Предисловие

Назвать философию наукой вряд ли правомерно, а вот жизненно важной учебной дисциплиной она, без сомнения, является. Почему? Потому что философия - это ключ ко всему духовному в Человеке. И неверно думать, что философия - удел избранных. Нет, философия - интересное занятие для всех! Философствовать - значит аналитически, творчески размышлять в поисках верных ответов на любые вопросы. Почему мне приятны одни люди и антипатичны другие? Что такое любовь: крик души или всего лишь тяга к интимной близости? Почему апостол Павел советует, казалось бы, нелогичное: “преодолевать зло добром”?... И так далее, вплоть до “почему одни народы и страны живут скверно, а другие процветают”... Всё это очень философские вопросы. Во всякой проблеме есть своя философская глубина, свой глобальный смысл. Философствуя, люди докапываются до сути вещей.

Философия, далее, - это свободные и чаще всего субъективные размышления. Поэтому здесь, как нигде, каждый хоть немного, но “нагибает к себе действительность” (Достоевский). Делает это и автор данной книги. В каких направлениях? Прежде всего в сторону приоритета интересов “простых” граждан над интересами государства (властей), в сторону усиления гражданского общества. В современных демократических странах правители и чиновники - не более чем слуги общества. Если же слугу баловать привилегиями, то он, как сказано в Библии, никогда не будет хорошим слугой и принесёт несчастия (Пр 29:21,30:22). Опыт неблагополучных стран, где свирепствуют зажим прав и свобод человека, произвол, коррупция, аморальность бюрократии, подтверждает это.

Отсюда естественна склонность автора к защите свободы и прав человека, к развитию самостоятельности и личной ответственности граждан за своё поведение и судьбу, к поддержке честности и добра в отношениях между всеми людьми (независимо от их веры, цвета кожи, национальности). Человек, как полагают экзистенциалисты (с. 186-189), предаёт самого себя, если он живёт "в стаде" и "как все", не самореализуясь в качестве оригинальной свободной личности.

Наконец, автор "нагибает действительность" в сторону пожеланий того, чтобы люди усердно трудились и честно зарабатывали свой успех, чтобы они вели здоровый и трезвый образ жизни, чтобы проявляли сердечность и взаимопомощь в семье и чтобы не на словах, а на деле любили свою природу и страну, способствуя процветанию "дорогой пашей России" (выражение Чаадаева).

В философии не избежать "мудрёных" терминов. Не зря Гёте говорит, что философия есть "человеческий рассудок на туманном языке". А Софья Гиацинтова вспоминает, как однажды в их доме оказался Бердяев. Он говорил особенно замысловато и какими-то "нездешними" словами, имеющими чуть ли не обратный смысл. Да, философы, подобно врачам, любят побряцать заморским словцом. Похоже, есть и такие, кто намеренно усложняет свои тексты. Эти, как герои чеховской "Свадьбы", "хочут свою образованность показать и всегда говорят о непонятном".

Пример. Характеризуя Христа, "Новейший философский словарь" пишет: Христос - главная фигура западной истории, "семантически' центрирующая и темпорально структурирующая фундирующее[1] [2] западную культуру видения исторического процесса" (40-260). Кудряво? (И, похоже, пугано в склонениях). А ведь автор хотел лишь сказать, что все характеристики и периодизация истории Запада отталкиваются от Христа.

Подобный "научный” язык скорее отпугивает, чем привлекает читателей. Зачем же представлять философию в недоступном виде, вопрошает Монтень, с нахмуренным челом и внушающими страх косматыми бровями? Это ложная маска, тусклая и отвратительная. На деле не сыскать ничего другого столь милого, бодрого, радостного, чуть ли даже не шаловливого, чем философия. Она зовёт к веселью и удовольствию, излучает душевный покой, а не уныние и скуку (см.: 37-1,198-199). И Герцен справедливо отмечает: "Трудных наук нет, есть только трудные изложения". Это особенно актуально для образования, где важна суть философских идей, а не многосложпая и наукообразная форма их изложения. Поэтому простота, краткость, ясность учебных текстов - это их достоинства.

И ещё общее замечание об иностранных словах. Стоит ли злоупотреблять ими в книгах и в повседневной живой речи? Зачем, например, заменять слово "двойственный" неудобопроизносимым "амбивалентный"? Или вместо "выполнить" говорить "имплементировать"? А вместо "кадры" - "Эйч-Ар"?.. Это же попугайство. Уже и собственных восклицаний нет: в ходу американское просторечие "wow" и примитивный визг. Этак можно дойти до абсурда вроде иммигрантского Runglish'a (Russian + English): "За тэйблом сидели пятеро чилдрэнят и пили милку". Автор вовсе не против английского (особенно после визитов к друзьям в Атланту и дивную Калифорнию). If you are eager for knowledge of English, please, study and use it in talks with English speaking people. Но зачем же русский- то ломать, раздражая непосвящённых незнакомым словцом?..

Или, другой пример. Вдруг на обычной московской улице Бирюзова торговый центр назвали..."Пятая авеню". Зачем?! Причём тут ныо-йоркская, пусть даже очень знаменитая улица? Вокруг масса объектов, достойных дать отечественное имя центру: "Курчатовский", "Пехотный", "Бирюзовый мир", "Маршальский" или даже "Пять маршалов", если так уж нужна цифра 5 (более чем пять окрестных улиц носят имена наших прославленных маршалов). Выходит, мы, словно дети, играем американскими побрякушками, не давая себе труда ничего выдумать самостоятельно.

Говорят, мир ненавидит Америку. Но Америка ли виновата? Рабы всегда ненавидят своих хозяев. Только рабство-то здесь добровольное: США никого не принуждают подражать себе! Налицо рабская ненависть слабаков, болезненно завидующих успешному соседу. Слабаки тянутся к достижениям американцев и одновременно мстят им ненавистью за своё бессилие и унижение перед ними.

Бесспорно, Америка грандиозна! Причём грандиозна давно. "Ах, интересная страна! - восхищался Горький, побывав в США в 1906. - Что они, черти, делают, как работают, сколько в них энергии!" (46- 1,306). Но надо ли России становиться очередной американской копией? Тут наши вопросы: самоуважение нации, её достоинство, настрой па реальные деловые успехи, а не на их имитацию с помощью заёмных побрякушек и вывесок. Ксеномания[3], по Крижаничу, - давняя болезнь славян, причём проявляется она в непродуктивном варианте. Заимствовать опыт продвинутых стран, разумеется, надо, но перенимать следует не какие-то словесные пустяки, а серьёзные и ценные вещи (трудолюбие, законопослушность, ответственность, взаимотерпимость, умение граждан контролировать власть).

Предлагаемое учебное пособие включает три раздела. Первый - это общефилософское введение. Здесь раскрываются место философии среди других форм духовной деятельности, её предмет и характерные черты; структура и основные типы мировоззрения; философские позиции идеализма и материализма; представлены контуры религиозного и атеистического мировоззрения.

Второй раздел пособия - это историко-философское введение. В нём читатель найдёт рассказ о зарождении и развитии мировой философской мысли по главным историческим эпохам: античность, Средние века и Возрождение, Новое время и Просвещение. Даётся характеристика немецкой классической, марксистской, русской, а также современной западно-европейской философии. Среди западных концепций здесь представлены философские аспекты христианства; теории либерализма и марксизма, массового общества и актуальных проблем существования в нём человека.

Из обзора русской философской мысли читатель прежде всего узнает, в чём суть знаменитых дискуссий между славянофилами и западниками, а также идей русского анархизма. Там же рыскрыва- ются исторически значимые, т.е. вечные, проблемы бытия человека в малоподвижном российском обществе. Главная задача здесь - дать молодым людям информацию для сравнений, для философских размышлений и личного выбора. Изучение истории идей и опыта их претворения в жизнь важно и поучительно. Оно придаёт следующим поколениям творческий импульс, помогает овладеть навыками критического мышления и позволяет избегать ошибок прошлого. Только очень ленивые умы не способны усваивать уроки истории.

Третий раздел - это систематический курс философии, в котором представлены философские идеи о бытии, сознании и познании, о человеке, обществе и природе, о развитии исторического процесса и проблемах современной цивилизации.

Автор стремился изложить материал доступно, кратко, чётко и наглядно. Текст многих страниц сопровождает подстрочный словарь иностранных терминов. В словах, в которых нередки ошибки в произношении (например, "фетиш" вместо правильного "фетиш"), для ориентации заинтересованных читателей проставлены ударения.

Ссылки на литературные источники даны по ходу текста в скобках к соответствующим цитатам и иным заимствованиям. При этом 1-я uiulwa всюду означает порядковый номер источника в списке литературы. А далее всё зависит от издания. По книжным изданиям: 2-я цифра (после чёрточки) означает либо № тома (тогда она выделена полужирным шрифтом), либо сразу № страницы (в однотомниках); наконец, 3-я цифра (иногда и более) - это номера страниц в данном томе. К примеру, ссылка вида (70- 11,42) означает: собрание сочинений Чехова, 11-й том, страница 42.

По периодическим изданиям два обозначения, (а) У ежемесячников и у еженедельников: 2-я цифра означает порядковый № издания в данном году, 3-я uiulwa (после наклонной черты) - год, а 4-я (после запятой) - № страницы (например, 75-5/99,3 - пятый номер "Науки и жизни" за 1999 год, страница 3). (б) По ежедневным периодическим изданиям указываются дата и номер страницы (например, 73-11.05.02).

Ссылки на Библию обозначены в соответствии с принятыми в ней сокращениями: так, например, запись вида (7-Пр 22:7) отсылает нас к Книге Притчей Соломоновых - глава 22, стих 7.

Наконец, если в скобках указаны только номера страниц (скажем, с. 111-113), то они относятся к данному учебному пособию.

Автор признателен за консультационную, информационную, техническую помощь Уилме и Вернеру Шнайдерам (Тибурон, штат Калифорния, США), Кэтлин и Берлину Марчбапкам (Виннипег, Манитоба, Канада), Сэнди и Нилу Глэдстоунам (Атланта, штат Джорджия, США), Наталье Николаевне Суровцевой (Вологда, Россия), Анатолию Семёновичу Макарьеву, Марине Львовне Клименко, Елене Леонидовне Куликовой, Ирине Михайловне Куликовой, Людмиле Марковне Ротштейн], Нине Левоновне Мелик- сетян, Лидии Аверьяновне Сёмочкиной, Татьяне Андреевне Степановой, Сергею Сергеевичу Хижнякову (Москва, Россия).

Неоценимый вклад в работу над этим учебным пособием по философии внесла Инесса Николаевна Куликова (30 марта 1939, Вологда, СССР, - 12 сентября 2004, Москва, Россия) - коллега, верная подруга и спутница, любимая и незабвенная жена автора. Невыразимо жаль, что выход в свет этой книги она уже не увидела...

  • [1] Семантика (от греч. semantikos - обозначающий —> sema - знак) - (1) вязыкознании - смысл, значение слова или оборота речи; а также учение означении слов; (2) в философии - учение о смысле: слов, намёков, подтекстов, поступков в общении людей. -5> Например, три наблюдателя могутпридать поведению четвёртого лица разный смысл: один назовёт его "ослиным упрямством" (тут звучит резкое осуждение), второй - "неуступчивостью" (осуждение), а третий - "твёрдостью" (скорее одобрение).
  • [2] Фундировать [от лат. fund(us) - основа, основание] - (1) обосновывать, обосновать что-либо (например, какую-либо теорию); (2) делать что-либо прочным, устойчивым (например, фундированный доход - это доходот надёжных источников: от земли и другой недвижимости).
  • [3] Ксеномания (от греч. mania - страсть, влечение) - страсть ко всему чужому, к подражанию иностранному; "чужебесие" (обычно свойственна тем, ктоне способен самостоятельно, оригинально мыслить и создавать что-то своё).
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >