Гедонизм и эвдемонизм в античной философии

Определённую связь с эпикуреизмом имеют ещё две изначально античные философско-этические позиции - эвдемонизм и гедонизм. Так, по мнению сторонников гедонизма (от греч. hedone - наслаждение), высшим жизненным благом является наслаждение. Именно оно движет человеком, определяет его цели и поведение. Но! Само наслаждение люди понимают по-разному. Одни (назовём их "сластёны") видят его в чувственных удовольствиях (вкусно поесть, сладко поспать, затянуться хорошей сигарой). Другие (как античные эпикурейцы) - в уже знакомой нам атараксии, то есть прежде всего в душевном спокойствии, в отсутствии страхов, боли, страданий, страстей. Третьи ("эстеты") находят высшее наслаждение в удовольствиях духовных, в общении с прекрасным (с интересными людьми, с Богом, искусством, природой), или просто в том, что сами они имеют весёлый нрав и дружелюбие к окружающим. Наконец четвёртые, возможно, сочетают всё перечисленное, подтверждая мысль Аристотеля о том, что у большинства людей "удовольствия борются друг с другом".

Идейно близок к этому и эвдемонизм (от греч. eudaimonia - счастье, блаженство). Согласно ему, жизненными поступками людей руководит их стремление к счастью. Однако и счастье все представляют неодинаково. Одни ждут его прихода извне от внешних вещей, от судьбы, от общества. Другие способны сами создавать праздник в своей душе и оттого быть счастливыми. Кто-то может радоваться простому чаепитию с притягательным собеседником. А кому-то для счастья подавай особняк в пригороде Афин...

Подход сторонников античного эвдемонизма отличают возвышенность, благородство. Путь к счастью и само счастье оцениваются с позиций разумности и высокой морали. Счастливым и добродетельным считается тот, кто смог всесторонне и гармонично развить свою личность, глубоко познав мир и самого себя; кто смог обрести внутреннюю свободу, научившись правильно наслаждаться, то есть разумно ограничивать себя и не быть рабом телесных прихотей (наркоман или алкоголик, к примеру, не могут жить счастливо);

кто не эгоистичен, привык думать не только о собственных удовольствиях и искренне радуется, когда делится своим счастьем с другими людьми; кто, наконец, в итоге заслужил уважение современников и добрую память о себе у потомков.

Таким образом, античная формула эвдемонизма связывает воедино три состояния: добродетель, счастье и удовольствие. Добродетельный человек, говорит Аристотель, всегда радуется прекрасным поступкам. Они сами по себе доставляют ему величайшее удовольствие. А такое удовольствие и является для него счастьем.

Высокий, альтруистический1 смысл античного эвдемонизма воодушевляет благородных людей всех поколений. Неэгоистическое, человеколюбивое счастье страстно проповедовал Сократ. О нём же, века спустя, пишет Горький в обжигающей легенде о Данко. Молодой и сильный красавец Дан- ко ценой жизни вырвал из груди своё сердце и поднял его "факелом великой любви к людям", чтобы осветить им путь из страшного "кольца крепкой тьмы", к "морю солнечного света и чистого воздуха, промытого дождём".

Подобные светлые идеи живут и в паше время. Они - в делах тех, кто "спешит делать добро", кто "сжигает себя", стремясь помочь людям, кто дарит народу свои коллекции или картинные галереи, создаёт фонды в поддержку талантов, помогает обездоленным...

Кто-то здесь может скептически улыбнуться. Но! "Это ничего, - дружески замечает скептику в финале "Братьев Карамазовых" Достоевский, - человек часто смеётся над добрым и хорошим... от легкомыслия". Однако как же "хороша жизнь, когда что-нибудь сделаешь хорошее и правдивое!" Ведь "мы на земле недолго" и "делаем много дел дурных и говорим слов дурных". А потому давайте же ловить хотя бы минуты нашей недолгой совместной жизни, чтобы делать друг для друга и доброе (22-10, 293,294,261).

'Альтруизм (от лат. alter - другой)-(1) ценностная ориентация личности на интересы других людей и стремление нести им добро; (2) бескорыстная забота о благе других и готовность жертвовать ради них личными интересами.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >