Куликовская битва и ее эпоха

Встревоженный усилением Москвы, Мамай, продолжающий сражаться с ханами-соперниками, тем не менее, начинает усиливать нажим на Дмитрия Ивановича и его союзников. В 1377 году он направил на Нижний Новгород войско Араб-шаха Музаффара (в русских летописях — Арапша). 2 августа

1

По мнению Р. Ю. Почекаева к решительному разрыву отношений с правившим на правобережье Волги Мамаем русских князей подтолкнули известия о его поражении. Войска Мамая были разбиты Урус-ханом пришедшим из Синей Орды. Новый претендент на власть в Улусе Джучи прислал на Русь посольство с требованием признать царем именно его.

татары, которых вели мордовские князья, скрытно подошли к русскому лагерю на берегу р. Пьяны (левый приток р. Суры) и внезапно обрушились на него. В бою полегло большая часть русского войска. Погиб и командовавший им княжич Иван, сын Дмитрия Константиновича Суздальского. Воспользовавшись победой, ордынцы разорили Нижегородскую землю и Засурье. Тогда же другой татарский отряд взял и разграбил Переяславль-Рязанский.

В Москве понимали, что теперь следует ожидать более крупного похода на Русь и стали готовиться к его отражению. Действительно, в следующем 1378 году Мамай направляет на непокорного московского князя 50-тысячное войско во главе с мурзой Бегичем. Л. В. Черепнин в своей известной работе «Образование Русского централизованного государства в XIV-XV вв. Очерки социально-экономической и политической истории Руси». (М., 1960) предположил, что «московское правительство учло уроки гибели русских войск на Пьяне в 1377 г. — учло в двух отношениях. Во-первых, как крупное военное поражение, повторение которого нанесло бы Руси весьма чувствительный удар. Во-вторых, как факт, подорвавший уже завоеванные ранее великокняжеской властью позиции на пути политического объединения русских земель и изменивший сочувственное отношение к этой политике городского населения Суздальско-Нижегородского княжества. Очевидно, в Москве с намерением исправить крупные упущения, допущенные в 1377 г. тщательно готовились к новой большой битве с Ордой».

К этому времени в Москве уже существовала надежная разведывательная служба, и к Дмитрию Ивановичу своевременно поступило сообщение о замыслах Мамая. Он успел собрать под свой стяг не только свои полки, но и некоторые союзные рати.

Главной целью Бегича была Москва. Зная об этом, князь Дмитрий принял решение не допустить врага в свою землю. В конце июля 1378 года московское войско выступило по старой коломенской дороге на юг. Неприятеля оно встретило уже в пределах Рязанского княжества, на броде на р. Воже, правом притоке Оки. Через эти места проходил самый удобный путь в глубь русских земель. Несколько дней татары не решались переправляться на северный берег Вожи, где стояли русские полки. Но на четвертый день, И августа 1378 года, Дмитрий Иванович отвел свои рати на версту от берега. Бегич решил, что москвичи отступают и начал переправу. Его отряды с ходу атаковали великокняжеское войско. Но оно оказалось готовым к сражению. Перед битвой, планируя отвод своей армии, Дмитрий Иванович разделил войско на три полка. Один из них, под водительством самого великого князя, ударил в лицо неприятелю, два других полка (под руководством окольничего Тимофея и князя Даниила Дмитриевича Пронского) атаковали его с флангов. Этот стремительный удар смял ордынцев. Они «на копьях» были сброшены в реку. В этой битве, длившейся всего час, пал не только сам Бегич, но и другие татарские темники — Хазибей, Коверга, Карабулук и Костров. У русских погибли два воеводы — один из белозерских князей Дмитрий Монастырев и рязанский боярин Назар Данилович Кусаков. В сражении на Воже московский князь Дмитрий был в гуще боя — рубился с татарами в первых рядах Большого полка.

В честь одержанной победы Дмитрий Иванович заложил два Успенских храма. Один — прямо на месте сражения (современное село Глебово-Городище), второй стал кафедральным собором г. Коломны.

Мамай, узнав о разгроме, пришел в ярость и тут же в сентябре 1378 года организовал карательный набег на Рязанское княжество. Была взята и разорена его столица — г. Переяславль-Рязанский. По этой причине великий князь рязанский Олег Иванович был вынужден перейти на сторону Орды.

В это же время союзником Мамая становится великий князь литовский Ягайло Ольгердович. Заручившись его поддержкой, Мамай решил, что пришло время начать большую войну с окрепшей Москвой, и стал готовить новый поход на Русь. На следующий год осуществить планы не удалось — за-

1

По другим сведениям этим полком командовал перешедший на московскую службу литовский князь Андрей Ольгердович Полоцкий - ПСРЛ. Т. И. С. 42.

думанные военные действия пришлось отложить из-за морового поветрия в степи, в результате которого вымерло большое количество лошадей. Войско татар было готово выступить в поход лишь летом 1380 года.

В конце лета 1380 года в Москву стали поступать сведения о готовящемся нашествии. Дмитрий Иванович начинает спешно собирать свои войска и войска союзников. Сбор их произошел в Коломне 15 августа 1380 года, в день Успения Пресвятой Богородицы. После смотра собравшихся полков на Девичьем поле, 20 августа, русская армия двинулась вверх по течению Оки, отрезая дорогу собиравшемуся идти на соединение с Мамаем литовскому войску. У города Лопасни московский князь получил сообщение, что орда Мамая стоит на реке Красивая Меча. Тогда русские князья решили выступить к Дону и на этой реке дать сражение врагу. Переправившись у села Прилуки через Оку, полки Дмитрия Ивановича тремя дорогами двинулись на юг. Одной дорогой шел двор Дмитрия Ивановича, другой — полки его двоюродного брата Владимира Андреевича Серпуховского, третьей — полки так называемых «подручных» князей — белозерских, ярославских, ростовских. К войску великого князя присоединились также отряды из Суздальского, Тверского и Смоленского великих княжеств, полки литовских князей Дмитрия и Андрея Ольгердовичей, новгородцы.

5 сентября войска подошли к Дону. Московский князь вновь собрал своих воевод, чтобы решить, где встретить татар. Мнение советников разделились. Некоторые считали, что с татарами надо биться на северном берегу реки, другие предлагали идти за Дон. Их мнение поддержал и Дмитрий Иванович. Сражение произошло на Куликовом поле за рекой Дон 8 сентября 1380 года.

В исторической литературе приводятся разные данные о численности русских и ордынских войск. Наиболее убедительными выглядят утверждения о том, что под стягом Дмитрия Ивановича собралось около 50—60 тыс. воинов. Мамай привел на Куликово поле не более 90 тысяч воинов (Ю. В. Селезнев).

Перед битвой русское войско было построено в традиционном боевом порядке. Большой полк и весь двор московского князя встали в центре. Ими командовал московский окольничий Тимофей Вельяминов. На флангах находились Полк правой руки под командованием литовского князя Андрея Оль-гердовича и Полк левой руки князей Василия Ярославского и Федора Моложского. Впереди, перед Большим полком, стал Сторожевой полк князей Семена Оболенского и Ивана Тарусского. В Зеленую Дубраву, вверх по Дону, был отправлен Засадный полк во главе с Владимиром Андреевичем Серпуховским и Дмитрием Михайловичем Боброком-Волынским.

По летописным данным, сражение шло около 3 часов и отличалось крайним ожесточением с обеих сторон. Исход его решил удар засадного полка, еще до начала битвы размещенного за основным фронтом русского расположения в Зеленой Дубраве.

Весной 2006 года очередная археологическая экспедиция на Куликовом поле, использовав георадар новой конструкции, выявила с его помощью «шесть объектов, расположенных с запада на восток с интервалом 100—120 м». По версии ряда ученых, это и есть захоронения погибших. Они утверждают, что костная ткань за это время оказалась полностью деструк-турирована агрессивной черноземной средой. Однако другие историки отмечают, что это не объясняет отсутствия в этих могильниках металлических предметов типа нательных крестов, обязательных при христианских погребениях.

Сведения о Куликовской битве содержатся в четырех основных древнерусских письменных источниках. Это «Краткая летописная повесть о Куликовской битве», «Пространная летописная повесть о Куликовской битве», «Задонщина» и «Сказание о Мамаевом побоище». О битве упоминается в договорах Москвы с рязанскими князьями, в «Слове о житии и преставлении великого князя Дмитрия Ивановича» и в «Житии Сергия Радонежского», в рассказах немецких хронистов Иоганна Посильге, его продолжателя Иоганна Линденблата и Дитмара Любекского, автора «Торуньских анналов».

Считается, что после Куликовской битвы Дмитрий Иванович стал именоваться «Донским», а его двоюродный брат

Владимир Андреевич — «Храбрым». Но в действительности такое прозвание московского князя встречается первый раз в «Степенной книге царского родословия» начала 1560-х годов, а затем в разрядных книгах рубежа XVI—XVII вв.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >