ПРОБЛЕМА ФАКТА И КОММЕНТАРИЯ

В комментарии автор, рассматривая событие, размышляет о его развитии,

достижениях или недостатках, дает оценки, порой нелицеприятные. И вот

тут-то возникает проблема. Комментатор, стремясь к убедительности,

вынужден приводить факты. И эти факты должны быть достоверными.

В Конституции Российской Федерации есть юридическая тонкость, которую порой не замечают маститые адвокаты и тем самым проигрывают дела своих высокопоставленных клиентов. Речь идет о 29-й статье, согласно которой никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них. В 1998 году мэр Москвы Ю.М. Лужков обратился в Кунцевский межмуниципальный суд столицы с иском о защите деловой репутации Московского Правительства к редакции «Московских новостей» и директору Института экономических проблем переходного периода Егору Гайдару, который в этом издании 22 февраля 1998 г. выступил со статьей «Почему в Москве жить хорошо». В тексте с явным намеком на высшие должностные лица Московского правительства были использованы слова: «взяточники», «бюрократы», «коррупционеры», «канцеляристы». Иск был отклонен судом, «поскольку конкретных фактов в статье нет, а личные мнения и суждения ответственности не подлежат» [7]. Точно так же проиграл и А. Чубайс, пытаясь привлечь к судебной ответственности телеобозревателя С. Доренко. Адвокат В. Жириновского и в районном, и в городском суде потерпел поражение в попытке опротестовать беседу корреспондента петербургской газеты «Час пик» с известным ученым-психиатром. Публикация вышла с необычным названием «Там, где у нормальных людей моральные принципы, у Жириновского дырки». В судебных решениях отмечалось, что мысль, отраженная в названии материала, есть мнение ученого, а за мнение судить нельзя.

Конечно, журналист понимает, что без фактов комментарий получается голословным. И порой приводит эти «факты» на основе сомнительных источников, молвы и слухов. Тот же С. Доренко, работая на Первом канале, в попытке скомпрометировать мэра Москвы показал видеозапись своей беседы с работником одного немецкого банка. Когда мэр подал иск в суд, журналист проиграл. Во-первых, ему следовало бы представить справку о вкладе мэра в этом банке, а это оказалось невозможным, поскольку существует банковская тайна; во-вторых, видеозапись (как и аудиозапись) не является документом для суда. Дело может быть возбуждено, если о том или ином правонарушении было сообщено только в легитимном печатном издании, т.е. зарегистрированном в законном порядке. Огласка поражения на судебном процессе ударила по репутации С. Доренко, прервала его карьеру на телевидении.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >