Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Философия arrow Логика
Посмотреть оригинал

СУЖДЕНИЕ

В предыдущей главе мы часто называли понятие формой мышления, и в дальнейшем нам придется называть таким же образом и суждение, и умозаключение. С представлением о форме мышления связан целый ряд сложных логико-философских проблем. Из всего сказанного ранее вытекает, что обозначение понятия как формы мышления прежде всего объясняется его предельной универсальностью в качестве логического инструмента. Какой бы материал мы ни осмысливали, к каким бы областям действительности ни обращались, подвергая ее рассмотрению, в любом случае мы должны представить мыслимое содержание в виде понятия. Оно в этом смысле не зависит от содержания; наоборот, понятие представляет собой некий выработанный практикой стандарт, шаблон, через который мыслимый материал оформляется, в нем выделяется набор универсальных характеристик: единичное или общее, отношения совместимости или несовместимости и пр. Не в том, конечно, дело, что понятие не имеет содержания, а в том, что это содержание всегда в нем логически оформлено, благодаря чему его можно подвергать логическим операциям, в частности создавать с помощью понятий суждения — более сложную форму мышления.

СУЖДЕНИЕ И ЕГО ТИПЫ

Если понятие является неким подобием слова естественного языка, то суждение можно сопоставить с предложением в обычной речи. Данная форма мышления представляет собой более высокую и более сложную ступень теоретического аппарата логики. Понятие, как мы помним, является отражением действительности. Но оно тем не менее не несет еще информации, потому что на стадии понятия логику не интересует вопрос о том, насколько отражение соответствует действительности и соответствует ли ей вообще. В этом смысле о самих вещах понятие еще ничего не говорит. Оно поэтому не может быть ни истинным, ни ложным, пока не войдет в состав суждения.

Суждение же делает какие-то утверждения о вещах, говорит о том, чем они являются или не являются: «ель зеленая»; «некоторые рефлексы не являются условными»; «продукция сельского хозяйства, как правило, нерентабельна»; «большинство граждан законопослушны»;

«экспортные товары обычно высококачественны». Суждение не может не обладать свойством быть истинным или ложным, и, кроме того, оно обязательно либо приписывает какое-нибудь свойство тому или иному явлению, либо отрицает таковое у него.

Суждение — это такая форма мышления, которую отличают два свойства: 1) что-либо утверждать или отрицать относительно всех или части предметов, свойств, явлений, процессов какого-либо рода; 2) выражать либо истину, либо ложь.

Любое предложение допустимо рассматривать как суждение, когда его можно оценить с точки зрения истинности. Таковыми не являются только побудительные и вопросительные предложения: «что есть истина?»; «вы должны уступать места пожилым и инвалидам»; «встать, суд идет!»; «шапки долой, коли я говорю». В них, как и у всякого рода призывов, команд, просьб, не сообщается ничего о внешней действительности, не делается сопоставления наших представлений о ней с ней самой, по этой причине они не содержат ни истины, ни заблуждения. Правда, некоторые из приведенных суждений можно было бы оценить как истинные или ложные в том смысле, что предписание уступать места или вставать при появлении в зале состава суда может признаваться (и тогда соответствующее высказывание истинно) и может не признаваться (и тогда высказывание ложно). Однако в этом случае суждения должны рассматриваться как модальные, о которых речь впереди.

Суждения воспроизводят отношения и связи между вещами, а также между вещами и свойствами, причем таковыми могут стать и предметы, и явления, и их различные особенности, и процессы, и даже абстрактные мысленные образования — все, что угодно. Отмеченные в суждении отношения могут на самом деле иметь место, но могут и отсутствовать в действительности, когда суждение ложно. Кроме того, такие отношения являются содержательными, а не формальными; они устанавливаются через наблюдение вещей или заимствуются из других наук. Наиболее распространены и лучше всего изучены так называемые суждения свойств, или категорические. В них указывается принадлежность (или непринадлежность) предметам тех или иных свойств: «металлы электропроводны»; «некоторые газеты не являются ежедневными»; «часть людей имеет меланхолический темперамент»; «таможни относятся к государственным учреждениям».

Наряду с ними имеются также суждения отношений, или релятивные: «Киев древнее Москвы»; «десять больше семи»; «Каренин любит Анну». Их отличительная особенность состоит в том, что отмечаемое ими свойство нельзя отнести к одному объекту. Оно возникает из взаимодействия двух, а то и большего их числа, называемых реля- 46

тами. Для записи таких суждений часто используется символическая форма: aRb, где а и b обозначают реляты — предметы, связанные отношением.

Суждения отношений делятся на транзитивные и нетранзитивные, симметричные и несимметричные, рефлексивные и нерефлексивные, а также некоторые другие. Транзитивными являются те, у которых отношения могут переноситься на другие пары. Так, если Киев древнее Москвы, а Москва древнее Костромы, то тогда правильно будет утверждать: Киев древнее Костромы. Можно это выразить и с помощью символов: если aRb и bRc, то тогда aRc. С отношением же «любить» такой перенос недопустим (если Каренин любит Анну, а Анна любит Вронского, то отсюда ни в коем случае не следует, будто Каренин любит Вронского). Следовательно, первое отношение транзитивно, второе нет. Симметричность выражается в возможности менять реляты местами: aRb = bRa. Если, скажем, треугольник А подобен треугольнику В, то тогда и треугольник В подобен треугольнику А. При несимметричных отношениях такая перестановка приведет к ошибкам, как это легко увидеть на примере суждения: «Потемкин — фаворит Екатерины II».

Рефлексивность имеет место тогда, когда сохраняет смысл запись aRa. Такие отношения, как можно догадаться из этой записи, могут быть приложимы и к самому себе тоже. Например, во многих случаях защищать кого-то означает одновременно защищать себя, а равенство одной величины другой означает и равенство самой себе. Отношения, соединяющие в себе транзитивность, симметричность и рефлексивность, называют отношениями типа равенства.

Формально релятивные суждения можно считать обычными категорическими суждениями, если рассматривать отношение как свойство одной из сторон.

Еще одну группу образуют суждения существования, с помощью которых отмечается наличие (или отсутствие) в действительности тех или иных явлений: «существуют различные философские школы», «не существует 31 апреля». В разделе о законе исключенного третьего уже говорилось о том, что в математике иногда очень трудно решить вопрос об истинности таких суждений. Здесь можно добавить: философия тоже сталкивается с такими проблемами. Как, скажем, ответить на вопрос: кто изобрел колесо? Трудность не только в том, что у нас нет сведений о людях того времени. Сложность усугубляется главным образом тем, что такого изобретателя скорее всего не существовало, так как употребление колеса, надо полагать, входило в жизнь постепенно, может быть, на протяжении тысячелетий. Авторство одного человека здесь вряд ли возможно. Но ведь то же самое затруднение возникнет и при рассмотрении любого другого открытия. Оно всегда обусловлено предшествующим опытом и знаниями и в определенном смысле является результатом всего научно-технического прогресса в целом. Так ли уж безусловно можно считать Эйнштейна создателем теории относительности, а Ньютона — теории тяготения, если предположение о сокращении пространственно-временных интервалов высказано еще в 1887 г. Фитцджеральдом и довольно оживленно обсуждалось среди физиков, а гипотезу о земном тяготении высказал сначала Ф. Бэкон и даже предложил несколько экспериментов для ее проверки? Учение о естественном отборе тоже вряд .ли появилось бы на свет, не опирайся Дарвин на большой материал о развитии природы, накопленный биологией. Никто, конечно, не станет оспаривать заслуги или гениальность этих титанов науки. Речь идет о том, существует ли единственный автор у достижений, считающихся их творениями. Могли ли они к ним прийти самостоятельно, без вклада, сделанного другими.

У проблемы существования имеются и другие не менее сложные аспекты. В каком смысле существуют, скажем, идеи, понятия и многие другие продукты мысли? Считать их несуществующими явно несостоятельно, так как идеи способны менять мир, и порой их воздействие куда весомее, чем у материальных факторов. Но и признавать мысленные образования обычной реальностью тоже недопустимо уже хотя бы потому, что тогда надо будет признать существующими в обычном смысле и всякого рода химеры, фантомы, нелепости; трудно даже будет назвать что-либо несуществующим.

Выделение суждений существования в особую категорию оправдано наличием у них особой специфики. В математике их принято записывать с помощью символа, представляющего собой обращенную букву Е — 3. Выражения вида 3(х) читаются: существует х. А запись 3(дг)Е(х) означает: существует х, обладающий свойством F.

Однако в рамках традиционной логики и с суждениями существования тоже можно обращаться как с обычными категорическими суждениями, рассматривая существование в качестве разновидности свойства, которое приписывается каким-то явлениям или отрицается у них. В дальнейшем мы будем говорить только о категорических суждениях, не подчеркивая этого специально.

 
Посмотреть оригинал
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы