Формирование правовой культуры в Республике Беларусь: сущность, характер, этапы

Говорить о формировании правовой культуры в стране сложно по ряду причин, как, собственно, правового, так и философского, ментального характера. Учитывая, что суверенная Беларусь стала реальностью не столь давно, понятно, что первая предпосылка, основание для анализа проблемы - наследие советского прошлого, опыт в решении данной проблемы советского общества, соответствующих государственных, общественных структур. Если очень кратко, то суть, содержание такого опыта можно свести к следующим положениям:

  • - имела место абсолютизация имеющегося правового знания с точки зрения его истинности, представление его в форме «единственно верного знания», восходящего к марксистской методологии и теории права;
  • - фигурировала «подчинённость» правовой культуры «более важным и глубоким» категориям, вроде «государства», «класса», «партии» и ряда иных. Это было связано с пониманием «надстроечного» характера права в системе научных, идеологических предпочтений;
  • - налицо определённость и ясность основных постулатов, не допускающих многозначного толкования;
  • - правовая культура понималась как элемент правового воспитания, одна из подсистем юридической надстройки в целом;
  • - в теории и практике присутствовала нацеленность не столько на осознание характера правовой среды и своего места в нём, сколько на усвоение незыблемости сложившихся политико-правовых реалий.

Говоря иным языком, правовая культура представляла свод незыблемых правил, нечто похожее на правовой кодекс, строителя коммунизма, в рамках которого, с одной стороны, всё было достаточно чётко определено и не допускало противоречивых толкований, а, с другой, было подчинено глобальным политико-правовым константам, вроде строительства светлого будущего.

Причём не надо думать, что сказанное является однозначным синонимом понятию «плохо». Это- упрощённый подход, который имеет место и до сих пор. Необходимо помнить, в каких условиях формировалась у нас в стране система правовых знаний, правовая культура в целом. Фактически - на пустыре идей и знаний, если брать XX век в целом. В условиях безграмотности, сплошных войн, конфликтов, где убивали не только чужие, но и свои. И убивали не только врагов, но и друзей. Право фактически только становилось инструментом цивилизации, не было традиции, ни интеллектуальной, ни правовой, в этих условиях даже знание, высказанное в категорических тонах и не допускающее разномыслия, оказывалось благом. Достаточно напомнить в этой связи, что первый университет на территории страны был создан только в первой половине XX века, соответственно, национальный корпус юристов стал формироваться в это же время.

Но положение дел такого рода стало предпосылкой возникших в обществе проблем после известных событий 1991 года: гибель СССР ведь никак не была связана с правом, традициями правовой культуры. Более того, эта катастрофа была следствием, в частности, отсутствия традиций правовой культуры, неуважения к сложившейся правовой практике. Напомним в этой связи, что большинство граждан бывшей великой державы на последнем всесоюзном референдуме 1989 года высказались «за» сохранение страны. Высказались - и тут же страна была разрушена. Правовой парадокс? Как раз ответ на поставленный выше вопрос. Ведь в стране с глубокими традициями правовой культуры, сформировавшимся корпусом интеллектуалов, авторитетным гражданским обществом такое вряд ли было возможно. Но там, где место правовой культуры во многом занимало понятие «целесообразности», в том числе и правовой, возможно всё.

Конечно, нельзя утверждать, что в обществе отсутствовали сформированные представления о том, что такое «плохо», а что такое «хорошо» в правовом смысле, что вообще не было культуры традиций и традиций культуры. Просто сама эта культура была следствием своего рода «рамочного соглашения» между партией, государством с одной стороны и народом с другой. Граждане в этой ситуации выступали объектом влияния, а вот их, граждан субъективный статус зачастую прослеживался с трудом.

В период с 1991 по 1994 год говорить о целенаправленном формировании традиций правовой культуры в белорусском обществе вряд ли возможно. По сути, корпус законодательных актов страны только формировался: принималась Конституция, на первый план выдвигались задачи более актуального порядка, в частности, правового существования собственно нового государства.

Нарушение правовых основ жизни не только граждан, но и собственно государства в этот период стало общепризнанным фактом. Шла политическая борьба, в рамках которой право служило таким же инструментарием, как идеологические программы и философские доктрины. В этой ситуации вопросы формирования правовой культуры в теоретическом, да и практическом плане вообще не ставились. Апелляции к праву и соответствующей культуре стали формой реализации узкопартийных интересов. Надо отметить, что и небывалый рост преступности на территории постсоветских государств, в том числе и Беларуси, во многом определял и характер правовой ситуации, и её сущность.

Вместе с тем, целесообразно отметить ряд факторов, которые, на наш взгляд, стали фундаментом дальнейших изменений в рассматриваемой сфере отношений.

Во-первых, принятие основополагающих государственнообразующих документов сформировало правовую среду, без которой говорить о правовой культуре вообще затруднительно. Ситуация, когда распад СССР сопровождался распадом сложившейся системы права, достаточно быстро была преодолена. Новая политическая реальность требовала правового оформления, что и стало фактом.

Во-вторых, быстро пришло понимание того, что «расшатывать» государство можно лишь до определённых пределов: анархистские теории в стране не прижились, здравая (консервативная, прежде всего) часть нации требовала прекращения сложившегося безвластия и правовой стабильности.

В 1994 году состоялись президентские выборы, которые во многом определили, как характер дальнейшего развития политико- экономических событий, так и содержание правовых реформ, основные направления формирования правовой культуры в обществе. Что стало характерным для последующего периода?

Новое политическое руководство страны в числе прочих мер приняло жёсткие и эффективные меры для построения новой концептуальной основы правопонимания в целом, правовой культуры в частности. Большую позитивную роль в этом процессе сыграли общереспубликанские референдумы, в результате которых изменились национальные символы, было принято принципиальное решение о двуязычии, изменена дата празднования Дня национальной независимости и т.д. Правовая культура в этот период во многом отождествлялась с правовой надстройкой в целом, она - правовая культура - не являлась компонентом дифференциации, её рассматривали достаточно широко и включали в её содержание право, правоотношения, правосознание, законность т.д.

Необходимо признать, что задачи формирования структур собственно государства были приоритетными, и говорить о целенаправленном формировании правовой культуры было бы преувеличением и на этом этапе развития социума. Выстраивалась вертикаль власти, формировалась национальная управленческая, идеологическая, культурная элита, существенные изменения происходили и в сфере права. По сути, шло формирование национальной правовой системы, в рамках которой правовая культура постепенно стала занимать всё более весомое место.

Как же представляли правовую культуру в современном белорусском обществе в период становления белорусской национальной государственности? Очевидно, что здесь не было принципиальных отличий с теми традициями, которые сложились в советской юридической школе. Правовая культура представлялась как совокупность норм, ценностей, юридических институтов, процессов и форм, выполняющих функцию правовой ориентации (да и социальной тоже) в конкретном (в данном случае - белорусском) обществе.

Правовая культура, как полагают белорусские философы, юристы, социологи занимает обособленное место в социокультурном пространстве. Полностью она не совпадает ни с одним «видом» культуры (материальной, духовной, политической и т.д.). Правовая культура уникальна, её создаёт сочетание как материальных, так и идеальных (духовных) компонентов.

Определённые общие грани имеют, прежде всего, правовая и политическая культура, так как деятельность государства, субъектов политических отношений входит в сферу правовых отношений, что, конечно, не меняет природы этих отношений, не поглощает и не исчерпывает их полностью политическими закономерностями.

Спецификой политико-правовой действительности в белорусском государстве в конце прошлого - начале нынешнего века было то, что политика, политическая культура доминировала над культурой правовой. Это было связано с рядом факторов как объективного, так и субъективного порядка. К первым целесообразно отнести советскую традицию правопонимания, где право, как минимум, было равноценно с политической сферой жизни, но на практике являлось вторичным компонентом. Далее, необходимо учитывать характер реформ в данный период, по сути, носящих революционный характер. В-третьих, традиции правовой культуры не были сформированы в должной мере и степени, что сказывалось на состоянии гражданского общества и степени его правосознания. К субъективным факторам необходимо отнести жёсткое политическое противоборство, которое имело место, прежде всего, в сфере понимания перспектив и характера развития белорусского государства, специфическая (разнонаправленная) интерпретация исторического прошлого и само понимание термина «традиция», политической или правовой традиции, отсутствие резерва высококвалифицированных национальных юридических кадров и т.д. Как результат, правовая культура во многом интерпретировалась как культура, способствующая достижению исключительно политических целей, её самостоятельный характер и суть затушёвывались, нивелировались, сводились на «нет».

Ситуация в определённом смысле изменилась в последние годы. Связано это, прежде всего, с тем, что закончилась острая фаза конфронтации в белорусском обществе и государстве. Власть укрепилась, само существование суверенной белорусской государственности не вызывает сомнений и не подвергается атакам, правовая система получила законодательное оформление, белорусское общество в целом консолидировано и в основном разделяет основополагающие ценности, связанные с характером и спецификой существующих государственных приоритетов.

Существенную роль в происходящих процессах сыграло европейское общественное мнение. Речь не о жёстком выдвижении тех или иных требований, прежде всего, политического характера и их «про- давливании» любыми мыслимыми способами. Такие требования, высказанные в категоричном тоне, фактически навязываемые белорусскому обществу, не приносили, на наш взгляд, существенной пользы. Таковой пользой стала сама практика строительства нового общества в нашей стране, когда решение актуальных задач привело к убеждению, как минимум, в возможности использования западноевропейского опыта в решении важнейших политико-правовых задач. Другими словами, практика оказалась в очередной раз выше теории, а абстрактные концепты не сыграли той роли, к которой были призваны.

Отвлекаясь, заметим, что пресловутые «права человека», выдвинутые в роли своего рода «тарана», с помощью которого некоторые европейские деятели решили «пробить» брешь в «последней диктатуре Европы», не сыграли той позитивной роли, к которой были призваны. Главным образом, потому, что любые «права человека» как система взглядов тогда могут быть востребованы, когда вызревают на национальной почве. Облагодетельствовать, в том числе политикоправовыми концептами, нельзя. Можно лишь ожесточить противоборствующие стороны, что и имело место до недавнего времени. Но к началу 2009 года ситуация изменилась.

Как это стало выглядеть в реальной действительности? Здесь можно выделить, по нашему мнению, несколько направлений, путей формирования правовой культуры в обществе.

Первый связан с пониманием того факта, что правовая культура и культура политическая - не идентичные феномены. Правовые ценности (способы и средства разрешения социальных конфликтов, институты обеспечения прав человека и т.д.) стали всё чаще привлекать общественное внимание и становиться предметом общественного обсуждения. Что важно: центр тяжести общественного внимания стал перемещаться из сферы сугубо «персональной» (во всём происходящем виноват тот или иной «икс» или «игрек») в сферу практическую и теоретическую. Возникло понимание того факта, что юридические инструменты могут существенно улучшить общественную среду, способствовать исключению насилия, произвола, разрешения традиций. Правовая культура стала претендовать на функцию, в основе которой ограничение и вытеснение антиобщественного и антиправового поведения.

Второе направление было связано с тем, что правовая культура стала пониматься не в виде исключительно абстрактных юридических формул, а как средоточие, аккумуляция накопленных в обществе юридических ценностей. Она (данный тип культуры) является хранителем, генератором и ретранслятором этой системы ценностей на иные сферы общественных отношений. То есть, возникло и укрепилось понимание того факта, что правовая культура есть не только нечто «вторичное», но и сама она является самостоятельным источником ценностей.

Третье направление было основано на понимании правовой культуры как практически единственной глобальной формы, через и посредство которой воспроизводятся национальные правовые феномены, скажем, такие, как государственность, правопорядок, правовая система в целом. То есть, правовая культура несёт в себе некий «генетический код» отечественных юридических явлений, служит как средством их обогащения в процессе всемирного (цивилизационного) правового, культурного обмена, так и особым средством защиты национальной культуры от чуждого влияния, разрушающего исходные предпосылки национальной правовой идентичности.

О каких функциях правовой культуры мы сегодня можем вести речь? На первом месте, очевидно, должна быть праворегулятивная функция, суть которой в том, что поведение личностей, коллективов, государственных и общественных институтов должны быть приведены в соответствие с действующими нормами права. Это особенно важно после имевшего место периода правового нигилизма, связанного с катастрофой распада государства.

Вторая функция, познавательная или преобразовательная направлена на приобретение юридических знаний, понимание норм, законов, процессов и т.д., правильного, сознательного их применения. Следует признать, что здесь в нашем обществе существует достаточно широкое поле для деятельности.

Предметом ценностно-нормативной оценки и соответствующей функции являются правоотношения, правовые нормы и так далее. На практике, прежде, чем выносить то или иное суждение и реализовать ту или иную норму необходимо учитывать значительное количество обстоятельств, каждое из которых может побуждать нас к применению различных норм. Выбрать из множества норм правильную, единственно верную можно, лишь хорошо владея предметом, зная законы, имея высокий уровень правовой культуры.

Из функций правовой культуры можно назвать ещё и прогностическую, коммуникативную и некоторые иные.

Конечно, есть понимание и того, что правовая культура в каждый данный момент «присутствует» в каждой данной точке правовой реальности, не совпадая с ней полностью. Она выступает отправным моментом, основой для такого рода активности и в целом для правовой культуры личности.

Если вести речь об отдельной личности, то правовая культура отдельного индивида означает знание им действующего законодательства, его правильное понимание, соблюдение, исполнение и нетерпимое отношение к любым нарушениям законности.

Следует признать, что белорусское общество, квалифицируемое, в частности, как толерантное, демонстрирует высокую степень правосознания, имеет место в целом сознательное отношение к своим правам и обязанностям, социальная, правовая активность. Социальная философия здесь следующая: высокий уровень правовой культуры подразумевает, означает, что гражданин не является посторонним наблюдателем общественных процессов, а проявляет социальную, правовую активность, использует свои правовые знания в целях укрепления законности.

К слову, важную роль в этом процессе уже сыграли молодые кадры, выпускники открывшихся в стране юридических факультетов университетов. На протяжении советского периода развития в Беларуси корпус юридических кадров формировал исключительно Белорусский государственный университет в Минске, позже - в Гродно. В настоящее время во всех областных центрах страны, а также в Полоцке созданы юридические факультеты, в рамках деятельности которых формируются новые кадры правоведов. Конечно, необходимо признать, что ощущается недостаток высококвалифицированных преподавателей, ряд кафедр испытывает дефицит, прежде всего, профессоров и докторов юридических наук, однако понятно и иное: региональное развитие - это важный путь для формирования национальной юридической элиты.

Это тем более важно, что поколение нынешних двадцатилетних молодых людей вступали в жизнь тогда, когда рушились привычные устои, некоторое время господствовал правовой нигилизм, правовые институты были расшатаны и подверглись уничтожающей критике, словом, критический аспект превалировал над позитивным. Это не могла не сказаться на их мироощущении, характере представлений об обществе, государстве и праве в целом. Это хочется особо подчеркнуть в связи с тем, что имеющая место в настоящее время тенденция сократить число юридических факультетов, сосредоточив подготовку юридических кадров исключительно в двух - трёх центрах, на наш взгляд, ошибочна. Было бы намного правильнее усилить внимание к подготовке высококвалифицированных юридических кадров в регионах, может быть, даже, в рамках специальной государственной программы.

Многое зависит и от теоретической работы правоведов. Существуют теоретические проблемы, которым, на наш взгляд, необходимо придать большее научное, общественное внимание. В качестве примера остановимся на таком вопросе, как структура правовой культуры. Здесь существует разнобой мнений. Суммируя компоненты, названные в разных источниках, можно признать, что структуру правовой культуры составляют право, правовые отношения, правосознание, законность и правопорядок, государственные правовые институты, юридическая наука, юридические акты. Не возникает ли здесь сомнение, связанное с тем, что правовая культура, как, получается, охватывает фактически «все» сферы правового регулирования в обществе? Возникает, поэтому некоторые исследователи исключают ряд названных компонентов из понятия «правовая культура». Скажем, исключается «юридическая наука», «юридические акты», «правовые институты».

Ещё проблема: правовая культура содержит общее и особенное в любом обществе, но как соотносятся между собой эти составные части, есть ли здесь нечто приоритетное или всё зависит от времени их функционирования и характера конкретного государства? Ответ неочевиден.

Основной вопрос здесь вот в чём: разрушение марксистского пра- вопонимания и соответствующей методологии права не привело к «замещению» марксистской методологии какой-либо иной. То есть, одной методологии не стало, но другая не появилась. Так, очевидно, быть не может, поэтому мы в практике научной работы часто имеем либо использование (пусть в скрытом виде) достижений марксистской мысли, либо апелляцию к так называемому методологическому плюрализму, когда любая из аргументированных точек зрения признаётся «научной». Из этого следует, что задачи разработки концептуальных, методологических проблем юридической науки следует признать приоритетными.

Далеко не случайно, что в республике ощущается острый дефицит специалистов, занимающихся концептуальными проблемами права. В частности, за последние годы, десятилетия, насколько известно, вообще не появилось ни одной работы по методологии права. Проведённая в 2009 году научно-практическая конференция «Позитивное право в современных правовых системах», организованная совместно правоведами Опольского университета (Республика Польша) и брестскими учёными (Республика Беларусь) показала, что доклады по теме конференции давались белорусским авторам с трудом. И связано это было, главным образом, с тем, что вопросы концептуального характера не являются приоритетными в плане научных работ. Что ж, надо учиться и вот здесь, как раз, то совместное поле для деятельности, где творческое содружество между белорусскими и польскими авторами, учёными может принести ощутимую пользу делу.

Представляется важным обратить внимание на разработку теоретических проблем правовой культуры, причём внимание должно быть сконцентрировано на двух направлениях научного поиска: методологическом, собственно теоретическом, концептуальном и в каком-то смысле «практическом», связанном, например, с новым решением вопроса о взаимосвязи таких категорий, как «идеология», «политика» и «право». Возвращаться к данному вопросу следует хотя бы потому, что представить себе правовое воспитание, правовую культуру в целом без идеологического компонента достаточно сложно. Точнее - это идеальная модель, идеальный тип. На практике же идеология, господствующая в государстве, столь мощно влияет на правовую культуру, что очень часто превращается в её господствующую часть.

В заключение заметим, что правовая культура - предмет интереса и внимания не только юристов. Правовая культура формируется благодаря усилиям философов, религиозных деятелей, всех тех специалистов, для которых понятия «государство», «право», «свобода» не является пустым словом. Конечно, для прогресса правовой культуры первостепенным и первоочередным является развитие фундаментальных юридических исследований и в первую очередь, в области философии права, общей теории права. Без исследований в этих областях содержательное поле правовой культуры иссякает, её интеллектуальный запас тает, она теряет перспективу, не имея возможности адекватно реагировать на происходящие в обществе изменения. Важно помнить, что правовая культура не формулируется один раз и на века. Её содержание изменчиво, поскольку изменчив тот мир, в котором данный тип культуры претендует на значение и авторитет. И правовая культура, её содержание не должно формулироваться исключительно силами государственных организаций.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >