Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Философия arrow Практическая философия
Посмотреть оригинал

Постнеклассическая философия права: основные концепции

Ю. Хабермас, всемирно известный современный философ и социолог, объясняет природу права с помощью ключевой абстракции — практического разума. Практическим разумом называется «способность обосновывать соответствующие императивы», при этом речь идет об обосновании и применении норм, «утверждающих взаимные обязанности и права»[1]. Такая способность свойственна индивиду, этнической, культурной, социальной группе, обществу в целом. Предложенное Хабермасом решение определяет новые перспективы изучения права, складывается одно из основных концептуальных направлений постнеклассического исследования права.

Хабермас задается вопросом, как функционирует система права в условиях политической, экономической, социальной и культурной сложности? В ответах на этот вопрос он обнаруживает водораздел в понимании права, который определяется им как прагматическое, этическое и моральной употребление практического разума. При прагматическом обосновании право рассматривается как эффективное средство воздействия на объективный мир (классическая позиция). При этическом обосновании природа права проясняется через аспекты ценностного выбора субъектов права (неклассическая позиция). В первом случае мы становимся на точку зрения целесообразности «блага», во втором — на точку зрения «справедливости». Слабость прагматического обоснования объясняется абсолютизацией понятия общего блага. Для Хабермаса такое состояние является частным случаем, реализуемым «только в человеческом общежитии с нормативным консенсусом». Но «современные общества не гомогенны»1, в них наблюдается значительный разброс мнений по поводу общего блага. Слабость этической аргументации заключается в ее возможном эгоцентризме, когда решение практических задач зависит от ценностей, которые сами могут стать проблематичными. Только морально-практическое обоснование направлено на «соглашение относительно того, как найти справедливое решение конфликта в области регулируемого нормами поведения». Здесь практический разум обращен «к свободной воле субъекта, способного к моральным суждениям».

Ученый описывает процедуру морально-практического обоснования норм. В ходе публичной дискуссии, конкуренции доводов все имеют право «высказать свои аргументы, обосновывая гипотетическую позицию по отношению к соответствующим нормам»[2] [3]. Не существует позиции внешнего, идеального наблюдателя, обладающего истинным знанием о правовых нормах. В ходе дискуссии исключаются любые интересы, которые невозможно обобщить и допускаются «только такие установления, которые будут гарантировать всем равные свободы»[4].

Хабермас видит в такой процедуре «условие разумного коллективного формирования воли». В отличие от классических концепций права такая процедура не предусматривает логического единства аргументации. «Не существует и никакого метадискурса, к которому мы могли бы обратиться, чтобы обосновать выбор между различными формами аргументации»[5]. Несмотря на множественность действующих лиц при обосновании правовых установлений, «нормы могут быть обоснованы и одобрены лишь тогда, когда они отвечают общему интересу всех, кого они касаются». Такая процедура обеспечивает подвижное, становящееся единство правовой системы. Консолидированное мнение о нормах представляет собой «среду, где сила заменена взаимопониманием», поэтому конституционные основоположения не заключают в себе черт неких естественных прав.

Хабермас говорит о сложно организованном обществе, в котором сталкиваются коммуникативная и административная власть. Административная система в функциональном праве может быть эффективной, оставаясь квазисоциальным целым, не работающим на общее благо. Только открытое общественное обсуждение служит средством проявления нормативного единства в обществе.

Одно из сочинений Хабермаса носит программное название «Единство разума во множестве его голосов». Настоящая законодательная практика осуществляется в открытой системе дискуссий, а правоприменение — в закрытой административной системе. Демократичность процедур правового государства заключается в свободной трансляции ценностных смыслов, в возможности формирования консолидированных мнений. Такая сфера коммуникаций не находится под влиянием внешних, заданных политико-идеологических предпосылок. В ней закладываются нормативные основания, значит, она не может быть чем- либо или кем-либо обоснована. Коммуникация общественности «собирает совокупность доводов», а административная власть «вряд ли сможет осмелиться игнорировать эти доводы». Говоря о нормативности в сложноорганизованном обществе, Хабермас не оперирует понятиями истины или лжи, он постулирует способность следовать за аргументами. Соответственно, в ситуациях экономической, политической, культурно-ценностной неопределенности неизмеримо возрастает роль права.

Н. Луман (немецкий социолог-теоретик) представляет междисциплинарный способ изучения права с привлечением идей кибернетики, теории систем, когнитивных наук, теории коммуникаций, теории эволюции и теории общества. В его постнеклассической концепции трансформируются классические идеи об истинном бытии права и неклассические представления об эффективном функционировании правовой системы. Луман предлагает рассмотреть социальную функцию права в ее обособленном чистом виде. Как и в классической парадигме, право помогает состояться остальным социальным функциям. Он называет юридическую систему «иммунной системой общества».

Для понимания природы права Луман выдвигает новаторские идеи в областях теории общества и теории систем. Он осуществляет ретроспективный взгляд на понятие социальной системности. В Новое время, когда господствовала устойчивая теория естественного права, основной абстракцией системности являлась политико-правовая система. В этот период не различались политические и юридические аспекты при определении государства. Государство мыслилось как политически-организационное закрепление природных прав индивида. С XIX в. на первый план выходит иерархичная социальная система, в которой право трактовалось как область выражения политических устремлений.

В настоящее время проблема взаимодействия политики и права уже не имеет былого системного значения. «В итоге мы возвращаемся к теории всеобъемлющей общественной системы, содержащей государство внутри себя, а не вовне»1. Система права становится целостной и единой, когда сама себя организует и воспроизводит. Новая трактовка системности заключается в том, что все события в системе и коммуникации субъектов имеют операциональный смысл. Для дефиниции общества недостаточно факта существования людей. Под обществом понимается отдельная, эмпирически наблюдаемая конкретно данная в происходящих процессах коммуникации чрезвычайно сложная система. Общество лишь создает условия совместимости для своих подсистем. Луман предлагает прояснить предпосылки самодостаточности подсистем общества — права, политики, морали, науки, экономики и т. д.

Все подсистемы общества автономны по своей природе. Юридическая подсистема формально операциональна в том смысле, что для нее не важны коды: «моральное-неморальное», «истинное-неистинное». Луман называет средневековой иллюзией представления о том, что политику якобы можно организовать по такому же принципу, как и правовой порядок. «Новые правовые теории появляются лишь тогда, когда общество начинает меняться»[6] [7]. Каждая новая теория «непосредственно связана с процессом использования права». Под практическим использованием понимается теоретическое обоснование выносимых судом решений. Если бы юридическая система зависела от политических, экономических и иных целей, у нее было бы неадекватное кодирование, т. е. несобственная природа. Ни одна функциональная подсистема «не в состоянии решить коренные проблемы иной подсистемы». Код юридической системы однозначен: «законное-незаконное».

Самовоспроизводство нормативного смысла права происходит в юридической практике. Без правоприменительной практики закон подпадает под код власти, свойственный политической системе.

В сложном обществе есть лишь один механизм самовоспроизводство права — это увеличение комплексности юридической системы. Позитивное право меняется в ходе системных событий и цепи коммуникаций. Нормы не выглядят как вечно действующие императивы, они изменяются «только путем перестройки существующего правопорядка». Такой механизм функционирования права позволяет индивиду ориентироваться в сверхсложной общественной жизни. Право «осуществляется лишь законным путем», и человек выбирает значение законности.

Каждая из подсистем общества должна состояться естественным образом в своих функциях. В юридической системе постоянно идет осознание и оценка правоприменения. В этом и заключается ее внутренняя системная свобода. Бытие права процессуально, постоянным явлением должна стать изменяемость закона. Поэтому важна не столько правильность аргументации субъектов права, сколько непрерывное действие кода «за- конное-незаконное». В юридической системе все виды осознания и оценки правоприменения равнозначны, будь-то субъектные решения, юридическая догматика или заключаемые договоры. Все они являются операциями системы и делают право позитивным.

Контрольные вопросы

  • 1. В чем суть субъектного бытия права?
  • 2. Какую роль в неклассической философии права выполняет правовой холизм?
  • 3. Что включает в себя междисциплинарный подход Н. Лумана?
  • 4. Кто разработал историческое измерение права в неклассической парадигме?
  • 5. Каковы характеристики философии права неотомизма?
  • 6. Какова роль коммуникации в правовом учении К. Ясперса?

Темы рефератов, эссе

  • 1. Экзистенциалистская интерпретация природы права.
  • 2. Герменевтическая интерпретация природы права.
  • 3. Современный позитивизм о дуальной природе права (Г. Харт).

Литература

  • 1. Гаджиев Г. А. Онтология права (критическое исследование юридического концепта действительности): монография. М.: Норма: Инфра-М, 2013. 320 с.
  • 2. Деникина 3. Д. Неклассическая и постнеклассическая философия права: монография. 2-е изд., испр. и доп. М.: ВГНА Минфина России, 2010.
  • 3. Честное И. Л. Постклассическая теория права: монография. СПб.: Алеф-Пресс, 2012.

  • [1] Хабермас Ю. Демократия. Разум. Нравственность (Лекции и интервью.Москва, апрель 1989 г.). М.: Наука, 1992. С. 15.
  • [2] См ..Хабермас Ю. Указ. соч. С. 34.
  • [3] См.: Там же. С. 21.
  • [4] См.: Там же. С. 34.
  • [5] См.: Там же. С. 28.
  • [6] Luhmann N. Politische Verfassungen im Kontext der Gcsellschaftssystems //Staat. B., 1973. Bd. 12. H. 1. S. 5.
  • [7] Luhmann N. Ausdifferenzierung des Rechts: Bcitrage zur Rechtssoziologie u.Rechtslheorie. Frankfurt a. M.: Suhrkamp, 1981. S. 75.
 
Посмотреть оригинал
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы