Эмигрантский период творчества П.Н. Савицкого

Формирование концепции России-Евразии. П.Н. Савицкий как организатор, политический лидер евразийского движения и идеолог «евразийского национал-большевизма»

После поражения армии П. Н. Врангеля П. Н. Савицкий констатировал: «Российская Смута конвертировалась в Российскую гражданскую войну, и эта война закончилась горестным, но не лишенным своеобразного величия аккордом».

После эвакуации в ноябре 1920 г. на корабле «Рион», взятого на буксир американцами, Савицкий оказался в Турции (прибывал в Константинополе и Галлиполи), откуда переехал в Болгарию. В Софии работал директором-распорядителем Российско-болгарского книгоиздательства. Здесь же познакомился с П. П. Сувчинским, который занимал аналогичную должность, а также с Н. С.Трубецким и Г. В. Флоровским — своими будущими соратниками по евразийству. Одновременно вместе с П. Б. Струве участвовал в возобновлении журнала «Русская мысль», в редакцию которого впослед

1

Из архивного следственного дела в отношении П. Н. Савицкого // ЦА ФСБ России. Д. Р-39592. Л. 49; Письмо П. Н. Савицкого П. Б.Струве о состоянии Крыма в 1920 г. // ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 324. Л.1.

2

ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1. Д. 324. Л. 2.

3

Письма П. Н. Савицкого своим родственникам. 23 марта 1920 — 5 октября 1924. // ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1. Д. 326. Л. 15.

ствии входил в качестве технического редактора с начала 1921 г.

Но работа в журнале была недолгой. Как показывают сведения из его писем родным, уже с февраля 1921 г. начались разногласия с «Наставником», которые, увеличиваясь, как снежный ком, привели впоследствии к окончательному расхождению в позициях в ноябре этого года. Причина заключалась в «евразийстве», точнее, в усмотренных Петром Бернгардовичем «ненавистных» ему народнических черт, а также в «постоянных трениях в редакционных вопросах». Дело дошло до того, что разгневанный «Наставник» высказался против предоставления стипендии своему ученику в Комиссии Академического Совета Софийского Университета, вынудив его просить средства у YMCA. Но, несмотря на все разногласия, общаться они продолжали.

Позже, когда Савицкий переехал в Прагу (в конце 1921 г.), Струве привлек его к преподавательской работе на Русском юридическом факультете Карлова университета, образованного в 1922 г., предварительно заставив пройти испытания на степень магистра политической экономии и статистики. После успешной их сдачи, Савицкий стал приват-доцентом кафедры экономики и статистики в 1922 г. А с 1923 г. работал на этой же должности в берлинском Русском народном университете. В Праге читал также лекции в Институте коммерческих знаний (начиная с 1923 г., когда это еще были коммерческо-бухгалтерские курсы) и Русском народном университете (в 1929 г. он стал председателем его общество

1

ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 326. Л. 14.

2

Там же. Л. 20, 21.

3

«Христианская Ассоциация молодых людей» (Young Men's Christian Association) — была организована в 1844 году англичанином Джорджем Вильямсом (1821—1905).

4

ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1. Д. 326. Л. 19, 516.

5

Приват-доцент П. Н. Савицкий // ГА РФ. Ф. Русского юридического факультета в Праге. 5765. Оп. 2. Д. 809. Л. 154 — 156.

ведческого отделения). А с 1928 г. П. Н. Савицкий был уже заведующим кафедрой экономической и сельскохозяйственной географии Русского института сельскохозяйственной кооперации.

В этих вузах был сосредоточен цвет русской эмигрантской науки. Наращивая связи в академических кругах, Савицкий старался привлечь многих известных ученых к сотрудничеству с евразийцами. Так, 10 августа 1922 г. к евразийцам примкнул историк Г. В. Вернадский, позже известный правовед Н. Н. Алексеев, некоторое время в евразийских сборниках будет печататься историк-медиевист и искусствовед П. М. Бицилли и не менее именитый историк С. Г. Пушкарев.

Как было рассмотрено выше, евразийские идеи в творчестве П. Н. Савицкого появились еще в России. В эмиграции же они будут развиваться и очень скоро найдут первых своих приверженцев, поскольку проблема осознания причин катастрофических явлений первого десятилетия XX в. отечественной и мировой истории для эмигрантов являлась сущностно важной.

Прологом к появлению первого евразийского манифеста послужила рецензия П. Н. Савицкого на работу Н. С. Трубецкого «Европа и Человечество», опубликованная в «Русской мысли» (1921. № 1-2). Книга Н. С. Трубецкого была во многом созвучна знаменитому «Закату Европы» О. Шпенглера (1918) и отражала культурно-пессимистические настроения постверсальской Европы. Представление о конце западной цивилизации было характерным явлением духовной сферы западного общества, разделяемое, как немецкими органи-цистами, позже консервативными революционерами, так и

1

Письма П. Н. Савицкому от различных зарубежных издательств, русских эмигрантских организаций, общественных и учебных заведений по редакционно-издательским и другим вопросам, приглашения на преподавательскую работу, на посещение различных докладов, лекций, собраний, вечеров и проч. 22.2.1922 — 31. 03.1931.// ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1. Д. 400. Л. 72.

романскими традиционалистами. Основной лейтмотив книги Трубецкого также состоял в категорическом антиевропоцентризме и идее борьбы против «кошмара всеобщей европеизации» всего остального Человечества, к которому была отнесена и Россия.

В своей рецензии «Европа и Евразия (по поводу брошюры кн. Н. С. Трубецкого «Европа и человечество»)» П. Н. Савицкий представил свое, качественно иное видение взаимоотношений исторических культур. Критически переосмыслив «неясные» и «наивные» идеи Трубецкого, о «качественной несоизмеримости культур», принципиальное неприятие всех достижений Европы, Савицкий утвердил иной принцип: «своя идеология — безразлично, свои или чужие техника и эмпирическое знание». Такой прагматический подход отличался от славянофильской традиции. Впоследствии этот принцип ляжет в основу евразийского принципа «поотрасле-вого исследования культур».

В негативном, универсализующем европейском влиянии на духовную культуру России Савицкий видел ряд положительных моментов: в процессе «европеизации» происходило «самоутверждение» России, дававшее стимул к ее развитию. Например, в области художественной литературы и изобразительных искусств к началу XX века «духовный экспорт» России, был не менее ее «духовного импорта». Даже в области политической идеологии, пришедшая с Запада марксистская теория трансформировались на русской почве в практике большевиков в своеобразный протест против «романо-германского культурного и иного “ига”». Это выражалось, по мнению Савицкого, в стремлении большевиков

1

Дугин А. Г. Теория евразийского государства // Основы евразийства. М., 2002. С. 523.

2

Савицкий П. Н. Европа и Евразия // П. Н. Савицкий. Континент Евразия. М., 1997. С. 145.

3

Савицкий П. Н. Европа и Евразия //Указ. соч. С. 151.

4

Там же. С. 156.

«перекроить» капиталистическую Европу по российскому социалистическому образцу, но не наоборот.

Идея о глобальном противостоянии Европы и абстрактного «Человечества» в критическом переосмыслении Савицкого приобрела вполне конкретный исторический и географический смысл. Он свел его суть к противостоянию России и Европы. Но эта система, по мнению Петра Николаевича, имела «неудобства» с точки зрения географии. Ведь часть России расположена в европейской части материка. В этой связи он предложил именовать Россию — «Евразией». Но под этим термином крылось иное, чем у А. Гумбольдта содержание — понятие особого географического мира, «континента в себе», отличающегося по своим географическим особенностям, как от Европы, так и от Азии. Основой для такого выделения Савицким третьего континента на пространстве Старого Света послужило уникальное географическое свойство территории бывшей Российской империи — континентальность и цельность: это единый «наиболее континентальный мир из всех географических миров того же пространственного масштаба», «почти на всем своем протяжении она обладает климатом, единым во многих основных чертах и в то же время существенно отличным от климата “Европы” и “Азии”». При этом разделение Евразии на европейскую и азиатскую части отрицалось.

Как видно из вышесказанного, предложенный Савицким подход почти в точности воспроизводил схему трех миров В. И. Ламанского, выделенных им по географическому признаку в пределах «Азийско-Евразийского» материка: Европы, Азии и «среднего мира, то есть ненастоящей Европы и ненастоящей Азии», пространственно в большей степени совпадавшим с границами Российской империи. Но этот «средний, особый, самостоятельный, отличный от Запада и

1

Там же. С. 154.

2

Савицкий П. Н. Европа и Евразия//Указ. соч. С. 153.

3

Ламанский В. И. Три мира Азийско-Европейского материка. Пг. 1916. С. 3, 18.

Востока, в постоянном антагонизме с тем и другим» мир Ла-манский именовал «Греко-славянским».

Таким образом, «Россия-Евразия» Савицкого органично вписывалась в русскую геополитическую традицию — славянофильский подход к Российской империи. Но, в то же время, была созвучна идеям классической западной геополитики, поскольку была построена по принципу географического детерминизма.

Выдвинутые в этой рецензии положения, обосновывающие концепцию России-Евразии, как самодостаточного культурно-исторического и географического мира, созданную еще в годы Гражданской войны и конкретизированную в полемике с Трубецким, составят стержень исторической концепции формирующегося евразийского движения.

Оригинальная концепция, с яркой славянофильской окраской, привлекла к Савицкому нескольких единомышленников, которые образовали в 1921 г. Праге «научноидеологическое» движение евразийцев. Среди них, помимо самого идейного вдохновителя, были лингвист и этнолог Н. С. Трубецкой; теоретик музыки, искусствовед П. П. Сув-чинский; религиозный философ Г. В. Флоровский.

Новообразовавшееся движение провозгласило о себе, опубликовав тематический сборник «Исход к Востоку. Предчувствия и свершения. Утверждение евразийцев» в Софии, 1921 г. Предисловие к нему «Предчувствия и свершения» было опубликовано отдельно в Праге и рассматривалось, как первый коллективный манифест, где кратко и весьма неопределенно, размыто, излагались основные принципы нового движения. Среди них надо выделить приверженность славянофильским идеям, антиевропоцентризм, представление о кризисе западной цивилизации и о грядущей с Востока ее замене. Причем культурным сосредоточием Восточного мира должна была быть Россия-Евразия («не европейская и

1

Ламанский В. И. Три мира Азийско-Европейского материка. Пг. 1916. С. 55.

2

Савицкий П. Н. О евразийской литературе // Славянская книга. Прага, 1926. Кн. 4—5. С. 203.

не азиатская»). В этой связи евразийцы выходили за рамки панславизма, поскольку «перед судом действительности понятие «славянства» не оправдало тех надежд, которое возлагало на него славянофильство», и обращали свой взор на Восток — к народам Азии.

Эти общие положения вписывались в контекст многих культурно-идеологических веяний постверсальской Европы. Последствия Первой мировой войны и установление нового миропорядка восходящего «атлантизма», погружающего всю Европу в сумерки; распад империй, победа большевиков в России и тот общественный резонанс, который имела Октябрьская революция, пробудившаяся Азия — все это порождало среди интеллектуальной элиты Запада представление о необходимости найти какую-то опору в новом непрочном мире.

Идея обращения к Востоку, как миру традиций, хранящему свою самобытность, являлась неотъемлемым компонентом — следствием европейской философии «гибели Запада». Например, представитель романского традиционализма Рене Генон писал, что обращение к «восточному духу» — «единственное средство выхода из настоящего кризиса». А один из ведущих идеологов немецкой «консервативной революции» К. Шмитт считал, что справиться с «враждебной живой жизни» западной традицией сможет «пролетариат больших городов и русские», как носители восточного начала, «отвернувшиеся от западной Европы».

В «Исходе к Востоку» содержалось идеологическое обоснование принципов, утвержденных в манифесте. П. Н. Савицкий включил в этот сборник работы, посвященные геополитической проблематике, геостратегии: «Поворот к Вос

1

Предчувствия и свершения (Предисловие к сборнику «Исход к Востоку» ) // Основы евразийства. М., 2002. С. 104—106.

2

Там же. С. 106.

3

Генон Р. Избранные произведения: Традиционные формы и космические циклы. Кризис современного мира. М., 2004. С. 181.

4

Шмитт К. Политическая теология. М., 2000. С. 152.

току», «Континент-океан (Россия и мировой рынок)»; а также геополитическому анализу процесса всемирно-исторической эволюции: «Миграция культуры». Созвучие «Поворота к Востоку» с темой сборника было неслучайно. В этой работе П. Н. Савицкого содержалась концепция России-Евразии — ключевая в евразийской идеологии.

При этом первый евразийский сборник сложно назвать органичной системной коллективной работой полных единомышленников.

В письме к Струве Савицкий писал: «Лично я несу ответственность за общее направление «евразийства», но остаюсь чужд некоторым взглядам Трубецкого и Флоровского в духе специфического “славянофильства”». Эта рыхлость, проявившаяся изначально, прежде всего, в области идеологических и научных пристрастий со временем будет только усиливаться.

Роль Савицкого как идейного вдохновителя и как практического лидера (организатора) данного движения обозначилась сразу. Он даже привлек своего отца к распространению сборника в Константинополе. Николай Петрович Савицкий на тот момент, с августа 1921 г., был членом Русского Совета при П. Врангеле. Позже отец Савицкого будет выступать на евразийских семинарах с докладами по аграрной проблематике.

1

По сути, повторение положений из рецензии «Европа и Евразия», но уже в евразийском сборнике.

2

ГА РФ. Ф.5912. Оп.1. Д. 100. Л.19.

3

ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 326. Л. 49, 50.

4

Журналы заседаний белоэмигрантского Русского Совета за период с 4 апреля 1921 г. по 17 февраля 1922 г. Копии // ГА РФ. Ф. 7504. Русский Совет при Главнокомандующем Русской армией генерале П. Н. Врангеле, г. Константинополь. 1921 — 1922. Оп. 1. Д. 2. Л. 1 —292.

5

Переписка Савицкого с представителями евразийского течения по редакционно-издательским, агитационным вопросам и вопросам личного характера. 28.07.1928 — 14.03.1934.// ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1.Д. 366. Л. 35

Сам же Петр Николаевич считал себя «главным евразийцем», так же называли его в эмигрантских кругах1. В письме родственникам от 15 декабря 1921 г. он заявлял: «Из «стру-виста» я стал «евразийцем», и «евразийство», в известной степени, я сам»2 (выделено мной — А. М.).

Именно он писал большую часть евразийских манифестов, определял планы и темы изданий, организовывал конференции, был главным редактором большинства евразийских издательств. Савицкий координировал и контролировал разбросанные по всей Европе евразийские ячейки (Париж, Прага, Белград, Берлин, Лондон, Брюссель, Кохтла-Ярве, Режицы). Он очень активно отстаивал позиции движения, откликаясь практически на все критические статьи.

П. Н. Савицкий являлся главным политическим идеологом евразийства.

В своей статье «Идеи и пути евразийской литературы», опубликованной в 1933 г. в польском переводе, Савицкий отмечал, что «определенная политическая идея заключалась уже и в исходном тезисе евразийцев»3. Здесь имелось ввиду признание евразийцами революции 1917 г.: «Евразийцы критиковали белое движение, но это приводило к постановке политических задач: уяснение тех начал, во имя которых можно бороться с коммунизмом»4. В протоколе следственного дела П. Н. Савицкого содержатся такие его показания: «...Проживая в Софии, в начале 1921 г. я познакомился с эмигрантами ТРУБЕЦКИМ и СУВЧИНСКИМ, с которыми, часто встречаясь, вел беседы на политические темы. В одной из бесед ТРУБЕЦКОЙ заявил, что борьба против Советской власти еще не окончена и, что ее необходимо продолжать за границей. Причем он прямо предложил нам создать антисоветскую организацию, приступив, таким образом, к активной

  • 1 ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 326. Л. 80.

  • 2 Там же. Л. 39.

  • 3 Идеи и пути евразийской литературы (опубл, в польском переводе в журнале Вендкевича) // ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1. Д. 44. Л. 5.

  • 4 Там же. Л. 6.

борьбе с Советской властью. На это предложение ТРУБЕЦКОГО мы согласились и по его указанию стали издавать в Болгарии антисоветский сборник «Исход к Востоку», непосредственно через который призывали эмигрантов объединиться в одну организацию для борьбы против Советской власти». Отметим, что в 1938 г. Трубецкой умер, скорее всего, поэтому Савицкий возлагал всецело на него вину.

Еще в годы Гражданской войны (уже в 1919 г.) Савицкий высказывал идеи о необратимом перерождении советской власти в буржуазную в случае победы красных, подмечал переход в политике большевиков от интернационализма к «воинствующему российскому империализму». Основы пореволюционной идеологии будущего евразийства были заложены уже тогда.

Находясь уже в эмиграции, Петр Николаевич конкретизировал свои политические убеждения, прежде всего, отнеся их к национал-большевизму. Этому в немалой степени способствовало влияние идей Н. В.Устрялова. В своем письме «Еще о национал-большевизме» (ноябрь 1921 г.) П. Б. Струве Савицкий причислял себя к единомышленникам Николая Васильевича.

В поисках обоснования данной формы идеологии Савицкий и Устрялов исходили из одних исторических предпосылок: потеря веры в созидательные потенции, «политическую годность» всех антибольшевистских течений и Белого дела. Устрялов еще в сентябре 1920 просматривал в нем черты «обреченности», считая дело Врангеля «фатально бесславным». Также и П. Н. Савицкий считал все крымское предприятие «бесплодною, обреченной растратой сил».

1

ЦА ФСБ России. Д. Р-39593. Л. 49.

2

Савицкий П. Н. Еще о национал-большевизме (письмо П. Б. Струве)// Континент Евразия. М., 1997. С. 272.

3

Устрялов Н. В. Врангель // Н. В. Устрялов. Национал-большевизм. М., 2003. С. 103, 105.

4

ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1. Д. 324. Л. 5.

Находясь уже в эмиграции, Савицкий считал дело Врангеля «честным, но мертвым», и очень переживал, что его отец Николай Петрович с ним связан (письмо от 7 мая 1921 матери). Кроме того, белое движение дискредитировало себя связями с интервентами и попустительством распаду страны. В августе 1921 г. Савицкий отмечал: «Если Россию кто-то выведет из затруднения — это не эмиграция, а кто-то другой». Этой другой силой оказались большевики, чья «политическая годность резко контрастировала с неспособностью их соперников». Об этом же писал и Н. В. Устрялов, замечая стремление большевиков воссоединить центр с окраинами, воссоздать пространство бывшей империи, о чем еще раньше говорил П. Н. Савицкий в «Очерках международных отношений».

Устряловские тезисы о превращении интернационалистской советской власти в «национальный фактор русской жизни», о глубокой исторической связи догм большевизма с русской общественно-политической и культурной традицией, а в этой связи, и о диалектическом возрождении русских культурных «струй» через революцию в большевизме, были близки, даже, по большей части, аналогичны представлениям П. Н. Савицкого о «своеобразно российском большевизме». Оба теоретика прогнозировали неизбежное перерождение советского строя в национал-большевистский. В отличие от соб-

1

ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1.Д. 326. Л. 27.

2

ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1. Д. 326. Л. 46.

3

Савицкий П. Н. Еще о национал-большевизме (письмо П. Б. Струве)// Континент Евразия. М., 1997. С. 274.

4

Устрялов Н. В. Перспективы // Н. В. Устрялов. Национал-большевизм. М., 2003. С. 58.

5

Устрялов Н. В. В борьбе за Россию (предисловие) // Н. В. Устрялов. Национал-большевизм. М. 2003. С. 51

6

Устрялов Н. В. Логика национализма // Н. В. Устрялов. Национал-большевизм. М., 2003. С. 98-99.

7

Савицкий П. Н. Европа и Евразия //Указ. соч. С. 151.

ственно большевистского, он не содержал в своей идеологической основе принципов интернационализма и коммунизма, отход от которых, по их мнению, уже начался. Так, анализируя советскую поэзию, как идеологическое отражение коммунистического строя, на период начала 1921 г. П. Н. Савицкий отмечал, что «они (поэты, прежде всего, Блок и Клюев — А. М.) не славят интернационал, не отрицают Родину — ив этом — их не просто поражение большевизма, но стихийное его преодоление. Родина, спаленная на костре коммунистической разнузданности — как феникс, воскресает из пепла. И крепнет, как драгоценное вино, — хмельной любовный напиток патриотизма». Он был уверен, что, поскольку «белые мысли» «перелетают» из национального лагеря в большевистский, поэзия славит «живой образ России» как «географическое единство великодержавных пределов» — «все это признаки возникающего и возникшего национального возрождения России».

Новая система власти по Устрялову и Савицкому сводилась к формуле: изменение экономической политики большевиков, в сторону «обуржуазивания», при сохранении их политического аппарата, государственной «надстройки», продемонстрировавшей в годы Гражданской войны, свою созидательную силу.

Но если Н. В. Устрялов полагал, что основной причиной этого перерождения советской власти в национал-

1

Устрялов Н. В. Национал-большевизм (ответ П. Б. Струве) // Н. В. Устрялов. Национал-большевизм. М., 2003. С. 157; Савицкий П. Н. Еще о национал-большевизме (письмо П. Б. Струве) // Континент Евразия. М., 1997. С. 272.

2

Петроник (псевд. П. Н. Савицкого). Идея Родины в советской поэзии // Русская мысль. София, 1921. Кн. I—II. С. 225.

3

Петроник. Идея Родины в советской поэзии // Там же. С. 224; Наблюдатель (псевд. П. Н. Савицкого) Народившийся патриотизм // Русская мысль. София. 1921. Кн. I—II. С. 235.

4

Устрялов Н. В. Национал-большевизм (ответ П. Б. Струве) // Указ. соч. С. 159; Савицкий П. Н. Еще о национал-большевизме (письмо П. Б. Струве) И Указ. соч. С. 275.

большевистскую будет «экономический Брест большевизма», который потом повлечет эволюцию «стиля государственных устремлений» советской власти к «наполеонизму», то П. Н. Савицкий считал это всего лишь следствием. Как было показано выше, еще в 1919 г. он представил уникальную геополитическую теорию, обосновывавшую неизбежность термидора в Советской России, а потом и в СССР. Основная причина такого перерождения заключалась в географически обусловленной «исторической необходимости» определенной внутренней организации пространства бывшей Российской империи. Собирая имперское пространство, большевики были вынуждены подчиниться этим законам, в частности, создать себе социальную опору, по примеру столыпинской России, в виде крепкого собственника. Именно эта геополитическая основа в оценке исторического процесса будет выделять евразийство на фоне других пореволюционных течений, в том числе и от сменовеховства; разграничивать взгляды Устрялова и Савицкого.

Сам Петр Николаевич это подчеркивал всегда. Так, в одном из писем своему единомышленнику А. А. Суркову, он отмечал: «Особенность евразийства заключается в сочетании (вообще говоря, смело сказать, редком в истории) напряженного мистико-историософского порыва с не менее ярко выраженной конкретно-исторической, даже географической установкой».

Термин «большевизм» Савицкий, как и Устрялов, считал подлинно народным, определяя его как «систему, имеющую

1

Устрялов Н. В. Перспективы // Н. В. Устрялов. Национал-большевизм. М., 2003. С. 60.

2

Савицкий П. Н. Очерки международных отношений// Указ, соч. С. 391.

3

Переписка Савицкого с представителями евразийского течения по редакционно-издательским, агитационным вопросам и вопросам личного характера. 28 июля 1928 — 14 марта 1934. // ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 366. Л 75.

упор в большинстве и удовлетворяющую его потребностям». В этой связи, национал-большевизм евразийцев, по его мнению, проявлялся в стремлении к восстановлению национального образа России в большевистском лоне. Путь к достижению данной цели проходил через устранение интернационалистических компонентов в политике советской власти, «при сохранении конкретных задач международной политики», и через восстановление прав «лично-хозяйственного начала» в рамках государственной социалистической экономики. В этой связи, Савицкий за 3 года до кламарского раскола позиционировал себя как одного из самых левых национал-большевиков.

Отношение к позиции «Смены Вех» у идеолога евразийства было иным. Савицкий изначально не хотел «примазываться» к «сменовеховцам», поскольку не был уверен в «бескомпромиссности» всех представителей этого движения. В письме к Н. С. Трубецкому и П. П. Сувчинскому 1926 г. Савицкий выделил принципиальные отличия между особенным «евразийским национал-большевизмом» и сменовеховским его вариантом. Так, он подчеркивал, что евразийцы не являются сменовеховцами, поскольку «Вехи» 1907 г. для них не имеют значения: «в том, что «Вехи» обличают в фантастическом (но в то же время, и героическом) революционном интеллигентстве, имеются черты, которым в некотором формальном смысле, должны поучиться евразийцы».

Отношение к более поздним пореволюционным движениям было несколько пренебрежительным. Считая, что «подлинно, существенно, пореволюционно» лишь евразийство,

1

Письма П. Н. Савицкого представителям евразийского течения по литературно-издательским и другим вопросам. Отпуска. 4 декабря 1925—25 декабря 1926. // ГА РФ. Ф. 5783. Д. 335. Л. 64.

2

ГА РФ. Ф. 5783. Д. 335. Л. 64в.

3

Там же. Л. 64а.

4

Там же. Л. 72.

5

ГАРФ. Ф. 5912. Оп.1.Д. 100. Л. 21.

6

ГА РФ. Ф. 5783. Д. 335. Л. 62.

он рассматривал другие общественно-политические группировки этого же направления (национал-максималистов, группы «Третьей России», «Нового града» и т. д.), как второстепенные, точнее, производные от «хронологически первого среди пореволюционных течений» (т. е. евразийства). Савицкий подчеркивал, что все эти движения вышли из евразийства, поскольку их программы построены на заимствованных у евразийцев идеях.

Пожалуй, только Н. В. Устрялов был единственным теоретиком, чьи пореволюционные установки Савицкий воспринимал, как национал-большевистские, близкие евразийству. Но евразийство эволюционировало очень прогрессивно. Оно переходило от задач познания и осмысления исторических процессов к цели участия в них, управления ими.

С марта 1923 г. евразийство начинает оформляться как политическая организация, начинаются первые евразийские съезды и через П. С. Арапова, племянника Врангеля, устанавливаются связи с «Трестом». П. Н. Савицкий будет входить в состав всех управляющих органов: «Три П» (куда также входили еще два тезки Савицкого П. П. Сувчинский и П. С. Арапов), с 1924 г. в «Совет Пяти», затем «Совет евразийства», «Совет нефти». Как будет показано ниже, решения именно Савицкого в этих организациях играли ключевую роль, определяя вектор политической и идейной эволюции всего разнородного евразийского движения.

Как отмечал сам П. Н. Савицкий, перед евразийством были две альтернативные возможности: первая — «укрепиться в образе немноголюдного общения избранных», разрабатывать «новые ценности русской культуры» и «добиться личного влияния на тех или иных деятелей современной России»; второй путь — превращение евразийства в мощную организованную группу, став основой широкого соци-

1

ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1. Д. 44. Л. 1.

2

Статья П. Н. Савицкого, начинающаяся словами «Перед евразийством — две альтернативные возможности» б/д // ГА РФ. Ф. 5783. Д. 105. Л. 2.

ального движения. Первый вариант был путем Устрялова, но Савицкий, как политический лидер евразийства, избрал второй. По этому поводу позже Савицкий подчеркивал, что «евразийцы» не являются «устряловцами»: Устрялов — человек сегодняшнего, мы — люди завтрашнего дня».

Во многом, этому способствовали контакты с «Трестом», мощной военной организацией, с которой евразийцы стали связывать надежду на возможность захвата власти в СССР. Связь с «Трестом» повлияла на изменение не только собственно политических установок Савицкого, но и его исторического мировоззрения. Он, будучи политическим лидером, хотел принять участие в «пластическом процессе истории». А для этого, необходимо познать ее закономерности.

Неслучайно Савицкий подчеркивал, что «проблема русской революции есть тот основной стержень, около которого движется их (евразийцев — А. М.) мысль». Анализируя события 1917—1922 гг., П. Н. Савицкий выявил «основные закономерности революции»: «Процесс осуществившейся революции связан со сменой правящего строя. В первой фазе революции происходит эта смена, во второй — протекают перегруппировки в пределах уже сложившегося слоя». Но при этом, своеобразная «эволюция» революции должна была получить импульс извне, от внешней силы, которая должна проникнуть в ряды правящих верхов. Такая историческая конструкция имела вполне очевидную идейно-политическую заданность.

1

ГА РФ. Ф. 5783. Д. 105. Л. 1.

2

Письма П. Н. Савицкого представителям евразийского течения по внутрипартийным делам и литературно-издательским вопросам. Отпуска. 22 февраля 1928 — 18 января 1931 // ГА РФ. Ф. 5783. Д. 347. Л. 187.

3

Савицкий П. Н. Евразийство как исторический замысел. // Основы евразийства. М., 2002. С. 281

4

Евразийство. (Формулировка 1927 года) // Основы евразийства. М„ 2002. С. 170.

С середины 20-х гг., евразийцы меняют свою национал-большевистскую установку — теперь капиталистическое перерождение советского строя их не устраивало. В письме Н. С. Трубецкому (сентябрь 1925), Савицкий утверждал следующую политическую установку евразийства: «Конечный результат произведенной коммунистами «революции» евразийцы признают подлежащим ниспровержению».

В 1925 г. Совет евразийства, куда входил Савицкий, выработал новую концепцию тактических действий и стратегию по захвату власти в СССР. Согласно ей, евразийство позиционировалось как «движение революционное, культурные задания которого могут быть выполнены лишь промышленным путем» и брало установку не на борьбу с революцией, а на «использование ее для своих целей» при условии устранения коммунистической верхушки».

В своей программе 1927 г. евразийцы подчеркивали, что под воздействием этого процесса «компартия оказалась бессильной и выпустила из рук дело широкой социальной помощи и оставляет низшие слои одинаково городской и сельской бедноты в самом беспомощном и бедственном состоянии». «Прозревая глубокий смысл революции», Савицкий вместе с евразийцами собирался «готовить следующую ее фазу». Так, в письме В. В. Дейтриху от 5 января 1928 Савицкий заявлял, что «включенность во внутренние процессы есть действительно первейшая задача, и мы имеем шансы ее раз

1

Переписка Савицкого с Трубецким по различным теоретическим и литературно-издательским вопросам. 02.05.1925 — 18.12.1928. // ГА РФ. Ф. 5783. Д. 362. Л. 36.

2

«Промышленный» означало «политический» по данным евразийской кодировки на 1927 г. из ГА РФ. Ф. 5783. Д. 360. Л. 1.

3

Докладная записка, представленная на рассмотрение членов (Совета Евразийства) от 17—26 июля 1925 г о тактике евразийской организации // ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 497. Л. 1.

4

Евразийство. (Формулировка 1927 года) // Основы евразийства. М., 2002. С. 169.

5

Савицкий П. Н. Евразийство как исторический замысел // Основы евразийства. М., 2002. С. 281.

решить, ибо поняли закономерность второй фазы революции. «Естественный» процесс «саморазложения» компартии предлагалось ускорить, организовав в советской России «противокоммунистическое движение», но при «экономии народных сил».

Таким образом, от пассивной политической позиции ожидания самостоятельной внутренней эволюции большевистского режима в национал-большевистский Савицкий пришел к идее о необходимости внешнего воздействия на политическую верхушку Советской России, идее о своеобразной евразийской прививке национал-большевизма. Этот процесс очень метко охарактеризовал П. Н. Милюков, в своем докладе, сделанном в Праге в 1927 г., когда заметил, что «устряловщину национал-большевистская стихия уже переросла».

Борьба с коммунизмом в русских условиях, по мнению П. Н. Савицкого, должна была носить не силовой, а идеологический характер. Но для этого необходимо было «противопоставить ему систему идей, не меньшего, чем он размаха». И этой идеей, по его убеждению, была именно евразийская, как «единственная возможная для любого течения, которое желает оказывать влияние на ход русских событий». Такая «избранность» обосновывалась в политической программе евразийцев 1927 г. тем, что тезисно можно выразить в трех положениях: современный коммунизм перерождается в «капитало-коммунизм»; капитализм как основа западных

1

Письма П.Н. Савицкого представителям евразийского течения по внутрипартийным делам и литературно-издательским вопросам. Отпуска. 22.февраля1928 — 18 января 1931 // ГА РФ. Ф. 5783. Д. 347. Л. 187.

2

Евразийство. (Формулировка 1927 года)//Указ. соч. С. 171.

3

Переписка Н. С. Трубецкого с П. Н. Савицким и письма к ним других представителей евразийского движения по различным теоретическим и литературно-издательским вопросам. 15 дек. 1925— 5дек. 1927 г.//ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1.Д. 359. Л. 185.

4

ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 44. Л. 5.

политических форм и коммунизм как «порождение романогерманской культуры чужды русской традиции»; в этой связи возможен только «третий путь» — евразийство, «выходящее на путь широкой социальности», «сознающее евразийское своеобразие в форме понимания России-Евразии как особого мира и отвергающее господствовавшее доселе западнопоклонничество».

Вопрос об идейной базе политического действия и политической власти в евразийской концепции был связан с разработкой новых политологических понятий, которые подчеркивали уникальность движения «третьего пути».

Так, евразийский политический идеал связывался с представлением об идеократии. Ключевые принципы этой концепции Савицкий выдвинул еще в работах «Два мира»(1922) и «Подданство идеи» (1923), употребляя вместо термина «идеократия», введенным в оборот позже Н. С. Трубецким, понятия: «идеалоправство» и «Идея-правительница».

В основе теории идеократии лежало религиознофилософское представление Савицкого об историческом процессе как о «творимом» не по причине изменений «объективной обстановки», а в силу «наследства вдохновений и водительства, ведущих мир», то есть неких идей «народного духа». В этой связи, смена исторических эпох обусловливалась сменой идеологических установок общества. Отсюда русская революция трактовалась как «осуществление прилагаемо к России европейского “просветительского обличительства”». Ведь любая форма правления определялась Савицким как «форма осуществленного идеалоправства». А определяющим началом в историче

1

Евразийство (Формулировка 1927 года) // Указ. соч. С. 169, 170.

2

Савицкий П. Н. Два мира И П. Н. Савицкий. Континент Евразия. М., 1997. С. 199—120.

3

Там же. С. 116.

4

Савицкий П. Н. Подданство идеи // П. Н. Савицкий. Континент Евразия. М„ 1997. С. 127.

ской жизни провозглашалась надгосударственная вечная Идея-правительница, которая усваивается интеллигенцией, как «духовно-интеллектуальными предстоятелями народа», и через некоторое время «доходит» до народа. Та часть интеллигенции, которая осознает смысл Идеи, цементирующей все общество и государство, становится политической элитой. Так, по мнению, П. Н. Савицкого большевики пришли к власти, поскольку осознали идею «русского мирового призвания». Представление о «мировом чувстве», сверхгосударственной сущности Идеи по сути, делало ее имперской.

Подход к рассмотрению интеллектуальной элиты, как правящего слоя, который образуется и пополняется по признаку исполнения Идеи, нашел отражение в теории «ведущего отбора». Развивая ее, Савицкий отмечал: «Российско-евразийская государственность, в силу географических и исторических условий, а также, быть может, психологическом отличии населяющих Евразию народов, нуждается в особой скрепе общественно-государственного здания, какой является существование отбора общественно-госудаоственно-годных деятельных и организованных элементов. Наличие такого отбора было и неизбежно будет первейшим фак-том каждого государственного строя в пределах России-Евразии».

Позже, Савицкий использовал теорию идеократии в качестве идейного обоснования практических политических потребностей евразийского движения, совместив ее с геополитической и исторической концепцией России-Евразии. Правящий отбор, по мнению П. Н. Савицкого, исторически присущ русской государственности. Более того, он считал, что в основе исторического развития государства лежит смена «ведущего слоя»: дружина первоначальных князей, слу

1

Савицкий П. Н. Подданство идеи //Указ. соч. С. 128.

2

Там же. С. 129.

3

ГА РФ. Ф. 5783. Д. 362. Л. 35.

жилый класс московских государей, дворянство императорского периода и компартия.

Переход от одного правящего отбора к другому объяснялся утратой им значения «лиги действия», которое брал на себя новый ведущий слой. В этой связи пятым этапом должен был стать евразийский правящий отбор, в состав которого могли входить люди всех социальных слоев и классов как «служители Идее Национального призвания России-Евразии»; причем принадлежность к «отбору» не могла иметь наследственных привилегий. Таким образом, подчеркивался «учет евразийством исторических обстоятельств».

К 1927 г. под идеократией понималось правление Евразийской Партии, «как служительницы идеи», «как активного нумена нации или группы наций», «как выразительницы потребностей и воли великой «партиемунди» Евразии». Эта «Партия» рассматривалась как выразительница самобытности нации и ее «жизненного пространства». Отсюда Идея-правительница как бы привязывалась к пространству страны, вырастала из него.

Связь Идеи с Землей выражалась еще в одном проявлении идеократического государства — автаркии, самодостаточности. Здесь сказалось раннее творчество П. Н. Савицкого, который отождествлял принцип сильной российской империи с «самодовлением».

По мнению евразийского геополитика, не всякое государство способно к экономической независимости. Стремление России-Евразии к автаркии предопределено ее географией, поскольку естественно-промышленное одарение ее «близко к идеалу самодовления», то есть заключает «все то разнообразие природно-экономических данных, которое содержит в

1

Там же. Л. 32.

2

Там же. Л. 33.

3

Савицкий П. Н. О внепартийности. // Основы евразийства. М., 2002. С. 295—296.

4

Трубецкой Н. С. Об идее-правительнице идеократического государства // Основы евразийства. М. 2002. С. 198.

себе планета» в рамках «геополитического пространства более трех десятков миллионов км кв.». Для достижения этой цели полагалось необходимой организация экономики лишь в форме планового хозяйства, поскольку «только государство в силах охватить все народнохозяйственное целое». Кроме того, широкое государственное регулирование рассматривалось как исторически присущая России форма хозяйствования, которая начала проявляться еще в торговых операциях русских князей, потом в государственном предпринимательстве московского и императорского периодов. Но основа этой традиции имела геополитические корни: отрезанность России от океана и системы экономической конкуренции с ним связанной, предопределяет монополистические тенденции, что влечет государственное вмешательство.

Относительно организации политической системы идео-кратии Савицкий не изобретал каких-то особых принципов, считая, как и в начале 20-х гг., что советский строй «несомненно можно и должно рассматривать как особенную, приспособленную к российско-евразийским условиям форму представительства и управления». Советская система, в «организационно-правительственном значении», устраивала евразийцев полностью. В письме Малевичу-Малевскому (1924) Савицкий находил, что политическая форма, найденная коммунистами, «самая гибкая и совершенная» для осуществления евразийской идеи.

Евразийский рецепт власти был прост: придти к власти в Советском Союзе можно «заменив идею диктатуры одно-

1

Савицкий П. Н. Экономические проблемы евразийства // ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 189. Л.2

2

Там же. Л. 7.

3

Евразийство (Формулировка 1927 года) // Указ. соч. С. 175.

4

ГАРФ. Ф. 5783. Д. 362. Л. 35.

5

Письма П. Н. Савицкого различным представителям евразийского течения по теоретическим и редакционно-издательским вопросам. Отпуска. 10.06.1924 — 29.08.1926 // ГА РФ. Ф. 5783. Д. 331. Л. 1.

го класса на идею господства одного народа, то есть подменить классовый субстрат государственности субстратом национальным». Эта идея основывалась на предположении, что «националистические инстинкты» у «биологических особей», то есть у рабочих и крестьян, выражены сильнее, чем классовая солидарность. Главное — это смена верхушки, как носителей определенной идеологии («идея — в верхушке»), которая повлечет за собой смену в содержании всего строя. Таким образом, сущность «второй фазы» революции сводилась к вопросу о персональном укомплектовании верхушки.

Здесь проявились гносеологические принципы евразийской концепции, заложенные Савицким еще в начале 20-х гг., согласно которой борьба «организационных идей», «философий», а не качественные изменения в социально-экономических отношениях определяют ход истории.

Идеократический слой рассматривался как «высшая интеллигенция», выражающая интересы всего народа и приводящая его хозяйственную деятельность в гармоничное единство. Такая форма управления называлась демотической, то есть истинно народной.

Понятие демотии ввел в евразийскую литературу Я. Д. Садовский в статье «Оппонентам евразийства» . За

1

ГА РФ. Ф. 5783. Д. 362. Л. 203.

2

Трубецкой Н. С. Общеевразийский национализм // Основы евразийства. М., 2002. С. 203.

3

Письма П. Н. Савицкого различным представителям евразийского течения по теоретическим и редакционно-издательским

4

вопросам. Отпуска. 10.06.1924 — 29.08.1926 // ГА РФ. Ф. 5783. Д. 331. Л. 1.

5

Антипов А. П. Идеократический ведущий слой и хозяйство И Новая эпоха. Идеократия. Политика-экономика. Обзоры / Под ред. В. А. Пейль. Нарва, 1933

6

Евразийство (Формулировка 1927 года) // Основы евразийства. М., 1927. С. 167.

7

Садовский Я. Д. Оппонентам евразийства. // Евразийский временник, Кн. 3. Берлин. 1923.

мена слова «демократия» на «демотия» была для евразийцев принципиальной: ведь демократия — это один из принципов дискредитировавшего себя либерализма. Данная замена не была терминологической формальностью. По сути, евразийцы заменили демократическую идею «народовластия» на идею «народности», раскрывающуюся через власть элиты, «правящего отбора»: «демотия есть государственный порядок, при котором власть принадлежит организованной, сплоченной и строго дисциплинированной группе, осуществляющей власть во имя удовлетворения потребностей широчайших народных масс и проведения в жизнь их стремлений». А стремление у этих масс в представлении евразийцев одно — «жить с идеей Бога», то есть по законам «Идеи-Правительницы».

Основная идея демотии заключалась в «органической связи между массой народа, которая обладает (...) лишь бессознательной стихийной волей, и вырастающим из народа правящим слоем, который находится с народом в постоянном взаимодействии и, порождая правительство, формулирует народное миросозерцание и народную волю». При этом, евразийцы признавали, что правящий слой «раскрывает свою идеологию, осуществляет свою волю», но это определялось как “индивидуализация народного сознания”».

Демократическая же форма правления, по мнению Савицкого и его коллег, для России не может быть применима, поскольку, «пассивные малограмотные и на 50% совершенно неграмотные, не знающие иных интересов, кроме непосредственно их касающихся», крестьяне не могут принимать участие в управлении государственными делами. В этой связи приводился пример с Учредительным собранием.

1

Евразийство (Формулировка 1927 года) // Указ. соч. С. 167.

2

Там же. С. 167

3

Евразийство, (опыт систематического изложения) // Указ, соч С. 149.

4

Там же. С. 149.

5

ГА РФ. Ф. 5783. Д. 362. Л. 34.

Такой подход имел не только глубинный историософский смысл, поскольку народ, как представители физического труда, не рассматривался как активный субъект исторического процесса (а как «чернь», «биологическая особь»); но и политическое значение, что выразилось в разработанной Савицким стратегии и даже тактике захвата власти, сначала в «Тресте», а потом и в СССР.

Как отмечал сам П. Н. Савицкий, еще в 1924 г. евразийцы взяли курс на идеологический захват верхушек белого движения в «Тресте». Роль этой организации в реализации политической цели евразийцев — власть в СССР — была решающей: «эта организация проникает в поры советского аппарата, невидимо контролирует инстанции коммунистического действия, является осведомленной о важнейшем, что происходит в стране». А позже, эта же организация должна была проводить отбор будущей правящей элиты — ведущего евразийского слоя.

В 1925 г. случился разлад в отношениях между Сувчин-ским и Савицким, вызванный расхождениям в тактических вопросах по поводу «Треста», который впоследствии послужил одной из причин кпамарского раскола. В упомянутой евразийской программе, тактика захвата власти в СССР выстраивалась на основе идеологического подчинения руководства «Треста» евразийским задачам. Такой идеологический захват должен был происходить через создание евразийской фракции в «Тресте».

1

ГА РФ. Ф. 5783. Д. 105. Л. 2.

2

ГА РФ. Ф. 5783. Д. 362. Л. 31.

3

Там же. Л. 33.

4

Докладная записка, представленная на рассмотрение членов (Совета Евразийства) от 17-26 июля 1925 г. о тактике евразийской организации // ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 497. Л. 4.

5

Секретная переписка членов руководящей группы («Совета пяти», «Совета евразийства», «Совета нефти») с различными представителями евразийства по различным вопросам программ и практики евразийского течения. 23 сент. 1924 — 12. дек. 1930. // ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1. Д. 485 Л. 45.

Принятая по отношению к «Тресту» тактика «обволакивания» власти, которая также распространялась и на захват власти в Советском Союзе была заимствована у масонов по предложению П. С. Арапова. Хотя среди евразийцев, в масонской ложе состоял только А. В. Карташев.

Очень важно отметить, что такая же тактика, по мнению П. Н. Савицкого, применима и по отношению к СССР: «влить новое вино евразийства и старые мехи марксизма» — смысл его евразийской пропаганды. В письме к коллеге по евразийству от 3 декабря 1926 г. Савицкий, конкретизировал смысл такой формулы своеобразного идеократического масонства: Евразийская Партия «как двойник коммунистической партии, который в удобный момент сменил бы последнюю, инкорпорировав в себя ее определенные элементы».

Савицкий рассматривал «Трест» не более, как «орудие производства с вполне ограниченной целью», причем как одно из возможных орудий. При этом он полагал, что военное руководство, проникнутое евразийскими идеями, должно подчиняться кому-нибудь из основоположников евразийства, намекая на себя. В этой связи предложение П. П. Сувчин-

1

Письма П. Н. Савицкому о выработке программ Евразийской партии, о внутрипартийных делах и размышлениях, о масонском движении и др. 01.1924 — 22.11.1924. // ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 406. Л. 28.

2

Там же. Л. 26.

3

Обзор евразийского течения за период с июля 1928 по январь 1929 г., составленный П. Н. Савицким // ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 310. Л. 2.

4

ГА РФ. Ф. 5783. Д. 335. Л. 92 а.

5

Секретная переписка членов руководящей группы («Совета пяти», «Совета евразийства», «Совета нефти») с различными представителями евразийства по различным вопросам программ и практики евразийского течения. 23 сент. 1924 — 12. дек. 1930. И ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 485 Л. 44, 45.

6

Переписка Н. С. Трубецкого с П. Н. Савицким и письма к ним других представителей евразийского движения по различным теоретическим и литературно-издательским вопросам // ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1.Д. 359. Л. 112.

ского о создании автономного от влияния евразийского политического руководства «евразийского военного дейкома» вызвало негодование у «главного евразийца», который в этой связи заявил: «Конец эпохе моих «идиллических» отношений с Сувчинским».

Но дело было не только в проявлении «диктаторских замашек». П. Н. Савицкий был, пожалуй, первым из евразийцев, кто еще в 1925 г. начал догадываться об истинной сущности этой организации. Он стал замечать, что именно «Трест» контролирует все действия евразийцев, а не наоборот; при этом, истинные политические цели его не ясны. А уже в 1933 г., Савицкий был уверен, что евразийцев пытаются превратить в советскую агентуру.

Помимо надежд на «Трест», евразийцы пытались реализовать свое идеологическое влияние, действуя непосредственно в самом СССР. Причем этот вариант не должен был пересекаться с действиями через Национальную Организацию. Так, в секретной программе евразийцев (июнь 1925), предназначенной только для руководства, говорилось, что задача евразийства состоит в установлении связей с советскими людьми, «заведомо непригодными для Треста и поэтому для Треста совершенно неинтересными». Здесь имелись в виду представители интеллигенции, ученые, прежде всего, советские экономисты, и писатели, а также «враги

1

Там же. Л. 112.

2

ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1. Д. 485 Л. 45.

3

Переписка Савицкого с представителями евразийства по редакционно-издательским, агитационным вопросам и вопросам личного характера. 22.02.1933 — 03.12.1934 // ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 367. Л. 243.

4

Так в евразийских кодировках обозначали Трест.

5

Программа деятельности Евразийской партии, ее руководящих органов и секций, структура и личный состав руководства («Совет Нефти»), бюджетные предположения на 1926 г., доклады с мест о работе евразийских групп в Англии, Франции, Польше и Германии. 18.01.1925. — 18.11.1926. // ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 454. Л. 12.

коммунистов». С этой целью предполагалось переселить в СССР на постоянное местожительство своих людей и совершать регулярные поездки. На допросе 27 августа 1945 г. Савицкий показал, что «Белогвардейская организация «Евразийской движение» вела широкую подрывную работу против Советского Союза, перебрасывая в СССР своих членов для создания антисоветских ячеек и распространения антисоветской литературы».

В 1927 г. в СССР поехал сам П. Н. Савицкий. Цель его поездки была изложена в письме, написанном Савицким от третьего лица. В нем говорилось: «надо чтобы Эсдерс имел возможность войти в широкий круг общения с аргентинскими нефтяниками, чем тот, в который вошел Шмидт (...) Надо узнать народные нужды, не учтенные или поставленные под угрозу коммунистическим режимом». Причем, эта «укорененность в народные нужды» требовалась не для идеологического влияния на массы, что, сообразно евразийской стратегии, было неосуществимо и ненужно, а для «критики в верхах». Эта нелегальная поездка проходила под контролем советских спецслужб. В интервью радиостанции «Свобода» от 22 августа 2005 г. сын П. Н. Савицкого Иван Савицкий рассказал, что его отец «знал, что за ним в Москве следили, но ему казалось, что ему удалось уйти от слежки. Но он пришел на собрание, которое организовывалось соот-

1

ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 454. Л.12-14.

2

ЦА ФСБ России. Д. Р-39592. Л. 74.

3

Письма П. Н. Савицкого представителям евразийской организации по партийным и редакционно-издательским вопросам. Отпуска. 02.10.1926. — 09.01.1927. (название по описи). Письма П. Н. Савицкого (отпуск) представителям евразийского движения и родственникам по литературно-издательским и др. вопросам личного характера. 8 янв. 1927 — сент. 1927. (по названию самого дела)// ГА РФ. Ф. 5783. Д. 340. Л. 77, 79.

4

ГА РФ. Ф. 5783. Д. 340. Л. 77, 79.

5

Дурновцев В. И., Кулешов С. В. Жизнь и судьба П. Н. Савицкого// Культурное наследие русской эмиграции: 1917—1940 гг. В 2-х кн. Кн.1 М. 1994. С. 148—149, 150.

ветствующими «органами» и до конца верил в то, что на его Родине есть мощная евразийская ячейка». По возвращении П. Савицкий уверял своих однопартийцев в существовании в СССР евразийской группы. Так, несколько позже, в письме Н. Н. Алексееву он заявлял, что влияние евразийской идеологии в СССР «велико, но подпольно (...). В СССР евразийство имеет и последователей и врагов. Политическое влияние евразийства было особенно велико в СССР в эпоху «правой оппозиции». Затем оно уменьшилось ввиду разгрома ячеек». В 1929 г. в письме к Сполдингу (Ольду) Савицкий заявлял, что есть средства доводить до сведения влиятельных лиц в СССР евразийскую литературу.

Попытки превратить «Трест» в евразийский орган на практике осуществились с точностью до наоборот. Со второй половины 20-х гг. среди некоторых евразийцев кламарской группы, которым были поручены отношения с пребывающими в Париж советскими людьми и «агентами коммунистической власти», стала наблюдаться тенденция к «большевизации». По мнению П. Н. Савицкого, все началось с «некритической» публикации в 1928 г. «Информационного Бюллетеня», основанного на подборке из «всем доступной» советской прессы для сведения евразийцев о процессах, происходящих в СССР. Таким образом, евразийцы знакомились с данными коммунистической пропаганды. Савицкий сразу же после выхода «Бюллетеня» высказался против дальнейшей его

1

Отец и сын. Евразиец Петр Савицкий и историк Иван Савицкий (интервью И. Савицкого от 22.08.2005) http://www.svobodanews. ru/Article/2005/08/22/20050822160035990.html

2

ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1. Д. 367. Л.153.

3

Письма П. Н. Савицкого мистеру Сполдингу о евразийской работе, образовании Евразийского Социального института для распространения и укрепления идей и методов евразийства в Аргентине. 1929. // ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 352. Л. 1.

4

Обзор евразийского течения за период с июля 1928 по январь 1929 г., составленный П. Н. Савицким // ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 310. Л. 24.

5

Там же. Л. 1.

публикации без «евразийского отбирающего отношения к действительности», то есть без соответствующих комментариев. П. П. Сувчинский, заведовавший евразийским книгоиздательством в Кламаре (под Парижем), тогда отнесся к критике Савицкого прохладно. Это вызвало опасения у П. Н. Савицкого, который через какое-то время направил в Кламар «своих» людей (К. А. Чхеидзе, Н. Н. Алексеева и Н. А. Дунаева), которые должны были собрать сведения о настроениях группы Сувчинского, позже сплотившихся вокруг газеты «Евразия». Из их донесений стало ясно, что эти «евразийцы рассматривают евразийство как особый вид марксизма-ревизионизма», что для них «евразийство не столько система догматических положений, сколько метод для подхода к современным событиям».

22 октября 1928 г. в Кламар наведался и «главный евразиец», по словам П. Н. Малевич-Малевского, «в тревоге и в настроении спасения погибающих». Желая доказать всем, что «евразийство — это я», Петр Николаевич стал устраивать «провинившимся», не желавшим сознаться в своем «отступничестве», очные ставки. Но и эту меру Петр Николаевич позже будет считать недостаточной, сокрушаясь по поводу того, что не поступил в свое время, как предлагал В. И. Ленин (!) в своей работе «Что делать в условиях кризиса партии»: например, допрос при свидетелях обеих сторон и тщательная проверка документов».

Ситуация накалялась. Савицкий все более ужесточал контроль над кламарцами. В ноябре 1928 г. он запретил публиковать в «Евразии» «Приветствие» М. Цветаевой Вл. Ма-

1

В историографии представлены разные варианты прочтения этого города: «Клямар», «Кламарж».

2

ГАРФ. Ф. 5783. Оп. 1.Д. 310. Л.З, 6.

3

Переписка Савицкого с представителями евразийства по теоретическим и организационным вопросам. 08. 07.1925 — 18.12.1927 // ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 363. Л. 254.

4

ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 326. Л. 39.

5

ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 310. Л. 7.

яковскому: «в номере нет ни слова о религии и помещать в нем приветствие автору известных атеистических вещей — это создавать ложное представление».

Думается, что, таким образом, П.Н. Савицкий сам стремительно шел на разрыв, желая избавиться от конкурирующего лидера. Религиозная же составляющая его концепции была второстепенна, точнее, несла идеологическую функцию — представить евразийство как движение, отвечающее русской национальной православной традиции. Это было всего лишь орудие, которым Савицкий мог спокойно пожертвовать во имя главной политической цели. Так, в письме А. К. Вышеславцеву от 12 ноября 1933 г., по поводу «летучки» для советских граждан, Савицкий заявлял, что необходимо отказаться в обращениях к советским гражданам от фраз вроде «Да здравствует православная Россия», ведь «церковное дело не может и не должно делаться на политическом уровне». При этом, нельзя отрицать, что у других евразийцев, религиозный аспект являлся основой их идеологии (например, у Г. В. Флоровского и А. В. Карташева).

Савицкий же был достаточно прагматичным политиком, и он не мог не замечать рост авторитета в евразийской среде Сувчинского и его «коммуноидальных идей». Последний, в свою очередь, боролся с «савицкизмом» в евразийской работе уже с 1925 г., о чем сообщал в письме этого года Н. С. Трубецкому . К этому времени он разочаровался в той вселенской роли евразийской идеи, которую ей пророчил «главный

1

ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 310. Л. 11.

2

Переписка Савицкого с представителями евразийства по редакционно-издательским, агитационным вопросам и вопросам личного характера. 22.02.1933 — 03.12.1934 // ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 367. Л. 153.

3

ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 310. Л. 14.

4

Переписка Н. С. Трубецкого с П. Н. Савицким и письма к ним других представителей евразийского движения по различным теоретическим и литературно-издательским вопросам. 15 дек. 1925 —

5

дек. 1927 г.//ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 359. Л. 159.

евразиец». Сувчинский считал, что «либо мы (евразийцы — А. М.) сами дурачим себя, либо одурачиваем людей».

П. Сувчинский, на чье имя было записано издательство в Кламаре, опубликовал письмо М. Цветаевой. В ночь с 20 на 21 ноября 1928 г. произошел окончательный раскол. Для того, чтобы проявить его сущность, отметим, что поводом послужил именно факт неповиновения Сувчинского, а не проявления левого уклона. Ведь еще раньше Савицкий не принимал никаких решительных мер, когда слышал от кла-марцев фразы, вроде: «марксизм необходим», «Покровский и его школа есть лучшая русская история».

Этот же вывод подтверждает случай с провалом Съезда евразийского Политбюро в конце 1928 г — начале 1929 гг. (или как его называли евразийцы на монгольский манер, «Курултая»), на котором должны были решаться вопросы о дальнейшем сосуществовании двух течений евразийства и о реформировании газеты «Евразия». Причиной тому послужила неявка на него членов Политбюро из группы «левых» евразийцев. Петр Николаевич объяснял товарищам это болезнью П. С. Арапова («врачи запретили ему деловые переговоры») и странными переездами по всей Европе П. Н. Малевича-Малевского, который как будто скрывался от жаждущего с ним переговоров Савицкого .

Сам же Малевич-Малевский в письме к Савицкому указывал, что именно Петр Николаевич просил его приехать накануне съезда в Лондон, что означало опоздать в Париж на Курултай. По мнению Малевич-Малевского, Савицкий «выполнял заранее решенный и разработанный план»: «Вы, —

1

ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 359. Л.169.

2

ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1. Д. 310. Л. 13.

3

ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1. Д. 310. Л. 8.

4

Там же. Л. 19; Письма П. Н. Савицкого и заметки его для памяти. Отпуска. 08. — 25. 01. 1929// ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 351. Л. 62.

5

Письма разных лиц Савицкому Петру Николаевичу. 1927 — 1933. // ГА РФ. Ф. К. А. Чхеидзе 5911. Оп.1. Д. 95. Л. 6.

6

писал он, обращаясь к Савицкому, — использовали метод интриги и лицемерия, который фактически сводил на нет или крайне затруднял мои усилия к примирению». Малевич-Малевский возлагал вину за раскол всецело на П. Н. Савицкого. Так, в письме к Н. С. Трубецкому (3 ноября 1928 г.) он отмечал: «Нас пугала его похоть к власти. Мания величия, переходящая в острую подозрительность и какая-то непонятная мелочность (...). Все это, постепенно раскрываясь, несло в нашу среду ощущение какой-то охранки (...) «Двух» евразийств нет, а есть опустошающее настроение П. Н. Савицкого, которое его побуждает к подпольной работе. Личное честолюбие же заслоняет ему реальность, и он никак не может примириться с мыслью, что в данном деле (газета) не он самое главное».

После раскола Савицкий стал Председателем Распорядительного Комитета Евразийской Партии и возглавил группу «истинных евразийцев» в Праге. Но евразийство стало затухать. Савицкий объяснял это провалом в СССР антисоветской организации и последовавшим за расколом выходом из «Евразийского движения» Трубецкого и Сувчин-ского, а вместе с ними и большей части ее членов. На наш взгляд, во многом это было связано с утратой связи с одним из важнейших источников финансирования данного движения — англичанином Ольдом (он же мистер Сполдинг, он же Гольдшмидт), осуществлявшаяся через П. Н. Малевич-Малевского (уже «левого» евразийца). Ольд финансировал кламарскую группу.

1

Там же. Л. 6.

2

Переписка Савицкого с представителями евразийства по теоретическим и организационным вопросам. 08. 07.1925 — 18.12.1927 И ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1. Д. 363. Л. 255, 256.

3

ЦА ФСБ России. Д. Р-39592. Л. 99.

4

ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 355. Л 21;

5

Письма П. Н. Савицкого различным представителям евразийского течения по литературно-издательским вопросам. 14.02.1928 — 01.09.1931// ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 346. Л 158.

Но П. Н. Савицкий пытался вывести движение из кризиса: «С целью продолжения борьбы против советской власти, руководство антисоветской белогвардейской организацией «Евразийское движение» я взял на себя и организовал взамен «Евразийского Совета», «Евразийский распорядительный комитет», в состав которого вошли помимо меня, Алексеев и Клепинин». По сути, в 30-х гг. «правое» евразийство держалось на Савицком. К тому времени Петр Николаевич был титулованным ученым: профессором Русского института сельскохозяйственной кооперации членом-корреспондентом географического общества в Белграде.

Он составил новую программу евразийства «Евразийство. Декларация, формулировка, тезисы 1932» (Прага, 1932 г.).

В 30-е гг. превращение Советской России в евразийскую идеократию — являлось уже программой-минимумом в политических установках П. Н. Савицкого. Миссианское значение России, как объединительницы Запада и Востока, по его мнению, должно было проявиться в «идеократическом интернационализме». Идея «бескровной мировой евразийской революции» составляла программу максимум. «Не забывайте, что мир русеет, — писал Савицкий В. А. Стороженко в 1932 г., — и что многие могут использовать русский опыт». При этом, Савицкий отмечал, что «уже сейчас вне России имеются группы, стремящиеся к целям, очень близким к нашим» и допускал мысль о сотрудничестве с ними, полагая, что они могут создать «местную базу» евразийства: «То сотрудничество, которое намечается революцией в Идеократическом Интернационале, для нас интересно

1

ЦА ФСБ России. Д. Р-39592. Л. 99.

2

ГА РФ. Ф. 5783. Оп.1. Д. 355. Л. 36.

3

Переписка Савицкого с представителями евразийского течения по редакционно-издательским, агитационным вопросам и вопросам личного характера. 28 июля 1928 — 14 марта 1934. // ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 366. Л. 105.

4

ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 355. Л. 308.

и важно, хотя нет никаких оснований предполагать, чтобы наши иностранные друзья уже сейчас могли прийти к своим целям. Этот путь им укажем мы». В этом отношении П. Н. Савицкий пытался установить контакты с иностранцами, прежде всего с некоторыми немецкими группами консервативно-революционного движения и отдельными учеными. С этой целью он активно в 30- е гг. сотрудничал с журналами: парижским «Le Monde Slave», «Аксе» (Брно) и чешским «Socialni problemy», «Slavische Rundschau» (Берлин). Движения «третьего пути» или «консервативной революции» в 20-30-х годах были распространены на Западе повсеместно. Они также основывали свою политическую платформу на имперской идее, (поскольку возникали, как правило, в бывших империях) критике либерализма и «умирающих» западных ценностей. В этой связи, в западной и отечественной историографии и евразийство часто рассматривают как ответвление движения «консервативной революции».

Были попытки и опубликоваться в журнале «Гегнер», печатном органе одноименной немецкой консервативнореволюционной организации. Но она не удалась. По данным американского историка М. Байссвенгера, вместо нее в журнале была помещена небольшая редакционная заметка под названием «Евразийцы», в которой сообщалось, что журнал получил программные тезисы евразийцев, и далее давалась краткая характеристика евразийской группы, как

1

Там же. Л. 308.

2

Многие статьи в ГА РФе являются переводом этих публикаций, сделанных самим П. Н. Савицким.

3

Люкс Л. Третий Рим? Третий Рейх? Третий путь? Исторические очерки о России, Германии и Западе. М. 2002. С. 136—161; Байссвенгер М. «Консервативная революция» в Германии и движение «евразийцев» — точки соприкосновения // Консерватизм в России и в мире. Часть III. Воронеж, 2004. С. 49—73. Дугин А. Г. Теория евразийского государства// Основы евразийства. М., 2002. С. 521—533.

4

ГА РФ. Ф. 5783. Оп. 1. Д. 355. Л. 47.

«пореволюционного эмигрантского движения, отмечалось также стремление евразийцев к установлению автаркии и «идеократического государственного строя».

После самороспуска евразийского движения в 1938 г., после смерти князя Трубецкого, Савицкий продолжал заниматься геополитическими исследованиями советской общественно-политической и экономической практики. Так, в марте 1939 г. он выступал с докладом «О новом в экономической географии СССР», разбирая «некоторые черты современности» в «описательном и критическом плане (и притом в сопоставлении с историей)». Он вел и активную общественную деятельность. Еще с 1932— по май 1945 гг. он являлся основоположником и одним из руководителей «Русского оборонческого движения» (РДО; с марта 1939 г., т. е. после оккупации Чехословакии Германией, участники движения действовали подпольно). В марте 1932 г., пред лицом наметившейся угрозы со стороны Японии, он публично заявил в Праге: «Каждый русский, оказавший, какую бы то ни было помощь антисоветским агрессорам, является изменником своему Отечеству». Занимался наукой и преподаванием. В 1940—1944 гг. он директор русской гимназии в Праге, сотрудник Археологического института им. Н. П. Кондакова. Являлся активным членом Русского научного общества ученых при Русском свободном университете.

Во время Второй мировой войны П. Н. Савицкий работал директором русской кооперативной гимназии в Праге. В 1944 г. был уволен немцами «за сопротивление мобилизации наших русских мальчиков в гитлеровскую армию — и

1

Байссвенгер М. «Консервативная революция» в Германии и движение «Евразийцев» — точки соприкосновения //Указ. соч. С. 61.

2

Письма Савицкого П.Н. Пушкареву С.Г. // ГА РФ. Ф. С. Г. Пушкарева. Р-5891. Оп.1. Д. 206. Л. 30.

3

Из архивного следственного дела в отношении П.Н. Савицкого // ЦА ФСБ России. Д. Р-39592. Л. 126.

стал чернорабочим». В годы оккупации Чехословакии германской армией несколько раз арестовывался гестапо. После освобождения Праги частями Красной Армии 12 июня 1945 г. арестован сотрудниками Управления контрразведки «Смерш» 1-го Украинского фронта «за принадлежность к контрреволюционной организации», а затем отправлен в Москву. Из лагеря 5 января 1947 г. Савицкий направил письмо И. В. Сталину с раскаянием и просьбой о помиловании. Он писал: «... Я приношу свое самое глубокое, искреннее и полное раскаяние в своих контрреволюционных установках и действиях. Всем своим существом я отдаю себе отчет в преступности и ложности наших установок и действий. (...) В течение всех последних 15 лет история и жизнь учили меня патриотизму. Их уроки были для меня особенно внятны в сфере тех вопросов, над которыми я работал специально. Уже в 1916 г. в споре с проф. М. И. Туган-Барановским, ставшим к тому времени «аграристом», я отстаивал необходимость индустриализации России (мои статьи 1916 г. «К вопросу о развитии производительных сил» и «Проблема промышленности в хозяйстве России», впоследствии перепечатанные также в книге моей 1932 г. «Месторазвитие русской промышленности»). Глубокое сочувствие задачам индустриализации Советского Союза, поставленных в Сталинских пятилетках, было одним из факторов, приведших меня с начала 1930-х годов к оборонческим, а затем к советско-патриотическим установкам».

В 1955 г. Савицкий вышел на свободу, вернулся в Прагу, где работал в качестве члена государственной комиссии по аграрной географии.

1

Мелких Ю. Б. Петр Савицкий и Петр Сувчинский — переписка, судьба евразийцев (Письмо П. Н. Савицкого к П. П. Сувчинскому 1957 г.) // Русская история. 2008 № 1 — 2. С. 104.

2

Из архивного следственного дела в отношении П. Н. Савицкого // ЦА ФСБ России. Д. Р-39592. Л. 122.

3

ЦА ФСБ России. Д. Р-39592. Л. 125—129 об.

В 1960 г. под псевдонимом П. Востоков он издал в Париже сборник стихотворений русской патриотической направленности «Посев», что повлекло за собой арест в мае 1961 г. и приговор к тюремному заключению сроком на три года. Через год его освободили.

В конце жизни судьба свела П. Н. Савицкого с Львом Николаевичем Гумилёвым. Как рассказывал Лев Николаевич, познакомил их М. А. Гуковский — профессор, который сидел с П. Н. Савицким в мордовских лагерях и был там его другом. Между двумя учеными завязалась долгая переписка.

Петр Николаевич Савицкий скончался в 13 апреля 1968 г. в Праге, где и был похоронен. По заключению Прокуратуры СССР от 7 мая 1990 г. П. Н. Савицкий был реабилитирован.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >