ЗАКОНОДАТЕЛЬНАЯ РЕГЛАМЕНТАЦИЯ ДОСРОЧНОГО ОСВОБОЖДЕНИЯ В ОТЕЧЕСТВЕННОМ И ЗАРУБЕЖНОМ УГОЛОВНОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ (СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ)

Изучение зарубежного опыта применения института условнодосрочного освобождения от отбывания наказания (далее- УДО) и его сравнение с российским опытом является и актуальным, и полезным. Законодательство, регулирующее процесс освобождения от наказания действовало уже в XIX веке в Европе и странах Северной Америки. В последующем этот институт подвергался существенным изменениям. Российское уголовное законодательство, регулирующее применение института УДО, имеет общие черты с особенностями применения данного института в Соединенных Штатах Америки.

Так, нормативные акты различных штатов США, регулирующие порядок УДО не отличаются единообразием в самом процессе регулирования. Это выражается в том, что в некоторых штатах в законодательстве отсутствуют нормы, регулирующие данный институт. Другими словами, УДО на территории данных штатов не применяется, поскольку реальное лишение свободы назначается за преступления, тяжесть которых предполагает отбывание наказания без возможности досрочного освобождения. Как и в России, при разрешении вопроса об УДО в США рассматриваются формальные и материальные критерии с учетом индивидуального подхода к осужденному. Возможность применения УДО зависит от нескольких составляющих, например, одним из них является наличие положительного заключения специального совета. Если совет принял положительное решение, то у осужденного прерывается отбывание приговора, а течение оставшейся чаеги срока или совокупного срока считается приостановленным.

После освобождения лицо все равно находится иод наблюдением правоохранительных органов, а именно, специалиста совета в течение еще одного года. Соблюдение условий освобождения в течение периода наблюдения погашает часть срока или совокупность срока, течение которого было приостановлено[1]. Таким образом, применение института УДО как в

США, гак и в Российской Федерации зависит от субъективного мнения специальной комиссии.

В странах Восточной и Западной Европы имеет распространение немного иная, чем в России форма реализации института УДО. Данная форма предусматривает специальный отбор осужденных для УДО и осуществление последующего за ними надзора. Кроме того, например, в Канаде и Великобритании осужденные, отбывающие непродолжительный срок наказания (до одного года), освобождаются в обязательном порядке по отбытии части срока (например, половины) и к згой категории осужденных не применяется освобождение под надзор.

Пробация в самом широком смысле охватывает любую деятельность, служащую реабилитации и реинтеграции преступника в общество. В этом контексте пробацию рассматривают как немаловажное звено социальной и уголовной политики, которая в дальнейшем должна способствовать уменьшению количества совершаемых преступлений, в особенности рецидивной преступности, и созданию более безопасного общества.

По мнению ученых, пробация - это не дополнение к системе уголовной юстиции, а ее необходимая и неотъемлемая часть[2].

В настоящее время в России не нашел своего решения на федеральном уровне в плане законодательной регламентации вопрос о трудоустройстве лиц, которые освобождаются из мест лишения свободы. Во многих же зарубежных странах данный вопрос успешно решается в рамках службы пробации.

В этом плане достаточно интересным является опыт Германии. Так, согласно ч. 3 сг. 57 Уголовного Кодекса ФРГ наблюдение со стороны службы пробации устанавливается только в том случае, если осужденный отбыл не менее одного года срока наказания. Назначенный сотрудник службы пробации осуществляет контроль за условно-досрочно освобожденными лицами, а также оказывает содействие и помощь. Помимо этого служба пробации сотрудничает с институтами, которые не относятся к судебной системе. Это, например, такие органы, как: консультации для наркоманов, должников, органы по делам несовершеннолетних, а также организации, которые предлагают осужденным финансовую помощь, коллективный груд, досуг, жилье, предоставляют возможность заниматься спортом. В одной из земель в Германии (Гессен) за условно-досрочно освобожденными лицами осуществляется электронный мониторинг службой пробации[3].

Не менее интересным является опыт применения пробации в Швейцарии, где сотрудники данной службы оказывают моральную и материальную помощь освобожденному лицу при устройстве жизни на свободе, участвуя в его размещении и устройстве на работу. В обязанность сотрудников надзора входит необходимость учитывать то, что освободившие лица, склонные к повторному совершению преступлений, например под влиянием алкоголя или наркотических средств, или в связи с психическими расстройствами, и поэтому необходимо постоянное наблюдение за ними со стороны врачей[4].

В России правоприменителям предоставлена гораздо большая свобода, они имеют возможность максимального учета личности осужденного, мотивов его поведения при применении УДО. Вместе с тем, перед судом встает вопрос об отнесении осужденного к категории «не нуждающихся» в полном отбытии наказания, что не исключает случаи необъективного судейского усмотрения. Эта размытая фраза дает правоприменителю полное право решать, кто нуждается в полном отбытии наказания, а кто - нет[5].

В законодательстве России также не приводится перечень критериев, которыми должны руководствоваться суды при рассмотрении вопроса о рациональности применения института УДО. Таким образом, на практике складывается такая ситуация, что в большинстве случаев оценка достижения всех целей уголовного наказания для каждого осужденного является субъективным мнением судьи, рассматривающего ходатайство об УДО. Хотя в Российской Федерации данный вопрос не имеет подробную регламентацию, он детально урегулирован законодательством ряда зарубежных государств. Примером может послужить ч. 2 ст. 305.9.

Примерного Уголовного кодекса США, которая содержит перечень сведений и обстоятельств, каждое из которых должно учитываться советом но принятию решения об УДО: «личность заключенного, включая его зрелость, твердость характера, чувство ответственности и любую явную эволюцию его личности, способную содействовать или препятствовать соблюдению им норм нрава; интеллектуальное развитие и полученное заключенным обучение; семейное положение заключенного и наличие у него родственников, проявляющих к нему интерес, а также наличие у него прочных и положительных связей в общине; трудовую биографию заключенного, его профессиональную квалификацию и стабильность его нахождения на работе по найму в прошлом; употребление заключенным в прошлом наркотиков или привычное и чрезмерное употребление им в прошлом алкоголя; психическое или физическое состояние заключенного, включая любого рода неспособность или недостаток, могущие повлиять на соблюдение им норм права; отношение заключенного к закону и власти и т.д.»[6].

Достаточно интересные основания применения института УДО закреплены в ч. 2 сг. 57 УК ФРГ. Данная норма дает прямое указание на то, что при решении вопроса о применении УДО следует принимать во внимание, в частности, личность осужденного, ценность правового блага, находящегося иод у1розой при совершении преступного деяния вновь, его прежнюю жизнь, обстоятельства совершенного деяния, поведение осужденного при отбывании наказания, условия его жизни и последствия, которые можно ожидать от него в случае УДО. Учет данных критериев, взятых в совокупности, позволяет суду принимать правильное решение ио каждому конкретному случаю применения УДО.

Решает вопрос об УДО суд, и в его обязанности входит изучение возможных последствий досрочного освобождения. Данное освобождение не должно противоречить интересам общественной безопасности. Во время принятия решения суду необходимо выслушать мнение как осужденного, так и администрации исправительного учреждения, как правило, основанное на заключении ответственной группы, в которую входит и сотрудник службы пробации[7].

Изучая зарубежный опыт применения УДО, конечно же, не следует в итоге слепо копировать его. Однако, полагаем, что адаптация такого опыта к российским условиям и последующая рецепция вполне возможна и даже целесообразна.

Попова В.В.

ФГБОУ ВО «Саратовская государственная юридическая академия» Научный руководитель: к.ю.н., доцент О.Ю. Красовская

  • [1] См.: Уголовное право США / сост., отв. ред. и автор вступ, ст. И. Д. Козочкин. :(сборн. норм.прав, актов). М. 1985. С. 118- 119.
  • [2] См., например: Нертли Л.Ф., Чернышева Д.В. Историко-правовой аспект и организация исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляцииот общества. М., 2012. С. 45.
  • [3] См.: Юрген М. Пенитенциарная система РФ в свете европейских стандартов.Пробация как альтернатива лишению свободы. Псков, 2008.С. 13
  • [4] См.: Плюснин А.М. Опыт условно-досрочного освобождения заключенных взарубежных странах: Учебное пособие. Киров, 2008. С. 32.
  • [5] См.: Дядченко Е.А., Ежова О.Н. Система оценки осужденных при направленииматериалов в суд для решения вопроса об условно-досрочном освобождении //Ведомости уголовно-исполнительной системы. 2010. N 12. С. 39 - 45.
  • [6] Цит. по:Плющева Е.Л . Опыт применения условно-досрочного освобождения взарубежных странах // СПС «Консультант»
  • [7] См.: Юрген М. Указ.работа. С. 53.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >