Современная национальная русскоязычная литература в литературном контексте XXI века (на примере творчества русскоязычных писателей Республики Татарстан)

В первое двадцатилетие XXI века происходит обновление литературы, писатели начинают осваивать новую проблематику или вносить коррективы в сложившиеся темы; вводить героя времени, использовать более разнообразные изобразительные приемы. Закономерно, что процесс трансформации оказался связанным с молодыми авторами, теми писателями, которые вошли в литературу именно в этот период, отразив интенции времени, они оказались интересными читателю, их произведения постоянно обсуждались в печати, отмечались высокими рейтингами библиотек.

Активными участниками литературного процесса называют Ш.Ш. Идиатуллина (родился в 1971 году) и Г.Ш. Яхину (родилась в

1977 году). В настоящее время они являются авторами нескольких романов, отмеченных престижными российскими премиями.

Обратимся к их творчеству.

Шамиль Шаукатович Идиатуллин пришел в литературу из журналистики, работает в СМИ с 1988 года, сначала работал в газете «Известия Татарстана» (позднее преобразованной в республиканское деловое издание «Время и Деньги»), одновременно с 1994 года являлся собственным корреспондентом издательского дома «Коммерсантъ» в Татарстане. В 2001 году Ш.Идиатуллин стал главным редактором «Коммерсанта» в Казани. С ноября 2003 года он работает в московском офисе ИД «Коммерсантъ». В настоящее время Ш.Идиатуллин является руководителем регионального отдела, он продолжает выступать в печати со статьями и эссе на злободневные темы.

Свой дебютный технотриллер «Татарский удар» Ш.Идиатуллин выпустил в 2015 году (оригинальное название - «Ruccia»)-. Книга получила противоречивые отзывы, но в целом была доброжелательно принята. К широкому читателю Ш.Идиатуллин пришел после публикации в 2006 году в журнале «Знамя» повести «Эра Водолея», в 2010 году вышел второй роман «СССР», который номинировался на премию «Национальный бестселлер» 2010 года, премию «Боыпая книга» 2010 годапремии «Интерпресскон» и «Бронзовая улитка». Произведение вновь получило различные отзывы, от резко отрицательных до вполне благосклонных. В 2011 Ш. Идиатуллин удостоился премии Международной ассамблеи фантастики «Портал» в Киеве.

В 2012 году в издательстве «Азбука» вышел мистический триллер «Убыр» под псевдонимом Наиль Измайлов!. В том же году книга получила Международную детскую литературную премию имени Владислава Крапивина; журнал «Мир фантастики» отметил книгу в номинации «Мистика и хоррор». Ш.Идиатуллин стал первым лауреатом премии «Новые горизонты».

В 2013 году в «Азбуке» вышло продолжение романа - «Убыр. Никто не умрёт». Сокращённая версия сиквела была опубликована на сайте конкурса «Книгур» (как и сокращенный вариант первого романа) под исходным названием «Убырлы». В 2018 году дилогия в одном томе была переиздана «Азбукой» под настоящим именем автора.

Тем временем Ш.Идиатуллин продолжил публиковать остро сюжетные произведения. В 2013 году «Издательский дом Мещерякова» опубликовал шпионский триллер «Варшавский договор» (впервые книга вышла под названием «За старшего»). Он также сохранил свой псевдоним Наиль Измайлов, опубликовав в 2016 году в серии «Почти взрослые книги» издательства «Азбука» детскую фантастическую повесть «Это просто игра».

Именно интерес к миру ребенка и подростка обусловил появление романа «Город Брежнев», ставшего лауреатом премии «Большая книга» (третья премия). По результатам читательского голосования роман был также удостоен третьей премии.

Практически каждый роман Ш. Идиатуллина написан в своем жанре: таковы мистический триллер («Убыр»), утопия («СССР»), фантастический рассказ («Тубагач»). Произведения часто относятся к фантастическому направлению, поскольку действие в них происходит в условном, придуманном писателем мире, имеющим некоторое сходство с действительно существовавшей реальностью.

Хотя жанровые определения могут оказаться неточными, поскольку в одном произведении Ш.Идиатуллин нередко соединяет свойства разных жанровых систем, О.Фокин назвал роман «Убыр» страшной сказкой, поскольку в ней содержатся и элементы «страшной истории» (страшилки»), Подтверждением сказанному является название: в татарской мифологии встречаются упырь, вампир; мифический персонаж, оборотень, покойник. Само слово «убыр» восходит к общетюркскому «оЪиг» от корня «ор» «засасывать, затягивать».

Остановимся подробнее на романе «Город Брежнев».

В романе «Город Брежнев» (2017) Ш.Идиатуллин продолжает рассматривать темы детства и становления сознания, о них ранее шла речь в повестях «Убыр» (2012) и «Убыр. Никто не умрёт» (2013). Свои намерения автор определяет следующим образом: «По собственному признанию, долго ждал, когда кто-нибудь напишет книгу о советском детстве на переломном этапе: «про андроповское закручивание гаек, талоны на масло, гопничьи „моталки“, ленинский зачет, перефоткан- ные конверты западных пластинок, первую любовь, бритые головы, нунчаки в рукаве... А потом понял, что ждать можно бесконечно, - и написал книгу сам» [1].

Очевидно, что Ш.Идиатуллин пытается возродить «школьную повесть», широко распространенную в тридцатые годы и пережившую буквально второе рождение в шестидесятые- семидесятые годы. Отметим произведения, в которых героями являются школьники: («Третий в пятом ряду» А.Алексина, «Каждый мечтает о собаке», «Чучело» В. Железникова, «Талисман» В. Токаревой, «Гонение на рыжих» Ю. Яковлева).

Повествование в романе «Город Брежнев» развивается особенным образом, без традиционных вводных описаний места действия, которые появятся уже в основных частях. Сразу в «Прологе» вводится интрига, Ш. Идиатуллин избирает форму журналистского расследования и постепенно раскрывает обстоятельства поведения героя. Композиция проявляется через выстраивание разных мотивов и переход от одного мотива к другому. Доминантные мотивы преступления и вины являются структурообразующими, мотив наказания определяет особенности характеристики персонажа, который представляется на протяжении всего романа. Ш. Идиатуллин постепенно и последовательно дополняет первоначальную характеристику, которую дают герою не только автор, но и другие действующие лица. Таким образом усиливается сюжетная динамика.

Вместе с тем общее устройство романа традиционное, рамочная композиция поддерживается не только названием, раскрывающимся по мере развития действия и указывающим на место действия. Заглавный комплекс образуется также «Прологом» и «Эпилогом», которые традиционно обрамляют структуру классического романа. При этом авторское описание отведено на второй план, повествователями являются различные герои. В основных главах действие ведется от лица главного героя, мальчика Артура. Поэтому, прежде всего, описываются его реакции, точки зрения, размышления.

В конце произведения в «Эпилоге» герой подводит итог своим размышлениям, отмечая, что «убивать нельзя»: «У меня своя Родина - мама, папа, еще кто-то, кто не родился, но кого я уже люблю ... Мой дом, мой комплекс, пацаны, Танька, мой город Брежнев. Я не знаю, как им служить, зато знаю, что буду их защищать. Как угодно, от кого угодно»[2].

Особые отношения среди подростков прописываются автором подробно и обстоятельно, герой должен выбрать: стать таким, как все, или оставаться самим собой. Имя героя - Артур - является нарицательным, так подчиняясь на некоторое время законам своей среды, он все же стремится стать независимым, хотя и понимает, что за этим может последовать: «Сроду не думал, чей я. Я свой. То есть немножко мамкин-батьков, немножко сорокшестовский, немножко школьный, но это все детали. К тому же ни в комплексе, ни в школе отдельной конторы нет, а примкнуть к кому-то постороннему я всегда успею»...[3] «Контора» и «комплексы» упоминаются не случайно, подобным образом обозначается особое устройство города, в котором живет герой. Автор не поясняет смысл обозначений, они становятся ясны из контекста, такой прием позволяет поддерживать сюжетное напряжение.

Лексика героя также отличается двойственностью. Он часто вводит в свою речь обороты и выражения, свойственные его окружению: «вообще легкотня»[4], «фиг знает западло», «задолбал он меня»[5]. В языке фиксируются и отношения: «Интересно, он впрямь надеется, что мы тут сейчас все повскакиваем и радостно застучим друг друга?»[6] Наречие «впрямь», относящееся к просторечной лексике, и глагол «застучим», употребленный в ином значении, фиксируют ситуацию. Различные детали выполняют ту же коннотационную функцию и регистрируют временные отношения, например, «теляга» обозначает «телогрейку» и используется в речи жителей города как наименование определенной одежды и одновременно вожделенной для подростков как статусный признак.

Подобная фактографичность свойственна повествованию Ш. Идиатуллина, выступающего своеобразным хроникером описываемых событий. Вместе с тем автору удается показать непростые отношения времени, вписав в них изображение мира подростка.

В романе проявились следующие особенности: фабульная напряженность, динамически развивающийся сюжет, построение повествования из внутренних монологов и диалогов, ведение рассказа от лица героя. Разнообразные определения жанра произведения свидетельствуют о том, что Ш. Идиатуллин активно использует элементы разных форм: подростковой повести, производственного романа, любовной саги.

Обратимся к творчеству следующего начинающего автора. Г.Яхина прошла практически тем же путем, что и Ш. Идиатуллин, сначала занималась рекламной деятельностью и писала. Знакомство читателей с творчеством Г. Яхиной началось с рассказов «Винтовка» и «Мотылек». Впоследствии она также публиковалась в журналах «Нева», «Октябрь», «Esquire», «Сибирские огни», «Дружба народов», «Сноб».

В журнале «Сибирские огни» вышли главы дебютного романа «Зулейха открывает глаза». Однако только в «Редакции Елены Шубиной» проявили интерес к роману, так Г.Яхина стала известна широкому читателю. После публикации в виде отдельного издания он был отмечен премиями «Книга года» «Ясная Поляна», «Большая книга» (2015), премией «Читатель» (2017). По данным на апрель 2018 года первый роман Г.Яхиной был издан на 20 языках мира, поставлен на сцене Башкирского драматического театра и готовится к выходу на большой экран в виде сериала (режиссер Е.Анашкин).

В 2018 году вышел новый роман «Дети мои», также вначале анонсированный в журнале («Октябрь»). Действие произведения происходит в двадцатые-тридцатые годы в немецком Поволжье, в центре повествования предстают люди с непростой судьбой, оказавшимися в силу разных обстоятельств, как отмечает автор, «пришлыми людьми в чужой стране», темой станет кризис самоидентификации личности. Рассказ о конкретных судьбах вводится в конкретный исторический контекст, что позволяет прояснить биографии героев во временных обстоятельствах.

За роман «Дети мои» Г.Яхина была удостоена премии проекта «Сноб» «Сделано в России - 2018». Она также стала лауреатом премии «Сирано», в номинации «Лучший писатель» (2016), Les prix du magazine «Transfuge» de la rentree litteraire, Франция, 2017. В настоящее время она продолжает собирать материал для романов, занимается написанием сценариев, полагая, что сможет создать текст, который станет отличаться от стандартных сериалов.

Как и Ш.Идиатуллин, в романе «Зулейха открывает глаза» (2016) Г.Яхина избирает в качестве повествовательной основы семейный сюжет, тем самым отражая интерес читателей к индивидуальной судьбе. Примером подобных произведений могут служить произведения «Степные боги» (2008) и «Дом на Озёрной» (2009) А.Геласимова; «Жили-были старик со старухой» (2006), «Против часовой стрелки» (2009), «Когда уходит человек» (2011), «Свет в окне» (2014) Е.Катишонок, «Медея и ее дети» (1996), «Казус Кукоцкого» (2001), «Искренне Ваш Шурик» (2003), «Лестница Якова» (2015), Л. Улицкой; «Женщины Лазаря» (2011) М. Степновой; «Русская канарейка» («Жел- тухин», «Голос», «Блудный сын») (2014) Д. Рубиной.

Интерес к историческому прошлому постоянно проявляется в произведениях, написанных на рубеже XX-XXI веков, поскольку пришло время подведения итогов и переосмысления, точнее уточнения, ряда сложных периодов истории XX века. В частности, о тридцатых годах последовательно и обстоятельно пишет Ю.Яковлева (серии «Ленинградские сказки»; «Хранить вечно. Криминальное ретро»; выходят, начиная с 2016 года). Особое значение имеет избранное автором форма, в первой серии она использует форму рассказа о детях, попавших в водоворот событий времени; выбор жанра ретро-детектива, несомненно, связан с тем, чтобы познакомить с явлениями тридцатых годов широкую аудиторию.

Сложные и неоднозначные события описаны в романе «Зулейха открывает глаза». Г. Яхина обращается к описанию мира татарской деревни периода коллективизации. Выделим в романе несколько тематических блоков. В первой части она подробно и обстоятельно описывает жизнь героини в доме мужа, его смерть от руки противника и разгром родного дома. В самом начале повествования автор определяет сюжетную функцию героини: «полжизни скользит туда-сюда, как маятник, целыми днями: от котла - на мужскую половину с полными и горячими пиалами, с мужской половины - обратно с пустыми и холодными». Лейтмотив образуется ключевым словом «бежит»: «Она быстро подтапливает остывшую с утра печь. Раскладывает на сяке табан для Муртазы, мечет на него еды. Бежит в зимний хлев, подтапливает печь и там. Задает животным, убирает за ними. Ведет жеребенка к Сандугач на вечернее кормление. Доит Кюбелек, процеживает молоко. Достает с высоких киштэ мужнины подушки, взбивает (Муртаза любит спать высоко). Наконец можно уйти к себе, в запечье»121.

После раскулачивания и гибели мужа героиню отправляют в ссылку, там у нее рождается сын, и она вступает в новые отношения. Таково основное содержание последующих частей («Куда»? «Жить», «Возвращение»). Роман имеет открытый финал, неясно, как сложится судьба героев в дальнейшем, в произведении только содержатся отдельные намеки.

Г.Яхина создает подобие исторического романа, поскольку исторические описания не присутствуют в повествование сюжетообразую- щией линией, хотя основное действие иногда сопровождается вставками справочного свойства. Таков рассказ о пребывании Владимира Ленина в том же пересыльном доме, где оказывается героиня. Пояснительный характер носят рассказы, структурно выделенные в виде отдельных историй справочного свойства о судьбе типичных персонажах времени Денисове и Груни. Огласовка имени первого героя явно коррелирует с именем Давыдова, героя «Поднятой целины» М.Шолохова, отмечаются и некоторые общие моменты биографии. Он также является бывшим питерским моряком (балтийцем), ленинградским рабочим (ударником), двадцатипятитысячником, романтически воспринимающим происходящие события.

Биография Груни отражает судьбу простого человека, чья судьба резко переменилась после революции, он обретает право на самовыражение, которым не сможет воспользоваться. Подобные рассказы, равно как и история профессора Лейбе («Кофе») дополняют рассказ о героине, делают ее судьбу типичной, вписанной в конкретные временные отношения. Документализируя повествование, автор выделяет рассказы курсивом.

Кроме документальной основы, отметим мифологическую составляющую. Наиболее подробно она проявляется в описаниях, прежде всего, в упоминании отдельных обрядов: «Угодить духу - дело непростое. Знать надо, какой дух что любит. Живущая в сенях бичура, к примеру,- неприхотлива. Выставишь ей пару немытых тарелок с остатками каши или супа - она слижет ночью, и довольна. Банная бичура - покапризнее, ей орехи или семечки подавай. Дух хлева любит мучное, дух ворот - толченую яичную скорлупу. А вот дух околицы - сладкое. Так мама учила»[7]. В несобственно-прямой речи героини, входящей в речь автора, рассказывается о конкретных ритуалах.

Главной хозяйкой в доме, как и положено, является Упыриха, мать мужа. Отсутствие собственного имени носит атрибутивный характер. Хотя Г.Яхина не проясняет до конца этимологию, связанную с ведьминскими свойствами персонажа, именно такая сущность характера проясняется в ходе повествования. Она появляется в ключевых моментах, не только выказывая свое лидирующее положение в доме, но и оттеняя происходящее с героиней.

Кроме того, свекровь Зулейхи наделяется свойствами злобного духа, которому вынуждена подчиняться героиня. Освобождение от нее следует только в конце романа: «Это моя жизнь, и ты мне больше не указ! Прочь! Прочь!»[8] Градация и риторические конструкции усиливают точку зрения героини. Последний раз Упыриха появляется перед конечным испытанием Зулейхи, синие следы (отличительный признак нечистой силы в восточном фольклоре) обнаруживает героиня возле комендатуры, где проводит ночь с Игнатовым.

Сказочными свойствами наделяются разные персонажи, в образе доброго молодца предстает Игнатов, с которым у Зулейхи завязываются отношения: «Впереди мужчина - посадка легкая, прямая, издалека понятно: не кузнец и не плавильщик - воин. Когда подъезжает поближе, становятся видны широкие зеленые нашивки на серой шинели, на голове - остроконечный суконный шлем с бурой звездой. Красноордынец»[9]. Реалистическое описание, основанное на временной детали, дополняется условной характеристикой (в виде перечисления), завершающейся микроопределением: «не кузнец и не плавильщик- воин»[10].

Фольклорная условность проявляется и в умениях самой Зулей- хи, когда она в первый раз берет оружие в сложной ситуации, то с одного выстрела подстреливает медведя, затем убивает полдюжины волков, спасая своего сына, Она также кормит ребенка своей кровью, мотив встречается в эпосах разных народов и относится к универсалиям.

Обязательная для эпоса этнографическая составляющая проявляется в романе через конкретные зарисовки, описывается дом, состоящий из двух изб, зимний хлев, отхожее место (нужник). «Дом Муртазы просторный, в две избы, соединенные общими сенями»[11]. Печь делит дом на две половины: «взрослым женщинам полагается небольшая часть сяке, отделенная от мужской половины плотной чыбылдык»[12]. Иноязычная лексика поясняется в конце романа, приводится небольшой словарик.

Поэпизодное устройство произведения, соединение разных историй, отступлений и справок внутри текстового пространства приводит к тому, что последовательное развитие событий нередко нарушается, при этом вставные эпизоды в романе разнообразны, среди них- сны и видения Упырихи, сказка о птице Семруг, размышления отдельных героев, описания топосов: «Отскобленные тонким ножом и натертые речным песком до медового сияния полы (Зулейха летом всю кожу на пальцах ободрала, начищая); снежно-белые кружева на окнах- накрахмаленные так жестко, что можно порезаться; в простенках- нарядные красно-зеленые тастымал и овальное зеркало, такое огромное, что если Зулейха вставала перед ним, то отражалась вся, от макушки до пяток»[13].

Очевидно, что Г.Яхина отразила поиски современной прозы, склонной к обновлению традиционной повествовательной основы, поэпизодное построение романа привело к использованию кинематографических приемов, соединению крупных планов с портретными зарисовками. Острый и напряженный сюжет основывается на любовной интриге, вписанной во временные реалии, хотя они не являются самоцелью автора. Сама Г. Яхина подчеркивает, что документальная составляющая романа строится на воспоминаниях ее бабушки, то есть личная история лежит в основе повествования.

Понравившиеся читателям произведения получили высокую профессиональную оценку. Авторы затронули темы, актуальные для широкой аудитории, доминантными оказались тема семьи и взаимоотношений между героями. Напряженный и динамичный сюжет, внимание к бытовой составляющей лежат в основе повествования, которое часто ведется от первого лица, нередко используется несобственнопрямая речь, когда внутренний монолог персонажа входит в авторское описание.

Вместе с тем писатели смогли отразить тенденции создания современных произведений, они выстраивают повествование из отдельных эпизодов, персонажи раскрываются в диалогах, по сравнению с классическими текстами авторское присутствие в текстах минимальное, комментирующие и поясняющие функции передаются героям. В то же время произведения в основном отличаются точностью изображения, используются разнообразные детали (временные, портретные, вещественные).

  • [1] Идиатуллин Ш. Город Брежнев. СПб: Азбука-Аттикус, 2017. С. 5.
  • [2] 1,6 Там же. С. 698.
  • [3] Там же. С. 422.
  • [4] Там же. С. 269.
  • [5] Там же. С. 254.
  • [6] Там же. С. 29.
  • [7] Там же. С. 25.
  • [8] Там же. С. 445.
  • [9] 24 Там же. С. 71.
  • [10] 25 Там же.
  • [11] 26 Там же. С. 42.
  • [12] 27 Там же.
  • [13] 28 Там же. С. 162.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >