НЕМЕЦКАЯ КОЛОНИЗАЦИЯ ПРИБАЛТИКИ. ПОБЕДЫ АЛЕКСАНДРА НЕВСКОГО

С конца XII в. Прибалтика стала ареной борьбы против немецких рыцарей, датских и шведских феодалов. Прибалтику населяли финно-угорские (эсты или чудь) и балтские племена: латышские (лат- галы, ливы, курши или корсь, земгалы или зимигола) и литовские (литовцы или аукштайты, жемайты или жмудь, ятвяги). Почти все они находились на стадии разложения первобытного строя (племенные княжения), а у литовцев начался процесс образования государства. Основателем Литовского княжества стал Миндовг (1240—1263), который объединил под своей рукой все литовские племена.

Но вторжение крестоносцев прервало процесс государственного становления большинства народов Прибалтики: немцы покорили поморских славян Западной Прибалтики, а затем вторглись в Ливонию (Восточную Прибалтику). 1198 г. отмечен первым крестовым походом против ливов, а в 1200 г. архиепископ Альберт с крестоносным войском захватил устье Двины и основал в 1201 г. город Ригу. В 1202— 1237 гг. здесь управлял Орден меченосцев. В 1215 г. орденом была захвачена территория Эстонии. Но затем Северная Эстония была временно отвоевана у немцев Данией, где в 1219 г. датчане основали замок

Таллин (Ревель). В это же время шведы делают попытку захватить остров Эзель (ныне Сааремаа).

Новгородский князь Мстислав Удалой не раз одерживал победы над крестоносцами, но после его разгрома на Калке натиск рыцарей усилился. В 1234 г. новгородско-суздальский князь Ярослав Всеволодович разбил меченосцев под Юрьевом, а в 1236 г. они потерпели поражение от литовцев и земгалов. В 1237 г. Орден меченосцев, переименованный в Ливонский орден, стал отделением созданного в 1198 г. Тевтонского ордена, который с 1226 г. начал широкие захваты земель литовского племени пруссов, полностью уничтоженного к 1237 г. В этом же году был создан единый Ливонский орден, а орден тевтонов перестал существовать. После этого папа Григорий IX активно приступил к созданию антирусской коалиции в составе Ливонии, Дании, Швеции и Ганзейского союза. Удар по ослабленной нашествием Руси немцев, датчан и шведов готовился легатом папы римского Вильгельмом.

Первыми начали шведы, поход которых возглавлял ярл и правитель Швеции Ульф Фаси, вместе с которым был и его двоюродный брат, будущий ярл Биргер. Шведский поход был вызван желанием решить в свою пользу давний спор за влияние на финские племена сумь и емь, на Ижорскую землю и Карелию. Шведское морское ополчение вместе с отрядом племени сумь вторглось в Новгородское княжество, желая захватить крепость Ладогу. Отражение агрессии с Запада тесно связано с именем князя Александра Ярославича. Он родился 30 мая 1220 г. в Переяславле-Залесском в Ростово-Суздальской земле. Его матерью была Феодосия Игоревна Рязанская. Духовное воспитание получил в Спасо-Преображенском соборе (среди его наставников были боярин Федор Данилович и монах Даниил Заточник). В 1228 г. судьба связала его с Новгородом Великим (вместе с братом-погодком Феодором он жил и воспитывался в городе), а в 1236 г. он стал новгородским князем.

Александр заранее готовился к отражению опасности с Запада: поставил «морскую стражу» на побережье Финского залива и приказал строить крепости по реке Шелони вдоль западных границ новгородских владений. В 1239 г. он помог отразить нападение литовцев на Полоцк и женился на дочери полоцкого князя Брячислава княжне Александре. В этом же году Александр Ярославич заключил союз с угро-финнами Ижорской земли. Именно дозоры старейшины Пельгу- сия сообщили о высадке пятитысячного шведского войска. Александр не стал собирать ополчение, а нанес неожиданный удар своей конной дружиной и немногими пешими воинами. 15 июля 1240 г. на месте впадения в Неву Ижоры произошла Невская битва, в результате которой шведы были отброшены от Ладоги. В битве новгородцы потеряли всего около 20 человек, тогда как потери шведов были велики: три корабля были нагружены телами убитых воинов, среди которых воевода Спи- ридоний и епископ, убитые дружинником Гавришой Олексичем.

Но не прошло и месяца после Невской битвы, как объединенное войско немецких рыцарей и датчан под командованием вицемагистра Ливонского ордена Андреаса фон Вельвена летом 1240 г. захватило Изборск и начало жечь и грабить пограничные селения Псковской земли. Псковское городское ополчение было разбито: пало 800 псковичей во главе с воеводой Гаврилой Гориславичем. Зимой 1240 г., воспользовавшись изменой бояр и посадника Твердилы, рыцари заняли Псков. Новгородские бояре не поддержали план Александра о наборе войска, поэтому князь отбыл с дружиной в Переяславль. Но наступление немцев, захвативших Копорье, завладевших Вотской пятиной и Сабельским посадом, находившимся в 40 верстах от Новгорода, подтолкнуло вече призвать на помощь Александра с владимиро-суздальскими полками.

Александр Невский в 1241 г. взял Копорье, а к концу 1241 г. полностью очистил от захватчиков новгородские земли. Получив подкрепление из Переяславского княжества от брата Андрея, Александр двинулся в земли эстов, но неожиданно повернул к Пскову. Освободив зимой 1242 г. Псков, князь двинулся к Чудскому озеру, где 5 апреля произошло Ледовое побоище. Силы ордена составляли 10—12 тыс. человек, а русское воинство вместе с владимиро-суздальскими полками — около 15—17 тыс. Однако значительную часть русской дружины составляли пешие ополченцы. В битве погибли свыше 500 рыцарей и около 50 были захвачены в плен. В результате в 1243 г. был заключен мирный договор с немцами-крестоносцами, а в 1251 г. — перемирие с Норвегией. Однако XIII в., отмеченный в немецкой истории как начало успешных завоевательных походов, в том числе и на Русь, сопровождался значительными переменами в отношениях между народами, нашедшими отражение в русском летописании. Так, термин «немцы» в них заменился определениями типа «нехристи» и «поганые».

После разгрома ордена перед Александром встал новый враг — литовцы, которые стали вторгаться на земли Полоцкого и Торопецко- го княжеств, которым Александр всегда оказывал военную помощь. В 1245 г. на Русь двинулось сильное литовское войско: литовцы взяли Торопец, а другая половина войска пошла на Торжок. Александр Невский разгромил литовцев, отвоевав у них Торопец, а в сражении у озера Жижца добил остатки литовского войска. В 1262 г. был заключен союзный договор с Литвой. Затем в итоге русско-литовского похода на немецкий орден был заключен договор о дружбе, мире и торговле с орденом и его союзниками — Ганзой.

В 1246 г. он князь Переяславля и Новгорода (великокняжеский престол Гуюк отдал его брату Андрею), в 1250 г. под его началом и Киевский княжеский стол. В 1252 г. Александр становится великим князем Владимирским, Новгородско-Псковским и Полоцко-Витебским. При этом Александр Невский отказался принять королевскую корону из рук папы Иннокентия IV и обратиться в католичество. Он стремился ладить с татарами, чем обеспечивал Руси относительное спокойствие. Так, он подавил восстание в Новгороде, сместив своего сына Василия и посадив другого сына Дмитрия, сурово расправился с бунтарями, отрезав носы и уши. Конец жизни Александра ознаменовался восстаниями против баскаков в Суздале и Ростове, но князь отговорил младшего брата Батыя хана Берке от похода на Русь и, кроме того, добился от него отмены обязанности поставлять русских воинов для военных походов ордынцев.

* * *

Рубеж XIII—XIV вв. стал апогеем политической раздробленности Руси, поделенной на многочисленные уделы. К концу XIII в. на Руси сложилась новая политическая обстановка:

  • — во-первых, Галицко-Волынская земля постепенно попадает в орбиту влияния Великого княжества Литовского. В 1245 г. в битве у Ярославля Даниил Галицкий разбил объединенные силы Венгрии, Польши, галицких бояр и Черниговского княжества. Но в 50—60-х гг. XIV в. Волынская, Подольская, Киевская и Чернигово-Северская земли были освобождены Ольгердом от монголо-татарского ига, а в 1390-х гг. удельная княжеская власть в этих землях была заменена наместниками. Таким образом, спустя 100 лет после нашествия земли Юго-Западной Руси оказались в составе Польши (Галич) и Литвы (Волынь);
  • — во-вторых, обособление Северо-Восточной Руси. Великий князь Владимирский стоял во главе феодальной иерархии (хотя его власть была номинальной), оставаясь и главой собственного княжества. Так как ярлык на великое княжение давал ряд преимуществ, то шла острая борьба за ярлык между тверскими и московскими князьями, в которую затем включились и суздальско-нижегородские князья. Эта борьба усиливалась по мере увеличения великокняжеского домена за счет выморочных княжеств. Под властью владимирских князей находились также Рязанская и Новгородская земли; к Владимирскому княжеству тяготели Черниговское и Смоленское княжества. Однако в Пскове в XIII в. также существовал самостоятельный княжеский стол. Еще в 1265 г. псковичи посадили у себя князя Довмонта Литовского, который княжил до 1299 г. Только после его смерти, дабы предотвратить появление на псковском столе нового литовского князя, Великий князь Андрей Александрович и новгородцы послали туда на- местника-кормленщика Федора Михайловича Белозерского; — в-третьих, перенос столицы во Владимир. Географическое понятие Руси, Русской земли у современников Батыя ограничивалось сравнительно небольшой территорией, включавшей Киев, Чернигов, Переяславль и ряд других, более мелких городов. Только после монголо-татарского завоевания, фактически уничтожившего южнорусские княжества, название «Русь» переносится на земли, лежащие в междуречье Волги и Оки. До этого освоенные восточнославянскими племенами земли на северо-востоке назывались Ростовом, Суздалем или Владимиром, в зависимости от того, где находилась резиденция местного князя.

В этих условиях XIII в. открыл эпоху ожесточенной борьбы за ярлык на великое Владимирское княжение и доминирование в Северо-Восточной Руси, в которую активно включились потомки Ярослава Всеволодовича, и прежде всего Даниил Александрович Московский. В качестве факторов, способствовавших возвышению Москвы, назывались выгодное географическое положение, поддержка московских князей Ордой, перенесение из Владимира в Москву резиденции митрополита, формирование в Москве особенно сильного служилого войска (двора) и активная колонизационная политика московских монастырей. Мнение об особой выгодности географического положения Москвы подверг критике А.А. Зимин в своей книге «Витязь на распутье» (М., 1991), указавший, что нет никаких оснований для утверждений о наличии выгодных торговых путей и богатых природных ресурсов Московского княжества. Можно говорить лишь об относительно большей безопасности жителей княжества во второй половине XIII в., но это было характерно и для других окраинных княжеств Северо- Восточной Руси — Тверского, Ростовского, Ярославского, Костромского и Городецкого. Действительно, Москва занимала менее выгодное географическое положение, чем Тверь, Углич и Нижний Новгород, мимо которых шел безопасный торговый путь по Волге, не накопила таких боевых навыков, как Смоленск и Рязань, не имела столько богатства, как Новгород, и таких культурных традиций, как Ростов и Суздаль. Никаких «удобных» путей в районе Москвы не существовало. Маленькая речушка Москва была лишь «Золушкой» против Волги.

Поддержка Ордой московских князей не прослеживается до 1317 г. и до конца XIV в. была непостоянной. Местом пребывания митрополита Москва стала только со второй четверти XIV в. А колонизационная деятельность московских монастырей отмечается только с конца этого столетия. Усиление войска за счет активного перехода на службу в Москву князей, бояр и служилых людей из других княжеств Северо-Восточной Руси и других русских земель наблюдается только с 30-х гг. XIV в.

Между тем начальный этап усиления Московского княжества приходится на вторую половину XIII в., когда Даниил Александрович начал борьбу за великое княжение Владимирское, обладатель которого считался верховным правителем всей Северной Руси, включая Новгород Великий. Уже в первой четверти XIV в. Московское княжество наряду с Тверским является одним из сильнейших в Северо-Восточной Руси. И это при том, что политическая ситуация не способствовала выдвижению Москвы на первые роли.

У Александра Невского, умершего в ноябре 1263 г., было четыре сына: Василий, Дмитрий, Андрей и Даниил, родившийся примерно в ноябре — декабре 1261 г. К моменту смерти Невского у Даниила остались живыми двое старших братьев: князь Переяславский Дмитрий и князь Городецкий Андрей. Хотя Дмитрий был еще молод, но мог управлять Москвой по причине малолетства Даниила. Но этого не случилось, и права семьи Александра Ярославича на владение Московским княжеством были нарушены. Даниила воспитывал дядя — Великий князь Владимирский Ярослав Ярославич, а его наместники управляли княжеством с 1264 по 1271 г. (до смерти Ярослава). Даниил стал править как независимый князь не ранее 1273 г., хотя в источниках его имя как независимого московского князя появляется только в 1282 г.

С 1282 г. Даниил поддерживал союз с Тверью: в этом году вместе с новгородцами Тверской князь Святослав и Московский Даниил выступили против переяславского и Великого Владимирского князя Дмитрия Александровича, решившего наказать строптивый Новгород. До кровопролития дело не дошло: новгородцы, подойдя к Дмитрову, заключили с Дмитрием выгодный для себя мир. Союз с Тверью Даниил поддерживал до 1288 г., когда он встал на сторону Дмитрия в борьбе против Михаила Тверского. В 1293 г. Андрей Городецкий получил поддержку ставшего ханом Орды Тохты и вместе с его братом Дюденей разорил Суздаль, Владимир, Юрьев-Польской, Переяславль и Москву. Очевидно, что Даниил был в это время сторонником Дмитрия, а не Андрея. К 1293 г. союзником Москвы стал и тверской князь Михаил Ярославин. С 1294 г. (после смерти своего старшего брата Великого князя Владимирского Дмитрия) Даниил возглавил княжескую коалицию, в которую входили тверской князь Михаил Ярославич и переяславский князь Иван Дмитриевич. Им противостояла группировка, включавшая ярославского князя Федора Ростиславича и ростовского князя Константина Борисовича, во главе со средним сыном Александра Невского Городецким князем Андреем, с 1294 г. ставшим великим Владимирским князем. При этом в отличие от Андрея и его союзников, являющихся вассалами сарайского хана Тохты, Даниил, Михаил и Иван ориентировались на Ногая — фактически самостоятельного правителя западной части Золотой Орды.

В ноябре 1296 г. новгородцы изгнали из Городища наместников Андрея Александровича и пригласили княжить Даниила, который послал туда своего второго сына Ивана (будущего Калиту). Андрей, отправившийся в Орду за поддержкой, вернулся оттуда в начале 1297 г. и двинулся на Переяславль, князь которого Иван отправился за помощью к Ногаю. Встретив у Юрьев-Польского московско-тверские войска, Андрей пошел на соглашение, одним из условий которого стал отказ Даниила от Новгорода. Уже с мая 1299 г. в Новгороде стал править сын Андрея Борис.

В сентябре 1299 г. — сентябре 1300 г. Ногай потерпел поражение от Тохты и погиб, что сделало Орду снова единым государством. Это сразу изменило соотношение сил: после княжеского съезда в Дмитрове летом 1300 г. Михаил Тверской, поссорившийся с Иваном Переяславским, стал союзником Великого князя Андрея; в 1302 г. умер, не оставив потомства, Иван Переяславский, а в следующем году — Даниил Московский.

При Данииле произошло некоторое увеличение территории Московского княжества: около 1291 г. был присоединен Можайск, принадлежавший Смоленскому княжеству. Осенью 1300 г. после разрыва с тверским князем Даниил отправился поход на Рязань, где у новой столицы — Переяславль-Рязанского — разгромил войско князя Константина Романовича, пользовавшегося военной поддержкой Орды. Итогом похода стало, вероятно, присоединение к Москве Коломны (или это произошло в 1306 г., когда Юрий Данилович казнил взятого в плен Константина). В результате власть московских князей распространилась на все течение реки Москвы, а княжество наряду с Тверским, Ярославским, Городецко-Нижегородским и великим Владимирским (находившимся сначала под властью Городецкого, а затем тверского князя) стало считаться крупным. В конце 1302 г. Даниил, воспользовавшись отъездом Андрея в Орду за помощью, захватил княжеский стол выморочного Переяславского княжества, который должен был по закону отойти в состав великого Владимирского княжения, предварительно изгнав оттуда великокняжеских наместников.

Юрий Даниилович в очереди на великое княжение стоял далеко, но, несмотря на это, деятельность московских князей оказалась на удивление успешной. В 1304 г. по смерти Андрея Юрий Данилович предъявил права на великое княжение. До этого великими Владимирскими князьями были потомки Ярослава Всеволодовича: Василий Ярославич (1272—1276), Дмитрий Александрович (1277—1294) и Андрей Александрович (1294—1304). Хотя Тохта отдал ярлык Михаилу Тверскому, но Юрий борьбы не прекратил. Будучи вынужден в конце 1305 г. уступить Переяславль, он до 1306 г. оспаривал княжение в Новгороде Великом. Около 1309 г. по смерти Михаила Андреевича Юрий овладел выморочным Нижегородским (бывшим Городецким) княжеством, а в 1314 г. сумел занять престол в Новгороде Великом. Наконец, в 1317 г. Юрий получил от хана Узбека ярлык на великое княжение владимирское.

Причина столь успешной политики Москвы в том, что на рубеже XIII—XIV вв. на службу московским князьям прибыли со своими воинскими контингентами бояре из Киевской и Черниговской земель, ранее входивших в сферу влияния Ногая. Там постепенно скапливались энергичные люди, которые стремились к получению обязанностей, за которые полагалось государево жалованье. Хотя и позиции Твери усилились после смерти в 1304 г. Андрея Александровича: к Михаилу Андреевичу отъехали служилые люди его отца. То есть Москва сумела стать только равным Твери соперником в борьбе за влияние в Северо-Восточной Руси. Основная борьба за верховенство в Северо-Восточной Руси была еще впереди.

Активное летописание в областных центрах Руси велось до 1237 г. Почти все летописи заканчиваются словами «Батыево нашествие». После монголо-татарского нашествия летописание в целом ряде городов прекратилось, а в некоторых, наоборот, стало появляться. Оно становится короче, беднее по форме и известиям. Основная тема русских летописей XIII в. — ужасы нашествия и ига. Владимирская великокняжеская летопись переходит в Ростов, где ведется при дворе епископа Кирилла и княгини Марьи — дочери убитого в Орде Михаила Черниговского и вдовы погибшего на реке Сити Василька Ростовского. Летописание Марии проникнуто идеей крепко стоять «за веру и независимость страны». По приказу княгини было написано «Житие Михаила Черниговского». В рязанском летописании этого периода звучат обвинения князей в том, что они стали причиной разорения Руси, а также обвинение владимирскому князю Юрию Всеволодовичу, что он не пришел на помощь Рязани.

Цикл сказаний «Былины об Илье Муромце» (образ идеального воина-патриота) отражает их главную символику — защиту Русского государства от вражеских полчищ. Поздний слой богатырского эпоса чрезвычайно разнообразен по затронутым историческим коллизиям: конфликт богатыря с князем (Ильи Муромца с князем Владимиром), тема монголо-татарского нашествия и гибели богатырей, т.е. конца героического богатырского века. Но былины о Муромце становятся призывом к борьбе с татарским игом и несут в себе идеи объединения Руси. В пору татарского ига церковники Северо-Восточной Руси создают литературно-религиозные памятники, являющиеся актами политического значения. Так, традиционная воинская повесть превращается в житие, а житие святого (например, Александра Невского) воспринимает черты воинской повести. Страна собирается с силами, в том числе и с духовными, для борьбы с Ордой.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >