СОЦИАЛЬНО-ГЕРОНТОЛОГИЧЕСКАЯ РАБОТА: ИСТОРИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ

Забота о стариках в Древней Руси

Старость как социальная проблема встала перед всеми цивилизованными государствами только в XX веке. До этого число пожилых людей было весьма незначительным. Известно, что в первобытном обществе продолжительность жизни составляла в среднем от 15 до 22 лет. В Древнем Мире этот показатель несколько вырос - 20-30 лет. В средние века и эпоху Возрождения средний возраст «пожилых» людей равнялся 25-30 годам, в XVII-XVIII не превышала 40 лет, на рубеже XIX-XX веков составляла уже 47-50 лет, а в настоящее время идет увеличение доли пожилых людей во всем мире [25]. В России доля пожилых людей выросла до 23 %, что делает проблему организации социальной помощи старикам особенно актуальной.

В связи с постарением населения острой в нашей стране становится проблема организации нуждающимся пожилым людям оптимальных форм помощи с учетом имеющего исторического опыта Императорской России.

Сегодня пожилыми людьми чаще всего называют лиц, достигших пенсионного возраста. В процессе истории социальной помощи сложились характерные и для современного общества стереотипы, в частности, представление о пожилых, как о людях крайне бедных, немощных, нуждающихся в медико-социальном обслуживании. Русский фольклорный образ «старость - не радость» фиксирует негативное состояние старости как очень проблемное, с одной стороны. С другой стороны, старость обозначается как опытная, мудрая, о чем также свидетельствуют пословицы и поговорки: стреляный (старый) воробей, травленный (старый) волк, старый конь борозды не портит и другие и сейчас используются для характеристики человека, умудренного опытом, бывалого, внушающего уважение достойного послушания.

Древние славяне жили родами, о чем свидетельствуют византийские историки Прокопий Кессарийский, Маврикий Стратег в VI в., и поклонялись кругу, колесу. Круг обозначал символ жизни, защиты, определенной целостности, неизменяемости, стабильности, основательности, выступал в качестве оберега от злых духов.

Из-за сложных географических условий человек не мог выжить в одиночку. Ему нужна была опора не только на близких по крови, родственников, но и всех членов общины, т. к. значительную часть проблем невозможно было решить самостоятельно. Философия холизма (целостности), закрепляет архетипические принципы существования, которые являются регуляторами поведения. Одним из таких принципов был и остается дошедший до нашего времени обычай взаимоподдержки. Этот обычай касался и стариков. Своеобразными регуляторами социальных отношений внутри общины выступали волхвы, которые, как правило, сами были не молоды.

С.М. Соловьев писал, что в древности, когда средняя продолжительность жизни составляла менее 20 лет, детям вменялось в обязанность убийство немощных старых родителей. Этот обычай существовал у племен воинственных, которые не терпели в своей среде слабых, не способных оказать помощь во время войны, отомстить и защитить сородичей. Однако основная причина уничтожения стариков заключалась в том, что в условиях первобытного общества люди с трудом могли прокормить себя. Пожилой человек был носителем и хранителем знаний и традиций первобытного сообщества. Но когда он становился бесполезным для племени или рода, когда силы и память отказывали ему, его либо бросали на произвол судьбы, либо убивали. Однако знания стариков, реализуемые более молодыми и сильными соплеменниками, способствовали развитию первобытного сообщества, являлись гарантией его успешности [28]. Кроме того, стало очевидным, что старые члены общины - лучшие воспитатели подрастающей молодежи. Все это и обеспечило возникновение древнейших форм помощи старикам уже архаический период развития общества.

М.П. Погодин, русский писатель и историк XIX века писал, что в языческой Руси «заботиться о стариках, недужных и больных было первейшей обязанностью и общей добродетелью славян». В тот период помощь носила простейший характер родственной или соседской взаимовыручки и заключалась, главным образом, в кормлении, одевании и приюте наименее защищенных членов своей общины - в первую очередь, стариков.

Старость - это не только биологическая, но и социальная категория; в разных культурах образ старости конструируется и осмысляется по-разному. Древний мир - это мир по преимуществу земледельческий. Крестьянский. В этом смысле крестьянские представления о старости, насколько можно судить по этнографическим материалам XIX XX веков, весьма сильно отличаются от представлений, отражаемых в нормах и ценностях современной нам городской культуры.

Устойчивой возрастной границы наступления старости крестьянская традиция не выделяла, хотя, как правило, стариками и старухами считали людей, достигших пятидесятилетнего возраста. «В Западной Сибири термин «старики» мог применяться к людям, достигшим 45-50 лет: если крестьянин женил старшего сына, он уже считал себя «стариком» и отделялся со «старухой» в особой комнате («иногда от такого крестьянина рождалось еще пять детей...).

Древнейший период отечественной истории связан с ранними формами общественной организации славянских племен. Этот период называют архаическим. Письменные источники древности свидетельствуют, что одной из характерных черт представителей славянских племен являлась способность к состраданию. В них отмечено гостеприимство, ласковость славян, обхождение с пленными. Весь ход социально-экономического и культурного развития восточных славян подготовил благоприятную почву постепенного развития и становления системы помощи и взаимопомощи, впоследствии - социальной работы. Она была созвучна с характером, нравами русского народа, с его природной духовностью и открытостью.

Ранние формы поддержки, помощи и взаимопомощи у славянских племен реализовывались в виде хозяйственной помощи, носили ритуальный характер и до XIX века имели форму народных праздников. Культовые традиции этого времени тесно связаны с ранними механизмами распределения и перераспределения. Они выступали определенной системой помощи и поддержки. Это помогает понять, почему у наших предков было так велико количество праздников в году. Так, исследователь истории праздников XIX в. А. Ермолов фиксирует, что помимо официально установленных 80 праздников, в отдельных местностях их число достигало 150. Если учесть, что многие праздники могли длиться от трех до восьми дней, то это становилось существенным подспорьем в распределении и перераспределении материальных благ. Таким образом, в древнейший период славянской истории складывались основные праформы помощи и поддержки. В этот же период происходило оформление групповых норм помощи старикам.

Общинно-родовые формы помощи и поддержки в нашем отечестве были связаны с языческим родовым пространством, которым выступала «верьвь» - круговая порука. Верьвь - идеологическая система взаимоподдержки общинниками друг друга. Так называемый «институт старцев» сложился не сразу: община должна была сформировать определенное отношение к людям, не являющимся активными участниками трудовой и коллективной жизни. Под институтом в данном случае понимаются устоявшиеся формализованные отношения. Инфа- тицид - узаконенное убийство ребенка, а первоначально - и старика. В основном обязанности по уходу за старцем брала на себя семья. Если семья отсутствовала, заботу о стариках брала на себя община. Интересно, что типология «старых» и «малых» как одной социальной группы в некоторых случаях определялась по признаку «сиротства», когда человек остается без попечения близких родственников.

Основными формами поддержки стариков были: отвод земель по решению общины; кормление по дворам; уход на погост. Погост от древнерусского «гостьба» - место возле скудельницы, где совершался товарообмен с представителями других родовых сообществ. В том случае, когда старики окончательно «впадали в дряхлость», они призревались общиной. Старика определяли на постой на несколько суток на ночлег и пропитание, затем он менял своих кормильцев. Такой вид помощи был своеобразной общественной повинностью. Возможно, в древности формы поддержки были иными, но их архаическая форма, несколько видоизмененная, сохранилась до конца XIX столетия [18, с. 37-38].

Другой формой поддержки старцев был их добровольный уход из общины. Пожилые люди, которые в силу возрастных возможностей не могли участвовать в трудовой деятельности, селились недалеко от общины на погостах. Они строили себе кельи и жили за счет подаяния [18, с. 37-38]. Когда в честь умершего члена общины устраивались тризны (погребальные состязания, игрища, трапезы, что наблюдается у многих народов), старые члены общины могли участвовать в трапезах. В день похорон и в дни поминовений родственники жертвовали определенную милостыню, «справу».

Следуя теории ограниченного блага, можно утверждать, что в русской деревне «зажившиеся» старики и старухи воспринимались как люди, несправедливо присваивающие чужую жизненную потенцию. Вероятно, именно такие представления стимулировали появление легенд о ритуальном убийстве стариков и «душиловой вере» - якобы существовавшем особенном старообрядческом согласии, чьи последователи умерщвляли старых и больных людей. Разумеется, подобные легенды не имеют отношения к действительности.

Однако и отношение к пожилым людям, и их фактическая роль в крестьянской культуре, разумеется, не исчерпываются представлениями об «изжитом веке» и приготовлении к смерти. Собственно говоря, образ старика (старухи) в деревенской традиции оказывается по меньшей мере двойственным: с одной стороны, о пожилых людях говорят как о «выживших из ума», а по своему статусу они зачастую приравниваются к детям (об этом, в частности, свидетельствует поговорка «что старый - то малый»). С другой, старикам и старухам нередко приписывается особая мудрость, прозорливость, владение магическими навыками и знаниями и т. и. Тут нет серьезного противоречия, поскольку пожилым людям отказывается в интеллектуальной компетенции лишь применительно к социальным отношениям, быту, повседневному труду, а приписывающиеся им особые знания, как правило, относятся к сфере религии и магии, к опыту взаимодействия с сакральным и потусторонним миром. Таким образом, социальная и физиологическая неполноценность старых людей компенсируется их особой ролью во взаимоотношениях со сферой «иного» и сверхъестественного.

Ситуация несколько изменилась в связи с принятием христианства в России и появившейся возможностью выживать за счет подаяния в виде прокормления в монастырях. Кроме того, при монастырях сразу же стали строить кельи для неизлечимо больных, в которых, чаще всего, находили пожизненный приют одинокие пожилые. Пандемические факторы (применительно к ХП-ХШ в.в. это монголо-татарское нашествие, голод, моровые болезни) способствовали развитию церковно-приходской помощи нуждающимся, появлению при монастырях первых приютов и богаделен для калек и сирот, то есть более высокому уровню ее организации.

Заметной вехой на пути становления благотворения на Руси стало княжение Владимира Святославича, именуемого (Крестителя). Князь-христианин, как пишут летописи, велел всякому нищему и убогому приходить на княжий двор, «брать кушанье и питье, и деньги из казны», а дряхлым и больным посылал телеги, груженные хлебом, мясом, рыбой, «овощем разным», медом в бочках и квасом. Именно при нем были построены первые богадельни, больницы и странноприимные дома. В 996 г. он издает Устав (т. е. закон), согласно которому призрение поручается надзору патриарха и подчиненных ему церковных структур (в Россию богадельни перешли вместе с христианством из Византии). Можно сказать, что в Древней Руси при всякой приходской церкви имелась богадельня, а при некоторых монастырях образовались целые слободы нищих.

Богадельня (от слов <Бога дтъля, то есть ради Бога) - благотворительное заведение для содержания нетрудоспособных лиц (престарелых, немощных, инвалидов, калек и выздоравливающих) [4].

Существенным признаком богадельни является полное содержание проживающих в ней. Некоторые из этих домов старинного происхождения. Так, например, дом приюта в Люблине был открыт в 1342 году, в Варшаве дом Св. Духа и девы Марии- в 1388, вРадоме- в 1435, в Скерневицах - в 1530. Богадельни следует отличать от древнерусских убогих домов и скудельниц [4].

Таким образом, старики были объектом особой заботы как в языческой, так и в христианской Руси.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >