РОССИЙСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ

Глава 8. Экономическая модель России

Специфика экономической модели России

Из анализа экономического механизма России на базе индикаторов доклада «Глобальная конкурентоспособность» (см. табл. 1.1 и комментарий к ней) вырисовывается картина экономики с большим внутренним рынком и рядом неплохих макроэкономических показателей (вроде положительного платежного баланса и больших международных резервов), но которая отличается повышенной и не всегда эффективной ролью государства, доминирующего над бизнесом, который, в свою очередь, недостаточно зрел даже для нынешней стадии развития страны из-за плохой защиты прав собственности и слабой банковской системы, а также склонности к монополизму и слабой конкуренции.

Проверим часть этих характеристик на основе индекса экономической свободы — в нем Россия занимает 143-е место из 178 стран прежде всего из-за плохой защиты прав собственности и высокой коррупционной нагрузки на бизнес, а также низкой свободы инвестиций и финансовой свободы для бизнеса. Доминируя над частным бизнесом, российское государство более благосклонно к крупному бизнесу, что подтверждается низкой эффективностью антимонопольной политики в нашей стране (по этому показателю Россия занимает 83-е место, по данным доклада «Глобальная конкурентоспособность»). Государственное покровительство российским крупным компаниям обусловлено не только тем, что еще с советских времен они определяют лицо многих отраслей, но и тем, что верхушка российской бюрократии является совладельцами ряда крупных российских компаний, создавая им привилегированное (монополистическое) положение в экономике. Что касается среднего и низшего слоя российской власти, то он является владельцем и совладельцем ряда средних и малых компаний, которые также используют свою связь с государством. Говоря экономико-теоретическим языком, российская бюрократия получает политическую и на ее основе экономическую ренту за счет своей большой политической власти, позволяющей ей сильно контролировать бизнес и общество.

Стремлением госаппарата к контролю над бизнесом объясняется и слабая защита прав собственности в нашей стране (122-е место по оценке Всемирного экономического форума) и слабость институтов вообще, что позволяет госаппарату манипулировать бизнесом, в том числе и крупным. Подобная ситуация сильно уменьшает предпринимательский ресурс, заставляя бизнес приспосабливаться не только к конкуренции, но и к представителям власти, от которых часто зависит судьба той или иной фирмы. А в результате бизнес не стремится к долгосрочным инвестициям в стране, активно вывозит капитал за рубеж, слабее, чем в советское время, занимается инновациями и сильно подвержен погоне за рентой (rent-seeking behaviour), которую ему может обеспечить связь с властью.

Бизнес, находящийся под покровительством государственной власти в условиях невысокой внутренней конкуренции (по интенсивности конкуренции на внутреннем рынке Россия находится на 77-м месте в мире), недостаточно эффективен с макроэкономической точки зрения (является «неэффективным собственником» принадлежащих ему активов).

Он получает право на существование от бюрократии в обмен на признание выгодных ей правил игры, а также за взятки. Но для многих частных владельцев и совладельцев-госслужащих подобный бизнес эффективен, принося им немалую прибыль за счет монополизации наиболее прибыльных сфер хозяйственной деятельности, прежде всего добычи природных ресурсов и использовании госбюджетных средств.

Итак, для нынешней российской экономической модели характерно переплетение госаппарата с бизнесом, особенно крупным, при доминировании государства. Капитализм многовариантен и поэтому можно назвать российский вариант капитализма государственным капитализмом, добавив, что из-за заметного переплетения с крупным бизнесом (а он сильно сконцентрирован в руках физических лиц, называемых в России олигархами) это олигархический госкапитализм. Заметим, что преобладание власти над собственниками (система власти-собственности, при которой политическое лидерство дает право распоряжаться собственностью) наблюдается в России много столетий, будучи важным элементом «восточного деспотизма» («азиатского способа производства»)[1].

Подобный вариант госкапитализма нацелен не столько на модернизацию страны за счет использования силы государства, сколько на использование этой силы в интересах бюрократии и близких к ней компаний, преимущественно крупных, прежде всего с помощью административного ресурса (т.е. использования бюрократией государственной власти). Эта коалиция рентоориентированных сил выступает за такую модернизацию страны, которая сохранит их власть над экономикой и политикой. Отсюда нерешительность в проведении экономических реформ или их имитация, а в результате не проводятся решительно ни пролиберальные, ни прокейнсианские реформы. Правящая бюрократия заинтересована скорее в сохранения статус-кво, чем в экономических и политических реформах.

Противоядием от сохранения такого варианта экономической модели может быть поворот в сторону большей демократизации страны, что для экономического механизма означает усиление господдержки малого и среднего бизнеса, укрепление прав собственности, а также снижение уровня государственного вмешательства в повседневную деятельность фирм. Другое средство — это улучшение этического климата в стране, что для экономики означает усиление борьбы с экономической преступностью, особенно с коррупцией, а также усиление моральной ответственности власти перед обществом.

  • [1] Подробнее см.: Национальная экономика: учебник / под ред. Р. М. Нуреева. М., 2010.С. 88-93.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >