ИСТОРИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О ГАРМОНИИ В ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКОЙ КУЛЬТУРЕ

Античные представления о гармонии

Наиболее ранние представления о гармонии выражены в мифологии, которая является чувственно-образным отражением мира. Поиск гармонии составляет «единое ядро древних цивилизаций» (В. Иорданский). Миф фиксировал определенный порядок (социальный, культурный), система обрядов, табу его выражала и поддерживала. Нарушение этих запретов и ритуалов вело к нарушению гармонии социального и культурного мира. Регулярно повторяющиеся ритуалы, воспроизводящие мифы, направлены на приспособление личности к социуму и призваны гармонизировать взаимоотношения социальной группы и природного окружения. Как отмечает Е.Мелетинский, возникает определенный «мифологический баланс между представлениями об окружающем мире и нормами поведения, который «метафизически» подкрепляет социальную и природную гармонию, душевное и общественное равновесие».[1] В качестве повествования миф подчинен гармонизирующей и упорядочивающей целенаправленности, ориентирован на целостный подход к миру, который исключает элементы хаотичности, неупорядоченности. Доминирующей целью мифа является не столько познание, сколько именно гармонизация и регламентация. Миф направлен на объяснение существующего социального и космического порядка так, чтобы поддерживать этот порядок, исключая необъяснимые события, «чтобы универсальная гармония не была поколеблена... Высшая реальность мифа - источник и модель всякой гармонии».[2]

В исследовательской литературе подчеркивается значение мифа для гармонизации отношений индивида и социума, особенно в переломные моменты человеческой жизни, а также в плане социализации личности, приспособления индивида к социуму. Отражая в фантастических образах реальные черты окружающего мира, миф выполняет социальную роль, внося «лад и строй» в жизнь родовой общины. В исследовательской литературе развивается мысль, высказанная Б. Малиновским, о практическом назначении мифа - поддержание равновесия в обществе, идея гармонизации жизни в мифе и при помощи мифа.

В еще большей степени миф имеет значение для гармонизации отношений социального мира и природного окружения. Образу «мифа- гармонизатора» (С. Батракова) уделяли особое внимание исследователи первобытных культур.

Наиболее развитые представления о гармонии зафиксированы в античной, прежде всего древнегреческой, мифологии. Здесь впервые в ряде мифов воплощена вся многозначность этого понятия. Как отмечает В.П. Шестаков, «гармония выступает то неотделимо от вещей, то отделимо, в качестве определенного физического феномена или морального принципа, то в виде социально-политической или даже космической целесообразности; или же гармония выступает в утилитарном виде, не отличимом от вещей бытового характера или принципов производственно-практической деятельности». В гомеровской мифологии термин «гармония» означает соглашение, согласие, мир («Илиада»), а также в более конкретном смысле - скрепы, гвозди («Одиссея»), которыми Одиссей скрепляет корабль при строительстве. Это значение указывает на происхождение понятия гармонии от греческого Ьагаюб- т.0 - сколачивать, и на тот смысл, который закрепится за этим понятием, а именно: связывание, соединение различных элементов.

В античном мифе о Гармонии, которая была дочерью бога войны Ареса и богини любви и красоты Афродиты, отражены представления древних греков о гармонии как порождении двух контрастных начал: красоты-любви и борьбы-войны. И это представление не случайно: уже древнее мифологическое сознание зафиксировало в образной форме сущностную особенность этого понятия - соразмерное единство двух разнородных начал, равновесие, согласованность противоположных элементов.

Древнегреческая мифология отразила представление о гармонии Космоса и человека, которая поддерживается «деятельностью» богов. «Их постоянное присутствие и помощь снимают возможность дисгармонии между вселенной и человеком, благодаря покровительству богов возвысившимся над страхом перед силами стихий. Никогда уже больше мир не казался людям таким обозримым, его гармония такой наглядной, боги такими доступными: они жили на земле, и их место пребывания - гора Олимп - было известно каждому. Отсюда, кстати, гармоничность мироощущения греков...».[3] [4]

1982. С. 113.

Мифологический образ мира древних греков предстает как единое целое, как «скрытый порядок мира», который проявляется в постоянном чередовании контрастов - жизни и смерти, любви и вражды, войны и мира, счастья и горя и осознание которого намечено уже Гомером. «Вечная гармония противоборствующих сил, - пишет Е.Я. Ре- жабек, - которой в одинаковой мере подчинены люди, герои и боги - вот в чем заключен «скрытый порядок» вещей, художественными средствами прокламируемый поэтом».[5]

В мифологии гармония означает «порядок», предполагая наличие его противоположности. В этой связи, двигаясь «от противного», необходимо обратиться к мифам о хаосе, который выступает в качестве этой самой противоположности гармонии-порядка. Основной смысл греческой мифологии составляет превращение хаоса в космос, который в свою очередь устроен на принципах гармонии и порядка. Мифологии древнего мира присуща развитая космогония и теогония, основное внимание в которой уделено процессу общего мироустройства. При этом данный процесс описывается как переход от первоначального хаоса к упорядоченной гармоничной вселенной. Все древние мифологии в фантастических образах воспроизводят ход упорядочения, организации мира, преодоления изначального хаоса, часто в форме мифов о борьбе с драконами или чудовищами, воплощающими силы хаоса (борьба Ра со змеем Апопом, Зевса с титанами и т.п.). Образ хаоса присущ всем древним мифологиям. Хаос представляется как мрак или ночь (в некоторых полинезийских и африканских мифах, отчасти в греческой и индийской мифологиях), как бездна или пустота (греческий Тартар), как некое неорганизованное состояние, а также в виде неких демонических существ, таких как змеи или драконы, великаны и боги старшего поколения. «Превращение хаоса в космос оказывается переходом от тьмы к свету, от воды к суше, от пустоты к веществу, бесформенного к оформленному, от разрушения к созиданию».[6]

Наиболее развернутое представление о хаосе содержится у Гесиода в «Теогонии», где он изображается как некое мифологическое существо, наряду с Геей, Тартаром и Эросом, а также как некоторое неупорядоченное состояние вещества. Безграничный, вечный, темный Хаос выступает как одно из первоначал, из которого возникает весь мир и бессмертные боги. В качестве первоначала хаос характеризуется как нечто неопределенное, не имеющее никаких качеств, как некая пустота, бесформенность. Здесь хаос выступает как противоположность гармонии, которая понимается как качественная определенность, единство и оформленность разрозненного целого. Это стремление мифологического мышления к упорядочиванию, гармонизации мира отмечалась многими исследователями древних культур. «В мифотворческой симфонии эллинской культуры, - пишет Я.Э. Голосовкер, - явственно слышатся две темы, два стимула творческой жизни Эллады: тема оргиазма и тема числа. И если оргиазм был выражением стихии народной, то число было выражением полиса с его в широком смысле понимаемой гражданственностью. Взаимодействие этих двух выражений и обнаруживается как характер эллина с его изумительной чертой: искусством гармонизировать любой хаос».[7] [8] Хаос как некая неупорядоченная стихийная сила «прорывался» в оргиастических мифологических фантазиях. «Этот оргиазм, кинувшись в воображение, создал

страстный фантастический мир эллинского мифа, симфонию хаоса с

2

его пластикой образов и трагикой смысла».

Преобразование хаоса в космос представлено в космогонических мифах развитых мифологических систем и мыслится как упорядочивающая, гармонизирующая деятельность богов. Как символ того порядка, который пришел на смену мифологическому хаосу, появляется образ царя богов (Ра, Мардука и т.п.). Но вместе с тем этот порядок не является чем-то застывшим и безусловным. Греческие боги, например, «вносят в этот мир оживленный беспорядок, устраивают кавардак, когда их интересы сталкиваются, и нужен грозный окрик царя богов, чтобы прекратить эту анархию и вернуть мир к прежнему неустойчивому равновесию сил. Олимпийская мифология представляет собой именно живое равновесие между дикой оргией необузданных элементов и мертвым порядком божественного предопределения».[9]

В древних религиозно-мифологических системах глобальная космическая модель отразила определенные черты государственнополитической организации, чему способствовала ритуализация и сакрализация государственной власти. Однако в силу особенностей мифологического мышления, специфику которого составляет ориентация на прошлое, идеал социального порядка часто отнесен именно в прошлое, о чем свидетельствуют мифы о «золотом веке», «потерянном рае», «веке героев». Образ «золотого века» как периода гармонии, счастливого существования человечества, которому дарованы вечная юность, вечный мир, встречается во многих древних мифологиях (индийской, иранской, вавилонской, иудейской, греческой и др.). В мифологических представлениях о времени «золотой век», описанный как идеал земного существования, непосредственно следует за «хаосом». Но впоследствии из-за нарушения каких-либо табу или в наказание за грехи этот «земной рай» был утрачен, наступил упадок, который иногда сопровождался прорывами хаоса: стихийные бедствия (потоп, засуха), войны, порча нравов и т.п.

В мифологии, таким образом, формируются представления о гармонии как о порядке (космическом, природном, и социальном), соединении различного, преодолеваются противоречия, возникшие в ходе развития природы и общества, между идеальным и реальным, чувственным и духовным, обнаруживается основа объединения их в гармоническое единство.

В эпоху античности мифологические представления о гармонии приобрели характер философско-эстетической проблемы, интересовавшей многих мыслителей.

Наибольшее значение из всех представлений о гармонии имеет пифагорейское учение. Пифагор и его школа занимались рассмотрением универсальной сущности гармонии и создали первую философскую концепцию гармонии, основанную на числах и числовых отношениях.

«Самосец Пифагор, сын Мнесарха, — говорит Аэций, - первый назвавший философию этим именем, [признает] началами числа и заключающиеся в них соразмерности, которые он называет также гармониями, элементы же, называемые геометрическими, он считает состоящими из тех и других начал. Опять же он принимает в началах монаду и неопределенную диаду. Одно из начал у него устремляется к действующей и видовой причине, каковая есть бог — ум, другая же относится к причине страдательной и материальной, каковая есть видимый мир».[10]

Весь космос, согласно Пифагору, и все вещи в нем есть соразмерное единство противоположностей. Пифагорейскую таблицу десяти противоположностей представил Аристотель: предел и беспредельное, нечет и чет, единое и множество, правое и левое, мужское и женское, покоящееся и движущееся, прямое и кривое, свет и тьма, хорошее и дурное, четырехугольное и разностороннее. При этом главное здесь — отношение предела и беспредельного, конечного и бесконечного. Согласно пифагорейской концепции, мир в целом представляет собой единство этих противоположностей - предела и беспредельного, определяющее как космическую гармонию, так и гармонию каждой вещи. Понятия предела и беспредельного объединяет понятие числа.

Пифагор представлял множество чисел в виде арифметически- геометрической структуры. Поскольку форма мира должна быть гармонической, то и элементы мира должны иметь симметричную геометрическую структуру. Пифагор полагал, что есть пять телесных фигур, которые называются также математическими и из которых возникают материальные элементы: из куба возникла земля, из пирамиды — огонь, из октаэдра — воздух, из икосаэдра — вода, из додекаэдра — сфера вселенной, то есть эфир. Числа при этом соединяются не хаотично, а гармонически. Эта числовая гармония и создает гармонично устроенный космос.

Многие авторы признают доминирующей идеей гармонии у Пифагора мысль о единстве противоположностей, а также вопрос об особенностях этих противоположностей, непременным условием гармонического объединения которых считалась соразмерность. Пифагореец Филолай указывал, что «гармония вообще возникает из противоположностей. Ибо гармония есть соединение разнообразной смеси и согласие разногласного».[11] Также существенными признаками гармонии пифагорейцы называли сложность и целостность как отсутствие избытка и недостатка.

Гармония, согласно пифагорейцам, определяет устройство всего мироздания. В физически-арифметически-акустической концепции организации космоса, или учении о «гармонии сфер» Пифагора космос мыслился состоящим из десяти небесных сфер, вложенных одна в другую, связанных между собой гармонической пропорцией и издающих характерное звучание. Источником гармонии пифагорейцы считали движение, в котором отношения скоростей подобны отношениям созвучий, при этом гармонический звук возникает только от кругового движения. А сам звук является лишь внешним выражением некой внутренней сущности. Учение о музыке сфер продолжало существовать и развиваться после Пифагора вплоть до нового времени.

Взгляды пифагорейцев оказали огромное влияние на развитие всех последующих учений о гармонии, о ее природе и сущности.

Представление о гармонии у Гераклита связано с идеей совпадения противоположностей, с диалектикой единства и множества. Гармония, по Гераклиту, присуща, прежде всего, объективному миру вещей, самому космосу. При этом она представляет саму вещь в ее целостности и диалектическом тождестве с другими вещами. Одним из признаков гармонии Гераклит считал порядок, упорядоченность. Гармония возникает на основе борьбы противоположностей как движение от беспорядочного к упорядоченному, от меньшего совершенства к большему. «Враждующее соединяется, из расходящихся - прекраснейшая гармония, и все происходит через борьбу».[12] [13] Гераклиту принадлежит мысль об относительности противоречий, образующих гармонию, вследствие чего эти протворечия могут вести не только к гармонии, но и к хаосу. Признаком гармоничности явления становится способность достигать гармонии. Гераклит выдвинул идею о скрытой и явной гармонии, причем скрытую считал сильнее явной. Скрытая гармония, отмечает А.Н. Деев, относится, очевидно, к миру сущности, а явная - к миру явлений." Гармония, как следует из учения Гераклита, является свойством всего существующего.

Пифагор и Гераклит заложили основы понимания гармонии как особой формы отношений между противоположностями, а также как противоречия особого рода между сторонами и состояниями целого. Собственно специфичность противоречий, а не их отсутствие является признаком гармонии, что вслед за основоположниками учения о гармонии подчеркивали многие мыслители различных философских школ от Эмпедокла до Гегеля.

Согласно представлениям Эмпедокла, гармония предстает как соединение четырех первоэлементов - земли, воды, воздуха и огня. Пропорциональное, соразмерное их объединение в единое целое создает красоту вещей. Воплощенной гармонией у Эмпедокла выступает «шару подобный» Сферос. Гармония возникает в борьбе противоположных сил - Любви и Вражды. Эмпедокл развивает пифагорейско- гераклитовскую идею гармонии как определенного мирового порядка, идеальным образом которой выступает шар.

Основной идеей Платона о гармонии является мысль, что гармония невидима, бессмертна, прекрасна и божественна. Она представляет собой идеал, внечувственный образец, существующий над миром реальных вещей, к которому стремится мир реальных чувственных явлений. Достижение этого образца возможно лишь тогда, когда явление, стремящееся к гармонии, находится в согласии с окружающим. Гармония у Платона возникает непременно как единство противоположностей. Признаками гармоничности какого-либо явления Платон считал соразмерность частей и целого и их согласованность. Платон развивал пифагорейское учение о пропорциях, которым придавал определяющее значение в формировании космоса.

В основе пространственной гармонии космоса, построенного геометрически, согласно Платону, лежат четыре стихии, представляющиеся в виде правильных многогранников. В форме куба представляется твердая Земля, в форме икосаэдра - Вода, октаэдра - Воздух, тетраэдра - Огонь. Кроме того, в форме еще одного многогранника - додекаэдра - представляется Эфир, заполняющий все пространство. Космический порядок, согласно Платону, определяется распределением планет по концентрическим кругам между кругом неподвижных звезд и Землей. Замкнутый в себе круг, т.е. шар, выступает, таким образом, идеалом космической гармонии, порядка. Аналогичное построение космоса было характерно и для пифагорейского учения о «гармонии сфер», о гармоническом движении светил вокруг центрального мирового огня.

Платон обосновал универсальное понимание гармонии, которая имеет всеобщее значение и в строении космоса, и в физическом и духовном мире человека. Он связывал гармонию с нравственностью человека, считая гармонией всякую добродетель, так как она характеризует гармонически настроенного человека. Согласованность внешних и внутренних качеств человека во всех его проявлениях есть гармония. Носителем гармонии Платон считал душу, которая наиболее способна приблизиться к идеалу.

Итак, гармония, по Платону, проявляется и в космосе, и в душе, и в нравственных качествах человека.

Существенный вклад в развитие античных представлений о гармонии внес Аристотель. Он сближает понятия гармонии и порядка, полагая, что гармония является взаимным переходом порядка (гармонии) и беспорядка (дисгармонии). Гармония также предполагает наличие симметрии и соразмерности частей. Аристотель определяет гармонию через такие понятия, как порядок, симметрия, мера, середина. Наиболее важным в этой связи является разработанное Аристотелем понятие середины. Середина представляет собой нечто среднее между избытком и недостатком и в этом смысле является совершенством, к которому все должно стремиться. Аристотель различает два вида гармонии - простой пропорциональности и внутренней меры. Гармонию второго вида он связывает с понятиями совершенства и красоты. Обязательным условием гармонии Аристотель называет согласование противоположностей. «Гармония в собственном смысле слова, - полагал Аристотель, - есть сочетание величин, которым свойственны движение и положение, когда они так прилажены друг к другу, что больше уже не могут принять ничего однородного; во-вторых, гармония есть соотношение частей, составляющих смесь...».[14] Рассматривая вопрос о причинах гармонии, он критически оценивает пифагорейское представление о числах как началах гармонии. Вещь становится гармоничной, излагает В.Т. Мещеряков мысль Аристотеля, не благодаря мистической силе числа, а в силу своей собственной природы.

Подводя итоги, следует отметить, что развитие представлений о гармонии, зародившихся в глубокой древности, шло параллельно формированию идеи единства мира. Выражались они, прежде всего, в мифологической форме и при всех различиях мифологий разных народов гармония имеет сходный смысл. Гармония отождествлялась с порядком (социальным и природным), определенным устройством мира, соединением различных частей, контрастных начал. Все это свидетельствует об изначальном стремлении человека к гармонии, обнаруживающемся уже на ранних этапах человеческой культуры. В свою очередь мифы не только отражают представления о гармонии, но и выступают в качестве ее «проводников», поскольку в них зафиксированы те правила, нормы, образцы, следование которым является необходимым для поддержания гармонии социального и природного мира.

Намеченное в мифологии понимание гармонии было развито античными мыслителями, которые поставили вопрос о гармонии как одной из важнейших проблем философии и эстетики. Возникновение философского интереса к гармонии, глубокая и всесторонняя разработка этого понятия были связаны с присущей древнегреческому мировоззрению тенденцией к гармонизации, упорядочиванию бытия. Следует отметить, что при всех различиях интерпретации гармонии античными философами ключевой является мысль о гармонии как согласовании, единстве противоположностей, определяющем мировой порядок. Понимание гармонии как соразмерности, внутренней меры сказалось и на развитии античного искусства, особенно скульптуры и архитектуры.

Основные идеи учений о гармонии Пифагора, Гераклита, Платона, Аристотеля заложили, таким образом, фундамент дальнейшего развития представлений о гармонии, оказали большое влияние на философов последующих эпох.

  • [1] Мелетинский Е. М. Поэтика мифа. - М, 1976. С. 170
  • [2] Мелетинский Е. М. От мифа к литературе. - М., 2000. С. 31
  • [3] Шестаков В.П. Эстетические категории. - М., 1983. С. 147.
  • [4] Мурина Е.Б. Проблемы синтеза пространственных искусств: Очерки теории,- М.,
  • [5] Режабек Е.Я. Мифомышление (когнитивный анализ). - М., 2003. С. 176.
  • [6] Мелетинский Е. М. Поэтика мифа. - М., 1976. С. 206.
  • [7] Голосовкер Я.Э. Логика мифа. - М., 1987. С 77.
  • [8] Там же.
  • [9] Лифшиц М.А. Мифология древняя и современная. - М., 1980. С. 41
  • [10] Антология мировой философии. Т. 1,- М., 1969. С. 286.
  • [11] Маковельский А.О. Досократики. Ч. III. - Казань, 1919. С. 35.
  • [12] Материалисты Древней Греции. - М., 1955. С. 42.
  • [13] Деев А.Н. Категория «Гармония»: Понимание и история эволюции. - Новосибирск, 1999. С. 99.
  • [14] Аристотель. Сочинения. Т. 1. - М., 1979. С. 384.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >