Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Психология arrow Основы психотерапии
Посмотреть оригинал

Бихевиоризм: Джон Уотсон

Когда заходит разговор о бихевиоризме (поведенческой психологии), то в большинстве случаев Джона Уотсона упоминают как автора этого направления. Действительно именно он является автором термина и программы бихевоиоризма, или науки, изучающей поведение. Однако у Уотсона были могучие предшественники, в том числе выдающиеся российские ученые В.М. Бехтерев и И.П. Павлов. Уотсон сам пишет, работы этих ученых оказали на него решающее значение в выборе и разработке этого направления. Считается, что более четкого эксперимента по связи «стимул — реакция» («S—R»-формула бихевиоризма), чем у Павлова, не было.

Как вы уже знаете, любое направление, чтобы правильно его понять, нужно рассматривать с трех позиций.

Первое — это «корни». Все серьезные исследователи всегда с уважением говорят о своих предшественниках.

Второе — это «цайтгайст» (дух времени) — почему эти направления, которые так или иначе были обозначены раньше, именно в этот период стали актуальными, атмосфера в обществе способствовала их выдвижению на первый план?

Третьеличность самого автора. Совершенно по-другому воспринимается учение, когда мы видим живого человека, который создавал эти учения, пытаясь преодолеть собственные проблемы.

«Корни» бихевиоризма — это Торндайк, Бехтерев и Павлов. Но при этом сам Павлов внимательно изучал опыты американских ученых (причем не физиологов, а психологов). Он считал, что более классического изложения теории и более четко организованного эксперимента, чем у Торндайка, он не встречал.

Труды Эдварда Ли Торндайка (1874—1949) тоже были в «духе времени», когда вслед за революцией в точных науках стали требовать точности от всех областей познания, претендующих на научность. Еще Кант говорил, что область познания настолько наука, насколько в ней применима математика. Торндайк раньше Уотсона начинает уделять основное внимание внешнему поведению и вводит различные типы подкреплений. Однако, как все творческие люди, он, отдавая должное строго материалистическим основам науки, старался заглянуть и «за горизонты» материалистических ограничений.

В частности, он пытался изучать возможности передачи мыслей на расстоянии. Около его дома был сиротский приют, он нередко навещал его воспитанников и устраивал детям такие «научно-исследовательские» игры. Он сажал детей друг против друга на определенном расстоянии и просил одних пытаться молча передавать друг другу мысли, а других говорить, какую мысль они получили. К сожалению, никаких закономерностей выявлено не было, но этот случай очень характеризует Торндайка как ищущего исследователя. Он был далек от оккультизма, но считал, что существует определенная внутренняя речь, которая вызывает определенные вибрации, которые отражаются в различной мимике, в глазах и т.д., и если человек будет очень долго упражняться в этом, особенно с одним и тем же партнером, то через некоторое время начнет понимать других без слов. Он пытался это доказать. Торндайк вводил положительное подкрепление, мотивировал детей относиться к эксперименту как можно внимательнее. Торндайк утверждает, что в ходе тренировок у детей начинало получаться понимать друг друга без слов, но до конца довести эксперимент ему не дали, посчитав работу с детьми негуманной.

Торндайк перевелся на курс Уильяма Джеймса, одного из самых интересных американских психологов, и тот, увидев старательного студента, помог ему организовать экспериментальную лабораторию. Это была практически первая лаборатория по зоопсихологии, где Торндайк начал экспериментировать с цыплятами. Он показал, что если цыплят стимулировать к выходу из лабиринта (кормить их на выходе), то методом проб и ошибок они все меньше и меньше станут суетиться и с тренировками совершать все меньше и меньше лишних движений. Иными словами, можно сделать вывод, что даже у простейших животных существует определенная обучаемость. Методом проб и ошибок выбирается самый простой путь и отсеиваются лишние варианты. Это близко к выработке условного рефлекса. Павлов, ознакомившись позже с экспериментами Торндайка, дал им очень высокую оценку. Заинтересовали они и Уотсона.

Необходимо сказать несколько слов о биографии Джона Уотсона. Он родился 1878 г. в маленьком поселке Южной Каролины. Его отец был пьяницей и дебоширом, на виду у всей деревни жил с другой женщиной, а в конце вообще бросил семью. И хотя Уотсон в дальнейшем будет отрицать «следы» генетики в характере, все же сам он унаследовал характер отца. Джон растет первым хулиганом во всей деревне, его дважды арестовывают, все время живет как на пороховой бочке. Но, видимо, жалость к матери, которую бросил его отец, как-то обуздала его. Мать просит его стать священником, он ей это обещает и даже поступает в теологический колледж. После смерти матери Джон считает себя свободным от обещания и, так как его больше интересуют науки, переходит в фурмановский колледж и начинает там учиться.

Его характеризуют как блестящего студента, заводилу всех компаний, но при этом полного разгильдяя. Он фактически учился ровно настолько, чтобы не остаться на другой год.

Через некоторое время Уотсон переходит в Чикагский университет, где начинает заниматься на философском факультете по направлению психологии. Психологии как отдельной науки не было, но отдельные направления психологии преподавали. Он проводит свои эксперименты на белых крысах. Оказалось, что в их центральной нервной системе есть какие-то аналогии с человеческим мозгом и более высокая по сравнению с другими животными обучаемость. Когда его в дальнейшем будут спрашивать, почему он проводил свои исследования не на людях, а на крысах, он говорил: «Я сам был испытуемым и мне было так противно выслушивать тупые инструкции преподавателя, что я понял, что я не смогу так издеваться над живыми людьми. Другое дело крысы... им не так стыдно смотреть в глаза». Потом он увидел, что очень много общего в механизмах поведения животного и человека, и распространил многие выводы на объяснение поведения человека с условно- рефлекторной точки зрения.

Уотсон прочел работу Бехтерева, которая называлась «Рефлексология». Сеченов тоже пытался найти объективные методы изучения и объяснения поведенческих реакций (рефлексов). Он видел общие рефлексологические закономерности как простейшего, так и сложнейшего поведения (от рефлекса коленной чашечки до массового поведения людей).

Это очень нравится Уотсону, он тоже считает, что условно-рефлекторное объяснение может распространяться от изучения поведения крыс до научного управления государством.

Надо сказать, что бихевиоризм в Европе практически не прижился. А вот в Америке, где господствовал дух прагматизма и соответствующий взгляд на науку, он получил широчайшее распространение, так как Уотсон четко показал его приклад- ность, возможность работать с поведением. Уотсон считал, что, если психология хочет считаться наукой, она должна заниматься только поведением, потому что все остальное (душа, сознание, подсознание) не может быть объективно исследовано. Поведение можно измерить: мы видим, человек ухудшил производительность труда или улучшил, перестал пить или не перестал.

Как он рассматривает бихевиоризм? Это наука о прогнозировании поведения и об управлении поведением. Чтобы управлять людьми (да и собой), надо уметь прогнозировать их поведение, что и как на него повлияет. Очень важно прогнозировать поведение покупателей, избирателей, детей, клиентов, да и свое собственное поведение. Уотсон вывел формулу бихевиоризма «S—R» (стимул—реакция), а соответственно, и его главную задачу — изучать, какие стимулы вызывают какие реакции, и изменять эти реакции (управлять поведением) правильным подбором стимулов. Причем действенность стимулов определяется не теоретическими гипотезами, а методом проб и ошибок. Стимулы, вызывающие нужную реакцию, закрепляются — правильная реакция поощряется (положительное подкрепление). Стимулы, вызывающие нежелательные последствия, устраняются, а соответствующее им поведение «наказывается» (отрицательное подкрепление). Он подразумевал, что сознание не является предметом исследования, его нельзя померить. Позже бихевиористы введут между стимулом и реакцией понятие «черный ящик».

Почему одинаковые стимулы вызывают у разных людей разные реакции? Дело в том, что каждый из них трансформируется, проходя через «черный ящик» объективно не измеримых (отсюда слово «черный») индивидуальных особенностей, состояний и ситуаций. Их точно изучить невозможно, да и не нужно, с точки зрения бихевиористов. Достаточно изучить, какую реакцию вызывает тот или иной стимул на выходе из «черного ящика», и соответственно закреплять нужное и устранять ненужное.

Можно попробовать повысить на 10% зарплату или улучшить условия труда и посмотреть, насколько повысится производительность труда. Подбирать стимулы можно до тех пор, пока на выходе не окажется нужный результат. Как мы только увидели, что что-то начинает получаться — надо закреплять. Здесь он берет у Павлова идею подкрепления.

Первичными положительными и отрицательными «подкрепителями» правильных или ошибочных ответов считаются физические вознаграждения, от которых животное, ребенок, а иногда и взрослый человек получает физическое удовольствие или физическое наказание. Некоторые исследователи к отрицательным «подкреплениям» относят и фрустрацию от неполучения ожидаемого положительного подкрепления.

Вторичные «подкрепители» действуют по той же схеме, что и первичные, но уже на другом уровне и обычно представляют собой так называемые нейтральные стимулы. Здесь уже фигурирует не физическое, а материальное удовлетворение потребностей и даже обещание такого удовлетворения.

Уотсону удается «протащить» психологию как самостоятельную академическую науку на кафедры американских университетов, несмотря на активное сопротивление представителей точных наук. До него психология не была самостоятельной наукой, потому что не относилась к точным наукам, ее параметры считались неизмеримы. Правда, для этого ему пришлось отказаться не только от таких объективно-неизмеримых понятий, как душа, любовь, психика, но даже и от самого слова «психология» ведь бихевиоризм, если переводить это слово строго, не «психология поведения» (как теперь принято говорить), а «наука, исследующая поведение».

Своими работами по поведенческой психологии Уотсон привлек внимание и правительственных кругов, и крупных бизнесменов, потому что они увидели в этом науку, которая поможет более эффективно управлять обществом. Хотя надо сказать, что сам Уотсон подходил с позиции гуманизма и не рассматривал бихевиоризм как оружие в руках тоталитарного режима, чтобы скрутить общество, а наоборот, он считал, что, зная зависимость стимул—реакция, мы будем меньше допускать ошибок в воспитании детей. Он считал, что, в принципе, рано или поздно можно будет дойти до того, чтобы вызывать только положительные реакции и полностью блокировать негативные. При этом создается идеальное общество.

Американцы ухватились за эту мысль, поскольку у них самым большим комплиментом считается выражение selfmade- тап —«человек сделавший самого себя». Оказалось, что генетика — это ерунда, все проблемы можно решить путем подбора стимул — реакция. Уотсон даже отрицал природную одаренность. Он любил повторять: «Дайте мне двенадцать здоровых младенцев и дайте достаточные средства, и я по вашему заказу из любого из них сделаю великого композитора, великого шахматиста, великого политика и т.д.». Бихевиоризм вселял надежду, что все в наших руках, что даже неудачную жизнь можно исправить, мы не рабы судьбы, не рабы генетики.

Успеху Джона Уотсона немало способствовала его харизматическая личность. Его характеризуют как очень мощного (физически и энергетически) человека, человека с невероятным обаянием, умеющего убедить любую аудиторию, зажечь своей идеей. Студенты были в восторге от него, особенно девушки, и он многим не отказывал в своем внимании, за что и поплатился. Его жена опубликовала в газете его двадцать писем к любовнице-студентке, которые она нашла. Надо сказать, что он и в любви оставался бихевиористом — вот как он писал любимой девушке: «Каждая единица моего тела реагирует на тебя положительно, соответственно, положительным подкреплением пользуются и реакции всего моего сердца». Состоялся развод, он женился на этой девушке. Но из-за скандала его просят покинуть университет, уйти из науки. Надо сказать, что Уотсон очень болезненно отнесся к своей отставке.

Почти все великие психологи (и Фрейд, и Юнг) не были меркантильны. Для них наука всегда была намного важнее денег (хотя Фрейд всю жизнь боялся оказаться в бедности). Вот и Уотсон после увольнения из университета сразу уходит в бизнес и начинает получать в двадцать раз больше, чем он зарабатывал в университете. Идеи бихевиоризма он блестяще реализует в рекламе. И хотя и до него некоторые психологи занимались рекламой, однако именно Уотсон показал потрясающие возможности психологии в рекламе и убедил бизнесменов в том, что хорошим психологам рекламы нужно платить хорошие деньги, так как результаты их работы легко проверяются повышением прибыли. Он становится сначала консультантом крупнейшей рекламной компании, а затем вице-президентом другой. Уотсон показывает практические примеры использования идей бихевиоризма в бизнесе — сам встает за прилавки магазинов и показывает, какая униформа и какие манеры продавца лучше стимулируют покупателей. Экспериментально выявляет, какие варианты цвета, форма и размещения рекламы являются лучшими стимулами, вызывающими нужную реакцию покупателей (желание приобрести товар), все это тут же проверяется на практике повышением прибыли.

К Уотсону обращаются крупнейшие бизнесмены. Политики хотят получить у него совет, как вести рекламную кампанию. И все равно Уотсон очень переживал, что он отлучен от большой науки.

Забавно, но популярность в Америке бихевиоризма возникает как раз потому, что Уотсона выгнали из университета. Академическая наука издавала два журнала, которые были доступны только узкому кругу, но после того, как его перестали публиковать в этих журналах, Уотсон начинает писать популярные книги «Как воспитывать детей», «Как управлять производством», ведет колонки в различных газетах. Американцы наконец-то увидели в психологии практический толк.

Уотсон не считал себя психотерапевтом, но проводил эксперименты, позволившие в дальнейшем развиться поведенческой психотерапии.

Уотсон, видимо, сам понимал, что психология без психики, без сознания, без эмоций как бы «зависает». Имея прочный материальный фундамент, она становится слишком земной. Но он сознательно приносит это в жертву, чтобы убедить оппонентов в том, что психология достойна иметь статус классической науки.

Уотсон начинает изучать инстинкты, но впоследствии считает, что это рефлексы, закрепленные в младенчестве. Он занимался изучением рефлексов во время экспедиции во Флориду, наблюдая за поведением водоплавающих птиц. Но у Уотсона был слишком импульсивный характер. По воспоминаниям Карла Леилли, Уотсон свернул экспедицию, обнаружив, что кончились сигареты и виски.

У Уотсона появляются последователи, которые начинают немножко отходить от него в сторону (как у Фрейда). Это Эдвин Б. Холт и Карл Лешли. Холт начинает заниматься внутренней мотивацией. Он не отрицает бихевиоризм, схемы «стимул-реакция», но он говорит, что стимул может и вызывать внутреннюю мотивацию. Нет ничего важнее, чем сформировать мотивацию. Если вы у своего ребенка сформируете мотивацию к положительной деятельности, то он не займется отрицательной деятельностью. Холт первый предположил, что мотивация является таким же реальным стимулом, как и внешние факторы.

Холт укрупнил единицы измерения. Уотсон считал, что все поведение состоит из цепочки мелких условных рефлексов. Но человек воспринимает все целостно, в его воображении идет дорисовка отдельных фрагментов в законченный образ. Уотсон же возвращался к элементам, показывал, что все состоит из кирпичиков, которые укладываются в общую схему и работают по принципу стимул — реакция.

Холт ввел принцип целесообразности. Если у нас есть цель, то между нами и этой целью натягивается незримый канат, который тащит нас к этой цели. Потом это положение будет рассматривать Толмен, выдающийся бихевиорист, который также известен как первый психолог, «прижившийся» в ЦРУ.

Карл Лешли проводил исследования на приматах и тоже поставил под сомнение некоторые доводы Уотсона, который подводил под некую уравниловку всех здоровых особей (людей или животных) и считал, что все зависит от воспитания. Лешли выявляет зависимость между массой мозга и способностью к обучению. Он выдвинул гипотезу о том, что чем больше масса мозга, тем больше потенциал. Потом этот вопрос поставили под сомнение, потому что оказалось, что один из самых больших мозгов был у Тургенева, а самый большой мозг нашли у одного шизофреника. Но повторяю, и шизофреник может быть гением.

Уотсон считал, что мозг и центральная нервная система выполняет очень простую функцию. Он переключает сенсорно-по- ступающие сигналы на моторные выходящие (как коммутатор).

Надо сказать, что у Уотсона, несмотря на его большой успех, появляются некоторые критики. Мэри Калкисс доказывала, что некоторые процессы без подключения интроспекции просто невозможно оценить объективным методом (Уотсон полностью отрицал интроспекцию — самонаблюдение). А Маргарит Уэшборн объявила Уотсона врагом психологии, сказав:

«Вы просто не понимаете, что если волна бихевиоризма захлестнет все, то психология, как наука о душе, просто будет убита».

Как мы сейчас видим, ее опасения не оправдались, просто в истории бывают моменты крена. Даже Торндайк смотрел с ужасом на то, что происходило с бихевиоризмом, потому что он не исключал исследования сознания.

В заключение я хочу рассказать о том, как критиковал Уотсона его главный критик, автор инстинктивной теории Вильям Мак-Дугалл (1871—1938). Это был англичанин, который работал в Америке, в Гарварде, и который с самого начала критиковал Уотсона. Но в какой-то момент взгляды Уотсона и его оппонентов вышли на уровень очень серьезных споров и газетных полемик. Назначается день, который вошел в историю под названием «день борьбы за бихевиоризм». Диспут проходит 5 февраля 1927 г. в специальном здании (клубе), а не в университете, где бихевиоризм занял неопровержимую позицию. В зале собралось порядка 1400 человек.

На этом диспуте признали победу за Мак-Дугаллом. Когда ему дали слово, он сказал (а он был очень остроумным человеком): «У меня перед моим оппонентом такое преимущество, что мне даже стыдно им пользоваться. Оно заключается в том, что все здравомыслящие люди, конечно, будут на моей стороне». Далее он произнес: «Давайте посмотрим, как с точки зрения бихевиориста описывается скрипичный концерт: я вхожу в зал и вижу, что мужчина скребет по кошачьим кишкам волосами, выдранными из конского хвоста, а перед ним в восторге сидит тысяча человек и время от времени одновременно хлопают руками». Так бихевиорист опишет концерт, потому что в бихевиоризме нет ничего о чувстве наслаждения, эстетике, переживаниях. После такого яркого выступления аудитория единодушно признала, что он достаточно остроумно отразил недостатки бихевиоризма.

Тем не менее бихевиоризм «работает», точнее, всегда работал, даже когда никто и не употреблял этого научного термина. Мы с вами пробуем ругать ребенка, пробуем его поощрять и потом смотрим, что оказывает лучшее влияние на его дальнейшее поведение. Задача государства состоит в разработке механизма поощрения одних и порицания других. Плохо получается или хорошо, но поведенческая психология имеет право на существование.

Джон Уотсон, единственный из американских ученых, которому была заказана статья о бихевиоризме для «Большой Советской энциклопедии». Причем именно в тот момент, когда его выгнали из университета, и возможно, шли переговоры о том, чтобы «переманить» его в СССР.

Уотсон не считал себя психотерапевтом, но демонстрировал примеры применения своих идей в психотерапии.

Вот один из таких примеров.

Уотсон проводил эксперименты на собственном сыне, когда тому было 11 месяцев. В чем заключался эксперимент? Он показал, что дети боятся каких-то животных только благодаря какому-то выработанному условному рефлексу. Например, появляется белая крыса и ребенок был готов с ней играть, но если прозвучит какой-то резкий звук, от которого ребенок вздрагивает, то через некоторое время появление белой крысы будет вызывать у него плач. Он начал бояться, причем не саму крысу, а тот эффект, который сопровождал ее появление. Ему запретили экспериментировать на ребенке, но подруга Розали решила попробовать (она тоже была психологом) обратное. Она увидела, что у ее маленького ребенка (примерно такого же возраста) уже сложился страх перед каким-то животным. Она начала делать обратное: к ребенку подносили животное и при этом ему давали лакомство. В результате у ребенка закреплялась положительная реакция и он начинал это животное любить. Этот подход в дальнейшем был обогащен различными техниками и успешно применяется до сих пор в лечении различных фобий не только у детей, но и взрослых.

Что касается собственных детей Уотсона, то здесь жизнь зло пошутила над великим бихевиористом. Естественно, что своих детей он воспитывал по системе «бихевиоризма», закрепляя положительные и блокируя отрицательные (на его взгляд) модели поведения. Он, в частности, считал, что с детьми надо поменьше сентиментальничать, иначе они становятся привязанными, менее самостоятельными. Но индивидуальные «черные ящики», проходя через которые «правильные» стимулы должны были сформировать «правильных» детей, сыграли с ним злую шутку — его старший сын покончил жизнь сомоу- бийством, а второй стал постоянным клиентом психоаналитиков, которых Уотсон всю жизнь критиковал.

Кстати, видимо, отношение Уотсона к психоанализу было не столько однозначными, как принято считать. В период подготовки диссертации у него от переутомления, а возможно, и от каких-то неизвестных нам причин, был длительный период бессонницы. В это время он читал разные книги, которые, как он считал, могут ему помочь. И он оставил в своих записях одну совершенно неожиданную для «главного бихевиориста» фразу: «За это время я изучил и принял большую часть Фрейда». Это еще раз говорит о том, что великие ученые, сколько бы они ни полемизировали, не могут не признать, хотя бы с оговорками, выдающиеся достижения даже своих оппонентов. Поиск истины для них оказывается важнее личных амбиций.

Известно, что Уотсон, любитель и любимец высшего американского общества, после преждевременной смерти жены уединился в свой загородный дом и последние двадцать лет жизни писал, писал, писал. А потом... Взял и сжег все записи. Что там было? Отказ от своего отношения к психоанализу? Разочарование в бихевиоризме, который к этому времени стал почти религией американцев? А возможно, научные идеи и психотехнологии управления, которые в руках нечистоплотных политиков помогли бы не созданию совершенного общества, а духовному порабощению людей, превращению их в «винтики» тоталитарной системы?

Вопросы для самопроверки

  • 1. Что такое «бихевиоризм»?
  • 2. Кто автор термина и программы бихевиоризма?
  • 3. Отношение бихевиоризма к психоанализу.
  • 4. Опишите основную формулу классического бихевиоризма.
  • 5. Основные этапы жизни и деятельности Джона Уотсона.
  • 6. Кого Уотсон считал своими учителями?
  • 7. Какие возможности бихевиоризма открыл Уотсон для применения его в рекламе, политике, воспитании?
  • 8. Почему бихевиоризм быстро завоевал популярность в США?
 
Посмотреть оригинал
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы