Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Искусство arrow История искусств
Посмотреть оригинал

ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ МУЗЫКИ

ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ТЕОРИИ МУЗЫКИ

Классическая музыка в современном обществе.

Название курса «Теория и история музыки» как будто вполне определенно обозначает предмет изучения. Но понятие «музыка» только на первый взгляд кажется ясным. Если задаться целью рассмотреть, что называли этим словом в различные эпохи, в различных общественных формациях, картина окажется не только не простой, но и полной противоречий. В эпоху, например, Петра I в России четко разделялись богослужебное пение, песня и музыка, которой называлась игра на инструментах для сопровождения танцев. В деревне еще во второй половине XX в. музыкой аналогично назывались инструментальные наигрыши, а пение крестьянами — носителями традиции — во многих регионах воспринималось как некое «представление» с движением, танцем. Отсюда самое распространенное выражение — «сыграть песню».

В современной культуре нет единства в обозначении явления музыки, под которой понимают и так называемую западноевропейскую и русскую классику, и популярные массовые стили, и джаз, и концертные обработки народных песен. Музыкой называют традиционное пение и игру на инструментах различных народов мира, вокальное и инструментальное сопровождение религиозных обрядов и культов.

О какой из «музык» пойдет речь в данном разделе?

Теория и история музыки по традиции являются разделами академического музыкознания, которое изучает «классическую» музыку, или музыку «профессиональную», созданную композиторами. Но традиционные классификации и определения классической музыки в контексте современной культуры начинают менять свой смысл. Например, если музыку Д. Шостаковича или А. Шнитке к кинофильмам относить к классической ветви, то как ее отличать от развлекательной и чрезвычайно популярной киномузыки Нино Рота или Энио Морриконе, как и Гии Канчели («Не горюй», «Мимино», «Кин-дза-дза») ? В академической сфере тоже существует разрыв между «музыками»: композиторы XX в. тяготеют к радикальным новациям, «авангардизму», а исполнители играют преимущественно музыку прошлых эпох.

Хотя культура не впервые в истории демонстрирует эстетические поляризации. Нам сегодняшние противостояния музыкальных моделей классики, фольклора и кантри, джаза, популярной песни, диско и прочих представляются не просто безднами, но едва ли не исчерпанием многосот- летних жанрово-стилевых установок и гибелью серьезной профессиональной музыки. После «открытия» додекафонии нововенской школой, триумфального шествия и фиаско се- риализма (совершенно новых техник сочинения) Карлхейнц Штокхаузен в 1951 г. провозгласил «час нуль» западноевропейской музыкальной традиции. Приблизительно в это же время (в 1960-е гг.) в качестве антипода авангардизму была выдвинута идея предельного упрощения музыкального языка и композиции на основе неевропейских ритуалов (Индия, Африка), которая положила начало чрезвычайно распространенному и сегодня направлению «минимализма».

Потрясением основ культуры в XX в. стало возникновение джаза. Известный отечественный музыковед В. Коней пишет: «Появление первых джаз-бэндов на городской эстраде было воспринято как событие в мировой культуре. При первых же их звуках возникло ощущение, что рушатся сами основы цивилизации. Уже одно слово «джас»... ассоциировалось с чем-то дикарским, не укладывающимся в европейскую лингвистику»[1]. Еще более экстремальным феноменом, неожиданно и с шумом вторгшимся в современную культуру, оказалась рок-музыка. «Даже эпатирующий эффект, вызванный в свое время ранним джазом, не может выдержать сравнение с шоком, испытанным «взрослыми» от первых выступлений «Битлз». В общественном сознании сразу образовалась непреодолимая грань, отделяющая музыку «старших» от «молодежной», собственно культуру от « контркультуры »[2]...

«Классическая музыка... Что интуитивно отталкивает все больше людей от этого искусства, еще вчера признаваемого божественным?» Эти грустные для музыканта и культурного человека слова — из комментария издателя к роману «Пианистка» Эльфриды Елинек. Неоспоримый факт: число «потребителей» классической музыки неукоснительно сокращается, она перестает быть для значительной части общества существенным компонентом духовной жизни, личной культуры, перестает быть безусловной духовной ценностью. На надежные информационные носители аудио и видео сегодня занесено все, о чем можно было полвека назад только мечтать: редкие и редчайшие произведения, прямые трансляции концертов и оперных спектаклей, самые замечательные исполнители, мастер-классы выдающихся артистов и педагогов. Но аудитория этой музыки неуклонно сужается, хотя не стоит упускать из виду колоссальный духовный, культурный потенциал элитарного потребителя.

Цифровые технологии, как и наличие автотекстов, караоке и других «приспособлений» в музыкальном инструментарии, облегчают любительское общение с музыкой. Слушать, петь, играть, сочинять — все становится гораздо более легко осуществимым, и это несомненное завоевание информационного общества.

Сегодня очень важно наблюдать за всей этой реальностью, выходя за пределы музыкального текста, в сферу музыкального слуха и мышления человека. Гармония понимания музыки и воздействия ее на человека в актуальном для культуры направлении создает максимально устойчивую, плодотворно функционирующую систему. Несоответствия, несовпадения целей музыки и человека в пространстве культуры образуют различного рода энтропийные процессы, приводящие к модификациям системы коммуникации музыки или — в крайнем выражении — к распаду каких-то ее форм.

  • [1] Конен В. Третий пласт. Новые массовые жанры в музыке XX века. М.,1994. С. 89.
  • [2] Конен В. Третий пласт. Новые массовые жанры в музыке XX века. М.,1994. С. 117.
 
Посмотреть оригинал
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы