Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Политика arrow Внешняя политика России в условиях глобальной неопределённости
Посмотреть оригинал

Статусные перспективы России в глобальном мире.

Глобальные политические процессы, развивающиеся в современном мире, приводят к возникновению качественно новых характеристик мировой политической системы, которые можно обозначить как «глобальные состояния».[1] Глобализация ведет к перестройке всей системы международных отношений, к структурным изменениям в мировой политической системе, которая постепенно также переходит в новое глобальное состояние и эволюционирует в глобальную политическую систему. Происходит трансформация системы международных отношений, изменение характера и содержания мировых связей, возникают новые геополитические зоны.

Статусные перспективы России глобальном мире, несомненно связаны с качественными изменениями параметров глобального мира, появлением таких новых «глобальных состояний» его элементов, а главное, с феноменом внеамериканских зон взаимодействия и членством в БРИ КС.

В ряде регионов глобального мира появляются первые признаки формирования неких ареалов, где вмешательство США в политические и экономически процессы минимизировано, а страны пытаются взаимодействовать исходя из собственных интересов без согласования своих действий с Соединенными Штатами и их союзниками — ведущими странами Европейского союза. К таким зонам относится территория стран Шанхайской организации сотрудничества; центрально-азиатская часть постсоветского пространства; значительный геополитический ареал в Латинской Америке (территории стран, входящих в боливарианский альянс, возглавляемый Венесуэлой); Иран; ряд территорий Ближнего и Среднего Востока и т.д. Там постепенно образуются «неамериканские зоны взаимодействия государств, которые пытаются отстаивать свое право суверенности в глобально мире.

^неамериканская зона взаимодействия — это геополитический ареал в рамках которого страны могут договориться и действовать совместно, исходя из своих национальных интересов и приоритетов внешней и внутренней политики без учета требований или условий, выдвигаемых США и другими западными странами.

Однако «^неамериканская» зона взаимодействия вовсе не означает «ян/ш/американская». Напротив, Соединенные Штаты продолжают рассматриваться ими как экономический и политический партнер, важный и уважаемый актор глобального мира.

Зона совокупного влияния стран БРИКС несомненно есть формирующаяся внеамериканская зона взаимодействия, о чем свидетельствуют попытки этих стран вести диалог, договариваться и вырабатывать общую позицию без согласования своих мнений и точек зрения на происходящие процессы и проблемы глобального мира с США.

Следствием формирования новой структуры и иерархии глобального мира станет изменение его геополитического ландшафта.

БРИКС выступает как набирающий силу и влияние глобальный актор современной системы международных отношений, как один из самых значимых элементов нового геополитического ландшафта глобально мира.

Экономические, демографические, территориальные и сырьевые ресурсы этого неформального объединения, военно-стратегический потенциал и растущее политическое влияние позволяет определить статус БРИКС как претендента на статус центр силы глобального мира.

БРИКС имеет большой экономический и ресурсный потенциал, который можно было бы конвертировать в потенциал политический. У БРИКС есть все необходимые экономические и демографические ресурсы, чтобы сформировать сильный экономический и политический союз стран, который мог бы претендовать на статус центра силы глобального мира.

Однако проблема конвертация экономических ресурсов этого неформального объединения в политический потенциал до сих пор остается одной из самых сложных.

Для решения этой проблемы необходимо определить общую цель и стратегию, которые могли бы сплотить эти страны в единый экономический и политический кластер.

Такая общая стратегическая цель стран БРИКС реализуется через выявление и решение ряда конкретных общих задач. Решение данных задач соответствует национальным интересам всех пяти членов неформального объединения.

Во-первых, все четыре страны на мировой политической арене преследуют общую цель: увеличение за счёт стран Запада своей значимости, как политической, так и экономической. Во-вторых, все страны БРИКС заинтересованы в содействии скорейшему выходу из экономического кризиса мировой экономики, реформе международной финансовой системы, (в том числе реформе МВФ, Всемирного банка и мировой валютной системы). Другой общей задачей является совместная работа по усилению глобальной продовольственной, энергетической и медицинской безопасности. Наконец, все страны БРИКС заинтересованы в налаживании финансового взаимодействия, в частности, в виде соглашений о взаимной торговле в национальных валютах, а также в развитии взаимного туризма.

Уменьшение зависимости национальных экономик от западной финансовой системы, американской валюты и создание новых независимых финансовых и экономических центов — это те интересы, которые разделяют все страны БРИКС.

Все эти задачи можно решить при условии совместных симметричных действий во внеамериканской зоне взаимодействия.

Несмотря на трансформацию мировой политической системы и возникновение «новых глобальных состояний», США и в XXI веке остаются центром силы и лидером глобального мира, в чем уверены большинство экспертов.

В то же время анализ позиции и действий европейских стран по поводу событий в Украине, Ливии, Сирии, Ираке, Афганистане, Иране, ситуации с принятием санкций в отношении России свидетельствует об ослаблении суверенитета Европейского союза в принятии важнейших политических решений, даже если они затрагивают национальные интересы входящих в него государств. Поскольку Соединенные Штаты играют доминирующую роль в НАТО и обладают там правом решающего голоса, это дает основания говорить и о процессе военно-стратегической десуверенизации Европейского союза.

В результате зона американского влияния и взаимодействия стран под контролем США становится все более монолитной и геополитически ярко выраженной.

Можно с уверенностью прогнозировать, что такая судьба и ослабление национального суверенитета ждет и другие зоны американского влияния в мире, например, в Юго-Восточной Азии (некоторые страны АСЕАН, Австралия и Океания), Северо-Восточной Азии (Япония и Южная Корея) Африке, Центральной Америке и т.д.

Таким образом в XXI веке США несомненно сохранят статус лидера и центра силы глобального мира.

Многие специалисты также полагают, что в будущем наиболее вероятным будет сосуществование двух центров силы глобального мира —

США и Китая.

Однако, чтобы обеспечить устойчивость и длительность данной модели обе стороны вынуждены будут опираться на противовесы такой системы «качелей». Сегодня США уже имеет достаточно надежного стратегического партнера в лице Европейского союза, на экономические, стратегические и политические ресурсы которого они могут рассчитывать. Соединенные Штаты также располагают экономическим потенциалом НАФТА (Североамериканское соглашение о свободной торговле, куда помимо США входят Канада и Мексика).

Жизнь показывает объективную неизбежность и необходимость для Китая опоры на равноценного союзника и стратегического партнера. Таковым может стать БРИКС, аккумулирующая экономический потенциал, политическое влияние и стратегические ресурсы России и других стран- участниц объединения и позиционирующая себя как всеамериканская зона взаимодействия стран, в неё входящих.

США в свою очередь своими действиями способствуют еще большему дистанцированию этих двух зон. Так на саммите АТЭС, который походил в ноябре 2014 г. в Пекине, американский президент Б.Обама выдвинул идею экономического блока в АТР без участия Китая и Рос-

275

СИИ.

В результате данные тенденции приведут к окончательному размежеванию геополитического пространства глобального мира на зоны влияния США и БРИКС.

Следствием такого геополитического размежевания — США и зона влияния БРИКС (зона «неамериканского взаимодействия) будет формирование новой биполярной, а точнее бицентричной системы глобального мира. А это создает определенный баланс сил, является точкой равновесия глобальной политической системы и может гарантировать определенную стабильность глобального мира.

Практика политической жизни мирового сообщества показывает неспособность официальных международных структур адекватно реагировать на вызовы глобализационных политических процессов. Такие структуры, как ООН, Европейский парламент, ОБСЕ, «Большая семерка» и «Большая двадцатка», Всемирный банк и Международный банк реконструкции и развития, и т.д. создавались в другое историческое время, были наделены иными функциями, не связанными с задачей контролирования и управления политическими процессами, характерными для эпохи глобализации.

Сегодня можно констатировать фактическое отсутствие эффектив- [2]

ных или хотя бы работающих механизмов управления глобализационными политическими процессами.

В отсутствии таких механизмов глобального управления и контроля над глобализационными политическими процессами наиболее эффективными инструментами становятся «неинституциональные структуры глобального управления» и «новые механизмы многосторонней сетевой дипломатии и коллективного лидерства ведущих государств»[3].

БРИКС как раз и представляет собой яркий пример коллективного лидерства, это неформальное объединение стало одной из первых неинституциональных структур глобального управления.

В будущем полицентричном глобальным мире центрами силы могут стать именно такие неинституциональные структуры, подобные БРИКС или «большой семерке Юга». Они совместно с США поделят глобальное политическое пространство на сферы своих интересов, а процесс глобального управления будет формироваться через переговоры и договоры о разделе сфер влияния между ними.

Высокая динамика протекания и усложнение глобализационных процессов приведет к повышению неустойчивости глобального мира, смене иерархических статусов глобальных акторов, когда старые лидеры будут уступать свои позиции новым, активно развивающимся и имеющим более весомые конкурентные преимущества странам.

Конкурентные позиции БРИКС ослабляет отсутствие каких-либо более или менее прочных связей между Бразилией, Россией, Индией, Китаем и ЮАР. По мнению скептиков, эти государства не связывают ни общая цивилизация, ни общая история, ни общие долгосрочные интересы.

Среди мировых экспертов сложилось мнение, что страны БРИКС вряд ли смогут образовать надёжный кластер — слишком велика разница в уровнях их научно-образовательного, социального и экономического развития.

Выходом из этой ситуации может быть расширение формата БРИКС за счет присоединения стран, желающих войти в зону внеамериканского взаимодействия. Условием присоединения стран к данному неформальному объединению, которое в скором будущем возможно уже обретет и некий официальный статус, будет именно желание войти во «неамериканскую зону взаимодействия и сотрудничать там при отсутствии жесткого контроля США и его союзников.

Среди таких стран, желающих стать участниками «неамериканской зоны взаимодействия, могут быть региональные державы или страны, претендующие на статус регионального лидера.

В этих условиях расширение формата БРИКС и принятие новых членов расширит территорию, контролируемую данной структурой и явится гарантией сохранения в ней мира и стабильности.

Однако реализация данного проекта сталкивается с еще одной серьезной проблемой.

К сожалению, БРИКС ни для одной страны не является приоритетным проектом. Страны БРИКС участвуют в других различных организациях и блоках. У каждой страны помимо БРИКС есть собственный приоритетный геополитический проект.

Так, Россия и Китай — партнёры в рамках Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). При этом у России приоритетным проектом является создание Евразийского союза, и в частности, Евразийского экономического пространства, которое вступит в силу с января 2015 г. У Китая — это реализация идеи «Великого Шелкового пути».

Бразилия — участник и лидер МЕРКОСУР — динамично развивающегося южноамериканского общего рынка.

ЮАР — инициатор создания и лидер Южно-африканского таможенного союза.

Следует учесть, что практически все страны БРИКС (кроме Китая) возглавляют собственные региональные системы и интеграционные объединения.

Для решения этой проблемы следует развивать формат многостороннего сотрудничества не между отдельными странами БРИКС, но между данными интеграционными объединениями: МЕРКОСУР — ШОС — Евразийский союз — Южно-африканский таможенный союз — Китай.

Новый глобальный мир многие эксперты называют «эпохой новых коалиций». Действительно, на основе уже существующих региональных систем и подсистем сегодня происходит формирование экономических, политических и военно-стратегических блоков, союзов и коалиций. Среди новых проектов можно назвать Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС), Союз южноамериканских наций (УНАСУР), проект Тихоокеанской оси, Восточно-Азиатское сообщество (ВАС) и т.д.

В силу глобальной нестабильности и высокой динамики протекания глобализационных процессов также быстро меняются приоритетные векторы внешней политики стран и их геополитические интересы, списки партнеров, союзников, геополитических конкурентов и врагов.

В эпоху новых коалиций неизбежно формирование большого числа неустойчивых и постоянно ^реформатирующихся союзов, коалиций и объединений с разной степенью институализации.

В целях увеличения зоны влияния, эти блоки и коалиции будут стараться привлекать новых членов или партнеров, в том числе предоставляя им статусы наблюдателей или ассоциированных членов.

Расширение формата БРИКС за счет привлечения туда новых членов приведет, с одной стороны, к еще большей поляризации двух зон влияния и взаимодействия, но с другой стороны, станет гарантом большей устойчивости и стабильности глобального мира.

Эта ситуация баланса равновеликих сил обяжет США и их союзников принимать более взвешенные политические решения с учетом интересов представителей «««американской зоны взаимодействия.

В рамках этой тенденции расширение БРИКС приведет к формированию коалиции государств во «неамериканской зоне взаимодействия и превратит это объединение в эффективный инструмент многополярной, многовекторной, сетевой дипломатии.

Россия в этих условиях может и должна стать одним из ключевых акторов и политическим центром данной внеамериканской зоны взаимодействия.

Активизация взаимодействия БРИКС со странами, не являющимися ранее лидерами глобального мира, усиливает тенденцию к гибкости и поливариантности глобализационных политических процессов.

Это будет способствовать дальнейшему повышению роли стран периферии глобального мира, повлечет повышение их политического веса в глобальной политической системе и коллективного статуса в иерархии глобального мира, что отразится и на положении России в глобальном мире.

Рост совокупного экономического потенциала стран «и«америкнской зоны взаимодействия, и, как следствие, увеличение их политического влияния неизбежно приведет в тому, что западные страны вынуждены будут согласовывать с ними свои внешнеполитические действия или хотя бы считаться с их мнением.

Суммарный потенциал экономических ресурсов и политического влияния БРИКС, ШОС и, возможно, других региональных объединений будет способствовать созданию неинституциональной структуры коллективного глобального лидерства. Это позволит России эффективно решить имеющиеся проблемы, достойно ответить на вызовы глобального мира и участвовать в формировании нового центра силы глобального мира.

Завоевание и подтверждение статуса центра силы глобального мира позволит России как члену БРИКС и политическому центру «««американской зоны взаимодействия:

  • — содействовать переформатированию растущего экономического потенциала стран, присоединившихся к этому неформальному объединению, в глобальное политическое влияние;
  • — оставаться важным инструментом международной политики;
  • — способствовать трансформации отношения Запада и развивающихся стран — участников «««американской зоны взаимодействия;
  • — открыть новые сферы экономического, политического, военно- стратегического и информационного глобального взаимодействия со странами — участницами «неамериканской зоны взаимодействия;
  • — поддержать стабильность и устойчивость конструкции многополярного, полицентричного мира, и в конечном итоге, закрепить свой статус влиятельной державы глобального мира.

Размышляя о проблемах, связанных с внешней политикой России в условиях глобальной неопределенности и её статусом в глобальном мире, можно согласиться с известным ученым П.А.Цыганковым, который подчеркивает искусственный и даже субъективный характер возникающих и набирающих силу тенденций развития глобального мира.

«Объективные процессы и тенденции не только используются наиболее развитыми и сильными международными игроками для дальнейшего укрепления своих позиций, но и канализируются в наиболее выгодных им направлениях и даже формируются («конструируются») ими».[4]

В целом сегодня можно говорить о вариативности развития политических глобализационных процессов. Трансформация мировой политической системы потенциально содержит множество возможных направлений. В условиях этой вариативности Россия в составе БРИКС и как политический центр «неамериканской зоны взаимодействия получает уникальную возможность достичь общие для всего объединения стратегические экономические и геополитические цели, а также способствовать реализации непротиворечащих друг другу национальных интересов всех стран — участников «неамериканской зоны взаимодействия.

«Неформальный» формат БРИКС как «неамериканской зоны взаимодействия будет способствовать развитию партнерских взаимоотношений между странами, развитию сотрудничества и кооперации, а также утверждению общих ценностей, идеалов, целей и совместных перспектив развития.

Судьба России в глобальном мире XXI века тесно связана с судьбой этого перспективного объединения, которому предстоит сыграть ключевую роль в мировой политике и занять статусного центра силы глобального мира.

Россия уже сегодня является влиятельным, активным и инициативным членом БРИКС — неинституциональной структуры глобального управления и коллективного лидерства ведущих акторов глобального мира.

«Формирование полицентричного миропорядка далеко не завершено.

Роль и место России в новом, быстро меняющемся мире во многом будет зависеть от способности найти адекватные ответы на связанные с поли- центричностью вызовы и использовать открываемые ею возможно-

97R

сти» .

На основании фактических данных и стратегических расчетов можно суверенностью прогнозировать, что в будущем полицентичном мире возникнут новые полюса и центры силы, которые станут главными международными акторами и авторами сценария развития мирового сообщества, и одним из них будет Россия.

  • [1] Чумаков А.Н. Теоретико-методологические основания исследований процессов глобализации. //Век глобализации. 2013. №2. С.32
  • [2] Участники саммита АТЭС в Пекине приняли итоговую декларацию. // URL:http://www.ltv.ru/news/polit/271574 (Дата доступа 11.11.2014)
  • [3] Лавров С. «БРИКС — глобальный форму нового поколения» // URL:http://www.mid.ru/bdomp/brics.nsf/WEBforumBric/F8C251DB09032059442579C000531В68 (Дата доступа 11.11.2014)
  • [4] 2 7 Цыганков П.А. Международные отношения и мировая политика в контексте глобализации. // Материалы II Международного научного конгресса «Глобалистика — 2011:пути к стратегической стабильности и проблема глобального управления». Под ред.И.И.Абылгазиева, И.В.Ильина. В 2-х гг.— М.: МАКС Пресс, 2011. Том 1. С.200
 
Посмотреть оригинал
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы