Геополитические и геоэкономические риски евразийской интеграции

Понятие и классификация геополитических и геоэкономических рисков

Для России, учитывая особое значение евразийской интеграции, идентификация и анализ геополитических и геоэкономических рисков на евразийском пространстве имеет принципиальное значение. Под идентификацией и анализом рисков следует понимать выявление рисков, их специфику, выделение особенностей их реализации, включая изучение возможного размера экономического ущерба, а также изменение рисков во времени, степень взаимозависимости между ними и изучение факторов, влияющих на них.

Необходимо подчеркнуть, что по отношению к геополитическим и геоэкономическим рискам решение вышеперечисленных задач является весьма сложной проблемой, поскольку информация для качественного и количественного анализа данного вида рисков, как правило, труднодоступна и слабоверифицируема. Вследствие этого, в рамках реализации интеграционных процессов на евразийском пространстве для данного вида рисков в наибольшей степени применим итеративный процесс[1], поскольку высока вероятность возникновения недоработок и ошибок, связанных с их недооценкой, о чем свидетельствует, например, украинский кризис. Возможны значительные изменения геополитической ситуации, - это могут быть изменения, как на глобальном, так и на региональном уровнях, которые могут привести к появлению конкурирующих интеграционных проектов в данном регионе. Поэтому крайне важной задачей в данном случае будет являться интеграция экспертных оценок, с помощью которой можно выявить и минимизировать геополитические и геоэкономические риски.

Понятие «геополитический и геоэкономический риск» возникло в связи с эволюцией геополитики и геоэкономики как науки в условиях глобализации. Как известно, предметом исследования геополитики и геоэкономики является установление зависимости политических и экономических решений и их последствий от географического положения государств. До настоящего времени единого подхода к оценке геополитических и геоэкономических рисков, как и рисков вообще в научной литературе нет, хотя необходимость их оценки при реализации интеграционных проектов является насущной и актуальной проблемой.

Большинство исследователей и экспертов, как российских так зарубежных, выделяют по территориальному критерию глобальные, региональные и страновые геополитические и геоэкономические риски. Данный подход вполне применим к анализу перспектив евразийской интеграции.

Глобальные геополитические и геоэкономические риски. Существуют различные подходы к оценке сущности и характера данного вида рисков, как в работах отдельных ученых, так и в оценках международных экономических организаций и форумов. Под глобальным риском эксперты ВЭФ понимают неопределенное событие или условие, которое может оказать значительное негативное воздействие на несколько стран или отраслей промышленности в течение ближайших 10 лет. Наиболее признанными и авторитетными являются оценки экспертов Всемирного экономического форума (ВЭФ). В опубликованном в 2017 г. 12-ом ежегодном докладе эксперты ВЭФ (750 чел.) оценили 30 глобальных рисков и 13 тенденций (трендов), которые могут их усилить или изменить взаимосвязи между ними.

По масштабу воздействия наиболее опасными из глобальных рисков были названы: оружие массового поражения, экстремальные погодные явления, нехватка воды, масштабные стихийные бедствия и неудачи в борьбе с изменениями климата. На первом месте по вероятности, по оценке экспертов ВЭФ, стоят экстремальные погодные явление, на втором - масштабная вынужденная миграция, далее - стихийные бедствия, масштабные теракты и массовая кража данных и мошенничество с ними. Таким образом, в десятке наиболее вероятных рисков оказались три из сферы экологии (экстремальные погодные явления, масштабные стихийные бедствия, риски антропогенных экологических катастроф) и три из геополитики (крупные теракты, межгосударственные конфликты и неэффективное государственное управление- новый риск, введенный в 2017 г.). Ранее в исследовании 2016 года основной угрозой была названа миграция, принявшая масштабы, как было отмечено в докладе, нового переселения народов. В докладе 2015 года главными вызовами на глобальном уровне назывались геополитические риски, следствием которых являлись внутренние конфликты и региональные волнения.

В перспективе на ближайшие годы эксперты В ЭФ считают самым вероятным (52%) миграционный кризис, а следующими по вероятности- кризис государственности в отдельных странах, вооруженный межгосударственный конфликт, кризисы, связанные с увеличением безработицы, а также риски системы государственного управления. Их вероятность колеблется в пределах 25-27%.

Как следствие рост вызовов и угроз усиливает глобальную нестабильность и отрицательно отражается на экономическом развитии национальных экономик и региональных интеграционных объединений. По мнению Дж. Дрзика, президента по глобальным рискам страховой компании Marsh, принимавшего основное участие в подготовке доклада ВЭФа о глобальных рисках 2017 года, повсеместно наблюдается широкий круг потенциальных угроз, рост социальной и политической нестабильности. Кроме того, конфликты имеют тенденцию принимать все более затяжной характер: за минувшие три года только один из 40 конфликтов во всем мире был разрешен, а более 80% из них затянулись более чем на десять лет. По его мнению, в мировой экономике и политике - «весь социальный и политический контекст создает потенциал для разрушений». В докладе ВЭФ - 2017 также подчеркивается, что недовольство населения различных стран проявилось в выходе Великобритании из ЕС («Брексит»), победе Д. Трампа на президентских выборах в США, росте влияния популистских движений и правых партий.

В целом в ежегодных докладах ВЭФ сохраняется традиционное разделение глобальных рисков на экономические, социальные, экологические, геополитические, технологические риски. При этом в докладе ВЭФ - 2017 г. среди основных глобальных рисков с точки зрения их вероятности нет ни одного экономического: за период с 2005 г. такая ситуация была в 2011 и 2016 гг. Данные риски доминировали в докладах ВЭФа в 2008-2012 гг. - четыре экономических риска из пяти важнейших, в 2013-2014 гг. - два, в 2015 и 2017 гг. - ни одного; в 2016 году на 5-м месте был «ценовой шок на рынке энергоресурсов».

Особое внимание в докладе ВЭФ 2017 г. уделено технологическим рискам, особенно в сфере информационно-коммуникационных технологий: так с высокой долей вероятности прогнозируется рост числа хищений персональных данных и хакерских атак, что связано с проектным характером развития цифровой экономики. В этой связи широкое обсуждение вызвало появление книги основателя и бессменного президента ВЭФ К. Шваба «Четвертая промышленная революция», в которой отмечено что мир стоит «у истоков революции, которая фундаментально изменит нашу жизнь, наш труд и наше общение. По масштабу, объему и сложности - это явление, которое я считаю четвертой промышленной революцией, не имеет аналогов во всем предыдущем опыте человечества». Но К. Шваб далее отмечает, что «Развитие и внедрение новейших технологий связаны с неопределенностью», следовательно, можно предположить, что технологические риски будут в перспективе возрастать, что, в свою очередь приведет к росту и социальных и экономических рисков. По подсчетам американских экономистов 86% потерь рабочих мет в промышленности США с 1997 по 2007 гг. обусловлены ростом производительности труда и только 14% были связаны с торговлей.

Снижение веса экономических рисков в иерархии глобальных рисков, по мнению аналитиков ВЭФ, объясняется начавшейся стабилизацией национальных экономик стран-лидеров и ростом других видов рисков, то есть экономические риски по-прежнему сохраняют свою актуальность, просто возросли другие риски. Важнейшими из факторов экономических рисков они считают нестабильность мировой финансовой системы и критическое состояние инфраструктурных сетей. К социальным рискам, тесно связанным с экономическими, принято относить растущее неравенство в доходах и как следствие поляризация общества, продовольственный кризис, пандемии и т.д.

Что касается геополитических рисков, то эксперты ВЭФ, как и многие другие исследователи, указывают, что данные риски во многом определяются усилением политического и экономического соперничества между ведущими странами мира. Они считают, и с этим мнением трудно не согласиться, что влияние геополитики на стабильность в мире год от года растет, чему способствует односторонний подход к решению международных вопросов вместо необходимых взвешенных коллективных решений мирового сообщества. Глобальное сотрудничество становится менее эффективным, убеждены эксперты ВЭФ. Подтверждение этому- некоторые тревожные, по их мнению, события 2016 года: решение нескольких стран выйти из-под юрисдикции Международного уголовного суда, угроза новой администрации США выйти из достигнутых соглашений по иранской ядерной проблеме, возможная неэффективность институтов Транстихоокенского партнерства и Трансатлантического торгового и инвестиционного партнерства. Показателен с точки зрения экспертов и вооруженный конфликт в Сирии- эта война свидетельствует об отсутствии взаимопонимания и сотрудничества между великими державами по важнейшим вопросам безопасности. Кроме того, некоторые страны, при этом авторы доклада указывают на США и Россию, зачастую открыто обвиняют друг друга во вмешательстве в свои внутренние дела. Эксперты также обращают внимание на возросшую напряженность в отношениях США и Китая по проблемам судоходства в Южно-Китайском море.

Самыми дискуссионными среди оценок ВЭФ являются экологические риски. Д. Трамп до избрания его президентом США не раз заявлял о том, что будет добиваться выхода США из Парижского климатического соглашения. Он полагает, что никакого глобального потепления нет, что это выдумка «проплаченных учёных», а главным бенефициаром климатического соглашения является Китай. Ему, по мнению Д.Трампа, очень выгодно, чтобы США и дальше проводили сокращение своей промышленности ради эфемерной борьбы с глобальным потеплением после прихода к власти Д. Трамп, выполнил свое предвыборное обещание - в июне 2017 он заявил, что его страна прекращает участие в Парижском соглашении 2015 года. В этом решении явственно проявилось противоречие между национально и глобально ориентированными группами американской элиты. Искусственное завышение экологических рисков крайне важно для функционирования глобальной системы управления, поскольку это позволяет и дальше проводить политику десуверенизации в отношении не только развивающихся, но и многих развитых стран. Недаром глава 1 доклада ВЭФ -2017 г. заканчивается констатацией обеспокоенности по поводу возможной потери глобального сотрудничества вследствие недооценки экологических рисков.

Таким образом, отсутствие консенсуса по проблемам глобальных рисков в самих США и, как следствие, неопределенность их глобальной политики усиливают нестабильность на региональном и глобальном уровнях.

Эксперты ВЭФ также указывают, как и многие другие исследователи, что глобальные геополитические и геоэкономические риски во многом определяются усилением политического и экономического соперничества между США и Китаем. В связи с высокими темпами экономического роста (8-10% ежегодно) и необходимостью увеличения импорта ресурсов, усиливается экспансия Китая в те регионы мира, которые обладают их значительными запасами - в Африку, Латинскую Америку, на Ближний и Средний Восток, Центральную Азию. Но его попытки осваивать данные регионы сталкиваются с противодействием США, в том числе и военно-политического характера. В настоящее время США принадлежат более 90% военных баз, существующих в мире, остальные 5% - Франции, Великобритании и другим странам.

Вместе с тем экономические проблемы США существенно осложняют их положение как единственной сверхдержавы, что увеличивает вероятность возникновения региональных и в перспективе глобальных конфликтов. В Стратегии национальной безопасности США 2015 года заявлено - «мы будем лидировать с позиции силы». Но ранее в январе 2012 г. в Стратегии национальной обороны США Китай впервые был назван потенциальным противником - он характеризуется как региональная держава, значительно влияющая на экономику и безопасность США. Следовательно, можно предположить, что противоречия между Китаем и США будут усиливаться по всем направлениям, поскольку США не отказываются от ведущей роли в мировом сообществе.

Это положение относится и к политике санкций, принятых развитыми странами во главе с США в 2014 году по отношению к России в связи с присоединением Крыма и событиями на востоке Украины. В Стратегии национальной безопасности США 2015 года указано: «мы будем также наращивать издержки для России посредством санкций и прочих мер, противопоставляя лживой московской пропаганде ничем не прикрашенную правду. Мы будем сдерживать российскую агрессию, бдительно наблюдая за ее стратегическим потенциалом, а при необходимости поможем в перспективе нашим союзникам и партнерам противостоять российскому принуждению». Таким образом, вероятность санкционного давления США на Россию будет, по всей видимости, только возрастать, что, безусловно, негативно отражается на перспективах евразийской интеграции и усиливает тенденцию «разворота на Восток» в политике России и других стран ЕАЭС,

Многие исследователи, как отечественные, так и зарубежные, указывают, что усиливающееся соперничество между США и Китаем в глобальном масштабе во многом определяет характер и динамику многих региональных геополитических и геоэкономических рисков, в том числе и на евразийском пространстве. Существующая система институционального управления мировой экономикой и политикой оказывает все меньшее влияние на данные процессы.

Данная система, в качестве основных институтов которой выступают ООН и ее специализированные учреждения (Международный Валютной Фонд (МВФ), группа Всемирного Банка (ВБ) и др.), G-7, G- 8, G-20, ОЭСР и ВТО, до настоящего времени по-прежнему находится под влиянием и контролем развитых стран, в первую очередь, США. Именно вследствие их позиции 2 марта 2014 г. ОЭСР решением управляющего совета приостановила процесс принятия России в свой состав и объявила об усилении сотрудничества с Украиной. Существенным фактором глобальных рисков на евразийском пространстве является деятельность Всемирной торговой организации (ВТО). После присоединения России к данной организации (август 2012 г.) и Казахстана (ноябрь 2015 г.), она оказывает значительное влияние на экономические отношения государств-членов ЕАЭС и риски в этой сфере, по всей видимости, возрастут. Армения и Киргизия вступили в ВТО до вхождения в ЕАЭС и только Белоруссия пока не стала членом данной организации.

  • [1] Итеративный подход (англ, iteration — повторение) — выполнение работ параллельно снепрерывным анализом полученных результатов и корректировкой предыдущих этапов работы. Проект при этом подходе в каждой фазе развития проходит повторяющийся цикл: Планирование — Реализация — Проверка — Оценка (англ, plan-do-check-act cycle).
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >