Теория культурно-исторических типов Н. Я. Данилевского

Проблемы культурно-исторической цикличности и анализ типов цивилизаций нашли свое продолжение у оригинального русского мыслителя. Данилевский Николай Яковлевич (1822—1885), чье имя упоминается первым в ряду таких мыслителей, как О. Шпенглер, А. Тойнби, Ф. Нор- троп, А. Шубарт, П. А. Сорокин, считается основоположником «пространственно-временной локализации явлений культуры». Именно так был оценен в 1964 г. вклад Н. Я. Данилевского Международным обществом сравнительного изучения цивилизаций.

Работа «Россия и Европа» (1869) Н. Я. Данилевского (1822 — 1885) по своему жанру ближе к традициям отечественной социальной философии, нежели к собственно социологии, которая в тот период проходила сложный процесс научной институционализации; вполне очевидно, что социальная философия (философия истории) под влиянием идей позитивизма постепенно превращается в социологию. П. Сорокин назвал статью, в которой он анализирует концепцию Н. Я. Данилевского, «Макросоциологическая теория цивилизации». Эта теория, но словам Сорокина, «...стала великолепным и замечательным вкладом в философию истории и культурную социологию». Методологической основой работы II. Я. Данилевского «Россия и Европа» является органическая теория, из которой и выводятся «культурно-исторические типы.

Органическое объяснение природы и общества в их специфике и целостности принадлежит к числу «сквозных» концепций в истории русской философии и социологии. Ей следовали люди различных, часто взаимоисключающих политических и теоретических взглядов, она существовала в многообразных вариантах, включаясь в системы идей или являясь их формообразующим началом, и приводила, разумеется, к несовпадающим выводам. Поэтому принципы «органицизма» в истории русского мышления шрали роль определенной методологической установки, способа осмысления, приемов исследования и изложения научно-философских проблем в их связях, в их системности.

Работа Н. Я. Данилевского «Россия и Европа» содержит большой фактический материал. Главная гема книги — определение будущего России, условия культурно-исторического развития русского народа и славян. В решении этой темы Н. Я. Данилевский стоял на позициях, восходящих к идеям славянофильства. Эга позиция II. Я. Данилевского подвергалась уничтожающей критике со стороны его противников. Многие современники Н. Я. Данилевского — публицисты, писатели, ученые, общественные и политические деятели — имели прозападную ориентацию, которая доходила норой до национальною нигилизма и даже русофобии. В этих кругах книга Н. Я. Данилевского была встречена в штыки. Против нее объединились западники всех партий и оттенков от крайне правого «Русского вестника» (М. Н. Катков) до демократически- народнического «Русского богатства» (Н. К. Михайловский). Не нашли ничего позитивного в идеях Данилевского и представители социологической науки — М. М. Ковалевский и II. Кареев, а В. Соловьев признал труд Н. Я. Данилевского за «литературный курьез», не заслуживающий серьезного критического разбора. Либеральная печать с «Вестником Европы» во главе обвинила Н. Я. Данилевского в отрицании всякою «нравственного отношения к прочим народам и целому человечеству», назвала его пророком «смертельной борьбы России со всем Западом, т. е. со всем образованным миром».

Кроме вопросов, имеющих непосредственное отношение к теории культурно-исторических типов, в книге Н. Я. Данилевского немало проблем, которые затрагивают сферу знания, именуемую сегодня геополитикой. Как писал в этой связи П. Сорокин: «Данилевский заложил свою теорию структуры и динамики «культурно-исторических типов» не только ради ее самой, сколько для объяснения значительно более узкой проблемы — почему Европа (и Запад) постоянно остаются враждебными России». Именно этот аспект книги Данилевского вызывал у современников особенно острые споры и различного рода дискуссии. Н. Я. Данилевский пришел к жесткому выводу: «Европа враждебна России». Ссылаясь на исторический опыт, он предостерегал от политической и культурной экспансии с Запада и категорически возражал против системы политическою равновесия как принципа межгосударственных отношений ведущих европейских стран. По II. Я. Данилевскому, политическое равновесие выгодно европейским государствам, которые всегда договорятся друг с другом в действиях против России. Так, Россия никогда не нападала на Европу, Европа — неоднократно вторгалась в Россию, вынуждая ее защищаться и изгонять агрессора. «Причина гораздо глубже. Она лежит в неизведанных глубинах тех племенных симпатий и антипатий, которые составляют как бы исторический инстинкт народов, ведущий их (помимо, хотя и не против их воли и сознания) к неведомой для них цели...», — таков вывод философа. Гарантией безопасности России и всего славянскою мира может быть только несогласованность, разобщенность целей Англии, Франции, Германии, Австрии. Н. Я. Данилевский высмеивал космополитсгвующих русских политиков за их «тщеславноунизительное» стремление «втереться в Европейскую семью», которая Россию всегда отторгала и оттесняла на Восток. Историческая регроспектива отношений Европы и России позволила ему выявить основные тенденции европейской политики, обнаружить ее геополитические закономерности.

История России (по крайней мере двухсот лег) рассматривается Н. Я. Данилевским во всех многосложных и изменчивых связях и взаимодействиях со странами Европы. Он считает, что любые социальные преобразования будут безуспешными, более того — разрушительными, если они осуществляются вопреки национальным интересам. Служение своему народу, защита его национальных интересов всегда признавались нормой убеждений и поступков, если решение собственных национальных проблем согласуется с уважением нрав и достоинства людей другой национальной принадлежности, которые, со своей стороны, не претендуют на какую-либо особую роль по отношению к другой нации.

Анализируя процессы культурно-исторического развития II. Я. Данилевский одним из первых в русской социальной мысли начал развивать идею о подчиненности исторического бытия тем же законам, каким подчинена природа в органической сфере. В этой связи он рассчитывал заменить «искусственную» систему обьяснения истории, господствовавшую в исторической науке, на «естественную», обращающую внимание на многоплановость исторической жизни. Естественная же модель, согласно Н. Я. Данилевскому, позволит объяснить исторический процесс с максимальной объективностью, представив его в качестве совокупности разнообразных индивидуализированных форм жизни народов, национальных образований, существующих самобытно и определяемых своими собственными, внутренними стимулами и факторами. Таким образом, в объяснении истории II. Я. Данилевский исходил не из установки «единой нити в развитии человечества», образующей одну общую цивилизацию, а из теории множественности и разнокачественное™ человеческих культур. Это означало отказ от европоцентристского понимания общественного иршресса и исключало подмену (подавление) одной культуры другой.

В основе концепции философии истории, Н. Я. Данилевского лежит своеобразие и неповторимость национального бытия. Этот принцип он превратил в основополагающий в истолковании мировых процессов. По мнению Н. Я. Данилевского, в истории не было ни одного единовременного общечеловеческого события, поэтому деление на древнюю, среднюю и новую истории слишком условно. (Какое дело было, например, Китаю или Индии до падения Рима - даты, условно отделяющей древнюю историю от средней?). По его мысли, все исторические племена имели свою древнюю, среднюю и новую истории. Самое главное деление истории есть отличение культурно-исторических типов, т. е. «самостоятельных, своеобразных планов религиозного, социального, бытового, промышленного, политического, научного, художественного развития». В этой связи, Н. Я. Данилевский выделяет в хронологическом порядке следующие культурно-исторические типы, или самобытные цивилизации:

  • 1) египетский;
  • 2) китайский;
  • 3) ассирийско-вавилоно-финикийский, халдейский, или древнесемитический;
  • 4) индийский;
  • 5) иранский;
  • 6) еврейский;
  • 7) феческий;
  • 8) римский;
  • 9) ново-семитический, или аравийский;
  • 10) германо-романский, или европейский.

Он также считал, что к этим типам можно отнести еще два американских — мексиканский и перуанский, погибших насильственной смертью и не успевших завершить своего развития; эти народы были «положительными» деятелями в истории человечества: каждый развивал самостоятельным путем начала, заключавшиеся в особенностях как его духовной природы, так и во внешних условиях жизни.

Среди культурно-исторических типов Н. Я. Данилевский различает:

уединенные; преемственные, плоды которых передавались от одной культуры к другой. Преемственными типами были египетский, ассирийско-вавилоно-финикийский, греческий, римский, еврейский и германо-романский (европейский). Н. Я. Данилевский считал, что, поскольку ни один культурно-исторический тин не может прогрессировать бесконечно, гак как каждый народ «изживается», то результаты, достигнутые последовательными трудами этих пяти-шести цивилизаций, своевременно сменявших одна другую, далеко превзошли уединенные цивилизации, каковыми были китайская и индийская.

Кроме «положительных», созидательных, по названию Н. Я. Данилевского, культурных типов или самобытных цивилизаций, есть еще и временно появляющиеся феномены, «смущающие современников»: гунны, монголы, турки, которые, совершив свой «разрушительный подвиг», «помогли испустить дух борющимся со смертью цивилизациям и, разнеся их останки, скрываются в прежнее ничтожество», т. е. развития не получают.

Н. Я. Данилевский выделяет также племена, судьбе которых выпадает роль лишь «этнографического материала». Они являют «неорганическое вещество, входящее в состав исторических организмов — культурно-исторических типов», и, увеличивая собой разнообразие и богатство этих типов, сами не могут достигнуть масштаба и глубины исторической индивидуальности. Такими были финские и другие племена, значение которых еще меньше.

Н. Я. Данилевский считает, что лишь немногие народы смогли создать великие цивилизации и стать «культурно-историческими типами».

Все народы он разделяет на три основных категории:

  • • на позитивных творцов истории, создавших великие цивилизации и культурно-исторические тины;
  • • негативных творцов истории, которые, подобно гуннам, монголам и туркам, не создали великих цивилизаций, но как «божий кнут» способствовали гибели дряхлых умирающих цивилизаций;
  • • народов, творческий дух которых но какой-то причине задерживается на ранней стадии, не получает развития и становится этнографическим материалом, используемым творческими народами для обогащения своих цивилизаций.

Следовательно, но теории Н. Я. Данилевского, на долю народов в истории выпадают следующие задачи:

  • 1) положительная деятельность культурно-исторического типа;
  • 2) разрушительная деятельность «бичей Божиих», предающих смерти дряхлые, «томящиеся в агонии» цивилизации;
  • 3) служение чужим целям в качестве этншрафического материала.

H. Я. Данилевский выделяет и общие черты, принадлежащие культурно-историческим типам — законы культурно-исторического движения, которые, «будучи выводами из прошедшего», могут служить «нормою для будущего».

I. Всякое племя или семейство народов, говорящее на одном языке (группой языков, близких между собою), составляет самобытный культурно-исторический тип, если оно вообще но своим духовным задаткам способно к историческому развитию и уже вышло из младенчества, т. е. он выделяет общность языка.

  • 2. Для того, чтобы цивилизация, свойственная культурноисторическому типу, могла зародиться и развиваться, необходимо, чтобы народы, к нему принадлежащие, пользовались политической независимостью (суверенитетом).
  • 3. Основы цивилизации одного культурно-исторического тина не передаются народам другого типа. Каждый тин вырабатывает их для себя, при большем или меньшем влиянии чуждых, предшествовавших ему или современных цивилизаций.
  • 4. Цивилизация, свойственная каждому культурно-историческому типу, тогда только достигает полноты, разнообразия и богатства, когда разнообразны этнографические элементы, составляющие этот тип, когда они не поглощены одним политическим целым, пользуются независимостью и составляют федерацию, т. е. в его понимании предпочтительнее федеративное устройство государства.
  • 5. Процесс развития культурно-исторических типов, по Н. Я. Данилевскому, уподобляется тем многолетним однополым растениям, у которых период роста бывает неопределенно продолжителен, но период цветения и плодоношения относительно короток и истощает раз и навсегда их жизненную силу.

По третьему закону Н. Я. Данилевского, начала цивилизации не передаются от одной цивилизации к другой (он приводит исторические примеры развития Египта, Китая, Индии и др.). Из этого не следует, что они остаются без всякого воздействия друг на друга. Н. Я. Данилевский выделяет три основные формы взаимодействия (воздействия) цивилизаций.

  • 1. Посредством пересадки или колонизации, т. е. политической или религиозной экспансии развитых государств. Она предполагает повсеместное распространение единственной формы цивилизации любыми средствами и методами, вплоть до признания целесообразности уничтожать прочие народы, служащие тому препятствием, или превращать их в этнографический материал. Таким образом, финикияне передали свою цивилизацию Карфагену, греки — Южной Италии и Сицилии, англичане — Северной Америке и Австралии.
  • 2. Посредством прививки или ассимиляции, — такая форма воздействия одного народа на другой, которая без учета особенногей «цивилизуемых» народов создает условия для их использования в целях ускоренного развития на новой почве. Если такая прививка и приносит плоды, то за счет прекращения роста самобытных начал гой культуры, которая становится базой для насаждения. Греческим черенком была Александрия на египетском дереве; Цезарь привил римскую культуру к кельтскому корню. Автор приводит попытку Петра I привить чужеземную западную культуру на славянской почве, что ослабило русскую «растительную» силу и породило не свойственные русской почве негативные явления.
  • 3. В качестве удобрения, т. е. плодотворное воздействие развитой цивилизации на только еще складывающуюся. Египет и Финикия действовали на Грецию, Греция — на Рим, а Рим и Греция — на германо- романскую Европу. Эта форма влияния связана с признанием нрава народа на самобытное творчество и предполагает использование и самостоятельную переработку им результатов предшествующих цивилизаций, особенно в плане усовершенствования промышленности и заимствования достижений науки. Причем сохранение политической независимости, специфического общественного устройства, быта, нравов являются в этом случае необходимыми условиями. Последняя модель культурного взаимовлияния в своем роде идеальна, но она, по мысли Н. Я. Данилевского, получила и реальное воплощение. Это то взаимодействие, которое связало в единый преемственный ряд египетскую, финикийскую, 1реческую, римскую и романо-германскую цивилизации, что привело к небывалому и устойчивому расцвету культуры в современной Европе и послужило созданию «иллюзии о едином всемирном историческом процессе».

На основании 1рупнировки исторических явлений по культурноисторическим типам II. Я. Данилевский делает вывод, что «цивилизация, т. е. раскрытие начал, лежащих в особенностях духовной природы народов, составляющих культурно-исторический тип под влиянием внешних условий, которым они подвергаются в течение своей жизни, тем разнообразнее и богаче, чем разнообразнее, независимее составные элементы, т. е. народности, входящие в образование типа».

Закон культурно-исторического движения, по Н. Я. Данилевскому, гласит, что период цивилизации каждого типа короток и вторично не наступает. Под периодом цивилизации Н. Я. Данилевский понимает время, в течение которого народы, составляющие культурно-исторический тип:

  • 1) вышли из чисто этнографической формы быта (что должно соответствовать древней истории);
  • 2) создали и укрепили себя как самобытную политическую единицу (средняя история);
  • 3) проявили свою духовную деятельность во всех направлениях, т. е. не только в отношении науки и искусства, но и в практическом направлении, осуществив свои идеалы правды, свободы, общественного устройства и личного благосостояния.

Период цивилизации заканчивается тогда, когда иссякает творческая деятельность: или народы успокаиваются на достигнутом, считая заветы старины вечным идеалом для будущего, или дряхлеют в апатии самодовольства, т. е. наступает период застоя. Кроме того, сам процесс усложнения и совершенствования кладет предел upoipeccy в той отрасли человеческой деятельности, на которую в течение долгого времени обращалось внимание и на которой сосредотачивались главные усилия. Следовательно, чтобы поступательное движение человечества не прекратилось, необходимо искать новые точки приложения сил, новые технологии, инновационные пути развития. А главное, нужно, чтобы на историческое поприще вступили «другие психические особенности, другой склад ума, чувств и воли, которыми обладают только народы другого культурно-исторического типа», г.е. народы каечетвнно нового типа.

Прогресс по Н. Я. Данилевскому состоит не в том, чтобы идти всем в одном направлении (в таком случае он скоро бы прекратился), а в том, чтобы исходить все поле, составляющее поприще исторической деятельности человечества, во всех направлениях. Поэтому ни одна цивилизация не может гордиться гем, что она представляла высшую точку развития, в сравнении с ее предшественницами или современницами во всех сторонах развития. Поясняя свою мысль, он приводит примеры из истории развития феческой и европейской цивилизаций. Так, но Н. Я.

Данилевскому, в мире идей красоты греческий мир дошел до крайнего предела совершенства, и ни одна другая цивилизация, в том числе и европейская, не произвели ничего такого, что бы могло даже сравниться с произведениями греческого пластического искусства. И дальше в этом направлении не может идти никто. Поэтому народы европейского культурного типа пошли в другом направлении — по пути аналитического изучения природы и создали положительную науку, подобной которой не имеет никакая другая цивилизация. Правда, духовные дары народов каждого типа не гак односторонни, чтобы преследовать только одну линию жизни. К примеру, (реки сделали много для науки и были предвестниками этого направления для европейской культуры. Точно так же и европейцы много сделали для искусства и расширили его сферу.

Рассматривая перспективы развития отдельных культурно- исторических типов и человеческой цивилизации в целом, Н. Я. Данилевский затрагивает острую проблему взаимоотношений национального и общечеловеческого. Он отмечает, что отношение национального к общечеловеческому обыкновенно представляют как противоположность случайного существенному, тесного и ограниченного — просторному и свободному. «Общечеловеческим гением считается такой человек, который силою своего духа успевает вырваться из пут национальности и вывести себя и своих современников... в сферу общечеловеческого». Цивилизационный процесс развития народов заключается именно в постепенном освобождении от национально ограниченного и случайного и вступлении в область всеобщности общечеловеческого. Такова, например, роль Петра Великого, который вывел русский народ из плена национальной офаниченности и указал путь к upoipeccy человечества.

И здесь II. Я. Данилевский, верный своей идее многополярности мира и уникальности каждого культурно-исторического типа, выступает против попыток отождествления и навязывания достижений той или иной культуры, в данном случае европейской, в качестве общечеловеческой. Он отмечает, что, несмотря на все неудачи претензий Европы быть образцом в сфере сознания, общественно-политической, религиозной и других, «...все же продолжают смешивать Европу с человечеством, утверждать, что она вышла из сферы ограниченно-национального в сферу общечеловеческого». II. Я. Данилевский пытается выяснить причины, которые заставляют смешивать национально-европейское с общечеловеческим, а также ответить на вопрос: можно ли вообще противопоставлять национальное общечеловеческому? Н. Я. Данилевский, верный принципам естественнонаучного познания, пытается развести общечеловеческое и национальное путем сопоставления их ио уровню обобщения и приводит примеры из природной сферы. По его мнению, человечество и народ (нация или племя) относятся друг к другу, как родовое понятие к видовому, и отношения между ними должны быть, как между родом и видом. Так Н. Я. Данилевский использует логику в борьбе с целями западной культуры, в которых заложен определенный социально-политический смысл, а именно подчинить все народы стандартам и нормам европейской культуры. Для Н. Я. Данилевского общечеловеческой цивилизации не существует и не может существовать

Рассматривая культурно-исторические типы как «противовес» общечеловеческой цивилизации, он соотносит их с «великим лингвистикоэтнографическим семейством или племенами человеческого рода». Семь таких семейств народов он относит к арийской расе, пять из которых выработали более или менее полные и совершенно самостоятельные цивилизации. Шестое — кельтское, лишенное политической самостоятельности еще в период своего этнографического развития, не составило самобытного культурно-исторического типа и было превращено в этнографический материал для римского, а затем европейского культурно-исторического типа.

Седьмое из этих арийских семейств народов составляет славянское племя, где значительная часть славян образует политически независимое целое — Великое Русское царство. Остальные славяне хотя и не составляют самостоятельных политических единиц, но выдержали все пронесшиеся над ними бури, не потеряв своей самобытности, сохранив язык, нравы и в значительной части принятую ими в начале форму христианства — православие.

Учитывая роль и значимость европейской культуры в развитии современного человечества, тем более, что она находится в апогее своего развития, II. Я. Данилевский задается вопросом: «Удобное ли это время для скромных задатков новой (славянской) культуры, новой цивилизации?» II. Я. Данилевский приходит к заключению, что «развитие самобытной славянской культуры не только вообще необходимо, но теперь именно своевременно».

Основа цивилизации - культура, а каждая культура, по Н. Я. Данилевскому, проходит в своем развитии те же стадии, что и живая природа: рождение, расцвет, упадок, гибель. Автор делает сравнения в подтверждение этой гипотезы, из которой видно, что высшей точкой развития культуры является творческая эпоха, создающая цивилизационные силы. Затем идет время расцвета искусств и философии, вырастает положительная наука, характеризующая то время, когда «творческие силы уже довольно далеко оставили за собой эпоху своего летнего солнцестояния». Н. Я. Данилевский считает, что нельзя с полной достоверностью сказать, «достигла ли Европа позднего лета или ранней осени», но уж время летнего «солнцестояния» она пережила. Если плод, но преимуществу, — дар осени, а цвет — дар конца весны, то точно гак же высший момент творчества общественных сил — время, «когда проявляются окончательно те идеи, которые будут служить содержанием всего дальнейшего культурного развития».

Однако высший расцвег цивилизации недолговременен, творчество народов нередко иссякает гораздо быстрее, чем происходит многовековой процесс накопления и созревания его сил. Для II. Я. Данилевского характерно предчувствие надвигающегося глобального кризиса культуры, ставшее впоследствии мироощущением целого поколения многих мыслителей и социально-психологическим фактом развития Европы. Правда, для Н. Я. Данилевского этот кризис еще в значительной мере остается европейским, для России он видит возможность фядущего расцвета, и этим обусловлено его стремление изолировать Россию от Европы, не дать проникнуть в ее организм губительным началам разложения. Н. Я. Данилевский рисует Европу настроенной по отношению к России враждебно из-за того, что именно России суждено сменить романо-германцев на исторической арене и тем самым продлить культурно-историческое существование человечества.

Миссия России, по Н. Я. Данилевскому, — приведение человеческой культуры к единству, ее окончательная универсализация, выведение ее за пределы замкнутой и самодовлеющей Европы. Русское государство, но Н. Я. Данилевскому, основывалось на незыблемой народной основе, и русский народ не утратил своих нравственных достоинств, а также вещественной основы для дальнейшего своего развития, поскольку он сохранил владение землею в несравненно большей степени, нежели какой бы то ни было европейский народ. Имея в виду государственные задатки русского народа, которые покоятся на общинной форме землевладения, Н. Я. Данилевский считал, что русский народ подготовлен к принятию фажданской свободы взамен племенной воли, которой он должен лишиться во время своего государственного роста. Причем доза свободы, которую он может вынести, с одной стороны, больше, чем у всякого другого народа, потому что, обладая землею, он одарен в высшей степени консервативными инстинктами, гак как его собственное положение не находится в противоречии с политической будущностью; с другой же стороны, сами политические фебования в высшей степени умеренны, поскольку за отсутствием борьбы между различными слоями русского общества он не видит во власти врага, а относится к ней с полнейшею доверенностью.

Н. Я. Данилевский развивал и доказывал идею мирного развития России. Продолжая свою мысль, основываясь на очевидных фактах развития русской государственности, Н. Я. Данилевский, как и многие русские мыслители, верил, что российское государство никогда не имело и, по всей вероятности, никогда не будет иметь политической революции, цель которой — ограничение размеров власти или присвоение всего объема власти или части ее каким-либо сословием. К различным новациям относительно устройства русского государства Н. Я. Данилевский относится весьма осторожно и болезненно, считая, то Россия не нуждается ни в каких «придуманных планах перестройки зданий», гак как эго приведет только к разрушению здания, давно законченного. Н. Я. Данилевский был сторонников эволюционного пути развития России.

Н. Я. Данилевский показывает путь культурно-исторического развития, но его мнению, единственно правильный, не как линейное движение народов но заранее заданной схеме, а как совершенствование в глубинах самобытности, самооиределенности, самотождественносги каждою народа и каждой нации с одновременным усвоением всею богатства, выработанного всеми народами за всю историю их существования.

Пытаясь объяснить положение славянского мира в истории, Н. Я. Данилевский призывает вернуться к народным, национальным началам, черпать в них силу. Главный вывод автора «Россия и Европа», предназначение славян не в том, чтобы обновить весь мир или найти решение исторической задачи для всего человечества, они представляют особый культурно-исторический тип, рядом с которым могут существовать и развиваться другие тины.

Достоинством любой нации, ее силой и мощным объединительным началом во все времена являлось такое качество, как способность ее к самоуважению. В вере в свою землю, в непобедимость русского народа, величие его государя, полководцев, святых Н. Я. Данилевский видел истоки русского патриотизма. Чувство своей судьбы, своей предначертанное™ — вот что делает народ нацией, ставит перед ним цель. Русская жизнь была «насильственно перевернута на иностранный лад» и Н. Я. Данилевский выделяет три формы этих изменений: искажение народного быта; заимствование различных иностранных учреждений; европейская точка зрения на внутренние и внешние вопросы русской жизни.

В изменении культуры и её ориентации «на иностранный лад» всех внешних форм быта II. Я. Данилевский видит искажение русского образа. Последствия этого весьма существенны: затруднена возможность зарождения и развития народного искусства, русский народ лишился самобытности и в промышленности. Но самое главное то, что вследствие изменения форм быта русские раскололись на два слоя. Низший слой остался русским, высший сделался европейским. Самая пагубная и вредная, ио мнению автора, форма «евронейничанья» — взгляд на русскую жизнь через «европейские очки», когда все явления русской жизни во что бы то ни стало втискиваются в нормы европейской жизни — бессознательно, вследствие «иссякновения самобытного родника русской мысли», или сознательно, с тем, чтобы придать этим явлениям почет и достоинство, которого они будто бы лишились, если б не имели европейского характера. Н. Я. Данилевский показывает, что самобытнсть — есть нормальное состояние российской культуры.

В то время передовым слоям русского общества были присущи нигилизм, аристократизм, демократизм, конституционализм, которые составляют, no Н. Я. Данилевскому, только частные проявления негативных последствий русского «евронейничанья». Самым опасным является «балансирование» перед общественным мнением Европы, которую «признали своим судьей, перед решением которою заискиваем». Это отношение к иностранному общественному мнению не могло не лишить нас «всякой свободы мысли, всякой самостоятельности».

По мнению Н. Я. Данилевского, такой расклад очень выгоден Европе. Он видит интересы Европы и России прямо противоположными. Роль, предназначенная Европой для России на всемирно-историческом театре, - быть носителем и распространителем европейской цивилизации на Востоке. По мнению Н. Я. Данилевского, для России — государства могущественного — это оскорбление: ей уготована роль сердцевины славяно-православной цивилизации.

Государственные завоевания, войны, столкновения наложили тяжелый отпечаток на особенности психического строя европейцев. Главной такой особенностью Н. Я. Данилевский считает развитое чувство индивидуализма, принцип предпочтения собственного мнения и интереса, который порождает насильственность в религиозной, общественной и политической жизни. Проявляясь в сфере религии нетерпимостью к иным вероисповеданиям, инквизиционным процессам, в политике — революционными переворотами, афессией, колониальными завоеваниями, этот принцип подчиняет себе все остальные проявления европейской цивилизации.

Россия в этом отношении, по Н. Я. Данилевскому, представляет собой полную противоположность Западу. Основными ее чертами являются терпимость к иновсрующим, прирожденная гуманность, а ныне — толерантность. Это качество повлияло и на законы России. Не случайно в эпоху средневекового варварства в России была отменена смертная казнь, а народы, присоединенные к России, сохранили свободу и право на собственность.

Огромную роль в противостоянии России и Европы, но мнению автора, траст различие вероисповеданий. Протестантизм отвергается II. Я. Данилевским как противостоящий соборности, как субъективная религия, которая освящает произвол личности предоставлением права на истолкование Святого Писания. Появление мусульманства представляется ему загадочным шагом истории. Смысл его II. Я. Данилевский склонен угадывать в невольном содействии славянству, в создании преграды между славянским миром и Европой, которая неизбежно бы ассимилировала находящиеся на ранних стадиях развития племена, не будь у нее на пути мусульманства. Кульминационным пунктом построения теоретической концепции культурно-исторических типов является глава XVII «Славянский культурно-исторический тип».

H. Я. Данилевский дает собственное понимание прогресса, который, по его мнению, состоит не в том, чтобы человечество шло в едином, созвучном ключе, а через посредство самобытных культурно-исторических типов. С этой целью автор «России и Европы» пытается определить общие категории, под которые можно было бы подвести все стороны человеческой деятельности и которые охватывали бы все разнообразие исторической жизни, обозначаемое словами культура и цивилизация.

К общим разрядам, которые не могут быть подведены один иод другой, а следовательно, признаны за высшие категории деления, он относит четыре типа культурной деятельности:

I. Деятельность религиозная, отражающая отношения человека к Богу, его понимание своей судьбы, неотделимой от общих судеб человечества и Вселенной. По Н. Я. Данилевскому, это народное мировоззрение, не как теоретическое знание, доступное немногим, а как твердая вера, составляющая живую основу всей нравственной деятельности человека.

  • 2. Деятельность культурная в узком смысле этого слова, которая охватывает отношения человека к внешнему миру: во-первых, теоретическое, научное; во-вторых, эстетическое, художественное и, в- гретьих, техническое, промышленное, т. е. добывание и обработка предметов внешнего мира применительно к нуждам человека.
  • 3. Деятельность политическая, охватывающая отношения людей между собой как членов одного народного целого и отношения этого целого как единицы высшего порядка к другим народам.
  • 4. Деятельность общественно-экономическая, объемлющая отношения людей между собой не непосредственно, как нравственных и политических личностей, а опосредованно — применительно к условиям пользования предметами внешнего мира, следовательно, и добывания, и обработки их.

Подобная типология видов культурной деятельности служит у Н. Я. Данилевского основанием для сравнения и классификации различных культурно-исторических типов.

Согласно Н. Я. Данилевскому, египетскую, китайскую, вавилонскую, индийскую и иранскую культуры можно назвать первичными, потому что они сами себя построили, сосредоточив в разных точках земного шара слабые лучи первобытной догосударственной деятельности человечества. Они не проявили себя ни в одной из перечисленных сторон человеческой деятельности, а были культурами подготовительными. В них религия, политика, культура, общественноэкономическая организация еще не выделились в особые категории деятельности. Еврейскую, греческую и римскую культуры (цивилизации) он рассматривал как одноосновные, поскольку каждый из этих культурных типов усовершенствовал лишь одну сторону культурной деятельности, потратив на это весь запас своей творческой энергии: древние евреи создали религию, греки — искусство, римляне — правопорядок.

Гсрмано-романские народы, но Н. Я. Данилевскому, пошли дальше и работали над развитием всех сторон культуры. Они основали могущественные государства, сформулировали гарантии личных политических свобод и распространили свою власть на все части света. В промышленности, технике, науке европейцы не имеют себе равных. Их искусство по степени совершенства уступает феческому, но гораздо шире. Однако ни в религиозном, ни в общественно-этическом отношении деятельность европейцев нельзя признать успешной: их экономика основана на насилии, а протестантизм и католицизм искажают религиозную истину о мире. Поэтому II. Я. Данилевский считает, что германо-романский культурно-исторический тип является двуосновным.

Славянский культурно-исторический тин должен реализовать в своем творчестве все четыре важнейшие культурные ценности: религию, политическую справедливость и свободу, собственно культуру (г. е. науку и искусство) и совершенный гармонический общественно-экономический строй, создать который не удалось западноевропейским народам. И если учение ранних славянофилов было по преимуществу культурологическим, го Н. Я. Данилевский расширяет его за рамки философии культуры и превращает в социологическое и геополитическое. Славянофильские воззрения Н. Я. Данилевского построены на более высоком теоретическом уровне, что дает основание рассматривать их как разновидность светской идеологии. А его органическая теория стала основой для непризнания существования универсальных законов исторического развития и построения концепции культурно-исторических типов. Последнее стало новой вехой философского осмысления истории, в частности построения концепции локальных цивилизаций О. Шпенглера и А. Тойнби.

Темы и вопросы для повторения

  • 1. Ковалевский М. М. о сущности, задачах и значении социологии.
  • 2. Ковалевский М. М. об организации (порядок но О. Конту) и эволюции (прогресс по О. Конту).
  • 3. Ковалевский М. М. о синтезе социологических школ в позитивной социологии.
  • 4. Ковалевский М. М. о плюрализме социологии, о признании множества причин общественного развития.
  • 5. Ковалевский М. М. о сравнительно-историческом методе, его сущности, принципах и роли.
  • 6. Учение Ковалевского М. М. об общественном прогрессе и росте (расширении) социальной солидарности, о социальной эволюции.
  • 7. Что является методологической основой теории культурноисторических типов II. Я. Данилевского?
  • 8. Укажите виды культурной деятельности, которые служат у Н. Я. Данилевского основанием для выделения культурно-исторических типов.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >