Оценка возможности применения зарубежного опыта ведущих государств по регулированию использования технологии блокчейн на финансовом рынке

Анализ действующего законодательства, регулирующего функционирование финансового рынка, на предмет восприимчивости к имплементации норм, регулирующих использование технологии блокчейн

Определить уровень восприимчивости российского законодательство к имплементации норм, регулирующих использование технологии блокчейн, возможно путем анализа сущности исследуемых явлений и определения правовых норм, регулирующих схожие явления (по «аналогии закона» и «аналогии права»).

В настоящее время оборот криптовалюты не регулируется российским законодательством. В связи с этим хотелось бы обратить внимание на правовое регулирование явлений, схожих с криптовалютой. Такой аналих позволит определить наиболее оптимальный способ регулирования данного явления.

Рассмотрим четыре основных вопроса, которые видятся как краеугольные камни в настоящей тематике. Прежде всего, необходимо понять, как действующее законодательство трактует криптовалюту и к каким правоотношениям относит.

Традиционно деньги — это средство обмена товара на товар. Все деньги отнесены законодателем к имуществу, при этом наличные деньги - к вещам, а безналичные денежные средства - к иному имуществу.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 1 ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" к иностранной валюте относятся:

- денежные знаки в виде банкнот, казначейских билетов, монеты, находящиеся в обращении и являющиеся законным средством наличного платежа на территории соответствующего иностранного государства (группы иностранных государств), а также изымаемые либо изъятые из обращения, но подлежащие обмену указанные денежные знаки;

- средства на банковских счетах и в банковских вкладах в денежных единицах иностранных государств и международных денежных или расчетных единицах.

Криптовалюта не является объектом гражданских прав, так как не указана в ст. 128 ГК РФ, не относится к деньгам, поскольку не указана в ст. 140 ГК РФ, не соответствует ст. 27 Закона о Банке России, в соответствии с которой официальной денежной единицей России является рубль. Указанная норма так же гласит что введение на территории Российской Федерации других денежных единиц и выпуск денежных суррогатов запрещаются.

В Российском праве закреплен закрытый перечень ценных бумаг, поэтому криптовалюту нельзя признать бездокументарной ценной бумагой. Проблематично ее назвать и аналогом ценной бумаги или каким-либо финансовым инструментом, так как у криптовалюты нет эмитента.

Нельзя отнести криптовалюту к имущественным правам, потому что отсутствуют кредитор и должник по какому-либо обязательству. У обладателя криптовалюты нет права требования к кому-либо. Обладатель криптовалюты может передать данный актив третьему лицу либо обменять на другой актив или приобрести что-либо.

Криптовалюта и Биткоин, в частности, не подпадает под определение электронных денежных средств, которое дано в п. 18 ст. 3 ФЗ "О национальной платежной системе", а также не подпадает под определение платежной системы, которое содержится в п. 20 ст. 3 этого же Закона.

Таким образом, криптовалюты с точки зрения правового регулирования не могут быть отнесены ни к российским деньгам, ни к иностранной валюте, являясь своего рода денежным суррогатом.

Но главное, что в российском законодательстве не закреплены такие понятия, как денежный суррогат, криптовалюта, виртуальная валюта.

С точки зрения уголовного права, денежные суррогаты - это частные средства платежа, номинированные в рублях или иных единицах (могущих быть переведенными в рубли) и имеющие ограниченное хождение в сфере реализации товаров, выполнения работ, оказания услуг.

С точки зрения банковского права, денежный суррогат может быть определен как платежное средство, не отвечающее признакам законного платежного средства и не являющееся специальным законным платежным средством, выпуск в обращение которого запрещен государством и наказуем в соответствии с законодательством.

Стоит отметить что, хотя выпуск суррогатов и запрещен, однако ответственности за это до настоящего времени в Российском законодательстве не установлено.

В соответствии с информационным сообщением Росфинмонито- ринга, размещенным на официальном сайте www.fedsfm.ru, использование криптовалют при совершении сделок является основанием для рассмотрения вопроса об отнесении таких сделок (операций) к сделкам (операциям), направленным на легализацию (отмывание) доходов, полученных преступным путем, и финансирование терроризма.

Стоит отметить что, операции по криптовалютам носят спекулятивный характер, осуществляются на "виртуальных биржах" и несут высокий риск потери стоимости. Криптовалюта не требует ведения специальной отчетной документации.

Деятельность, связанная с выпуском и использованием виртуальной валюты, носит анонимный характер, и предполагает вовлечение неограниченного числа субъектов. По этой причине, при совершении операций, юридические и физические лица могут вовлекаться в противоправную деятельность (причем, даже непреднамеренно), включая финансирование террористической деятельности и отмывание (легализацию) дохода, полученного преступным путем.

ЦБ России неоднократно предупреждал о том, что предоставление российскими компаниями услуг, связанных с обменом виртуальной валюты на фиатные деньги (иностранную и национальную валюту), на услуги, работы и товары следует расценивать как потенциальную вовлеченность в проведение сомнительных операций в согласии с законом о противодействии отмывания (легализации) преступных доходов и финансированию терроризма.

Наряду с этим, действующее российское законодательство не запрещает юридическим и физическим лицам проводить опрации с криптовалютами.

Ранее отмечалось, что в согласии с действующим отечественным законодательством, криптовалюта не выступает в качестве объекта гражданских прав. Также к криптовалюте не применимо определение «деньги». По сути, криптовалюта является денежным суррогатом.

В этой связи возникает вопрос по поводу возможности налогообложения денежного суррогата.

В первую очередь, отметим, что отсутствие какой-либо отчетности для налоговых органов и анонимный характер переводов приводят к различным проблемам.

Во вторую очередь, выделим такой серьезный вопрос, как налогообложение майнинга криптовалюты. Известно, что за совершение операций, связанных с майнингом криптовалют, майнер получает вознаграждение в виде соответствующего количества криптовалюты. Получается, что, если в ряде случаев криптовапюта может быть использована как средство платежа, то майнеры получают некий доход.

Отдельно стоит обратить внимание на вопрос, касающийся обложения операций с биткоином НДС (налог на добавленную стоимость). Сегодня именно этот пункт налогообложения вызывает наибольшие сложности. Дело заключается в том, что идентификация биткоина как услуги или товара для целей НДС не в достаточной степени отвечает специфике юридической конструкции этого налога и особенностям самого биткоина как объекта.

В этом случае хочется обратить внимание на опыт некоторых стран Евросоюза. Так, биткоин отнесен к "контрактным" средствам платежа, выступающим в данном качестве в отношениях между лицами, которые пришли к соглашению рассматривать его таким образом. Согласно директивам ЕС «Об общей системе налога на добавленную стоимость», обложению налогом не подлежат операции с монетами, банкнотами и валютой, которые используются как законное платежное средство. Европейским Союзом был сделан вывод, что под действие нормы подпадают, помимо валюты, платежные средства, которые не являются законными средствами платежа, при условии, что они используются именно как платежные средства (в качестве альтернативы законному платежному средству) и признаются сторонами сделки в таком качестве. Проведя исследование правовой природы биткоина, ЕС решил признать его для целей обложения НДС не услуга- ми/товарами, а платежным средством.

Данное решение повлияло на формирование подходов налоговых органов Европейских государств. Так, в сентябре 2016 года Налоговая служба Италии выпустила руководство для бизнеса по вопросам обложения НДС операций с биткоинами, согласно которому сделки с использованием биткоина квалифицированы как услуги, не облагаемые НДС (без права на налоговый вычет). Есть основания полагать, что при определении принципов обложения НДС обоснованно учитывать специфику биткоина как "виртуального товара", который сочетает в себе ряд свойств, характерных для услуг и средств платежа, обусловливающих особенности его налогообложения по сравнению с реальными товарами и услугами.

За криптовалюты можно приобретать реальные товары и оплачивать услуги, что номинально делает их платежным средством. Как мы уже выяснили, в Российской Федерации отсутствует какая-либо правовая база для регулирования платежей, осуществляемых в криптовалютах, а также отсутствует какое-либо правовое регулирование торговых интернет-площадок, он-лайн бирж. В связи с этим все операции с перечислением криптовалюты производятся их владельцами на свой страх и риск; нет возможности отмены транзакции.

Отсутствует возможность обратиться с жалобой к центральному администратору (максимум администратору ресурса, на котором осуществлена операция), а также в суд с заявлениями, например, об отмене (оспаривании) сделки, о возврате некачественного товара и т.п. Поэтому, если плата за товар произведена, но он не был получен покупателем (плательщиком), никто не дает гарантию возврата платежа.

В случае произведения расчетов в криптовалюте (в частности, Биткоин), в отличие от расчетов наличными деньгами и других способов оплаты Биткоин оставляет доказательство, что та или иная транзакция имела место. Все транзакции находятся в открытом доступе, но с учетом анонимности криптовалют установить контрагентов по сделке и доказать между кем была транзакция практически не возможно.

Хочется отметить, что в разных странах мира биткоинами можно оплачивать покупку недвижимости, автомобилей, а в некоторых случаях производятся выплаты заработной платы. Сейчас их уже повсеместно принимают тысячи продавцов по всему миру - это представители мелкого и среднего бизнеса в РФ и зарубежом.

Но в Российской Федерации, осуществляя по сделке оплату криптовалютой, покупатель остается один на один с продавцом и проблемой, которая возникнет, если он столкнется с недобросовестным контрагентом, и не может рассчитывать на помощь и защиту закона.

В целях более результативного рассмотрения вопроса о правовом регулировании криптовалюты, нужно выделить проблемы, существующие в современном отечественном правовом поле.

Пожалуй, главной проблемой является то, что сама тема криптовалют не в полной мере прозрачна и понятна людям, не связанным напрямую с цифровыми технологиями. Они не способны до конца понять отличия криптовалюты от более привычных видов цифровой валюты, например, от электронных денег. По сути, криптовалюта - это производный объект в блокчейне - цепочке информационных блоков, которые функционируют по правилам, установленным определенными программными алгоритмами. Еще одна характерная особенность криптовалюты заключается в том, что при ее создании и последующем использовании применяют зашифрованные (криптографические) методы обработки данных, содержащихся в этих блоках, чем обеспечивается их защищенность и конфиденциальность.

Еще менее определена тема криптовалюты в правовом контексте, поскольку российское законодательство даже в отношении электронных денег содержит довольно неоднозначные положения и нормы. Электронные деньги рассматриваются в двух аспектах: в качестве средства платежа и в качестве объекта гражданского права в целом. Исходя из содержания ст. 128 ГК РФ, к числу объектов гражданского права относятся вещи и иное имущество, включая нематериальные блага, оказание услуг, результаты выполненных работ, имущественные права, ценные бумаги (бездокументарные), безналичные деньги.[1] Не вызывает сомнений тот факт, что электронные денежные средства не входят в категорию вещей. Однако исходя из их нематериально выраженной формы, они могут относиться к категории «иное имущество». В соответствии с п. 18 ст. 3 Закона № 161-ФЗ, электронные деньги - это денежные средства, предварительно предоставленные одним субъектом другому, учитывающему сведения о размере предоставленных денег без открытия счета в банке, для исполнения денежных обязательств предоставителя денежных средств перед третьим лицом. Предоставитель таких средств вправе передавать распоряжения с использованием электронных средств платежа. Итак, для отнесения криптовалюты к числу электронных денег, необходимо, чтобы она была обеспечена реальными деньгами.

Законодательное регулирование вопроса отнесения криптовапю- ты к средствам платежа также не является однозначным и очевидным. В первую очередь, в законе не содержится четкого выделения средства платежа в качестве объекта гражданского права, наделенного особым статусом. В п. 1 ст. 140 ГК РФ содержится определение национальной валюты (рубля). Рубль является законным платежным средством, обязательным к приему по его нарицательной стоимости на территории всей страны. В соответствии с п. 19 ст. 3 Закона № 161-ФЗ, под электронным средством платежа подразумевается способ или средство, позволяющее клиенту оператора по переводу денег составлять, удостоверять, а также передавать распоряжения на перевод денег в рамках применяемой формы безналичного расчета с использованием ИКТ и электронных информационных носителей информации, включая платежные карты и иные технические устройства. Иначе говоря, речь идет о специальном праве лица, уполномоченного на осуществление платежей, которое данное лицо может реализовать в случае наличия соответствующего технического средства. Итак, учитывая вышесказанное, приходим к выводу, что криптовалюта может рассматриваться только в одном качестве — или в качестве электронного средства платежа, или в качестве объекта, способного принимать участие в гражданском обороте.

Следует отметить, что российская судебная практика по данному вопросу пока еще не сформировалась. При проведении анализа существующих решений судебных органов, следует обратить внимание на то, что споры со ссылками на криптовалюту в материалах дела, по которым представлены соответствующие доказательства, разрешаются, как правило, в судах общей юрисдикции. Такие дела относятся к категории споров по вопросам нарушения прав потребителей (административные, гражданские дела), а также рассматриваются в рамках уголовных дел. При подаче заявления, заинтересованные лица указывают, что их права были нарушены вследствие продажи им товара (криптовалюты) либо ненадлежащего оказания услуги (не оказания) по обмену криптовалюты на деньги. Судебные инстанции полагают, что все операции, связанные с перечислением криптовалюты, осуществляются их владельцами на свой риск, и поэтому их необходимо рассматривать в согласии с положениями, которые установлены в гл. 58 ГК РФ[2], как пари и игры.[3] Помимо этого, судебными инстанциями подчеркивается, что для признания криптовалюты в качестве полноценного электронного денежного средства, она должна быть обеспечена реальной стоимостью.[4] Отдельно следует выделить ряд характеристик криптовалюты, исключающих возможность реализации правовых механизмов по обеспечению исполнения обязательств участниками (сторонами) заключенной сделки:

— отсутствует контролирующий центр в системах оборота криптовалюты;

  • - отсутствует необходимость ведения отчетных документов по криптовалюте;
  • — отсутствуют данные о держателях криптовалюты (по сути, анонимность ее использования и привлекает потенциальных приобретателей)[5].

В рамках уголовного производства криптовалюту продолжают рассматривать в качестве некоего способа отмывания (легализации) преступных доходов и другого имущества, приобретенного преступным путем (ст. 174.1 УК РФ)[6].

Отдельное внимание стоит обратить на вопрос, касающийся правового регулирования токенов. Раньше это понятие в практике правоприменения связывали только с техническим обеспечением безопасности доступа к расчетным счетам в системе Клиент-Банк. В настоящее время данное понятие приобрело еще одно значение, связанное с оборотом криптовалюты. Например, существует необходимость в осуществлении определенного проекта, для реализации которого привлекают дополнительные инвестиции. По мере реализации проекта, все участники и инвесторы получают определенную прибыль (исходя из вложенных средств). Данная схема раньше называлась «краудфан- динг» и тоже не имела надлежащего законодательного регулирования в нашей стране.[7] Проведение краудфандинга происходило посредством заключения различных видов договоров, которыми предполагалось совместное участие партнеров в достижении единой цели в рамках реализации общего проекта. Чаще всего применялись договоры мены, купли-продажи и простого товарищества. Довольно популярным был также инвестиционный договор. Причем, даже несмотря на тот факт, что в действующем законодательстве нет единой практики регулирования договоров этого вида. В некоторых случаях заключается и договор дарения. Но сам факт инвестирования и корреспондирующего права субъекта на получение прибыли должен иметь какие-либо подтверждения. В условиях блокчейн в качестве такого подтверждения выступает токен. По сути, токен является новым видом (единицей) криптовалюты, выдающейся в обмен на уже существующую криптовалюту по определенному курсу, чем предполагается получение прибыли. Следовательно, размер прибыли будет зависеть от двух факторов:

  • — от текущего курса на бирже криптовапют;
  • — от успешности проекта, под который осуществлен выпуск токенов.

Правила обращения токенов определяются рядом общих условий реализации проекта, которые сформулированы в презентациях (проспектах), носящих название «White Paper». Процедура, предполагающая выпуск токенов и сбор криптосредств, называется ICO (Initial Coin Offering) - аналогично c IPO для эмиссий ценных бумаг.[8] Может показаться, что правовая природа токенов как ценных бумаг не вызывает сомнений. Но в российском законодательстве содержится указание о том, что ценные бумаги - это чеки, облигации, коносаменты, инвестиционные паи паевых инвестиционных фондов, векселя, закладные, акции и другие ценные бумаги, которые называются в данном качестве в законе либо признаны таковыми в порядке, установленном законодательством (п. 2 ст. 142 ГК РФ). Это означает, что данный перечень закрытый. Поскольку в законе не содержится норм, которыми устанавливалась бы возможность оборота токенов как ценных бумаг, то и рассматривать их в таком качестве нет никаких оснований. Вместе с тем, учитывая правовую природу токена, законодательство некоторых стран рассматривает его именно как securities, то есть ценную бумагу. Следовательно, те проекты, которые связаны с блокчейн- технологией, а также ее финансированием посредством криптовалюты на территории РФ,[9] целенаправленно включаются в область регулирования зарубежного законодательства. В некоторых странах (Новая

Зеландия, Соединенные Штаты[10]), правовое положение токенов в которых не определено, предполагают, что токены могут рассматриваться и как полноценная валюта, и как вид ценных бумаг. Другими словами, речь идет о смешанной правовой природе. Таким образом, если бы финансирование токенов происходило бы посредством денег или других эквивалентов, по закону являющихся платежными средствами, то сами проекты реализовались бы в виде стандартного краудфандинга. Но так как задействуется криптовалюта, чей правовой статус пока еще находится под вопросом, то токен, являющийся производным инструментом, вызывает еще больше вопросов. Следовательно, очевидной является тема с аналогичным правовым регулированием (точнее, отсутствием такого регулирования) по аналогии с правовым регулированием пари и игр.

Майнинговая деятельность в России к настоящему моменту, также как и токенсейл (ICO/ITO) никак специально не урегулирована и не определена действующим российским законодательством. В общероссийском классификаторе видов экономической деятельности (ОКВЭД) майнинг отсутствует. Однако, учитывая, что в России разрешена любая предпринимательская деятельность, прямо не запрещенная законом, можно смело утверждать, что майнинг является легальным в России. Но при этом, необходимо помнить, что деятельность по май- нингу имеет ряд юридических особенностей, а неправильная организация деятельности может повлечь административную и даже уголовную ответственность. Что ждет майнеров после принятия закона в России и как сегодня регулируется майнинг в других странах подробно разобрали в новом материале.

По своей сути майнинг представляет деятельность по поддержанию распределенной платформы и созданию новых блоков в цепочке блоков (blockchain) с возможностью получить вознаграждение в форме новых единиц и комиссионных сборов в различных криптовапютах. Майнинг представляет собой важный элемент криптономики, так как вычисления майнинг оборудования требуются для обеспечения защиты сети от повторного расходования одних и тех же единиц (так называемый double-spend), а вознаграждение стимулирует людей расходовать свои вычислительные мощности и поддерживать работу сетей.

Деятельность, связанная с майнингом является полностью легальной и не требует получения лицензии. Даже если она прямо не указана в Уставе компании и не охватывается выбранными кодами ОКВЭД. Несмотря на отсутствие в классификаторе такого рода деятельности, по нашему мнению, можно использовать наиболее близкий код 72.40 «Деятельность по созданию и использованию баз данных и информационных ресурсов» для описания деятельности по майнингу.

До тех пор, пока любое лицо майнит криптовалюту, используя свою электроэнергию, которую сам оплачивает, он чист перед законом. Любой человек может заниматься майнингом в любом объеме и количестве. Регистрации предприятия или получение статуса ИП для этого не требуется. Однако, проблема возникает в том случае, когда майнеры вводят продукты своей деятельности в зону обмена или экономики, то есть становятся участниками экономических отношений.

В случае регулярного вывода криптовалют и обмен их на фиат- ные деньги возникает факт осуществления предпринимательской деятельности, то есть самостоятельной, осуществляемой на свой риск деятельности, направленной на систематическое получение прибыли. В таком случае, необходима регистрация деятельности по майнингу в качестве ООО либо ИП, либо в иной предусмотренной законом гражданско-правовой форме. В противном случае существуют риски привлечения к уголовной ответственности. Организаторам майнинга может грозить уголовная ответственность по ст. 177 УК РФ (незаконная предпринимательская деятельность), то есть деятельность, которая осуществляется без регистрации или без лицензии. Другая проблема это налоги. Если признать майнинг как способ дохода, то майнеры обязаны будут задекларировать свои доходы и платить установленный законом процент. В случае невыполнения данного условия, лицо может привлено к уголовной ответственности по ст. 199 УК РФ (уклонение от уплаты налогов). Состав преступления будет образован, есть уклонение от уплаты налогов было совершено в крупном размере. Под крупным размером уголовный закон понимает сумму налогов, составляющую за период в пределах 3 финансовых лет подряд более 5 000 000 рублей, при условии, что доля неуплаченных налогов превышает 25% подлежащих уплате сумм налогов в совокупности, либо превышает 15 000 000 рублей.

Очевидно, что майнинг предполагает огромные затраты на электроэнергию, которая обойдется в приличную сумму. И естественно, чем ниже расходы на электричество, тем маржинальней становится майнинговый бизнес. Некоторые же предприимчивые субъекты находят способы подключения к электросетям совершенно бесплатно, что в свою очередь ведет как к административной, так и уголовной ответственности. Статья 7.19 КоАП РФ предусматривает ответственность за самовольное подключение и использование электрической, тепловой энергии, нефти или газа. Подобное нарушение закона влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от 10 000 до 15 000 рублей, а на юридических лиц — от 100 000 до 200 000 рублей.

Хищение электроэнергии в уголовном аспекте заключается в незаконном получении ресурсов, с целью избежать оплаты за них. Основания для привлечения к уголовной ответственности регламентированы ст. 165 УК РФ. Подобные деяния наказываются лишением свободы на срок до 2 лет со штрафом в размере до 80 000 рублей. Ответственность по данной норме наступает с учетом следующих обстоятельств:

  • - кража электроэнергии должна заключаться в обмане или злоупотреблении энергией;
  • - размер причиненного вреда должен быть крупным, т.е. превышать 250 000 рублей.

При этом, правом на обращение в правоохранительные органы обладает не только собственник ресурсов (поставщик), но и сбытовая компания, которая на законном основании перераспределяет энергию между потребителями.

Частые случаи использования системными администраторами серверного оборудования для майнинга криптовалют внутри государственных и стратегических предприятий вызывает серьезную обеспокоенность у государства. И на это есть причины. Так например, 15 декабря 2017 стало известно, что оперативники ФСБ задержали в аэропорту “Внуково” системного администратора, который использовал электроэнергию в Центре управления воздушным движением аэропорта для майнинга криптовалют в личных целях. Причиной тревоги послужили резкие перепады электроэнергии, которые могли привести и к значительному перебою электроснабжения Центра. В сентябре прошлого года также стало известно и о случаи увольнения двух IT- специалистов аппарата Совета министров Крыма за майнинг в подвале правительственного здания. Сегодня в некоторых Министерствах и государственных предприятиях уже существуют инструкции по выявлению скрытых майнеров внутри собственных сетей.

Растущая популярность майнинга на государственных предприятиях способствовала появлению законопроекта, предусматривающего наказание в виде лишения свободы до шести лет за кражу электроэнергии из объекта электросетевого хозяйства.

Тем не менее, майнинг остается интересным видом предпринимательской деятельности, в том числе и для государственных корпораций, которые в настоящее время разворачивают огромные вычислительные мощности в разных регионах страны.

Еще до недавнего времени всё оборудование в стране было либо контрабандное, либо завозилось в страну под другими товарными кодами. Так как майнеры относятся к шифровальному оборудованию, ввезти их официально без нотификации ФСБ согласно российскому закону никто не может.

Нотификация— это официальное уведомление ФСБ, которое разрешает ввоз (вывоз) на территорию стран таможенного союза того или иного товара, попадающего под ряд ограничений.

При попытке официального ввоза майнеров в страны Таможенного союза покупатель попадал под ст.1 часть 16.3 КоАП РФ. Сами устройства конфисковывались, а импортера штрафовали на сумму от 2 тыс. до 300 тыс. рублей. Ввоз майнеров в страну по серым таможенным схемам отчасти и обусловил их дефицит и завышенную стоимость в несколько раз. Однако 26 октября 2017 ФСБ зарегистрировало первую нотификацию о технических характеристиках шифровального майнера торговой марки Bitmain модели Antminer D3, Antminer L3+, Antminer S9 для майнинга Dash, Bitcoin и Litecoin.

Ниже приведен список все майнинговых устройств, которые отныне разрешено легально ввозить в страну и на территорию Таможенного союза.

  • - Модели Bitfury В7, Bitfury В8 от компании Bitfury;
  • - Модели iBelink DM11G, iBelink DM22G от компании iBelink;
  • - Модель AvalonMiner 741 от компании Canaan Creative;
  • - Модель AntMiner S9, AntMiner D3, AntMiner D3 от компании Bitmain.

Регистрация Bitmain своих устройств и получение нотификаций ФСБ может говорить о том, что в скором времени компания внесет свой товарный знак в таможенный реестр. А это значит, что с этого момента ввести майнеры в Россию можно будет, лишь имея лицензионное соглашение на импорт с Bitmain или уполномоченным ей эксклюзивным дистрибьютором.

При этом, занимаясь ввозом майнинг-оборудования в страну важно помнить и еще один важный нюанс. Согласно таможенным правилам физические лица имеют право ввозить товары только для личного пользования стоимостью не более 1000 евро в месяц и весом не более 31 кг. Так, 13 декабря 2017 года Решением Евразийской Экономической Комиссии был определен список шифровальных (криптографических) товаров для личного пользования, ввоз которых возможен без нотификации ФСБ и мер нетарифного регулирования. И майнингового оборудования среди них нет. Потому граждане, которые решат ввозить оборудования как физические лица, с большой долей вероятности столкнутся с проблемами на таможне. Согласно текущей позиции ФТС России, если таможенные органы определяют, что товары ввозятся в коммерческих целях (а именно так они и определяют импорт оборудования для майнеров из Китая), они вправе отказать в выпуске товара.

28 декабря 2017 Минфин и ЦБ РФ на заседании Общественного совета при Министерстве финансов представили рабочую версию законопроекта о регулировании использования цифровых технологий в финансовой сфере. В представленном проекте имеются положения и по майнингу, который определяется как предпринимательская деятельность. Соответственно, предпринимательской деятельностью могут заниматься либо индивидуальные предприниматели, либо юридические лица. Поскольку майнинг в документе определяется как предпринимательская деятельность, то он не требует отдельного регулирования и будет облагаться налогом в рамках действующего законодательства для предпринимателей. Минимальный порог объема майнин- га, начиная с которого эта деятельность будет облагаться налогом, устанавливать не предполагается. Итоговое решение, в любом случае, будет приниматься ближе ко второй половине 2018 года Председателем Правительства с учетом мнения налоговых органов.

Таким образом, в российском законодательстве в настоящий момент не определен единый подход к сущности криптовапюты и в целом понимание стратегического вектора регулирования использования технологии блокчейн, что выражается в отсутствии легально установленных понятий, таких, как денежный суррогат, криптовалюта, виртуальная валюта. В мире существует плюрализм подходов по регулированию использования технологии блокчейн и ее производных. Наличие в законодательстве норм, позволяющих после внесения некоторых изменений регулировать возникшие отношения говорит о том, что российское право является восприимчивым к имплементации норм, регулирующих использование технологии блокчейн.

  • [1] Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 №51-ФЗ Доступиз справ.-правовой системы «КонсультантПлюс» (дата обращения: 26.01.2018).
  • [2] Федеральный закон от 27.06.2011 № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» (ред.от 18.07.2017). Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс» (дата обращения: 26.01.2018).
  • [3] Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 29.07.2017). Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс» (дата обращения: 26.01.2018). Приговор Ленинского районного суда города Саранска от 19 апреля 2017 г. по делу № 1-87/2017.Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс» (дата обращения: 26.01.2018). Корнилов Д.А., Зайцев Д.А., Корнилова Е.В. Современные формы краудфандинга и краулсслин-га, аналитика рынка ICO // ИТпортал, 2017. №3 (15). URL: http://Uportal.ru/sciencc/economy/sovremennye-formy-kraudfandinga-i-k/.
  • [4] Федеральный закон от 22.04.1996 N 39-ФЗ (ред. от 18.07.2017) «О рынке ценных бумаг».Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс» (дата обращения: 26.01.2018).
  • [5] Сайт Российской ассоциации криптовалют и блокчсйна (РАКИБ) [Электронный ресурс]URL: http://racib.com/ (дата обращения: 26.07.2018).
  • [6] Вилтон 3. Рост рынка криптовалюты в Новой Зеландии: красный флаг или мошенничество? [Электронный ресурс]. https://www.nzfc.ac.nz/archivcs/20I4/papers/programme/II-4b.pdf(дата обращения: 26.07.2018). 2 9 Википедия: статья по вопросу законодательного регулирования криптовалюты в разныхстранах [Электронный ресурс] URL: https://en.wikipedia.org/wiki/Legality_of_bitcoin_by_country_or_territory. (дата обращения:
  • [7] 26.07.2018).
  • [8] Проект федерального закона «О цифровых финансовых активах» [Электронный ресурс]URL: https://www.minfm.ru/ru/docunient/ (дата обращения: 26.07.2018). 16. ICO: сущность,проблемы, закон [Электронный ресурс] URL: http://itsynergis.ru/assets/docs/ICO_.sushnost_problemy_zakonJtsynergis.pdf (дата обращения: 26.07.2018) . 1 Образцова В.В. Правовой статус криптовалют в России // Современные научные исследования и инновации. 2017. № 1 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2017/01/77180 (дата обращения: 26.07.2018). Кассар Ч. Виртуальнаявалюта: риски законодательного регулирования на Мальте и в других юрисдикциях. [Электронный ресурс], http://www.elsa.org.mt/wp-content/uploads/2015/02/6.-Cassar-Charles-Virtual-Currencies-Risks-and-Regulations-in-Malta-and-Other-Jurisdictions.pdf (дата обращения:
  • [9] 26.07.2018) .
  • [10] Татар Д. Добыча биткойнов во контексте красот Исландии. [Электронный ресурс].https://www.thebalance.com/bitcoin-mining-in-the-beauty-of-iceland-4026143 (дата обращения: 26.07.2018). Курск Р. Биткойн против правового и налогового регулирования в Польше и повсему миру. [Электронный ресурс]. http://vww.dbc.wroc.pl/Con(ent/30184/Kurek_Bitcoin_Vs_Legal_And_Tax_Regulation_2015.pdf(дата обращения: 26.07.2018).
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >