Политические и правовые учения в России в первой половине XIX в.

Либеральная и консервативная политико-правовая мысль в России в первой половине XIX в.

В начале XIX в. в России происходил закономерный и прогрессивный процесс вызревания и развития в недрах феодального строя новых капиталистических отношений. Исторической необходимостью стала ликвидация крепостничества, тормозившего развитие страны, что нашло отражение в дворянском и буржуазном либерализме, в идейных течениях «западников» и «славянофилов», их политико-правовых концепциях. Либералам противостояли консервативные сторонники сохранения крепостного права, неограниченной монархии.

Одним из видных представителей дворянского либерализма был Михаил Михайлович Сперанский (1772—1839). Будучи сыном сельского священника, он окончил Александро-Невскую семинарию. Благодаря своим способностям, Сперанский в 1803—1807 гг. стал директором департамента Министерства внутренних дел, а с 1807 г. — статс-секретарем императора Александра I. Несколько лет был в опале, но затем возвращен из ссылки.

Политические и правовые идеи Сперанский выразил в работах: «Краткое руководство к познанию отечественных законов», «Записка об основных законах», «Введение к Уложению государственных законов», а также в ряде официальных и неофициальных проектов.

Государство им рассматривалось как организация, созданная «для пользы и безопасности людей», подвластных закону. Высшая «державная» власть, считал он, вручена монарху для твердого соблюдения закона.

Сперанский стремился доказать историческую необходимость проведения реформы государственных учреждений, полагал, что Россия вполне к ним подготовлена. Цель преобразований он видел в установлении в России монархического правления, основанного на твердых «корневых» или «непременных» законах. Последние должны были вырабатываться и приниматься с участием выборной Государственной думы. Сперанский считал необходимым установить ответственность министров перед Государственной думой.

Собранные вместе «коренные» законы — конституция —должны были положить пределы неограниченной власти государя. В то же время Сперанский указывал, что император соединяет в своих руках все ветви власти — законодательную, исполнительную, судебную. «Общее соединение государственных сил, — писал он, — осуществляет Государственный совет, из которого ничто не выходит без Высочайшего утверждения».

Значительное внимание в проекте Сперанского было уделено правам граждан. Он их называл «безопасностью лица и имущества», что, по его мнению, состоит, во-первых, в свободе личной, состоящей в том, что никто не может быть наказан без суда и принужден к службе государству и отдельным лицам иначе, как по закону; во-вторых, в свободе вещественной, т.е. в праве собственника распоряжаться собственностью по своему желанию и в установленном порядке, при котором собственник не может быть лишен имущества без суда и не облагается податями иначе как по закону.

Права политические состоят, писал Сперанский, в избирательном (активном и пассивном) праве, праве занимать должности и участвовать в составлении законов. Он считал возможным дать политические права ремесленникам, рабочим людям, поденщикам, домашним слугам, выступал за постепенную отмену крепостного права.

Сперанский руководил подготовкой издания Полного собрания законов Российской империи в 45 томах и Свода законов Российской империи в 15 томах. В соответствии с его проектами был учрежден Государственный совет (1810), принят Закон о министерствах (1811).

Представителем консервативного направления политико-правовой мысли данного периода является Николай Михайлович Карамзин (1766— 1826) — писатель, публицист и историк. Свою политическую концепцию он выразил в «Истории государства Российского», а также в «Записке о древней и новой России в ее политическом и гражданском отношениях», составленной в 1811 г. на имя императора Александра I.

Карамзин придерживался естественно-правовой теории, утверждая, что законы гражданские в нравственном государстве должны полностью соответствовать законам естественным. Он подвергал критике тиранию Ивана IV, характеризуя ее как власть, при которой нарушаются естественные, положительные и нравственные законы. Писатель выступал за необходимость пересмотра всех российских законов путем проведения инкорпорации и кодификации в целях устранения из них устаревших и вредных положений.

Но вместе с тем он отрицательно отнесся к реформаторским затеям Сперанского, его идеалом была сильная монархия. По мнению Карамзина, просвещенный и гуманный неограниченный монарх принесет больше пользы, нежели конституционный. При этом он ссылался на географические и демографические факторы, полагая, что обширность территории России, численность народонаселения, а также былое историческое величие предопределяют в ней монархическую форму правления.

Карамзин был противником разделения властей, утверждая, что «две власти в одной державе суть два грозные льва в одной клетке, готовые терзать друг друга». Государь должен соединять в одном лице все власти, поскольку «наше правление есть отеческое и патриархальное», а особа монарха представляет образ Отечества. Сущность своих политических воззрений он выразил в афоризме: «50 хороших губернаторов лучше любой конституции».

К любым реформам Карамзин относился отрицательно, утверждая, что «всякая новость в государстве есть зло, к коему надобно прибегать только в необходимости». Он отстаивал незыблемость крепостнического строя, иначе «поля останутся необработанными, житницы — пустынны». Облегчение участи крестьян он видел в установлении над ними «благодеятельной власти помещика», введении умеренного оброка, ограничении размеров барщины.

Самодержавие, считал Карамзин, должно защищать крепостничество, права дворянства, в котором он видел «братство знаменитых слуг, великокняжеских или царских».

«История государства Российского» Карамзина способствовала пробуждению интереса к истории в широких кругах русского общества. Внешнеполитическая деятельность московских государей, по мнению Карамзина, заслуживала удивления своей мудростью, ибо они воевали только по необходимости, всегда были готовы к миру, «не алкали завоеваний неверных, желая сохранять, а не приобретать».

Первым поколением русских революционеров — дворян, выступивших против самодержавия и крепостничества, были декабристы — участники восстания 14 декабря 1825 г. Среди них особенно выделяется Павел Иванович Пестель (1793—1826) — сын крупного сановника, участник Отечественной войны 1812 г., полковник. Свои политические и правовые воззрения он изложил в обширном произведении «Русская Правда, или Заповедная Государственная Грамота Великого Народа Российского, служащая Заветом для усовершенствования Государственного Устройства России и Содержащая Верный Наказ как для народа, так и для Временного Верховного Правления», над которым работал около 12 лет.

Основная мысль произведения состояла в утверждении, что правительство существует для блага народа, в то время как «...народ существует для собственного блага». Для обеспечения этого принципа он считал необходимым создать совершенно новое, демократическое государство, могущественное, единое и нераздельное.

Монархия должна быть ликвидирована путем военного переворота, после чего создается диктатура временного Верховного управления, которое за 10—15 лет своего нахождения у власти подготавливает народ к конституции и обеспечивает созыв народного веча. В целях предотвращения реставрации монархии он считал необходимым убийство царя и истребление всех членов императорской фамилии.

Временное Верховное правление должно было провозгласить республику, ввести равенство всех граждан перед законом, уничтожить сословное деление общества, ликвидировать крепостное право, провести земельную реформу. Освобождение крестьян, считал Пестель, необходимо проводить с землей за счет земель, отобранных у помещиков.

Временное Верховное правление должно было также объявить свободу слова, печати, вероисповедания.

Пестель отвергал принцип разделения властей и предлагал провести честное разграничение компетенции между высшими органами государства. Верховная власть, по его замыслу, должна разделяться на законодательную, в лице Народного вече, верховно-исполнительную, в лице Державной думы и «власть блюстительную», в лице Верховного собора.

Народное вече должно было избираться гражданами, достигшими 20 лет. Всеобщее избирательное право, по мысли Пестеля, могло бы обеспечить выбор просвещенных и самых достойных людей.

Состав Державной думы предлагался из 5 лиц, избираемых народным вече на пятилетний срок. Один из ее членов выбирался самой думой в президенты сроком на один год и являлся, таким образом, главой государства.

Блюстительная власть вручалась Верховному собору в составе 120 членов, избираемых пожизненно народным вече из числа кандидатов, рекомендованных губерниями.

Пестель был защитником сильного унитарного государства и считал федерацию неприменимой к России «при обширном ее пространстве и большом количестве различных племен и народов, ее населяющих». По его мнению, федеральный строй может привести к восстановлению удельных порядков и отложению от России отдельных ее частей, тем более что они «различными языками говорят».

Пестель предлагал установить несменяемость судей и порядок отстранения их от должностей только по приговору суда.

Никита Михайлович Муравьев (1795—1843) — участник Отечественной войны 1812 г., один из создателей организации декабристов — «Союза Спасения». За участие в движении был присужден к смертной казни, замененной 20-летней каторгой.

Его взгляды были более умеренными, чем у Пестеля. В своем проекте конституции он отстаивал ограниченный ею монархический строй, а для избирателей представительных органов предлагал ввести высокий имущественный ценз. В проекте предусматривались также равенство всех перед законом, отмена сословных различий, свобода слова, печати, собраний, союзов, вероисповедания.

Н.М. Муравьев разработал три варианта Конституции, наиболее интересным признан второй проект (конец 1824 г.), где прежние республиканские воззрения сменились конституционно-монархическими с оговоркой о возможности введения республики. «Если бы императорская фамилия, — показал он на следствии, — не приняла конституции, то как крайнее средство я предполагал изгнание оной (фамилии) и предложение республиканского правления».

Единственным источником власти и сувереном Н.М. Муравьев признавал народ. Он был сторонником принципа разделения властей. Законодательная власть, по его проекту, вручалась Народному вече, состоящему из двух палат — палаты Народных представителей и Верховной думы. Палата Народных представителей избиралась в количестве 450 депутатов на два года по норме: один депутат от 50 тыс. жителей мужского пола.

Верховная дума должна была избираться от каждой из 30 держав, составляющих Россию как федерацию, сроком на шесть лет и со сменой ее состава на одну треть через каждые два года.

Исполнительная власть принадлежит императору «верховному чиновнику российского правительства», который при вступлении в должность приносит присягу Народному вечу, обязуется сохранять и защищать «Конституционный устав России». Император назначает глав «приказов»

«с совета и согласия Верховной думы», ведает дипломатией, командует военными силами.

Для организации судебной власти предлагалось учредить «Верховное судилище», состоящее из пяти или семи верховных судей, избранных Народным вече. Предусматривалось введение суда присяжных и избрание полицейских чинов населением.

По плану Муравьева, каждая из входящих в федеративное государство держав должна была иметь свои представительные учреждения в лице Державной думы и Палаты выборных. Исполнительная власть в державах вручалась Правителями, которые должны были назначаться федеральным Народным вече из кандидатов, выдвигаемых членами представительных палат.

Муравьев выступал за отмену крепостного права, с одновременным наделением крестьян землей «по две десятины на каждый двор для оседлости их».

Петр Яковлевич Чаадаев (1794—1856) — русский мыслитель и публицист, родом из дворянской семьи, участник Отечественной войны 1812 г., много путешествовал. Был членом тайных обществ декабристов, но относился к ним скептически. За опубликованные «Философические письма» («Письма о философии истории») был объявлен сумасшедшим и долгое время жил под домашним арестом.

В своем произведении Чаадаев подвергал критике отсталость крепостнической России и самодержавия. Причины этого он видел в том, что крепостничество и православная «византийская» церковь обрекают Россию на прозябание и невежество. Выступая против идеализации патриархально-крепостнических устоев российского самодержавия, он призывал передовых людей русского общества покончить с рабством и создать условия для прогрессивного развития России.

Однако в отличие от декабристов Чаадаев видел прогресс России не в политическом перевороте, а в постепенном нравственном обновлении. Не сочувствуя социализму, с которым был достаточно знаком, он тем не менее предсказал его победу: «Социализм победит не потому, что он прав, а потому, что не правы его противники». Чаадаев считал, что совершенствование человеческого разума приведет человечество к идеальному общественному строю.

О европейских революциях 1840-х гг. Чаадаев отзывался отрицательно. Он объявил себя приверженцем католицизма, в котором видел соединение религии с политикой. Критикуя православную церковь, Чаадаев вместе с тем воздавал должное православию на Руси, считал, что оно сформировало «духовное и душевное устройство человека — бескорыстие сердца и скромность ума, терпение и надежду, совестливость и самоотречение.

Ему, — писал мыслитель, — мы обязаны всеми лучшими народными свойствами, своим величием, всем тем, что отличает нас от прочих народов и творит судьбы наши».

Чаадаев признавал влияние географического фактора на развитие страны. Ближайшей задачей России он считал строительство железных дорог с тем, чтобы просвещение распространялось с такой же быстротой, как и в Западной Европе.

Лишенный возможности публиковать свои труды, Чаадаев тем не менее оказал значительное воздействие на представителей различных историко- философских и политико-правовых течений, особенно на западников и славянофилов.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >