Славянофилы: у России свой путь, а образец для него - Древняя Русь

Вот русские: "серый, суровый народ со своей тяжёлой, холодной историей, татарщина, чиновничество, бедность, невежество, сырость столиц, славянская апатия и пр. Русская жизнь бьёт русского человека так, что мокрого места не остаётся... В Западной Европе люди погибают оттого, что жить тесно и душно, у нас же оттого, что жить просторно... Простора так много, что маленькому человечку нет сил ориентироваться".

А вот что поразило Антона Павловича Чехова в украинцах: "общее довольство, народное здоровье, высокая степень развития здешнего мужика, который и умён, и религиозен, и музыкален, и трезв, и нравствен, и всегда весел и сыт. Об антагонизме между пейзанами [франц. paysan - крестьянин (КЛМ)] и панами нет и помину" (70-11,194,237).

Однако вернёмся к традиционному понятию "славянофилы". Обобщённо логическую цепочку их оценок и выводов можно представить следующим образом (рис.2.24).

Цепочка логических рассуждений славянофилов

Рис 2.24. Цепочка логических рассуждений славянофилов

В основе исторического развития Запада, рассуждают славянофилы, лежат два важных начала: рационализм и индивидуализм. Рационализм означает, что вся жизнь человека и общества зарегулирована и построена на рассудочности: всё тщательно продумано и обосновано точными знаниями, подчинено целесообразности и организовано по чётко разработанным процедурам и технологиям. В свою очередь индивидуализм предполагает, что любой индивид - "частный человек", строго изолированная, независимая и самовластная личность. Каждое лицо в обществе надёжно окружило себя крепостью из гарантированных законом личных прав, "из нутра которой оно вступает в переговоры" с другими такими же автономными лицами. Отсюда у западных людей культ частной собственности, принцип "мой дом - моя крепость" и особая важность защиты прав и свобод человека в обществе.

Это дало Западу ряд выгод, жизненных приятностей и удобств: бурный рост экономики, материальное благополучие, правопорядок, "прогрессию человеческого ума", расцвет наук, образования, воспитания. Благодаря, например, "силе возбуждённой зависти" (конкуренции) в обществе утвердились трудолюбие и усердие в работе.

Но тут же и минусы, фЛюди стали слишком рассудочными, бездушно расчётливыми и эгоистичными; они разобщены и равнодушны друг к другу; действуют только разумом, забывая о сердце, душе, сочувствии и утрачивая духовную цельность. ® Христианская вера тоже рационализирована, потеряла изначальную чистоту и "искажена своемыслием": в её основе теперь не религиозные предания, а логические умозаключения. Это превратило живую веру в формальную, лишив верующих общности духа. ® В результате и всё общество отравлено ядом классовой ненависти, раскола, революций и идёт к упадку. Запад сам хотел бы ослабить эти негативы, но пока не может найти "новую пружину жизни", "новую духовную силу" развития - "вне разума" и "вне расчёта".

В отличие от Запада исторический путь России особый. Ей чужды рационально-индивидуалистические начала. "Умом Россию не понять... у ней особенная стать" (Тютчев) и свои, самобытные жизненные устои: православие, соборность и согласие (лад) в обществе. Они веками надёжно обеспечивали благополучие доброй Руси в её "домосковский период", т.е. до образования Русского централизованного государства во главе с Москвой в конце XV века.

Так, православие - это истинная христианская вера, ибо оно сохраняет духовно-нравственную чистоту и вековые традиции. У православия[1] и особая культура познания истины - православное просвещение. Оно построено не на бездушном рациональном мышлении, а на живом знании. Жизнь разнообразна и часто не поддаётся логическому анализу, требуя к себе одновременно этических, эстетических, эмоциональных подходов. Понять мир правильно можно лишь целостным образом: и умом, и сердцем, то есть через веру, любовь, сострадание, совесть, через нравственные оценки или восхищение красотой. В итоге такого органического единства веры и разума ("верующий разум") рождается "живое знание" - всестороннее, многоцветное и гармоничное усвоение мира.

Отсюда у России и Запада исторически различны сами пути просвещения. Центрами системы образования на Западе были университеты (они появились там в XI-XIII вв; в России - в XVIII). В центре русского просвещения стояли монастыри - "духовное сердце России", бившееся "в живом, беспрестанном соприкосновении с народом". И это было подлинно народнохристианское просвещение, пусть "не блестящее, но глубокое". Цель у монастырей была не "формальное развитие разума и внешних познаний", а "внутреннее устроение духа", т.е. духовное совершенствование человека.

Далее - соборность, означающая "братство людей во Христе", их свободное, добровольное соединение (собор) на основе духовной общности, любви к Богу и друг к другу. Именно этим соборность ["истинное братство", "неформальный коллективизм" (например, в артели, крестьянской общине)] отличается от ассоциации ["условного договора" (скажем, в бригаде)] - формального, механического объединения людей без искреннего взаимного духовного притяжения. [Ассоциация - это "не соборность, а сборность" (Бердяев)].

Благополучие русского человека, пишет Достоевский, "состоит не в личном уединённом его усилии, а в людской общей целостности", ибо "русский человек по природе своей самый общительный и стадный человек на всём земном шаре". Русские издревле жили и трудились не порознь, а вместе, миром. Мир - особая тесная общность, где "силы каждого принадлежали всем и силы всех каждому" (Хомяков), где всё и все были на виду, и все проблемы решались сообща (всем миром) на народных собраниях (крестьянские сходы, вече). Человек здесь не сам по себе, а органичная часть своего мира. И вся народная Россия составлялась бесчисленным множеством этих маленьких духовно взаимосвязанных миров, живших по "общему убеждению", по "правде и справедливости", по "крепким, однообразным и повсеместным обычаям", которые своим "предопределённым порядком" заменяли любые писаные законы (Киреевский).

Православие и соборность духовно оздоравливают, сплачивают людей, обеспечивая согласие в обществе. Междоусобицам и социальным потрясениям Запада Древняя Русь противопоставила мирный, согласный, "любовный" характер образования русской нации, неагрессивность по отношению к соседям, патриархальную упорядоченность и общинность народного быта, глубокую религиозность и душевное тепло народа, дух солидарности, смирения, послушания. Всё это внесло лад в общество и укрепляло его единство.

Редкую способность русских быть покорными властям заметили и на Западе. Английский современник славянофилов Карлёйль пишет Герцену: Россия - "огромное, тёмное, неразгаданное дитя провидения, которого внутренний смысл ещё неизвестен". Она имеет "талант, необходимый всем нациям - талант повиновения". Этот талант, "который в других местах вышел из моды, даёт ей мощь, далеко превышающую другие страны".

В то же время славянофилы констатируют, что в последние века самобытные устои доброй старой Руси во многом порушены. И в "повой России" больше "торжествует иностранное, а не русское начало". Почему и когда началось разрушение? Три основные причины. (1) Создание государства. По мере того, как "Русь сращивалась в одно целое" и "уплотнялось тело государства", говорит Хомяков, рушились "все права и вольности городов и сословий", местное самоуправление, обычаи старины. Из человеческих отношений уходил дух естественного, свободного единения людей, их взаимоподдержки. Они стали жить "не друг с другом, а друг подле друга". Начали распространяться "все худшие страсти" и "язвы безнравственности" (корыстолюбие в судьях, честолюбие в боярах, властолюбие в духовенстве; бюрократизм, произвол и продажность чиновников, разрыв согласия между правительством и народом, опричнина, жестокое крепостничество). Делами и судьбою России в своих интересах и выгодах стали "вертеть" всего лишь "несколько олигархов".

(2) Распространение в православии ересей (XIV-XVI века) и раскол в православном обществе (середина XVII). Это вызвало "раздор духа" в церкви, где "партия нововводительная одолела партию старины", и "чистое христианство" разрушилось. "Раздор духа" уже в рамках всего общества довершил царь Пётр I, создавший третью причину распада "святой Руси" - (3) прозападные реформы на рубеже XVII-XVIII веков. Они окончательно нарушили "здоровое, правильное и самостоятельное развитие русского народа".

Однако в оценках деятельности Петра I мнения славянофильских классиков несколько разошлись. Если у Киреевского царь однозначно предстаёт как "разрушитель русского и вводитель немецкого", то у Хомякова - как "преобразователь России", пробудивший её силу, хотя и совершивший много ошибок. "Явился Пётр", не без гордости говорит Хомяков, и "обняв одним взглядом все болезни отечества", "ударил по России, как страшная, но благодетельная гроза".

И последнее - сакраментальный вопрос что же делать? Ответ славянофилов можно свести к двум главным пунктам. Во-первых, необходимо возродить паши самобытные жизненные начала, их мощную благотворную силу. А для этого нужно: (а) устранить такие дурные явления, как угнетение, бедность, безграмотность и неустройство народной жизни, рабство крестьян (крепостничество), не- правосудие, разврат; (б) восстановить "власть правительства, дружного с народом"; и (в) возвратиться к живительному духу прежней свободной и нравственной церкви, к чистоте христианского учения и православной веры. Вместе с тем не следует возрождать уже отжившие "мёртвые формы" жизни Древней Руси.

Во-вторых, Россия, разумеется, должна брать лучшее с Запада. Но только делать это надо осторожно и взвешенно, пропуская достижения "европейской образованности" через фильтр православных идей, без пустой подражательности, без ущерба для наших русских душевных начал, для самобытного развития российского общества.

Оптимизм и славянофильскую веру в Россию ярко выразил в "Братьях Карамазовых" Достоевский. "Вперёд, Россия!" - призывает страну тамошний славянофил. И обращаясь к своим воображаемым оппонентам (западникам), патетически добавляет: "и не пугайте нас вашими бешеными тройками, от которых омерзительно сторонятся все народы! Не бешеная тройка, а величавая русская колесница торжественно и спокойно прибудет к цели" (22-10,265). Славянофильские идеи об особом пути России живы по сей день. Один из примеров - евразийский проект, возникший в начале XX века.

В 20-30 годах XX века к дискуссиям славянофилов и западников прибавилось ещё одно самостоятельное направление - евразийство. Его сторонники (в основном русская эмигрантская интеллигенция, покинувшая страну после большевистского переворота 1917 года) утверждали, что культура России не является ни европейской, ни азиатской, а занимает особое серединное (между Европой и Азией) положение. Евразийские идеи во многом перекликаются со славянофильством. Так, их авторы /а] тоже питали глубокую антипатию к Западу и упрекали западников в идейном холопстве перед Европой; /б] тоже считали, что Пётр 1 прервал особый исторический путь развития России и начал антинациональную политику насильственной европеизации отечественной культуры; /е/ тоже полагали, что российский человек (в противоположность западному индивидуализму) выступает не отдельно и самостоятельно, а как "соборная" личность, т.е. как элемент чего- то целого - своей семьи, своего коллектива, сословия, класса.

  • [1] Православие [славянский вариант греческого термина "ортодоксия" (отorthodoxia - правильное знание): означает правоверие, следование традиционному учению церкви (в противоположность иноверию - заблуждению еретиков)] -одно из трёх основных направлений христианства (наряду с католицизмом ипротестантизмом). Оформилось после разделения христианских церквей (1054)на западную (католическую) и восточную (православную) ветви. Распространено главным образом в Восточной Европе и на Ближнем Востоке. Однако,в отличие от католицизма, единого духовного центра и главы церкви православие не имеет: сложились и действуют полтора десятка автокефальных(самостоятельных) церквей: Американская, Болгарская, Константинопольская, Русская и другие. Так, Русская православная церковь возникла послепринятия христианства на Руси (988) и длительно находилась в зависимости от константинопольского патриарха (главы церкви); фактическую самостоятельность обрела лишь в середине XV века.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >