Информационные мероприятия государственной антикоррупционной политики Кыргызской Республики

В данном параграфе осуществлена попытка систематизации научных идей по вопросам разработки, имплементации и реализации информационных и информационно-психологических мероприятий по предупреждению и снижению уровня коррупции. А так же дан анализ возможности применения данных мероприятий в Кыргызской Республике.

Исследование любой научной проблемы начинается с определения терминологического аппарата. Анализ множества теоретических определений, а так же определений, имплементированных в акты различных стран и международных организаций, свидетельствует об отсутствии единого, общепринятого, научно-обоснованного подхода к данному методологическому вопросу. Сужение, либо искажение понятия дает ложное представление о механизмах коррупции, снижает эффективность антикоррупционной политики и мероприятий, осуществляемых в ее рамках.

По мнению шведа Йохана Эигвалля, автора диссертации «Государство как инвестиционный рынок: аналитическая база для понимания политики и бюрократии в Киргизии» в пашей стране коррупция - это не общественно-опасное явление, а уникальный для мировой практики способ государственного управления. По мнению автора, системный характер коррупции в КР делает бесполезным применение западных политических теории. В Кыргызстане «личные связи, родоплеменные и клановые стартовые позиции являются вторичными по отношению к повсеместной обязанности платить за прием на госслужбу, повышение по карьерной лестнице и т.д.» [42].

Данный вывод, сделанный молодым шведским политологом на основании полутора лет проживания в Кыргызстане и интервьюирования ста граждан нашей страны, не отвечает критерия научности. Вызывает глубокие сомнения верифицируемость выводов вследствие ограниченности выборочной совокупности респондентов. Кроме того, статус исследователя, выступающего в качестве «полного стороннего наблюдателя», а не «участника как наблюдателя», «наблюдателя как участника» или «полного участника» не позволяет говорить о выводах как бесспорных, научных и истинных.

Возвращаясь к определению коррупции, следует отметить, что все они, по мнению Е.А. Рейтблата, сосредоточены вокруг трех явления: «взяточничества, взяточничества-подкупа и казнокрадства». Автор считает, что «коррупция представляет собой сложное социально- психологическое явление, заключающееся в подкупе одним индивидом другого, руководствующегося желанием незаконного обогащения, использующего служебное положение индивида, выполнением требования первого индивида и незаконном получением материальных благ вторым индивидом, приводящее к нарушению социальной справедливости» [116].

Однако анализ фактов правового преследования лиц, обвиненных в коррупции в Кыргызстане, свидетельствует о том, что к уголовной ответственности привлекаются лишь те граждане, которые «использовали служебное положение» (так называемая «беловоротничковая коррупция»), либо «вымогали» взятку на уровне «бытовой коррупции». То есть, де-юре коррупция в КР - это широкое понятие, подразумевающее «умышленные деяния, состоящие в создании противоправной устойчивой связи одного или нескольких должностных лиц, обладающих властными полномочиями с отдельными лицами или группировками в целях незаконного получения материальных, любых иных благ и преимуществ, а также предоставление ими этих благ и преимуществ физическим и юридическим лицам, создающее угрозу интересам общества или государства» [35, ст. 303].

При этом вымогательством взятки является «вымогательство должностным лицом выгод с тем, чтобы это должностное лицо совершило какое-либо действие или бездействие при выполнении своих должностных обязанностей в интересах дающего, нарушающего его законные права, а равно поставление его в такие условия, которые вынуждают дать взятку с целью предотвращения наступления вредных последствий его правоохраняемым интересам» [35, ст. 313]. А получением взятки является «получение должностным лицом взятки за действия (бездействие) в пользу взяткодателя, если такие действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица либо оно может способствовать таким действиям (бездействию), а равно за общее покровительство или попустительство по службе» [35, ст. 313-1].

Говоря о правовом подходе к противодействию коррупции, следует отметить его несостоятельность. К примеру, за 15 лет с «2000 года в Китае публично расстреляны за коррупцию около 10 тысяч чиновников. 120 тысяч получили длительные сроки по 10-20 лет заключения» [64]. При этом «страх», как мотив поведения человека не отвергает стремление индивидов (китайцев) к незаконному обогащению.

Возникает методологическая дилемма определения приоритетности проблематики «силовой борьбы с коррупцией», либо «лишения желания незаконного обогащения», посредством информационнопсихологического воздействия на сознание граждан. Притом, что «борьба» со «сложным социально-психологическим явлением» в рамках права обнаруживает свою несостоятельность, возникает закономерный вопрос о том, почему в антикоррупционной политике нашей страны не использованы философский, психологический, информационный, политологический и иные подходы, эффективность которых может показать лишь практика.

Тот факт, что право не является «единственным» и даже не входит в число «основных» регуляторов поведения является аксиомой. Е.А. Рейтблат настаивает на приоритетности психологического подхода, предполагающего опору на стимулирование внутренних регуляторов (психокоррекции), которые, по его мнению «по своей силе многократно превосходят страх перед штрафом или тюрьмой (внешний регулятор)» [115]. Этика и мораль являются внутренними регуляторами поведения человека. Основной задачей государственного управления по снижению уровня коррупция в рамках психологического подхода должно быть лишение индивида желания незаконного обогащения, а не борьба с коррупцией.

Экономисты настаивают на том, что основными причинами, лежащими в основе коррупции, являются национальные проблемы экономического характера: низкий уровень макроэкономических показателей: уровень ВВП, доходов населения, дефицит бюджета и, как следствие, низкая заработная плата государственных служащих. Однако современной наукой не доказана ни прямая причинно-следственная связь, ни корреляционная зависимость между уровнем заработных плат чиновников и коррупцией. Это подтверждается наличием граждан страны, находящихся в тех же экономических условиях, что и коррупционеры, но не считающих для себя возможным получение незаконных вознаграждений.

Философский и социологический подходы сосредоточены лишь на выявлении механизмов коррупции, как общественного явления.

В то же время ученые, применяющие сугубо политологический подход, доказывают положения, в соответствии с которыми для снижения уровня коррупции политическая власть должна сосредотачивать усилия па развитии и совершенствовании законодательства, развитии гражданского общества и независимых СМИ, обеспечении политической стабильности, повышении эффективности судебной системы ит.д.

Современный информационный подход, как составная часть подхода политологического, сосредоточен преимущественно на развитии правового сознания граждан, информировании общественности о выявленных фактах коррупции, а так же обличении участников коррупционных проявлений. В качестве ноу-хау предлагается осуществлять информационно-психологическое воздействия на общество через СМИ и интернет-ресурсы посредством специальных текстов, иллюстраций, фильмов, показывающих негативный образ коррупционера. Широкий диапазон приемов может включать иронически- издевательское подстрекательство коррупционера к аморальным поступкам, ироническую похвалу коррупционера, выражение чувств взяткодателя к взяткополучателю и т.п.

Следствием такого информационно-психологического воздействия на общество должны стать: душевные переживания коррупционеров (ущемление чувства собственного достоинства индивида, унижение личности, ущемление чувства национального самосознания вызывают отрицательные эмоции); ощущение неотвратимости наступления таких переживаний при попытке совершить коррупционное преступление; комбинированное внушение в виде гетеровнушения и самовнушения; мотивация, направленная на добровольный отказ от коррупционных действий, ведущая к изменению личности и коррекции его поведения; искусственная трансформация личности (замена одних психических свойств личности другими вследствие изменения социальных условий существования). При этом информационнопсихологическое воздействие является экзогенным фактором антикоррупционной устойчивости. Трансформация происходит под влиянием душевных потрясений, пережитых коррупционером; смена установки - отказ от коррупции (информационно-психологическое воздействие на общество с помощью точечных психоэмоциональных ударов по личности коррупционеров); смена правовой оценки массовым обвинением коррупционеров в аморальности; аналогия (создание препятствий для условий протекания явления) [115].

По нашему мнению факторами, способствующими коррупции в КР, являются.

1. Недопустимо низкий уровень заработных плат государственных служащих. В соответствии сданными НСК КР на октябрь 2015 года заработная плата работников государственного управления составила 15077 сомов (215 долл. США), образования - 8619 сомов (123 долл. США), здравоохранения и социального обслуживания - 9250 сомов (132 долл. США). Общая численность работников перечисленных сфер составляет 293918 человек или 8% трудоспособного населения. При этом заработная плата работников низшего звена начинается от 5000 сомов при прожиточном минимуме в 4981 сом. Здесь надо учитывать, что у значительной части указанных работников на иждивении находятся дети, супруги, нетрудоспособные родственники и т.д. Это означает снижение реального дохода в перерасчете на каждого члена семьи государственного служащего ниже прожиточного минимума. При этом государством законодательно закреплены ограничения на стремление государственных служащих получать дополнительные доходы законным способом. К примеру, учителя и преподаватели не могут работать более, чем на 1,5 ставки; работники сферы государственного управления и их родственники не могут иметь бизнес и т.д.

Такое плачевное состояние объясняется хроническим кризисом в экономике, дефицитом бюджета и прочими причинами экономического характера. В национальном и глобальном информационном пространстве навязчиво культивируется идея о том, что Кыргызстан - бедная страна, не имеющая достаточных запасов ликвидных природных ресурсов (нефть, газ), промышленного сектора, современного научно-технического потенциала и т.д. А политическая власть стремиться к минимизации государственных расходов путем периодических сокращений численности государственного аппарата. В качестве личной заслуги политических лидеров преподносится повышение заработных плат врачам и учителям. Фактически такое повышение

(2-5%) происходит с периодичностью в 3-5 лет, притом, что среднестатистический уровень инфляции - 10-15% в год.

Данная информационная политика позволяет получать преференции в виде списания внешних долгов и получения льготных кредитов и грантов в сфере международного взаимодействия Кыргызстана. Во внутриполитической сфере такая политика позволяет власти минимизировать уровень социального недовольства граждан.

Снижение заработных плат или «объявление моратория» на их повышение - часть жесткой «денежно-кредитной политики», навязываемой нашей стране США и им подконтрольными международными финансовыми организациями (МВФ и ВБ). Тот факт, что в соответствии с Уставом в круг интересов МВФ «коррупция», как явление политическое, входить не может, ни у кого в Кыргызстане не вызывает вопросов. Эта организация, так же, как и ВБ финансирует в республике ряд общественно-значимых антикоррупционных проектов, соответствующих национальным интересам пашей страны.

В то же время, полковник армии США - командир авиационной базы в аэропорту Манас, лично плативший членам семьи экс-президента КР, на слушаниях в Конгрессе по данным фактам был оправдан. При этом он не нарушил законы своей страны. В соответствии с американским Законом «О торговле» граждане США могут «давать взятки иностранным чиновникам для ускорения бюрократических процедур».

В Великобритании и США находят убежище коррупционеры всего мира. В соответствии с законодательством этих стран лица, осуществляющие инвестиции в их экономики, получают гражданство в особом порядке и не подлежат выдаче. Примером тому является процедура уголовного преследования гражданина Великобритании - сына экс-президента КР М. Бакиева, который не только осужден в Кыргызстане, но и использовал инсайдерскую информацию при игре на американских фондовых биржах. Дело было закрыто, а преследование прекращено. В настоящее время у правоохранительных органов названных стран претензий к беглому коррупционеру из Кыргызстана вопросов нет. А требования нашей страны об «экстрадиции» М. Бакиева и группы иных бывших кыргызских чиновников, обвиненных и осужденных по коррупционным статьям, просто игнорируются.

Возникают закономерные вопросы, каким образом страны, прямо, либо косвенно поощряющие коррупцию и международные организации, замешанные в череде коррупционных скандалов, могут оказать действенное содействие в борьбе с этим общественно-опасным явлением в Кыргызстане?

  • 2. Общественности Кыргызстана известны случаи участия бизнеса в финансировании мероприятий, инициированных государством. В медиа-пространстве такое участие популяризируется как добровольное и бескорыстное меценатство. В России такое взаимодействии власти и бизнеса именуется «социальной ответственностью» последнего. При этом кыргызстанцы понимают, что сама сущностная природа бизнеса имеет рациональный характер. Вследствие этого сложилось устойчивое мнение о том, что в обмен на благотворительное спонсирование государственных проектов (популяризация национальных героев, финансирование зрелищных мероприятий и т.д.) бизнес получает лояльность власти, в том числе и в виде индульгенции от уже совершенных коррупционных преступлений.
  • 3. Равенство граждан перед законом, так же как и неотвратимость наказания неоднократно провозглашалась Президентом КР в качестве основополагающих принципов антикоррупционной политики. Однако политологический анализ правоприменения антикоррупционного законодательства свидетельствует о том, что политические лидеры, имеющие значительную электоральную поддержку и выражающие лояльность действующему руководству страны от уголовного преследования освобождаются {мародерское дело на депутатов партии «Ата Мекена» и ее лидера; уголовное дело по факту незаконной передачи участка, принадлежащего Национальной гвардии в отношении лидера партии «Ар-Намыс»; уголовное дело в отношении экс-члена Временного Правительства А. Бекназарова и т.д.).

Данное общественное мнение подтверждается тем фактом, что до настоящего времени политики и чиновники в Кыргызстане декларируют только доходы. При этом факты трат указанных лиц, несоизмеримых с декларируемыми ими доходами, регулярно освещаются в СМИ республики.

В то же время общественное мнение о необходимости декларировать расходы должностных лиц пока не воплощено в практическую плоскость. К примеру, в РФ подразделения налоговых органов имеют право проверять обоснованность расходов не только должностных лиц, но и рядовых граждан.

В настоящее время в Кыргызстане проводится активная антикоррупционная политика, в результате проведения которой становятся все более очевидны ее позитивные результаты. Вскрываются, изучаются и ликвидируются коррупционные схемы, внедряются элементы электронного управления, упрощаются бюрократические процедуры и т.д.

Государственное управление рисками коррупции сосредоточено на системе государственных закупок, энергетическом секторе, строительной отрасли, управлении государственной собственностью, системы ДПС и т.д. Предпринимаемые с 2011 года меры позволили увеличить налоговые поступления в два раза, таможенные в три раза. Посредством сокращения количества проверяющих органов и лицензируемых видов деятельности, а так же сроков проведения проверок сведено к минимуму государственное вмешательство в деятельность субъектов предпринимательства Г120].

Наличие таких демократических достижений как свобода слова и возможность проявления гражданской активности во многом способствуют снижению уровня корупциогенности во всех органах государственного управления. В отличие от предыдущих периодов истории «борьбы с коррупцией», нынешняя политическая власть активно поддерживает правовое преследование не только врачей и учителей, для которых «благодарность в незначительном размере» является не столько стремлением к сверхобогащению, сколько возможностью удовлетворить элементарные человеческие потребности, своеобразной «социальной дотацией».

Президент КР проявляет политическую волю и последовательности. Вследствие этого привлекаются к ответственности, осуждаются и отбывают реальные сроки заключения высшие должностные лица исполнительной власти, правоохранительной и судебной систем, а так же политической элиты Кыргызстана. То есть представители «беловоротничковой коррупции», наносящий значительный вред политической, экономической, социальной сферам государства, несущей угрозу национальной безопасности Кыргызстана, как современного, суверенного государства.

В то же время информационная составляющая реализуемой в настоящее время антикоррупционной политики ограничена информированием общественности о фактах привлечения к уголовной ответственности должностных лиц, раскрытых поданным фактам коррупционных схемах, результатах антикоррупционной работы АКС и иных государственных органов, разовыми информационными акциями в виде трансляции конкурсных отборов и тендеров, а так же несколькими видеороликами антикоррупционной направленности.

На основании исследования ряда научных работ и изучения позитивного международного опыта, считаем возможным систематизировать и предложить в качестве перспективных информационные, в том числе информационно-психологические мероприятия, проведение которых может иметь дополнительный позитивный эффект при реализации антикоррупционной политики КР. Комплекс таких мероприятий может быть систематизирован по различным признакам: ответственности исполнительных органов; целям и задачам проведения; направлениям взаимодействия госорганов со СМИ, институтами гражданского общества, общественными объединениями, гражданами и т.д. В представляемом параграфе осуществлена попытка авторской классификации, осуществленной по смешанному принципу.

Комплекс государственных информационных мероприятия антикоррупционной политики может включать следующее:

1. Продолжить целенаправленную работу по информационному освещению (через СМИ, Интернет, блогосферу) деятельности органов государственного управления и бизнеса для осуществления действенного общественного контроля. При этом главными целями должно быть: способствование формированию принципиально новых общественных отношений, формирование близость органов государственной власти и человека, способствование ускорению темпов модернизации, повышению эффективности государственного управления, развитию гражданского общества и повышению уровня антикоррупционного информационного воздействия на государство.

Для этого государству необходимо:

  • - Выработать конструктивные меры и нормативно закрепить постоянное обеспечение открытости и прозрачности деятельности всех органов государственной власти и управления для общественного контроля; опубликовывать оперативную информацию о деятельности организаций, предоставляющих прямые услуги населению; увеличить функции и значение общественного контроля за конечными результатами деятельности органов государственной власти и управления, а также конкретных должностных лиц.
  • - Для определения уровня эффективности и коррупциогенности информировать общество о наказаниях должностных лиц противодействующих, либо не полно, необъективно, формально представляющих информацию о своей деятельности, либо не обеспечивающих доступ к информации о коррупции.
  • - Обеспечить открытость работы по информации обращений и жалоб граждан в отношении общественных структур и органов государственной власти и управления, а так же о мерах, принимаемыми государственными органами по выявленным фактам.
  • - Придать действительную роль, а не роль номинального характера, общественным советам при органах государственной власти и управления, путем обеспечения полной независимости советов и обязательном учете их рекомендаций государственными органами при принятии государственных решений.
  • - Повышать уровень информированности общества и граждан о проводимых антикоррупционных мероприятиях.
  • 2. На регулярной основе популяризовать эффективный международный и национальный опыт предупреждения и снижения уровня коррупции. Опираясь на примеры и опыт других государств, при учете реалий Кыргызстана, исследовать, разрабатывать и доводить до общественности методологию противодействия коррупции. Ответственность за организацию поиска, описания и освещение такого опыта возложить как на руководителей государственных органов, так и на специально созданный информационный координационный центр. Привлекать к данной работе научное сообщество, государственные и негосударственные СМИ, НПО и представителей гражданского общества.

Здесь возможно использование таких технологий как аутсорсинг и краудсорсинг. При этом проведение аутсорсинга возможно с привлечением как национальных, так и иностранных организаций. Проблемой использования аутсорсинга является отсутствие необходимых ресурсов на оплату работы таких организаций.

В этом плане наиболее привлекательным является использование краудсорсинга. Мировой опыт свидетельствует, что при минимальных затратах, краудсорсинг позволяет генерировать идеи и способствовать эффективному решению задач военно-промышленного комплекса (Германия), банковской системы (Россия), пауки (Википедия) и т.д.

Кроме минимизации затрат, преимуществами краудсорсинга являются: возможность привлекать к решению национальных общественно-значимых задач талантливые кадры всего мира [118, с. 327- 345]; «меритократия», предполагающая, что значение имеет только конкретный продукт. К обсуждению (чаще всего посредством сети Интернет) привлекаются люди без учета их национальной принадлежности и профессиональной квалификации. Мировой опыт свидетельствует, что значимые идеи генерируют люди, не имеющие практического опыта в соответствующей отрасли [60, с. 49]; материалы, идеи и другая информация является результатом работы значительной привлеченной аудитории [139].

  • 3. Заказывать, освещать, проводить и информационноорганизационно содействовать проведению антикоррупционных научных исследований (в том числе посредством краудсорсинга, позволяющего решать общественно значимые задачи силами добровольцев, координирующих свою деятельность с помощью информационных технологий) при разработке антикоррупционных стратегий и планов. Распространять информацию о социологических, экономических и политологических исследованиях, проводимых в целях выстраивания конструктивной системы снижения уровня коррупции, а так принятых на основании таких исследований правовых актах.
  • 4. Повысить открытость деятельности правоохранительных органов. В этих целях, в рамках действующего законодательства:
    • -обязать суды всех инстанций организовать онлайн трансляции всех открытых судебных заседаний с последующей архивацией записей;
    • - организовать видеонаблюдение во всех помещениях всех правоохранительных органов;
    • - информировать общество о мероприятиях, ограничивающих право и возможность произвольного и самостоятельного толкования субъектами правоприменительной практики нормативно-правовых актов. Для этого на сайте Министерства юстиции КР организовать прямую онлайн линию по толкованию положений антикоррупционного законодательства;
    • - повышать информационную отзывчивость правоохранительной системы по вопросам, фактам и сигналам, касающихся коррупции и коррупционных правонарушений, которые должны носит оперативный и системный характер учета и расследования. Информировать общество об ответственности и привлечении к должностным лицам мер по фактам ненадлежащего исполнения должностных обязанностей.
  • 5. На уровнях местного самоуправления популяризировать антикоррупционные сходы граждан, курултаи и суды аксакалов. Это создаст предпосылки для принятия соответствующих антикоррупционных решений.
  • 6. При взаимодействии органов государственного управления с институтами и представителями гражданского общества:
    • А) привлекать институты гражданского общества к антикоррупционному информационному воздействию, развитию и формированию антикоррупционного мировоззрения и популяризации антикоррупционной деятельности. Цель: достижение фундаментального сдвига в нормах морали и этики, а также в правосознании не только гражданского общества, но и таких целевых групп, как государственные и муниципальные служащие; формирование общих принципов и культуры борьбы с коррупцией в информационном обществе.
    • - освещать через государственные и негосударственные СМИ и блогосферу успешные примеры взаимодействии органов государственного управления с институтами гражданского общества;
    • - проводить и содействовать в организации общественных дискуссий по острым вопросам и проблемам современной действительности и содействию поиску способов жизни без коррупции;
    • - вовлекать граждан в процесс обсуждения проектов и решений государственной власти и осуществления контроля за их реализацией;
    • Б) Повышать роль гражданского общества в области улучшения всестороннего общественного контроля и мониторинга, постоянном выявлении и пресечении негативных тенденций при реализации антикоррупционной политики КР и мер с ней связанных. В этих целях:
      • - оказывать информационную, административную и финансовую поддержку антикоррупционным неправительстенным общественным организациям;
      • - освещать в СМИ проведение общественных расследований коррупции, результатов участия институтов гражданского общества в контроле за расходованием средств государственного бюджета и общественной антикоррупционной экспертизы нормативно-правовых актов, государственных программ и стратегий антикоррупционной направленности;
      • - разработать методологию определения индексов коррумпированности. Оказывать всестороннюю поддержку НПО и НГО, проводящих постоянный социологический мониторинг коррупциогенности во всех регионах республики. Содействовать широкому освещению результатов такого мониторинг. Использовать «оценки гражданами исполнение правоохранительной функции органами власти наряду с её оценками руководством соответствующих органов власти: организаций, милиции, следствия, прокуратуры и судов» [88, с. 14-17]. Обнародовать в СМИ индексы уровня коррумпированности, позволяющих сравнивать между собой регионы, отрасли, крупные предприятия, решения органов власти, сфер высокой коррупционной активности;
      • - составить открытую информационную базу о коррупционных явлениях и конкретных коррупционерах;
      • - содействовать организации публичных общественных обсуждений влияния коррупции на кыргызстанскую действительность.
      • - создавать и популяризировать специализированные центры гражданского антикоррупционного образования.
  • 7. Во взаимодействии органов государственного управления с государственными и независимыми СМИ:
    • А) Разработать, согласовать с журналистским сообществом, общественно обсудить и закрепить законодательно алгоритм отношений

СМИ, органов государственного управления и политической власти по вопросам антикоррупционного взаимодействия. Для этого:

  • - определить рамки полномочий и порядок участия СМИ в антикоррупционных экспертизах нормативно-правового законодательства и расследованиях, а так же правила их взаимодействия с правоохранительными органами;
  • - закрепить законодательно, поддерживать административно и поощрять финансово проведение независимых журналистских антикоррупционных расследований. Придавать материалы и факты по соответствующим расследованиям гласности. В этих целях ввести систему грантов для СМИ в области антикоррупционного противодействия;
  • - повысить роль и расширить сферу участия СМИ при осуществлении контроля достоверности сведений, указываемых в публичной отчетности органами государственной власти и управления, расходующих непосредственно бюджетные средства;
  • - обеспечить обязательное и оперативное реагирование органов власти и должностных лиц на сообщения СМИ о фактах коррупции. Законодательно закрепить порядок привлечения к дисциплинарной и уголовной ответственности должностных лиц, препятствующим представителям СМИ в сборе и распространении информации о фактах коррупции;
  • - создать свободную и независимую информационную площадку в СМИ и сети Интернет для высказывания представителями журналистского сообщества, общественными группами и отдельными лицами по фактам коррупции и незаконной деятельности;
  • - ввести государственную аккредитацию журналистов и блогеров для представительства в органах государственного управления и политической власти.
  • - осуществить нормативно-правовое закрепление неприкосновенности и защиты представителей СМИ при проведении ими антикоррупционной деятельности и расследовании; укреплять институты защиты конфиденциальности журналистских источников информации;
  • Б) Разграничить государственные и негосударственные СМИ. Для этого:
    • - ввести запрет на участие негосударственных структур в уставном капитале государственных СМИ и государственных структур в уставном капитале негосударственных СМИ;
  • В) Обеспечить равные права государственных и негосударственных СМИ в их антикоррупционной деятельности. Для этого:
    • - изменить методы руководства государственными СМИ в направлении обеспечения их профессиональной самостоятельности;
    • - равным образом поощрять антикоррупционную работу и деятельность руководителей государственных и владельцев негосударственных СМИ;
  • Г) Оказывать поддержку усилий журналистского сообщества по выработке и обеспечению соблюдения правил профессиональной этики, принципов поведения и внедрению этических стандартов при проведении журналистских расследований. Для этого:
    • - внедрить систему повышения квалификации СМИ в антикоррупционном противодействии;
    • - принимать меры информационного и правового характера, направленные на искоренение коррупции в самих СМИ.

По нашему мнению, перечисленные практические меры информационной политики, направленные на предупреждение и снижения уровня коррупции могут существенно повысить эффективности государственной антикоррупционной политики Кыргызстана в целом. В то же время данные меры носят дискуссионный характер, требуют конкретизации, дальнейшей разработки и тщательной научной и общественной экспертизы.

Таким образом, информационная антикоррупционная политика представляет собой паучно-определенную обосновапно- последовательную системную деятельность государственных и общественных институтов, направленную на уменьшение информационного влияния и психологического воздействия коррупционных отношений в обществе и государстве.

Главными целями информационного и информационнопсихологического антикоррупционного воздействия на общество является изменение коррупционного сознания и формирование негативного отношения к коррупции; переориентирование духовных ценностей и менталитета, где основными парадигмами должны стать законность и правопорядок, высокая правовая культура граждан. Это воздействие должно санкционироваться и проводиться государством, которое в свою очередь должно быть открытым в своей деятельности. Информационная политика в области предупреждения и снижения уровня коррупции должна быть нацелена на выявление и открытие обществу скрытых механизмов коррупции.

Основной задачей информационной политики в сфере противодействия коррупции являются: освещение проблем коррупции, как системного, угрожающего государственной и общественной безопасности явления, а так же повышение уровня доверия общества к государству. При этом проблемами формирования государственной информационной антикоррупционной политики является отсутствие политической воли и законодательной инициативы и, как следствие, достаточной материально-технической базы и нормативного обеспечения.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >