АЖУР (АГЕНТСТВО ЖУРНАЛИСТСКИХ РАССЛЕДОВАНИЙ)

На рынке масс-медиа Санкт-Петербурга в мае 1996 г. появилось Агентство журналистских расследований АЖУР. Созданное по инициативе известного петербургского журналиста и писателя Андрея Константинова, новое средство массовой информации довольно быстро заявило о себе острыми публикациями. За первые полтора года существования Агентством журналистских расследований были подготовлены и изданы книги «Коррумпированный Петербург» и «Бандитская Россия», основанные на документальных материалах. Материалы, написанные сотрудниками Агентства, печатались во многих петербургских и московских СМИ и всегда имели широкий общественный резонанс.

В феврале 1998 г. Агентство журналистских расследований АЖУР стало самостоятельной организацией.

Сегодня это многопрофильное, динамично развивающееся предприятие с хорошей репутацией на информационно-издательском рынке Санкт-Петербурга и Северо-Запада. Так, Служба репортеров АЖУРа, которая специализируется на поиске и распространении информации о происшествиях и преступлениях на территории Санкт-Петербурга и Ленинградской области, выпускает в режиме on-line и еженедельно рассылает подписчикам (ведущим СМИ региона, коммерческим структурам, консульствам и т.д.) Ленту оперативной информации — почти сто сообщений о наиболее значимых, резонансных происшествиях в различных сферах жизни города.

С октября 1999 г. Агентство выпускает ежемесячную газету «Ваш тайный советник». Тем самым осваивается доселе свободная на печатном рынке Петербурга ниша серьезного аналитического издания, специализирующегося на криминальной тематике и смежных областях. Тираж распространяется не только в Санкт-Петербурге, но и Москве. Газета получилась «толстой» (48 страниц) и в значительной степени «криминальной», хотя редакция стремится сделать ее максимально разнообразной, занимаясь расследованием как криминальных, так и некриминальных проблем. Но жизнь все время вносит коррективы — совершаются «громкие» убийства, происходят знаковые аресты, похищаются бесценные вещи... К примеру, о содержании октябрьского номера издания 2000 г. можно судить по названиям публикаций: «Что может судебный пристав?», «Кто виноват в новом бензиновом кризисе?», «Куда исчезли миллионы Инкомбанка?», «Кто ездит на „шестисотых" в Петербурге?», «Сколько стоит ремонт особняка представителя Президента?», «В Кремле готовятся к монархии?», «Подлинная история Сакко и Ванцетти?». И в том же номере иные материалы — «Военноворовской остров: криминальная обстановка в Кронштадте», «Дело Андрея Маленького: убирают свидетелей», «Коррупционный скандал: чиновника арестовали за фальшивые социологические исследования» и т.д. А в Интернете появилась электронная версия газеты (www.vts.spb.ru).

Одной из основных задач Агентства журналистских расследований является подготовка книг по профильной тематике. Вслед за выпуском «Коррумпированного Петербурга» и «Бандитской России» выходит «Коррумпированный Петербург-2», где опубликованы новые материалы, подготовленные сотрудниками Агентства. Эти книги вышли суммарным тиражом более 300 тыс. экз. и стали — увы — бестселлерами. В мае 2000 г. на прилавках появилась первая книга серии «Мошеннический Петербург». В апреле 2000 г. был реализован новый литературный проект АЖУРа — книга «Золотая пуля». Это сборник детективных новелл, написанных от лица журналистов вымышленного Агентства, прообразом которого, естественно, является АЖУР.

В Агентстве работает группа квалифицированных специалистов (кроме журналистов есть здесь и бывшие сотрудники правоохранительных органов), способных провести качественное журналистское расследование по фактам, оказывающим влияние на экономику и политику региона. Результатом таких расследований стали серьезные аналитические разработки по определенным секторам экономики региона, финансово-промышленным группам, преступным сообществам. Публикации Агентства, регулярно появляющиеся не только в «Тайном советнике», но и в других СМИ, неизменно вызывают широкий общественный резонанс.

Практически ежедневно в АЖУР обращаются представители отечественных и зарубежных СМИ и других организаций с просьбами прокомментировать те или иные события, проконсультировать по правовым, социальным и житейским вопросам. Регулярно в Аг ентство поступают заказы на подготовку аналитических досье, мониторинг средств массовой информации, поиск информации профильного характера.

В Агентстве организована работа консультационного центра, где журналисты и постоянные клиенты могут не только получить консультацию и помощь в сборе информации, но и воспользоваться современной оргтехникой и средствами. Стажировку в АЖУРе ежегодно проходят десятки журналистов из различных регионов России. Сотрудники Агентства выступают с лекциями в Европе, США и странах СНГ по приглашению местных университетов и журналистских организаций.

Профессионализм сотрудников АЖУРа обеспечил беспрецедентное событие: журналистам Агентства удалось задержать и передать правоохранительным органам некоего Александра Малыша, подозреваемого в убийстве депутата Законодательного собрания Петербурга Виктора Новоселова. История этого поиска может дать представление о технологии расследований, проводимых Агентством.

РАССКАЗЫВАЮТ СОТРУДНИКИ АЖУРа

  • (Источник: интервью с Андреем Константиновым и электронный отчет о работе Агентства)
  • 20 октября 1999 года

Виктора Новоселова убили в среду около 9 утра по дороге на работу. К «вольво», затормозившему на перекрестке перед красным светофором, подбежал молодой человек и бросил на крышу автомобиля, над местом, где сидел Новоселов, полиэтиленовый пакет. Затем он отбежал от машины. Раздался взрыв. Виктор Новоселов погиб на месте. Серьезно пострадал водитель.

Охранник депутата выскочил из машины и дважды выстрелил из пистолета в убегавшего мужчину. Раненный в шею преступник был задержан. А наряд ГИБДД задержал еще одного человека, которому, как показывали свидетели, раненый якобы делал какие-то знаки. У второго задержанного что-то изъяли — то ли телефонный аппарат с проводами, то ли пульт дистанционного управления.

Эти сведения сотрудники Агентства, находившиеся на месте происшествия, узнали до 11 часов, и их никто не опровергал. Дальше начинались противоречия.

12.00

Городские радиостанции и пресс-служба ГУВД сообщали, что раненый исполнитель умер. Но по описанию раны умереть он вроде бы не мог. Решили это проверить. В какую больницу могли отвезти раненого? Скорее всего, в ближайшую — на улице Костюшко. Пройти в нее — не проблема. В одной из курилок услышали разговор о том, что недавно привезли парня под охраной, а теперь то ли увезли, то ли увозят куда-то. Куда? Если не в морг, то, вероятнее всего, в Клинику военно-полевой хирургии Военно-медицинской академии. Не мешкая, поехали к клинике. Встали так, чтобы видеть, кто въезжает и выезжает. Через пятнадцать минут кого-то привезли с охраной. Итак, скорее всего, киллер жив... Но в Академии раненого, подозреваемого в совершении тяжкого преступления, если ранение не слишком тяжелое, долго держать не будут — переведут в более защищенное место. (И, действительно, на следующий день в Межобластной тюремной больнице, представившись журналистами, сотрудники АЖУРа узнали, что задержанного на месте убийства Новоселова вчера вечером перевели сюда из Военно-медицинской академии.)

16.00

За пару часов выяснили фамилию второго задержанного: Николай Петров. Где он прописан, узнали еще за двадцать минут. По официальным данным, он был прописан с матерью на Большеохтинском проспекте. Поехали.

В квартиру решили сразу не заходить, сначала опросить соседей. Придумали историю: мы журналисты, занимаемся фирмой, выстроившей финансовую пирамиду тина «Атлантиды» (а не убийством Новоселова). И фигурирует у нас там некий Николай Петров, вот мы и решили узнать — тот или не тот? Соседка- старушка сказала: «Есть такой Петров, но он здесь не живет, а только его мать». Наконец, позвонили в квартиру Петровой. Дверь открыл высокий мужчина. «Вы к кому?» — «Мы к Николаю Петрову». — «Проходите. Вы кто?» — «А вы кто?» — «Мы — из ФСБ». — «А мы — журналисты».

Показали друг другу удостоверения. В квартире было восемь человек, в том числе — четверо сотрудников ФСБ, следователь и понятые. Никто ничего журналистам не сказал, а с матерью Петрова просто не дали поговорить.

21.00

О втором задержанном (раненом), кроме приблизительного описания его внешности и того, что он, несмотря на уверения сотрудников милиции, не умер, мы не знали ничего. Были догадки в отношении фамилии — Гусинский, Бузьков, Гузьков, наконец, кто-то узнал, что задержан Артур Бузков, 1971 г. рождения. Никакого Артура Бузкова в городе не было. Скорее всего, ошибка. Но имя Артур — достаточно редкое и запоминающееся, вряд ли его могли перепутать, если это не просто выдумка. Стали искать фамилии с похожими корнями — Будков, Кузков, Гусков...

Наконец, нашли — Артур Гудков, 1966 г. рождения, уроженец Белоруссии — города Бобруйска Могилевской области, в 1987 г. демобилизовался из армии и прописался в Сосновом Бору в общежитии.

Дальше выяснять стало легче.

21 октября

Выяснили, что Гудков с 1995 г. работал в охранном предприятии «Есаул». В 1997 году в отношении Гудкова было прекращено уголовное дело но ст. 116 УК («Нанесение побоев или совершение иных насильственных действий») «в связи с деятельным раскаянием», а в 1998 г. он был объявлен в федеральный розыск в связи с подозрением в совершении вымогательств и убийстве директора завода «Северная звезда».

Правоохранительные органы по-нрежнему отрицают, что человек, раненный и задержанный поблизости от места преступления, жив.

14.00

Новая информация о Петрове — он был судим. Надо срочно ехать в суд, пока дело не забрала ФСБ. Быстро напечатали запрос с просьбой разрешить сотруднику Агентства ознакомиться с судебным делом Николая Петрова. Судья не возражал — читайте. В это время позвонили из ФСБ и сказали, что едут за делом Петрова.

Из дела следовало, что 13 марта 1995 г. Красногвардейский федеральный районный суд приговорил Петрова к четырем годам лишения свободы по ст. 145 ч. 2 УК (грабеж). Из заключения он вышел досрочно, через два с половиной года (на 1 год и 3 месяца раньше положенного срока). В январе 1999 г. Петров задерживался сотрудниками милиции по охране метрополитена за курение в метро. А в июне этого года Петров нарушил правила дорожного движения на автомобиле УАЗ. С весны 1999 г. Петров работал в фирме All-Motors, которая занимается ремонтом автомобилей.

  • 22 октября
  • 10.00

Руководители All-Motors о Петрове, пришедшем к ним но направлению с биржи труда, отзывались как об исключительном специалисте по установке автосигнализаций. По их словам, Николай Петров — парень работящий, общительный и в отличие от многих других — эрудированный. Версию о том, что он мог изготовить на рабочем месте взрывное устройство, коллеги Петрова отмели — Николай всегда был на виду, работал с напарником. Администрация All- Motors самостоятельно попыталась разобраться в случившемся. Выяснилось, что накануне убийства Петров закончил работу поздно и потому заночевал у родителей, а не у своей девушки, как обычно. Утром, как всегда, он к 9.30 отправился на работу (авторемонтные мастерские находятся на ул. Победы, 1 — это совсем недалеко от того места, где произошло убийство). В руках у него был полиэтиленовый пакет, в котором лежал кнопочный телефон с проводами, который, по словам отца Петрова, он обещал починить своему знакомому. В общем, Петров, считают его коллеги, в гуще событий оказался совершенно случайно. И когда раздался взрыв, выстрелы, Николай, скорее всего, просто «дернулся» или ускорил шаг. Один из клиентов All-Motors, лично знавший Петрова, проезжал мимо и видел, как оперативники положили Петрова лицом на капот машины и надели на него наручники. («Мы не открещиваемся от своих сотрудников и даже готовы помочь родителям Николая нанять приличных адвокатов, — сказали руководители фирмы. — Мы считаем, что его задержание — чудовищная ошибка, а при современных методах расследования парень может пострадать ни за что».) Кстати, сотрудники All-Motors рассказали, что после задержания Петрова к ним приехали 12 человек в камуфляже и с дубинками. Не представляясь и не предъявив ордера, они уложили всех на асфальт автостоянки, лицом в лужу. Во время обыска в рабочем боксе у Петрова были изъяты подшипники (сработавшее взрывное устройство было начинено подобными подшипниками), которые, впрочем, есть у каждого работника мастерской.

17.00

Следующим собеседником стала девушка Петрова. Она настаивала на его непричастности к заказному убийству. «Когда мы познакомились, он сразу же рассказал мне о своей судимости. Николай свою работу очень любит. Я знакома со всеми друзьями Николая, среди них не было никаких подозрительных личностей. С деньгами у Николая также не было проблем, впрочем, их никогда не было много. В жизни все его устраивало. Единственное, чего он не хотел, — это снова оказаться „на зоне11». По всему получалось, что Николай Петров — ни при чем. Если к такому же выводу придут правоохранительные органы, Петров должен был выйти на свободу, как только истечет 10-дневный срок его ареста. Так оно и случилось. В то же время... На имя Гудкова, как нам удалось выяснить, было зарегистрировано две машины: зеленый грузовик «Урал-375» 1982 г. выпуска и бежевая «Мазда-323» 1994 г. выпуска. Кто на этих машинах еще мог кататься? В ГИБДД у знакомого инспектора выяснили, что «Мазда» числится за Гудковым, но на ней с 1996 но 1998 гг. неоднократно нарушал правила дорожного движения некий Тюменцев Василий Николаевич. О нем, уроженце Казахстана, мы уже были наслышаны. По оперативным данным правоохранительных органов, он числился лидером локальной группировки в Сосновом Бору, которая у них так и значилась — «Тюменцевской».

18.00

Знакомый бизнесмен считал себя другом Новоселова. И от встречи не отказался.

  • — А вы знаете, что на машине того, кто бомбу положил на машину Новоселова, ездит Тюменцев? — спросили мы.
  • — Вася? — удивился он. — Да он бы в жизни не посмел...

И стал звонить в Сосновый Бор. Номер телефона Тюменцева он дал и нам.

18.30

Василий Николаевич Тюменцев ждал нас возле здания сосновоборской администрации. Мы знали, что в прошлом он боксер, а ныне числится грузчиком. О машине, зарегистрированной на имя Артура Гудкова, Тюменцев сказал следующее: «Этой машиной я пользовался, сейчас она находится у моей первой жены, Гудков продал „мазду“ по доверенности. Когда в прошлом году Гудков убил человека, меня вызывали в РУБОП и тоже об этом спрашивали. А об Артуре могу сказать только хорошее. Гудков бесплатно тренировал в Сосновом Бору молодежь, помогал организовывать праздники города, работая охранником в „Есау- ле“, ни в какие конфликты не встревал. В Сосновом Бору живет жена Гудкова — Марина, с ней поговорите».

22.00

В ночном Сосновом Бору нашли девятиэтажное здание общежития, в котором Гудков был прописан с женой и дочерью. Их комната оказалась опечатанной, а обыск здесь провели еще в день убийства Новоселова. Как удалось узнать, сотрудники милиции нашли несколько портативных радиостанций (но связь этой находки с убийством Новоселова, скорее всего, призрачна, поскольку Гудков в общежитии не появлялся давно). Обратились к соседям. Они также говорили о Гудкове только хорошее, дали телефон жены Гудкова. По нашей просьбе она приехала в общежитие и сообщила, что мужа не видела давно, однако деньги от него получает. Про первое убийство почти ничего не знала и не верила в виновность мужа. У соседей Гудковых оказалась видеокассета, где был заснят Артур, и аудиозапись с его голосом. На видео, которое мы изучали в Петербурге, Гудков прыгал с парашютом и выпивал. Аудиозапись была интереснее. Гудков говорил, что он с 15 лет прыгал с парашютом. И была у него мечта — попасть в воздушно- десантные войска. Когда он уходил в армию, ему обещали это, однако определили в комендатуру в Сосновый Бор, где он и остался на сверхсрочную службу. И получил доступ к своему личному делу, в котором прочитал: «Годен для всех войск, кроме ВДВ».

25 октября

Мы поехали в военкомат узнать, когда пишут формулировку: «годен везде, кроме ВДВ»?

— На первом месте при определении годности к службе в ВДВ стоит выносливость, возможность переносить тяжелую амуницию, — сообщил врач военкомата. — И если, например, у призывника рост 150 сантиметров, а вес 50 килограммов, то, несмотря на все его достижения с парашютом, его признают непригодным для ВДВ.

Таким образом, то, что Гудков воспринимал как месть обиженного им чиновника, оказалось обычной практикой военных медиков. Вообще во всех записях Гудкова, которые мы просмотрели и прослушали, прослеживался комплекс обиженного человека.

26 октября

Марина Гудкова сказала нам, что фотографии, которые она обещала, не отдаст и в Петербург не поедет. Сказала: может, вы гангстеры какие?

28 октября

Фотографию мы все же нашли. У соседей Гудкова по общежитию. На некоторых снимках в кадр попали автомобили. Нам пояснили, что Гудков ездил только на двух: на серой «девятке» и на красной «восьмерке», в которой ездил с неким товарищем. Номера этих автомобилей мы записали и попытались выяснить, кому они принадлежат.

29 октября

«Девятка» была зарегистрирована в Набережных Челнах. Красная «восьмерка», номер которой на фотографии практически не читался, а одну букву мы так и не смогли разобрать, заинтересовала нас больше. По некоторым сведениям, на ней часто видели Артура. Номер «восьмерки» все же выяснили — К935ТС78. На этой машине неоднократно нарушал правила дорожного движения некий Малыш, управлявший автомобилем по доверенности. Незадолго до убийства Новоселова Малыш продал «восьмерку» своему знакомому, уехавшему на Украину. В свою очередь наши знакомые из Соснового Бора подтвердили, что часто видели Гудкова с Малышом.

31 октября

Информация к размышлению. Александр Малыш, 37 лет, родился и прописан в Сосновом Бору, здесь долгое время был инструктором по прыжкам с парашютом в местном аэроклубе. До 1994 года числился продавцом в фирме «Каскад» в Петергофе, а затем стал одним из учредителей ЗАО «НАБ-ТИД», которое, согласно учредительным документам, занималось деревообработкой, оптовой торговлей и транспортными услугами. В то же время выяснилось, что Малыш находится в федеральном розыске но подозрению в совершении в мае 1999 г. убийства генерального директора ЗАО «Европа» и учредителя областного рекламного агентства Льва Топерага.

  • 31 октября
  • 22.00

Источник в правоохранительных органах сообщил нам, что Николай Петров будет выпущен на свободу — следствие сочло, что он невиновен. Гудкову же предъявлено обвинение в умышленном убийстве, таким образом, существование этого киллера (не умер, а жив!) впервые официально признано, наши предположения подтверждаются.

8 ноября

По некоторым сведениям, Гудков не знал, кого он убивает. Его привезли на перекресток и сказали, что надо убрать человека в «вольво».

  • 9 ноября
  • 15.00

Идем но следу Малыша. Удалось найти телефон квартиры на Гражданке, где, вроде бы, живут его хорошие знакомые. Позвонили, объяснили, что мы журналисты и хотим поговорить о Саше по очень важному делу. Да, они знают Малыша, и пригласили в гости.

19.00

Как оказалось, во время нашего звонка Александр Малыш находился по этому адресу. Сразу же после телефонного разговора он неожиданно куда-то ушел (видимо, предположив, что им интересуется милиция). Наши корреспонденты разминулись с ним буквально на час. В этой квартире он появился в конце октября, попросив знакомых пустить его сюда на время. О том, что он как-то связан с событиями 20 октября, приютившие его люди не догадывались.

10 ноября

Получили подтверждение, что Александр Малыш разыскивается сотрудниками правоохранительных органов но подозрению в причастности к убийству депутата Законодательного собрания Виктора Новоселова.

Информация к размышлению. Александр Малыш вплоть до 1994 г. входил в состав «Ломоносовской» организованной преступной группировки. Последние дни пытаемся связаться с Малышом но различным каналам, но бесполезно.

Наконец, нам удалось установить, что плотные контакты существуют между Малышом и Гудковым. С 28 июня 1999 г. у Малыша появился новый пейджер. Распечатка приходивших на него сообщений показалась нам крайне интересной. Они были в виде цифр: 30 июля — 514-58; 3 авг. 111-13-30; 5 авг. 03-12; 7 авг. 63-213; 30 авг. 159-53; 10 сент. 14.51 03-12;22 сент. 03-12; 23 сент. 03-12; 7 окт. 01-25; 20 окт. — убит Виктор Новоселов; 21 окт. 15-117; 7 окт. 15-117-510 (5 раз); 8 окт. 36 15-117 (3 раза); 29 окт. 01-25; 29 окт. 594-41; 16 нояб. 340-14-02.

Часть сообщений удалось прочесть с помощью системы пейджер-кодов. Эти коды общедоступны для обладателей цифровых пейджеров. По этой системе, например, 117 означает «позвони», 510 — «очень срочно», 111 — «не доступен», 100 — «быть дома» и т.д. Таким образом удалось «перевести» некоторые сообщения. Так, 15-117-510 читай: пятнадцатому позвонить очень срочно, 111-13-30 — я занят до 13.30. Но были и строчки с кодами, которых не было в упомянутой таблице. Их, видимо, придумал сам Малыш. Например, что означают цифры 12 и 25, осталось неизвестным. Мы поняли только, что под номером 01 скрывался Гудков, а иод номером 03 — некий третий участник операции.

Мы послали Малышу сообщение 320-66-88-117-510-604, что в соответствии с их кодами означало «позвони мне очень срочно, тебе нужна помощь». Надеялись, что Малыш отзовется. Но этого не произошло.

Удалось установить, что Малыш и Гудков пользовались радиотелефонами, но с одной sim-картой на двоих. Номера этого телефона мы не знали, но было известно, что с 11 августа по 20 октября на него поступали только входящие звонки, а с 20 октября по 1 декабря телефоном не пользовались. С помощью базы данных сотового оператора удалось вычислить номер телефона с такими параметрами использования. Телефон иод номером 962-37-16 был зарегистрирован на Евстафьева Александра Инатьевича, 1960 года рождения, прописанного в общежитии на Крестовском острове, 11. Но 9 октября Евстафьев отбыл на постоянное место жительства в Германию.

Изучив данные о жильцах общежития на Крестовском острове, мы остановились на одном человеке, который и родился в Сосновом Бору, и был связан с ним по сей день (напомним, что в Сосновом Бору Гудков и Малыш жили долгое время). Следующим этапом стало изучение распечатки звонков на установленный номер радиотелефона. Это лишний раз убедило нас в том, что Малыш, Гудков и третий участник операции по ликвидации Новоселова (его можно условно назвать посредником или вторым уровнем исполнения убийства) имеют отношение к Сосновому Бору.

<.. .>

Итак, после того как Виктор Новоселов был убит, Александр Малыш поменял место жительства, машину и номер мобильного телефона. Он продал «восьмерку» и на имя своего хорошего знакомого Виктора Калашникова купил ВАЗ-2109. Но ездил Малыш на «девятке» недолго — отдал ее своему брату для продажи. А расстаться он с ней решил из-за нехватки денег. Фактически история Малыша-Гудкова развенчивает миф о суммах, выраженных в тысячах долларов, которые зарабатывают киллеры. Александр Малыш и Артур Гудков — люди весьма небогатые, которые вряд ли могли позволить себе оставить 100 рублей таксисту, зайти в дорогой ресторан или заказать чашечку кофе в «Европе».

Заплатили ли им за убийство? По нашим представлениям, за ликвидацию Новоселова им могли дать долларов по пятьсот либо они вовсе ничего не получили.

<.. .>

После убийства Новоселова мы задались вопросом: являются ли его исполнители членами той или иной криминальной группировки? Если бы Малыш был членом О П Г, то у этой группировки после столь громкого убийства было два пути решения проблемы исполнителя убийства.

  • 1. Малыша могли увезти из Петербурга, сделать ему новые документы, устроить на работу, дать денег.
  • 2. Его могли ликвидировать.

Мы знали, что никаких сумм в помощь Малышу или жене арестованного Гудкова, Марине, не поступало. Это нетипично для тех случаев, когда члены той или иной группировки попадают в беду.

Из компетентных источников в правоохранительных органах нам известно, что Гудков уже признал свою вину, но не дает никаких показаний о прочих участниках убийства. Сколько продлится его молчание при таком отношении хозяев-заказчиков к его семье — неизвестно.

<. . .>

Сейчас у скрывающегося но-ирежнему Малыша было три выхода из сложившейся ситуации.

  • 1. Выйти на тех, кто заказал ему это убийство, поскольку без посторонней помощи ему не уехать из города — нет ни документов, ни денег, ни перспектив. Но, скорее всего, Малыш боится контактов с заказчиками.
  • 2. Сдаться правоохранительным органам. Но, возможно, он боится физической расправы со стороны сотрудников милиции.
  • 3. Встретиться с журналистами нашего Агентства. И мы через газету рекомендовали ему именно этот вариант.

Агентство искало Малыша два месяца. Наконец, ночью 20 декабря 1999 г. Малыш был задержан.

...9 ноября 1999 г. мы разминулись с Малышом буквально на час. В тот день журналисты агентства приехали в общежитие на проспекте Культуры к старым знакомым Малыша. Выяснилось, что он жил здесь около двух недель и ушел из этого дома сразу же после нашего звонка, полагая, что его вычислили сотрудники правоохранительных органов... Когда мы беседовали с хозяевами, в комнате раздался телефонный звонок. «Нет, Эмилия Викторовна здесь не живет», — ответила снявшая трубку супруга хозяина Ирина.

Хозяева рассказали, что Малыш нуждался в деньгах, но поменял свою машину и sim-карту сотового телефона. Вишневую «восьмерку» он продал хозяевам за 1300 дол., купив «девятку» за 2500.

На следующий день мы решили узнать, сколько людей с фамилией Малыш живет в Петербурге. Оказалось — 80 человек. Попробовали установить, кто из них может быть родственниками нужного нам Малыша.

И вдруг обнаружили, что в городе есть Эмилия Викторовна Малыш и проживает она неподалеку от проспекта Культуры. Может быть, именно ее имя прозвучало во время телефонного разговора в общежитии? Может быть, эта женщина — родственница Малыша? И, возможно, звонил в квартиру именно он?

Мы приняли за рабочую версию, что в общежитие звонил Малыш — у него могла существовать договоренность с живущей там Ириной (которая и ответила на звонок), что он позвонит вечером и узнает, что спрашивали оперативники (Малыш, как выяснилось впоследствии, считал, что корреспонденты Агентства — или оперативники, или бандиты). Полагая, что телефон прослушивается, он решил спросить какого-то другого человека, не живущего там.

Итогом этих размышлений стало то, что мы решили поехать к Эмилии Викторовне. Она долго не открывала нам дверь, хотя мы и показывали ей через глазок удостоверения журналистов. И только после того, как мы позвонили в три другие двери и на лестничную площадку вышло человек пять соседей, она отворила и свою дверь.

Эмилия Викторовна категорически заявила, что у нее нет вообще никакого родственника по имени Саша.

К вечеру мы уже знали, что женщина, к которой мы приезжали, не имеет к Малышу никакого отношения. Версия оказалась ложной.

<. . .>

Что делать дальше? Можно было попробовать отследить связи, которые появились у Малыша в 1994 г., когда он «работал» в бригаде Боровикова, контролирующей г. Ломоносов. Но мы знали, что но тому пути идут правоохранительные органы и представители криминальных структур, а возможностей у них гораздо больше. Тогда мы считали, что Малыш прячется и от посредников, которые «заказали» Новоселова: его должны были ликвидировать, чтобы обрубить ниточку, ведущую к ним.

В конце концов мы решили, что следует отрабатывать «человеческие» связи Малыша. Его должен был прятать кто-то из бывших друзей или любовница — в общем, надо было искать людей, не имеющих к криминалу никакого отношения.

Начали беседовать с парашютистами из сосновоборского аэроклуба, где занимался прыжками Александр Малыш. В результате нам стало известно, что у Малыша в Петербурге была девушка, к которой он уходил от жены. Оставалось выяснить, кто она такая и где живет.

От парашютистов нам такой информации получить не удалось, и мы стали разговаривать с родственниками Малыша. Здесь нам повезло больше. Выяснилось, что девушка жила на севере Петербурга. Малыш в конце 80-х вместе с ней работал на заводе имени Свердлова. Получалось — это Ирина, у которой мы уже были в общежитии, что выглядело маловероятным, так как она жила с мужем. Конечно, в жизни всякое бывает, но мы все же посчитали, что в общежитии, возможно, есть еще кто-нибудь, кто некогда работал вместе с Малышом на заводе. К нашему изумлению, таких оказалось еще несколько человек. Проверять всех подряд не было смысла. Но круг поиска сузился, и это давало нам шанс.

На основе информации, полученной от знакомых Александра Малыша и из других источников, мы сделали вывод, что Малыш не состоит в какой-либо преступной группировке. Кроме того мы знали, что Малыш не располагает крупными деньгами и вряд ли может уехать из города, потому что прятаться ему негде (позже эти предположения подтвердились).

<.. .>

В другом общежитии — на Малоохтинском проспекте — мы нашли Виктора Калашникова, на которого Малыш уже после 20 октября зарегистрировал свою вторую машину — ВАЗ-2109. Виктор встретил нас так, как будто заранее знал, что к нему кто-то пожалует но поводу его товарища. Он рассказал, что Малыш приходил к нему в общежитие за две недели до нас. Калашников знал, что он находится в розыске по подозрению в убийстве Виктора Новоселова. Кроме того случайно выяснилась одна на первый взгляд несущественная деталь: Малыш после совершения сделки попросил у хозяина разрешения помыться. «Понимаете, там, где он сейчас снимает комнату, нет никаких удобств, вот он и решил заодно помыться иод душем. Он, конечно, не сказал, где именно он живет, а я и не спрашивал», — пояснил Виктор.

Мы разузнали у Калашникова, когда точно приходил Малыш, а затем пошли к вахтеру, который регистрировал всех приходивших в общежитие. После долгих уговоров вахтер показал нам книгу регистрации посетителей. Оказалось, что в тот день к Калашникову приходил только один человек, чьи паспортные данные и были внесены в эту книгу. Но он был записан не как Малыш, а как Дмитрий Соколов.

К вечеру мы уже знали, что Дмитрий Соколов проживает в деревне Низи- но, а паспорт, выписанный на его имя в 1994 г., числится утерянным. Теперь можно было почти со стопроцентной уверенностью считать, что Малыш скрывается под фамилией Соколов и пользуется его документами.

<.. .>

Следующим этапом нашего расследования стал визит в железнодорожные кассы. Мы предположили, что Малыш должен был все-таки попытаться исчезнуть из Петербурга. На автобусе далеко не уедешь, в аэропорту дотошно проверяют документы. Оставалась железная дорога. Мы уговорили знакомую, работающую в железнодорожных кассах, посмотреть, не приобретались ли билеты на имя Соколова. Оказалось — был такой: на 31 декабря до Тамбова.

На всякий случай мы записали данные людей, купивших билеты на места рядом с ним. Одним из пассажиров оказалась Галина Ягодкина, уроженка Тамбова, работавшая в 1989 г. на заводе имени Свердлова (напомним, в это время там работал и Малыш) и прописанная в том же общежитии на проспекте Культуры, в котором Малыш прятался первые две недели после убийства Новоселова. Теперь мы считали, что знаем человека, поддерживающего контакты с Малышом. Идти к Ягодкиной не имело смысла — скорее всего, мы бы только напугали ее. Можно было, конечно, и просто дождаться 31 декабря и встретиться с Малышом на вокзале, но ждать еще две недели было делом рискованным — найти Малыша могли раньше нас, причем не обязательно сотрудники правоохранительных органов.

Галина была продавцом в магазине «24 часа» и заканчивала работу в полночь. Мы подъехали туда за час до окончания ее рабочего дня в надежде, что, сдав смену, она поедет не домой, а к Малышу. Галина вышла на улицу в первом часу ночи и стала ловить такси. До общежития, где она жила, можно было дойти пешком за десять минут. Мы предложили Ягодкиной подвезти ее, но она отказалась. Скоро около нее остановилось такси, и она уехала. На двух машинах мы последовали за ней. Одну из наших машин остановили автоинспекторы и так долго проверяли документы, что дальнейшее наблюдение стало невозможным. Вторая машина потеряла такси в районе перекрытой в то время Заневской площади.

На следующий день мы вновь были у магазина, где работала Ягодкина. Но оказалось, что теперь Галина по графику должна отдыхать неделю. Водителю рассказали историю о жене-изменщице, которая в то время, пока ее муж работает по ночам, чтобы заработать ей на дубленку, изменяет ему с другим. Из чувства мужской солидарности водитель рассказал нам, что подвез «ту бабу» к станции метро «Ладожская», но куда именно она пошла — он не видел.

Таким образом, получалось, что Александр Малыш живет где-то в районе метро «Ладожская» в квартире без ванны. Приехав на место, мы выяснили, что около самой станции метро есть два жилых массива по разные стороны от Новочеркасского проспекта. Квартал, что был на одной стороне с метро, состоял из домов, в которых квартиры имели все удобства. Оставались семь зданий на другой стороне проспекта. Все они имели номер 13, корпуса 1—7.

Мы стали изучать дома. В итоге круг поиска сузился до трех четырехэтажных двухподъездных домов. Близились выборы в Государственную Думу, и появился повод пройтись по квартирам иод видом проведения опроса общественного мнения. Посетив две квартиры, мы поняли, что это абсолютно безрезультатно, потому что жильцы совершенно не представляли, кто живет у них за стенкой в их десятикомнатной квартире, да и открывать двери незнакомым людям вообще там было не принято. Одна старушка но секрету призналась, что в половине комнат живут не сами владельцы, а их «постояльцы», поэтому никто «с вами, ребята, говорить не будет».

Убедившись в том, что обходить квартиры бесполезно, мы поставили машину посередине двора и стали ждать. Мы фиксировали все заезжавшие во двор машины, люди из которых заходили в интересующие нас дома. Вечером список с машинами дали знакомому сотруднику ГИБДД, он установил хозяев машин. Владельцем одной из них оказался тридцатилетний мужчина, прописанный в Сосновом Бору. Обрадовавшись, мы уцепились за эту информацию, но она никуда нас не привела. Этот человек не имел ничего общего с Малышом и приезжал к своей любовнице.

Удача нам улыбнулась 16 декабря в 6 часов вечера. Из подъезда вышел человек в очках. Сначала мы не обратили на него внимания, так как он не был похож на Малыша. Человек прошел метров сорок и остановился. В это время из того же подъезда вышла девушка в шубе и подошла к нему. Девушка оказалась Галиной Ягодкиной.

Перейдя дорогу, они пошли на рынок у метро, мы последовали за ними. Приблизившись к мужчине, мы убедились — это Малыш. Купив продукты и бутылку водки, Малыш с Ягодкиной вернулись обратно в свой подъезд. Через узкие окна лестничных площадок было видно, как они поднялись на третий этаж. По зажегшемуся свету определили и комнату, где прятался Малыш. На коротком совещании было принято решение не выходить сразу на Малыша, а продолжать наблюдение — нам хотелось установить его контакты.

<.. .>

О том, что мы вышли на Малыша, даже в Агентстве знали всего три человека. Ожидание продлилось до воскресенья 19 декабря. Малыш проводил Ягодки- ну до метро, возле станции, а затем пошел обратно. По дороге купил еще одну бутылку водки. Мы были почти уверены, что оружия у него нет, но на всякий случай приготовились к худшему. Подошли к нему как можно ближе, чтобы контролировать любые его действия.

  • — Александр Николаевич, мы не бандиты и не милиция, мы журналисты и очень хотели бы с вами поговорить, — сказали мы Малышу на площадке между вторым и третьим этажом.
  • — Откуда я могу знать, кто вы?
  • — Сами подумайте, если бы это было не так, то разве стали бы мы с вами стоять и разговаривать?
  • — И что вы хотите?
  • — Поговорить. Можно пойти и к вам в комнату, но лучше поехать к нам в офис, там будет удобнее.
  • — А если я откажусь?

Мы ничего не ответили. Он повторил вопрос.

  • — Слушай, Саша, тебе деваться некуда, тебя все равно рано или поздно поймают. Ты же сам знаешь, что тебя ищут «тамбовские»... А мы предлагаем тебе помощь.
  • — Ладно. Все равно я так дальше не могу. Не знаю, кто вы такие на самом деле, но я вас давно ждал.

Он сел в нашу машину, и мы поехали в Агентство на улицу Зодчего Росси. Выглядел Малыш очень уставшим и обреченным. Пока ехали, он ни о чем не спрашивал и не смотрел по сторонам. Казалось, ему было все равно, куда его везут.

<.. .>

Через несколько часов, уже ночью 20 декабря, Александр Малыш был передан нами заместителю начальника 15 отдела Управления уголовного розыска Максиму Езупову, который и произвел официальное задержание.

30 декабря Малышу было предъявлено обвинение в убийстве, совершенном по найму группой лиц но предварительному сговору общеопасным способом.

...За несколько дней до убийства Новоселова Малыш возил Гудкова на Московский проспект. Вдвоем с Гудковым они приобретали бронежилет и изготавливали взрывное устройство на кухне квартиры, которую снимали на улице Козлова.

...Это было одно из первых расследований АЖУРа. По его итогам руководитель Агентства Андрей Константинов был представлен к государственной награде.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >