовый на примирение со вчерашними врагами Григорий. Он преследует брата жены до конца, заставляет вновь бежать, скрываться. Тем неожиданнее финал, разрешение судеб героев. Новая семья, дом с его вечными требованиями и созидающими человеческую жизнь законами формируется вокруг Дуняшки. Вопреки всем обстоятельствам, разделяющим людей, здоровые связи между ними восстанавливаются. Сын Григория перенимает от Михаила первые навыки крестьянских умений. Из, казалось бы, несовместимых осколков враждебных семей возникает ядро нормальной человеческой жизни, которая оказывается все-таки сильнее сил разрушения.

Этот итог развития человеческих коллизий дополняет одна из пейзажных картин финала, изображение дивно оживающей по весне степи рядом с черной, выжженной весенними палами землей.

В качестве сопоставительного материала при анализе романа «Тихий Дон», других произведений о гражданской войне может быть использован роман Ч. Амирэджиби «Дата Туташхия». Основанием для сопоставления по принципу сходства может быть общий комплекс вечных нравственно-философских проблем, определяющих поиски героев и авторские оценки. Есть общее в жанровой структуре произведений, системе действующих лиц, можно отметить переклички на уровне отдельных коллизий. Конечно, многое в поведении и выборе героев писателей определяется присущим нации менталитетом, но народные основания духовного мира и системы ценностей противоречивых героев Шолохова и Амирэджиби вызывают несомненное сочувствие к ним со стороны писателей.

Среди татарских писателей с большим драматизмом и художественным мастерством изображает коллизии революционной эпохи Гаяз Исхаки. Он жил в эпоху перемен, на пороге событий, существенно изменивших историю татарского народа. Он создавал сложное, богатое подробностями, развертывающееся в разных планах изображение жизни татарского народа в один из важнейших периодов его истории. Его первостепенная литературная обязанность, историческое поручение, полученное им, состояло в том, чтобы описать трагедию человека своего времени, рассказать о ней себе и другим. Трагические страницы в жизни народа всегда являлись истоком великих достижений в области искусства. Запечатлев трагедию, искусство через эффект катарсиса утверждало жизнь и любовь вопреки смерти и ненависти. Эта общая закономерность проявила себя и в случае с татарскими писателями первой половины XX века. Усилиями Г. Исхаки и его соратников на общемировом эстетическом поле жизнь татарского народа получала такое же право на существование, как и жизнь иных народов, имевших более укорененую традицию профессионального литературного творчества.

В драме «На волнах» описывается драматичная судьба Разии - одинокой женщины-вдовы, посвятившей всю свою жизнь дочери Бану. Произведение отличается четкостью социально-национальной идеи, воплощаемой в нем писателем. События происходят во время Октябрьского переворота, и писатель выражает оценку реальной национальной политики большевиков, далекой от идей равноправия, дружбы, самоопределения, взаимоуважения, которые ими декларировались.

Сложен характер героини, которая когда-то ошибалась, была слишком прямолинейна и даже эгоистична в поступках, заставила страдать любившего ее Хайруллу. Он уходит на войну и погибает там. А позже неблагодарность показала лицо и самой героине. Ее любимая всем сердцем дочь бросает мать, выходит замуж, обрекая Разию на одиночество.

Непростой нравственно-психологический конфликт дополнительно осложняется социально-философскими коллизиями. Большевики, пришедшие к власти, изображаются писателем как безнравственные, жестокие люди. Для достижения политических целей они готовы на все. А целью для них является, в частности, подавление религиозных и естественных национальных чувств людей. Муж Бану был человеком, далеким от политики, но его убивают только за то, что он турок. Весьма выразительна сцена обыска в доме Разии. Новоявленные властители ведут себя как обыкновенные грабители. Сама Разия подвергается насилию. Эта простая женщина, никогда не вмешивавшаяся ни в какие конфликты оказывается лицом к лицу с толпой пьяных солдат. Однако маленькая, забитая женщина неожиданно проявляет подлинную стойкость, едва ли не героизм, смело противостоя пьяным мародерам.

Героиня ничем не может противостоять насильникам, однако она не теряет мужества в трагической ситуации, проявляя лучшие черты своей непростой натуры.

Существует точка зрения, что менталитет - интегральная характеристика людей, живущих в конкретной культуре, которая позволяет описать своеобразие видения этими людьми окружающего мира и объяснить специфику их реагирования на него. К этому справедливому определению следует еще раз добавить, что значительная часть ментальности личности, органически связанной с идеалами семьи, труда, жизни в согласии с совестью, оказывается пересекающейся, совпадающей с качествами, присущими людям иной национальности, но ведущим похожий образ жизни, разделяющим близкие идеалы, принимающим те же жизненные ценности.

Важная для нас в этой работе идея материнства одинаково значима для славянской, грузинской, армянской, татарской, иных национальных традиций. В связи с системой уроков, посвященных теме гражданского противостояния и войны можно вспомнить давнюю традицию многих народов Кавказа, когда брошенный женщиной под ноги сражающимся противникам-мужчинам платок останавливал кровопролитие. Хорошо выражена эта традиция в стихотворении Р. Гамзатова:

В горах джигиты ссорились, бывало,

Но женщина спешила к ним и вдруг Платок мужчинам под ноги бросала,

И падало оружие из рук.

О, женщины, пока в смертельной злости Не подняли мечей материки,

Мужчинам под ноги скорее бросьте Свои в слезах намокшие платки.

Среди христианских народов Кавказа и Закавказья - грузин, армян, осетин - особым почтением, как и в русской христианской традиции, пользуется образ Богородицы.

Одна из перспективных тем для актуализации в многонациональном классе вопросов переклички художественных образов и сюжетов в различных литературах и у писателей разных национальностей, как уже отмечалось, тема Великой отечественной войны. Обращение к ней происходит на разных этапах школьного обучения, систематически, как важный и своеобразный период истории литературы она изучается в выпускном классе. К этому времени рассмотрены сложные картины и противоречивые оценки периода революции, гражданской войны, тридцатых годов, дававшиеся в литературе, отмечена неоднозначность пережитого страной и ее народами времени. Тем важнее подчеркнуть, что в час смертельной опасности для самого существования родины и ее народов происходит возвращение к традициям национального языка, духовности, сближение в общем чувстве к отечеству писателей, принадлежащих к различным литературам России.

Не ожидая мобилизационных повесток, в Наркомат обороны и военные комиссариаты явились сотни писателей с требованием отправить их в действующую армию или в армейскую печать. То была внутренняя потребность художника-патриота встать плечом к плечу с солдатом и оружием слова внести посильный вклад в борьбу с врагом.

23 июня Шолохов телеграфировал правительству о сдаче в Фонд обороны присужденной ему за «Тихий Дон» Сталинской премии и выражает готовность «стать в ряды Рабоче-крестьянской Красной Армии и до последней капли крови защищать социалистическую Родину».

Аналогичным было желание многих писателей России. Свое кредо военного корреспондента дагестанский писатель Эффенди Капиев сформулировал кратко и четко: «Во время войны никто не должен иметь права говорить „слышал", „говорят", а только - „видел". Имевший право на офицерское звание, он остался рядовым, чтобы познать все тяготы „страшной профессий солдата", чтобы иметь моральное право писать и судить о ней».

Примером такого отношения к своему человеческому и профессиональному долгу может служить судьба великого сына татарского народа поэта Мусы Джалиля. 23 июня 1941 года он пришел в военкомат с заявлением зачислить его добровольцем в армию. Он отказался от брони, полагавшейся ему как члену Союза писателей. Его направили на военные курсы. После их окончания М.Джалиль работает в армейской газете Волховского фронта. Выходя из окружения, был тяжело ранен, попал в плен. Находясь в лагере, сумел создать антифашистскую организацию, которая вела работу среди военнопленных. Гитлеровцы решили использовать его авторитет при создании татаробашкирского батальона, который готовился для борьбы с советской армией. И он содействовал. Но не фашистам. Результатом его работы явилось восстание и переход батальона на сторону Советской Армии. Но уже без него. Мусу выдал предатель. Оказавшись в Маобитской тюрьме, он был приговорен к смертной казни, но и в «каменном мешке» смертника продолжал бороться словом. Единственным опасением было, что стихи не долетят до родины, «умрут вместе со мной». Однако часть их сохранили товарищи по заключению. Тюремный дневник Джалиля и составил его «Маобитскую тетрадь».

Читая ее, слышишь, как гордо бьется непокорное сердце истязаемого палачами сына Родины: «Быть героем - нет выше удела! Быть рабом - нет позора черней!» Стихи полны раздумий о судьбе родной земли, воспоминаниями о мирном времени, верой в окончательную победу над фашизмом, мужество его было примером для заключенных в тюрьме:

Песня меня научила свободе,

Песня борцом умереть мне велит.

Жизнь моя песней звенела в народе,

Смерть моя песней борьбы прозвучит.

Говорят, что Джалиль и на смерть шел с песней... Обращение к творчеству Джалиля в старших классах позволяет активно использовать способности молодых людей к эмоционально-образному сопереживанию. Этому способствует история яркой и трагической жизни поэта, которая обычно излагается подготовившими сообщение учащимися. Сам строй его стихов, где эмоции, романтический пафос борьбы со смертью, вера в торжество жизни и правды звучат открыто и страстно, не может никого оставить равнодушным.

Рядом с именем Мусы Джалиля золотом на скрижалях Великой Отечественной войны выбиты имена А.Гайдара и Ю.Крымова, В.Ставского и И.Уткина, Е.Петрова и Е.Майорова, П.Кульчицкого и Г.Суворова, Н.Отрады... Всего триста имен литераторов, не вернувшихся с полей сражений. Восемнадцать писателей стали Героями Советского Союза. Среди них посмертно удостоен этого звания и Муса Джалиль.

Военными корреспондентами были Л.Соболев, М.Шолохов, А.Фадеев, В.Вишневский, А.Твардовский, П.Павленко, Н.Тихонов, К.Симонов, В.Кожевников, М.Бубеннов, Вс.Кочетов, М.Дудин и многие другие. История, действительно, не знала такого примера, чтобы одновременно свыше тысячи писателей вступили в ряды военных журналистов.

В годы войны в литературу пришла целая плеяда поэтов- фронтовиков. Наряду с русскими С.Орловым, С.Наровчатовым, М.Лукониным, А. Недогоновым, Ю.Друниной в армейской печати выступали со своими стихами сыны других народов России. Это и башкирский поэт Мустай Карим. На фронте он был истребителем танков. В 1943 году он пишет пронзительные строки об украинской земле, куда спешил, «чтоб яблоням помочь». В 1943 году вышла первая книга аварского поэта Расула Гамзатова «Любовь вдохновенная и гнев огненный». Это и балкарский поэт Кайсын Кулиев, который служил в парашютно-десантных войсках. Именно на фронте он пришел к пониманию сложности жизни: «Жизнь, как бой, трудна». Фронт обращает мысль поэта к образу матери, любовью которой силен солдат, необходимость защищать матерей делает его стойким:

Черноглазая смуглая мать,

В час, когда я, быть может, умру,

Любо имя твое повторять -

В нем я силу для битвы беру.

В классе следует обратить внимание на то, как национальный и региональный компоненты содержания перекликаются у поэта с общероссийским и общечеловеческим. В те же годы подобные чувства по- своему воплощают в стихах К. Симонов, А. Сурков. Образ женщины, матери, любимой, становится центральным во многих произведениях.

В 1941 году К. Симонов пишет предельно личное, первоначально не предназначавшееся для печати стихотворение «Жди меня, и я вернусь...», которое, тем не менее, нашло отклик во многих сердцах. Отнюдь не духом ненависти или озлоблением дышат строки стихотворения А. Суркова «Бьется в тесной печурке огонь...» («Землянка»). Верность, надежда давали людям силы выстоять «всем смертям назло». Тоску, одиночество, смерть, которые принес с войной враг, способна победить только любовь:

Мне в холодной землянке тепло От твоей негасимой любви.

Тогда же К. Симонов создал одно из лучших своих произведений военной поры, обращенное к другу стихотворение «Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины...». Неожиданным и новым было здесь подзабытое, отодвинутое в предвоенные годы интернационалистской пропагандой на второй план чувство русскости, родства с русской землей, ее народом, прошлым и будущим. В стихотворении отчетливо проявляют себя основания национальной духовности - ощущение мирского единения, народное религиозное чувство, без связи с которыми врага не одолеть:

Как будто за каждою русской околицей,

Крестом своих рук ограждая живых,

Всем миром сойдясь, наши прадеды молятся За в Бога не верящих внуков своих.

Нас пули с тобою пока еще милуют.

Но трижды поверив, что жизнь уже вся,

Я все-таки горд был за самую милую,

За горькую землю, где я родился.

За то, что на ней умереть мне завещано,

Что русская мать нас на свет родила,

Что, в бой провожая нас, русская женщина По-русски три раза меня обняла.

И здесь память и любовь женщин являются теми чувствами, к которым обращается лирический герой в финале своих размышлений о родине и войне.

Серьезным драматизмом отличается состояние и соответственно разработка темы экологии в литературе последних десятилетий. Сопоставительный анализ использовался при изучении таких произведений как «Прощание с Матерой» В. Распутина, «Царь-Рыба» В. Астафьева, «Буранный полустанок» Ч. Айтматова. Думается, что этот ряд органично дополняют и произведения Ю. Рытхэу, повесть «Когда киты уходят в море», а также роман «Сон в начале тумана». Основанием для параллельного изучения становится и большая роль во всех названных произведениях образа женщины-матери, прародительницы, хранительницы национальных традиций.

Айтматов и Рытхэу принадлежат к весьма характерной группе двуязычных художников, сформировавшейся в советский период нашей истории. Большое внимание к национальным фольклорным, литературным, народным духовным традициям сочетается в структуре их мировоззрения с широтой культурных горизонтов, способностью ощутить общее содержание сугубо национальных или частнопсихологических конфликтов. Эти творческие личности как бы наглядно (вследствие публичного характера их деятельности) демонстрируют преимущества «поликультурной» личности, «двуязычного» восприятия и отражения мира, о котором мы говорили, цитируя книгу Г. Гачева «Национальные образы мира».

Ч. Айтматов одинаково хорошо владеет русским и киргизским литературными языками. Первые свои произведения он писал по- русски, в дальнейшем переводя на родной язык. Позже последовательность создания текстов поменялась, но в любом случае, по оценкам исследователей, тексты написаны с использованием богатых специфических возможностей литературных языков разных народов. В культурном отношении Айтматов, конечно, прежде всего ощущает связи с собственным этносом. В то же время для него важен культурнорегиональный, условно говоря, «азиатский», «восточный» компонент проблематики: сюжеты, образность, идеи его прозы зачастую основаны на фольклоре, преданиях иных народов[9]. Достаточно назвать повесть «Пегий пес, бегущий краем моря», по мотивам преданий нивхов, других народностей Севера. Широкая известность писателя в мире, его деятельность на международной арене сделала его в хорошем смысле «человеком мира», который мог бы повторить слова Р. Гамзатова, писавшего в книге «Мой Дагестан»: «Я везде считаю себя специальным представителем Дагестана. В свой Дагестан я возвращаюсь как специальный корреспондент общечеловеческой культуры, как представитель всей нашей страны и даже всего мира».

Ю. Рытхэу большинство своих произведений пишет по-русски, но сам переводит их на чукотский, а некоторые первоначально создает на родном языке. В культурно-мировоззренческом и национально- самоидентификационном отношении он весьма близок Айтматову. В то же время это абсолютно самостоятельный, глубокий и оригинальный художник.

Кроме того, в сопоставительном плане можно изучать и романы «Царь-Рыба» и «Буранный полустанок», а также повести «Когда киты уходят в море» и «Прощание с Матерой».

Одному из учащихся можно дать специальное задание по анализу текста финала романа Айтматова:

«Пошла на подъем первая боевая ракета-робот по транскосмической заградительной операции „ Обруч ". В сарозеках было ровно восемь часов вечера. Вслед за первой рванулась ввысь вторая, за ней третья и еще, и еще... Ракеты уходили в дальний космос закладывать вокруг земного шара постоянно действующий кордон, чтобы ничего не изменилось в земных делах, чтобы все оставалось как есть...

Небо обваливалось на голову, разверзаясь в клубах кипящего пламени и дыма... Человек, верблюд, собака - эти простейшие существа, обезумев, бежали прочь. Объятые ужасом, они бежали вместе, страшась расстаться друг с другом, они бежали по степи, безжалостно высветляемые гигантскими огненными сполохами...

И вдруг почудилось Едигею, откуда ни возьмись появилась сбоку белая птица, некогда возникшая из белого платка Найман-Аны, когда она падала с седла, пронзенного стрелой собственного сына-манкур- та... Белая птица быстро полетела рядом с человеком, крича ему в том грохоте и светопредставлении: „ Чей ты? Как твое имя? Вспомни свое имя! Твой отец - Доненбай, Доненбай, Доненбай, Доненбай, Доненбай, Доненбай...".

И долго еще разносился ее голос в сомкнувшейся тьме...»

В выступлениях целесообразно специально осветить следующие вопросы:

Как соотносятся в финальной сцене романа важнейшие пласты повествования: социально-бытовой, рисующий мир природы, мифологический и фантастический?

В чем смысл сведения ключевых для всего романа образов- метафор в одной сцене?

Как связываются образный смысл выделенных выражений и метафорическая сцена лишения человека памяти при помощи шири?

При анализе повести «Прощание с Матерой» можно предложить тезисно сформулировать суждения Дарьи по проблемам: прогресс и природа; прошлое - настоящее - будущее, рассказать, через какие ключевые образы выражаются философские представления героини, какова роль образов Хозяина, Царского Лиственя в повести.

При анализе повести Ю. Рытхэу особое внимание следует обратить на проблему адаптации героев к окружающей среде, близость их к природе, подробно осветить сюжетную линию, связанную с легендой о матери-прародительнице.

В результате докладов и дискуссии класс выходит на достаточно высокий уровень понимания общих экологических проблем, волнующих людей разных уголков земли. Ребята приходят к закономерным и правильным выводам о том, что причина экологических бед в нравственных болезнях людей и человечества в целом:

  • - Человек, потерявший память, лишенный духовных связей с миром, утрачивает право называться человеком. Он сохраняет только внешнюю человеческую оболочку, а по существу хуже животного, это робот, существо механическое, это античеловек.
  • - С проблемой духовного единства людей в прочитанных книгах связана нравственно-философская проблема памяти. Человек - это звено в цепи исторического развития. Никто не имеет права забывать прошлое или игнорировать будущее, разрывать те духовные нити, которые соединяют человека с человечеством. Бережное отношение к прошлому является одним из критериев нравственной ценности личности и здоровья общества
  • - Писатели утверждают концепцию единства человека с обществом, природой, всей системой мироздания. Мир един по своей природе. Законы общественного развития соотносятся с законами развития природы. Человек- часть Вселенной, своего рода микромир. Задача людей - вернуть это утраченное из-за социально-политических разногласий единство.

  • [1] Гачев Г.Д. Национальные образы мира: Космо-Психо-Логос. М., 1995. С. 8.
  • [2] Там же. С. 16.
  • [3] Рубинштейн С.Л. О мышлении и путях его исследования. М., 1968. С. 35.
  • [4] Горький М. Собрание соч. в 30-ти томах. Т. 30. С.251
  • [5] Голубков В.В. Методика преподавания литературы. М., 1962. С. 237.
  • [6] Жирмунский В.М. Проблемы сравнительно-исторического изучения литератур // Взаимосвязи и взаимовлияние национальных литератур. М., 1961. С. 32.
  • [7] Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. - М., 1979. С. 334.
  • [8] Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М., 1979. С. 126.
  • [9] См. Гачев. Указ. соч.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >