Структурный и этнокультурный компоненты в семантической структуре слова

Исследователи выделяют еще два вида компонентов в структуре ЛЗ слова: структурный и этнокультурный (национальный, культурнонациональный, культурный).

Структурный компонент ЛЗ «отражает структурные связи слова в том или ином конкретном значении с ЛЗ других слов, заполняющих определенное семантическое пространство — лексико-семантические группы (ЛСГ) или лексико-семантическое поле (ЛСП). Этот компонент вводит данное ЛЗ в общую семантическую структуру языка, делая его самостоятельным элементом всей семантической структуры.

Этнокультурный компонент (ЭК) ЛЗ представляет собой отражение в этом значении национально-специфического восприятия тем или иным народом каких-либо реалий, фрагментов действительности и даже чистых конструктов народного сознания {русалки и ундины в русском и немецком фольклоре, тролли в фольклоре скандинавских народов и т.д.).

Этническая самобытность ЛЗ слов обычно маркируется в лексикографических источниках с помощью специальных показателей национально-культурной ориентации слова: гусли — «старинный русский многострунный щипковый инструмент», байрам — «название двух-трехдневных мусульманских праздников».

ЭК ЛЗ опирается на особые фоновые знания о реалиях и фрагментах действительности, свойственных тому или иному народу или культурной общности тех или иных народов. Отразить эти фоновые знания в специальном наборе сем, составляющих С, очень сложно, этот компонент гораздо глубже связан с денотативной отнесенностью слова и отраженными в Д представлениями о соответствующих реалиях.

Следует отметить, что степень широты распространения ЭК в ЛЗ того или иного слова до сих пор не установлена. А. Вежбицкая, например, склонна рассматривать этноцентричность ЛЗ едва ли не как его универсальный признак вообще. Думается, что такое широкое толкование ЭК вряд ли целесообразно, в ЛЗ целого ряд слов ЭК совсем не представлен {стол, читать). Но вместе с тем нельзя не согласиться, что глубокая связь ЭК с Д в составе ЛЗ позволяет вывести ЭК из довольно ограниченной сферы слов-экзотизмов.

ЭК проявляет себя и в системе переносных значений слов: индиец, считающий корову священным животным, вряд ли воспримет образ и резко негативную коннотацию, связанные именно с переносным значением соответствующего русского слова (корова — перен. «толстая неповоротливая женщина» [Солодуб 1995: 62-63] . Или, например, образ болота в венгерском восприятии вызывает представление о гнилости, тлении и т. д., в финском языке болото — нечто «вполне хорошее». Известный финский ученый сравнивал в лекции финский язык с болотом, в котором, как попавшие в болото сучья деревьев, веками сохраняются древние заимствования. То есть болото — это не столько место тления, гниения, сколько место сохранения. В русском языке болото — образ косности, застоя, рутины.

Этнокультурный компонент содержится и в описании рождественской ночи в повести И. В, Гоголя «Ночь перед Рождеством».

«В художественной традиции слово ночь является «многосмыслен- ным» (Вяч. Иванов) символом, обладающим широкой парадигмой культурных значений. Фоновая семантика слова включает семы ‘смерть’, ‘черный цвет’, ‘состояние ожидания’, ‘обещание дневного света’, ‘творчество’. И. В. Гоголь воссоздает мифопоэтическую модель рождественской ночи, причем ночи «малороссийской», пытаясь передать «колорит родной Украины». В «малороссийском» сознании рождественская ночь — это «весело смеющаяся ночь» с колядованием, с «кучею хохочущих и поющих девушек», «парубками, готовыми на все шутки и выдумки». Для писателя важно было подчеркнуть именно эту особенность ночи, и автор на первой же странице повести дает сноску, где объясняется смысл понятия колядовать: «Колядовать у нас называется петь под окнами накануне рождества песни, которые называются колядками. Тому, кто колядует, всегда кинет в мешок хозяйка <... > колбасу, или хлеб, или медный грош, чем кто богат». <... > Луна, месяц — важные единицы в лексикосемантическом ряду с доминантой ночь. Фоновая семантика включает семы ‘призрачность’, ‘таинственность’, ‘зыбкость’, ‘обман’. Это обусловлено отражательным характером лунного света, придающим изменчивость внешнему виду вещей и предметов. Создается впечатление зыбкой, неустойчивой границы между двумя мирами: реальным и ирреальным. По народным поверьям, в дни религиозных праздников враждебные человеку силы бродят по земле, показываются людям и вмешиваются в их дела: «<... > можно было догадаться, что он <... > просто черт, которому последняя ночь осталась шататься по белому свету и выучивать грехам добрых людей» [Лисенкова 1998, с. 60-61].

Таким образом, лексическое значение слова, то есть «социально закрепленное за ним как определенным комплексом звуков его индивидуальное содержание» (Солодуб Ю. П.) , представляет собой некое семантическое целое, состоящее из взаимосвязанных и взаимообусловленных частей, или компонентов: денотативного, сигнификативного, прагматического, коннотативного, структурного, этнокультурного, не обязательным, но возможным компонентом значения производных слов может быть так называемая «внутренняя форма», или мотивированный признак {мотивировочный компонент).

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >