Имущественные аспекты применения мер уголовно-процессуального принуждения

Отдельные меры процессуального принуждения имеют имущественный характер либо тесно связаны с имущественными отношениями. В данном контексте речь идет, прежде всего, о случаях применения к подозреваемому или обвиняемому меры пресечения в виде залога (ст. 106 УПК РФ).

Под мерами пресечения понимаются применяемые дознавателем, следователем, прокурором или судом к обвиняемому, а в исключительных случаях и к подозреваемому, меры принудительного воздействия, связанные с лишением или ограничением свободы, личных и имущественных прав, в целях предупреждения или пресечения уклонения от дознания, следствия или суда, продолжения преступной деятельности либо воспрепятствования производству по уголовному делу, а также для обеспечения исполнения приговора.

В законе предусмотрены следующие меры пресечения (ст. 98 УПК РФ):

  • 1) подписка о невыезде;
  • 2) личное поручительство;
  • 3) наблюдение командования воинской части;
  • 4) присмотр за несовершеннолетним обвиняемым;
  • 5) залог;
  • 6) домашний арест;
  • 7) заключение под стражу.

В зависимости от степени ограничения прав и свобод личности меры пресечения делятся на не связанные с лишением свободы и лишающие (ограничивающие) свободу подозреваемого, обвиняемого.

В первую группу входят подписка о невыезде и надлежащем поведении, личное поручительство, наблюдение командования воинской части, присмотр за несовершеннолетним, залог. Вторую группу составляют домашний арест и заключение под стражу.

Правовое регулирование залога в УПК РФ претерпело значительные изменения. Надо полагать, это объясняется стремлением законодателя сделать залог - одну из самых редко используемых в практике уголовного судопроизводства - в наиболее востребованную меру процессуального принуждения. Будучи самой строгой из мер пресечения, не связанных с содержанием под стражей, залог, тем не менее, применялся в практике органов расследования крайне редко1.

Так, по данным В.А. Михайлова, до 1992 г. залог в уголовно-процессуальной практике использовался нечасто: 63% опрошенных им руководителей следственных подразделений в субъектах Федерации заявили, что подчиненные им следователи вообще не применяли залог в качестве меры пресечения, 32% ответили, что им известны лишь единичные случаи избрания залога при расследовании уголовных дел". [1] [2]

Констатируя тенденцию отказа следователей от применения залога как одного из средств, обеспечивающих решение задач уголовного процесса, С.И. Вершинина отмечала, что данная мера пресечения «была мертворожденной уже с момента ее закрепления в законе»[3] [4].

Основными факторами, сдерживающими распространение залога в практике уголовного судопроизводства, выступали как обстоятельства идеологического характера, получившие своеобразную «поддержку» в процессуальной литературе 60-х годов, так и несовершенство уголовно-процессуальных норм, регламентирующих их применение, неразрешенноегь в законодательстве многих вопросов, сопровождающих избрание меры пресечения в виде залога, сложный процессуальный порядок ее реализации.

С середины 80-х годов отношение к рассматриваемой мере пресечения постепенно изменилось, чему способствовали объективные причины, обусловленные кардинальным переустройством социально-экономических и политических основ российского государства. Очевидным доказательством тому является факт принятия 29 мая 1992 г. Закона РФ «О залоге». Залог как мера пресечения начинает шире применяться на практике, становится предметом монографического исследования", ему посвящается несколько кандидатских диссертаций, а в юридических изданиях возросло число публикаций по этой проблематике.

Примечательно, что по сравнению с другими мерами пресечения, которые применялись для достижения любой из целей, предусмотренных прежним уголовно-процессуальным законодательством, в соответствии со ст. 99 УПК РСФСР залог вносился только для обеспечения явки обвиняемого (подозреваемого) по вызову в орган расследования. Поэтому, если обвиняемый совершал новое преступление или препятствовал установлению истины по уголовному делу, но при этом не скрывался и являлся по вызову следователя, дознавателя, залог юридически не мог быть обращен в доход государства.

3

За расширение целей применения залога выступили И.Л. Петрухин и В.А. Михайлов, по мнению которых путем залога можно не только гарантировать неуклонение обвиняемого от явки по вызовам, но и пресечь под угрозой утраты заложенных денег (ценностей) возможность обвиняемому скрываться от дознания, предварительного следствия, суда, заниматься преступной деятельностью, препятствовать уголовному судопроизводству, в том числе установлению по делу истины, обеспечению исполнения приговора1.

Похожее мнение в вопросе о целях залога как меры пресечения высказали С.А. Шейфер и С.И. Вершинина: «Разве в отношении обвиняемого, за которого внесен залог и который, являясь по вызовам, допускает нарушение других условий меры пресечения, например, мешает установлению истины по уголовному делу или продолжает заниматься преступной деятельностью, нельзя применить более строгую меру пресечения?В Положительный ответ очевиден. А это значит, что залог, при правильном его применении, несмотря на узкое нормативное определение его целей, преследует фактически значительно более широкие цели»-.

Другим дискуссионным моментом в рассматриваемом контексте уже долгое время является вопрос о предмете залога.

Исследователи предусмотренной ст. 99 УПК РСФСР меры пресечения выделяли две ключевые проблемы, касающиеся предмета залога и препятствующие полноценной реализации этой меры пресечения на практике:

  • 1) отсутствие четкого определения предмета залога;
  • 2) сужение уголовно-процессуальным законодательством предмета залога.

Включив в предмет залога не только деньги, но и ценности (ч. 1 ст. 99 УПК РСФСР), законодатель при этом не раскрыл понятие последних, не дал их исчерпывающего или хотя бы примерного перечня. В широком смысле под ними обычно понимаются предметы материального мира, обладающие определенной стоимостью, а в правовом аспекте понятием «ценности» охватываются имущество, ценные бумаги, валютные ценности и деньги.

В зарубежном уголовно-процессуальном законодательстве предмет залога при избрании меры пресечения по уголовным делам определяется по-разному, однако не сводится лишь к деньгам и ценным бумагам, а включает также движимое и недвижимое имущество1.

Сопоставив предмет залога в гражданском и уголовно-процессуальном праве и принимая во внимание положения Закона РФ «О залоге» от 29 мая 1992 г., А.В. Величко пришел к выводу, что предмет залога в уголовном процессе значительно сужен по сравнению с аналогичным институтом гражданского права. «Фактически при избрании меры пресечения, - пишет А.В. Величко, - залог используется как заклад имущества, то есть залог с обязательной передачей заложенного имущества залогодержателю. Другие виды залога уголовно-процессуальное законодательство не допускает. Это объясняется тем, что процедура отчуждения заложенного имущества при нарушении условий меры пресечения, когда предмет залога хранится у залогодателя, достаточна сложна»[5].

Проблему оптимального определения в уголовно-процессуальном законодательстве предмета залога предлагалось решить несколькими способами, каждый из которых имеет свои плюсы и минусы.

По мнению В.А. Михайлова, предмет залога надлежало расширить, включив в него дополнительно вещи и ипотеку[6].

С.И. Вершинина считала, что предмет залога должен быть закреплен в виде денег или ценных бумаг, обеспеченных государством[7].

А.В. Величко пришел к выводу, что в законе следует расшифровать понятие «ценности», установив полный перечень имущества, подлежащего принятию в качестве залогового в депозит суда. При этом надлежит учитывать реальность внесения имущества, простоту его отчуждения, возможность длительного хранения такого имущества, простоту оценки стоимости, неизменность стоимости в течение длительного срока. Необходимо разрешить допуск имущества в качестве залогового через стороннюю кредитную организацию по правилам внесения гражданско-правового залога, с предоставлением в орган, избравший эту меру пресечения, банковского документа, свидетельствующего о внесенном залоге[8].

Таким образом, научные разработки, касающиеся понятия предмета залога в уголовном судопроизводстве, а также предложения по оптимизации его законодательной регламентации, фактически остались без внимания при составлении соответствующих законопроектов.

Одним из центральных вопросов, возникающих при применении меры пресечения в виде залога, - это определение его суммы (размера). В ч. 3 ст. 99 УПК РСФСР в этой связи было закреплено следующее предписание: «Сумма залога определяется органом, избравшим данную меру пресечения, в соответствии с обстоятельствами дела».

Еще в дореволюционной юридической литературе высказывались соображения о том, что установить стоимостные рамки для залога крайне затруднительно. Так, по мнению А. Кистяковского, «...установление в законе определенного размера поручительства или залога крайне неудобно, потому что случай случаю рознь: в ином случае и низший установленный законом размер может оказаться не по средствам бедняку, а в другом случае и высший его размер был бы очень мал для человека богатого»[9] [10].

Полагая, что установление в законе минимального и максимального размеров залоговой суммы не представляется возможным в силу широты спектра обстоятельств, которые необходимо учитывать для принятия верного решения о назначаемом размере денежного обеспечения, В.А. Михайлов и А.В. Величко предложили при определении суммы залога руководствоваться обстоятельствами, характеризующими совершенное преступное деяние (тяжесть, причиненный ущерб, причины и условия совершения, возможное наказание), обвиняемого (его социальный статус, материальное положение, возраст, состояние здоровья), указывающими на реальность обеспечения с помощью избрания меры пресечения в виде залога надлежащего поведения обвиняемого и его явки но вызовам органов расследования и суда'.

Основываясь на результатах сравнительного исследования сходных институтов в США (бэйл) и России (залог), В. Руднев высказал рекомендацию о необходимости учитывать при применении залога не только обстоятельства дела, но и тяжесть обвинения, личность обвиняемого и залогодателя, отношения последнего с обвиняемым[11].

Точка зрения, в соответствии с которой в законе нецелесообразно и невозможно установить формальные параметры суммы залога, не выглядела убедительной. Представляется, что одной из существенных гарантий обоснованности применения меры пресечения в виде залога как раз и могло послужить закрепление в законе минимального размера суммы залога в зависимости от категории преступления, а также перечисление обстоятельств, которые обязательно должны учитываться при избрании этой меры пресечения.

Еще одна проблемная ситуация, которая сопровождала применение залога как меры пресечения, характеризуется тем, что уголовно-процессуальный закон не предусматривал обязанность залогодателя (имеются в виду случаи, когда залог вносится не обвиняемым (подозреваемым), а другим физическим или юридическим лицом) информировать органы уголовного судопроизводства о ненадлежащем поведении обвиняемого (подозреваемого), его намерениях совершить действия, перечисленные в ст. 89 УПК РСФСР, а также его право отказа от залога с требованием возвращения залоговой суммы.

Данная проблема была поставлена и рассмотрена О.В. Медведевой. По ее мнению, возложение на залогодателя указанных обязанностей и предоставление ему права отказаться от продолжения выступать залогодателем, обеспечит взаимодействие органов уголовного судопроизводства и лиц, несущих ответственность за поведение обвиняемого в ходе расследования и рассмотрения уголовного дела, повысит эффективность залога, позволит залогодателям защитить свои имущественные интересы[12].

Не возражая но существу против приведенных суждений, надлежит заметить, что практическая реализация залогодателем права отказаться от принятых на себя обязательств предполагает совершение определенных процессуальных действий как самим залогодателем, так и должностным лицом органа расследования. Поэтому процедура отказа лица от продолжения выступать залогодателем, если такое право ему будет предоставлено законом, должна быть четко «прописана» в законе. К сожалению, названными авторами соответствующие нормы сформулированы не были, что, вероятно, и послужило одной из причин их отсутствия в проектах УПК РФ, а затем и в новом уголовно-процессуальном законе.

Таким образом, к моменту, предшествующему принятию нового УПК РФ, проблемы совершенствования законодательного регулирования залога как меры пресечения относились к числу обстоятельно разработанных в теории уголовного процесса. Учеными были предложены различные варианты «усиления» системы уголовно-процессуальных норм, образующих правовую основу применения залога. Каждому из них оказались свойственны, в гой или иной степени, сильные и слабые стороны. Но главным являлось то, что большинство сформулированных процессуалистами предложений по совершенствованию правового регулирования за лога преследовали цель создать в конечном итоге такую правовую конструкцию этой меры пресечения, которая отличалась бы полнотой, детальностью и четкостью, была удобной для использования на практике.

В соответствии со ст. 106 УПК РФ залог в качестве меры пресечения применяется в целях обеспечения явки к следователю, дознавателю, прокурору или в суд обвиняемого (подозреваемого) и предупреждения совершения им новых преступлений. Залог применяется, когда нельзя применить домашний арест или заключение под стражу, а других мер пресечения недостаточно, чтобы предотвратить возможное ненадлежащее поведение обвиняемого (подозреваемого). В том числе залог применяется:

  • • по делам о преступлениях, которыми причинен имущественный вред;
  • • по делам о преступлениях, за которые может быть назначено наказание не более двух лет лишения свободы или не связанное с лишением свободы, а вероятность ненадлежащего поведения обвиняемого (подозреваемого) высока;
  • • по уголовным делам в отношении иностранных граждан.

Залогодателем может быть как сам обвиняемый (подозреваемый),

так и другое физическое или юридическое лицо. Физическими лицами могут являться родственники, сослуживцы, знакомые и т.д. Юридические лица могут выступать в качестве залогодателя, если имеют возможность по своему усмотрению и в зтих целях распоряжаться своими средствами. Полномочия их в этой части требуют удостоверения.

Залог состоит в деньгах и иных ценностях, которые вносятся в орган, осуществляющий производство по уголовному делу, в целях обеспечения явки подозреваемого (обвиняемого) но вызову дознавателя, следователя и предупреждения совершения им новых преступлений. Данная мера пресечения может быть избрана только по ходатайству подозреваемого (обвиняемого), а также любого другого лица, готового внести залог. Дознаватель, следователь не вправе обязать подозреваемого (обвиняемого) или иное лицо внести залог.

Лицу, которое вносит залог, разъясняются существо подозрения, обвинения, а также обязательства, которые должны быть выполнены подозреваемым, обвиняемым и ответственность залогодателя в случае нарушения этих обязательств.

Предметом залога может быть всякое имущество, в том числе вещи и имущественные права, за исключением имущества, изъятого из оборота (ч. 1 ст. 336 ГК РФ). Залог может состоять:

  • 1) в деньгах, которые могут быть взяты в залог в рублях, в иностранной валюте, путем наличных и безналичных расчетов;
  • 2) в ценных бумагах, которыми являются документы, удостоверяющие с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов имущественные права, осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении. С передачей ценной бумаги переходят все удостоверяемые ею права в совокупности. В случаях, предусмотренных законом или в установленном им порядке, для осуществления и передачи прав, удостоверенных ценной бумагой, достаточно доказательств их закрепления в специальном реестре, обычном или компьютеризованном (ст. 142 ГК РФ). К ценным бумагам относятся: государственная облигация, облигация, вексель, чек, депозитный и сберегательный сертификаты, банковская сберегательная книжка на предъявителя, коносамент, акция, приватизационные ценные бумаги и др. (ст. 143 ГК РФ);
  • 3) в иных ценностях, к которым можно отнести: ювелирные и другие бытовые изделия из драгоценных металлов, природных драгоценных камней и жемчуга и лом таких изделий; произведения искусства; антиквариат и иные предметы, представляющие ценность.

Не может быть предметом залога недвижимость, так как залог недвижимости образует самостоятельный институт ипотеки.

Вид и размер залога определяются органом или лицом, избравшим данную меру пресечения, с учетом характера совершенного преступления, данных о личности подозреваемого, и имущественного положения залогодателя.

Постановление дознавателя об избрании залога в качестве меры пресечения должно быть согласовано с прокурором. Копия постановления об избрании залога в качестве меры пресечения вручается подозреваемому, обвиняемому. О принятии залога составляется протокол, который подписывается залогодателем и должностным лицом, принявшим залог. ВВ протоколе должна быть отражена сумма и предмет залога, разъяснение залогодателю сущности дела, обязанностей подозреваемого, обвиняемого, а также ответственность залогодателя при невыполнении этих обязательств. Копия протокола вручается залогодателю.

Денежный залог вносится на депозит органа предварительного расследования. Иные ценности передаются на ответственное хранение и хранятся по правилам хранения вещественных доказательств. К материалам уголовного дела приобщается квитанция о сдаче денег или ценностей на депозит или хранение.

Мера пресечения считается примененной только после внесения залога. Если внесение залога применяется вместо ранее избранных мер пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста, то подозреваемый, обвиняемый остается под стражей или домашним арестом до внесения залога, который был определен органом или лицом, избравшим эту меру пресечения.

Нарушениями обязательств по залогу следует считать неявку подозреваемого, обвиняемого по вызову дознавателя, следователя, а также совершение им нового умышленного преступления. В этом случае дознаватель с согласия прокурора, или прокурор составляет ходатайство об обращении залога в доход государства, которое рассматривается районным судом.

Если обвиняемый не допустил нарушений, суд при вынесении приговора, а также определения, постановления о прекращении уголовного дела решает вопрос о возвращении залога. При прекращении уголовного дела прокурором, дознавателем залог возвращается залогодателю, о чем указывается в постановлении о прекращении уголовного дела.

Залог имеет целевое назначение и недопустимо за счет указанных средств производить возмещение ущерба, причиненного преступлением, или подвергать заложенное имущество конфискации по решению суда.

При реализации предписаний ч. 2 ст. 106 УПК относительно случаев применения залога вместо ранее избранных мер пресечения в виде заключения иод стражу или домашнего ареста, возникает ряд вопросов, ответы на которые не содержатся в уголовно-процессуальном законодательстве.

Конструктивные особенности меры пресечения в виде залога таковы, что он может быть избран с согласия обвиняемого (подозреваемого) либо другого физического или юридического лица, фактически вносящего залог и принимающего на себя обязательство обеспечить явку к дознавателю, следователю, прокурору, в суд обвиняемого (подозреваемого) и предупредить совершение им новых преступлений. Когда залогодателем выступает третье лицо, возникает проблема возможного его отказа от залога.

По мнению И.Л. Петрухина, в отличие от поручителей, залогодатель, «не может отказаться от дальнейшей реализации данной меры пресечения и потребовать залог обратно. Если с точки зрения процессуального закона обвиняемый ведет себя надлежащим образом (хотя, допустим, и нарушает трудовую дисциплину, злоупотребляет спиртными напитками и т.п.), то у залогодателя нет оснований потребовать залог обратно, а если обвиняемый ведет себя в процессуальном смысле ненадлежаще, то залог обращается в доход государства. Третьего не дано»[13]. Позиция И.Л. Петрухина в принципе соответствовала действовавшему в то время уголовно-процессуальному законодательству (ст. 99 УПК РСФСР), однако ее надлежит признать сугубо формальной, не учитывающей реальные жизненные ситуации.

Противоположную точку зрения в этом вопросе занимали К).В. Манаев, В.С. Посник, В.В. Смирнов. Признавая за залогодателем право на отказ от залога, они считали, что он «возможен, если, например, залогодатель убежден, что он не в состоянии, ввиду недобросовестности обвиняемого, обеспечить его явку по вызовам. Отказаться от взятого на себя обязательства залогодатель может и в связи с предстоящим переездом на постоянное место жительства в иную местность и т.д.»1.

Между тем могут наступить обстоятельства, вызванные действием непреодолимой силы (направление лица, выступающего залогодателем, в длительную командировку, его тяжелая болезнь, вследствие чего у него нет возможности контролировать поведение обвиняемого), либо совершение обвиняемым действий, указывающих на его намерения скрыться или совершить новое преступление.

Несмотря на то, что в уголовно-процессуальной теории, как уже отмечалось, этот аспект применения залога исследован и законодателю в свое время были предложены соответствующие варианты его урегулирования, в ст. 106 УПК РФ на сей счет нет каких-либо нормативных предписаний.

Представляется, что основанием отказа от залога и требования его возврата должны признаваться только веские причины, связанные с поведением обвиняемого (подозреваемого) либо с наступлением обстоятельств объективного свойства, не позволяющих залогодателю контролировать поведение обвиняемого (подозреваемого). Отказ залогодателя от принятых на себя обязательств и требование возвратить внесенную залоговую сумму целесообразно оформлять подачей им письменного заявления, в котором должны найти отражение причины, побудившие залогодателя отказаться от возложенных на него обязательств.

В юридической литературе существует мнение о возможности введения такой меры пресечения, как имущественный залог, состоящий в залоге недвижимого или иного ценного имущества, которые остаются в пользовании залогодателя. Так, И.Л Трунов и Л.К. Трунова предложили дополнить главу 13 УПК РФ ст. 1061, которая предусматривала бы новую меру пресечения в виде залога недвижимости или иного ценного имущества”.

Вместе с тем, введение и реализация такой нормы сопряжены с целым рядом сложных вопросов, ставящих под сомнение ее целесооб- [14] [15]

2003. С. 213-216.

разность. Так, например, при нарушении обвиняемым условий меры пресечения следователю необходимо задействовать сложную процедуру обращения заложенного имущества в доход государства. При этом возможно возникновение различных гражданско-правовых споров, связанных с отчуждением имущества, его утратой, порчей и т.д.

Проведенное исследование проблем применения залога в уголовном процессе дает основание сформулировать следующие выводы:

  • • законодательная регламентация залога в УПК РСФСР (ст. 99)В однозначно признавалась специалистами как несовершенная, а установленный им процессуальный порядок применения данной меры пресечения оценивался как сложный, запутанный, вследствие чего в определенные временные периоды залог фактически не использовался органами, ведущими производство но уголовному делу;
  • • содержание ст. 106 УПК РФ указывает на то, что законодатель значительно продвинулся вперед в создании более простой, и в то же время гораздо более эффективной системы норм о залоге, позволяющей достаточно широко применять его в уголовном судопроизводстве;
  • • отдельные вопросы залога, которые имеют важное значение для практического применения этой меры пресечения, выступают в качестве сдерживающего фактора еще большей ее востребованности, не получили отражения в современном уголовно-процессуальном законодательстве, в связи с чем последнее нуждается в изменениях и дополнениях (представляется целесообразным дополнить ст. 106 УПКВ нормами о праве залогодателя отказаться от принятых на себя обязательств и процедуре его реализации).

Стоит отметить, что залог не единственная мера пресечения, имеющая отношение к имущественным вопросам в уголовном процессе. Косвенно связана с рассматриваемой тематикой и такая мера как личное поручительство в части имущественной ответственности поручителя, которая наступает в случае, если обвиняемый (подозреваемый) уклоняется от явки но вызову или ведет себя ненадлежащим образом. Она состоит в наложении судом денежного взыскания в размере до ста минимальных размеров оплаты груда в порядке, установленном ст. 118 УПК РФ.

В случае ненадлежащего поведения обвиняемого (подозреваемого), уклонения его от явки к нему может быть применена более строгая мера пресечения в порядке ст. 110 УПК или наложено денежное взыскание в соответствии со ст. 117 УПК. Об этом целесообразно сообщить обвиняемому (подозреваемому) при избрании меры пресечения, хотя данного требования из ст. 103 УПК РФ не вытекает.

Вышесказанное относится и к присмотру за несовершеннолетним подозреваемым или обвиняемым (ст. 105 УПК РФ). Данная мера пресечения считается нарушенной, если обвиняемый (подозреваемый) покинул место жительства, не является по вызовам или каким-либо способом препятствует предварительному расследованию или судопроизводству по уголовному делу, а также, если он бросил учебу, работу, допускает правонарушения в быту. На каждого из лиц, которые приняли на себя обязательство по присмотру за несовершеннолетним, может быть судом наложено денежное взыскание в размере до 100 минимальных размеров оплаты труда. Для этого дознаватель составляет протокол о нарушении, который направляется в районный суд для решения вопроса о взыскании.

Представляется, что за невыполнение принятых на себя обязательств денежному взысканию могут быть подвергнуты и должностные лица специализированных детских учреждений.

К иным мерам процессуального принуждения имущественного характера относятся наложение ареста на имущество (ст. 115 УПК РФ)В и денежное взыскание (ст. 116 УПК РФ).

Напомним, что наложение ареста на имущество представляет собой меру процессуального принуждения, суть которой состоит в запрете собственнику или владельцу имущества распоряжаться или пользоваться им, а также в изъятии имущества и передаче его на хранение.

Основанием наложения ареста на имущество является наличие доказательств, позволяющих обоснованно полагать, что подозреваемый, обвиняемый может спрятать, повредить или уничтожить подлежащее аресту имущество.

Рассматриваемая мера процессуального принуждения применяется в следующих целях:

1) Для обеспечения исполнения приговора в части гражданского

иска.

Закон связывает применение данной меры принуждения с наличием гражданского иска. Поэтому, если гражданский иск по делу не предъявлен, наложить арест на имущество нельзя. Арест имущества как мера обеспечения гражданского иска был подробно рассмотрен нами в предыдущей главе.

2) Для обеспечения исполнения других имущественных взысканий.

Указанные в законе «другие имущественные взыскания» могут

состоять в возмещении процессуальных издержек либо в применении судом наказания в виде штрафа. Следует иметь в виду, что штраф может быть назначен в качестве основного либо дополнительного наказания. В первом случае, если осужденный злостно уклоняется уплатить штраф добровольно в течение определенного срока, судебный пристав-исполнитель в соответствии со ст. 31 УИК РФ и ч. 5 ст. 46 УК РФ направляет в суд представление о замене штрафа другим видом наказа ния - обязательными или исправительными работами либо арестом. Если же осужденный злостно уклоняется от уплаты штрафа, назначенного в качестве дополнительного наказания, судебный пристав-исполнитель производит взыскание штрафа в принудительном порядке, предусмотренном гражданским законодательством.

Таким образом, следователь, дознаватель должен проработать вопрос о необходимости наложения ареста на имущество в тех случаях, когда имеются судебные издержки или санкция статьи Особенной части УК РФ предусматривает штраф в качестве дополнительного наказания. Практические работники часто задают вопрос о возможности наложения ареста на имущество в целях обеспечения денежного взыскания, налагаемого в порядке ст. ст. 117 - 118 УПК РФ на участников уголовного судопроизводства за неисполнение ими своих процессуальных обязанностей, а также на лиц, нод присмотр которых отдан несовершеннолетний (ч. 3 ст. 105 УПК РФ); поручителя (ч. 4 ст. 103 УПКВ РФ); залогодателя (ч. 4 ст. 106 УПК РФ). Однако в рамках уголовного судопроизводства обеспечить денежное взыскание наложением ареста на имущество нельзя, поскольку рассматриваемая мера принуждения применяется к подозреваемому, обвиняемому, а денежное взыскание -к другим участникам процесса.

3) Для обеспечения возможной конфискации имущества, полученного в результате преступных действий либо нажитого преступным путем.

Такое имущество в соответствии с и. 2.1 ч. 1 ст. 81 УПК РФ признается вещественным доказательством. По приговору суда оно должно быть возвращено законному владельцу или обращено в доход государства, т.е. конфисковано (и. 4 ч. 3 ст. 81 УПК РФ). В связи с этим, если при производстве следственных действий будет обнаружено имущество, полученное в результате преступных действий, либо нажитое преступным путем, закон обязывает наложить на него арест (п. 3.1 ч. 2 ст. 82 УПК РФ).

Наложение ареста на имущество и денежное взыскание связаны с возможностью изъятия из собственности лица материальных средств, порядок обращения которых регулируется, как правило, гражданским законодательством. Вместе с тем, это меры уголовно-процессуального принуждения, следовательно, возникающие имущественные отношения должны регламентироваться в первую очередь уголовно-процессуальными нормами, имеющими в данном случае приоритет, вместе с другими имущественными вопросами, обозначенными в первой главе настоящего исследования.

  • [1] См.: Булатов Б.Б., Николюк В.В., Цоколова О.И. Меры пресечения в уголовном процессе: Учебно-практическое пособие. М.: ВНИИ МВД России, 2005.
  • [2] См.: Михайлов В.А. Применение залога в российском уголовном процессе. Омск, 1993. С. 142; Его же. Уголовно-процессуальные меры пресечения в судопроизводстве Российской Федерации. М., 1997. С. 90.
  • [3] Вершинина С.И. Некоторые вопросы правовой регламентации залога как меры пресечения // Правовые формы и эффективность доказывания по уголовным делам. Самара, 1996. С. 192.
  • [4] См.: Михайлов В.А. Применение залога в российском уголовном процессе. Омск, 1993; Его же. Залог - мера пресечения в уголовном судопроизводстве. М., 1993.
  • [5] Величко А.В. Правовое регулирование применения залога как меры пресечения в уголовном процессе. М., 2001. С. 27.
  • [6] См.: Михайлов В.А. Указ. соч. С. 91.
  • [7] См.: Вершинина С.И. Указ. соч. С. 139.
  • [8] См.: Величко А.В. Указ. соч. С. 31.
  • [9] Кистяковский А. О пресечении обвиняемому способов уклониться от следствия и суда. СПб., 1868. С. 164.
  • [10] См.: Михайлов В.А. Применение залога в российском уголовном процессе. Омск, 1993. С. 64; Величко А.В. Правовое регулирование применения залога как меры пресечения в уголовном процессе: Автореф. дисс... канд. юрид. наук. С. 11.
  • [11] См.: Руднев В. Указ. соч. С. 22.
  • [12] См.: Медведева О. В. Указ. соч. С. 15.
  • [13] Петрухин И.Л. Указ. соч. С. 242.
  • [14] Манаев Ю.В., Посник В.С., Смирнов В.В. Применение мер пресечения следователем. Волгоград, 1976. С. 51.
  • [15] См.: Трунов И.Л., Трунова Л.К. Меры пресечения в уголовном процессе. СПб.,
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >