Гражданское и семейное право

ПРОБЛЕМЫ ПРЕЗУМПЦИИ ВИНОВНОСТИ В ГРАЖДАНСКИХ ДЕЛАХ О ВОЗМЕЩЕНИИ ВРЕДА

Источником общественной опасности в гражданском нраве принято считать причину причинения вреда или ущерба. Вред как гражданская категория имеет материальную и нематериальную природу. Под материальным вредом принято подразумевать ущерб, причиненный одним субъектом правоотношения другому. Вопросы возмещения вреда, причиненного имуществу, жизни или здоровью гражданина, 1ражданским и 1раждан- ско-нроцессуальным законодательством отнесены к весьма важной и сложной в рассмотрении категории 1ражданских дел, причем правоотношения из нанесения вреда или причинения ущерба напрямую связаны с обязательственным правом, поскольку в результате возникновения ущерба или вреда одновременно порождается обязательство по его возмещению, то есть создается причинно-следственная связь между событием, в результате которого был нанесен ущерб, причинителем этого ущерба, а также иными лицами, участвующими в рассмотрении данного деликта. Материальный ущерб как основной признак данного деликта определяется весьма несложным способом - как правило, при судебном рассмотрении таких споров назначается экспертиза стоимости возмещения ущерба имущества, с моральным же вредом как нематериальной гражданско-правовой категорией дела обстоит гораздо сложнее - по сути, его оценка является во всех случаях субъективной: лицо, которому был причинен моральный вред, требует одну сумму возмещения вреда, причинитель вреда указывает, естественно, меньшую сумму, однако суд оценивает данные утверждения и требования, основываясь на собственных внутренних убеждениях. Вопросы возмещения вреда, как имущественного, гак и неимущественного характера, безусловно, являются одной из важнейших составляющих гражданского права, основные нормы, которыми регулируются данные правоотношения, содержатся в главе 59 Гражданскою Кодекса РФ[1] «Обязательства вследствие причинения вреда». В данной работе будут кратко затронуты основные правовые нормы данной главы, которая регулирует множество случаев возмещения вреда. Основной проблемой, выявленной при разработке диссертации, является то, что вся эта глава содержит в себе и основывается на правовой норме, которая но своей сути является противоречащей Конституции РФ, но законодателем это сделано таким образом, что никакой Конституционный Суд не сможет устранить эту норму, поскольку она слишком глубоко укоренилась в ткань гражданского закона. Речь идет о презумпции виновности причинителя вреда. Основы этой ан- типравовой нормы заложены в ст.1064 ч.1 ГК РФ, гласящей, что вред возмещается причинителем вреда, если он не докажет, что причинение вреда произошло не но его вине. Статья предусматривает также и невиновное возмещение вреда. Сама терминология и то, как сформулирован этот основополагающий принцип гражданского деликта ио возмещению вреда свидетельствует о том, что данная норма содержит правовые понятия негражданского характера, а уголовного и административного. Так, термин «вина» является сугубо уголовным или административным, в гражданском же праве законодатель во всех других случаях предлагает довольно обтекаемые формулировки «ответственности вследствие незаконных или неправомерных действий». Очевидно, что вина не может устанавливаться в гражданском порядке, поскольку в ]ражданском судопроизводстве возможно возложение ответственности вследствие каких-либо неправомерных действий. Презумпция невиновности формулируется нормами ст.49 Конституции РФ[2] - каждый обвиняемый или подозреваемый в совершении преступления или правонарушения считается невиновным, пока его вина не будет установлена и подтверждена вступившим в законную силу приговором суда. Очевидно, что речь здесь идет о делах, подразумевающих привлечение к наивысшему виду ответственности, предусмотренной законом - уголовной ответственности. Таким образом, для уголовного нрава и уголовного судопроизводства действует презумпция невиновности, и сама задача уголовного процесса состоит в том, чтобы обойти эту презумпцию - для стороны обвинения, и настоять на этой норме - для стороны защиты. При этом над доказательствами обвинения трудится целиком вся сторона обвинения - следствие и прокурор, а в гражданском процессе, где ни одна из сторон не уполномочена собирать доказательства вины, и сам суд в гражданском порядке не имеет нрава устанавливать виновных лиц, имеется подобная антиконституционная норма. Совершенно неоспорим тог факт, что если презумпция невиновности действует для свода уголовных законов как высшей меры ответственности в государстве, она непременно должна распространяться и на сферу гражданских правоотношений, однако эго не выполняется - все дела по возмещению вреда или компенсации ущерба рассматриваются с сугубо обвинительным уклоном. Сторона, обращающая за возмещением вреда в іражданском порядке, должна лишь указать размер вреда, описать обстоятельства, при которых был причинен вред, и указать на лицо, которое, по мнению истца, должно возмещать этот вред. При этом ни о какой ответственности в іражданском порядке речь не идет для такого истца. В уголовном праве заявитель сразу же предупреждается по ст.306 Уголовного Кодекса РФ1 за заведомо ложный донос, а в гражданском праве такой нормы не предусмотрено, и лицо, которое с момента приема такого иска, даже в том случае, если его вина не была ранее никем установлена, уже является причинителем вреда, и он обязан оправдываться и доказывать суду в порядке ст.56 Гражданского процессуального Кодекса РФ[3] [4] [5], что вред причинен не его действиями. По сути, такой ответчик заведомо лишен права на защиту - он вынужден искать доказательства своей невиновности без установления вины в каком-либо порядке. Эго явно противоречащее всем нормам и законодательству в целом положение. По сути, в неуголовный процесс публичного гражданского характера незаконно и необоснованно была внесена норма, противоречащая не только Конституции РФ, но и Уголовному Кодексу РФ, Уголовно- процессуальному Кодексу РФ[4] и Кодексу об административных правонарушениях[7]. Такая ситуация является опасной и противоправной, однако решения ее пока не представляется близким и возможным.

  • [1] См.: Гражданский Кодекс Российской Федерации (часть 2) от 26 января 1996 г. № 14-ФЗ // СЗ РФ. 1996г. №5. Ст.410; 2016. №22. Ст. 3094
  • [2] См.: Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.) // СЗ РФ. 2014. № 31. Ст. 4398.
  • [3] См.: Уголовный Кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. №63-Ф3 // СЗ РФ.1996 г. №25. Ст.2954.
  • [4] См.: Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14 ноября 2002 г.№ 138-ФЗ (ред. от 03 июля 2016) // СЗ РФ. 2002. № 46. Ст. 4532; 2016. № 27 (ч. 1). Ст. 4205.
  • [5] См.: Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 г.№174-ФЗ (в ред. от 22 ноября 2016) // СЗ РФ. 2001. № 52 (ч. 1). Ст. 4921; Российская газета.2016. №266.
  • [6] См.: Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14 ноября 2002 г.№ 138-ФЗ (ред. от 03 июля 2016) // СЗ РФ. 2002. № 46. Ст. 4532; 2016. № 27 (ч. 1). Ст. 4205.
  • [7] См.: Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. № 195-ФЗ (в ред. от 06 июля 2016, с изм. от 17 ноября 2016) // СЗ РФ. 2002. № 1(ч. 1). Ст. I; 2016. № 27 (ч. 1). Ст. 4205.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >