ХРИСТИАНСКИЙ ГУМАНИЗМ И ПРОСВЕТИТЕЛЬСТВО ЭРАЗМА РОТТЕРДАМСКОГО

В развитии гуманистического движения в Англии большую роль сыграл кружок Джона Колета (ок. 1467— 1519), образовавшийся в Оксфордском университете. В этом кружке сложилась программа так называемого христианского гуманизма, направленная против злоупотреблений католической церкви и даже рассчитанная на ее реформу. Она оказала значительное воздействие на мировоззрение двух весьма ярких и разносторонних гуманистов, давно и прочно вошедших в историю философии, — Эразма Роттердамского и Томаса Мора.

Эразм Роттердамский

Дезидерий Эразм из Роттердама (настоящее имя Герхардт Герхарде, 1469—1536), незаконнорожденный сын священника и его служанки, в молодости монах одного из нидерландских монастырей, упорным трудом сумел получить блестящее филолого-гуманистическое образование.

В последние годы XV в. он оказался в Лондоне и стал одним из наиболее активных членов местного кружка Колета.

В Лондон Эразм приезжал и в последующие годы. Не возвращаясь больше на родину, он жил в Париже, Лувене, Кембридже, Брюсселе, Антверпене, Брюгге, Генте, Майнце, Фрейбурге, Базеле.

Умер Эразм в Базеле в 1536 г. Писатель огромного трудолюбия, Эразм, можно сказать, оставлял перо только на время непродолжительного сна, большую же часть бодрствования он посвящал чтению, писанию произведений и огромного числа писем, различным пометкам.

Писал он, да и говорил по большей части только на латинском языке, обильно уснащая свои произведения греческими словами, выражениями, короткими фразами. Филологи считают Эразма самым выдающимся латинистом эпохи Возрождения, ибо он не просто возвратился к древнеримской латыни ее «золотого века», но и придал ей некоторые черты, сближавшие его латынь с европейскими языками Нового времени.

Эразм, развернув масштабную литературно-издательскую деятельность, примерно с 10-х гг. XVI в. до самой своей смерти был общеевропейским (впрочем, за вычетом Италии) лидером гуманизма. Среди множества уже прославленных имен Дезидерий Эразм пользовался едва ли не наибольшими известностью и влиянием. Сила «республики ученых», слагавшейся как в различных странах, так и во всей Западной Европе, общественная сила знания были уже столь велики, что император Священной Римской империи и испанский король Карл V, его соперник французский король Франциск I, английский король Генрих VIII, некоторые из римских пап (Павел III предлагал ему кардинальскую мантию), не говоря уже о менее значительных политических фигурах, искали внимания и даже поддержки Эразма. Эразм сделал множество переводов с древнегреческого на латинский язык. Важнейшим из них стало первопечатное издание греческого текста Нового Завета и его латинский перевод вместе с написанным Эразмом обширным комментарием к Евангелиям (1517), который заменил старый латинский перевод (так называемая Вульгата), изобилующий ошибками, многократно умноженными в бесчисленных комментариях католических богословов и схоластов. Строго филологический подход Эразма к текстам Нового Завета создавал предпосылки и для чисто исторического подхода к нему, и для его будущей секуляризации. Уже в силу этого Библия (пусть и частично) была обращена против схоластики. Антисхоластические настроения Эразма, как и у ранних итальянских гуманистов, получили свое отражение и в его глубоком интересе к идеям и произведениям «отцов церкви», которых он тоже издавал и переводил.

Свое учение в целом Эразм чаще всего именовал «философией Христа». «Философия Христа» была уже достаточно полно сформулирована в первом значительном произведении молодого Эразма — в «Руководстве христианского воина» (или «Кинжал...», 1501 — 1503). Программе, изложенной здесь, автор оставался верен до самой смерти. Традиционная метафора христианского воина наполнена сугубо моральным содержанием. В целом вера христианина (например, в индивидуальное бессмертие души) превышает возможности его разума, но эта вера должна вести его к непрерывной борьбе с телесными соблазнами. Она должна также сочетаться с твердыми житейскими правилами и непрерывной борьбой за их осуществление.

«Философия Христа», призывавшая к возрождению идей и идеалов первоначального христианства, давно забытых католической церковью, погребенных под грудой обрядового формализма, в принципе доступна каждому человеку. Как подлинный гуманист Эразм не принимал тезиса ортодоксального христианства о радикальной испорченности человеческой природы первородным грехом. Поэтому нормальный человек, подражая Христу, способен возвышаться до идей, зафиксированных в Священном Писании.

Наиболее прославленное произведение Эразма — знаменитая «Похвала глупости» (1510—1511). Здесь блестяще продемонстрированы его качества писателя-сатирика. Из этого произведения можно многое узнать о его философских симпатиях и убеждениях. В монологе госпожи Глупости, напыщенно произносящей шутливую декламацию, восхваляющей себя, автор язвительно описывает различные стороны современной ему жизни. Поскольку «большинство людей глупы, и всякий дурачится на свой лад» [XIX]10, оказывается, что «в человеческом обществе все полно глупости, все делается дураками и среди дураков» [XXV]. Прихотью Глупости, лики которой бесчисленны (а едва ли не наиболее ярким проявлением Глупости служит человеческое самодовольство (filautia)), так или иначе руководствуются люди всех сословий и прослоек, все нации, ибо Глупость богата и коллективными проявлениями. Самым же печальным из них служит война. В своих произведениях Эразм не раз подчеркивал, что она может быть привлекательной лишь для тех, кто ее не изведал. А в «Похвале глупости» он даже написал, что война обычно ведется всякого рода подонками общества [XXIII]. В сочинении «Жалоба Мира, отовсюду изгнанного и повсюду сокрушенного» (1517) Мир скорбит о бедствиях, испытываемых вследствие раздоров и войн, порождаемых безумием людей. Блага мира, к которым, казалось бы, только и должны стремиться христиане, перечеркиваются злом войны. Проблема моральности снова возвращает нас в гущу жизни. Глупость не только неотделима от нее, но и служит, можно сказать, ее синонимом. Однако почему же она могущественнее мудрости?

Ответ автора «Похвалы» в целом сводится к тому, что сфера чувственности, связанной со всем телом человека, много шире и сложнее сферы его разума, сконцентрированного в его голове (и даже части ее). В силу этого люди вынуждены «играть комедию жизни» [XXIX], исполняя самые различные роли. Могущество чувственности необоримо, и бессмысленно воображать возможность моральности, полностью освобожденной от нее, как об этом нередко ханжески твердят схоластизиро- ванные сторонники официального благочестия (т. е. псевдоблагочестия).

Библиографические ссылки к Главе 1

  • 1 Данте Алигьери. Божественная комедия. М., 1967. С. 181. Далее ссылки в тексте с указанием раздела и страницы.
  • 2 Отрывки из произведений Колюччо Салютати, Поджо Браччолини, Леонардо Бруни, Джаноццо Манетти, Леона Баттиста, Альберти и других философов-гуманистов см.: Ревякина Н.В. Итальянское возрождение. Гуманизм второй половины XIV в. — первой половины XV в. Новосибирск, 1975. С. 82.
  • 3 Там же. С. 70.
  • 4 Эстетика Ренессанса. М., 1981. Т. 2. С. 248.
  • 5 Cassirer Е. The Idividual and the Cosmos in Renaissance Philosophy. N.Y., 1963. P. 115.
  • 6 Николай Кузанский. Сочинения: В 2 т. M., 1980. Т. 1. С. 2. Далее ссылки в тексте на это издание.
  • 7 Рутенбург В.И. Жизнь и творчество Макьявелли // Никколо Макьявелли. История Флоренции. Л., 1973.
  • 8 Макиавелли Н. Государь и Рассуждение на первые три книги Тита Ливия. СПб., 1869. С. 371.
  • 9 Там же. С. 352.
  • 10 Эразм Роттердамский. Похвала глупости // Библиотека всемирной литературы. М., 1971. Т. 733. С. 137. Далее при ссылках в тексте даются номера соответствующих глав.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >