Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Политика arrow Новые районы Сибири в политике и практике Российского государства
Посмотреть оригинал

Государственная политика по развитию производительных сил Сибири

Проекты хозяйственного освоения новых районов

Реализация основных масштабных проектов по модернизации Сибири на протяжении всей её истории было подчинено интересам метрополыюго центра.

Если на первых порах это было "мягкое золото", то по мере включения Сибири в экономический потенциал и развития промышленности страны, лицо этого региона стало изменяться.

С 40-х гг. XIX в. Сибирь становится крупнейшим поставщиком золота в мире, давая 39% его мирового производства. К середине XIX в. в системе наёмного труда в Сибири находилось около 50% общего числа работников, тогда как в промышленной России их было почти 90%.'

В конце XIX в. Сибирь оставалась крупнейшим регионом страны по производству продукции цветной металлургии, особенно золота, серебра и свинца.

На рубеже XIX- XX вв. были разработаны и достаточно успешно реализованы проект Транссибирской железнодорожной магистрали и программа аграрного освоения Сибири, что обеспечило значительный рост демографического потенциала региона.

Однако следует отметить, что дискуссии о роли Сибири, ее включении в общероссийские преобразования занимали умы многих политических деятелей и представителей российской общественности. Однако долгие годы рассуждения не переходили в практическую плоскость. Сибирский регион оставался малозаселенным, медленными темпами шло транспортное освоение. Имели значение и более суровые климатические условия Сибири по сравнению с Европейской Россией.

Лишь в годы первой мировой войны по отношению к Сибири как тыловому району стали разрабатываться проекты общегосударственного масштаба. Война потребовала тотальной милитаризации экономики, увеличения объемов производства, больших сырьевых и прочих материальных ресурсов в условиях резко сократившихся возможностей внешнеэкономических отношений. Предметом государственной важности стало изучение производительных сил страны. В феврале

1915 г. при Академии наук была организована для этой цели особая комиссия под руководством академика В.И. Вернадского.

Развитие производительных сил восточных регионов России, в том числе Сибири, приобрело особый интерес. Это объяснялось тем, что военные действия происходили на западных и юго-западных границах России. Но главным привлекательным моментом являлись богатства нерастраченных природных ресурсов. Еще в начале века Д.И. Менделеев писал, что будущее благополучие России связано с продвижением центра ее населенности и развития производительных сил на восток, сопровождающимся промышленным развитием, начальным образованием и благоустроенной «свободой», которые должны ускорить указанную историческую необходимость1. Теперь же военные обстоятельства стали историческим фактором, ускоряющим процесс сдвига производительных сил на восток.

Сибирь в правительственной стратегии рассматривалась прежде всего как возможная база для развития угледобывающей и металлургической отраслей. С целью организации их для нужд обороны при Совете съездов представителей промышленности и торговли в Петербурге было учреждено специальное Сибирское бюро под председательством члена Государственного совета профессора Е.Л. Зубашева.

В связи с этим событием «Торгово-промышленная газета» отметила, что в условиях войны Сибирь - крупный экономический фактор, рациональное использование которого является задачей государственной необходимости. В деле обеспечения страны продуктами Металлургической промышленности и топливом Сибирский регион может сыграть непревзойденную роль. По подсчетам специалистов, сырьевые возможности Сибири могли давать уже в ближайшие 6—7 лет до 60 млн. пудов чугуна и железа ежегодно, в дальнейшем эту цифру можно довести до 300 млн. пудов.

Сибирским бюро была составлена докладная записка в правительство, в которой предлагалось выделить 350 тыс. руб. на сибирскую «железную экспедицию» для обследования различных районов края с целью насаждения там металлургической промышленности. Экспедиция также должна была выяснить, какие меры нужно принять правительству, чтобы в короткий срок организовать в Сибири крупное химическое производство и машиностроение. Сибирское бюро призывало правительство разработать особую протекционистскую политику - систему премий и поощрений для частного предпринимательства, чтобы содействовать появлению в Сибири новых производств, столь необходимых для повышения обороноспособности страны.

В 1916 г. при Военном министерстве был организован Металлургический комитет, доверенные специалисты которого обследовали Абаканский, Петровский и Николаевский заводы с целью их возможного восстановления. Вся территория Сибири была разделена на четыре промышленных района: Кузнецкий, Енисейский, Иркутский и Приморский, для каждого из них намечалась оригинальная программа индустриального развития.

Наиболее подготовленным был признан Кузнецкий район. Здесь деятельностью акционерного общества «Угольные копи Кузбасса» (Копикуз) с 1912 г. готовилась материальная база для осуществления крупного индустриального проекта, включавшего в едином комплексе добычу угля и руды, коксохимическое и металлургическое производства.

В 1914—1915 гг. Копикузом были проведены дорогостоящие, по наиболее полные за всю историю Кузбасса геологические исследования. Велось активное транспортное строительство. К сентябрю 1915 г. был проложен ширококолейный путь от станции Юрга на Сибирской магистрали до станции Кольчугино с веткой от станции Топки до Щег- ловска (ныне г. Кемерово). Было начато переоборудование Гурьевского завода. Копикуз стремился создать здесь свою металлургическую и отчасти машиностроительную базу. В 1915 г. началось строительство двух коксовых батарей по 50 печей каждая и химического завода.

Руководство Копикуза стремилось создавать в Сибири технически совершенные производства. К проектированию предприятий привлекались известные специалисты, уже зарекомендовавшие себя мастерами своего дела. Так, для подготовки сооружения металлургического завода был приглашен знаменитый металлург М.А. Павлов. Конкретное проектирование сосредоточилось в Томске в Обществе сибирских инженеров, где профессором Н.В. Гутовским в 1916 г. был составлен проект крупного металлургического предприятия производительностью 15 млн. пудов чугуна в год в четырех домнах производительностью по 12 тыс. пудов в сутки каждая. Здесь же предполагался передел чугуна в шести мартеновских печах и прокат 10 млн. пудов рельс и балок, 3 млн. пудов сортового железа, 500 тыс. пудов кровельного и столько же литейного чугуна. Общая сметная стоимость завода по ценам на 1913 г. была определена в 40 млн. руб.

Кроме того, на постройку рабочего поселка с расчетом на 4 тыс. рабочих, необходимых заводу, Гутовский планировал 3802 тыс. руб., из которых 2233 тыс. руб. - на жилье, остальное предполагалось затратить па сооружение больницы, школы, бани, народного дома на 1 тыс.

чел. с библиотекой и читальней, потребительской лавки и церкви. В условиях военного времени при повышении цен на материалы и рабочие руки эти сметные расчеты, как отмечал проектировщик, будут нуждаться в поправках. Понятно, что осуществление столь крупного проекта требовало значительных вложений, как со стороны самих акционеров, так и их возможных инвесторов.

Деятельность Копикуза в целом соответствовала устремлениям правительства повысить обороноспособность страны путем развития промышленности восточных районов, но кроме политической и моральной поддержки правительство ничего не могло предложить. Запрос акционеров о беспроцентной ссуде в 20 млн. руб. при «условии спешной постройки завода» не получил положительного решения в Государственной думе. Отечественная казна в условиях роста военных расходов была неспособна выделить необходимые кредиты.

Правда, не без помощи личных отношений руководителей Копикуза с высшими государственными чиновниками удалось получить крупный государственный заказ на поставку рельс и скреплений для железнодорожного строительства, а также 2 млн. руб. беспроцентного аванса от Главного артиллерийского управления в обмен на будущие поставки побочных продуктов коксохимического производства - бензола и толуола, используемых в производстве боеприпасов. Но этих средств было крайне недостаточно. И, как писал впоследствии директор Копикуза И.И. Федорович, именно нехватка капиталов сдерживала осуществление строительства металлургического завода, «дальше подготовительных работ, сооружения временного поселка и вспомогательных цехов дело не пошло».

А последовавшие затем в 1917-1918 гг. политические события отодвинули на десятилетие осуществление программы, которая, впрочем, практически полностью была унаследована советским правительством, сохранившим традиции преемственности и относительно самой идеи создания «сибирского тыла». Несмотря на совершенно иной на словах политический подход к государственному управлению, межгосударственным отношениям, большевики остались па тех же позициях создания в Сибири значительного военно-стратегического и экономического потенциала государства, который мог бы играть важную роль в случае войны. Поэтому основное направление социально- экономического развития в Сибири в 1920-е гг. проходило в русле выше обозначенных рассуждений.

Ключевой проблемой социально-экономического развития Сибири рассматривалась индустриализация. Именно с нею в 1920-е гг.

советское правительство связывало основную массу проектов по освоению Сибирского региона. Однако место и роль индустриализации в общем развитии страны не сразу были определены. Вплоть до середины 1920-х гг. в политических кругах и в самом правительстве постоянно разгоралась острая полемика по проблемам будущего страны.

Серьёзный модернизациопный сдвиг в Сибири произошёл в послевоенные годы. Советскому государству удалось осуществить в этот период такие важные стратегические проекты, как Аигаро-Еиисейский, КАТЭК, Западно-Сибирский нефтяной комплекс, окончание строительства БАМ.

Впервые государственный интерес к решению Ангаро- Енисейской проблемы появился в начале 1920-х гг. при разработке планов электрификации России, в которых обосновывалось значение реки Ангары как крупного источника электроэнергии. Научные исследования различных аспектов социально-экономического развития этой проблемы осуществлялись на протяжении всего XX в.

Внимание к ним со стороны государственных органов и общественности было неравномерным - в отдельные периоды оно ослабевало, а затем вновь возрастало.

Ретроспективный анализ проведённых за столетие научных и проектно-изыскательских работ позволяет выделить в их организации и практической реализации три основных этапа.

Первый, по времени наиболее продолжительный, охватывает сорокалетие вплоть до начала Великой Отечественной войны. В нем выделяются 1930-е гг., когда исследования по ангаро-енисейской проблеме были возведены в ранг крупной общегосударственной задачи и осуществлялись комплексно, широким фронтом, что позволило сформировать первую концепцию развития производительных сил этого огромного региона. Эта концепция в основных чертах не утратила своего значения до настоящего времени, она лишь корректировалась в связи с изменяющимися реалиями социально-экономической и политической жизни страны. Основные ее идеи во второй половине XX в. в той или иной степени реализованы на практике.

Второй этап начался после окончания войны и продолжался до середины 1970-х гг. В этот период исследования осуществлялись с целью разработки вполне конкретных, как перспективных, так и насущных проблем, возникающих в ходе хозяйственного освоения региона, вовлечения в эксплуатацию его богатейших природных ресурсов.

Третий этап в разработке ангаро-енисейской проблемы охватывает последнюю четверть века. Он связан с объединением в рамках программы «Сибирь», координируемой Сибирским отделением АН СССР, научного потенциала академической, вузовской и отраслевой науки. Это способствовало решению многих кардинальных проблем, имеющих общегосударственное значение, таких, как развитие топливно-энергетического, горнорудного, агропромышленного комплексов, экологии, комплексного использования природных ресурсов, демографической перспективы Сибири.3

В целом хозяйственное освоение Ангаро-Енисейского региона (начиная с 1930-х гг.) осуществлялось путем поэтапного формирования здесь крупных территориально-производственных комплексов. К началу 1980-х гг. довольно четко обозначились контуры трех из них: Ир- кутско-Черемховского, Братско-Усть-Илимского ТПК и Центрально- Красноярского промузла. Вместе с тем формирование других территориально-производственных комплексов, намеченных в проектах 1930-х и 1950-х гг., находилось лишь на начальных стадиях. Большие изменения в социально-экономическом развитии Восточной Сибири и страны в целом требовали внесения необходимых корректив в первоначальные замыслы. Поэтому в программе «Сибирь» была предусмотрена специальная подпрограмма «Формирование территориально- производственных комплексов Ангаро-Енисейского региона». Целью ее разработки являлась оптимизация производственной и пространственной структуры ТПК. Объектом исследования являлись интенсивно формирующиеся в 1970-е гг. комплексы: Саянский и Канско- Ачинский, а также Нижне-Аигарский и Верхне-Ленский, создание которых лишь только начиналось.

В рамках подпрограммы были разработаны сценарии дальнейшего развития указанных комплексов до 2015 г. Так, Саянский ТПК по первому варианту, должен развиваться в том же направлении, которое сложилось за предыдущие 20 лет. По второму варианту, его формирование связывалось с реализацией предплановых проработок развития производительных сил края. Третий же вариант предполагал отказ от ныне действующей концепции создания ТПК в направлении формирования в нем мощного агропромышленного комплекса.

Для Канско-Ачинского ТПК в качестве основного рассматривался вариант, связанный с переориентацией инвестиционной политики. Приоритет отдавался осуществлению реконструкции действующего производственного аппарата с целью перевода его на более высокий технический уровень с одновременным решением экологических проблем этой зоны, а также осуществлением комплекса мероприятии по повышению уровня жизни местного населения.4

Нижне-Ангарский ТПК был намечен к формированию в Красноярском крае па территории, расположенной в среднем течении Енисея в нижнем течении Ангары. Его перспективы экономисты видят в развитии лесной промышленности, деревообработки, целлюлозно- бумажного производства, микробиологии, гидро- и теплоэнергетики, а также горнодобывающих производств цветной и черной металлургии.

Верхие-Ленский ТПК предполагалось формировать на территории шести административных районов Иркутской области в верхнем течении р. Лены. Его развитие лишь начинается. Поэтому основное внимание сосредоточено па решении задач первого этапа создания ТПК. Предлагается расширить геологоразведочные и проектные работы, вести подготовку к более широкому освоению лесных и минеральных ресурсов, развитию производственной инфраструктуры. На следующем этапе намечается создание здесь комплекса предприятий для глубокой химической и механической переработки древесины.

В целом благодаря широкомасштабным комплексным исследованиям, проведенным в рамках программы «Сибирь» в 1978-1990 гг., удалось повысить степень изученности природных ресурсов Ангаро- Енисейского региона, разработать новые или усовершенствовать старые технологии добычи, переработки полезных ископаемых, предложить новые варианты вовлечения их в хозяйственный оборот, скорректировать существовавшие ранее представления о роли региона в развитии тепло- и гидроэнергетики, определить основные направления формирования территориально-производственных комплексов и отдельных промышленных узлов, решить многие другие проблемы.5

Другим значительным сибирским социально-экономическим проектом в послевоенные годы было создание Западно-Сибирского нефтегазового комплекса (ЗСНГК).

Рождению этого комплекса не предшествовали годы и десятилетия предварительных исследований и подходов, если не считать почти столетнюю историю поисков нефти в Сибири.

Первые открытия нефтяных и газовых месторождений промышленного значения были сделаны в Западной Сибири в 1950-е гг. и практически сразу же началось строительство добывающих предприятий. В январе 1961 г. в Березово начало свою производственную деятельность первое газодобывающее предприятие. В мае 1964 г. из первой в Среднем Приобье нефтяной скважины получена нефть, которая в специальных баржах направлена на нефтеперерабатывающий завод в Омске.

В этот период мероприятия по хозяйственному освоению нефтегазовых месторождений Западной Сибири не ставили далеко идущих целей, так как промышленные запасы, вовлекаемых в эксплуатацию месторождений, не были достаточно изучены и оценены. Постановление Совета Министров СССР в мае 1962 г. предусматривало организовать к 1966 г. добычу нефти и газа в Западной Сибири и довести её к 1970 г. соответственно до 5 млн. т и 10 млрд. куб. м. В апреле 1965 г. Госплан СССР намечал добыть в 1970 г. уже 19 млн. т нефти. В действительности же было добыто 31 млн. т.

Разработка и реализация крупной межотраслевой территориально-производственной программы, вскоре превратившейся в масштабную социально-экономическую, началась во второй половине 1960-х гг. Сразу же стали ставиться вопросы комплексного освоения нефтегазовых ресурсов и территорий их нахождения. В 1966 г. руководство Тюменской области в своем обращении в центральные органы государственного управления высказывало мнение, что для эффективного социально-экономического развития Западной Сибири в связи с освоением её нефтегазовых ресурсов и наращиванием добычи нефти и газа прежде всего нужна генеральная схема развития производительных сил региона на длительный срок.

Только в 1969 г. ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли постановление «О мерах по ускоренному развитию нефтегазодобывающей промышленности в Западной Сибири», в котором наряду с основной целью - наращивать добычу нефти и газа определялись задачи более общего социально-экономического характера. В частности, на 1971-1975 и 1976-1980 гг. планировались опережающие темпы развития транспорта, энергетики, производственной инфраструктуры, а также городов и рабочих поселков, с учетом последних достижений пауки и техники, производственного обустройства промыслов.6

В процессе выполнения данного постановления разрабатывался целый комплекс мероприятий, устанавливались министерства и ведомства, как конкретные разработчики, так и исполнители отраслевых разделов, которые должны были между собой согласовать сроки строительства и ввода предприятий, планы обустройства нефтегазовых месторождений. Первый этап деятельности рассчитывался на 10 лет до 1980 г.

Эксплуатация первых предприятий показала, что добыча нефти и газа в Сибири в экстремальных северных условиях требует совершенно иных по сравнению с другими нефте- и газодобывающими районами страны, методов, новых технологий, оригинальных технических и организационных решений.

Одновременно со строительством предприятий проводились масштабные геологоразведочные и поисковые работы, которые продвигались все дальше на север. В 1960-1975 гг. на территории Западно- Сибирской низменности впервые проведены столь значительные геофизические и геологоразведочные исследования. Вся территория охватывалась аэромагнитной съемкой, проводились детальные площадные сейсморазведочные работы, региональное сейсмозондирование и электроразведка. В результате выявлено около 250 нефтегазовых месторождений, из которых многие оценены как крупнейшие в мире и имеющие благоприятные природные и технико-экономические показатели как то - неглубокое залегание высокопродуктивных пластов полезных ископаемых, высокая концентрация запасов, относительно несложные условия бурения скважин и т.п. Несмотря па суровые природно- климатические условия районов нахождения месторождений и их слабую хозяйственную освоенность и малонаселенность, предполагалось достижение высокой рентабельности нефте- и газодобычи.

Добыча газа осуществлялась па самых крупных и наиболее эффективных для разработки месторождениях Медвежьем и Уренгойском, где в 1976-1980 гг. она возросла в 4,4 раза и составила более 145 млрд. куб. м. Удельный вес Тюменской области в добыче природного газа СССР увеличился с 13 % в 1975 г. до 82 % в 1980.

Таким образом, можно сказать, что в 1970-1980 гг. в формировании Западно-Сибирского нефтегазового комплекса параллельно развивалось два направления: научный поиск и производственное строительство, которые в сумме давали новые, применимые именно в нужной ситуации, технические и технологические решения. Несмотря па отдаленность и хозяйственную неразвитость районов нефте- и газодобычи, многие факторы, удорожающие производство удавалось смягчить и создавать высокорентабельные предприятия. По расчетам специалистов, экономический эффект от добычи западносибирской нефти только за 1967-1977 гг. составил 1,4 млрд, руб.7

Добыча нефти и газа стала мощным катализатором всех социально-экономических и демографических процессов па территории севера Западной Сибири. В 1960-1980-х гг. здесь произошел значительный рост населения, особенно в районах нефте- и газодобычи. Так, численность населения Ханты-Мансийского национального округа по данным Всесоюзных переписей населения за 1959-1989 гг. возросла в 10,2 раза, Ямало-Ненецкого национального округа - в 7,9 раз. Рост населения в Тюменской области за этот же период составил 2,8 раза, в Западно-Сибирском регионе - 1,29 раз. Характерной чертой явился рост городского населения. За 1959-1989 гг. в Ханты-Мансийском ок-

g

руге он составил от 27 до 91%, в Ямало-Ненецком - от 35 до 78%.

Таким образом, в 1960-1980-е гг. на севере Западной Сибири создан колоссальный производственный и социально-экономический потенциал, который в 1990-е кризисные годы обеспечивал хозяйство страны энергоресурсами, позволял формировать доходы государственного бюджета па всех уровнях и выполнять внешние финансовые обязательства. Несмотря па значительные издержки и стратегические просчеты, признанные руководителями и организаторами формирования нефтегазового комплекса, сибирские нефть и газ несколько десятилетий в прямом и переносном смысле кормили страну и обеспечивали фундамент развития народного хозяйства страны.

В настоящее время продолжается разработка комплексной программы социально-экономического развития ЗСНГК до 2030 г. как в рамках общефедеральпых программ, подготовленных па долгосрочную перспективу Министерством экономического развития и торговли Российской Федерации, так и региональных, в которых намечен и рассчитан целый ряд стратегических направлений экономического развития Сибири. Для нефтегазовых районов в 2001-2003 гг. с участием ученых, политиков, предпринимателей и местных администраций разработаны «Стратегии социально-экономического развития Ямало-Ненецкого и Ханты-Мансийского автономных округов», которые намечены к реализации в XXI веке уже в новых по сравнению с началом формирования нефтегазового комплекса экономических условиях.

В качестве одной из экономических стратегий партии и десятой пятилетке и на более отдаленную перспективу XXV съезд КПСС определил проблему развития топливно-энергетического хозяйства страны, отметив, что развитие указанных отраслей всегда было и остается главнейшим и определяющим в развитии производительных сил социалистического общества.

В утвержденных XXV съездом КПСС «Основных направлениях развития народного хозяйства СССР па 1976—80 годы» указывается, что "Советский Союз является единственным в мире крупным индустриальным государством, которое базирует свое экономическое развитие на собственных топливно-энергетических ресурсах. Это — серьезное преимущество пашей экономики и весьма важная предпосылка ее устойчивого роста".9

В десятой пятилетке предусматривалось обеспечить основы для того, чтобы в дальнейшем рост энергетического потенциала шел преимущественно за счет гидроэнергии, ядерного топлива и дешевых углей, при этом доля АЭС и ГЭС относительно достигнутой в IX пятилетке, возрастала. К 1990 году должна уменьшится доля тепловых электростанции, потребляющих высокоценное нефтяное топливо и природный газ. Таким образом, более половины энергетических мощностей страны должны базироваться па твердом топливе, основные приросты добычи которого должны быть обеспечены в восточных районах страны, Экибастузском и Канско-Ачинском угольных бассейнах. В этом плане особый интерес представляет Канско-Ачинский буроугольный бассейн, занимающий одно из главных мест в перспективной инфраструктуре производительных сил Ангаро-Енисейского региона.

Министр энергетики и электрификации СССР т. П. С. Непорож- нын, в интервью газете «Красноярский рабочий» 19 марта 1976 г. особо подчеркнул, что «...в новой структуре топливно-энергетического баланса страны центр тяжести энергетики явно тяготеет к ресурсам Красноярского края, к Енисейскому меридиану и главным образом к Канско-Ачинскому буроугольиому бассейну, в котором в перспективе можно добывать до 1 млрд, т угля в год».10

На базе угольных месторождений Капско-Ачинского бассейна в перспективе до 2015 г. возможно строительство тепловых электростанций на общую установленную мощность порядка 100 млн. кВт. Основная часть указанной мощности может быть размещена на базе западных угольных месторождении бассейна (Березовское, Итатское, Урюпское). Кроме тепловых электростанций, потребляющих Канско- Ачипские угли на месте их добычи, здесь в перспективе намечается строительство углеперерабатывающих предприятий (энерготехнологических комбинатов и заводов по производству термоугля), которые предназначаются для производства высококалорийного, транспортабельного топлива — для топливоснабжения тепловых электростанций, промпредприятий и коммунально-бытовых потребителей, расположенных в районах Урала, Европейской части страны и Дальнего Востока. Таким образом, на базе дешевых топливных ресурсов бассейна намечается строительство Капско-Ачинского топливно-энергетического комплекса (КАТЭКа).

Проектные разработки по созданию комплекса, выполненные в период 1965—1973 гг. научно-исследовательскими и проектными организациями Минэнерго СССР, Минуглепрома СССР, с привлечением организаций других министерств и ведомств, рассмотрены и одобрены в марте 1974 г. на совещании в Государственном комитете Совета Министров СССР по науке и технике и в апреле 1974 г. рассмотрены объединенной Коллегией Минэнерго СССР и Минуглепрома СССР.

В соответствии с имеющимися поручениями. Теплоэлектропро- ект Минэнерго СССР и Сибгипрошахт Минуглепрома СССР, с привлечением других проектно-изыскательских и научно-исследовательских организации разрабатывают уточненное технико-экономическое обоснование строительств КАТЭКа. Указанная работа проводилась в два этапа:

— в 1976 году завершилась разработка технико-экономического обоснования на первую очередь строительства топливно- энергетического комплекса с электростанциями и угольными разрезами — для обеспечения электрической энергией и топливом в основном районов Сибири.

Однако уже па этом этапе развития комплекса учитывается вероятность строительства в его составе первой "сверхдальней линии электропередачи постоянного тока, напряжением 2250 кВ. проектируемой в направлении Сибирь—юг.

В связи с этим до 1990 г. в составе КАТЭКа рассмотривалось строительство 4—6 тепловых электростанции с вводом мощности на них 25-32 млн. кВт.

— в период 1978—79 гг. разработано технико-экономическое обоснование на вторую очередь строительства топливно- энергетического комплекса, предусматривающее решение вопросов дальнейшего его развития, с учётом увеличения мощностей электростанций, строительства предприятий по добыче и переработке угля и транспорта энергетических ресурсов из Каиско-Ачинского бассейна на Урал, европейскую часть и другие районы страны.

Капско-Ачинский буроугольный бассейн расположен на •Территории Красноярского края, Кемеровской и Иркутской областей, простираясь с запада на восток на расстояние свыше 800 км. Балансовые запасы угля в бассейне составляли па 1 января 1973 года более 115 млрд, т и практически все они могут быть отработаны открытым способом. Угленосные площади бассейна расположены вблизи транссибирской железнодорожной магистрали и представлены такими крупными угольными месторождениями как Березовское, Итатекое, Урюп- ское, Боготольское и Назаровское в западной части, Ирша- Бородинское и Абанское в восточной части. Потенциальные возможности по добыче угля на настоящей стадии изученности бассейна оцениваются по Березовскому с Урюпским месторождением в 280 млн. т., Итатскому — 360 млн. т., Абанскому — 300 млн. т., Ирша- Бородипскому— 65 млн. т„ Боготольскому — 70 млн. т. в год.

Месторождения, как правило, представлены одним угольным пластом мощностью от 10—20 до 90—100 м с горизонтальным или пологим залеганием. Покрывающие породы составлены в основном из рыхлых песчано-глинистых отложений, почти не требующих при разработке применения буровзрывных работ. Коэффициент вскрыши колеблется от 0,8 до 4 м3/т. Каиско-Ачинские угли малозольные (7—12 процентов) малосернистые (0,2—0,7 процента) теплота сгорания, рабочего топлива достаточно велика (3200—3800 ккал/кг)11.

Основным направлением использования углей Канско-

Ачинского бассейна в энергетических целях будет непосредственное его сжигание на тепловых электростанциях. Эти электростанции станут основой создаваемого Канско-Ачинского топливно-

энергетического комплекса и будут сооружаться па первой стадии блоками 800 МВт.

Угли Канско-Ачинского бассейна представляют собой весьма ценное топливо для энергетических парогенераторов. Благодаря высокой реакционной способности органической массы угля при его сжигании, практически не существует проблемы воспламенения, при этом обеспечивается устойчивое горение и хороший выжиг топлива даже при весьма примитивной конструкции горелочных устройств.

В соответствии с поручением Совета Министров СССР Госплан СССР, ГКНТ, Госстрой СССР, Минуглепром СССР и Минэнерго СССР с участием Миигео СССР, Минтяжмаша СССР, Министерства путей сообщения, Совета Министров РСФСР, Академии наук СССР и других заинтересованных министерств и ведомств разработали мероприятия по развитию Канско-Ачинского топливно-энергетического комплекса в 1976—1990 гг. и соответствующий проект Постановления Совета Министров СССР о создании Канско-Ачинского топливно- энергетического комплекса.

В нем отмечается необходимость считать одной из важнейших народнохозяйственных задач создание к 1990 г. па базе Канско- Ачинского угольного бассейна топливно-энергетического комплекса в составе крупных тепловых электростанций общей мощностью 25—30 млн. кВт и угольных разрезов общей мощностью 350—400 млн. т добычи угля в год, а также города Шарыпово с объектами жилищного, коммунального и культурно-бытового назначения и предприятий производственной базы строительных и монтажных организаций.

Министерству энергетики и электрификации СССР совместно с Министерством угольной промышленности СССР и с привлечением проектных и научно-исследовательский институтов других министерств и ведомств поручено разработать в 1976—1979 гг. техникоэкономическое обоснование создания Капско-Ачипского топливно- энергетического комплекса.

При этом в 1976 г. должно быть разработано техникоэкономическое обоснование на первую очередь строительства этого комплекса с электростанциями и угольными разрезами для обеспечения электрической энергией и топливом районов Сибири, а в 1976— 1979 гг. должно быть разработано технико-экономическое обоснование на вторую очередь строительства топливно-энергетического комплекса, предусматривающее решение вопросов дальнейшего его развития с целью увеличения мощностей электростанций, строительства предприятий по добыче и переработке угля и транспорта энергоресурсов из Капско-Ачинского бассейна на Урал, европейскую часть СССР и другие районы страны.

Разработанным проектом Постановления Совета Министров СССР предполагается к 1990 г. из общего объема добычи канско- ачипского угля основную часть — 250 млн. т использовать для обеспечения топливом и электроэнергией районов Сибири.

При этом Госплан исходил из предварительных расчетов, показавших, что электропотребление в объединенной энергетической системе Сибири возрастает со 147 млрд. кВт. ч в 1975 г. до 485 млрд. кВт. ч. в 1990 г. Действующие и намечаемые к строительству гидроэлектростанции Сибири могут обеспечить выработку электроэнергии в объеме не более 140 млрд. кВт. ч, а тепловые электростанции — 345 млрд. кВт.12

При этом для покрытия потребности в электроэнергии предусматривается построить в 1976—1900 гг. на базе углей Канско- Ачипского бассейна в западной части конденсационные электростанции с энергетическими блоками по 800 МВт общей мощностью 25—30 млн. кВт. со среднегодовой выработкой электроэнергии около 165 млрд. кВт. ч. Как уже отмечалось, транспорт канско-ачинского угля за пределы Сибири связан с решением ряда сложных проблем, а способы сто переработки в высококалорийное топливо не вышли из стадии опытно-промышленных исследований, причем наметилось несколько направлений решения этой проблемы.

В связи с этим в проекте Постановления предусмотрены задания по выбору наиболее рациональной технологии переработки камско- ачипского угля с целью повышения его транспортабельности, повышения эффективности использования в народном хозяйстве и определения оптимальных вариантов транспорта его на дальние расстояния. После решения этих вопросов смогут быть уточнены рациональные объемы транспортирования электроэнергии и угля в районы Урала и в другие районы страны и необходимые дополнительные объемы строительства угольных разрезов и электростанций.

Для обеспечения строящихся угольных разрезов Канско- Ачипского комплекса мощным горно-транспортным оборудованием в 1978—1984 гг. предусматривается строительство нового завода тяжелого машиностроения.

В проекте Постановления определяется конкретное участие министерств и ведомств в проектировании и строительстве Канско- Ачипского топливно-энергетического комплекса.

В нем предусматриваются также некоторые конкретные меры, направленные на интенсификацию создания Канско-Ачипского комплекса. Так, капитальные вложения и материально-технические ресурсы на его освоение будут предусматриваться в народнохозяйственных планах, начиная с 1977 года отдельной строкой; будут выделены материально-технические ресурсы в объемах, необходимых для выполнения предусмотренных заданий; предусматривается привлечение на строительство Канско-Ачипского топливно-энергетического комплекса квалифицированных специалистов и рабочих из европейской части СССР, включая гг. Москву и Ленинград, и другие преимущества.

Создание Канско-Ачинского топливно-энергетического комплекса потребует значительных капитальных вложений. Только для обеспечения потребности районов Сибири в топливе и электроэнергии (первая очередь строительства) для развития добычи угля к 1990 г. в размере 250 млн. т в год, мощности электростанций до 25—30 млн. кВт и с учетом строительства завода тяжелого машиностроения общие капитальные затраты в 1977-1990 гг., по предварительным расчетам, оцениваются по первой очереди в 11,2 млрд, рублей. При этом в 1977- 1980 гг. необходимо освоить около 1,3 млрд, рублей.

Изложенный проект Постановления Совета Министров СССР был рассмотрен в Правительстве.

Технический прогресс в процессе строительства КАТЭКа повлиял на темпы роста валовой продукции: они значительно ускорились. Если для достижения первого десятимиллиопного рубежа добычи угля разрезу «Бородинский» потребовалось почти 20 лет, то для второго только 13. За 1970-1980 гг. удвоилась добыча угля разрезом «Назаров- ский». По сравнению с данными о развитии добычи угля в других бассейнах страны темпы роста добычи угля были ниже только по сравнению с Экибастузким бассейном.

В процессе разработки и реализации программы КАТЭКа более масштабно и ответственно, чем ранее в социально-экономическом проектировании Сибири, были поставлены социальные проблемы. В их решении наиболее важное значение придавалось формированию трудовых ресурсов для реализации программы КАТЭКа: подготовке специалистов и рабочих, строительству новых городов и привлечению в них новых жителей из других районов страны, обеспечению высокого уровня культурной и бытовой жизни населения. Время создания КАТЭКа было уже другим в истории страны и Сибири, когда уже мало действовали принудительно-мобилизационные методы в организации индустриального строительства. Поэтому специалистами и государственными деятелями расставлялись иные акценты в определении перспектив. В частности открыто говорилось, что строительство предприятий невозможно без предварительного решения социальных проблем. Интенсивное развитие производства требует не только значительного количества новых работников, но и создания благоприятных условий для их привлечения и закрепления. Рассчитывалось, что для выполнения первой очереди программы КАТЭКа население г. Назарово должно возрасти до 250 тыс. человек, Шарыпово, где должно развернуться строительство Березовской ГРЭС и Березовского разреза-1, - до 200 тыс. человек, в Бородино и Ужуре - до 35—40 тыс. человек. К 1990 г. общая численность населения в границах комплекса намечалось составит 700-800 тыс. человек, из которых примерно 80 % будет проживать в городских поселениях.13

В условиях недостатка трудовых ресурсов в Сибири и во многих активно развивающихся районах страны, необходимо в программе создания КАТЭКа предусмотреть минимальное привлечение работников на производство, которое должно в свою очередь функционировать па основе высокой производительности с использованием всевозможных отечественных и моровых достижений пауки и техники. Специалистами рекомендовался комплексный подход в использовании трудовых ресурсов. В частности, для предприятий комплекса проектировалось создание условий для наиболее полной и рациональной занятости населения, обеспечение необходимого уровня профессионально- квалификационной подготовки кадров за счет расширения базы подготовки, создания межотраслевых, хорошо оснащенных межотраслевых центров. Рекомендовалось проведение единой, независимой от отраслевой принадлежности предприятий, трудосберегающей политики на КАТЭКе, предусматривающей оперативное управление трудовыми ресурсами.

Важной социально-экономической транспортной пионерной программой развития Сибири была программа завершения строительства Байкало-Амурской железнодорожной магистрали и хозяйственного освоения её региона.

Первые изыскания были сделаны в 1880-е гг., когда велись поиски пути железной дороги через всю Сибирь. Более подробно мы остановимся на этом вопросе в разделе о транспортной инфраструктуре региона.

В последнее время в периодической печати и в выступлениях некоторых политиков и даже ученых имеет место переоценка не только самой парадигмы «СДВИГА производительных сил на ВОСТОК», но и результатов ее воплощения. При этом не учитывается внутренняя и внешняя обстановка, в которой жила страна в 20—80-е годы, а оценку исходных позиций и результатов действий прошлых лет осуществляют с учетом современного состояния экономики страны и Сибири, современных задач и современной нормативной базы. «Сдвиг...» осуществлялся с большими отступлениями и от проектов, и от планов, без соответствующих организационных форм, а сам процесс многократно и надолго прерывался в связи с появлением новых первоочередных задач государственного значения. Главные среди них:

  • — перевод на новую производственную структуру и эвакуация на восток значительной части промышленности страны в годы Отечественной войны;
  • — восстановление разрушенного войной хозяйства западных и центральных районов страны;
  • — реэвакуация с востока, а практически восстановление на новой технической базе предприятий в европейских районах страны;
  • — возврат из Сибири значительной части бывшей эвакуированной рабочей силы;
  • — формирование сообщества СЭВ и помощь некоторым странам в становлении их экономики и др.

Все это приводило к периодическому изменению государственных приоритетов, пересмотру планов, перераспределению ресурсов, изменению проектов, структурным и другим реорганизациям. И, если учесть, что весь экономический механизм, реализуемый через отраслевую систему управления, не был настроен на комплексное освоение новых районов, то станет понятно, в каких условиях осуществлялся «Сдвиг...», почему востоку в первую очередь сокращались капиталовложения, почему редкое крупное его предприятие не относилось к числу долгостроев или практически не консервировалось на какое-то время в процессе сооружения.

Несмотря па огромные трудности, «Сдвиг... на восток» был осуществлен, и при любом анализе результатов развития производительных сил Сибири в советские годы, по нашему мнению, нельзя забывать нескольких бесспорных результатов этой долгосрочной государственной акции:

  • 1. Роль созданных в процессе «Сдвига...» ресурсной базы, производственного потенциала и научно-проектного задела Сибири в победе СССР в Отечественной войне.
  • 2. Значение объектов ВПК, созданных в послевоенные годы в Сибири, в реализации государственной доктрины обеспечения военной безопасности страны и в выдвижении ее в ряд ведущих держав мира (в начале 90-х годов на долю предприятий ВПК в Сибири приходилось 37,7% общей численности занятых).
  • 3. Роль Сибири во внешней экономической деятельности страны. Регион принимает активное участие во внешней торговле и формировании валютного фонда России. Особенно велика в этом отношении роль Тюменской области. В расчете на душу населения экспорт ее в первом полугодии 1994 г. составил 643 дол. против 144 дол. в среднем по России. На долю Сибири приходится до 60% экспортного производства страны. По некоторым продуктам вывоза она не только занимает ведущее место, но и не имеет серьезных конкурентов. В 1992 г. на долю Сибири приходилось 99% российского экспорта газа, 88 — нефти, 85 -алюминия, 73 — меди, 59 — угля, 45 — никеля, 34 — пило материалов, 32 — целлюлозы, 27% — азотных удобрений.
  • 4. Значение Западно-Сибирского нефтегазового комплекса в определении места СССР (России) на мировом рынке углеводородного сырья и топлива, в укреплении экономики страны и формировании ее валютного резерва. В предреформенпый период ЗСНГК давал около 300 млн. т нефти и около 600 млрд, м3 газа. Западная Сибирь превратилась в основную базу нефтегазового сырья Союза, одного из крупнейших поставщиков углеводородов на мировой рынок. Нефтедоллары в течение многих лет составляли существенную часть поступлений конвертируемой валюты в бюджет Советского Союза.
  • 5. Роль в экономике России самой мощной, самой эффективной и наиболее стабильно работающей Сибирской электроэнергетической системы, полностью обеспеченной местными ресурсами и ставшей основой крупнейшей базой энергоемких производств страны. В Ангаро- Енисейском регионе в предреформенпый период установленная мощность электростанций достигла 30 млн. кВт, производилось около 150 млрд. кВтч электроэнергии, добывалось более 80 млн. т угля, выпускалось около 2 млн. т алюминия, 1 млн. т глинозема, 1,5 млн. т целлюлозы, перерабатывалось около 50 млн. т нефти. В результате реализации Ангаро-Енисейской программы в регионе создана электроэнергетическая база, равная по мощности энергетической системе, сформировавшейся в результате реализации программы преобразований экономики бассейна реки Теннесси в США, одной из 10 важнейших энергосистем мира.

В настоящее время Ангаро-Енисейский регион имеет самые крупные резервы самой дешевой электроэнергии России, и это определяет его специализацию как в настоящее время, так и в будущем. Ярким свидетельством тому, по нашему мнению, можно считать и «борьбу» за ГЭС в Иркутской области при определении их места в процессе образовании РАО «ЕЭС России», и исключительно высокую активность инофирм в процессе организационных преобразований на алюминиевых заводах Ангаро-Енисейского региона.

6. Высокую эффективность многих ведущих предприятий европейских регионов страны, обусловленную не только использованием сибирского сырья или полуфабрикатов, но и функционирующими механизмами ценообразования, межрегионального обмена и освоения новых регионов, приоритетами и критериями экономической деятельности хозяйствующих субъектов, министерств и регионов.

Многие общегосударственные стратегические проблемы СССР в прошлом (да и России в настоящее время) вообще не могли бы быть решены без вовлечения в хозяйственный оборот ресурсного и геополитического потенциала Сибири.

Все крупные сибирские проекты, которые были реализованы в процессе «Сдвига...», проходили официальные государственные экспертизы. По большинству из сибирских гигантов принимались специальные постановления высших органов власти, и многие из этих предприятий в течение жизни нескольких поколений были гордостью государства.

Таким образом, государственная политика Российского государства в конце XX в. и начале наступившего XXI в. по хозяйственному освоению новых восточных районов страны вытекают из базовых геополитических интересов державы.

Преемственность исторического опыта в этом процессе должна быть не просто учтена, а развита с учётом новых условий.

Новый этап развития Сибири в XXI в. связанный с комплексным освоением территорий во многом зависит от политической ответственности правящей элиты Российского государства.

 
Посмотреть оригинал
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы