Методология исследования проблем взаимосвязи политической и экономической социетальных сфер общества

Современные исследования политической сферы общества, взаимодействующей с экономической, социальной, духовной и прочими его функциональными социетальными составляющими осуществляются преимущественно с использованием сравнительной политологии - компаративистики. Она позволяет анализировать общие черты и различия политических систем, процессов и политической жизни в целом.

Как составная часть науки о политике сравнительная политология возникла во второй половине XX в. Современный этап в её развитии берет отсчет с окончания второй мировой войны. Он связан с процессом развития политических наук в целом. Становление сравнительной политологии увязывают с именами западных исследователей: Г.Алмонда, С.Верба, Д.Истона, Р.Макридиса, Р.Арона, М.Дюверже, Ч.Рэгина, М.Шуга^та, Д.Кэрна, А.Лейпхарта, С.Хантингтона, П.Шарана и других 6 .

В частности, канадско-американский политолог Д.Истон[1] [2] [3] в ряде работ осуществлял анализ политических процессов и разработал теорию политических систем. Особое внимание он уделял разработке научной методологической проблематике. В конце 60-х гг. Истон провозгласил постбихевиоральную революцию[4], оказавшую влияние на развитие сравнительной политологии и политических структур (па примере политической системы США). Немаловажная роль отводилась возможности использования прикладных методов исследования политической сферы общества.

Областью исследований сравнительной политологии являются закономерности и категории. Посредством сопоставления однотипных политических явлений и категорий выявляются общие и специальные средства, выявляются наиболее оптимальные, эффективные формы политической власти, режимов и путей решения политических задач. В этом направлении политических наук осуществляется анализ и сопоставление таких категорий, как политическая жизнь, политические процессы, политические системы, политические отношения, институты, режимы, власть, партии, деятельность, движения и т.д.[5].

Наряду с историческим, системным, социологическим, психологическим, бихевиористическим, функциональным, институциональным, цивилизованно-культурологическим подходами, особое внимание в компаративистике уделяется сравнительному анализу. Он предполагает использование данных двух или более обществ, политических систем, режимов, континентов; логического и статического материала при рассмотрении политических явлений и категорий[6].

Изучение функционального аспекта взаимосвязи политики и экономики возможно с использованием методов системного анализа. Будучи основателями системного подхода Д.Истон и Г.Алмонд[7], представляли политическую систему в виде совокупности связей и взаимодействий, которые возникают внутри нее самой. Система является развивающимся и саморегулирующимся организмом, реагирующим на поступающие извне импульсы. Д.Истон, Г.Алмонд и их последователи выявили факторы, позволяющие политическим институтам самосохраияться, самовыражаться, поддерживать стабильность общества в стрессовых ситуациях. «Разработанная ими стандартизированная и логически концептуальная структура позволяет проводить сравнительный анализ политических систем»[8].

Системный анализ более гибок и эффективен, чем равновесный подход. Д.Истон в работе «The Political Systems» писал: «политическая система может быть определена как совокупность тех взаимодействий, посредством которых ценности авторитарным способом приносятся в общество, это именно то, что отличает политическую систему от других, взаимодействующих с ней систем. Окружение политической системы в системном анализе разделяют на две части: интрасоциетальную и экстрасоциетальную. Первая состоит из систем, которые не являются политическими в соответствии с определением природы политических взаимодействий. Интрасоциетальные системы включают такие множества типов поведения, отношений, идей, как экономика, культура, социальная структура, межличностные отношения. Они являются функциональными сегментами общества, компонентом которого является и сама политическая система. В конкретном обществе системы, отличные от политической, выступают источником множества влияний, в совокупности определяющих условия действия политической системы. В мире, где постоянно формируются новые политические системы, существует значительное количество примеров того, когда меняющиеся экономика, культура или социальная структура могут оказывать воздействие на политическую жизнь. Другая часть окружения политической системы экстрасоциетальна. Т.е. включает все системы, являющиеся внешними по отношению к данному обществу. Они выступают функциональными компонентами международного сообщества, суперсистемы, элементами которой можно считать конкретные общества»'70.

«Ключевой проблемой политической теории является не только разработка концептуального аппарата для понимания факторов, влияющих на все типы решений, принимаемых в системе, иначе говоря, формулировка теории аллокации»[9] [10] политических ресурсов. Как отмечал Д.Истон, «теория должна объяснить, с помощью каких механизмов системе удается выживать в течение длительного времени и как она преодолевает стресс, который может наступить в любой момент. Системный анализ политической жизни опирается па представление о системе, находящейся в некоторой среде и подвергающейся внешним возмущающим воздействиям, угрожающим вывести существенные переменные системы за пределы их критических значений»[11].

Анализ соотнесения политики и экономики с позиций современных теорий имеет ограничения. Суть их сводится к противоречию между точностью и реалистичностью, которое проявляется при попытках перенести выводы строгих академических экономических моделей на

173 гг

практику политического управления . Точность анализа достигается

173 Лприористский подход австрийской школы (Л.Мизес), к которому примыкали экономисты Л.Роббинс и Ф.Найт, заключается в том, что предпосылки рационального поведения, лежат в основе не только экономической теории, но и всей праксеологии - науки о человеческом поведении (в т.ч. и политическом). Индивид логическим путем выводит теоремы из аксиом, познанных путем интроспекции (метода психологического исследования, который заключается в наблюдении собственных психических процессов без использования каких-либо инструментов или эталонов, в условиях, приближенных к реальным). Поведенческие аксиомы, по мнению Мизеса, не подлежат эмпирической проверке. (См.: Mixes L. von. Human Action. Chicago, 1966. P. 64-69; Robbins L. An Essay on the Nature and Significance of Economic Science. L., 1935; Knight F. On the History and Method of Economics. Selected Essays. Chicago, 1956. P. 163- 168.) Классик экономического неолиберализма М.Фридмена считал, что «реалистичность предпосылок теории нс имеет значения при ее оценке». Его инструменталистский подход предполагает, что предпосылки теории, в том числе и поведенческие (максимизация прибыли), «могут быть» реалистичными, но это не имеет значения для оценки построенных на их основе теорий. Критерием приемлемости последних служит только точность получаемых с их помощью прогнозов. Таким образом, согласно Фридмену, проверять реалистичность предпосылок возможно, но не нужно. Говоря о «реалистичности» предпосылок экономической теории Фридмен имел в виду «конкретность» и «точность» самих предпосылок. Он возражал против того, что в экономические модели могут быть включены мотивы осознанные самими экономическими субъектами. (См.: Фридмен М. Методология позитивной экономической науки // THESIS. - 1994. Вып. 4. С. 20-52; Archibald G.C. The State of Economic Science// British Journal for Philosophy of Science. 1959. V. 10. P. 64-65.) Фридмен считал, что достаточно предположить, что предпосылки «как бы» (as if) верны, чтобы перейти к эмпирической проверке соответствующих прогнозов. Эта точка зрения приобрела популярность среди современных экономистов, но подверглась критике со стороны методологов экономической науки. В частности, критикуется так называемый «Фуклон» (F-twist) Фридмена, состоящий в том, что наиболее продуктивные, с точки зрения прогнозных свойств экономические теории обычно имеют наименее «реалистичные» предпосылки. Кроме того, данная методология позволяет обойтись без анализа мотивов экономических субъектов, что подрывает основы методологического индивидуализма и интенционального подхода к объяснению человеческого поведения. (См.: Schlicht Е. Rationality, Bounded or not, and Institutional Analysis // Journal of Institutional and Theoretical Economics. 1990. V. 146. P. 706.) Позицию Фридмена уточнил и развил Ф.Махлуп, который разделил «предпосылки» на «фундаментальные гипотезы» и «принятые условия», описывающие область допустимого применения теории. Принятые условия обязаны соответствовать наблюдаемой реальности, тогда как фундаментальные гипотезы не нуждаются в эмпирической проверке. Так, гипотезы максимизации представляют собой идеальные конструкции, эвристические постулаты, слишком удаленные от операциональных понятий, чтобы быть опровергнутыми эмпирически, и могут быть отвергнуты только вместе с теоретической системой, частью которой они являются. Взгляды Махлупа близки к методологии научно-исследовательских программ И.Лакатоша, в которой постулаты, составляющие «твердое ядро», не подлежат эмпирической проверке и могут быть отвергнуты только вместе с научно-исследовательской программой. (См.: Machlup F. Methodology of Economics and Other Social Sciences. N. Y., 1978. P. 148-150.) Противоположную позицию занимает позитивистский подход Т.Хатчисона, который требует эмпирической проверки всех предпосылок экономической теории, без которой они являются тавтологическими суждениями, т.е. тождественными истинными высказываниями, инвариантными относительно значений своих компонент. К таким суждениям он относит предпосылки экономически рационального поведения. П.Самуэльсон смягчил требования, выдвигаемые Хатчисоном, призывая к тому, чтобы экономические теоремы были «операционально значимыми», т.е. определяли за счет введения жестких предположений относительно объекта и метода исследования.

Чаще всего проблема рассматривается с позиции экономической теории благосостояния, где основное внимание уделяется условиям эффективного распределения ресурсов в экономике, для определения которых используются методы анализа частичного и общего равновесия на экономических рынках. Если действие рыночного механизма не способно обеспечить достижение оптимального распределения ресурсов, делается вывод о необходимости политического вмешательства.

Другой подход состоит в сопоставлении издержек достижения оптимума в рамках рыночного и государственного механизмов с выявлением как «провалов рынка», так и «провалов государства». Общий принцип анализа при этом остается прежним: государственное вмешательство признается желательным, когда оно способствует повышению благосостояния членов общества в соответствии с критерием эффективности по Парето1,4.

Однако исторический опыт показывает, что практика политического регулирования имеет существенные отличия от теоретических представлений о нем. Проводимые в жизнь экономические программы зачастую противоречат вышеприведенному критерию и не могут быть объяснены в рамках парадигмы, которая принимает максимизацию функции общественного благосостояния за имманентную цель политического вмешательства в хозяйственную систему. Низкая степень реализма, свойственная теоретическим построениям, обусловливает распространение феномена отчуждения экономистов-исследователей разрабатывающих рекомендации по вопросам экономических мероприятий, и политиков, ответственных за их осуществление. [12] [13]

Основной вопрос заключается в выявлении основной причины противоречия: либо политический процесс носит иррациональный характер, либо рекомендации экономистов имеют характер неадекватный.

По нашему мнению причина разрыва между традиционной теорией политического управления и его практикой находится в специфике самой рассматриваемой проблемы. Проблема политического управления в отличие от проблем индивидуального выбора или инвестиционного поведения носит не чисто экономический, по политико- экономический характер. На экономику в решающей степени влияет процесс принятия решений в политической сфере с присущими ему конфликтами интересов, специфичностью институтов принятия решений и т.д. Вследствие этого экономические модели оказываются неадекватными реальности: они игнорируют политический аспект проблемы, благодаря чему исследование, построенное на их основе, оказывается односторонним. Данный факт обосновывает необходимость рассмотрения проблем взаимосвязи политической и экономической со- циетальных сфер общества на базе методологии политико- экономического анализа.

Существует две альтернативные стратегии исследований. Первая «не использует инструментарий формального анализа, используемый основными течениями современной экономической теории. Используются менее строгие, описательные методы, позволяющие учитывать влияние некваитифицируемых»[14] политических факторов. Во второй стратегии политические факторы непосредственно инкорпорируются в формальный анализ при помощи методологиии, свойственной современной теории общественного выбора (public choice) и одного из ее ответвлений - теории эндогенного определения экономической политики (endogenous policy theory). Она позволяет строить обобщенные экономико-политические модели оптимального политического управления. Достоинство этой стратегии заключается в том, что она смягчает свойственные экономической теории противоречия между точностью и реалистичностью. В расширяется круг принимаемых во внимание обстоятельств (это повышает реалистичность модели). При этом используются и формальные методы исследования (это способствует сохранению точности анализа)[15]. В данной стратегии базовые припципы экономического подхода распространяются на анализ политических процессов и феноменов[16].

Здесь имеют место два основных «экономических» подхода[17] [18]. Первый (марксистский) рассматривает действия людей, поведение которых обусловлено их экономической ролью в процессе производства. Второй подход анализирует поведение людей с точки зрения их экономической мотивации, заключающейся в стремлении к максимизации полезности. Он составляет основу современной теории общественного выбора, исследующей закономерности принятия решений путем применения инструментов экономического анализа для изучения проблем, традиционно относящихся к политической науке . Эту теорию иногда называют «экономической теорией политики». Такое сопоставление становится возможным благодаря наличию в ней ряда фундаментальных особенностей: для описания поведения человека в политической сфере используются те же гипотезы, что и в неоклассической экономической теории; процесс выявления предпочтений индивидов часто понимается в терминах рыночного взаимодействия; исследуются вопросы, аналогичные тем, которые возникают в неоклассической экономической теории, т.е. вопросы о существовании, стабильности и эффективности политического равновесия, путях его достижения и т.д.[19] [20]. Следует отметить, что в современных междисциплинарных исследованиях одни и те же явления из области человеческого поведения могут быть рассмотрены с использованием различных методов .

В теории общественного выбора выделяются два альтернативных подхода к изучению политических явлений, акцентирующих внимание па различных аспектах процесса принятия коллективных решений. Первый подход концентрирует внимание на вероятностном характере коллективного выбора, происходящего в политической сфере, и отводит центральную роль определению условий максимизации числа сторонников того или иного варианта решения. В.Хеттих и С.Вайнер назвали этот подход EVM (expecting vote maximization - условия мак- симизации голосования) . С его помощью возникает возможность анализировать особенности долгосрочного политического равновесия, т.е. комплекса мероприятий, который проводится в жизнь благодаря выявлению предпочтений граждан.

Во втором подходе значение придается конкретным аспектам принятия политических решений и институтам, в рамках которых они принимаются. Политические процессы рассматриваются через специфические правила и процедуры принятия политических решений, а также через возможные варианты их изменений в интересах общества или отдельных групп.

Подход называется SIE (structure-induced equilibrium - структурно обусловленное равновесие). Это равновесие имеет выраженную тенденцию к нестабильности. Наиболее типичными причинами нестабильности являются: феномен петранзитивности коллективных предпочтений и сопряженная с ним проблема процедурного манипулирования. К такому манипулированию можно отнести политический фетишизм, являющийся формой фетишизма, массовой иллюзией общества, особенно интеллигенции; проявлением заблуждений массового сознания и заблуждений интеллигенции; убежденность в том, что спасение общества в правильных политических решениях, которые должны обеспечиваться ответственным высшим руководством. Политический фетишизм превращается в этатизм, в веру, что государство должно [21]

быть носителем конструктивной напряженности, обеспечивающей прогресс вследствие его недостатка в самом обществе. Политический фетишизм ориентирует людей не определенные политические формы, например многопартийность, самоуправление на производстве и т.д. игнорируя тот факт, что сами эти формы невозможны без определенных культурных предпосылок и развития соответствующего менталитета. Такая вера в политические институты приводит к нарушениям социокультурного закона, к отчуждению, т.е. к созданию отношений, несоответствующих реальному содержанию массовой личностной культуры, к росту социокультурного противоречия. Политический фетишизм опасен при попытках решать хозяйственные, экономические проблемы, например административным введением рыночных отношений. Эти проблемы должны решаться, прежде всего, ростом массо-

183

вой частной инициативы .

Проблема заключается в том, что в условиях нетранзитивности коллективных предпочтений, те субъекты, которые определяют процедуру принятия решений, добиваются одобрения большинством того варианта решения, который выгоден именно им[22] [23]. Самыми относительно-легитимными путями достижения этими субъектами целей являются: выбор конкретной формулировки обсуждаемых вопросов, определение их совокупности (добавление или исключение частных альтернатив), установление конкретной последовательности их рассмотрения и т.д.

Подходы к изучению политических явлений составляют альтернативу традиционному направлению анализа государственного экономического регулирования - подходу, основывающемуся на экономической теории благосостояния. Данный подход характеризуется с позиций субъекта социального планирования (social planner - SP) и вводит ограничения па использование неолиберальной экономической теории модели человека. Эта теория имеет постулат, в соответствии с которым индивиды принимают решения исключительно в соответствии со своими хозяйственными интересами, направленными па максимизацию собственного благосостояния. В подходе SP в отношении политической деятельности людей, в качестве главного ее мотива рассматривается стремление к повышению благосостояния всех членов общества. Напротив, для подходов EVM и SIE характерно распространение стандартной модели «человека экономического» на область анализа политических процессов и феноменов: предполагается, что при принятии решений в политической сфере индивиды руководствуются собственными интересами, а не интересами других лиц или общества в це-

ЛОМ .

Каждый их трех подходов имеет собственную сферу анализа:

  • 1. Подход SP исходит из того, что политика осуществляется субъектами, находящимися вне экономической системы, в соответствии с их стремлением к максимизации общественной функции благосостояния.
  • 2. В рамках подхода EVM все цели политики определяются внутрисистемио. Благодаря этому центральное место отводится изучению поведения субъектов, стремящихся к удовлетворению собственного интереса, и налагаемыми па них ограничениями.
  • 3. В подходе SIE главным объектом исследования является политические институты и существующие правила принятия решений. Основным акцентом является анализ возможностей и вариантов изменения существующих институтов и правил, имеющих значение для функционирования экономической системы в целом.

Основные отличия подходов, заключаются в специфических целях, характере выводов и рекомендаций. Главной целью исследований в традициях подхода SP является оценка влияния политических решений на экономику и рекомендаций относительно выбора мероприятий, направленных на максимизацию благосостояния общества. Подход EVM позволяет выявить зависимость характеристик политического равновесия от институтов и экзогенных воздействий. В практическом плане данный подход позволяет формулировать выводы о совместимости мероприятий экономической политики с наличествующей политической системой. Подход SIE направлен па решение специальных проблем, относящихся к созданию и изменению системы политических институтов и правил принятия решений, определению закономерностей их функционирования и возможностей использования для проведения экономической политики.

Подходы EVM и SIE используют единую систему терминов. Это позволяет исследовать рынок экономический, где господствует меновая стоимость, и рынок политический, где происходит обмен мероприятий экономической политики па политическую поддержку, в едином комплексе. [24]

В настоящее время этот комплекс закономерностей функционирования экономических и политических рынков наиболее успешно изучается в рамках одного из ответвлений теории общественного выбора - теории эндогенного определения экономической политики. Ее основополагающая идея состоит в том, что политическое регулирование не является внешним для экономической системы, а находится в прямой зависимости от внутрисистемных переменных.

Проблема состоит в том, что экономисты, объясняя реальность, как в экономической, так и в политической сферах, вынуждены описывать их в одних терминах, используя для изучения политической сферы экономический подход. Значительное количество экономистов, чьи модели имеют репутацию классических и являются базовыми для последующих разработок, убеждены, что экономический подход является всеобъемлющим и применим ко всякому человеческому поведению, а его сфера приложения настолько широка, что покрывает собой предмет не только экономической, но и политической науки.

Основоположником экономического подхода является А.Смит[25], который нередко придерживался экономического подхода при объяснении политического поведения и истолковывал некоторые политические законы и уложения тем же самым образом, что и поведение рыночное.

Другая классическая школа - марксизм так же применяет «экономический» подход не только к поведению на рынке, но и к политике. Для марксизма экономический подход означает, что организация производства играет решающую роль, предопределяя политическую структуру. Основной упор в нем делается на материальных благах, целях и процессах, конфликте между рабочими и капиталистами и всеобщем подчинении одного класса другому[26].

В 1992г. премии по экономике им. А.Нобеля был удостоен профессор экономики и социологии Чикагского университета Гэри Беккер[27] за «распространение сферы микроэкономического анализа па ряд аспектов человеческого поведения и взаимодействия, включая нерыночное поведение». «Экономический подход к социальным вопросам» - так Беккер определяет суть своего научного поиска па примере внерыночных форм деятельности, а также при объяснении иррациоиаль-

189

ного и альтруистического поведения.

Экспансия или «экономический империализм» основывалась на представлениях о принципиальной рациональности человеческого поведения[28] [29] [30]. Предпосылка рациональности подразумевает, что она целесообразна и согласована во времени. Отталкиваясь от нее, Беккер расширил рамки неоклассической экономической теории, которая была осознана им как «универсальный язык описания человеческого пове-

е- г 191

дения, где оы и кем оы оно ни осуществлялось» .

Осмысление «экономического подхода» в качестве всеобщей поведенческой парадигмы было осуществлено Беккером в его итоговой книге «Экономический подход к человеческому поведению»[31]. Этот подход, полагает Беккер, раскрывает суть любого человеческого поведения[32] [33]. Согласно представлениям Беккера, как одного из лидеров чикагской школы, в политике, как и в экономике, люди действуют в условиях рыночной конкуренции, где каждый из индивидов пытается добиться собственных целей. Беккер исходит из того, что все человеческое поведение в целом подчинено одним и тем же фундаментальным принципам. Он выделяет три важнейших из них: максимизирующего поведения, рыночного равновесия и устойчивости вкусов и пред-

„194

почтении .

Экономический подход, базирующийся на этих принципах, по убеждению Беккера, «обеспечивает всеобъемлющую рамку для объяснения всего человеческого поведения»[34]. Неоклассическая экономическая теория начинает претендовать на статус всеобщей грамматики паук об обществе и становится плацдармом для вторжения в пределы смежных социальных дисциплин. Именно здесь лежат истоки «экономического империализма», вдохновителем и главным идеологом которого был Г.Беккер[35] [36]. «Имперские притязания» экономической науки вполне естественно вытекают из представления о единстве человеческого поведения19'.

Свою Нобелевскую лекцию Беккер заключил такими словами: «На меня производит сильное впечатление, как много экономистов проявляют желание заниматься исследованием социальных вопросов, а не тех, кто традиционно составляли ядро экономической пауки. В то же самое время, экономический способ моделирования поведения привлекает своей аналитической мощыо, которую обеспечивает ему принцип индивидуальной рациональности специалистов из других областей, изучающих социальные проблемы. Влиятельные школы теоретиков и исследователей-эмпириков, опирающихся на модель рационального выбора, активно действуют в социологии и политологии. Модель рационального выбора обеспечивает наиболее перспективную основу, имеющуюся в нашем распоряжении, для унифицированного подхода

С- 198

представителен ооществеиных наук к изучению социального мира» .

Одной из ключевых особенностей экономического подхода является использование концепции «экономического человека»[37] [38] (homo economicus)[39]. Это позволяет экономистам моделировать политическую сферу как политический рынок, к которому применяется инструментарий анализа условий и характеристик равновесия.

Основным признаком экономической модели человека в отличие от моделей, принятых в социальных пауках, является постулирование инвариантности движущих сил поведения, их независимости от изменения обстоятельств[40]. Это означает, что внешние ограничения, налагаемые на человека окружающей средой, меняются быстрее, чем его предпочтения, так что в общем случае может использоваться предположение о стабильности предпочтений во времени[41].

«Экономический человек характеризуется целями, основанными на собственном интересе203 и рациональном выборе средств»204. Рациональность человека экономического не распространяется на область выбора целей; она носит инструментальный характер и связана с выбором оптимальных средств удовлетворения собственного интереса, что тождественно максимизации индивидуальной целевой функции205. Данный инструментальный характер представлений о рациональности является одной из отличительных черт традиционной экономической теории.

Должным образом сформулированная концепция экономического человека открывала перспективы для выработки единого подхода в обществоведенческих науках. Экономический человек понимался как концентрированное выражение наиболее характерных черт человеческого поведения в «процессе повседневной рыночной деятельности». Это образ человека, который полностью руководствуется экономиче- [42] [43]

скими мотивами. Он совершенно эгоистичен в том смысле, что его мо-

с 206

тивы связаны исключительно с его личным благополучием .

Модель объединяет моменты, введенные в научный оборот во времена А.Смита. Для её обозначения используют акроним REMM (resourceful, evaluative, maximizing man - изобретательный, оценивающий[44] [45], максимизирующий человек[46]), который был предложен К.Бруннером[47] и У.Меклингом[48] (Meckling, 1976; Brunner and Meckling, 1977). Сегодня, в рамках применения этой модели проблемы, касающиеся экономических мотивов (например, личного интереса и эгоизма), природы ограничений и «ограниченной рациональности» еще нуждаются в обсуждении[49].

Экономический человек «изобретает», т.е. «ищет, исследует, решает задачи и экспериментирует, он не является пассивным существом»[50]. Он осуществляет оценку: «дифференцирует, сортирует и упорядочивает состояния мира и в процессе этой деятельности редуцирует все объекты, с которыми сталкивается, до соизмеримых величин»[51]. Человек экономический максимизирует полезность, т.е. стремится достичь положения, наилучшего из возможных при данных ресурсных ограничениях. «Максимизирующий человек признает, что все ресурсы, включая его собственное время, ограничены. Каковы бы пи были эти ресурсы, человек стремится обеспечить себе наилучшее положение при тех ограничениях, с которыми он сталкивается»[52]. Модель формальной максимизации при наличии ограничений может служить полезным приближением при описании поведения человека во множестве ситуаций и применительно к широкому кругу проблем. Исследования и действия в рамках ограничений опираются на стремления людей к повышению уровня своего благосостояния. В соответствии с моделью индивиды рациональны. Их рациональность более важна в гипотезе, чем максимизирующее поведение. Рациональное поведение направлено на достижение целей, выраженных функцией полезности.

В настоящее время, наряду с человеком экономическим, предполагается существование «Homo reciprocans» (лат. «Homo reciprocans» - «человек обменивающийся»), модель человеческого, в том числе и экономического, поведения, отличающаяся от поведения «Homo economicus» повышенным уровнем кооперативности, с одной стороны, и склонностью наказывать партнеров за пекооперативное поведение, даже в ущерб своих частных интересов, - с другой[53].

Следует отметить, что модель экономического человека не всегда укладывается в жесткие логические схемы, отвечающие критерию реалистичности. Вследствие чего при помощи категорий когнитивной и мотивационной психологии в XX - начале XXI вв. были созданы различные теоретические альтернативы поведенческим гипотезам, основанным на модели экономического человека[54].

При анализе государственного экономического регулирования в рамках теории благосостояния используется модель политического человека, обладающего теми же свойствами, что и человек экономический. Однако предполагается, что «политический человек» оценивает и максимизирует в интересах «общего блага»[55], а не собственного интереса. Такая модель политического человека является частным случаем модели «социологического человека», описанной голландским социологом С.Линденбергом (Lindenberg, 1985г.)[56]. Модель SRSM (socialized, role-playing, sanctioned man) - модель «социализированного, играющего роли, ограниченного санкциями человека». Она предусматривает, что человек не свободен в выборе вариантов поведения; этот выбор ограничен существующими социальными стереотипами, диктующими ролевое поведение, и социальными нормами, нарушение которых влечет за собой применение социальных санкций. По выражению немецкого социолога и экономиста Петера Вайзе[57] [58], социологический человек может быть охарактеризован как «квартирант нормированных помещений, предоставляемых обществом в зависимости от выполняемых функции» .

При помощи модели SRSM можно объяснить возможную дихотомию между рыночным и политическим поведением. Так как действия обусловливаются социальной средой и принятыми стереотипами поведения, то индивиды на рынке играют роль «эгоистов», преследующих собственную выгоду, а в политической жизни - «альтруистов», стремящихся к «общему благу». С точки зрения методологии: в социологическом подходе изменения претерпевает сам человек, приспосабливаясь к конкретным ситуациям.

Главной чертой социологической модели человека является отказ от акцента на личном интересе индивида. Модель «социологического человека» приписывает автономию и главенствующую роль обществу, т.е. социальным институтам, нормам и правилам поведения. Она предполагает, что индивид противостоит социальным организациям, которые оказывают влияние на его поведение, но сами находятся вне его влияния. Э.Дюркгейм[59] [60] исследовал этот вопрос двояким образом. Социальная детерминация поведения индивида принимает форму систем морали, либо форму социальных течений. Процессы социализации и интернализации призваны обеспечить желаемое моральное поведение. Общество представляет собой определенную онтологическую целостность, отделенную от индивидов. По мнению Дюркгейма «Моральные цели - это цели, объектом которых является общество. Действовать морально - значит действовать в соответствии с коллек- тивными интересами»" . «Коллективный интерес, если он всего лишь сумма эгоистических интересов, сам по себе является аморальным. Если общество должно рассматриваться как нормальная цель морального поведения, тогда должна существовать возможность увидеть в нем нечто иное, нежели сумму индивидов; оно должно образовывать существо со своим собственным характером, который отличен от характера его членов...»[61].

«Социальная и институциональная включенность» человека привлекала внимание социальных философов еще со времен Аристотеля. Проблема интеграции человека в общество стимулировала А.Смита к проведению анализа «спонтанного порядка» (социальные ценности возникают в форме мнений, отношений, ориентаций, норм или правил поведения).

Дюркгейм считал, что внешняя заданность ценностей обусловила анализ социальных условий и сил, образующих социальный процесс, который в значительной степени независим от поведения и взаимодействия индивидов.

Данная концепция противоположна парадигме, разработанной в экономической науке, родоначальником которой был Смит и в соответствии, с которой средоточием ценностей является индивид. Социальные ценности - это общепризнанные и сообща поддерживаемые индивидуальные ценности. Социальные процессы и социальные ценности определяются природой взаимодействия между отдельными членами социальной группы”4.

Данное предположение лежит в основе одной из индивидуалистических теорией социального взаимодействия - символическим ин- теракционизме американских социологов Джорджа Мида22' и Герберта Блумера[62] [63] [64] [65]. В теории предполагается, что поведение индивида - есть реакция па поведение другого индивида. Человеческие существа живут в мире значимых объектов. Значения возникают только в процессе социального взаимодействия. Различные социальные группы вырабатывают различные миры. Эти миры меняются, когда составляющие их объекты меняют свое значение. Взаимодействие между индивидами - непрерывный диалог, в процессе которого люди прослеживают, интерпретируют намерения друг друга и реагируют на них. Интерпретация стимулов заключается в установлении связи стимула с символом и выборе ответной реакции на основе осмысления этого символа. Установление социальной связи и коммуникация становятся возможными благодаря тому, что люди придают одно и то же значение данному символу. По Дж.Миду, социальное «Я» включает в себя два момента: собственно «Я» и «Мы». «Я» - это индивидуальное сознание, «Мы» - это индивидуальное сознание в глазах других, или представление «Я» другим «Я». «Я» - это всегда лишь «Я» и «Мы». «Я» оценивает свои действия через внутреннее освоение «Мы». Таким образом, общество оказывается как бы внутри «Я». Социальное «Я» утверждается в совокупности процессов межипдивидуалыюго взаимодействия22 .

Экономический подход предполагает, что человек, в процессе своей деятельности, руководствуется «собственным интересом», который шире понятия «эгоизм». В соответствии с определением К.Бруннера «эгоистическое поведение может быть истолковано как забота исключительно о своем собственном благосостоянии безотносительно к благосостоянию любого другого лица». Такое определение эгоиста совместимо с моделью REMM. Однако оно не учитывает такие социальные институты, как институты семьи и дружбы. Такой постулат эгоизма можно использовать в качестве полезного приближения. Основным предположением является предположение о личном интересе. Это означает, что индивиды по возможности отказываются постоянно и безоговорочно делегировать другим людям право принятия решений, касающихся их дел. То есть индивиды предпочитают сохранять за собой власть в сфере решений, касающихся личных вопросов. Из этого следует, что оценки формируются в соответствии с собственными суждениями, пониманием и интерпретацией индивида. И только индивид является источником оценок.

Определение Бруннера подтверждается одним из постулатов теории «справедливого обмена» Дж.Адамса, Дж.Уолстера и др. - «индивиды всегда стремятся к максимизации личных выгод, что вытекает из эгоистической природы человека». «В свою очередь, альтруистическое поведение означает, что в функции полезности данного лица учитывается благосостояние других лиц»[66]. Собственный интерес может включать также и альтруистические мотивы поведения. Следует различать подлинный и инструментальный альтруизм. Для подлинного альтруизма характерно включение благосостояния других людей безотносительно к объему благ, который эти люди могут предоставить рассматриваемому субъекту в обмен на альтруистическое поведение. Такого рода мотивы могут проявляться в любви, дружбе, благотворительной деятельности и т.д."[67]. Напротив, инструментальный альтруизм заключается в том, чтобы оказывать услуги кому-либо, ожидая от него ответной положительной реакции[68].

Изучение действий, обусловленных собственным интересом, не исключает рассмотрения альтруистических а также неэкономических

(например, связанных с соблюдением норм) мотивов поведения. Вопрос в степени их приоритетности.

Джордж Стиплер[69] выделял два мотива политического поведения[70]: мотив потребления и инвестиционный мотив.

Содержание мотива потребления заключается в том, что индивиды, совершая определенные действия в политической сфере, могут испытывать удовлетворение от совершения поступков, содействующих принятию соответствующих политических решений не связанных с экономической заинтересованностью их самих. Мотив учитывает фактор идеологии, в той мере, в какой следование идеологическим предпочтениям увеличивает совокупную полезность для индивида, участвующего в политическом процессе.

Инвестиционный мотив предусматривает, что индивид, участвующий в политической сфере руководствуется исключительно собственными интересами, преследуя цель максимизации собственного богатства и дохода. Этот мотив имеет приоритетное значение при использовании экономического подхода для анализа политического поведения. По мнению Стиглера: «инвестиционный мотив имеет множество эмпирических следствий, чего нельзя сказать о мотиве потребления»[71].

Действия субъектов политического рынка, в рамках экономического подхода к анализу политического поведения описываются как рациональные, т.е. направленные па максимизацию целевой функции индивида, вне зависимости от вида мотива.

Предположение о том, что функционирующие в политической сфере субъекты руководствуются не соображениями общего блага, а собственным интересом, не является монополией теории эндогенного определения экономической политики. Аналогичных предпосылок придерживается и теория политического делового цикла, хотя она имеет определенные отличия.

Теоретические модели эндогенного определения экономической политики, отвечающие на вопрос - каким образом происходит взаимодействие субъектов политического рынка, приводящее к выбору вариантов государственного регулирования экономики строятся на основе специфических предположений, относящихся к характеру целевых функций субъектов, используемых ими стратегий поведения и т.д. Вследствие этого одна из основных методологических задач исследования заключаться в характеристике конкретных аспектов приложения модели экономического человека для анализа поведения субъектов принятия политических решений.

Однако одной из оптимальных стратегией поведения индивида в политическом процессе может стать рациональный абсентеизм, предполагающий факт, утверждающий, что если личный вклад индивида в достижение цели слишком незначителен, чтобы повлиять на конечный результат, то индивид может отказаться нести соответствующие издержки, рассчитывая, что желаемый результат может быть достигнут усилиями других и ему удастся бесплатно воспользоваться плодами их деятельности.

Парадоксу рационального абсентеизма в теории общественного выбора придается такое значение, что даже лидеры экономического империализма (Джеймс Бьюкенен[72] и Джеффри Бреннан[73]), говорили о пределах плодотворного применения модели экономического человека. В своих трудах по экономике эти ученые раскрыли содержание нового, возникшего в 70-е гг. XX в., направления экономической мысли - конституционной политической экономии. В ней анализируется не традиционный для экономической теории выбор человека в рамках существующих ограничений, а рациональный выбор самих ограничений в виде конституционных правил. Иначе говоря, труды Нобелевского лауреата Дж.Бьюкенена раскрывают содержание экономического подхода к конституционному политическому порядку, его становлению и изменению. Конституционные правила рассматриваются как необходимые ограничения на пути экспансии государства, «поглощавшего» в XX в. рыночный порядок и гражданское общество. Его работа представляет интерес не только для экономистов, по и для юристов, политологов, философов. Бьюкенен размышляет о гарантиях суверенных прав индивидов, сохранности прав собственности и условий эффективной работы рынков с экономической, юридической, политологической и философской точек зрения[74].

Д.Норт писал об экспрессивистских факторах, которые все же «согласуются с концепцией экономического человека, если мы вспомним о мотиве потребления в политической деятельности»[75] [76].

Еще одна особенность, принятой в экономической теории модели человека предполагает, что индивиды совершают ошибки. В этом случае одним из главных критериев рациональности является способность человека к обучению в случае многократного столкновения со сходными ситуациями.

Немаловажное значение в исследовании взаимоотношений экономической и политической сфер имеет понятие «лоббирование». В теории эндогенного определения экономической политики этот термин употребляется для обозначения всякого целенаправленного воздействия со стороны групп на процесс принятия политических решений. Этим группам, которые еще называют группами давления, в современной теории регулирования отводится деятельная роль инициатора государственных экономических мероприятий.

Данное направление исследований связано с именами Дж.Стиглера и С.Пильзмена, давших в середине 70-х г. XX в. развернутую характеристику влияния групп давления па принятие решений, касающихся регулирования сферы их деятельности23,. В этом подходе утверждается, что экономические субъекты используют имеющиеся у них ресурсы для борьбы за доступ к предоставляемым государством привилегиям, трансфертам дохода и другим источникам повышения благосостояния при помощи политической сферы[77]. «Объектом обмена на экономических рынках являются блага в форме товаров и услуг, в то время как на политических рынках блага выступают в форме трансфертов богатства»[78]. Соответственно, основным мотивом воздействия групп давления па процесс принятия политических решений является стремление к извлечению политической ренты, т.е. доходов рентного характера, связанных с перераспределением государством прав собственности па экономические блага и финансовые потоки.

В соответствии с максимизационной парадигмой, цель лоббистской деятельности состоит в обработке субъектов принятия политических решений экономическими субъектами, которые любыми способами стремяться к максимизации дохода в рамках институциональных и ресурсных ограничений. Естественно, что «политическая мощь группы, т.е. ее способность воздействовать на процесс принятия политических решений, зависит от объема ресурсов, направляемых ею на лоббирование»[79]. Однако сама группа состоит из отдельных экономических субъектов, являющихся элементарными поведенческими единицами. В соответствии с методологией теории неоклассицизма отношения между этими единицами строятся на принципах методологического индивидуализма[80]. Любая группа состоит из отдельных индивидов. Следовательно, описание поведения группы наиболее оптимально в терминах рационального поведения индивидов, являющихся ее членами. Методологический индивидуализм предполагает, что любое социальное явление, в том числе и общественная жизнь, может быть объяснено через совокупность индивидуальных действий. Общая схема действий индивидов или групп предполагает: вовлеченность в ситуацию, которая характеризуется наличием определенной доли принуждения; преследование цели через действие; манипулирование ресурсами для ее достижения; более или менее четко обозначенное поведение.

В социологии взаимодействие групп и индивидов, их составляющих, рассматривается в теории справедливого обмена. Достижение социальной справедливости преподносится сторонниками этой теории как главный стимул действия индивидов и групп. Справедливое отношение представлено пропорциональностью вкладов и результатов участников взаимодействия. Сформулирована теория в виде системы постулатов: группы увеличивают коллективные выгоды, ограничивая индивидов и добиваясь «справедливых» отношений; индивиды, обнаруживающее свое участие в «несправедливых» отношениях, испытывают дискомфорт; чем сильнее индивидом воспринимается «несправедливость» тем сильнее его попытки восстановить «справедливые» отношения[81].

В экономике индивидуальные микроосновы макроповедения групп исследуются в теории эндогенного определения экономической политики на основе теории коллективного поведения, впервые предложенной Мапкуром Олсоном[82]. Он исследовал особенности индивидуальных действий в рамках теории рационального выбора в поведении групп в работе «Логика коллективных действий»[83].

Исходным пунктом использования концепции рационального максимизатора для анализа группового поведения является представление о том, что «с точки зрения индивидуального члена группы те выгоды, которые он может получить в результате её деятельности, по большей части, носят характер общественных благ, потребление которых невозможно ограничить кругом членов группы, реально принимавших участие в финансировании их предоставления. Хотя все члены группы имеют общую заинтересованность в получении общественного блага, никто не хочет брать па себя издержки по его предоставлению.

Каждый хочет, чтобы платил кто-нибудь другой»[84] [85]. Индивидуальный член группы вносит свой вклад в финансирование лоббирования только в том случае, если он ожидает повышенную компенсацию от прироста достающихся ему выгод вследствие повышения эффективности деятельности группы. Это означает, что имеет значение размер группы. Если группа большая, влияние индивидуального вклада на индивидуальный выигрыш меньше. Соответственно, группа сможет мобилизовать меньший объем на добровольных началах и дальше объем предоставления общественных благ будет от группового оптимума будет.

В конце XX в. ученые, занимающиеся политико-управленческими проблемами, все меньше верили в рациональную природу политических решений. Однако в этот период группа концепций, созданных в рамках различных версий теории рационального выбора, объединяемых под общим названием «модель всеобъемлющей рациональности» (comprehensive rationality), продолжала активно развиваться" .

В рамках классической экономической теории утилитаризма (Смит, Бейтам) так же используется методология рационального выбора. Не случайно многих теоретиков рационального выбора причисляют к «неоклассической школе», исходящей из эпистемологической[86] универсальности модели «homo economicus», а соответственно - и абсолютной адекватности экономического подхода при решении социаль-

гг 249

ных проолем .

Ключевые положения теории рационального выбора включают ряд базовых «аксиом», каждая из которых строится на методологическом индивидуализме и исходит из идеи первичности индивида, как главного актора политического процесса. «Акторы стремятся максимизировать свои выгоды и минимизировать издержки; акторы имеют осознанные интересы и определенные цели, которые они стремятся достигнуть при помощи оптимальных средств; акторы обладают необходимой для принятия решений информацией об альтернативах и возможных следствиях их реализации; акторы делают разумный выбор между альтернативами па основе стабильных преференций и рациональных правил»[87] [88].

Описанная логика прослеживается в работах сторонников радикально-экономического подхода, в частности в монографии Э.Даунса[89] «Внутри бюрократии» (Inside Bureaucracy, 1967г.), где проводится мысль о том, что в процессе принятия решений руководители преследуют, главным образом, свои эгоистические цели и отстаивают собственные интересы в условиях конкурентного политического рынка[90] [91]. Считая такое поведение естественным, Даунс критически оценивает роль ведомств и администраторов в механизме принятия политических решений. По мнению ученого, беда бюрократических органов заключается не только в том, что они защищают собственные корпоративные интересы, по и в том, что они действуют по внутриаппаратным «законам», напоминающим «законы Паркинсона»' .

Концепция рационального выбора внесла значительный вклад в политическую теорию. В этом отношении большое значение имела постановка вопросов о критериях эффективности, о правилах оптимизации принимаемых решений и о микро-макропереходах между индивидуальной и коллективной активностью. Кроме того, благодаря усилиям работающих в данной парадигме ученых в научный оборот вошли многокритериальные «матрицы преференций», правила максимакса (максимизации выгод) и минимакса (минимизации издержек) и были найдены способы сравнения альтернатив в условиях неопределенности. Методология рационального выбора способствовала разработке проблемы трансформации индивидуальных и коллективных действий в процессе принятия решений. Так, в модели социального выбора Дж.Коулмена выявлены три фазы взаимотрансляции индивидуального и коллективного: «макромикропереход», в ходе которого макрообъект «задает» характер активности агента; «микро-микропереход», когда «заданный стимул» порождает «реакцию»; «микро-макропереход», обеспечивающий «обратную связь и агрегирование индивидуальных действий»[92].

Вместе с тем концепция рационального выбора (и особенно - модель тотальной рациональности) критикуется со стороны многих специалистов по проблемам принятия политических решений[93]. Исследования в области когнитивной психологии продемонстрировали слабость их базового постулата относительно наличия у акторов необходимой, для выбора оптимального варианта решения, информации и устойчивой системы преференций. В середине 1990-х г., после выхода в свет книги Д.Грииа и Й.Шапиро «Патология теории рационального выбора» (1994г.), под вопрос были поставлены сами основы подхода, а его наиболее радикальные версии оказались, по сути, опровергнуты[94] [95] [96].

В связи с этим следует отметить, что в XX. в. были сформулиро- вапы эффекты Эсберга" и Веблена' , обосновывающие иррациональность поведения индивидов. В XXI в. получает распространение такая мультидисциплииарная область как нейроэкономика[97].

В 2002г. Нобелевская премия по экономике была вручена Дэниэлю Каиеману[98] «За исследования в области принятия решений и механизмов альтернативных рынков». Индивид субъективен, его несовершенство систематично, т.е. подчиняются определенным законам, а поведение иррационально. В формулировке о присуждении Нобелевской премии сказано: за научное исследование о том, что «человече-

Л 1 ские решения закономерно отклоняются от стандартной модели»" .

Если экономисты неолиберального направления любое поведение (экономическое, политическое, социальное и т.д.) индивида объясняют рациональным расчетом (т.е. любое решение индивида представляется как рациональное) то теория Канемана позволяет делать различия в поведении в разных ситуациях. Эта теория альтернативна теории ожидаемой полезности Джона фон Неймана и Оскара Моргенштерпа (при полной информации рациональный человек максимизирует полезность, а при неполной информации рациональный человек должен максимизировать ожидаемую полезность). Основываясь на экспериментальных данных, Канемап и Тверски создали теорию перспектив, которая обобщила большую часть человеческих аномалий (теория учитывает нелинейность индивидуального отношения к вероятностям, различное отношение индивида к рискам при получении и потерях имущества, недоверие к собственным знаниям).

Описывал фактическое отклонение экономики от классических моделей Каиеман доказал - человек существо иррациональное. В отличие от других наук, в экономике всегда есть ситуация риска, в которой индивид менее склонен рисковать уже имеющимся, чем тем, что в перспективе может приобрести; индивид нелинейно относится к вероятностям, он склонен недооценивать маленькие вероятности и переоценивать большие (желание человека рисковать меняется не плавно вслед за ростом или падением кривой вероятности, а скачкообразно); значение имеет формулировка вопроса (если в формулировке вопроса участвует слово «игра», человек проявляет большую склонность к риску, по если в вопросе при тех же условиях вместо слова «игра» присутствует слово «страхование», человек оказывается менее готовым к экономическому риску)262.

Теория Канемана показала существенные ограничения и даже адекватность неолиберальных концепций, которые абстрагируются от таких вещей, как эмоции, национальный менталитет, обычаи, привычки, стереотипы и т.д. «на микроуровне» - па уровне индивидов.

Влиянии на поведение людей вознаграждений и затрат исследуется в одной из теорий социального взаимодействия - теории социального обмена американского социолога Дж.Хоманса. Её содержание можно сформулировать в виде следующих положений: чем чаще поступок индивида вознаграждается, тем он чаще стремиться его повторить; если в прошлом получение вознаграждения происходило в определенной ситуации, то индивиды стремятся создать такую же ситуацию; если вознаграждение велико, то индивиды, чтобы его получить, готовы платить больше, чем при малом вознаграждении; когда потребности человека почти полностью удовлетворены, то он в меньшей мере стремится прикладывать усилия для их удовлетворения'62.

В целях повышения оптимума группы создают «организации, осуществляющие контроль над поведением индивидуальных членов группы давления и использующие санкции в отношении тех из них, которые уклоняются от несения возложенных на них расходов, что может стабилизировать кооперацию между ними»264. [99] [100]

С экономической точки зрения деятельность в интересах группы сама по себе представляет классический случай альтруизма. Но, кроме альтруистической компоненты, у индивида есть еще и эгоистичная компонента поведения. В этой связи Г.Маргоулис[101] предложил различать у индивида две функции полезности: функцию личной полезности (self-utility), и функцию, определяющую уровень полезности всех членов группы (group utility)[102].

Исследования влияния групп на формирование экономической политики до настоящего времени базируются на постулатах теории коллективного поведения Олсона в неизменном виде. Это связано с тем, что основными членами групп давления являются экономические хозяйствующие субъекты, основной целью деятельности которых является максимизация прибыли. В случае альтруистической мотивации между вкладом отдельного субъекта и вкладами других членов группы может существовать зависимость, поскольку между ними отсутствует субституция. В случае эгоистической мотивации, для каждого члена группы вклад его коллег является субститутом его собственного вклада так, что возможности стратегического поведения оказываются в лучшем случае неопределенными.

Деятельность государства в теории экономической политики анализируется при помощи модели «политического человека». «Политическим» человек становится тогда, когда он вступает в отношения с властью по поводу контроля своих доходов и расходов, своих гражданских прав и обязанностей, свободы передвижения и свободы совести, когда он становится избирателем или избираемым. Каждый человек может либо осуществлять властные полномочия, либо повиноваться власти.

Средствами труда в политике являются различные варианты воздействия на общество и государство. К ним относятся: интеллектуальная экспансия, правовое регулирование, экономическое принуждение и физическое насилие. Политика выбирает между ними и их сочетаниями вследствии того, что другие средства являются частными случаями вышеперечисленных[103].

Предполагается, что основной задачей политической сферы общества является повышение экономического благосостояния его членов путем устранения отрицательных и генерирования положительных экстернальных эффектов, предоставления общественных благ, преодоления кризисных явлений и т.д.

В соответствии с традиционной концепцией, решения государства, максимизирующие функцию его полезности, совпадают с функцией полезности всего общества. Однако такая предпосылка имеет противоречия с точкой зрения принципа методологического индивидуализма. По аналогии с анализом поведения групп давления в качестве действующих лиц выступают только индивиды, а не организации, которые они представляют. Сами по себе организации функцию полезности не имеют. Их деятельность представляет собой равнодействующую поступков, предпринимаемых индивидами для максимизации своих собственных функций полезности.

Данное предположение вызывает необходимость рассмотрения не целей государства, а целей индивидуальных субъектов принятия решений, которые могут отклоняться от курса действий, оптимального с точки зрения общества'68. Субъекты могут действовать в интересах общества, если их поведение мотивировано подлинно альтруистическими мотивами, либо они могут руководствоваться эгоизмом, по максимизировать общественное благосостояние с целью получения специфических благ.

Альтруистическое поведение возможно в случае, если индивид положительно оценивает или получает удовлетворение от участия в процессе прироста полезности других индивидов26'. В этом случае общественная функция полезности, максимизируемая им, будет соответствовать общественной функции благосостояния, параметры которой зависят от ценностных установок субъекта, выносящего о ней суждение[104] [105] [106]. Но и в этом случае представления индивида об общественной функции благосостояния должны соответствовать системе ценностей, принятой в данном обществе.

Другим мотивом альтруистического поведения может быть действие индивида в соответствии с принятым в обществе имплицитным социальным контрактом, предписывающим в определенных ситуациях вести себя альтруистически. Т.е. если в обществе существуют функционально-ориентированные социальные нормы, закрепляющие полезные для общества образцы альтруистического поведения. Этот мотив предполагает «выявление в процессе общественного взаимодействия функции общественного благосостояния, отвлеченной от чьих бы то пи было ценностных суждений и формирующейся в институциональной среде путем выявления и агрегирования функций благосостояния отдельных индивидов»[107].

Такое агрегирование сегодня не позволяет адекватно осуществить ни механизм прямой, ни механизм представительной демократии. Кроме того, в принципе невозможно создать институциональную структуру (систему правил), удовлетворяющую всем необходимым для адекватного агрегирования критериям[108].

По мнению Эрроу[109] общественная функция благосостояния носит субъективный характер и объективно не существует отдельно по отношению к выносящему о ней суждение. Политик, настроенный альтруистически руководствуется собственными представлениями об общественном благе, а граждане оценивают его способность максимизировать функцию благосостояния, которая характерна для представляемого им общества.

Таким образом, позитивистский взгляд на функционирование политической сферы общества предполагает наличие институциональной системы, трансформирующей эгоистические мотивы поведения субъектов в альтруистические. Однако взгляд реалистический исходит из моделей политического поведения, сосредотачивающихся именно на эгоистической мотивации поведения, т.е. модель экономического человека в определённых условиях более реалистична при рассмотрении поведения политических субъектов.

Теория эндогенного определения экономической политики отказывается от предположения о том, что лица, ответственные за принятие политических решений, руководствуются наилучшими побуждениями и действуют под влиянием иррациональных мотивов.

Теоретики общественного выбора критично относятся к государственному регулированию экономики. В то же время ими признается, что государственный интервенционизм вызывается такими объективными причинами, как необходимость борьбы с бедностью, социалыюй несправедливостью, нецивилизованным предпринимательством и т.д. Обеспечение эффективности государственного управления социально-экономическими процессами, по мнению экономистов- неоклассиков, не имеет ничего общего с раздуванием бюрократического аппарата2'4.

Критицизм в отношении государственного регулирования, пишет исследователь из Вирджинского университета Д.Ли, «основан на убеждении в том, что у правительства есть богатый неиспользованный потенциал... Школа общественного выбора отрицает мнение о том, что большое правительство приносит больше пользы. Школа общественного выбора утверждает, что правительство может быть более эффективно, если оно само будет меньше. Вместо желания сократить правительство и заставить его заниматься менее крупными делами, вирджинская школа хочет этого сокращения для того, чтобы правительство смогло добиться оолыиего» .

Е. Морозов считает, что «встраивание этических императивов в парадигму общественного выбора происходит без отказа последнего от своих методологических принципов: этика должна стать составной частью эгоистического индивидуального интереса»[110] [111] [112].

В современной пауке «теоретики общественного выбора (так же, как и рационального выбора в целом) все чаще обращаются к проблемам ценностного обоснования индивидуального решения, а также важности существования конституционных установлений, юридических, организационных и других ограничителей для нормального функционирования экономических и политических процессов»[113].

В рамках теории общественного выбора разработана определенная методология. «Ее логически-дедуктивная основа говорит о намерении добиться научной достоверности и делает возможным переход от предположений относительно индивидуальных целей к гипотезам относительно того, как эти цели работают в конкретных условиях. Методология нацеливает на серьезные исследования, позволяет выявлять закономерности, выдвигать новаторские теории, объясняющие алгоритмы действий в ситуациях, когда цели акторов могут быть ясно обо-

278

значены» .

Слабость методологии состоит в том, что постулаты и гипотезы, заимствованные из рыночной экономики, взятые сами по себе, не перспективны для адекватного объяснения политического поведения. Они нуждаются в таком использовании, которое примирило бы эгоистические и принципиальные основы политической и управленческой деятельности. Исследователь, ограничивающий свою методологию тезисом о «рациональном эгоисте», не сможет вникнуть в сущность природы политических решений.

В то же время сфокусированность исследователей-позитивистов на таких вопросах, как влияние на политический процесс последствия лоббирования и политической деятельности групп интересов имеет практическое значение для государственного управления. Понимание того, что при данном подходе переоценивается рационально- эгоистическое начало и игнорируются социально-исторические факторы политического поведения индивидов, не должно мешать использованию наиболее ценных гипотез и теорий[114] [115].

Принятие политических решений - сложный динамический процесс, чья гиперкомплексная структура создает масштабную проблему для построения адекватных теоретических моделей.

Сегодня существует несколько общепризнанных методологических подходов и концептуальных моделей интерпретации политических решений (в том числе и в отношении экономической сферы). Прежде всего, различают пормативно-прескриптивпый и дескриптив- но-экспликативный подходы, исходящие из противоположных способов восприятия проблемы. Прескриптивный подход ориентирован па создание формальных, нормативно оптимизированных моделей; дескриптивный - на построение эмпирически обоснованных моделей реальных практик (с раскрытием глубинных мотивов действий акторов)[116]

В нормативио-прескриптивном подходе политические решения понимается как нечто, поддающееся реконструкции посредством идеальной модели, выступающей в качестве универсального эталона. Политические действия оптимизируются с помощью формальных правил

(норм) и процедур. Главным предметом исследования становится «задача выбора», связанная с созданием формальных алгоритмов и оптимизацией акта принятия решения'81. Подход предписывает лицам, принимающим решения, выполнять набор операций, соответствующих фиксированным критериям. Процедура принятия решений представляется в виде законодательно регламентированной рациональной обработки потока информации[117] [6].

Нормативно-прескриптивиый подход позволяет сформулировать предложения по рационализации и оптимизации процессов принятия политических решений, обозначить оценочные критерии и управленческие правила, произвести расчеты выгод и издержек альтернативных вариантов решения. Но подход предполагает абстрагирование исследователя от «неидеальной политической практики», па которую воздействует множество экстрарациональных факторов социально- гуманитарного плана (индивидуальные и групповые интересы, ценности и установки, эмоции и обычаи и т.д.)[119] [120].

В рамках дескриптивно-экспликативного подхода внимание фокусируется не только на формализованных нормах и процедурах, но и на механизмах и неформальных правилах игры. Применяются методы качественного анализа информации, прежде всего метод «изучения случая или прецедента» (case study). При рассмотрении процесса принятии решений учитываются факторы: индивидуальные мотивации, макроэкономические условия, организационные иерархии и социокультурные стереотипы. Итоги могут обобщаться в эмпирически верифицируемых теоретических моделях. В фундаментальных исследованиях систем принятия политических решений доминируют дескрип- тивно-экспликативные подходы, тогда как в прикладных - заметнее роль нормативно-прескриптивных моделей, обосновывающих практические рекомендации для политиков"84.

К достоинствам дескриптивно-экспликативного подхода можно отнести ориентацию на детальный эмпирический анализ и связанную с этим комплексность теоретических моделей процесса принятия политических решений. К его недостаткам - громоздкость методики и от- сутствие практических выводов и рекомендаций- .

Сочетание дескриптивного и прескриптивного подходов возможно при использовании прикладных исследовательских методик. Это основано на том, что количественные исследования не могут быть проведены без сбора и анализа эмпирических данных. Это порождает потребность в дескриптивной индукции.

Другим основанием разделения концепций является двоякая природа политических организаций, являющихся и системной целостностью, и агрегатным множествов отдельных индивидов и групп. Одни ученые делают упор на организационной целостности, что позволяет отнести их к категории холистских' , или моноагрегатных" . Другие опираются на концепции, где упор сделан на фрагментированности организаций, наличие в них конкурирующих группировок, суборганизаций и индивидов, преследующих свои интересы. Эти подходы именуются компонентными, или полиагрегатными. Между ними нет непреодолимого различия. Смещаются лишь акценты, условные таксоны, характеризующие доминирующие векторы и стили анализа в рамках

различных концепций (холистичность «рационалистов» или фрагмен- таризм «инкременталистов»)" .

Исходя из выделенных таксонов, концепции принятия политических решений можно разделить на два кластера: холистский и полиаг- регатный. Методологическая оправданность такого разделения обусловлена тем, что в соответствующих группах моделей по-разному ин- [121] [122] [123] [116]

терпретируются структура государственной организации и содержание процесса политического управления. Налицо расхождения и в оценках соотношения между целым и его компонентами в рассматриваемой сфере: на методологическом уровне это проявляется в форме дихотомии[125] «холизм/индивидуализм», на предметно-теоретическом - как дихотомия «структуры и агента». Кроме того, в рамках современных подходов мы сталкиваемся с так называемым «дуализмом агентов», к которым причисляют как организации (политические институты), так и отдельных индивидов, из которых эти организации состоят[126].

С некоторыми оговорками, к «холистским» можно отнести концепции ограниченной рациональности (Г.Саймон и др.), сетевой структуры (Д.Ноук, П.Ричардсон, Х.Хекло и др.), динамического цикла (Д.Андерсон, Б.Дженкинс и др.) и организационного институционализма (Д.Марч, Д.Олсен и др.). В полиагрегатный кластер входят модели бихевиорализма (Г.Лассуэлл, Д.Лериер и др.), всеобъемлющей рациональности (К.Эрроу, Э.Даунс и др.), инкрементализма (Ч.Линдблом, И.Дрор и др.), групповой репрезентации (Р.Даль, Ф.Шмиттер и др.). Так же существуют и переходные модели. Однако именно основные линии прослеживаются па протяжении всей истории разработки политико-управленческих концепций. Формирование и развитие обоих подходов шло параллельно, причем каждый из них влиял па другой[127].

Рассмотрение методологий исследования взаимосвязи политической и экономической социетальных сфер общества приводит к следующим выводам: использование формальных диверсифицированных политико-экономических моделей государственного регулирования позволяет с высокой степенью реалистичности исследовать как поведение субъектов политического рынка, так и проблемы регулирования внешней торговли, налогообложения, денежно-кредитной политики, внешней задолженности, экономики переходного периода и т.д. Использование новых системных методологических принципов изучения политического регулирования содействует существенному повышению качества экономической теории. Соотнесение политики и экономики с позиций узкоспециальных теорий (политологических или экономических) имеет ограничения, обусловленные противоречием между точностью и реалистичностью. Низкая степень реализма свойственная теоретическим построениям, обусловлена как иррациональным характером политических процессов, так и неадекватностью применения экономических рекомендаций в конкретных условиях. Применение современной методологии292 исследования функционирования политической сферы адекватно используемой в отношении исследования экономической политики способно внести значительный вклад в разработку путей решения практических экономических проблем. [128]

  • [1] Нигматулин Н. Указ. соч.
  • [2] Сумбатяи ЮГ. Сравнительная политология как направление современной науки о политике // Вестник Российского университета дружбы народов. - Сер.: Политология. - 2004. -№1 (5).-С. 55-60.
  • [3] Давид Истон (род. 1917г.) - канадско-американский политолог: http://www.humanities.edu.ru/ db/msg/81218
  • [4] Сумбатяи Ю.Г. Там же. — С. 56.
  • [5] СумСштян Ю Г Там же. - С. 59.
  • [6] Там же.
  • [7] Алмонд Габриель А. (род. в 1911г.) - американский политолог и социолог. (См.:http://www.gumer.info/ bibliotek_Buks/Po!it/Sem/36.php)
  • [8] Политология: Хрестоматия. / Сост.: проф. М.А.Василик, доц. М.С.Вершинин. М.: Гарда-рики, 2000.-С. 319-331.
  • [9] Истон Д. Категории системного анализа политики // Антология мировой политическоймысли. - М., 1997. - Т. 2. - С. 323: http://www.humanities.edu.ru/db/msg/81218
  • [10] Аллокация - неординарные методы достижения цели.
  • [11] Задача построения теории состоит том, чтобы правильно ставить проблемы и намечатьэффективные пути их решения. (См.: Истон Д. Указ. соч. - С. 331.)
  • [12] если не величину, то алгебраический знак изменения данной экономической переменной, ибыли бы таким образом потенциально эмпирически опровержимыми. Идея о том, что позитивистские и попперианские критерии приемлемости теории должны распространяться наэкономическую науку, сохраняет влияние среди сторонников «поведенческого» направленияэкономики (behavioural economics). (См.: Hulcliison Т. Significance and Basic Postulates of Economic Theory. L., 1938; Samuelson P. Foundations of Economic Analysis. Cambridge (Mass.),1948. P. 7.)
  • [13] Закон Парето, или Принцип Парето, или принцип 20/80 эмпирическое правило, введённое социологом Вильфредо Парето, в наиболее общем виде формулируется следующим образом: «20% усилий дают 80% результата, а остальные 80% усилий - лишь 20% результата».Может использоваться как базовый принцип для оптимизации какой-либо деятельности:правильно выбрав минимум самых важных действий можно быстро получить значительнуючасть от планируемого полного результата, причём дальнейшие улучшения нс всегда оправданы (см. Кривая Парето). Данный критерий признает эффективным всякое изменение вхозяйственной системе, которое повышает благосостояние хотя бы одного члена обществапри отсутствии снижения благосостояния других его членов. (См.: http://ru.wikipedia.org/wiki/ЗаконПарето.)
  • [14] Квантор (от лат. quantum сколько), логическая операция, дающая количественную характеристику области предметов, к которой относится выражение, получаемое в результате ееприменения. (См.: http://www.oval.ru/enc/3289l.html)
  • [15] Афонцев С.А. Истоки: вопросы истории народного хозяйства и экономической мысли /Методологические основы современного экономико-политического анализа. - Вып. 3. - Ред.кол.: Я.И. Кузьминов (гл. ред.) и др. - М.: ГУ-ВШЭ, 1998. - С. 75.
  • [16] 1 7 В современной классической экономической теории основным (доминирующим) течениемявляется неоклассическая теория. Эта теория, являясь ортодоксальной, тем не менее, подвержена трансформации. Несмотря на тенденцию к усилению методологической однородности,в рамках основного течения сосуществуют противоречащие друг другу теоретические направления. К примеру, основное течение, включающее в себя неолиберальные концепции,основанные на монетаристских принципах по ряду ключевых позиций отличается от кейнсианства или неоинституционализма. Косвенными показателями того, какие направления экономической теории входят в основное течение, являются содержание курсов «Экономическойтеории», преподаваемых в университетах, а так же ежегодный выбор Нобелевского комитета.(См.: Автономов В. С. Указ, соч.)
  • [17] Buchanan J.M., Tullock G. The Calculus of Consent. Ann Arbor: University of Michigan Press.1962. P. 25-26: http://www.garfield.library.upenn.edU/classicsl988/A 1988L407800001.pdf
  • [18] Tullock G. Public Choice // The New Palgrave. A Dictionary' of Economics. V. 3. L.; The Macmillan Press. 2005. P. 1040: http://www.gmu.edu/jbc/faculty_bios/gtullock.html
  • [19] Mueller D. Public Choice Theory // Companion to Contemporary Economic Thought /D.Greenaway, M.Bleaney, I.M.T.Stewart (eds.). L.; N. Y.: Routhledge, 1991. P. 207:http://members.tripod.com/~poh_l/bibliography.htm
  • [20] К примеру, такая наука как экономическая психология, анализирует хозяйственное поведение людей - покупателей, налогоплательщиков, предпринимателей с помощью инструментов психологической науки. (См.: Lea S.E.G., Татру R.M., Webley Р.; Fumbam A., Lewis А.)С другой стороны, к ней примыкает психологическая, или поведенческая, экономическая
  • [21] Hellich IV. and Winer S.L. Economic fficiency, Political Institutions and Policy Analysis // Kyk-los. 1993. V. 46. №1. P. 3-25; Magee S.P., Brock IV.A. and Young L. Black Hole Tariffs and endogenous Protection Theory. Cambridge: Cambridge University Press. 1989.
  • [22] http://mirslovarei.com/content_fil/POLITICHESKIJ-FHTISHIZM-299.html
  • [23] Mc.Kelvey R.D. Intransitivities in Multidimensional Voting Models and Some Implications forAgenda Control // Journal of Economic Theory. 1976. V. 12. P. 472-482.
  • [24] Афонцев С.А. Указ. соч. - С. 77.
  • [25] Адам Смит представитель классической политэкономии. Создал теорию трудовой стоимости и обосновал необходимость возможного освобождения рыночной экономики от государственного вмешательства. (См.: http://www.krugosvet.ru/articles/76/1007604/1007604al.htm)
  • [26] Беккер Г. Экономический подход к человеческому поведению / Пер. Р.И.Капелюшникова.Тезис, 1993. -T. 1. Вып. 1: http://rudiplom.ru/lekcn/economika/econom_history/36.html
  • [27] Гэри Беккер (Becker, Gary) (р. 1930г.) - американский экономист.
  • [28] Иррациональным, т.е. антитеза экономически рациональному, в данном случае являетсяповедение немаксимизирующее, т.е. либо «непоследовательное, либо то, которое не соответствует интересам индивида, причем это ему известно». (См.: Me. Kenzie R.B., Tullock С. Modern Political Economy. P. 27.) Это означает, что экономически иррациональное поведениенарушает транзитивность предпочтений либо противоречит постулатам теории ожидаемойполезности. Таким образом, непосредственной причиной экономически иррациональногоповедения должна быть когнитивная несостоятельность субъекта. (См.: Автономов В. С.Теория и методология истории: http://viperson.ru/wind.php?ID=259150&soch=l)
  • [29] Следует отметить, что сегодня «среди экономистов различных школ распространены триточки зрения: гипотеза рационального поведения принципиально неопровержима; она принципиально опровержима, но до сих пор не опровергнута; она опровержима и многократноопровергнута». (См.: Sen A. Rational Fools: A Critique of the Behavioral Foundations of Economic Theory // Philosophy and Public Affairs. 1977. V. 6. №4. P. 325.)
  • [30] 1,1 Там же.
  • [31] В самом деле, я пришел к убеждению, что экономический подход является всеобъемлющим. (См.: Беккер Г. Указ. соч. - С. 8.)
  • [32] Он применим к поведению богачей и бедняков, пациентов и врачей, бизнесменов и политиков. учителей и учащихся. (См.: Там же.)
  • [33] Связанные воедино предположения о максимизирующем поведении, рыночном равновесии и стабильности предпочтений, проводимые твердо и непреклонно, образуют ядро экономического подхода в моем понимании. (См.: Там же. - С. 27.)
  • [34] 1.5 Я утверждаю, что экономический подход уникален по своей мощи, потому что он способен интегрировать множество разнообразных форм человеческого поведения. (См.: Там же. С. 26.)
  • [35] 1.6 Первые попытки применить экономические модели к проблемам, традиционно считавшимся неэкономическими, были предприняты Г.Беккером и Э.Даунсом в середине 1950-х гг.Предметом их изучения стало политическое поведение. В 1960-е гг. данный подход распространился на историю, право, демографию. В середине 1970-х гг. произошло теоретическоеосмысление этого процесса, получившего название экономического империализма. В егорамках проблемы, которые было принято относить к предмету изучения социологии, сталиисследовать экономисты, пользуясь своей моделью человека. Явление экономического импе-риазизма расширило объект исследования, предмет же экономической науки остался неизменным - рациональное максимизирующее человеческое поведение, в какой бы области онони происходило. Внешние социальные воздействия учитывались экономистами только вформе осознанных личных предпочтений. С помощью таких экономических категорий, как«ресурсы», «ограничения», «капитал», «инвестиции», «альтернативные издержки», «внешниеэффекты», «общественные блага» и т.д. осуществлялись попытки описания социальных явлений и норм, как результатов целенаправленного, рационального поведения отдельных индивидов. Объявлялось о том, что эпоха разделения труда между двумя науками подошла к концу, и наступает эра единой социоэкономической теории. (См.: Автономов В. С. Указ, соч.;Becker G. The Economics of Discrimination. Chicago, 1957; Downs A. An Economic Theory ofDemocracy. N.Y., 1957; Капелтшников Р.И. Экономический подход Гэри Беккера к человеческому поведению // США: экономика, политика, идеология. - 1993. - №11. - С. 17-32) В своюочередь, предшественником этих исследователей следует назвать И. Шумпетера, создавшего,по сути, первую экономическую теорию демократии. (См.: Шумпетер Й. Капитализм, социализм и демократия: пер. с англ. / Предисл. и общ. ред. В. С. Автономова. - М.: Экономика,1995. XXII; Becker G. The Economic Approach to Human Behavior. Chicago, 1976). Впервыетермин «экономический империализм» был употреблен в 1930-е гг. американским экономистом Р.У. Саутером, книга которого подверглась критике Толкотгом Парсонсом. (См.: Swed-berg R. The New «Battle of Methods» // Challenge. 1990. Jan.-Feb. V. 33. P. 36.) О разных точкахзрения на этот феномен см.: Капелюшников Р.И. В наступлении - homo oeconomicus // МЭи-МО. - 1989. №4. С. 142-148; Weede Н. Der oekonomische Erklaerungsansatz in der Soziologie//Analyse und Kritik. 1989. V. 11. №1. P. 23-51; Homann K., Suchanek A. Methodologische Uber-legungen zum oekonomischcn Impcrialismus.
  • [36] 197 Капелтшников Р.И. США: экономика, политика, идеология. - 11.11.1993: http://www.libertarium.ru/ libertarium/68397
  • [37] Беккер Г. Экономический взгляд на жизнь. Нобелевская лекция. - Декабрь, 1992. - С. 27.
  • [38] Капелюшников Р.И. В наступлении - homo oeconomicus. Указ. соч. - С. 142.
  • [39] Классического определения модели человека в современной экономической науке не существует. В общем виде модель экономического человека обязана содержать три группыфакторов, представляющих цели человека, средства для их достижения (как вещественные,так и идеальные) и информацию (знание) о процессах, посредством которых средства ведут кдостижению целей (наиболее важными из таких процессов являются производство и потребление). (См.: Knight F.H. Ethics and Economic Reform // Freedom and Reform: Essays in Economics and Social Philosophy. N.Y., 1947. P. 84.)
  • [40] Терборн Г. Принадлежность к культуре, местоположение в структуре и человеческая деятельность: объяснение в социологии и социальной науке // THESIS. 1994. № 4.
  • [41] См.: Стиглер Дж., Беккер Г.С. О вкусах не спорят // США: Экономика, политика, идеология. - 1994. - №1. - С. 104-113; №2. - С. 91-97. Предпочтения характеризуют субъективныепотребности и желания индивида. Ограничения - его объективные возможности. Предпочтения экономического человека являются всеохватывающими и непротиворечивыми. Главнымиограничениями экономического человека являются величина его доходов, цены на блага иуслуги, действия других участников рынка. Предпочтения экономического человека являются более устойчивыми, чем его ограничения. Поэтому экономическая наука рассматривает ихкак постоянные, абстрагируется от процесса их формирования и изучает реакцию индивидана изменение ограничений. (См.: Bleaney М., Stewart I. Economics and Related Disciplines //Companion to Contemporary Economic Thought / Ed. by D. Greenaway, M. Bleaney, I. Stewart. L.N.Y., 1993. P. 730.)
  • [42] Собственный интерес может включать и благосостояние других людей (например, членовсемьи). Важно то, что действия индивида определяются его собственными предпочтениями, ане предпочтениями его контрагентов по сделке и не принятыми в обществе нормами, традициями и т.д. Эти свойства позволяют человеку давать оценку своим будущим поступкамисключительно по их последствиям (как предполагает утилитаристская этика), а не по исходному замыслу (как предполагает этика деонтологическая). В этом смысле экономическийчеловек и по сей день остается утилитаристом. Благодаря предпосылке собственного интереса всякое взаимодействие между экономическими субъектами принимает форму обмена.Формами взаимодействия могут быть, например, отношения любви или угрозы. (См.: Bonding К.Е. The Economy of Love and Fear: A Preface to Grant Economics. Wadsworth, 1973.)
  • [43] Hirshleifer J. The Expanding Domain of Economics // American Economic Review. 1985. December. V. 75. №6. P. 54. 20' В неоклассическом направлении экономической теории рациональность оптимизирующее поведение. Критерием рациональности является максимизация (любой) целевой функциипри данных ограничениях, т.е. выбор оптимальных средств без каких-либо требований ксодержанию (рациональности) самой цели. В зависимости от наличия или отсутствия полнойинформации понятие экономической рациональности раздваивается. При полной информации рациональным (логически эквивалентным максимизации некоторой целевой функции)является выбор, сделанный на основе всеохватывающего (полного) и непротиворечивого(транзитивного) набора предпочтений. При отсутствии полной информации рациональнымявляется выбор варианта с максимальной ожидаемой полезностью. Если непротиворечивостьпредпочтений может быть сочтена признаком любого рационального выбора в самом широком смысле слова, то их всеохватность, а также непрерывность и взаимозаменяемость являются специфическими признаками экономической рациональности. Однако экономическаярациональность в этих теориях не затрагивает целей человека и его представлений об окружающем мире, на основе которых выбираются средства для достижения поставленных целей.Процесс формирования и изменения целей не входит в область изучаемых экономическойнаукой явлений. Изменения целей, вытекающие из изменения предпочтений, являются дляэкономистов экзогенным фактором. Готовность исходить из предпочтений любого содержания как данности позволяет применять экономический анализ к любому человеческому поведению. (См.: Blaug М. The Methodology of Economics, or How Economists Explain. Cambridge.1992. P. 229; Elster J. Sour Grapes. Studies in the Subversion of Rationality. Cambridge; Paris,1983. P. 10; ЮмД. Трактат о человеческой природе: В 2 т. - М.: 1995.)
  • [44] Бруннер К. Представление о человеке и концепция социума: два подхода к пониманиюобщества: Перевод к.э.н. Н.В.Павлова // THESIS: Теория и история экономических и социальных институтов и систем. Мир человека. - Осень, 1993. - Т. 1. - Вып. 3. - С. 5.
  • [45] Экономический человек наделен способностью оценивать возможные для него вариантывыбора с точки зрения того, насколько их результаты соответствуют его предпочтениям т.е.альтернативы всегда должны быть сравнимы между собой. (См.: Brunner К., Meckling W.H.The Perception of Man and the Conception of Government // Journal of Money, Credit and Banking.February, 1977. №1. Pt. l.P. 60-85.)
  • [46] 20S Выбор экономического человека является рациональным в том смысле, что из известныхвариантов выбирается тот, который согласно его мнению или ожиданиям в наибольшей степени будет отвечать его предпочтениям или, что то же самое, максимизировать его целевуюфункцию. В современной экономической теории предпосылка максимизации целевой функции означает лишь, что люди выбирают то, что они предпочитают, - она просто устанавливает связь между упорядоченными предпочтениями и актом выбора или действием. (См.:Hausman DM. The inexact and separate science of economics. Cambridge, 1992. P. 18.) Мнения иожидания человека могут быть ошибочными, и субъективно рациональный выбор, с которымимеет дело экономическая теория, может казаться иррациональным более информированному внешнему наблюдателю. Экономический человек может делать ошибки, но они могутбыть только случайными, а не систематическими. (См.: McKenzie R.B., Tullock G. ModemPolitical Economy: An Introduction to Economics. N.Y., 1978. P. 26-27.)
  • [47] 20,> Карл Бруннер (нем. Karl Brunner; 16 февраля 1916, Цюрих - 9 мая 1989, Рочестер, шт.Нью-Йорк) - швейцарский и американский экономист. (См.:http://ru.wikipcdia.org/wiki/BpyiHtep.Kapn)
  • [48] Brunner К., Meckling W.H. Op. cit. P. 70-85.
  • [49] К.Бруннер и У.Мсклинг как представители «экономического империализма» (см.: AlchianA., Demsetz Н. Production, Information Costs and Economic Organization // American EconomicReview. 1972. V. 62. P. 777-795; Becker G.S. The Economic Approach to Human Behavior. Op.cit.; McKenzie It. Tullock G. The New World of Economics: Explorations into the Human Experience. Homewood. 1975) утверждали, что непсихологичность модели экономического человека является большим ее достоинством, поскольку психологический подход к человеческомуповедению подразумевает его иррациональность и, следовательно, непредсказуемость. «Изпсихологической модели человека трудно вывести что-либо, что не является тривиальнымили ложным» (См.: Meckling W. Values and the Choice of the Model of the Individual in theSocial Sciences // Schweizerische Zeitschrift fur Volkswirtschaft und Statistik. 1976. V. 112. P.555.)
  • [50] Бруннер К. Указ. соч. - С. 55.
  • [51] Brunner К., Meckling W.H. Op. cit. Р. 71-72.
  • [52] Такая оптимизация осуществляется на основе несовершенной информации, и при этомчеловек признает, что само по себе принятие решений связано с издержками. (См.: Там же. -С. 72.)
  • [53] 2Ь «Человек обменивающийся» склонен к кооперативному поведению и ждет такого же поведения от окружающих. (См.: Воробьёв О.Ю. Эвентология. - Красноярск: Сиб. фед. ун-т. -2007. -435 с.)
  • [54] Подразумевается модель ограниченной рациональности Г.Саймона и «теория перспектив»А.Тверски и Д.Канемана. Дело в том, что в условиях неопределенности для максимизациицелевой функции у индивида бывает слишком недостаточно информации, что усиливаетвоздействие психологических факторов. В этой связи, понятие рациональности в психологииотносится не к результатам принятых человеком решений, а к самой процедуре их принятия.(См.: Саймон ГА. Рациональность как процесс и продукт мышления // THESIS. - Вып.З. -1993. - С. 16-38; Simon Н.А. From substantive to procedural rationality // Method and Appraisal inEconomics / Ed. by S. Latsis. Cambridge, 1976.) Поэтому психологические переменные: мнения, ожидания, аттитюды - могут играть роль посредствующего звена между изменениемограничений и реакцией на него экономических субъектов (Дж.Катона). Но современнаяэкономическая теория, основанная на модели экономического человека, стремится свестиистинную неопределенность к ситуациям риска, когда индивиду, делающему выбор, известеннабор возможных альтернативных исходов и вероятность каждого из них. Только в этомслучае можно применить гипотезу максимизации ожидаемой полезности, которая сужаетсмысл экономической рациональности. (См.: Автономов В С. Экономическая теория и психология: http://viperson.ruAvind.php?ID=259)
  • [55] Brunner К.. Meckling W.H. Op. cit. P. 71-72.
  • [56] Lindenberg S. An Assessment of the New Political Economy: Its Potential for the Social Sciencesand for Sociology in Particular // Sociological Theory. 1985. Spring. №1. P. 99-113.
  • [57] Вайзе Петер (Weise Peter) - немецкий социолог и экономист.
  • [58] Вайзе П. Homo economicus и homo sociologies: монстры социальных наук // THESIS. 1993.№3. С. 117.
  • [59] Эмиль Дюркгейм (фр. Emile Durkheim) (15.04.1858, Эпинапь 15.11.1917. Париж) французский социолог, основатель французской социологической школы. (См.:http://ru.wikipcdia.org/wiki/ Дюркгейм,_Эмиль)
  • [60] Durkheim Е. Moral Education: A Study in the Theory and Application of the Sociology of Education. New York. Free Press, 1961. P. 59.
  • [61] Durkheim E. Op. cit. P. 60.
  • [62] Бруннер К. Указ. соч. - С. 1.
  • [63] Джордж Герберт Мид (Mead, George Herbert) (1863-1931 гг.) - американский философ,социолог и социальный психолог, заложивший основы символического интеракционизма.(См.: http://mirslovarei.com/content_soc/MID-DZHORDZH-GERBHRT-12605.htrnl)
  • [64] Блумер (BlumerBlumer) Герберт (07.03.1900г., Сент-Луис, США) - американский социологи социальный психолог, представитель чикагской школы интеракционизма. (См:http://socio.rin.ru/cgi-bin/articlc.pl?id=262)
  • [65] Иванов С.Г. Социология. - Бишкек: КРСУ, 2006. - С. 28.
  • [66] Бруннер К. Там же.
  • [67] Бруннер К. Там же. - С. 57.
  • [68] Принцип инструментального альтруизма в политической сфере может быть проиллюстрирован следующей формулой из панегирика Плиния Младшего императору Траяну: «Мы...любим тебя не из любви к тебе, но из любви к себе». В переводе на язык теории общественного выбора это может звучать примерно так: «Мы оказываем тебе политическую поддержку,ибо твое правление отвечает нашим интересам». (См.: Becker G.S. The Economic Approach toHuman Behavior. Op. cit.)
  • [69] Джордж Джозеф Стиглер (17.01.1911г., Рентон, шт. Вашингтон - 1.12.1991г., Чикаго),американский экономист, профессор Чикагского университета. Занимался совершенствованием микроэкономической теории, стремясь приспособить ее к анализу реальных экономических проблем. В 1982г. удостоен премии им. А.Нобеля по экономике за новаторские исследования рыночных структур, функционирования рынков, причин и результатов государственного регулирования. С позиции интересов отдельных отраслей Стиглер анализироваз проблемы государственного регулирования экономики («Гражданин и государство»). По егомнению, государство - это либо потенциальный ресурс, либо потенциальная угроза для каждой отрасли данной страны. Благодаря своей власти запрещать или принуждать, отбирать илидавать деньги государство может избирательно помогать или, наоборот, причинять вредмножеству отраслей. Характер политического вмешательства, с его точки зрения, определяется не тем, что так требует рынок или защита общественных интересов, а тем, что это необходимо и выгодно каким-то группам лиц или отраслям. Стиглер показал, что лоббированиеинтересов отдельных отраслей или профессиональных групп, извлекающих из государственного регулирования свои выгоды, связано с политическим устройством общества, с демократией и манипулированием голосами избирателей. (См: http://ru.wikipedia.org/wiki/ Стиглер, ^Джордж - 2008-04-18 от RmB)
  • [70] Sligler G.J. Economic Competition and Political Competition // Public Choice. 1972. V. 13. P.91-106.
  • [71] Sligler GJ. Economic Competition and Political Competition. Op. cit. P. 140.
  • [72] "м Джеймс Макгилл Быокснен-младший (англ. James McGill Buchanan Jr., p. 3.10.1919r.,Марфрисборо, шт.Теннесси) - американский экономист, лауреат Нобелевской премии(1986г.) «за исследование договорных и конституционных основ теории принятия экономических и политических решений». Является одним из основателей школы новой политической экономии. (См: http://ru.wikipcdia.org/wiki/BbioKeneH, Джеймс Макгилл)
  • [73] Джеффри Бреннан (англ. Geoffrey Brennan; род. 14.09.1944г.) австралийский экономист.(См.: http://ru. wikipcdia.org/wiki /Бреннан,_Джеффри)
  • [74] Причина правил. Конституционная политическая экономия. - СПб.: Экономическая школа, 2005. - 272 с.: http://www.delokniga.ru/description.aspx?product_no=373857
  • [75] Норт Д. Институты и экономический рост: историческое введение // THESIS. - 1993. -№2. - С. 77.
  • [76] Stigler G.J. The Theory of Economic Regulation // The Citizen and the State: Essays on Regulation. Chicago; L.: The University of Chicago Press. 1975. P. 114-141; Pellzman S. To ward a MoreGeneral Theory of Regulation // Journal of Law and Economics. 1976. August. V. 19. №2. P. 211-244.
  • [77] Происходит диверсификация деятельности в соответствии со специфическими особенностями, свойственными экономической и политической сферам. В экономической сфере осуществляется созидание доходов, а в политической - их перераспределение. (См.: Ме.щер Э.Политический механизм и рынок: выводы для демократических государств // МЭиМО. -1991,-№9. -С. 44-59.)
  • [78] Peltzman S. Op. cit. Р. 212.
  • [79] Stigler GJ. The Theory of Economic Regulation. Op. cit. P. 138.
  • [80] Принцип методологического индивидуализма в экономической теории тесно связан срациональностью экономического человека (все анализируемые явления объясняются толькокак результат целенаправленной деятельности индивидов). Этот принцип, фактически сформулированный К.Менгером (См.: Менгер К. Исследования о методах социальных наук иполитической экономии в особенности. - СПб., 1894. - Кн. 1. - Гл. 8.) и его учениками (См.:Бем-Баверк Е. Основы теории ценности хозяйственных благ // Австрийская школа в политической экономии. - М: 1992. - С. 342.), впервые подробно описан И. Шумпетером (см.:Schumpeter J.A. History of Economic Analysis. L., 1986. P. 889). Принцип методологическогоиндивидуализма в экономической науке представляет собой нечто большее, чем рабочуюгипотезу: отчасти это составная часть либерального символа веры, унаследованного от английской классической школы, в котором огромная ценность придается личной свободе инезависимости от внешних воздействий. (См.: Etzioni F. The Moral Dimension: Toward a NewEconomics. N.Y., 1988. P. 9-10.)
  • [81] Иванов С.Г. Указ. соч. - С. 28.
  • [82] Мансур Олсон (англ. Mancur Olson, Jr; 22.01.1932г., Гранд Форкс - 19.02.1998г.) - американский экономист. Бакалавр университета Оклахомы; магистр Оксфорда; доктор философии(1963) Гарвардского университета. Президент Общества общественного выбора (1972-74гг.).Политэкономическая секция Американской ассоциации политических наук вручает с 1993г.премию Олсона за лучшую диссертацию по политической экономии.
  • [83] Олсон М. Логика коллективных действий: Общественные блага и теория групп. - М.: Издательство ФЭИ, 1995: http://ikd.ru/node/96
  • [84] Там же. - С. 19.
  • [85] 24 К числу наиболее известных разновидностей названной теории относятся концепции общественного выбора (public choice), социального выбора (social choice), коллективного выбора (collective choice), рационального актора (rational actor) и ряд других. Основы данноготеоретико-методологического подхода были заложены в 1950-е годы, когда вышли в светработы К.Эрроу «Социальный выбор и общественные ценности» (1951г.) и Э.Даунса «Экономическая теория демократии» (1957г.); ключевые принципы концепций общественного иколлективного выбора были сформулированы в 1960-х годах в монографиях Дж.Быокенена иГ.Таллока «Расчет согласия» (1962г.), У.Райкера «Теория политических коалиций» (1962г.) иМ.Олсона «Логика коллективного действия: Общественные блага и теория групп» (1965г.); в1970-х г. появились труды У.Нисканена «Бюрократия и представительное правление»(1971г.), Дж.Стиглера «Гражданин и государство» (1975г.) и Г.Беккера «Экономическийподход к человеческому поведению» (1976г.), где обосновывался радикально-экономическийвзгляд на политический процесс. Следует также отметить, что среди классиков теории рационального выбора оказалось несколько нобелевских лауреатов: К.Эрроу, Дж.Быокенен,Г.Бсккср, каждый их которых стал основателем собственной научной школы соответственно, «марксистской», «вирджинской» и «чикагской”» (См.: Швери Р. Теория рациональноговыбора: аналитический обзор: http://sj.obliq.rU/article/l 49)
  • [86] Эпистемология или «теория познания» - ветвь философии, имеющая дело с исследованием природы, источников, и значимости знания. (См: http://vww.philosophy.nsc.ru/ PUBLICA-TION/Tselishchev/Epistem.htm) 245 Дегтярев Л.Л. Методологические подходы и концептуальные модели в интерпретацииполитических решений: http://www.politanaliz.ru articles_55.html
  • [87] 350 Green D., Shapiro /. Pathologies of Rational Choice: Л Critique of Application in Political
  • [88] Science. L„ New Haven. 1994.; Crolty W. The Theory and Practice of Political Science. V. 1.Evanston. 1991.
  • [89] 351 Энтони Даунс (англ. Anthony Downs; 1930г., Иванстон) - американский экономист и политолог. (См.: http://ru.wikipcdia.org/wiki//(ayHC,_3iiTOHn)
  • [90] 353 Идея «политического рынка», согласно которой демократическая политика может бытьпредставлена как аналог рыночной конкурентной борьбы, впервые была сформулированаИ.Шумпетером. (1942г.) (См.: Шумпетер Й. Капитализм, социализм и демократия. Указ. соч.-С. 355.)
  • [91] 3:” Даунсу удалось выявить около полутора десятков такого рода законов, в т.ч. законы «возрастания консерватизма», «неадекватного контроля за организацией», «снижения координации», «ослабления контроля» и т.п.
  • [92] Coleman J. Foundations of Social Theory. Cambridge, L. 1990. P. 53.
  • [93] Crotly W. Op. cit. P. C. 80-81.
  • [94] Green D„ Shapiro I. Op. cit.; Friedman J. The Rational Choice Controversy: Economic Modelsof Politics Reconsidered. L., New Haven. 1996.
  • [95] 25' Эффект Эсберга т.е. аффект обращения предпочтений заключается в том, что человексклонен не доверять себе.
  • [96] В 20-х гг. XX в. американский экономист Торстейн Веблен описал парадокс, названный«Эффектом Веблена». Заключается в том, что индивиды, переходящие из одной социальнойстраты в другую стремятся утвердить приобретенный статус путем приобретения товаров позавышенным ценам вне зависимости от их качества с целью подкрепления нового имиджа.
  • [97] Нейроэкономика - мультидисциплииарная область, объединяющая психологов, экономистов, биологов. Экономическое и политическое иррациональное поведение индивидов пытается объяснить активностью нейронов, ситуацией в нервной системе, организацией мозгачеловека, которая приводит к возникновению психических функций. Концентрирует внимание на эмоциональном фундаменте принятия решения. Утверждает, что для индивида эмоциине менее важны при принятии решений, чем рациональные основания, а эмоциональная составляющая в принятии решений очень часто приводит к оптимальному результату. (См.:Ключарев В. Причина иррационального поведения. - 30.01.2009: http://www.medlinks.ru/article.php?sid=34974)
  • [98] 360 Дэниэл Канеман (англ. Daniel Kahneman, родился 5.03.1934, Тель-Авив) - израильско-американский психолог, один из основоположников психологической экономической теориии поведенческих финансов, в которых объединены экономике и когнитивная наука для объяснения иррациональности отношения человека к риску в принятии решений и в управлениисвоим поведением. Знаменит своей работой, выполненной совместно в Амосом Тверски,Ричардом Тэйлером и Джеком Кнетчем по установлению когнитивной основы для общихчеловеческих заблуждений в использовании эвристик, а также для развития теории перспектив; лауреат Нобелевской премии по экономике 2002г. «за применение психологическойметодики в экономической науке, в особенности - при исследовании формирования суждений и принятия решений в условиях неопределенности» (совместно с В.Смитом), несмотряна то, что исследования проводил как психолог, а не как экономист. В работах ученые рассматривали эвристические черты вероятностного мышления. Их внимание было сосредоточено на доступности, репрезентативности, закреплении (установка «якоря») и корректировке.Доступность - это склонность индивидов переоценивать вероятность события, если естьпримеры подобного. Репрезентативность - это склонность оценивать вероятность событияисходя из того, в какой степени это событие соотносится с подходящей психической моделью. Закрепление и корректировка это процесс вынесения суждения, при котором изначальный ответ действует как якорь, а дополнительная информация используется лишь для того,чтобы корректировать этот ответ. Анализ когнитивных и ситуационных факторов, проведенный Канеманом и Тверски, дает возможность понять психологические процессы, управляющие человеческими суждениями и принятием решений. (См.; Kahneman D„ Tversky A. Prospect theory: An analysis of decision under risk. Econometrica, 47. 1997. P. 313-327; Tversky A.,Kahneman D. Advances in prospect theory: cumulative representation of uncertainty. Journal ofRisk and Uncertainty, 5. 1992. P. 232-297; http://ru.wikipedia.org/wiki /Канеман,_Дэниел) 361 Никонов А. Теория неожиданной бесполезности. - 23.01.2003. - №1: http://www.nomad.su/?a= 4-200301230015.
  • [99] 21,2 Никонов А. Там. же.
  • [100] Иванов С.Г Указ. соч. - С. 29. 2М Bendor J., Mookherjee D. Institutional Structure and the Logic of Ongoing Collective Action //American Political Science Review. 1987. V. 81. P. 129-154.
  • [101] Chamberlain./. Provision of Collective Goods as a Function of Group Size // American PoliticalScience Review. 1974. V. 68. P. 707-715.
  • [102] Margolis H. Selfishness, Altruism and Rationality. Cambridge: Cambridge University Press.1982.
  • [103] Юрьев А.И. Человек в политике // Психология / Под ред. Крылова А.А. - СПб.: 1998:http://azps.ru/ polpsy /lib/ theory_doings.html.
  • [104] Кочеврин Ю.Б. Эволюция менеджеризма: опыт политико-экономического анализа. - М.:Наука, - 1995.
  • [105] ш Arrow К J. Gifts and Exchange. Р. 17.
  • [106] Общественная функция благосостояния Бергсона-Самуэльсона. (См.: Bergson А.А. Reformulation of Certain Aspects of Welfare Economics // Utility Theory. A Book of Readings / A.N.Page (ed.). N. Y.: John Wiley and Sons. - 1968. P. 333.)
  • [107] Функция общественного благосостояния Эрроу.
  • [108] Arrow K.J. Social Choice and Individual Values. 2nd ed. N. Y.: Wiley. 1963; Brennan G., Buchanan J. The Reason of Rules. P. 37.
  • [109] 27’ Эрроу Кеннет Джозеф (Arrow, Kenneth Joseph; родился в 1921г., Нью-Йорк) - американский ученый, экономист. Удостоен Нобелевской премии по экономике (1972г., совместно сДж. Хиксом). (См.: Большая еврейская энциклопедия. - Том 10. - Кол. 694-695:http://www.eleven.co.i1/article/l 5115).
  • [110] Морозова Е.Г. Политический рынок и политический маркетинг: концепции, модели, технологии. М.: “Российская политическая энциклопедия” (РОССПЭН), 1999. - С. 53.
  • [111] Макарычев А. С. Принципы и параметры Общественного выбора (исследования вирджинской школы) // Политические исследования. - 1995. - № 4. - С. 184.
  • [112] Морозова Е.Г. Указ. соч. - С. 54.
  • [113] Бьюкенен Дж. Политическая экономия государства благосостояния. // Мировая экономикаи международные отношения. - 1996. - № 5. - С. 46-52.
  • [114] Нисканен У. Политический анализ и общественный выбор: избранные работы. М., 1998.;Нисканен У. Автократия, демократия и оптимальное правительство: фискальные выборы иэкономические результаты. - М.. 2003.
  • [115] 275 Морозова Е.Г. Указ. соч. - С. 55-56.
  • [116] Дегтярев А.А. Указ. соч.
  • [117] Например, принятие в парламенте бюджетного решения формулируется как многофакторная задача группового выбора с построением матрицы предпочтений. Если четко определеныкритерии эффективности бюджета и выстроена иерархия преференций, то выявление оптимального варианта сводится к обработке информации.
  • [118] Там же.
  • [119] Дягтерев Л.Л. Методологические подходы и концептуальные модели в интерпретацииполитических решений: https://vww.hse.ru/pubs/share/direct/documcnt/8077374I
  • [120] QuadeE. Analysis for Public Decisions. Englewood Cliffs. 1989.
  • [121] ‘ ’Там же.
  • [122] Холизм (от др.-греч. /ос, «целый, цельный») - идеалистическое учение, рассматривающее мир как результат творческой эволюции, которая направляется нематериальным «фактором целостности». Основоположник современного холизма - Я. Смэтс, которому принадлежат фразы, что целое больше, чем сумма его частей; и что высшей формой органическойцелостности является человеческая личность. Холизм рассматривает мир как единое целое, авыделяемые нами явления и объекты - как имеющие смысл только в его составе. Соответственно, развитие нашего мира направляет некая внешняя по отношению к нему сила. Примерхолистического утверждения из древности: по Гиппократу, человек есть универсальная иединая часть от окружающего мира, «микрокосм в макрокосме». (См.:http:// ru. wi kipcdia.org/wtki/Xoji ичм)
  • [123] 28 В данной связи целесообразно упомянуть, что ориентирующиеся на подобный подходспециалисты по политико-управленческой проблематике не претендуя на развернутое объяснение взаимоотношений между государством и обществом, довольствуются разработкойрабочих моделей государственной политики с использованием элементов универсальныхполитических теорий. (См.: Нельсон Б. Социальная политика и управление: общие проблемы.- Гудин Р., Клингеманн Х.-Д. (ред.) Политическая наука: новые направления. - М„ 1999. -С. 544.)
  • [124] Дегтярев А.А. Указ. соч.
  • [125] Дихотомия (греч. 6170 - на две части + TOj.ua - сечение) - последовательное деление на двечасти, не связанные между собой. (См.: http://ru. Wikipedia.org/wiki/Дихотомия)
  • [126] Штомпка П. Социология социальных изменений. - М.: 1996. - С. 268-276; Turner В. Actions, Actors, Systems. - The Blackwell Companion to Social Theory. Oxford. Turner. 1996. P. 108-110.
  • [127] Дегтярев А.А. Указ. соч.
  • [128] 7 тг ~ К примеру, вызывает интерес новое междисциплинарное научное направление овентоло-гия (О.Ю. Воробьев), связывающее философию и математику с естественными, гуманитарными и социоэкономическими науками: теорией вероятностей, теорией информации, теориейрешений, эвенто-менеджментом, психологией, экономикой, социологией (политологией) идр. Математическая эвентология - основанный на аксиоматике Колмогорова новый разделтеории вероятностей, показавший свою эффективность в математическом описании и эвенто-логическом обосновании и развитии существующих теорий неопределенности (теории нечётких множеств (Лютфи Аскер Заде, 1965), теории возможностей (Лютфи Аскер Заде, 1978),теории свидетельств (Демпстер-Шафср, 1976)), а также теории перспектив (Канеман, Твср-ски, 1979, 1992), объединившей экономику и психологию. Наряду с философскими и математическими вопросами «события» и бытия эвентология затрагивает экономические, социальные (политические) и психологические вопросы. (См.: http ://ru.science. wikia.comAviki/Эвентолотия) Согласно эвентологическому представлению,все виды «Homo» являются частными и рассматриваются как различные стороны эвентоло-гического вида «Homo» - «человека событийного» (лат. «Homo eventus»), представляющегособой индивидуальную последовательность «собранных воедино событий», которая полностью определяет личность и индивидуальное бытие человека. С точки зрения эвентологиипоследовательность событий, как и любое множество событий, однозначно характеризуетсяэвентологическим распределением (Э-распределенисм). Следовательно, как эвентологиче-ский вид «человек событийный» обладает и определяется собственным индивидуальным Э-распределением. «Homo eventus» стремится к Э-гармоничным отношениям с окружающиммиром. Э-гармоничное поведение «Homo eventus» противопоставляется рыночному поведению (крест Маршалла: спрос-предложение), к которому стремится классический «Homoeconomics», а также - Э-рыночному поведению (Э-крест Маршалла: Э-спрос-Э-предложение), к которому стремится «событийный Homo economics». «Э-гармоничное поведение» - эвентологическая формулировка стремлений «Homo eventus», опирающаяся на теорию перспектив (Канеман и Твсрски, 2002) и теорию рефлексии (Лефевр, 2002). Теория перспектив предлагает отказаться от модели «Homo economics» в пользу «человека иррационального», поведение которого иррационально и формируется на основе собственных вкусови предпочтений, эмоций и заблуждений. Теория рефлексии считает, что разум появляется тами тогда, где и когда появляется способность делать вероятностный выбор, и эта способностьнужна разуму для поддержания эвентологической (вероятностной и событийной) гармониимежду собственным иррациональным поведением («Иррациональное поведение индивидуума» с точки зрения эвентологии - вероятностное поведение в соответствии с эвентологическим распределением собственных событий индивидуума) и состоянием окружающего мира.(См.: Воробьёв О.Ю. Эвентология. - Красноярск: Сиб. фед. ун-т. - 2007. - 435 с.)
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >