Органы молодежной политики в предметном поле социологии: особенности теоретического поля исследования

До середины XX века молодежная политика как разновидность государственного управленческого воздействия в политической жизни фактически отсутствовала. Молодежи как социально-демографической группе не принадлежали сколько-нибудь значимые политические или экономические позиции, хотя молодежь являлась основным трудовым ресурсом страны, и ее трудовая деятельность была источником средств для социального обеспечения и экономического развития. Во многом причины состояли в том, что в общественном сознании молодежь не рассматривалась как автономная социальная группа.

Кроме того, в экономическом доктринальном пространстве во многом господствовал либерализм, сторонники которого исходили из необходимости ограничения роли государства и его вмешательства в общественную жизнь. Считалось, что государство должно только регулировать правовые отношения, а условия для саморазвития (включая образовательные, культурные и экономические условия) молодые люди должны создавать себе сами. Либералы подчеркивали максимальную полезность для общества принципов свободы индивида и минимального вмешательства со стороны государства в общественную сферу. Отсюда делался логический вывод относительно необходимости концентрации па индивидуальных усилиях как основном социальном факторе успеха или неуспеха молодого человека в обществе. И чем меньше будет помощь со стороны государства, чем большего смогут добиться молодые люди (в 1990-е годы в России в рамках «радикального либерализма»[1] некоторые исследователи и политики высказывали похожие политические мнения).

Одним из методологических оснований либеральных представлений о неэффективности государственной политики стала концепция «ограниченной рациональности» Нобелевского лауреата Г. Саймона[2]. Она исходит из неполной рациональности значимых экономических агентов, включая действия государственных структур. Эта концепция ознаменовала собой некоторый отход западных теорий менеджмента и социологии управления от идеи абсолютной эффективности и определенности государственной политики. Ученые стали осознавать, что бюрократическая рациональность имеет четкие когнитивные и социокультурные пределы.

Логичным продолжением концепции «ограниченной рациональности» стали работы школы «общественного выбора»[3]. По мнению представителей этой школы, неэффективность органов государственного управления связана с наличием у чиновников некоторой «административной патологии». Это подмена общественных целей бюрократическими интересами.

Похожей точки зрения придерживается автор известной экономической теории бюрократии С. Нисканену[4]. По его мнению, мотивом деятельности чиновников являются карьерные устремления. Основными ограничениями бюрократической эффективности являются низкие ставки заработной платы чиновников, а также неэффективность информационных потоков.

Американский социолог Роберт Мертон[5] пришел к аналогичному выводу, объясняя склонность бюрократии к ритуалам с инструментальным замещением цели, при котором «ценность, служившая инструментом, превращается в конечную ценность». Этот социальный процесс соответствует «железному закону» Р. Михельса[6], согласно которому любая общественная система неизбежно бюрократизируется и со временем подчиняет себе систему.

Чиновники стремятся в максимальной степени увеличить бюджет и соответствующие административные полномочия. Этот процесс можно назвать «присвоением» государственного аппарата. Как пишет известный российский институционалист, «избранные депутаты специализируются на принятии решений по определенным вопросам. В то же время при представительной демократии нередко проходят варианты, не соответствующие интересам и чаяниям большинства населения. Кроме того, создаются предпосылки для принятия решений в интересах узкой группы лиц»[7].

Согласно институциональной модели «принципал - агента»[8], реализации чиновниками профессиональных функций препятствуют транзакционные издержки. Например, издержки неопределенности изменения политики или издержки получения информации. Они являются существенным препятствием на пути создания эффективного управления и институционального преобразования содержания деятельности по осуществлению управленческой функций.

Эти концепции на теоретическом и практическом уровнях доказали неэффективность программ создания систем централизованного управления социальными процессами и общественного программирования. Также эти концепции поставили под сомнение плановые действия социалистических государств в направлении накопления и обработки экономических и социальных статистических данных с целью исчерпывающего знания характеристик и будущего поведения объекта управления. Эти концепции стали своеобразным методологическим ответом активно развиваемым в советской пауке концепциям кибернетики, системного анализа, теории искусственного интеллекта и математической оптимизации[9].

Интерес советских специалистов к проблемам оптимизации управления был настолько велик, что были переведены основные т|эу- ды почти всех западных специалистов в области теории управления[10]' и кибернетики[11]. Эти концепции стали важными доминантами в концепции построения эффективных управленческих технологий. Несмотря на их «буржуазное» происхождение из капиталистических стран, модели и методы этих направлений успешно использовались для решения проблем управленческой оптимизации. При такой постановке задачи оптимизации как центрального звена в решении проблемы управления вопросы противоречия между социалистическим и капиталистическим способами хозяйствования отходили на второй план.

Вторая половина 1960-х годов охарактеризовалась резким ростом молодежных организаций и движений практически во всех странах Западной Европы и Северной Америки. Одним из лозунгов молодежного движения было утверждение: «Не доверяй никому старше 30». Большая часть молодежных движений носила культурный и социально ориентированный характер, по некоторые стали добиваться политических, политико-экологических и правозащитных целей (например, «Международная амнистия» и «Гринпис»),

Политический интерес к молодежной политике, как и академический интерес к социологии молодежи во многом являются «детищем» молодежной революции 60-х годов XX века. В этот период у политической элиты возникло понимание, что для развития молодежи, профессиональной самореализации и организации горизонтальных общественных организаций необходимо финансирование и обеспечение социальных условий. Для осуществления этих функций структуры управления стали использовать уже разработанные экономические и социальные механизмы государственной политики, регулирования, планирования, программирования и т.д.

Проводимые в дальнейшем административные преобразования стали отражением критического социологического взгляда на существующий порядок институциональных взаимоотношений государственного аппарата с гражданским обществом. Стало очевидным, что достижение отдельных экономических и социальных целей оказывается возможным только через достижение общих государственных целей и необходимо стремиться к разумному соответствию между государственно-правовым регулированием общественной сферы и естественным порядком развития социума. Необходимо адекватно сочетать социальные процессы централизации и децентрализации, а также сконцентрировать средства и ресурсы, направленные па эффективное достижение целей управления, сбалансированные по качеству, времени и удовлетворенности участников.

Изменение роли и направленности социальных функций государства особенно активно происходили в 1970-1980-е годы в Европе.

Этот социальный процесс известный польский социолог П. Штомпка[12] [13] называет «патернализацией».

Вопросам развития молодежи и молодежной политике стало уделяться на ассамблеях и заседаниях наднациональных организаций. Актуальность молодежной проблематике была отражена и на международном уровне. Была принята Резолюция 2037(ХХ) Генеральной Ассамблеи ООН «Декларация о распространении среди молодежи идеа- лов мира, взаимного уважения и взаимопонимания между народами» . С этого периода в мировом масштабе стало проводиться празднование специально установленного Международного года молодежи.

На международных ассамблеях и сессиях за последние несколько десятилетий были установлены несколько основополагающих принципов развития молодежи и организации молодежной политики, которым должны следовать государства ООН, подписавшие соответствующие юридически обязывающие документы:

  • 1. Молодежь должна воспитываться в духе мира, справедливости, свободы, взаимного уважения и взаимопонимания, чтобы способствовать установлению равноправия для всех людей и всех народов, экономическому и социальному прогрессу, разоружению и поддержанию международного мира и безопасности.
  • 2. Молодежь должна воспитываться в духе идеалов мира, гуманизма, свободы и международной солидарности, а также всех других идеалов, способствующих сближению народов.
  • 3. Молодежь должна воспитываться на основе уважения достоинства и равенства всех людей, без какого бы то ни было различия по признаку расы, цвета кожи, этнического происхождения или убеждений, а также в духе уважения к основным правам человека и к праву пародов на самоопределение.
  • 4. Государства должны поощрять взаимный обмен, поездки, туризм, встречи, изучение иностранных языков, контакты между городами и университетами среди молодежи всех стран в целях сближения молодежи в области образования, культуры и спорта без какой-либо дискриминации.
  • 5. Государства должны поощрять деятельность национальных и международных объединений молодежи, организованных в духе необходимости поддержания международного мира и безопасности, развития дружественных отношений между народами, основанных па уважении суверенного равенства государств, осуществлению окончательной ликвидации всех форм дискриминации и других нарушений прав человека в духе мира, сотрудничества, взаимного уважения и взаимопонимания между народами.
  • 6. Основной целью воспитания молодежи должно быть развитие всех ее способностей, формирование у нее высоких моральных качеств, глубокой преданности благородным идеалам мира, свободы, достоинства и всеобщего равенства и чувства уважения и любви к человечеству и к его созидательному труду. Важная роль в этом отношении принадлежит семье.
  • 7. Государства должны предоставлять молодым людям возможность получать образование, приобретать навыки и полнокровно участвовать в жизни общества во всех ее аспектах, чтобы они могли продуктивно трудиться и вести экономически самостоятельную жизнь;
  • 8. Необходимо поощрять взаимное уважение, терпимость и взаимопонимание между молодыми людьми различной расовой, культурной и религиозной принадлежности;
  • 9. Необходимо получать точные данные о положении и потребностях молодых людей, эти данные должны быть открытыми гражданскому обществу, чтобы неправительственные организации могли эффективно участвовать в процессе принятия управленческих решений;
  • 10. Необходимо удовлетворять важные потребности молодых людей в таких областях, как ответственная практика регулирования размеров семьи, семейная жизнь, сохранение сексуального и репродуктивного здоровья, профилактика венерических заболеваний, инфекции ВИЧ и предупреждения СПИД и других заболеваний, включая меры по борьбе с такими заболеваниями, как малярия и ВИЧ/СПИД, и по защите их от опасных наркотических средств и последствий наркомании, злоупотребления от последствий наркомании, злоупотребления табачными изделиями и алкоголем. Это необходимо для обеспечения физического и психологического здоровья молодых людей.
  • 11. Необходимо всячески поощрять молодых людей, включая молодежные организации, к активному участию в программах, включая образовательные программы, и действиях, предназначенных для защиты, оздоровления и улучшения качества окружающей среды.
  • 12. Государства должны принимать меры для расширения возможностей обеспечения образования и занятости для молодых людей- ипвалидов; принимать меры для облегчения труда молодых людей, живущих в особо трудных условиях, в том числе через защиту их прав.
  • 13. Государства должны содействовать достижению цели полной занятости в качестве одного из основных приоритетов своей экономической и социальной политики, уделяя особое внимание занятости среди молодежи, а также принимать меры для ликвидации экономической эксплуатации детского труда.
  • 14. Государства должны ставить интересы человека во главу угла в области развития и направлять экономическую деятельность на более эффективное удовлетворение потребностей молодого человека и на обеспечение того, чтобы молодые люди были активными участни- ками экономического развития .

В современных западных странах молодежная политика осуществляется не столько государственными чиновниками, сколько при участии самой молодежи, которая привлекается государственными органами для принятия более эффективных политических и административных мер. Это модель т.н. «коллективного целедостижения», которая реализуется как посредством иерархии управления, так и с помощью общественного инструмента формирования целевой молодежной общности.

Таким образом, из практической необходимости в западной социологии возник социологический интерес к изучению практического, организующего и регулирующего воздействия государства (через систему органов исполнительной власти) на молодежные процессы в целях их упорядочения, сохранения или реформирования. Разумеется, нельзя механически перенести западный опыт молодежной политики в российскую реальность. Однако такой социологический анализ полезен, поскольку он активизирует поиск новых подходов и моделей организации оптимизации управленческой деятельности.

В советской социологии академический интерес к проблемам молодежи также актуализировался под влиянием политических причин и запросов. Молодежь выделялась советскими социологами как специфическая возрастная группа. По мнению основоположника советской социологии молодежи И.С. Кона, «молодежь - социальнодемографическая группа, выделяемая на основе совокупности возрастных характеристик, особенностей социального положения и обусловленных тем и другим социально-психологических свойств. Молодость как определенная фаза, этап жизненного цикла биологически универсальна, но ее конкретные возрастные рамки, связанный с ней социальный статус и социально-психологические особенности 44 Молодежь и право: сборник нормативно-правовых документов (в 4 ч.). М: Институт международных социально-гуманитарных связей. 2006.

имеют социально-историческую природу и зависят от общественного строя, культуры и свойственных данному обществу закономерностей социализации»[14].

В рамках марксистской философии и методологии[15] утверждалось, что политические процессы являются результатом процессов, происходящих в социально-экономической сфере общества. С этой точки зрения формирующаяся в развитых странах система молодежной политики и органов по делам молодежи рассматривалась советскими исследователями скорее с точки зрения «сокрытия» реальных классовых интересов рабочей западной молодежи, чем как естественное социальное и расширение государства «всеобщего благосостояния»'[16] и рост интереса западных правительств к процессам, происходящим в молодежной среде.

Советскими исследователями[17] молодежная политика в Советском Союзе изучались в основном в контексте необходимости развития комсомольских и пионерских движений. Эти исследования (как правило, общие социально-философские описания без использования эмпирических данных) не выходили за пределы идеологических доктрин, а внимание уделялось преимущественно задачам повышения участия молодежи в развитии социализма, укреплении политического единства советского общества и идеологически успешной интеграции в советское общество. Таким образом, советская молодежь обладала крайне ограниченным общественным пространством для развития автономных инициатив.

Иногда затрагивались и общие проблемы отношения советских властей и неформальных молодежных объединений[18]. В этих работах, как правило, рассматривались ценностные предпочтения советской молодежи, а также предлагались рекомендации относительно того, что могут сделать советские власти для формирования позитивных социальных ценностей у молодых людей. Обычной для советских работ этого периода была откровенно высказываемая критика местных властей и правоохранительных структур в невнимании к проблемам молодежи, а также нежелании или неготовности содействовать решению проблем молодежного досуга, жилищных проблем, эффективной борьбы с социальными недугами (алкоголизм, начинавшиеся в этот временной период такие социальные девиации как наркомания, токсикомания, организованная преступность и пр.).

С конца 1980-х гг. государственная молодежная политика официально позиционировалась как область государственной деятельности. Несмотря на явные успехи советской молодежной политики (хотя первое законодательство[19] было принято уже в момент фактического распада Советского Союза), что проявлялось в виде, например, повышения уровня образования молодых людей, доминирование девиантных социальных тенденций в молодежной сфере в позднесоветское время показывает, что следует критически осмыслить привычные и устоявшиеся в советское время научные взгляды па молодежную активность. Логичным стала деидеологизация постсоветской пауки. Был сделан акцент па устранение идеологических подходов к организации управления.

Более объективное рассмотрение молодежных социально- политических процессов в соответствии с принципами социологического позитивизма сопровождалось отказом от морально-политических априорных долженствований молодежи перед обществом и страной. Подобный методологический поворот открыл институциональные возможности для создания прагматичной и эффективной молодежной политики, лишенной идеологического пафоса. В частности, в сфере молодежной политики произошел отказ от его излишней централизации, приветствовалась самостоятельность субъектов Российской Федерации и инициативность со стороны исполнительных органов местного управления и самоуправления в сфере регулирования молодежных отношений.

В постсоветское время вопрос об исследовании молодежной политики возник с особой политической и методологической остротой. Впервые осуществление целостной государственной молодежной политики в России было признано одним из приоритетных направлений государственной политики в 1992 году[20]. Система управления государственной молодежной политикой начала формироваться как на федеральном уровне, так и па региональном.

Молодежная политика стала структурироваться как многоуровневый процесс, включающий в себя деятельность многих органов исполнительной власти, направленную на создание правовых, экономических и организационных условий и гарантий для самореализации молодежи и развития молодежных объединений, движений и общественных инициатив5'. Этот подход исходил из необходимости учета потребностей молодежи не только в расширении возможностей для творческой и общественной самореализации, по и потребностей в качественном и доступном образовании и профессиональной подготовке, благоприятных условиях жизни, включая вопросы обеспеченности молодежи льготным жильем, услугами здравоохранения, возможностью найти работу. Эти потребности молодых людей особенно актуальны для успешной социализации в современном обществе.

В российской политологической науке[21] [22], значительный вклад в разработку проблемы исследования молодежной политики был сделан в первой половине 1990-х гг.

Эти работы по предметной области пересекаются с политикоправовыми исследованиями[23], так как молодежную сферу регулирует фактически все отрасли современного законодательства (нормы государственного, гражданского, трудового, уголовного, уголовно- процессуального и т.д. права, законодательства об образовании, здравоохранении, воинской обязанности и воинской службе, культуре и др.).

Исследователи пришли к выводу, что нужен не столько тотальный отказ от применения административных методов управления (реформа системы государственного управления в России фактически началась с замены понятия «государственное управление» па «исполнительную власть»), сколько о соблюдении баланса в использовании принципов централизации и децентрализации, а также в сочетании общественных и государственных интересов. По мнению Н.Ю. Хамане- вой, «государственное управление, которое было характерно для советского периода, значительно отличается от нынешнего, что связано с изменившимися условиями жизни общества. Понятие «государственное управление» уже не связывается с понятием «административное подчинение», а является более многогранным и проявляется в нормативном правовом регулировании, координации, содействии»[24].

Современные российские политологи[25] рассматривают проблемы молодежной политики в контексте необходимости развития и поддержки молодежных неправительственных организаций и молодежных общественных движений. Эти задачи логически выводятся из главной цели демократического и социально ориентированного государства - повышение благосостояния и уровня жизни граждан. Важность этой цели актуализируется предшествующим опытом развития России, когда при четкой регламентации общественной жизнедеятельности интересы благосостояния людей никогда не выводились в качестве приоритета государственной политики.

Формулирование и развитие молодежной политики в каждый конкретный исторический период развития общества являются важными политическими и правовыми задачами государства. По мнению

В.Л. Романова[26]: «Действия подавляющего большинства бравшихся за переустройство общества людей оказывались, как правило, низко эффективными. Причина этого коренится в абсолютизации предлагаемой модели управления обществом, «вталкивании» их в живую ткань общественных отношений вне связи с эволюционными процессами в отечественном культурном пространстве».

Отсюда можно сделать вывод, что российская молодежная политика не может быть столь директивной и авторитарной, как в советское время. Она должна отражать потребности молодых россиян, развиваться и изменяться вместе с ними в процессе создания необходимых и достаточных условий для свободного развития и достойного существования молодых людей, что обеспечивается построением и функционированием эффективной управленческой деятельности.

Популярность молодежной проблематике хорошо отражается в росте числа диссертационных работ, посвященных проблемам развития молодежной политики[27]. В этих социологических текстах также рассматриваются различные аспекты управленческой деятельности органов молодежной политики (потенциал организационной культуры государственной службы, мотивация и продуктивность работы государственных служащих и пр.), а также формирование молодежной бюрократии.

Как правило, органы молодежной политики - это организации классической бюрократической формы (в соответствии с сущностным разделением Г. Минцбергом современной бюрократии на два типа: механистический и профессиональный[28]), в которой существует строгая специализация различных подразделений организации и соответствующее ролевое распределение. Однако для этих органов насущной необходимостью является выстраивание горизонтальных отношений с гражданским обществом, в особенности - с молодежными организациями.

Непосредственный интерес в рамках нашего диссертационного исследования вызывают работы социологов (Коврижиых[29]' Ю.В., Литвинова Е.Н., Литвинова Т.И., Луков[30] В.А., Сериков А.В., Овруцкая[31] Г.К., Чупин Г.М. идр.), посвященные непосредственной интерпретации понятия «молодежная политика», ее функций, ценностных основ, структуры и т.д. В этих исследованиях рассматриваются меры реализации государственных целей в контексте социально- структурных и институциональных параметров молодежной политики, стратификационных и идентификационных позиций основных социальных субъектов, заинтересованных в том или ином варианте управленческой реализации государственных приоритетов.

Социологический интерес представляет подход Ю.А. Зубок, которая рассматривает молодежную политику в контексте необходимости снижения рискогенности молодежного пространства. По мнению московского социолога, «такой подход позволяет обосновать меру существенных признаков, необходимых для операциопализации молодежи как базового понятия»[32]. Общим в рискологических исследованиях московской социологической школы[33] является то, что изучение молодежных процессов осуществляется в неразрывной диалектической связи с изучением проблем социальной интеграции молодых людей в политическую жизнь и политические процессы.

Таким образом, в анализе молодежной политики сформировались определенные социологические подходы, позволившие достичь важных научных результатов. Центральными вопросами изучения сферы молодежной политики являются вопросы анализа ее предметной и функциональной сторон; определение эффективных инструментов и методов управления; вычленение круга первостепенных задач, которые необходимо решить теории управления, анализ информационного обеспечения, признаков адаптивности, управляемости, идентифицируемости государственной политики и т.п.

Однако фрагментарность и мозаичность имеющихся теоретических разработок в области социологии молодежи и политической социологии препятствует выработке целостной картины состояния проблемы развития молодежной политики.

Управление молодежной политикой - это один из самых сложных видов государственного управления, в котором не должно быть декларативности, требовательности и излишнего морализаторства. Государственные служащие, которые работают в этой сфере, должны уметь принимать эффективные решения с учетом всей сложности факторов, которые на них влияют. По мнению социолога В.И. Кнорринга, «теория управления не может дать готовые рекомендации для конкретных жизненных ситуаций, и каждый человек принимает решения, основываясь на интуиции и собственном опыте. Но любая импровизация опирается на глубокое знание законов, научно обоснованных и понятых человеком методов мастерства»[34].

Сегодня в социологической предметности явно недостаточно работ, которые рассматривали бы институциональное измерение органов молодежной политики и соответствующие методы повышения эффективпости управленческой деятельности, что и актуализирует данную проблематику, особенно в условиях повышения значимости молодежной политики в современном российском обществе.

В современной России коренным образом меняется общественная жизнь. Изменения претерпевают государственные цели и общественные ценности, поведение гражданских организаций и других субъектов государственного управления, декларируемые правила и нормы. Значимый рост количественных показателей российской экономической системы (рост ВВП, снижение безработицы и общего уровня бедности[35], рост рождаемости и некоторое снижение смертности, рост сбережений (по данным экономистов, 32% россиян имеют сбережения)'[36] и пр.) в 2000-е годы позволяет государственным органам больше административного внимания уделить решению тех социальных вопросов в молодежной среде, которые десятилетия назад находились как бы па периферии государственного внимания. Реализуемая политика, как отмечал немецкий социолог К. Манхейм, нуждается «в уравновешенном состоянии, достигаемом через самоконтроль и рассудочность»[37].

Как показывает проведенный в первом параграфе социологический анализ, в данной области социологического знания имеется свободная лакуна, поэтому предлагаемое исследование претендует на то, чтобы предложить адекватный вариант ее заполнение. Также своего социологического анализа требует проблема анализа методов институциональной оптимизации на основе детального исследования управленческих процессов в органах молодежной политики и взаимодействия управленческих и гражданских структур в молодежной сфере.

  • [1] Гайдар Е.Т., Чубайс А. Экономические записки. М: Российская политическаяэнциклопедия, 2008.
  • [2] Саймон Г. Теория принятия решений в экономической науке и науке о поведении //Теория фирмы. СПб: Республика. 1995.
  • [3] 3S Бьюкенен Дж., Таллок Г. Расчет согласия. Логические основания конституционной демократии. М: Республика. 1997.
  • [4] 34 Нисканен С. Бюрократы и политика // Вехи экономической мысли. Экономическое благосостояние и общественный выбор. 2004. №4.
  • [5] Ju Мертон Р. Социальная теория и социальная структура. М.: ACT, ХРАНИТЕЛЬ,2006. с. 189.
  • [6] Михельс Р. Демократия и железный закон олигархии // Диалог. 1991. №3.С. 3-15.
  • [7] Нуреев Р.М. Теория общественного выбора. Курс лекций. М., 2005. С. 227.
  • [8] Pratt. J. and Zeckhauser R. 1991. Principals and Agents. Boston: Harvard BusinessSchool Press.
  • [9] Налимов В.В. Влияние идей кибернетики и математической статистики на методологию научных исследований // Методологические проблемы кибернетики (материалы к всесоюзной конференции). Т. 1. М: Наука. 1970.
  • [10] 43 Пригожин А. И. Социология организаций. М.: «Наука», 1980. с. 41.
  • [11] Бир С. Кибернетика и управление производством. М.: Изд-во иносгр. лит. 1963;Винер Н. Кибернетика и общество. М.: Иностранная литература, 1958. 200с.; Шеннон К. Работы по теории информации и кибернетике. М: Наука. 1963; Росс Э. Введение в кибернетику. М: Наука. 1959 и др.
  • [12] Штомпка П. Социология социальных изменений. Пер. с англ. Ред. В.А. Ядов. М.:Аспект Пресс, 1996.
  • [13] Права человека: сборник документов / сост. О.О. Миронов. М.: Изд. «Экзамен»,2006.128 с.
  • [14] 0 Большая советская энциклопедия. Т. 16. М: Политиздат. 1988. с. 127.
  • [15] Кривушин Л.Т. Проблема государства и общества в домарксиситской мысли. Л:Политиздат. 1978.
  • [16] Эрхард Л. Благосостояние для всех / Пер. с нем.; Вступ. ст. Б.Б. Багаряцкого,В.Г. Гребенникова. М.: Дело, 2001.
  • [17] Луков В. А. Молодежное движение в социалистическом обществе: Вопросы теории и практики. М: Наука. 1987. с. 35-57.
  • [18] Левичева В. Ф. Неформальные самодеятельные объединения. Социологическийочерк. М: Наука. 1989.
  • [19] Закон СССР от 16.04.1991 №2114-1 “Об общих началах государственной молодежной политики в СССР”.
  • [20] Указ Президента Российской Федерации №1075 «О первоочередных мерах вобласти государственной молодежной политики» от 16.09.1992.
  • [21] 5 Постановление Верховного Совета Российской Федерации №5090-1 «Основныенаправления государственной молодежной политики» от 03.06.1993.
  • [22] Алещенок С.В. Государственная поддержка молодежных организаций: мировойопыт // Молодежная политика. 1995. № 76-78.
  • [23] Джамалова Э.К. Историко-правовой анализ основ формирования правосознаниямолодежи Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук.Махачкала: Дагестанский государственный университет, 2005.
  • [24] Административное право Российской Федерации. М.: Юристъ, 2004. с. 15.
  • [25] Кислицин С.А. Формирование |ражданского общества в условиях российскойдемократической реформации. 2-е изд., перераб. и доп. Ростов-на-Дону: Изд-воСКАГС. 2005.
  • [26] Романов В. Л. Глобализация в реальности и сценариях развития // Глобализация:синергетический подход. М. 2002. Ч. 2. с. 274.
  • [27] Гущин О.В. Региональная модель государственной молодежной политики: опытсоциологического анализа. Диссертация на соискание ученой степени кандидатасоциологических наук. Екатеринбург: ЕГУ, 2007.
  • [28] Минцберг Г. Структура в кулаке: создание эффективной организации / Под ред.Ю.Н. Канревского. СПб: Питер. 2004. с. 328-329.
  • [29] <0 Коврижных Ю.В. Технология разработки и реализации государственных региональных молодежных программ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата социологических наук. Белгород: Белгородская государственная техническаяакадемия строительных материалов. 1997.
  • [30] Луков В.А., Воробьев Ю.Л., Доскальчук А.В., Литвинова Е.Н., Литвинова Т.И.,Чупин Г.М. Концепция и стратегия реализации государственной молодежной политики в муниципальном образовании города Братска на 2008-2012 годы. Инновационные модели и формы оптимизации социального партнерства муниципальнойвласти и местного сообщества братчан. Братск: филиал ИГУ, 2007.
  • [31] Овруцкая Г.К., Внукова Л.Б. Особенности реализации государственной молодежной политики в Ростовской области: социологический анализ студенческихпредставлений //Академический вестник. 2011. №1(10).
  • [32] Зубок Ю.А. Феномен риска в социологии. Опыт исследования молодежи. М: ИСРАН. 2007. с. 11.
  • [33] 64 Чупров В.И., Зубок Ю.А., Певцова Е.А. Молодежь и кризис: диалектика неопределенности и определенности в социальном развитии. М.: Русское слово. 2009.
  • [34] Кнорринг В.И. Основы искусства управления. М. 2003. с. 11.
  • [35] Бедность и неравенства в современной России: 10 лет спустя. Аналитическийдоклад. М: ИС РАН. 2013. 168 с.
  • [36] 12 Васильев А. Легкий контроль ваших расходов // Время жить. Февраль - март,2014, №1(42). с. 22.
  • [37] Манхейм К. Диагноз нашего времени. М. 1994. С. 460.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >